WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

– В российском государстве отсутствуют систематические меры по борьбе с негативными проявлениями бездействия. Сильная социальная политика, экономические реформы, совершенствование духовного мира человека, координация деятельности основных институтов, зарождающегося правового государства и гражданского общества должны способствовать преодолению социального бездействия.

– Главную роль в предотвращении социального бездействия и преодолении его негативных последствий играет государство. Немало важное место в социально-экономическом развитии страны, активизации системы политических, общественных и идеологических институтов отводится различным общественным организациям, партиям и движениям. Они более активно должны участвовать в реализации различных социальных программ, оказывать поддержку гражданам посредством обучения и воспитания, распространения информации о путях преодоления социального бездействия и формирования активной жизненной позиции.

Методологическая основа исследования. Социально-философский анализ социального бездействия предполагает использование диалектического метода, который всесторонне и комплексно раскрывает проявление социального бездействия. Именно этот метод реализуется через соблюдение требований конкретности исследования, всесторонности рассмотрения явлений общественной жизни, объективности оценок всей совокупности обстоятельств, сопутствующих бездействию, их противоречивости, взаимосвязи и динамики. Основу нашего исследования составляют такие принципы, как принцип системности, принцип восхождения от абстрактного к конкретному, принцип единства и борьбы противоположностей. Они, по существу, являются основополагающими для обоснования социального бездействия, его положительных и отрицательных свойств, а также причин и условий.

Методологической основой исследования стали также общие принципы и фундаментальные положения научного анализа социальных явлений и процессов. В диссертации используется методология междисциплинарного исследования, построенная на принципах соотношения, взаимосвязи и взаимодополнения различных наук: социальной философии, политологии, социальной психологии, социологии, криминологии, теории государства и права.

В качестве теоретических источников исследования использованы идеи и концепции классиков философской и правовой мысли, труды современных отечественных философов и юристов.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Теоретическая значимость работы состоит в получении результатов и выводов ис­следования, благодаря которым формируется четкое представление о сущности и содержании социального бездействия. Теоретические положения диссертации могут быть использованы для дальнейшей разработки концепции социального бездействия и разрешения методологических проблем его исследования.

Практическое значение результатов исследования социального бездействия заключается в возможности использования их в ряде разделов учебных дисциплин: философии, политологии, социальной психологии и правоведении. Прикладное значение имеют выработанные общетеоретические рекомендации по профилактике и преодолению социального бездействия, готовности человека к их практической реализации.

Апробация результатов исследования. Материалы, положения, выводы диссертации, выносимые на защиту, были представлены на различных научных конференциях и симпозиумах:

Сборник трудов аспирантов и магистрантов «История. Философия. Культурология. Педагогика» / ННГАСУ. – Нижний Новгород, 2005; Материалы VIII-ой Международной ярмарки идей, 33 Академического симпозиума «Законы экологической сферы общества» / ННГАСУ. – Нижний Новгород, 2005; Материалы IX-ой Международной ярмарки идей, 34 Академического симпозиума «Законы экономической сферы общества» / ННГАСУ. – Нижний Новгород, 2006; Материалы ХХ Международной научной конференции «Человек в контексте своего времени: опыт историко-психологического осмысления» / Санкт-Петербург, 2006; статья опубликована в журнале, рекомендованном ВАК, «Конституционные основы совершенствования судебной и правоохранительной системы РФ» / Вестник КГУ им. Н.А. Некрасова. – Кострома: КГУ, 2006. №5; III Международная научно-практическая конференция «Вопросы теории и практики Российской правовой науки» / Пензенский гос. педагогич. ун-т им. В.Г. Белинского. – Пенза, 2007; XII Международная научно-практическая конференция «Экология и жизнь» / Пензенский институт открытого образования. – Пенза, 2007; Материалы X-ой Международной ярмарки идей, 35 Академического симпозиума «Законы научной сферы общества» / ННГАСУ. – Нижний Новгород, 2007; Конференция «Современные проблемы науки, образования и производства» / Ун-т росс. академии образования. – Н.Новгород, 2007; Сборник трудов аспирантов и магистрантов «Социально-гуманитарные науки» / ННГАСУ. – Нижний Новгород, 2007.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, по три параграфа каждая, заключения, библиографического списка, состоящего из 181 наименования. Объем диссертации – 148 страниц.

