WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
  1. осознание отсутствия «случайностей» в построении художественных и знаковых изображений, а, следовательно, необходимость соблюдения предельной строгости в анализе любых «мелочей».
  2. Группы насечек и лунок должно воспринимать своего рода «подписями» к предметам-носителям, а их комбинации полновесными «текстами».
  3. Доказательство – важный этап в рамках семантических исследований, и для этого может быть полезен метод календарной накладки.

Отработка методики состоялась в ходе исследования трех предметов – ачинского жезла, мальтинского «идола» и мальтинского ожерелья, подобранных для того не случайно. Все они являются образцами продолжительных по количеству знаков записей, включающих в себя трехлетний годичный цикл счисления, двухлетний и годовой. Наблюдается их (записей) определенная структурная идентичность, совпадает характер выявленной в них информации (все они календари), одинаково может быть представлена и семантическая емкость знаков этих различных текстов (они могут обозначать сутки, месяцы, годы). Рассматривая результаты и порядок исследования данных предметов, можно отметить высокую работоспособность методики предлагаемой В.Е. Ларичевым, её специфику, и присутствие момента внутреннего развития. Если попробовать обозначить программы «минимум» и «максимум» в его исследованиях, то программа «минимум», связанная с доказательством глубокой значимости знаковых текстов, их календарности, безусловной важностью в интерпретации образов-носителей можно считать достигнутой уже на уровне анализа этих трех предметов. «Максимум», к которому стремится исследователь – доказательство отображения в оформлении произведений «искусства» планетарных циклов, всевозможных астрономических данных, реализация интерпретации малознаковых записей и образов лишенных текстовых пояснений – сложнее и в реализации, и, безусловно, этот уровень не достижим на примере анализа записей всего лишь трех изделий. Стремление к обоснованию многих выдвинутых при изучении этих предметов предположений заметно в следующих многочисленных работах, раскрывающих содержание малознаковых и нарушенных текстов. Их изучение подтвердило верность методической установки и выводов, полученных ранее. Возникшие при ознакомлении с результатами вопросы и анализ некоторых спорных методических сюжетов вынесены в приложение.

В ходе дальнейших исследований ученый приходит к осознанию необходимости расширения спектра памятников. К анализу были привлечены изображения писаниц и пещерных комплексов. И с точки зрения характеристики методического направления нужно отметить, что синтактическое поле было расширено только в случае анализа изображения, расположенного на открытой скальной поверхности. При наблюдении микробарельефа лошади Черной Горы, невозможным и ошибочным было бы игнорирование окружающего ландшафта, помогающего в наблюдении пунктов восхода и захода светил в календарно значимые промежутки времени; конструкции святилища и места расположения самого изображения, освещаемого Солнцем после дня зимнего равноденствия. Таким образом, в прочтении данного текста полезными оказались многие факторы, выявление которых в случае исследования других типов памятников объективно невозможно. Полученные результаты позволили скорректировать прагматическую оценку комплекса. Площадка у подножья поверхности с изображением лошади являлась не только пунктом, в котором палеолитический жрец получал сведения о начале приближения весны, но и своего рода обсерваторией, где проводились наблюдения важных для культуры астрономических явлений. Информация, добытая в ходе подобной практики, в дальнейшем обобщалась и фиксировалась на поверхностях мобильных изделий.

Иначе рассмотрено содержание изображений пещерных комплексов. Здесь внимание исследователя было сконцентрировано на прочтении наиболее ярких из сохранившихся композиций. Синтактическое поле каждой из них было установлено в пределах выявленных В.Т. Петриным границ. Не смотря на то, что попытки к поиску «глобального» текста (как это пытался сделать А.К. Филиппов) не предпринимались, каждый из его фрагментов продемонстрировал присутствие содержания календарно-астрономического характера. Итак, два фактора – семантическая самодостаточность каждой, отдельно взятой композиции, и общность их содержания скорректировали ранее предложенную прагматическую оценку всего памятника. В.Е. Ларичев видит возможным рассматривать его как своеобразное хранилище знаний, как библиотеку и Академию палеолитической эпохи. При этом значимость объекта как места для проведения инициаций не отрицается. Именно здесь неофиты получали важную для развития культурной жизни общины информацию.

