WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |

Однако подлинное видение страдания как центральной антропологической категории мы находим в христианстве. «Страдание связано не только с беспомощным животным состоянием человека, – отмечал Н.А. Бердяев, – но также и с его духовностью, с его свободой, с его личностью, т.е. с его высшей природой. Отказ от духовности, от свободы, от личности мог бы облегчить страдание, уменьшить боль, но это означало бы отказ от достоинства человека. Да и ввержение человека в низшее животное состояние ни от чего не спасает, потому что жизнь в этом мире не бережётся и не охраняется…»9

Наиболее значимые философские трактовки мы находим в наследии таких философов, как, Н.А.Бердяев, И.А.Ильин, И.Кант, В.С.Соловьёв, Виктор Франкл, А.Шопенгауэр. Разностороннюю оценку страдания дали философы-экзистенциалисты М.Бубер, А.Камю, С. Кьеркегор, Ж.-П.Сартр, С.Л.Франк, М.Хайдеггер, К.Ясперс и др. В отечественной философской литературе проблемам страдания посвящены работы С.С.Аверинцева, Р.Г.Апресяна, В.С.Барулина, П.П.Гайденко, П.С.Гуревича, А.А.Гусейнова, Д.А.Леонтьева, Е.Н.Некрасовой, В.С.Стёпина, В.К.Шохина.

Методологическая и теоретическая основа исследования

В диссертационном исследовании, прежде всего, нашли отражение положения экзистенциальной философии. Ведущим методологическим фундаментом исследования является структурно-генетический подход, в котором структурная сторона представлена предметностью философской (в частности, философско-исторической) мысли, а генетическая – индивидуальной неповторимостью, уникальностью самого философа как места общезначимого события.

Научная новизна диссертационного исследования

Основополагающая теоретическая идея исследования базируется на следующих положениях:

  • впервые в отечественной философии прослеживается разносторонняя трактовка феномена страдания в экзистенциальной рефлексии В.Франкла;
  • отмечено, что философская трактовка страдания в работах В.Франкла тесно связана с историко-философской традицией и в то же время является новой, впитавшей в себя трагический опыт минувшего столетия;
  • раскрыто специфическое мироощущение человека в предельных условиях выживания и базирующееся на этом утверждение человеческого достоинства и глубинный катарсический эффект;
  • выявлена роль страдания как одного из важнейших свойств человеческой природы;
  • проанализировано принципиальное отличие страдания от мазохистской перверсии.

Источниковую базу исследования составили труды философов разных эпох: Сенеки, Августина Блаженного, А.Шопенгауэра, Х.Ортега-и-Гассета, Ф.Ницше, Н.А.Бердяева, Э.Фромма, М.Хайдеггера, К.Ясперса, в трудах которых чётко прослеживается связь антропологической, онтологической и философско-исторической проблематики.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Страдание – живое, трепетное, экзистенциальное переживание. Я страдаю – значит, я существую. Страдание связано с самим существованием личности и личного сознания. Если я принимаю жизнь, то я принимаю и страдание. Оно есть основная тема всех религий искупления и основная религиозная тема. Страдание есть опыт жертвы части во имя целого. В человеческом вопрошании о страдании наибольший интерес представляет буддизм, стоицизм и христианство. Вместе с тем эта тема заняла важное место в философии Шопенгауэра, в русской религиозной философии и экзистенциализме.

2. В.Франкл описал ужасы концентрационного лагеря. Но его работы вовсе не апологетика жалости, не голос виктимного неудачника. Это демонстрация мужества, силы духа и школы выживания. Мировая психология обогатилась множеством открытий, которые раскрывают действие психологических механизмов на краю жизни. В работах В.Франкла описана «психопатология масс», выделены схожие реакции людей, находящихся в ситуации шока, безвыходности, постоянной угрозы смерти. Вместе с тем показано, что попытка гестаповцев насильственно привить каждому заключённому психологию и поведение ребёнка, подавить индивидуальность, разрушить способность человека к самополаганию, предвидению оказалась несостоятельной. Способность думать о будущем в условиях крайней изоляции оказывается весьма эффективной. Выживание человека зависит от умения сохранить за собой некоторую область свободного поведения, удержать контроль над какими-то важными аспектами жизни, любой ценой оставить за собой некоторую автономность и сберечь человеческое достоинство, несмотря на условия, которые кажутся непреодолимыми.

3. Страдание может быть мазохистским, не связанным с попыткой его преодоления. Человек настолько странное существо, что он ищет не только освобождения от страдания. Он ищет страдания и готов истязать себя и других. Страдание связано с трагической основой жизни и имеет глубокий источник. Но это вовсе не предполагает, что человек – раб страдания. Страдание побеждается любовью, всем жизненным устремлением человека к счастью.

