WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

В последнее время все большее распространение получает полевая модель системы языка, хорошо совмещающаяся с современными представлениями об устройстве и функционировании коры головного мозга человека. В разделе 1.3.1. диссертации представлен обзор различных подходов к проблеме поля. Исходя из анализа работ, посвященных исследованию полевой структуры языка и феномену экспрессивности, в диссертации предлагается следующее рабочее определение функционально-семантического поля сатирических коннотаций (далее – ФСПСК): под ФСПСК понимается совокупность стилистических фигур, порождающих положительные или отрицательные экспрессивно-эмоциональные обертоны благодаря вторичной номинации, основанной на принципе совмещения (контаминации), но не по частичному сходству между образом и объектом секундарной номинации, а по их логической несовместимости, противоположности.

На контаминации несовместимых смыслов основаны: игра слов, двойной смысл, оксюморон, ирония, транслитерация крылатых высказываний, зевгма, предложения с эффектом ошеломления (Schlagsatz), гипербола, литота, эвфемизмы, антитеза, пародия и ирония, контрастное сочетание элементов различных функциональных стилей и экспрессивно-эмоциональной окраска.

Структура ФСПСК включает доминанту, периферию и маргинальную зону. В нашем исследовании мы вывели формулы тропов, относящихся к доминанте функционально-семантического поля сатирических коннотаций. В них используются следующие аббревиатуры: ЗФ – звуковая форма, СФ – смысловая форма. Под доминантой ФСПСК понимаются стилистические фигуры, которые независимо от логического наполнения ячеек их моделей всегда создают сатирические (в широком смысле слова) коннотации на основе контаминации несовместимых смыслов. К доминанте ФСПСК относятся следующие тропы.

1. Зевгма.

«Alles wird geweckt: Japanische Offiziere und weigardistische Zivilisten untersuchen Pa, Koffer, Herz und Nieren». Всех будят: японские офицеры и белогвардейцы проверяют паспорт, чемодан, сердце и почки.

Формула зевгмы, где СФa – суть, смыслы, принадлежащие к одной логико-смысловой сфере и являющиеся однородными членами предложения, и СФb – несовместимый смысл, выглядит так:

СФa1 СФa2 СФan

СФb1 = алогизм = сатирические коннотации

2. Двойной смысл.

«Весна хоть кого с ума сведет. Лед и тот тронулся».

Тождество звучания и написания изображается следующим образом: ЗФ1 = ЗФ2. Так как смыслы этих одинаково звучащих форм различны, вводится следующее неравенство: СФ1 СФ2. Тождество звучания при разности значения порождает алогизм, поэтому окончательная формула двойного смысла выглядит так:

ЗФ1 = ЗФ2

= алогизм = сатирические коннотации

СФ1 СФ2

3. Игра слов.

«Zuerst war er beethflich, dann wurde er mozrtlich, dann fhrte er mich mit List ber den Bach auf die Haydn, dort konnte er sich nicht mehr brahmsen, nun kriege ich einen Mendelssohn». Сначала он был вежлив как Бетховен, затем нежен как Моцарт, потом он хитростью провел меня через ручей на пустошь, там он не смог больше сдерживаться и теперь у меня будет Мендельссын!».

Фонетически схожие языковые образования изображаются следующим образом: ЗФ1 ~ ЗФ2, но значение сопоставленных выражений различно: СФ1 СФ2. Поскольку игра слов – это соединение одинаковых форм в одно высказывание с целью создать сатирический или юмористический эффект, модель игры слов такова:

ЗФ1 ~ ЗФ2

= алогизм = сатирические коннотации

СФ1 СФ2

4. Оксюморон.

«Живой труп»

Поскольку оксюморон – это соединение несоединимого, противоположного, изобразить модель этой стилистической фигуры можно следующей формулой:

СФ1 СФ2 = алогизм = сатирические коннотации

5. Ирония.

«Lenz schmunzelte: "Ja, Kinder, Jupp ist prima ausgerestet. Ich glaube, der brave, alte Citroen zittert schon in allen Kolben vor ihm». (Ленц ухмыльнулся: «Да, Юпп отлично снарядился. Я думаю, бравый, старый ситроен уже дрожит перед ним всеми колбами»).

