WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Параллельно вышеозначенным этапам развития органической архитектуры развивались различные органические теории в других областях научной деятельности человека, что привело к заимствованию некоторой терминологии и появлению как такового понятия «органической» архитектуры. Это взаимодействие различных областей науки: а именно, математики, биологии, естествознания, философии, астрономии, а в дальнейшем, физики и химии, привело к формированию первых органических теорий. Так, в античном искусстве и в исламе именно с помощью математики происходило полное осмысление единения человека с природой. Готическая архитектура впитала в себя элементы и греческой геометрии, и кельтской экспрессии, спроецировав математические знания на природные формообразованиями и конструктивные приспособления, что позволило создавать архитектурные сооружения такой высоты, которую и нельзя было себе представить в камне. С эпохой ренессанса вернулся обновленный интерес к классическим теориям пропорций, основанным на человеческой форме. Появилась параллель между человеком и зданием, созданным как целостный организм. В дальнейшем, в так называемых, «новых архитектонических принципах», провозглашенных Рескиным, Пугиным и Виолет ле Дюком, предназначение архитектуры виделось в замене природы в городах, то есть четко обозначилась взаимосвязь природы и архитектуры.

Стремительное развитие научных знаний конца ХIX – начала ХХ века привело к проецированию математических и биологических теорий (например, теории эволюции и естественного отбора Дарвина) на архитектуру, что привело к формированию множества утопичных концепций (например, «Города–Сада» Э. Говарда, или города, развивающегося по спирали подобно раковине моллюска Т. Фрича). Продолжая тему взаимодействия биологии и архитектуры, нельзя не отметить Гете, благодаря которому термин «функция», заимствованный из биологии, вошел в терминологию, касающуюся не только органической, но и всей архитектуры в целом. Последователем Гете в его взглядах стал Р. Штайнер, который не привязывался к природным формам, искусственно вживляемым в городскую среду, а продолжал и развивал целостный подход к архитектуре, стараясь воплощать телесные качества в строительстве форм. Г. Грино также отрицал принцип заимствования форм в своей теории развития органической формы в архитектуре, представляя моделирование «только на основании постигнутых принципов». Теория Грино получила яркое развитие в работах Салливена, который фактически создает концепцию органической архитектуры. Биологическим законом «форма следует функции» Салливен подразумевая стремление к органической целостности и взаимосвязанности, в отличие от механических индустриальных методов модернистов, использовавших этот принцип для упрощения объекта при индустриальном массовом производстве.

Ф.Л. Райт, развивая идеи органической архитектуры Салливена, выдвинул несколько принципов, на которых основывалось его проектирование: продолжительность и интеграция, согласование объекта с ландшафтом, использование открытого плана, восприятие стен как экранов, правильное употребление строительных материалов, а также создание естественной живой архитектуры «изнутри наружу», в которой идеалом является целостность. Он вносит понятие контекста, определяя начало реализации комплексного подхода к проектированию, интерпретируя концепции органической целостности Штайнера и городов-утопий по-своему. В работах Ле Корбюзье взаимосвязь архитектуры и природы проявлялась в двух аспектах: природа была объектом его исследования как биологическая среда людей и неисчерпаемый источник принципов, необходимых для создания и организации предметного мира. Он вводит новое понятие «биология архитектуры», что само по себе подразумевает синтез двух дисциплин. Ле Корбюзье рассматривал город как организм; и вывел пять отправных точек современной архитектуры, в которых явно прослеживаются взаимоотношения объекта и ландшафта, и среды в целом. А. Аалто продолжает тему создания гибких моделей, способных адаптироваться к условиям, видоизменяться в зависимости от функционального сценария. Его проекты и на сегодняшний день воспринимаются как примеры достижения визуальных и тактильных эффектов с помощью интересной работы со светом, материалами и акустикой, превращая архитектуру в совершенную «среду обитания человека». Такой подход к созданию удобной среды, способной к взаимодействию и реагирующую на нужды посетителей сегодня применяется в создании пластичных, гибких интерактивных объектов. Органическая теория Х. Херинга состояла в воплощении каждого места и здания в форму, продиктованную функциональным сценарием в совокупности с характеристиками места, что возвращает нас к парадигме контекстуальности, затронутой Райтом. Х. Шарун развивал так называемый «биологический функционализм». Шарун проектировал функцию, и это стало первой попыткой отказаться от стереотипов функционального зонирования и сделать шаг по направлению к созданию программы объекта. Функциональная программа генерировалась на основе линий движения и других структурных направлений в объекте, функция словно нанизывалась на путь, анимируя объект, превращая его в сложный и взаимосвязанный организм. Здесь можно провести параллель с так называемым «кибер-анимизмом» Г. Линна, формирующего пространство движением.