4. Страдание связано с глубинным катарсическим эффектом. Оно способно перестроить внутреннюю структуру личности, вызвать возвышенные чувства, выстроить новую стратегию жизни.

5. В.Франкл связывает страдание с психологией выживания в концентрационном лагере. Полемическая оценка этого суждения предполагает, что такой опыт не является исключительным. Сегодня жизнь сама по себе чревата непредвиденными чрезвычайными ситуациями – нигилизмом, терроризмом, попыткой взнуздания истории. В этой точки зрения изучение феноменологии страдания остаётся актуальной исследовательской задачей.

Теоретическая и практическая значимость работы

Результаты диссертационного исследования могут быть применимы при дальнейшей разработке экзистенциального мышления, развития философской антропологии, более основательного изучения философской рефлексии минувшего столетия. Они могут быть значимы также при изучении психологии экстремальных ситуаций, при анализе преображения современных ценностных ориентаций. Полученные результаты могут быть использованы при чтении лекции по истории философии, философской антропологии и спецкурсов по экзистенциальной тематике.

Структура диссертации

Работа состоит из введения, четырёх глав, заключения и библиографии, отражающих существо рассматриваемой проблемы и логику исследования.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Исследование состоит из введения, четырёх глав и заключения. Во введении рассмотрена актуальность исследования, поставлена проблема диссертации, приводятся цели, задачи, указывается новизна исследования и излагаются положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Место концепции Франкла в философском постижении феномена страдания» данный феномен характеризуется как состояние, противоположное наслаждению. Называются многие причины, способные его вызвать – физическая боль, горе, страх, тревога, тоска, раскаяние. Страдание открыто обсуждалось на протяжении всей человеческой истории. И в то же время причинение мучений игнорировалось, не замечалось. Муки, душевные или физические, никогда не исчезали из жизни на сколько-нибудь значительный период. Ставится проблема – какую роль играет страдание в жизни человека Христианская теология считает страдание расплатой за грехи. В то же время именно через страдание можно добиться искупления. Сострадание в этом смысле оказывается универсальным, поскольку любовь к ближнему постоянно вызывает жалость и сочувствие.

Страдание – вечная неудовлетворённость воли временными и промежуточными целями на пути её бесконечного стремления. А. Шопенгауэр писал: «Мы давно уже признали, что это стремление, составляющее ядро и в себе бытие каждой вещи, есть то, что в нас, где оно открывается яснее всего при свете полного сознания, называется волей. И тогда мы называем препятствие, которое стоит между ней и её временной целью, страданием, напротив, достижение цели – удовлетворением, благополучием, счастьем».10 Оказавшись на вершине эволюции, человек стал самым уязвимым среди организмов, когда ему приходится страдать, и самым изобретательным, когда он в состоянии причинить страдания другим. Потребовалось десять миллионов лет, чтобы человеческая способность причинять боль и страдания достигла современного состояния.

По мнению современного американского учёного Р.Дж.Сью, после десяти миллионов лет генетической и культурной эволюции все основные факторы, необходимые для установления страдания как способа устрашения были, наконец, интегрированы в социальное поведение.

Сью называет их: 1) причинение страданий как решающего средства приобретения и господства (10 млн. лет до н.э.); 2) появление рук (примерно 3 млн. лет до н.э.) и последующее эволюционное развитие; 3) возникновение способности создавать виртуальное присутствие и реагировать на него (около 600 тыс. лет до н.э.); накопленные изобретения и усовершенствование оружия для нанесения физических повреждений (примерно 65 тыс. лет до н.э.); объединение индивидов в организованные сообщества (около 9 тыс. лет до н.э.). Начиная с девятого тысячелетия до н.э. стремительно развивалось каждое из этих «умений». Причинение страдания возросло по частоте, интенсивности и размерам. Человеческая история оказалась летописью наказаний всевозможных видов, что свидетельствует, по мнению автора, о скрытой генетической склонности к причинению страдания, свойственной человеческому роду.11

Шопенгауэр полагал, что стремление всегда возникает из какого-либо недостатка, из недовольства своим положением, следовательно, представляет собой, пока стремление не удовлетворено, страдание; но удовлетворение никогда не бывает длительным, оно всегда – только начало нового стремления. Мы видим стремление постоянно наталкивающимся на препятствия, постоянно в борьбе; следовательно, всегда как страдание: нет последней цели стремления, нет, следовательно, и меры и цели страдания.