Поскольку ирония представляет собой перенос значения, основанный на контрастном противопоставлении формы выражения и выражаемого содержания мысли, реализующемся при употреблении слов, словосочетаний или предложений в смысле, обратном тому, который непосредственно в них выражен, формула этой стилистической фигуры будет выглядеть так:

СФ1 = СФ2 = алогизм = сатирические коннотации

6. Гипербола и литота

«Тогда Меньшов произвел такую вспышку магния, что задрожала земля и на 100 км вокруг залаяли собаки»; от горшка два вершка.

Эмоционально отмеченное преувеличение или преуменьшение смысла, свойственное гиперболе и литоте, лежит за гранью рационального, поэтому суть гиперболы и литоты может быть передана следующей формулой: СФ···, т.е. описываемое содержание возводится во вторую и т.д. смысловую степень со знаком «+» (в литоте СФ··· со знаком «–»), а разность между объективным и гиперболизирован­ным смыслом создает алогизм:

СФ··· = алогизм = сатирические коннотации (гипербола)

СФ··· = алогизм = сатирические коннотации (литота)

Отнесенность гиперболы к доминанте ФСПСК противоречит ее способности создавать торжественный подтекст. Она иногда не имеет сатирических коннотаций, что позволяет отнести гиперболу к маргинальной зоне – промежуточной между ядром и периферией. Однако случаи, когда этот троп создает торжественный эффект, очень редки, поэтому гипербола может выступать доминантой ФСПСК, но так же и относиться к периферии данного поля; таким образом, гипербола относится скорее не к доминанте, а к ядру поля.

К периферии относятся все стилистические фигуры, которые в определенном контексте создают сатирические коннотации при одном условии – семантическая дистанция между образом и темой должна быть достаточно большой или даже выходить за рамки рационального: метафора (Гуляй дальше, ты, душевнобольной семимесячный ребенок. Пусть тебе мозги зальют бетоном морщинистая обезьяна! – пролаял он); метонимия (Попробую-ка сперва выяснить, как девушка относится к толстому автомобильному каталогу); сравнение (Мороз подирал меня по коже, я дрожал как осиновый лист); перифраза (… другой производил географические исследования в чужих карманах); эвфемизм («Бараны, привязанные веревочками, трусили позади, время от времени катя шарики и блея душераздирающим образом»).

Графически ФСПСК можно изобразить так (см. рис. 1):

Рис. 1.

Во второй главе «Моделирование особенностей конструирования тропов» обсуждаются основные подходы к проблеме понимания, рассматривается метафора как архитроп и ее положение в научном дискурсе, дается обзор основных когнитивных подходов к изучению метафоры и разрабатываются модели процесса понимания тропов на основе схемы модели совмещенных пространств Ж. Фоконье и М. Тернера.

По результатам анализа основных когнитивных подходов к изучению метафор мы пришли к выводу, что одним из возможным подходов к объяснению этого феномена может служить опора на теорию концептуальной интеграции Ж. Фоконье и М. Тернера. Согласно этой теории, вместо традиционно принятого пересечения двух полей авторы рассматривают концептуальное пересечение (conceptual blending) с позиций модели «множественных пространств» («many-space» model). Предполагается, что пересечение структур из двух или более исходных ментальных пространств проецируется на отдельное производное пространство, которое включает исходные структуры и в то же время имеет собственную производную структуру, нередко не проецируемую ни с одним из исходных пространств. Медиатором между содержанием входных пространств служит родовое пространство. Концептуальное пересечение функционирует во многих областях познания и действия, оно включает межпространственное картирование сходных объектов и интегрирование событий. Ментальное пространство (mental space) трактуется как относительно небольшой концептуальный набор, создаваемый для частных целей понимания и действия.