  1. Основное содержание работы

Во Введении обосновывается актуальность темы исследования, степень разработанности проблемы, формулируются цель и основные задачи исследования, методологическая база исследования, определяется научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, формулируются положения, выносимые на защиту, а также дается апробация результатов исследования.

В первой главе «Понятие социального бездействия и социальной активности» основное внимание обращено на выявление различных концепций социальной активности и социального бездействия, сущности социального бездействия и его отличия от социальной активности, а также исследование детерминантов социального бездействия.

В первом параграфе «Историко-философские представления о социальной активности и социальном бездействии» анализируются различные точки зрения философов относительно социального бездействия и социальной активности. Вопрос о социальной активности личности и общества всегда волновал философов. При этом следует отметить, что социальной активности уделялось большее внимание, чем социальному бездействию.

Первые концепции социальной активности изначально строились на мифологических, религиозных и стихийно-материалистических представлениях о природе, обществе и человеке. Большинство религиозных учений, как впрочем, и некоторых старо-материалистических, выделяют в качестве важнейшего атрибута природной субстанции ее духовную активность, но рассматривают эту активность принципиально отлично от науки, отрывая активное начало мира от материи и наделяя активностью абсолютизируемые внешние сверхъестественные источники. Такая позиция в основном характерна в чистом виде для ранней философии.

Начавшийся после средневековья прогресс философской мысли, ее постепенный отход от поиска религиозных оснований мира и переориентация на практическую деятельность человека определили многие особенности развития философии, в частности, акцентирование внимания философов на преобразующей деятельности человека, укреплении его власти над силами природы, переосмыслении собственного места в окружающем мире, своей активной роли в процессе развития.

Лучшим и едва ли не первым русским философом прошлого, внесшим вклад в теорию активности, следует считать М.В. Ломоносова. Силу его философских обобщений на основе собственных естественнонаучных исследований трудно недооценить. И как талантливый естествоиспытатель, М.В. Ломоносов не мог не отметить в своих философских изысканиях многие аспекты активности мира. Вершиной ломоносовского механицизма, проросшем на почве самодвижения (активности), можно считать закон сохранения движения, гласящий, что тело, которое своим толчком возбуждает другое тело к движению, столько же теряет от своего движения, сколько сообщает другому. Вывод о сохранении количества движения в подобном толковании, верный лишь в частном случае и столь ценный для механики и макромира природы, в философском плане беден односторонностью своих представлений о действительности. Данный закон упускает качественный аспект активности и движения, не позволяет адекватно интерпретировать явления и процессы, происходящие в микромире и особенно в обществе. Вместе с тем, закон сохранения количества движения закладывает принципиальную основу понимания активности как взаимодействия, создает предпосылки для дальнейших обобщений. Другими словами, признавая внешнее и внутреннее движение, – этот важный пролог понимания активности, – М.В. Ломоносов видит в самодвижении всего лишь взаимное механическое «толкание» атомов. И как апофеоз ломоносовской механистичности звучит приговор, что никакого движения в теле не может произойти естественным образом, если это тело не будет побуждено к движению другим телом. Таким образом, М.В. Ломоносова можно считать автором одной из первых научно-обоснованных концепций активности, несмотря на то, что его концепция активности механистична, отражает уровень развития естественнонаучной мысли того времени, обобщает лишь научные факты, известные в то время.

Современная отечественная философия последних десятилетий добилась больших успехов в построении теории активности. Пик научного интереса к проблемам социальной активности приходится на конец 60-х – начало 70-х годов ХХ столетия. К тому времени активизм как принцип развития природы и общества не был еще четко определен, тем более изучен в должной мере, но интуитивно был принят большинством отечественных исследователей, т. к. вписывался в государственную идеологию социализма. Правда, интерес науки в то время касался преимущественно активности крупных социальных образований – классов, наций, групп, общества в целом, и в меньшей мере – индивида, личности, гражданина. Разумеется, решать вопросы социальной активности общности было затруднительно без исследований социальной активности личности.

Концепции бездействия первоначально вырастают из идей античной философии. Проповедник теории устойчивого удовольствия и разумного наслаждения Эпикур всячески настаивал на уклонении от страданий и вообще считал наиболее разумным не деятельность как таковую, а покой, апатию или, говоря иначе, атараксию.