«Жизнь предстаёт как беспрерывный обман в малом и великом. Если она что-либо обещает, – пишет А.Шопенгауэр, – она не держит своих обещаний, разве что для того, чтобы показать, насколько недостойно желания быть желаемое; так как нас обманывает то надежда, то предмет нашей надежды. Если жизнь что-либо дала, то лишь для того, чтобы отнять. Очарование дали рисует нам райские красоты: они исчезают как оптический обман, как только мы поддаёмся соблазну увидеть их. Счастье всегда находится в будущем или в прошлом, а настоящее подобно маленькому тёмному облаку, которое ветер гонит над освещённой солнцем местностью: перед ним и за ним всё светло; лишь оно само постоянно отбрасывает тень. Поэтому настоящее никогда не даёт удовлетворения, будущее же неопределённо, а прошлое неотвратимо».12

Феномен страдания широко осмысливается и в русской религиозной философии. «Страданием в смысле объективном или логическом называется определение чего-либо другим, – писал В.С.Соловьёв, – для него внешним; этому со стороны субъективной или психической соответствует вообще неприятное или болезненное ощущение какого бы то ни было рода».13 В.С.Соловьёв критиковал точку зрения А.Шопенгауэра, который свёл к состраданию всю нравственность. Излагая позицию Э.Гартмана, который полагал, что всякое действительное бытие по существу своему есть страдание и бедствие, В.С.Соловьёв подчёркивал: «Итак, в этой системе страдание и отчаяние отдельной особи снимаются в страдании и отчаянии всего сущего, частное, единичное самоубийство заменяется самоубийством всеобщим, коллективным».14 Как показал Н.А.Бердяев, отношение христианства к страданию двойственно и парадоксально. Только оно принимает страдание и имеет до конца мужественное отношение к страданию. Христианство учит не бояться страдания, ибо страдали и сам Бог, и Сын Божий. Все остальные учения, считал Н.А.Бердяев, боятся страдания и бегут от него.

Стоицизм и буддизм – высокие типы нехристианских нравственных учений – объясняют как стать нечувствительным к горестям и достичь бесстрастия. По отношению к стоицизму русский философ не совсем точен. Стоики не отвергали страдания. Они предлагали идти навстречу опыту жизни, полной гнетущих переживаний. Вот что пишет, например, римский философ Сенека: «Действительно, каким образом человек, захваченный страстью к удовольствиям, устоит против тяжёлого испытания, опасности, нищеты, против столь грозных бедствий, обуревающих человеческую жизнь Разве у него хватит сил перенести вид страдания и смерти Разве его не приведут в смятение громовые удары и такое множество лютых врагов, когда он побеждён столь захудалым противником Он будет делать все, что ему внушит страсть к удовольствиям».15

Истинное предназначение страдания находим в христианстве. «Какая воспитательная и очистительная сила, – отмечает И.Ильин, – присуща духовно осмысленному страданию! Ибо страдание побуждает дух человека, ведёт его, образует, оформляет, очищает и облагораживает…<…> В нём закаляется стойкость, мужество, самообладание и сила характера. Без страдания нет ни истинной любви, ни истинного счастья. И тот, кто хочет научиться свободе, тот должен преодолеть страдание».16 Для многих людей, стоящих вне христианства, существование в мире столь многих страданий представляется несовместимым с верой во всемогущий, всеведущий и всемилостивый образ личного Создателя.

Мрачную оценку страдания и его роли в жизни людей находим у А.Шопенгауэра. Он писал: «Если ближайшая и непосредственная цель нашей жизни не есть страдание, то наше существование представляет собой самое бестолковое и нецелесообразное явление. Ибо нелепо допустить, чтобы бесконечное, истекающее из существенных нужд жизни страдание, которым переполнен мир, было бесцельно и чисто случайно. Хотя каждое отдельное несчастие и представляется исключением, но несчастие вообще – есть правило».17 Немецкий философ называет большой нелепостью стремление большинства философских систем представить зло как нечто негативное, тогда как, по его мнению, оно есть как раз нечто позитивное, дающее само себя чувствовать. По мнению Шопенгауэра, негативно добро, благо, т.е. всякое счастье и всякое удовлетворение как простое прекращение желания и окончание какой-либо муки. Мыслитель утверждал: «С этим согласуется и то обстоятельство, что мы обыкновенно находим радости далеко ниже, а страдания – далеко выше наших ожиданий».18

Чтобы аргументировать свой парадоксальный вывод, Шопенгауэр предлагает сравнить ощущения двух животных, пожирающего и пожираемого. Мы похожи на ягнят, которые резвятся на лугу, в то время как мясник выбирает глазами того или другого, ибо мы среди своих счастливых дней не ведаем, какое злополучие готовит нам рок – болезнь, преследование, обеднение, увечье, слепоту или сумасшествие.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 6 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»