WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Характерной чертой русского лингвокультурного сознания является ситуация, когда судьба выбирает человека: Судьба — собака: кого оближет, а кого укусит; Человек предполагает, а Бог располагает. Но случается и так, что человек сам выбирает свою судьбу, человек в силе изменить свою судьбу: Взять за рога судьбу; Искушать судьбу.

Понимание судьбы как божественного провидения ставит испытания перед человеком: На произвол судьбы; ирония судьбы. Такое отношение объясняет признание судьбы как средоточия высшей власти, перед которой человек бессилен, которой он вынужден подчиниться.

В адыгейской ЯКМ понятие судьба представлено двумя значениями: 1) участь, доля: насып; 2) будущность: къуехъул1эщтыр, зэрэхъущтыр. В восприятии концепта судьба адыгейским лингвокультурным сознанием не отмечается выраженной пессимистичности и безнадежности как в русской ЯКМ. В значении насып (счастье) судьба распределяется «неравномерно» между людьми: одни из них получают счастливую судьбу (насыпышlу), другие - несчастливую (насыпынчъ): Насыпыр 1ахьэ мыгощ - У каждого свое счастье, своя доля счастья (букв.: Счастье — неразделяемая доля); Инасып, псым фэдэу, къэк1о - Его счастье идет, как вода; О несчастливом (невезучем) человеке говорят: Насыпым къыухьагъ - Его обошло счастье (букв.: Его счастье прошло вперед); Насыпым хэныгъ – Счастье не досталось. В адыгейской лингвокультуре наблюдается также изменчивость судьбы и всеобщая вера людей в судьбу, а именно надежды, возлагаемые на изменение судьбы в лучшую сторону: Насыпынчъэ щы1, ау мыгугъэрэ щыIэп - Несчастливые бывают, но нет таких, кто бы не жил надеждой. Более того, в адыгейской ЯКМ мы наблюдаем ситуацию, когда судьба предоставляет человеку возможность изменить свою жизнь в том случае, если он готов, и это приветствуется: Насыпыр IэрыкI Iэрылъхь – Судьба изменчива (букв.: Судьба переходит из рук в руки); Инасып чэум епхыгъэп - Его счастье не привязано к плетню. Человек предстает перед судьбой как личность более сильная, способная противостоять ей: ЦIыфым инасып ежь зыфешIыжьы – Человек сам творец своего счастья. Отметим такую же аналогию в русском языке: Каждый человек кузнец своего счастья.

Подвластность судьбы человека влиянию высших сил отражена в следующих примерах: Алахьэм ыlуагъ – Предопределено богом (так суждено); Алахьэм ыlуагъэр хъун (Тхьам ыlуагъэр хъун) – Чему быть того не миновать (Как предначертано богом, так и будет): употребляется в значении «человеку дается надежда на счастливый поворот судьбы, благополучный исход тяжелой жизненной ситуации».

В адыгейской ЯКМ судьба репрезентирована и как жизненный путь. В данном представлении отмечается зависимость человека от судьбы, невозможность изменить ее: Гъаш1э зи1эм уахъти иl - Кому дана жизнь, тому не миновать и смерти; Гъаш1эм ик1ыхьагъэр зыми ышlэрэп - Никто не знает, сколько суждено ему жить.

2.2.3 Концепт душа в ЯКМ

В ЯКМ душа отражает состояние человека, различные свойства его характера. В философии под душой понимается внутренний, психологический мир человека. В религии душа выступает, как некая бессмертная, нематериальная сила, которая после смерти человека попадает в рай или ад.

Душа воспринимается как орган внутренней жизни человека, не связанный ни с физиологией, ни с мыслительной деятельностью. Душа - это, прежде всего, внутренний мир человека, отражение, «зеркало» его истинных чувств и эмоций. Душа может испытывать самые различные чувства: любовь и ненависть, жалость и безразличие, искренность и замкнутость. По нашим наблюдениям, в русской лингвокультуре душе присуще много страдать. Душа способна испытывать жалость, боль, тревогу, беспокойство, глубокую душа болит, душа разрывается, душа разрывается, душа в пятки вошла; ад кромешный на душе; кошки скребут на душе; камень на душе. Душа способна не только страдать, но и сострадать: болеть душой, душа перевернулась.

