WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Nearly every man I’ve spoken to about Hammond loves the story of the crash and the recovery. It has everything: daredevilry, speed, machismo, drama and — go on, my son — plenty of testosterone. It’s a middle-aged man’s fantasy as is Top Gear, a programme I’ve always viewed as a transparent exercise to allow defeated, paunchy, balding blokes everywhere feel like they’re James Bond for an hour just by watching it. Talk about delusional: it would be tragic if it weren’t so comical. (Learn your lesson Hamster. India Knight. October 01, 2006,The Sunday Times). (Почти всем мужчинам, с которыми я говорила о Хэммонде, нравится вся эта история с аварией и выздоровлением. В ней есть все: безрассудство, скорость, мужественность, драма и – ну конечно, сынок – масса тестостерона. «Топ Геар» - фантазия для средневозрастных мужчин, программа, которую я всегда считала прекрасным способом для потерпевших неудачу в жизни, толстых, лысеющих мужиков почувствовать себя кем-то вроде Джеймса Бонда хотя бы на час просмотра программы. Что касается иллюзий: это было бы трагедией, если бы не было так комично. (Выучи свой урок, Хэмстер. Индия Найт, октябрь 1, 2006.Санди Таймз.) (Пер. наш)).

Автор в своем тексте широко использует сленг, разговорные слова и выражения: ‘go on, my son’, ‘blokes’, ‘hot little number’, ‘all-lads-together moniker’, ‘cojones’ и другие. Подобные экспрессивные лексические единицы используются для воздействия на эмоциональную сферу читателя, то есть автор проводит не отстраненный анализ проблемы, а использует имплицитные средства создания негативного образа поклонников программы. Анализ читательских отзывов (108 комментариев) показал, что только 6,5% (7 человек) читателей согласны с мнением автора. 15% (16 читателей) считают себя оскорбленными статьей.

Конфликтогенность данной статьи, согласно точке зрения С.В. Дорониной, объясняется несовпадением ценностных приоритетов большинства читателей и автора. Насмешливая тональность текста в данном случае наносит моральный вред представителям определенных социальных групп, что обусловлено спецификой мировоззрения, миропонимания, ценностных ориентаций, задающих общую направленность интересов и устремлений личности, иерархию индивидуальных предпочтений и образцов. Наиболее точно это выражено в следующем отклике читателя:

Most rich educated people have fast cars, it’s a sign of success to own such a magnificent piece of engineering to which most aspire. I thought your attack on men unwarranted. The advancement of the human race has depended on men for just about everything you take for granted, so don't be too harsh, we need our distractions to keep us sane (Matt, Bristol, U.K). (Большинство богатых образованных людей имеют быстрые машины, иметь замечательный образец инженерного искусства - это признак успеха, к которому многие стремятся. Я думаю, что ваши нападки на мужчин необоснованны. Развитие человечества во многом зависело от мужчин, - во всем, что вы принимаете как должное, поэтому не стоит быть столь резкой. Мы нуждаемся в развлечениях, чтобы оставаться в здравом уме. (Мэтт, Бристоль, Великобритания). (Пер. наш)).

По нашим наблюдениям, многие авторы комментариев, регулярно размещаемых на сайте газеты “The Times” прибегают к использованию стилистической фигуры иронии, посредством которой воссоздается резко сниженный образ объекта текста. Ирония является субъективной категорией и трактуется журналистом как собственная жизненная позиция и выступает как неотъемлемая часть идиостиля некоторых авторов комментария. Иронический способ описания действительности, социальных проблем, деятельности определенных лиц позволяет автору комментария скрыть инвективную семантику; реципиент текста, в свою очередь, стремится реконструировать прагматические следы такого сокрытия, ищет влияние контекста и выясняет, совпадают ли предпосылки и допущения говорящего с его собственными. Обнаруживаемое при этом противоречие, сигнализирующее о нарушении инициатором воздействия допустимых границ коммуникативной свободы со стороны автора воздействия, неизбежно ведет к конфликту. Вопрос о нарушении границ коммуникативной свободы инициатора воздействия решается реципиентом в процессе декодирования скрытых смыслов и ведет к соответствующему эмоциональному самораскрытию реципиента текста (читателя).

В третьей главе «Типология инвектогенных средств манипулирования в жанре комментария» рассматриваются фонетические, морфологические, лексические, синтаксические и наиболее распространенные композицонные приемы манипулирования в жанре аналитического комментария в аспекте выражения ими скрытых инвективных смыслов. Данные приемы рассматриваются в связи с актуализацией ими стереотипов «свой мир» и «чужой мир» в языковом сознании автора комментария и читателя.

