WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

2. Выявлены основные функции и характеристики МТ как автономного и эксплицитного компонента постмодернистского нарратива, позволяющие обнаружить МТ в произведении, дифференцировать МТ и претекст, МТ и разного рода субтексты, многочисленные в постмодернистских произведениях.

  • Рефлективная функция. Рефлективность является одной из существенных характеристик МТ. Она обусловлена тексто- и литературоцентричностью МТ, что непосредственно сказывается на его жанровых, стилевых и языковых отличиях, придающих МТ черты полидискурсивности. На уровне акта наррации эксплицирована субъективная авторефлексия нарратора-писателя как главного героя МТ.
  • Коммуникативная функция. Коммуникативность МТ проявляется в диалоге фиктивного нарратора и читателя, способствуя активизации читательского восприятия. Диалогичность МТ содействует формированию иллюзии, что произведение создается как бы в процессе чтения, что придает интригу метатекстовому повествованию.
  • Структурирующая функция. МТ усиливает такие черты постмодернистского нарратива, как его фрагментарность, автономность частей, отсутствие классической иерархии, нелинейность повествования и др.

3. На основе разработанной теоретической модели МТ с учетом обозначенных характеристик МТ предлагается схема анализа постмодернистских литературных произведений нарративного характера с метатекстовым компонентом.

4. В ходе анализа литературного материала раскрыт амбивалентный характер МТ как самоценного текстового образования. Показано, что МТ становится более автономным и содержательно наполненным (по сравнению с претекстом) компонентом постмодернистского нарратива, приобретая все больше нарративных характеристик и становясь своеобразным повествованием в повествовании со своими героями, интригой и особым типом литературоцентричной событийности.

Теоретическая значимость работы заключается в систематизации представлений и концепций литературного МТ и разработке целостной теоретической модели МТ, позволяющей более полно описать нарративную поэтику русской постмодернистской литературы. Результаты исследования могут быть учтены в дальнейшей разработке нарративных моделей постмодернистской литературы.

Практическая значимость диссертационного исследования определяется возможностью использовать полученные результаты при подготовке общих и специальных курсов по теории литературы, а также истории новейшей русской литературы.

Апробация работы. Основные положения работы были представлены в виде докладов на Международных научных конференциях «Культура и текст» (Барнаул, 2005), «М.Ю. Лермонтов: художественная картина мира» (Кемерово, 2006), «Нарративные традиции славянских литератур (средневековье и новое время)» (Новосибирск, 2006); на региональных конференциях молодых ученых Института Филологии СО РАН (Новосибирск, 2005, 2006, 2007), на филологических чтениях «Проблемы интерпретации в лингвистике и литературоведении: мета- и реинтерпретация», «Проблема интерпретации в литературоведении» (Новосибирск, 2005, 2006, 2007).

Структура диссертации предопределена ее содержанием. Работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во ВВЕДЕНИИ обоснована актуальность темы, определена степень ее изученности; сформулированы цель, задачи, методология исследования, научная новизна, теоретическая и практическая значимость диссертации.

ГЛАВА 1 диссертации, ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ ЛИТЕРТАУРНОГО МЕТАТЕКСТА, состоящая из 7 параграфов, посвящена анализу понятия МТ в теоретико-методологическом аспекте и разработке теоретической модели МТ. В ней рассматриваются представления и концепции МТ и производится систематизация теоретико-литературных исследований по данной тематике с привлечением данных из других областей литературоведения, связанных, прежде всего, с изучением нарративов и выявлением ключевых свойств постмодернистской литературы.

В ПАРАГРАФЕ 1 КОНЦЕПЦИИ МЕТАТЕКСТА В СОВРЕМЕННОМ ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИИ рассматривается понятие МТ, особенности употребления данного термина и история изучения явления метатекстуальности.

Появление термина метатекст обычно связывают с работой А. Вежбицкой «Метатекст в тексте» (1978). Поэтому вполне закономерно, что прежде всего данное понятие взяли на вооружение лингвисты (исследования И. Т. Вепревой, М. В. Ляпон, В. А. Шаймиева, монографии А. Н. Ростовой, Н. П. Перфильевой и т.д.). В языкознании под МТ, как правило, понимается не системное текстовое образование, а имеющийся в языке набор специальных (мета)элементов, сопровождающих основной текст (вводные слова, конструкции и т.д.).

Среди работ лингвистов нам наиболее интересна монография В. А. Лукина. Во-первых, объектом его анализа становятся художественные тексты, а во-вторых, он последовательно различает разные метаязыковые знаки: метатекстовый элемент, метатекстовый фрагмент и непосредственно МТ. Если метатекстовые элементы встречаются практически во всех текстах, то метатекстовые фрагменты появляются в произведениях реже, обладают более самостоятельными характеристиками и функциями (но не составляют собой текста). МТ обеспечивают глобальную связность и самоописание целого текста и содержатся далеко не во всех литературных произведениях.

