WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В Европе в период X–XVI вв. господствовали принципы субъективного вменения. Судебная практика того периода отличалась противоречивостью: в ряде случаев лица с психическими аномалиями освобождались от наказания, в других – наказание смягчалось, иногда эмоциональное стояние вообще не учитывалось.

Один из самых значительных памятников уголовного и уголовно-процессуального права средневековья «Каролина» (1532 г.) предусматривал как смягчающие, так и отягчающие обстоятельства. К смягчающим наряду с отсутствием умысла (неловкость, непредусмотрительность, легкомыслие) относилось совершение преступления в запальчивости или гневе. Однако рекомендовалось запрашивать «совета у компетентных учреждений и знатоков права», как с таким лицом поступить. Освобождение психически больных от ответственности было скорее исключением, чем правилом.

Во время правления в Англии Генриха VIII (1491–1547 гг.) был издан статут о том, что «любой виновный в высокой измене, хотя бы в преступлении и проявилось помешательство, подлежит каре так, как если бы он пользовался способностями разума»14. Аналогичные подходы были характерны и для системы феодального правосудия во Франции.

Таким образом, до середины XVIII в. в Западной Европе не было единого мнения по поводу правового регулирования поведения лиц с психическими аномалиями. Проблема юридической ответственности субъектов с психическим расстройством, не исключающим вменяемости (в том числе к ним относился и физиологический аффект), в современной постановке вопроса возникла на рубеже XVIII–XIX вв.

Окончательно понятие аффекта в законодательстве зарубежных стран было закреплено только в Новейшее время.

Уголовный кодекс Германии (принятый в 1871 г. и действующий в редакции 1987 г., что свидетельствует о своеобразной преемственности в праве) в § 20 гл. 1 устанавливает следующее: «Без вины действует тот, кто при совершении деяния вследствие болезненного психического расстройства, глубокого расстройства сознания, слабоумия или других психических отклонений не способен в полной мере осознавать противоправность деяний или действовать с сознанием их противоправности»15.

«Титул 18» Свода Законов США (1989 г.) (гл. 51, § 1112 – простое убийство) различает убийство умышленное – совершенное при внезапно возникшей ссоре или состоянии сильного душевного волнения (аффекта), и неумышленное, совершенное незаконными действиями16.

Уголовный кодекс Франции 1992 г. в ст. 122-1 устанавливает, что «лицо, находившееся в момент совершения деяния в состоянии аффекта, психического или нервно-психического расстройства, ухудшившего его способность осознавать или контролировать свои действия, подлежит уголовной ответственности, однако суд учитывает это обстоятельство при определении меры наказания и порядка его исполнения»17.

На основании проведенного анализа сделан вывод о том, что законодательство зарубежных государств по большей мере учитывало психические аномалии лица, совершившего правонарушение (к ним относили как душевные болезни, так и отдельные эмоциональные состояния), однако прямое указание на аффект как обстоятельство, смягчающее юридическую ответственность, появилось в праве только в конце XIX столетия.

Во втором параграфе «История развития правового регулирования аффекта в отечественном законодательстве» автором проводится анализ изменения и развития российского законодательства в отношении лиц, совершивших правонарушения в состоянии аффекта.

Уже в древнейшем памятнике Руси – «Русской правде» (XI–XII вв.) – содержится первое косвенное упоминание об убийстве в состоянии аффекта. Так, в ст. 6 говорится об уменьшении ответственности в зависимости от психофизиологического состояния субъекта. По нормам «Русской правды» правонарушителем может быть только лицо, обладающее свободной волей и сознанием. Если же его сознание и воля временно парализованы, деяние теряет свой преступный характер – это и есть так называемое состояние аффекта: «если кто ударит другого батогом… а оскорбленный, не стерпевши того, ткнет мечом, то вины ему в этом нет»18.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных (от 1845 г., в новой редакции от 1857 г.) и Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями (от 1866 г.), не выделяли патологические аффекты, тем не менее содержали особые постановления по поводу физиологического аффекта и его влияния на степень юридической ответственности (п. 5 ст. 134 Уложения, п. 2 ст. 13 Устава о наказаниях). В данных источниках единственным условием смягчения ответственности признается сильное раздражение.

Статья 458 Уголовного уложения (высочайше утвержденного 22 марта 1903 г.) гласила, что «виновный в убийстве, задуманном и выполненном под влиянием сильного душевного волнения, наказывается каторгой на срок не свыше 8 лет. Если такое душевное состояние вызвано противозаконным насилием над личностью или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, то виновный наказывается заключением в исправительный дом или заключением в крепость»19.