Как отмечает, И.В. Рогозина, картина мира индивидов, несомненно, формируется под влиянием масс-медиа и избежать влияния СМИ практически невозможно. Однако, результат этого влияния может быть разным: тот, к которому стремились продуценты текстов, или прямо противоположный, как, например, в тех случаях, когда сообщение СМИ идентифицируется реципиентом как воздействие с манипулятивной целью. Реципиент задумывается не только над содержанием медиа-текста, но и пытается определить, в интересах каких групп людей делается подобное сообщение.

Некоторые исследователи манипулятивного воздействия СМИ проводят строгое разграничение между рациональным и эмоциональным восприятием текста. Так, А.А. Котов указывает, что смысл текста может быть обработан реципиентом эмоционально и рационально и вводит понятия доминантых (эмоциональных) и рациональных сценариев обработки смысла. Если читатель распознает воздействующие тексты, то запускаются иные механизмы их обработки – не те, которые планировались автором. Во всех таких случаях реципиенты обрабатывают тексты с помощью контрсценариев, которые являются механизмами анализа, нежелательными для автора текста. При активизации контрсценария, доминантный сценарий не запускается и воздействия в этом случае не происходит. Контрсценарий может быть как рациональным сценарием (поиск читателем логических противоречий в тексте и обвинение автора в неточностях), так и доминантным сценарием (эмоциональная реакция, например испуг, на воздействие) [Котов http://www.harpia.ru/ theory. html].

Наше исследование читательских откликов показывает, что читатели, осознающие манипулятивное воздействие текстов комментария, часто воспринимают попытку навязать автором свое собственное мнение за счет обращения к общепринятым (стереотипным) представлениям как попытку нарушить целостность своей картины мира (а соответственно в какой-то степени как угрозу своей безопасности). Это часто вызывает негативные эмоции у читателей и ответную агрессивную реакцию, выраженную в инвективных высказываниях. При этом эмоциональные высказывания в ответной реакции часто сочетаются с логическими рассуждениями.

Согласно нашим наблюдениям, для сферы речевого воздействия в области медиа-коммуникации особое значение имеют две ментальные схемы – «свой мир» и «чужой мир», поскольку попытки побудить реципиента к принятию фрагмента чужой картины мира, как правило, наталкиваются на сопротивление. Подобный феномен сопротивления со стороны читателей мы объясняем, прежде всего, инстинктом самосохранения, генетически заложенном в человеке [Гердер, 1977]. Известно, что направленное речевое воздействие предполагает снятие барьеров для обеспечения доступа информации к мышлению индивида и ее последующую интериоризацию.

В качестве одного из способов уменьшения и снятия барьеров Г.Н. Третьякова предлагает рассматривать обеспечение вербального доступа продуцента к структурам сознания реципиента с опорой на ментальную схему «свой мир», которая является ментальной схемой высокого уровня обобщения и накладывается на другие ментальные схемы [Третьякова, 1998: 113]. В письменной форме коммуникации используются вербальные средства репрезентации ментальных схем «свой мир» и «чужой мир», чем удовлетворяется потребность реципиента в познании мира вообще. Можно предположить, что познание социальной реальности осуществляется в рамках именно этой дихотомии. В контексте двух рассмотренных ментальных схем активизируются другие ментальные схемы, такие как «страна» или «народ». Активизация ментальной схемы «чужой мир» может вызывать неприятие и отторжение и перекрывать доступ к когнитивной системе реципиента, а также сопровождаться выбором лексем с семантическим компонентом «плохо» [Третьякова, 1998: 118-127].

Далее мы рассмотрим более подробно разноуровневые языковые средства, используемые авторами комментария как средства воздействия на читателя. Инвектогенность данных средств определяется нами по читательским откликам.

Роль фонетических и морфематических приемов манипулирования (звуковой повтор, актуализация внутренней формы слова) в статьях аналитического комментария сводится к созданию общего негативного эмоционального фона вокруг анализируемого объекта. Однако, будучи характерными для спонтанной разговорной речи, данные средства не находят широкого применения при описании проблем, требующих серьезного анализа.

Морфологические приемы манипулирования являются важным средством актуализации ментальных схем «свой мир» и «чужой мир» в текстах статей, написанных в жанре аналитического комментария. Благодаря противопоставлению морфологических форм, автор добивается создания необходимого эффекта контраста между «положительным» отношением к компонентам «своего мира» и отрицательными эмоциями, вызываемыми элементами «чужого мира». Например, распространенным средством акцентирования внимания является употребление лексем сравнительной и превосходной степени.