Идея бездействия была органически связана с принципами неподвижности и неизменности бытия, которую отстаивали представители элейской школы (Парменид, Зенон, Мелисс). Благодаря широко известным апориям Зенона сегодня уже никто из нас не сомневается в том, что в мыслях Ахиллес никогда не догонит черепаху, будучи отдаленным от нее бесконечным числом отрезков пути, а пущенной стреле, увы, не суждено долететь до цели, ибо в каждой точке своей траектории она мыслится в состоянии покоя. Таким образом, исходя из понимания движения как суммы неподвижных положений тела в пространстве, мы можем прийти к выводу, что любое действие есть не что иное, как сумма покоя, бездействий. Позже свою изощренную в софизмах метафизику мысли элеаты передали Платону, что решительным образом сказалось на всем дальнейшем развитии философии.

Наиболее органичное толкование понятие бездействия получило в древних философских школах Востока. В даосизме (Лао-цзы, Конфуций) человеку предписывалось плыть по течению, не нарушая естественного ритма и состояния. Нравственный идеал даосизма – это отшельник, который добивается высокого духовного состояния, позволяющего ему преодолеть все страсти и желания, то есть слиться с природой, жить в соответствии с ее ритмами. Буддизм (Сиддхартха Гаутама) предоставил неограниченный простор теории тотального бездействия, провозглашавшей пустоту, несубстанциональность, отсутствие собственной независимой сущности и выход за пределы собственного «я».

В ходе дальнейшего развития философии сущность бездействия пытались объяснить сторонники эмпиризма Ф. Бэкон, Дж. Локк, Т. Гоббс. Они считали, что идея подлинного бездействия заключается в нулевой активности субъекта на поприще созерцательного познавательного процесса. В эмпиризме позитивно оценивается лишь такое бездействие, которое является результатом анализа и сравнения, основанных на созерцании и абстрагированных от деятельности человека. Правда, при последовательном проведении этой концепции эмпирики все же обнаруживали практическую активность познающего субъекта, но увидели в ней признак несовершенства. Поэтому и пытались выработать надежный метод, исключающий человеческую активность и утверждающий созерцательный характер познания. Бездействие как идеал философии эмпиризма заключалось в чистом созерцании, а активность трактовалась как помеха.

Всплеск интереса к активности мира и человека тесно связан желанием революционных преобразований. Когда активизм несет угрозу стабильности существующего сложившегося строя, то ему приходит философия бездействия (смирения) как естественная реакция господствующих слоев в самосохранении общества, попавшего в кризисный застой, стагнацию.

Во втором параграфе «Социальное бездействие как антипод социальной активности» раскрывается сущность социального бездействия.

По мнению автора диссертации, социальное бездействие выступает сознательной волевой поведенческой реакцией человека на изменяющиеся неблагоприятные условия жизнедеятельности. Сущность его состоит в том, что в поведенческом акте субъект приходит к волевому решению не совершать определенных действий, в которых, как ему кажется, он не заинтересован.

Разумеется, абсолютного бездействия у живого человека нет и быть не может. Активность бездействующего человека может быть равна нулю в отношении исключительно запрещенных, требуемых и некоторых ожидаемых обществом действий. Поэтому к бездействующим субъектам целесообразно отнести не просто тех, кто не совершает каких-либо действий, а тех, кто бездействует в плане осуществления своего государственного, гражданского, трудового, семейного долга.

Социальное бездействие направлено не на гармонизирующее благо личности и общества, а на достижение чаще асоциальных целей отдельных людей. В основе данного бездействия, как правило, лежат эгоистические потребности, интересы и цели, выступающие мотивами поведения, идущего в разрез с общепризнанными ценностями.

Для некоторых людей бездействие – это жизненное кредо. Их пассивность не просто дань неблагоприятным обстоятельствам, а укоренившаяся жизненная позиция. Они хотят улучшений своей жизни, экономического и политического положения в стране без приложения каких-либо со своей стороны усилий. При этом они руководствуются так называемым «бездействующим сознанием», опирающимся на житейские принципы: «не думать»; «если действовать, то подчиняясь»; «ни за что не отвечать». Данные индивиды вряд ли могут самореализоваться в жизни, проявить свои способности и таланты, найти свое предназначение в мире.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»