После революции 1917 г. советская власть издает большое число декретов, содержащих уголовно-правовые и административно-правовые нормы, но в них отсутствовали указания на правонарушения, совершенные в состоянии аффекта.

Однако в Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. уже была включена статья, закрепляющая предписание о том, что суду и наказанию не подлежали лица, «совершившие деяние в состоянии душевной болезни или вообще в таком состоянии, когда совершившие его не отдавали себе отчета в своих действиях, а также те, кто хотя и действовал в состоянии душевного равновесия, но к моменту приведения приговора в исполнение страдает душевной болезнью. К таковым лицам применяются лишь лечебные меры и меры предосторожности»20.

Наиболее проработанной в советский период является редакция ст. 104 УК РСФСР 1960 г., предусматривающей ответственность за убийство в состоянии аффекта. Согласно данной статье, состоянием аффекта считается особое эмоциональное состояние виновного – сильное душевное волнение (физиологический аффект), которое предполагает вменяемость, так как даже в самый сильный момент аффективной вспышки у человека сохраняется в той или иной мере самообладание.

Таким образом, анализ исследуемых источников свидетельствует, что российское законодательство предусматривало смягчение за правонарушения в состоянии аффекта. Однако в различные культурно-исто­рические периоды особое влияние оказывала государственная политика, подчас игнорирующая достижения науки (психиатрии, медицины, генетики, права).

Глава третья «Аффект в праве современной России» состоит из двух параграфов и посвящена изучению аффекта в различных сферах правового воздействия на общественные отношения.

В первом параграфе «Аффект в публичном праве» исследуются основные отрасли публичного права и основанные на этих нормах правоотношения, которые возникают с участием аффектированных лиц.

Анализ законодательства и судебной практики позволил сделать вывод о том, что чаще всего аффект учитывается и отражается в нормах уголовного и административного законодательства. Именно по этим основаниям исследование автора было сконцентрировано на указанных отраслях права.

Значительное место в параграфе отводится изучению обязательных признаков объективной стороны рассматриваемых преступлений, к числу которых относятся: насилие, издевательство, тяжкое оскорбление, иные противоправные действия (бездействие) потерпевшего, аморальные действия (бездействие) потерпевшего, систематическое противоправное или аморальное поведение потерпевшего. В процессе исследования автор приходит к выводу, что насилие является самой распространенной причиной, вызывающей аффект у виновного. Согласно анализу судебной практики аффективное состояние у виновного может быть вызвано любым по своему виду и форме физическим воздействием на его телесную неприкосновенность, здоровье и даже жизнь. Вторым по распространенности поводом, вызывающим состояние аффекта, является тяжкое оскорбление.

В ст. 107 УК РФ в качестве самостоятельного основания, способного вызвать аффект, названо издевательство, которое представляет собой злую насмешку, глумление над виновным. По мнению автора, в отличие от тяжкого оскорбления, всегда выражающегося в неприличной форме, издевательство может осуществляться в пристойном виде, хотя по своему содержанию является столь же циничным и оскорбительным, глубоко ранящим психику человека.

Аффект может возникнуть под влиянием иных противозаконных действий (бездействия) потерпевшего. Данные поведенческие акты, хотя и не являются насилием, издевательством и оскорблением, но вместе с тем характеризуются грубым нарушением прав и законных интересов виновных или других лиц.

Существенным дополнением в ст. 107 УК РФ по сравнению с предыдущим законом явилось введение понятия «аморальное действие (бездействие) со стороны потерпевшего». В сознании большинства членов общества всегда были аморальными предательство, обман, разврат и др. В связи с этим аффект может быть вызван, например, очевидным фактом супружеской измены. Автор критикует подобную формулировку и предлагает конкретизировать аморальные действия (бездействие), указав в законодательстве их исчерпывающий перечень.

Автором отмечается, что в юридической литературе до сих пор не нашел своего однозначного решения вопрос о виде умысла в убийстве, совершенном в состоянии аффекта. Одни считают, что преступление в состоянии аффекта может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом. По мнению других, подобные преступления могут совершаться только с косвенным умыслом. Диссертант же считает, что убийство в состоянии аффекта может быть совершено как с прямым, так и косвенным умыслом. В некоторых случаях действия виновного характеризуются определенностью и целенаправленностью, но такие убийства с прямым определенным умыслом не типичны для исследуемого состава преступления, т.к. в основном оно совершается с прямым неопределенным либо косвенным умыслом.