В последнее время термин МТ используется все чаще, при этом явление метатекстуальности может интерпретироваться по-разному. Встречается как излишне расширительные трактовки термина (метанаррация, метаповествование), так и узкоспециальные (в библиографии, теории перевода). В данном разделе рассмотрены наиболее часто встречающиеся подходы к МТ. Нередко встречаются способы употребления термина, которые можно отнести к лингвистической традиции, восходящей к вышеупомянутой статье А. Вежбицкой, где МТ скорее имплицитен и реконструируется из разрозненных метаэлементов, так или иначе присутствующих в произведении (А.А. Асоян, М.В. Строганов, Х.Е. Ким). В некоторых работах говорится именно о метатекстовых компонентах (элементах) (Л.Е. Ляпина, С. Н. Николаев).

Мы рассматриваем МТ как самостоятельный текст, как автономный и эксплицитный компонент постмодернистского нарратива. Метатекстовые элементы, фрагменты могут интересовать нас только в историческом аспекте. Сначала метатекстовые знаки появлялись в литературных произведениях именно в виде метатекстовых элементов, фрагментов (Ю. М. Лотман, Ю. Н. Тынянов, в настоящее время Д. П. Бак, Т. Ф. Плеханова), и только в литературе постмодернизма появляются достаточно самостоятельные и целостные МТ.

Благодаря МТ в поле зрения читателя оказываются не только описываемые события вымышленного мира (как в традиционном нарративе), но и персона самого писателя, а также история написания произведения. В связи с этим МТ попадает в сферу внимания исследователей феномена метапрозы (Д. М. Сегал, М. Н. Липовецкий, М. П. Абашева) и метапоэтики (К. Э. Штайн, И. Н. Иванова, В. А. Шаповалов). Понятия метапроза и метапоэтика (как «поэтика по данным метатекста и метапоэтического текста», К. Э. Штайн) гораздо шире понятия МТ.

Отметим также, что термин МТ, в силу своей вторичности, предполагает некоторую «парность», наличие объекта описания. В исследовательской литературе встречается множество вариантов наименования метатекстового компонента повествования (вторичный, внешний, обрамляющий, производный) и неметатекстового, описываемого (референт, прототекст, претекст; основной, базовый, материнский, исходный текст). Поскольку в ходе работы приходится так или иначе различать, описывать и сопоставлять метатекстовые и неметатекстовые части произведений, последние обозначаются термином претекст.

В ПАРАГРАФЕ 2 ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПОСТМОДЕРНИСТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В КОНТЕКСТЕ ПРОБЛЕМЫ МЕТАТЕКСТУАЛЬНОСТИ рассматриваются концепции и понятия эстетики постмодернизма, позволяющие глубже понять специфику метатекстуальности.

Постмодернизм достаточно сложное и неоднозначное явление культуры последней трети ХХ в. Далеко не все критерии литературного постмодернизма, выявляемые большинством литературоведов и теоретиков искусства (Р. Барт, Ж. Деррида, Ж.-Ф. Лиотар, У. Эко, В. М. Дианова, И. П. Ильин, Н. Л. Лейдерман, М. Н. Липовецкий, Н. Б. Маньковская, И. С. Скоропанова), бывают реализованы в конкретном произведении. Мы остановились подробнее именно на тех характеристиках постмодернистской литературы, которые так или иначе могут быть проявлены в художественных нарративах с МТ.

В связи с выяснением природы вторичности МТ рассматривается явление интертекстуальности (И. В. Арнольд, И. П. Ильин, Ю. Кристева, И. П. Смирнов, М. Б. Ямпольский). Здесь важны изменения в референтной соотнесенности постмодернистских произведений, по мнению исследователей, отсылающих читателя не к реальности, а к другим текстам. Поэтому отмечается повышенная литературоцентричность произведений, стремление постмодернистских писателей к эклектике, включению в свое творчество всего (не только литературного) опыта мировой культуры, к расширению контекста и вовлечению нового материала в сферу литературы. Способствует последнему и интерес писателей к процессу означивания, «референтной семантике художественного знака» (И. П. Смирнов), который эксплицируется в многочисленных автокомментариях, метаописаниях, встраиваемых в повествование. Это напрямую связано с онтологией МТ, отсылающего читателя не к чужеродным текстам, а к претексту, осмысляемому писателем в процессе творчества.