Нами разработаны модели особенностей понимания тропов на основе принципов схематичного изображения процессов концептуальной интеграции Ж. Фоконье и М. Тернера. Мы исходим из положения, согласного которому процессу метафоризации подвержены все текстовые средства непрямой номинации: тропеические, фонетические и синтаксические [Крюкова 2000]. Мы ограничиваемся лишь теми тропами, которые относятся к ФСПСК, рассмотренному в первой главе.

При восприятии информации происходит построение интегративной сети. Особое место занимают четыре вида сетей: простая, зеркальная, односторонняя и двусторонняя сеть.

Простая сеть, на наш взгляд, строится при конструировании перифразы и эвфемизмов («Доктор, доктор, а нельзя ли изнутри погреться мне» (А.Т. Твардовский)). Фрейм в одном входном пространстве – «употребление алкогольных напитков» совместим с элементами другого входного пространства: употребление алкоголя ведет к расширению сосудов, что является причиной внутреннего жара. Между этими пространствами нет противоре­чия/столкновения (clash), какое может иметь место при конкурирующих фреймах или несовместимых противополагае­мых элементах. В результате этого простая сеть вообще не выглядит как сращение (бленд). Однако это типичная интегрирующая сеть, вид которой предска­зывается теоретическими принципами увязывания (binding).

При образовании и понимании гиперболы и литоты образуется зеркальная сеть. В этой интегрированной сети все пространства – входные, общее и сращенное – разделяют одну и ту же организационную структуру. В зеркальной сети нет противоречий между входными про­странствами на уровне организационных форм, поскольку фреймы одни и те же. В примере «Тогда Меньшов произвел такую вспышку магния, что задрожала земля и на 100 км вокруг залаяли собаки» (И.Ильф и Е.Петров) следствием магниевой вспышки стало дрожание земли и лай собак. Модель понимания гиперболы (как и литоты) выглядит следующим образом (см. рис. 2):

Родовое пространство

Входное пространство 1 Входное пространство 2

общая организационная

структура

причина следствие

взрыв (вспышка лай собак

магния) дрожь земли

Рис. 2.

Особенности конструирования метонимии можно объяснить через понятие односторонней сети (см. рис. 3).:

Родовое пространство

Входное пространство 1 Входное пространство 2

(1) Материал (1а) Изделие

(тюль, панбархат) (одежда)

(2) Вместилище (2а) Содержимое

(печь) (дрова)

Выходное совмещенное пространство

Изделие

Содержимое

Рис. 3.

В такой сети имеются два входных ментальных пространства с разными организующими фрей­мами, один из которых проецируется для организации сращенного мен­тального пространства. Отличительным свойством такой сети является то, что организующий фрейм сращенного пространства является расширением организующего фрейма только одного из входных пространств, поэтому проекция в сращение является резко асимметричной. Говоря о тюле и панбархате («Вся в тюле и панбархате в зал Леночка вошла»), подразумеваются не сам материал (1), а изделие из него (1а); трещит не сама печь (2), а дрова, находящиеся в ней (2а) («Трещит затопленная печь»).

Через понятие двусторонней сети можно объяснить особенности конструирования сравнения, оксюморона, зевгмы, двойного смысла, иронии и игры слов. Двусторонняя сеть складывается из входных пространств с разными (и часто сталкивающимися) органи­зующими фреймами, а организующий фрейм сращенного ментального про­странства включает части каждого их таких фреймов и имеет собственную возникающую структуру. В таких сетях оба входных пространства делают решающий вклад в сращение, а существенные различия между ними дают основания для резких столкновений, которые не только не блокируют кон­струирование сети, но заставляют работать воображение.

Рассмотрим сравнение («Женщина с руками, похожими на ящериц, неподвижно смотрела в одну точку») (Э.М. Ремарк). В первом входном пространстве – предмет, с которым происходит сопоставление (ящерица), во втором –сравниваемый предмет (руки). В сращении выделяется их общий признак (тонкие длинные) (см. рис. 4). Оба пространства в данном случае делают существенный вклад в сращение, что ведет к получению неожиданного результата. Родовое пространство несет знание о том, что в мире водятся пресмыкающиеся длиной до 3 м., тело которых покрыто ороговелыми чешуйками:

Родовое пространство

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»