Of course, whatever the latest shift in policy does for Iraq, the US and its President, it is evidently way too late for it to do anything to salvage the reputation and legacy of that other member of the worlds most hated duumvirate, Tony Blair. (Roll up, roll up, to chuck rotten tomatoes at the PM, Gerard Baker, The Times, January 12, 2007).(Конечно, каким бы не был результат смены политического направления для Ирака, США и Американского Президента, очевидно, что это все слишком поздно для спасения репутации и должности второго члена самого ненавистного в мире дуумвирата, Тони Блэра. (Давай, давай, бросай гнилые помидоры в Премьер Министра. Таймз, январь 12, 2007). (Пер. наш).)

Большое количество экспериментальных исследований, проводимых в настоящее время в рамках когнитивистики [Наумова, 1998; Рогозина, 2003; Матурана, 1995], позволяет реконструировать индивидуальную систему личностных смыслов реципиента на основе построения субъективных семантических пространств (фреймов), представляющих собой определенным образом структурированные системы признаков, отношений объектов социальной действительности, которые описывают и дифференцируют объекты некоторой содержательной области. Для речевого воздействия через СМИ, т.е. воздействия на большие группы людей, особое значение имеют стандартные ментальные образования (концепты), свойственные большинству носителей определенной культуры, потому что именно на их основе возникает «общая система отсчета», необходимая для обеспечения взаимопонимания между продуцентом и реципиентом. Видение конфликтных ситуаций с позиций доминирующих ментальных схем порождает вербальные конструкты, которые содержат маркеры конфликтного речевого поведения, позволяющие оценивать обе стороны в терминах одобрения действий одной из них и критики оппонентов.

Интерпретация реальности с помощью ментальных схем «свой мир» и «чужой мир» позволяет «говорящей личности оказывать психологическое воздействие и влияние не только на своих партнеров по интеракции и на прямых оппонентов, но и на третью сторону, позиция которой может входить в круг интересов такой личности» [Романов, 2000: 84]. Такой третьей стороной являются читатели статей. Средства выражения (экспликации) подобных ментальных схем: актуализация коннотативных значений как компонентов концепта, расширение диапазона восприятия за счет использования лексики различных субмодальностей, а также применение суггестивных подмен на основе денотативного тождества слов (традиционный пример: борцы за свободу – мятежники - террористы).

Примером интерпретации конфликтной ситуации с четким разграничением ментальных схем «свой мир» и «чужой мир» служит статья “The fatal fantasy” Марка Дэннера. Объясняя провал иракской военной кампании незнанием военным руководством США этнических, религиозных и культурных особенностей захваченной территории, автор, очень осторожно подходит к выбору ключевых слов – большинство фраз являются цитатами речей президента США, а объяснения причин даны со ссылками на мнение известных политических деятелей.

The War of Imagination was built of nationalistic excitement and ideological hubris and administration pronouncements about “spreading democracy” and “greetings with sweets and flowers”, and then about “staying the course” …Now and in the coming weeks we will hear much talk of “exit strategies” and “proposed solutions”. (The fatal fantasy. Mark Danner.The Sunday Times, December 10, 2006). (Война Воображения была основана на националистических чувствах и идеологическом высокомерии и высказываниях администрации о «распространении демократии» и «приветствиях цветами и сладостями», и затем о «сохранении курса». …Сейчас и в ближайшие недели мы услышим много разговоров о «стратегии выхода» и «предлагаемых решениях». (Фатальная фантазия. Марк Дэннер. Санди Таймз, декабрь 10, 2006). (Пер. наш)).

Именно эти ключевые фразы, предстающие для читателей эвфемизмами реальных побудительных стимулов или корыстных целей организаторов иракской кампании, вызывают наибольшее раздражение, например: The so-called "liberation" of Iraq turned into a fiasco precisely because it wasn't a "liberation". It was an invasion and was seen as such throughout the Muslim world. It was an imperialist conquest by the USA to gain control over the oil rich Middle East and demonstrate that it is still a power to be reckoned with. (Tony Wells, Liverpool, UK). (Так называемое «освобождение» Ирака превратилось в фиаско, потому что это не было «освобождение». Это было вторжение и именно так и рассматривалось в мусульманском мире. Это было империалистическое завоевание США с целью получения контроля над богатым нефтью Ближним Востоком и демонстрации своей власти, с которой необходимо считаться. (Тони Уэллс, Ливерпуль, Великобритания). (Пер. наш)).

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»