Душа может испытывать и положительные эмоции и чувства - радость, любовь, верность, вдохновение, искренность и т.д.: души не чаять; всей душой; войти в душу; с открытой душой; душой и телом; за милую душу. Фразеологизмы с концептом душа отличаются особой эмоциональностью: до глубины души, всеми фибрами души, в глубине души, вырывать из души, от всей души.

Душа, располагаясь в теле человека, представляет живую субстанцию, которая способна перемещаться: душа не на месте, душа ушла в пятки. Как живая субстанция, располагающаяся внутри человека, душа делает человека живым и в то же время очень ранимым. Душу можно тревожить, мучить, волновать - выворачивать душу; измучить угрозами, домогательствами – вытрясти душу, бередить душу, вымотать душу; душа не балалайка; и даже убить (ударом) – вышибить душу. Также душе присуще чувство покоя, воодушевления, вдохновения: отлегло на душе; отдыхать душой.

В русской лингвокультуре душа отождествляется с личностью человека, с его сущностью, с его внутренним «Я», душа – alter еgo человека. Для оценки морально-нравственных качеств личности человека в русской лингвокультуре существуют соотносимые ФЕ, выражающие положительные и отрицательные качества: с открытой душой; душа нараспашку; заячья душа; чернильная душа и др.

С точки зрения этики, душа - самое ценное, что есть у человека. Сохранение чистой души важнее материальных благ: Хоть мошна пуста, да душа чиста; Скупому душа дешевле гроша.

Образ души присутствует при характеристике действий и поступков человека, связанных с морально-этической оценкой. Поступать против совести – кривить душой; Душа кривая все примает.

Для морально-этической оценки внутреннего мира человека характерно противопоставление тела и души как «красивого» и «низкого»: Личиком бел, да душою черн; Молодец красив, да душою крив. Также наблюдается противопоставление души и тела как «радостного» и «постыдного»: Глазам стыдно, а душа радуется; Душа согрешила, а спина в ответе.

Восприятие души как особого, внутреннего мира человека предполагает возможность вторжения в его личную жизнь, в самые сокровенные чувства и мысли, что оценивается в русской ЯКМ как этическое невежество: влезть в душу; заглядывать в душу; плюнуть в душу; без мыла в душу залезть. Но человек и сам может открыть свой внутренний мир, т.е. рассказать о своих заветных чувствах, мыслях, переживаниях: раскрывать душу; открывать душу; выкладывать душу; изливать душу.

С религиозной точки зрения, душа как средоточие сознательной внутренней жизни человека связана с высшим духовным началом. При этом душа осознается как нечто, данное человеку Богом. В отличие от физического состояния тела, душа человека бессмертна, после смерти человека возвращается к Богу, что отражено во ФЕ: отпустить душу на покаяние. Душа как самое ценное у человека выступает как некий залог в отношениях человека с Богом: отдавать Богу душу; как Бог на душу положит. Не согрешить, сохранить душу чистой перед Богом является одним из постулатов религиозной морали: хватить греха на душу; взять грех на душу; загубить свою душу.

В русской ЯКМ наблюдается восприятие души как физической субстанции; о слабом, хилом, болезненном человеке говорят: еле – еле душа в теле; в чем душа только держится. Подтверждением «анатомического» представления души является представление души в виде желудка: сколько душе угодно; душа не принимает; Душа не сосед, есть хочет.

В адыгейском религиозном сознании псэ (душа) связывает человека с загробным миром. По представлениям носителей языка, душа бессмертна, не зависит от тела, и после смерти человека возвращается в потусторонний мир. Например: Ыпсэ хэкIын – умереть (букв.: душа отошла); Псэр хэлъэтын – умереть (букв.: душа улетучилась, испарилась) и др.