К концу ХХ века архитекторы практически полностью отошли от механистического восприятия мира, вернувшись к органической модели, которая и является естественным первоисточником формообразования и пространственной организации в архитектуре, используя закономерности живой природы: рост и развитие, включение и поглощение, адаптация, связанность и целостность, которые в исследовании выявлены как устойчивые принципы органического подхода в архитектуре.

Органический подход определяет развитие архитектуры как живого организма. Она способна менять и совершенствовать саму себя, модифицироваться и мутировать в зависимости от меняющихся внешних или внутренних условий, превращаясь в единую субстанцию, самостоятельный организм.

Во второй главе «Методы формообразования, пространственной организации и конструктивной системы на основе органического подхода в современной архитектуре» исследуется трансформация и развитие выявленных принципов в связи с постепенной эволюцией человечества во всех областях жизнедеятельности с течением времени вплоть до сегодняшнего дня. Принципы современной органической архитектуры систематизируются и на их основе определяются методы проектирования в соответствии с тремя составляющими архитектуры: структура, конструкция и форма. Выявляется тенденция смешения этих составляющих в современных архитектурных объектах на примере работ Т. Ито, Ш. Эндо, Бен ван Беркель и Каролин Босс Студии, С. Калатравы, Ф. Гери и других современных архитекторов, что предвосхищает стремление к созданию органической целостности.

На основе исследования исторического развития органического подхода к проектированию органическая форма в архитектуре может быть определена на основе шести принципов: принцип «роста» означающий способность к видоизменению, трансформации и эволюции, используется в создании развивающегося объекта, способного расти; принцип «целое является первичным» транслируется в «создание органической целостности» и подразумевает под собой равнозначное отношение к структуре, конструкции и форме, обеспечивая их взаимную интеграцию; в свою очередь, принцип «ассимиляции» или усвоения осуществляет процесс поглощения и включения, и играет объединяющую роль; принцип развития «изнутри-наружу» подразумевает внутреннее формирование, или самоформирование; принцип «адаптации» характеризует способность органического объекта воспринимать, отвечать и реагировать на внешние и внутренние изменения; принцип «связанности» позволяет осуществлять гибкое взаимодействие между составными частями, индивидуумами и формирует коммуникации внутри объектов.

Классифицируя архитектурные объекты, в данном исследовании автор опирается на три составляющие архитектурного объекта: пространственная структура, конструктивная система и оболочка, рассматривая их с позиции методов формообразования под влиянием органического подхода. Исследование показало, что методы организация пространственной структуры таких объектов основаны на применении криволинейной системы осей. Варианты развития криволинейной системы – (природный) спираль, и (уже вычисленный человеком) лента Мебиуса - обеспечивают цикличность, непрерывность движения, стирание границ, позволяют сделать протяженную форму компактной и реализуют принципы роста и развития (эмбрион). Криволинейность, обеспечивающая гибкость и пластичность объектов характерна для всего исторического развития, теоретизирования и воплощения органической архитектуры: первые человеческие жилища имели криволинейную форму, кривая стала основой для формообразования архитектуры модерна и т.д. Современные проектные методы определяют применение криволинейности не только в геометрии внешней формы, но и позволяют установить ее в качестве основы для системы осей внутренней структуры объекта. Этот метод организации внутреннего пространства, примененный Ф. Л. Райтом в Музее Гуггенхейма в Нью-Йорке, получил свое развитие в работах современных архитекторов, обеспечивая динамику пространственных решений (З. Хадид, Г. Линн, Б. ван Беркель, группа ФОА). Коммуникации в таких объектах организуются на основе петли («Дом Макса Рейнхарда» П. Эйзенманн, Берлин), узла («Лобби-Портс», группа Серво), сети («Секретный Сад», Вест 8, Швеция), что определяет такие качества пространственной организации объектов как взаимосвязанность и интеграция.