Во втором параграфе «Аффект в частном праве» автором рассматривается возможность заключения брака, сделки, трудовых правоотношений в состоянии аффекта.

В работе отмечается, что традиционно частное право не регулирует правоотношения субъектов, находящихся в состоянии аффекта. Однако на основе анализа его отраслей и результатов проведенных автором социологических исследований были установлены признаки аффекта в гражданском, семейном и трудовом законодательстве.

Проведенный сравнительный анализ норм частного права в соотношении с нормами публичного права позволил диссертанту выявить общие и отличительные признаки аффекта в данных областях.

Признаки, аналогично характеризующие аффект в частном и публичном праве:

– во-первых, аффекты могут быть вызваны любым противоправным поведением субъекта правоотношений (насилием, издевательством, оскорблением, аморальным поведением, длительной психотравмирующей ситуацией и т.д.);

– во-вторых, аффекты выражаются состоянием сильного эмоционального напряжения (волнения);

– в-третьих, аффекты воздействуют на волю и волеизъявление субъекта правоотношений;

– в-четвертых, аффекты определяют правовые последствия.

Различия не носят деструктивного характера, а связаны со спецификой нормативной базы частного и публичного права.

Так, например, в частном праве действия субъекта (заключение сделки, брака и т.д.), совершенные в состоянии аффекта, носят правомерный характер, так как совершаются в соответствии с нормами права в отличие от правонарушений, совершенных в подобном состоянии и рассматриваемых публичным правом. При этом юридические последствия могут возникнуть только в том случае, если на их достижение была направлена воля лица.

Для квалификации правонарушений в публичном праве определяющее значение имеет вид умысла аффектированного лица. Частное право не акцентирует на этом внимание, главное – доказать, что воля лица в момент заключения брака, сделки, договора не соответствовала его волеизъявлению по причине эмоционального состояния (аффекта).

И, наконец, в частном праве (в отличие от публичного) сделки (в частности, договоры) являются оспоримыми и могут быть признаны недействительными по иску гражданина, который в момент совершения сделки не был способен полностью понимать значение своих действий, а также иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы были нарушены в результате ее совершения. Сказанное относится и ко всем стадиям заключения брака.

Таким образом, автор полагает, что аффекты существуют в ряде отраслей частного права и, несмотря на все его отличия от публичного, также имеют не только психологическую, но и юридическую природу.

В заключении диссертации подводятся итоги проведенного исследования, формулируются предложения по совершенствованию законодательства в отношении юридической ответственности лиц, совершивших правонарушения в состоянии аффекта.

По теме исследования автором опубликованы следующие работы:

  1. Коломина, А.В. Правовое закрепление категории «аффект» в частном праве (исследования, полемика, предложения) / А.В. Коломина // Сб. ст. преподавателей и аспирантов каф. гос.-правовых дисциплин юрид. фак. ВГПУ / ВГПУ. – Владимир, 2005. – Вып. 2. – 0,25 п.л.
  2. Коломина, А.В. Понятие аффекта и его внешнее проявление / А.В. Коломина // Актуальные проблемы юриспруденции: сб. науч. тр. / ВГПУ. – Владимир, 2005. – Вып. 5. – 0,18 п.л.
  3. Коломина, А.В. Понятие аффекта и его отличие от других эмоциональных состояний / А.В. Коломина // «Черные дыры» в российском законодательстве. – 2006. – № 4. – 0,5 п.л.
  4. Коломина, А.В. Основы правовой аффектологии / А.В. Коломина, Р.Б. Головкин / ВГПУ. – Владимир, 2006. – 2,5 п.л.

Общий объем публикаций составляет 3,43 п.л.

Усл. печ. л. 1,16. Уч.-изд. л. 1,37.

Тираж 100 экз.

Организационно-научный и редакционно-издательский отдел

Федерального государственного образовательного учреждения
высшего профессионального образования «Владимирский юридический институт
Федеральной службы исполнения наказаний».

600020, г. Владимир, ул. Б. Нижегородская, 67е.


1 См.: Путин В.В. Послание Федеральному Собранию Российской Федерации: Текст выступления Президента РФ В.В. Путина перед депутатами Федерального Собрания в кремле 25 апреля 2005 г. // Рос. газ. 2005. 26 апр.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»