Подтверждение бессмертия души проявляется в адыгейском языке в следующих устойчивых сочетаниях, в которых душе приписывается свойство «ожить»: ыпсэ къыпыкIэжьын – душа ожила (ожить); псэр къыхэгъэхьажьын – оживить душу (вернуть к жизни);

В адыгейской ЯКМ наблюдается глубокая чувственная и эмоциональная связь концептов псэ (душа) и гу (сердце): Ыгуи ыпси - И душой и телом (И душой и сердцем); Ыгуи ыпси хилъхьан - Вложить всю душу и сердце (энергию) во что-л. Следующие адыгейские пословицы иллюстрируют при этом более глубокое раскрытие рассматриваемых концептов: Псэм икIасэр гум нэсы - Что по душе, то и до сердца доходит; Гур зыфакIорэм псэр нэсы – К чему сердце тянется, туда и душа следует.

Ценностный характер адыгейского культурного концепта псэ (душа) эксплицируется в пословицах, связанных с морально-этической оценкой, честью, мужеством: Псэр ащэ, напэр ащэфы – Дорожи честью (букв. душой) больше, чем жизнью. ЛIэбланэр ыпсэ еблэжьырэп – Мужественный не жалеет своей жизни (букв. души).

С этической точки зрения адыгейским национальным самосознанием интеллектуальные свойства души воспринимаются как самое ценное, что есть у человека, народа в целом: ЦIыфым иакъыл псэ годзэ папкI – Ум человека – это его вторая душа; Бзэр цIыф лъэпкъым ылъапс – Язык – душа народа.

Для души, которая является вместилищем эмоциональной жизни человека, свойственны самые различные чувства. По метафорическому переносу псэ (душа) может влюбляться, пугаться, воодушевляться и т.д., что наиболее ярко наблюдается в следующих фразеологизмах: псэр Iузын – испугаться; душа ушла в пятки (букв.: душа отпала); псэм щыщ хъун – влюбиться (букв.: стать частью души) и др.

2.2.4. Фразеологическая концептуализация сердца в русском и адыгейском языках

Во фразеологической КМ концепт сердце чаще всего употребляется как символ души, переживаний, чувств, настроений: доброе, чуткое, отзывчивое сердце; сердце кровью обливается; сердце (душа) рвется на части.

В русской и адыгейской лингвокультурах сердце предстает как центр человеческого организма, источник жизненных сил, основной функцией которого является восприятие эмоциональных переживаний. «Символизация» средоточия чувств и эмоций предопределяет взаимозаменяемость и сочетаемость концептов сердце (гу) и душа (псэ): сердце/душа не на месте – ыгу рэхьатырэп; болеть сердцем/душой - ыгу нэгъэсын; ыгу фэузын; сердце/душа разрывается на части – ыгу мапэ; ыгу къегъыкIы.

В определенных контекстах наблюдается явная связь концептов сердце (гу) и душа (псэ). В адыгейском языке отмечается более многочисленное функционирование концепта гу (сердце). Данное явление объясняется тем, что рассматриваемые концепты имеют и различные концептуальные признаки. Сердце реально, материально, в то же время выступает как центр не только телесной жизни человека, но и как центр духовной и душевной жизни. Сердце объединяет в себе и «анатомические» и духовные свойства; в адыгейском лингвокультурном сознании все процессы и явления, происходящие с человеком и вызывающие те или иные изменения его внутреннего, психоэмоционального состояния, связаны с концептом гу (сердце). Душа не материальна – это психическая составляющая, внутренний мир человека, его сущность: войти в душу/сердце – ыгу етыгъэу; камень на душе/сердце – ыгу цIыкIу; кошки скребут на душе/сердце – ыгушъхьэ зэрэшхы. Более того, в следующих устойчивых сочетаниях мы наблюдаем, что эквивалентом души в адыгейской ЯКМ выступает концепт сердце: вывернуть душу наизнанку – гур фызэIухын; всеми фибрами души – ыгу къыдеIэу; от всей души – ыгу къыдеIэу и др.