Также мы касаемся особенностей постмодернистской эстетической коммуникативной модели, где по-новому распределяются роли автора и читателя. Проблема снятия индивидуальности («смерти автора» Р. Барт) заявленная в постмодернизме, звучит по-иному в аспекте метатекстуальности. Но коммуникативность МТ во многом позволяет перенести в нарративе акцент на читателя, эксплицируя при этом проблему восприятия и интерпретации произведения.

Рассматриваются в данном параграфе и новые принципы создания постмодернистских текстов, их конструктивные особенности: ризоматичность, фрагментарность, неиерархичность. Нелинейность и многомерность нарративов с метатекстовым компонентом сопрягается с феноменом гипертекстуальности (М. Визель, Л. В. Зимина, Ж.-Л. Лебрав, М. М. Субботин и др.). МТ может выступать некоторым метаорганизатором достаточно независимых, иногда разобщенных частей повествования, эксплицируя связи между ними.

Также был затронут феномен постмодернистской игры и иронии, способствующих нарушению как внутритекстуальных границ, так и взаимоотношений вымысла и реальности. В игровом контексте, на фоне ироничности текст всегда амбивалентен и не поддается однозначной интерпретации.

В ПАРАГРАФЕ 3 ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ АНАЛИЗА НАРРАТИВНОГО ДИСКУРСА С МЕТАТЕКСТОВЫМ КОМПОНЕНТОМ мы обращаемся к разработанным нарратологами концепциям, понятиям и категориям, на которых может базироваться наше исследование.

Исследователи предлагают выделять различные базовые единицы и ключевые уровни повествования (А. Н. Веселовский и В. Я. Пропп, русская формальная школа, французская структуралистская традиция), также разрабатываются всевозможные модели нарратива (Р. Барт, Ж. Женетт, В. Шмид и др.). В диссертации преимущественно мы опираемся на трехуровневую модель нарратива Ж. Женетта: повествование (собственно текст) – дискурс, в котором излагается ряд событий; история последовательность событий, являющихся объектом данного дискурса, и наррация – акт повествования как таковой. Важным в контексте метатекстуальности является разграничение событий, о которых рассказывается, и события самого рассказывания (М. М. Бахтин). Благодаря МТ на акт наррации делается особый акцент, он становится самоценным и даже преобладающим уровнем в литературном нарративе.

В связи с преобладанием уровня повествования в центре внимания оказываются фигуры нарратора (изображающему субъекту принадлежит ключевая роль в коммуникативной ситуации) и читателя, к которому постоянно обращается рассказчик. Основываясь на модели коммуникативных уровней В. Шмида, мы также рассмотрели грани коммуникативного события в нарративном дискурсе, где различаются конкретные (реальные) участники ситуации и фиктивные (изображенные и изображающие) субъекты повествования. Особенно здесь важны фиктивный нарратор и фиктивный читатель в связи с проблемой разграничения литературного, вымышленного и реального (Н. Д. Тамарченко, В. Шмид).

В ПАРАГРАФЕ 4 ВТОРИЧНОСТЬ МЕТАТЕКСТА И ЕГО РЕФЕРЕНТНОЕ ПОЛЕ подробно рассматриваются содержательные характеристики МТ, особенности его вторичной природы.

Во многих имеющихся на сегодня определениях МТ как «текста о тексте» в первую очередь отмечается его вторичность, то, что объектом описания МТ должен являться некоторый, написанный ранее, текст (в выбранной нами терминологии претекст) (В. А. Лукин, Т. Л. Рыбальченко, Н. А. Кузьмина, Я. Э. Ахапкина, Т. С. Глушакова, А. В. Голубков).

Несмотря на то, что с позиций постмодернистской эстетики текстуальность современных произведений признается вторичной (интертекстуальность), есть возможность дифференцировать референтные и метареферентные аспекты в нарративах с МТ. Поэтому в первую очередь мы попытались установить общие и различные черты интертекстуальности и метатекстуальности, делая упор на специфику МТ. Если интертекст предполагает диалог с чужими текстами, то МТ писатель «наслаивает» на свой же претекст. Поскольку метатекстуальность предполагает взаимодействие соприродных (претекст и МТ), а не чужих текстов, между первичной и вторичной частями произведений выстраиваются преимущественно двусторонние связи. Хотя это не лишает сам МТ некоторых черт интертекстуальности (и интермедиальности). Но в данных случаях особенностью МТ является экспликация заимствований и связей, накладывающая ограничения на интерпретацию произведения, что говорит о проявлении в МТ и характеристик гипертекста. В МТ важными оказываются не только межтекстовые взаимодействия, в нем активно задействована игра на границах художественного и эмпирического миров, по-особому вовлекающая в свое поле реальных участников эстетической коммуникации (конкретных писателя и читателя).

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»