Таким образом, благодаря предложенной методике оказалось возможным рассмотреть содержательность различных типов изображений в одном информационном ключе. Предложенные исследователем выводы, не принимаются научным сообществом однозначно, но их безусловная важность для дальнейшего развития науки о первобытности никем не отрицается. Вкратце повторим их:

1. семиотический аспект выводов. Орнаменты изделий и орнаментальное оформление скульптурных изображений, знаковые дополнения к пещерным изображениям должно воспринимать как запись-пояснение к их содержанию. Информационная глубина знаков может быть чрезвычайно емкой, поэтому к прочтению текста нужно приступать непредвзято и после специальной подготовки по дисциплинам с археологией не связанным.

Любой орнаментированный и не орнаментированный предмет, настенное изображение располагают особого характера повествовательными «стратами». Можно выделить геометрический пласт, знаковый собственно, образно-символический в рассматриваемом тексте-изображении. На объективность выводов можно надеяться лишь тогда, когда удалось прочесть их соответственно полноте предложенного (т.е. объяснить значение каждой, сопровождающей их детали, указать на возможные правила, которыми пользовался автор изложения и т.д.). Эта работа, занимающая большое количество времени, требует подготовки по материаловедению, текстологии, в зависимости от защищаемых положений – по астрономии, календаристике, математике, антропологии и зоологии, эмбриологии и мн.др. Таким образом, все внимание исследователя оказывается сосредоточенным на предмете, а не на контексте, в котором предмет-изображение был найден.

2. Искусствоведческий аспект. Исследователи искусства палеолита должны отказаться от принципов внешних оценок образности и семантики изображений. Эпоха гносеологической безвыходности должна быть закончена. Поддерживающая культурологические теории XIX века, она не проясняет специфики структур и основ палеокультуры. Мифологические, космологические, космогонические представления палеолита, наличие которых сегодня просто констатируется, имеют естественнонаучные основы и строго заданный порядок своего знакового и образного воплощения.

3. Плеоэтнологический и культурологический аспекты. Высокого уровня знания эпохи палеолита, на первый взгляд не связанные с «насущными проблемами», могли быть возможны лишь в условиях заметной дифференциации общества. Для обеспечения развития естественно-научного характера знаний внутри палеообщины, по-видимому, сформировалась группа из отдельных её представителей, жизнь которых была посвящена интеллектуальным штудиям, практическим наблюдениям за жизнью звезд и планет, теоретизации полученных знаний, их сохранению. В различных экологических зонах эта информация могла обладать своеобразием стилистического воплощения (она могла быть выражена «различным языком»: художественным или же знаковым) и иметь различные подтексты. Таким образом, предложен новый взгляд не только на содержательность изображений первобытности, но и на структуру общества, в котором эти тексты создавались; на те социальные условия, в которых они могли быть созданы.

В заключении диссертационного исследования представлены основные результаты, подведены итоги развития двух методических направлений ярко заявивших о себе в отечественной науке. Охарактеризовано состояние развития каждого из них, сказано о возможных перспективах их дальнейшего развития.

К результатам проведенного исследования относится выявление:

  • структур интерпретаций, характерных для отечественной археологической мысли;
  • условий, в которых они развивались, и благодаря которым приобрели соответствующую форму;
  • выводов, которыми на данный момент обладает отечественная наука;
  • перспектив развития выявленных методических направлений;
  • первоочередных задач, с которыми должна справиться археологическая наука для успешного развития интерпретации накопленного ею материала.

В результате комплексного рассмотрения заявленной темы, мы можем выделить специфические каналы, из которых археолог получает информацию о значении палеоизображения. К ним относятся:

- впечатления, которые оказывает на него обнаруженный предмет;

- заключения о подобном изображении более авторитетного в сфере науки лица;

- сравнения его с аналогичным предметом-изображением из этнографической культурной среды;

- контексты, и их интерпретация;

- анализ предмета непосредственно.

Первые четыре «способа познания» соответствуют гуманитарному (традиционному) направлению интерпретации, последний – характерен для естественнонаучного.