По нашим наблюдениям, гу (сердце), являясь вместилищем эмоциональной жизни человека, по метафорическому переносу выполняет различные физические действия: задыхается, терзается: гур мапэ - кошки скребут на сердце (аналог букв.: сердце задыхается); гур зэгоуты – сердце кровью обливается (аналог букв.: сердце разрывается); огорчается: гум хэкlын - сильно огорчиться (букв.: сердце уменьшается); успокаивается, отдыхает: гур рэхьатын – сердце успокоилось; гур псэфыжьын – успокоилось; пугается: гур ихын – нагнать страху на кого-либо (букв.: вынуть сердце); воодушевляется, радуется: гур къызэгурыlожьын – опомниться, воспрянуть духом (букв.:найтись сердцу); ыгу къеджэгукIы – жизнь бьет ключом (букв.:сердце играет); влюбляется: гум рихьын - понравиться; гум еIун – понравиться, полюбиться; (букв.: прирасти к сердцу); сердится, злится: ыгу плъын – сердиться (сердце пылает); ыгу фызэкIэнэн – разъяриться на кого-л (букв.:сердце возгорело); обижается: гум хэгъэкIын – обидеть кого-л. (букв.: выбросить из сердца); сочувствует: гур егъун – сжалиться над кем н.; ыгу ригъэкIун – принимать что л. близко к сердцу; предчувствует: гукIэ къышIэн – чувствовать (знать, понять сердцем).

Независимость эмоционального состояния человека от физического выражается в устойчивом сочетании гур жъы хъурэп – сердце не стареет. В адыгейской лингвокультуре интеллектуальная деятельность гу (сердца) связана с концептом память – гукlэ (сердцем): гукIэ зыдэIыгъын – держать в уме (в памяти); гукlэ зэбгъэш1эн - выучить на память (сердцем выучить); гум къэкlыжьын - прийти на память и т.д.

В адыгейской лингвокультуре гу (сердце) отражает различные качества человека: положительные - открытость, честность, сердечность и отрицательные - злость, трусость, подлость. гу зэ1ухыгъ – честный, открытый (букв.: открытое сердце); гу къабз – искренний (букв.:чистое сердце); гу шъаб – спокойный, мягкосердечный (букв.: мягкое сердце): гу зимы1 – трус (букв.: не иметь сердца); гу ш1ой – подлец (букв.: грязное сердце); гу пыт – каменное сердце (аналог, букв.: твердое сердце). Поговорка «Зыгу бзаджэ илъым шlу къыдэхъурэп – Хорошее не случается с тем, у кого злое намерение» особенно ярко отражает осуждение отрицательных качеств человека в адыгейском культурном сознании.

Метафорообразующая концепта гу (сердце) присутствует в ФЕ, которые отражают состояние человека: гум гумэкl къихьан – в сердце входит беспокойство; гум дэфэжьырэп – в сердце не помещается (не вмещается).

В заключении подводятся итоги проведенного исследования.

Базовыми лингвокультурными концептами, наиболее ярко отражающими ментальную реальность экзистенциональной языковой картины мира в русском и адыгейском языках, являются: человек, судьба, душа, сердце.

В русской ЯКМ концепт человек включает устойчивые сочетания, характеризующие человека: с физической стороны (внешность, возраст и т.д.); с психической стороны (умственные способности человека, положительные и отрицательные внутренние качества, психологические особенности, а также чувства и эмоции человека).

Для адыгейского лингвокультурного сознания характерным является восприятие и признание человека как носителя положительных духовных и внутренних качеств, воплощающих в себе моральные и интеллектуальные свойства, что, на наш взгляд, объясняет равнозначное функционирование концептов человек и личность в адыгейском языке.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»