Исторически в архитектуре получило распространение применение следующих природных конструктивных систем: пространственно-стержневых, пространственно-плоскостных, конструктивных систем на основе складчатости, и шарнирных, поперечных, узловых соединений. Развитие проектной методологии в новейшей архитектуре обеспечило эффектные инженерные решения на основе трансформации пространственно-стержневых конструктивных систем (Проект «Эдема», Н. Гримшоу). Разрабатываемые совместно архитекторами и инженерами (Т.Ито и С. Балмонд) конструктивные системы не только эффективно распределяют силы в пространстве за счет использования свойств фрактальной геометрии, но и обеспечивают высокое эстетическое качество архитектуры. Методы создания конструктивных систем, разработанные на основе складки обеспечивают создание больших, сложных, устойчивых и крепких криволинейных поверхностей (Музей Гуггенхейма, Ф. Гери, Бильбао). Пространственно-плоскостные конструктивные системы были по-новому интерпретированы в создании тентовых, пузырчатых структур и оболочек здания («Нелинейная интерактивная игра». Павильон Провинции Северная Голландия, К. Оостерхейз). Шарнирные, узловые и поперечные соединения, представляющие основные внутренние связи в живом организме, стали основой для реализации в архитектуре кинетических, объединяющих и несущих функций (Дом Лювшица, студия Декой; проекты ЛАБ+БАТс), позволяя создавать новые выразительные образы.

Третья составляющая архитектурного объекта – оболочка – определяет внешнюю форму объекта. Исследуя современные проектные практики, можно выделить следующие методы работы с оболочками: метод включения в оболочку множественных программ, метод создания границ, и метод живой реакции. Метод включения в оболочку множественных программ подразумевает объединение различных функций под одной общей структурой – оболочкой (Центр Трансляции ВВС, У. Элсоп, Лондон). Пневмоконструкции позволяют использование этого метода, реализуя органические принципы ассимиляции и единства формы и функции. Другим методом, касающимся оболочек, является метод создания границ, которые могут быть осязаемыми задействуя биоматериалы и их производные, и не осязаемыми – например, свет, звук, запах, позволяя создавать визуальные эффекты и альтернативную природу внутри помещений, имитируя природные явления (проекты Т. Мори, группы Декой и группы ФОА). Метод живой реакции, как способности архитектурного объекта трансформироваться, меняться и адаптироваться к условиям внешней и внутренней среды, определяет изменчивость оболочек. Этот метод получил развитие в создании интерактивных объектов, объединяющих свойства реального и виртуального мира.

Свойства фрактальных систем, позволяющие объединить основные составляющие архитектурного объекта – форму, конструкцию и пространственную структуру, стали основой для развития новых проектных методов. Фрактальность, обеспечивая бесконечное варьирование в рамках единства, позволяет проектировщикам создавать объемно-пространственные композиции, основанные на подобии составляющих их частей самим себе, более того, всегда находящихся в развитии, определяя появление атектонических нерегулярных конструкций и структур, стремящихся к свободной природной форме (совместные проекты инж. С. Балмонда и архит. Т. Ито, Р. Коолхаса, Герцога и де Мерона.)

В третьей главе «Формирование архитектурных направлений на основе органического подхода в конце ХХ – начале ХХI веков» на основе определенных методов и принципов проводится сравнительный анализ объектов виртуальной и лэндформной архитектуры, выявляется их существенная взаимосвязь и устанавливается преемственность к органической архитектуре. Составляется новый словарь понятий, терминов и стратегий, определяющих органический подход к проектированию. Определяется механизм создания архитектурных объектов на основе органического подхода к проектированию на примере работ группы архитекторов «Асимптота», Х. Лалвани, С. Перелла, М. Новака, А. Эллоуини, и других.

Среди направлений новейшей архитектуры, применяющих органический подход в различных эстетических, функциональных, инженерных и технических аспектах, в исследовании анализируются следующие: лэндформная архитектура, основанная на интеграции объекта и поверхности земли, и виртуальная архитектура, связанная с развитием компьютерных технологий и новых научных теорий, создавая альтернативу реальности. Эти направления реализуют идею взаимодействия «человек-природа-архитектура» на уровне формообразования и пространственной организации объекта.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»