Общий анализ методической структуры и эволюции, представленных вариантов чрезвычайно осложнен рядом факторов. Одной из основных проблем для развития исследований в этом направлении сегодня является проблема «коллекции». Коллекция изображений палеолита Северной Азии состоит, по большому счету, из находок, систематизированных в «Своде археологических источников» З.А. Абрамовой. Новые находки известны лишь узкому кругу специалистов. Материал, обнаруженный после 1970-х гг. элементарно не систематизирован, о нем очень сложно найти информацию в исчерпывающем объеме и зачастую неизвестно, какой научной обработке он подвергнут. Другая проблема касается приоритетных на данный момент направлений археологического изучения художественных артефактов эпохи палеолита. Датировка, классификация и поиск стилистических аналогий, сохранение памятников и историография археологии – вот то, что сегодня (судя по публикациям) является главным для науки. Представления об интерпретации изобразительного материала, как некой методически обусловленной форме творческой активности в археологии разделяются не многими. И проблема заключена в том, что роль археолога в этой процедуре сильно ограничена спецификой его интересов – он должен правильно добыть материал, который затем будет интерпретирован. Чаще всего археолог не готов на должном уровне вести рассуждения относительно информативности им обнаруженного неутилитарного материала. Безусловно, но способен пояснить чрезвычайно важный для его анализа контекст, включающий стратиграфию, планиграфию, орудийный комплекс и т.д., в котором изображение – есть интертекстуальное явление. Благодаря именно археологической специфике видения взаимосвязей различных факторов памятника сегодня наблюдается расширение семантико-синтактического контекста палеолитического изображения. Вряд ли это стоит оценивать негативно. Нельзя отрицать значимости этой тенденции – анализ контекста остается очень важным, если не единственным вариантом осмысления содержания беззнаковых изображений. Но нужно отметить, что и позитивных изменений в анализе контекстов, внимание на которые еще в 1930-х гг. обращал С.Н. Замятнин, не так уж и много. Более того, с 1980-х гг. в статьях, посвященных новым находкам, перестали появляться замечания семиотического характера. Это можно объяснить следующим. Вероятно, в археологии закончилась эпоха «материализма», когда при развернутой характеристике «базиса» «надстроечным» явлениям посвящалось несколько слов. Не исключено, что пришло осознание недостаточности компетенции археолога в решении задач, связанных с интерпретацией изобразительных материалов. В чем сложность этой процедуры – вопрос, рассматривавшийся на протяжении всего исследования. Но главная причина отказа от предоставления «рабочих» гипотез в том, что пришло осознание необходимости проведения интерпретации согласно правилам определенной методики семиотических исследований (чаще отработанных за пределами археологии), неважно в рамках какого направления исследование осуществляется.

О методах интерпретации сказано предельно ясно. В зависимости от того, как исследователь рассматривает источник, используемый им методический корпус можно разделить на два блока: гуманитарный и естественнонаучный. Они не противопоставлены друг другу. Более того, перспектива развития каждого из них заключена в их скорейшем синтезе, который, к сожалению, не спешит состояться.

Многочисленных сторонников традиционного направления, берущего свое начало в первой половине XIX века, сегодня отличает склонность к детальному описанию изображения и при этом пессимизм относительно возможности проникновения в суть предмета или изображения. Их работа строится на анализе визуальных впечатлений о находке, наложенных на систему существующих культурологических представлений. Она же базируется на культурологических и исторических работах конца XIX и первой половины XX веков, где обычно постулируется низкий уровень интеллектуального развития палеолитического человека и ограниченность области его интересов хозяйственными потребностями. Из этого следует, что «автором» большинства художественных изделий являлся палеолитический охотник, воплощавший в камне и кости в редкие свободные от хозяйственной деятельности минуты свои мечты об удачной охоте, либо обращения к силам, способствующим удаче в его промыслах. Таким образом, данные произведения демонстрируют не только (и не столько) эстетический уровень мечтаний, сколько присутствие культов, магического порядка действий для воплощения специфических устремлений в реальность, особенности его мифологической и слабо развитой интеллектуальной мировоззренческой системы. Проверка полученных выводов считается невозможной, некоторым её подобием является ориентация на практику этнографической первобытности, где охотничий уклад хозяйствования еще сохраняет древние традиции и корни.

К достижениям этого методического направления семиотического анализа можно отнести выработку разнообразных классификаций материала, разветвленной системы стилистических аналогий и подходов к рассмотрению существующих находок.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»