WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

В первой главе рассматриваются теоретические и методологические проблемы диаспоральной политики. В частности анализируется суть понятия диаспора, применительно к соотечественникам. Традиционно под «диаспорой» понимается часть народа (этнической общности), живущего вне страны его происхождения, в новых районах своего расселения.4 Но современное понятие «диаспора» не соответствует своему классическому эквиваленту, который изначально использовался в очень узком контексте иудо-еврейской культуры. Считать народы классически «рассеянными» по разным территориям в век, когда глобализация вообще стирает все границы традиционных стран весьма проблематично. Рассматривая такое явление, как диаспора, в современном глобальном мире, исследователи, как правило, акцентируют внимание на одном из двух пунктов: 1. феномен современной диаспоры невозможно понять без анализа различных компонентов глобализации и тогда диаспора приобретает черты транснациональной общины; 2. неотъемлемым условием изучения феномена современной диаспоры является процесс распознания различных ее типов (т.е. необходимо определить, является ли страна происхождения диаспоры суверенной, является ли диаспора результатом добровольной миграции или вынужденного переселения и т.п.).5В таком контексте феномен современных диаспор содержит в себе до сих пор слабо исследованное явление наложения друг на друга этнических, социальных и политических пространств, вследствие чего стало возможным возникновение и существование глобальных этнических анклавов, пересекающих границы культур и государств. Иными словами, речь идет о создании сети социальных институтов той или иной диаспоры в различных странах и о структурировании транснациональных пространств, что предполагает наличие в качестве определяющих моментов следующие составляющие: социальная база (демографический и этнокультурный материал), институции, инфраструктура (диаспоральная логистика). Все это вместе позволяет говорить о современной диаспоре и определять ее как «пространственную величину» (дефиниция, предложенная английским этносоциологом А. Бра) современного мира, которая вбирает в себя как пространство «миграции и перемещения», так и пространство культуры, экономики и политики.6 Таким образом, современную диаспору, как часть народа, живущего за пределами страны своего происхождения, мы можем определять в широком контексте как транснациональную сеть.

Рассматривая русскую нацию после распада СССР как «разделенную нацию» авторы отнюдь не призывают к экспансии, отвоеванию «потерянных земель» и прочим подобным акциям в которых часто незаслуженно обвиняют российскую политику, как в самой России, так и за ее пределами. В данном контексте речь идет о попытках в исторических, философских и общечеловеческих категориях осмыслить наследие СССР, в результате распада которого сформировалось новое российское зарубежье, состоящее из коренных жителей ранее единого государства. Количественный анализ структуры русского населения в странах СНГ и Балтии показывает, что к 1989 г. не менее трети (от 32,5 % до 65,1 % ) русских были уроженцами этих республик.7 Следует учитывать и то, что причины миграции русских времен СССР были обусловлены в большинстве случаев семейными мотивами, продолжением учёбы, распределением после окончания высшего учебного заведения, приглашением в качестве специалистов, а отнюдь не «имперской политикой Центра». Поэтому распад Советского Союза действительно стал величайшей геополитической, национальной и человеческой катастрофой для миллионов россиян, семьи которых, или они сами в одночасье оказались под разными государственными флагами, не сходя со своей родной земли.

Возрождение понятия «соотечественник» - это примета современной России. С принятием в 2001 году «Концепции государственной политики Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом», официальный статус получило определение соотечественников, под которым понимаются лица, постоянно проживающие за пределами Российской Федерации, но связанные с Россией историческими, этническими, культурными, языковыми и духовными узами, стремящиеся сохранить свою российскую самобытность и испытывающие потребность в поддержании контактов и сотрудничестве с Россией.8Признание принадлежности к соотечественникам основывается на самоидентификации заинтересованных лиц и является актом их свободного волеизъявления.

После распада СССР возник новый политический феномен – Содружество Независимых Государств (СНГ). Оно образовалось на основе бывших советских республик. Причем государства Балтии составили отдельную часть бывшего единого советского пространства. В рамках СНГ сформировалось российское зарубежье, которое в отличие от традиционных диаспор, состоит из коренных жителей ранее единого государства. В начале 2000-х годов в официальной политической практике России окончательно утвердилось словосочетание «Русский мир», употребляющиеся для обозначения человеческой компоненты нового русого зарубежья. Выше уже говорилось о том, что количественный показатель русского населения на постсоветском пространстве явно показывает, что к 1989 году от 32,5 до 65,1% русских были уроженцами этих республик. Курс на построение моноэтнического, монолингвистического общества, предпринятый руководством большинства стран нового зарубежья, встретил негативную реакцию не только русского, но и русскоязычного населения этих государств. Анализ языковой ситуации показывает, что наиболее приобщенным к языку коренной национальности следует признать русское население Украины, Белоруссии и Армении, где от 27 до 34% русских свободно владели им как вторым языком или считали его родным. В то же время 19,7% белорусов и 12,2% украинцев считали его родным. К началу 90-х годов в республиках СССР сложилось реальное многоязычие, при котором носителями русского языка были как этнические русские, так и представители других национальностей. Полилингвистичность дополнялась большим количеством межэтнических браков. Наиболее низкие показатели эндогамности русского населения были характерны для Украины, Белоруссии, Молдавии.9 Таким образом, к 1989 году республики СССР представляли собой полиэтнические, полилингвистический образования.

Политика на построение моноэтнического общества, избранная лидерами бывших советских республик, претерпела за последние годы серьезные изменения. Тем не менее, проблема сохранения и развития основных составляющих русской идентичности – культуры, истории, языка – остается одной из наиболее острых.

Во второй главе «Россия и «Русский мир»: поиск консолидирующей идеи» проведен анализ основных параметров, которые, исходя из русской истории и онтологии, оказывают определяющее значение при конструировании консолидирующей Россию идеи. Определяя соотечественников как лиц, «постоянно проживающих за пределами России, но связанных с Россией историческими, этническими, культурными, языковыми и духовными узами» мы тем самым априори вынуждены рассматривать их через призму нации как исторически сложившейся формы общности людей. Нации свойственны общность территории и экономической жизни, общность языка, черты психологического и духовного облика, проявляющиеся в своеобразии культуры. Соотечественники – это часть нации, следовательно, им свойственны те же фундаментальные свойства и черты, которые присущи нации в целом.

При этом хочется обратить внимание, что все без исключения, исторически возникшие и ныне существующие теории наций, содержат идеи и положения, органично связанные с некоторыми фундаментальными свойствами и чертами нации. Это историчность, реальность, ее внутренняя связь с культурой и психологией общности, взаимосвязь нации и государства, роль и функции национальной идентичности, национальная солидарность.

Анализ трудов русских философов П.Астафьева, Н.Бердяева, И.Ильина, Н.Лосского, Тихомирова Л.Н., Хомякова Д.А.10; ученого-социолога П.Сорокина11; историков Гумилёва Л.Н., Зазыкина М.В., Карамзина Н.М., Карташева А., Ключевского В.О., Костомарова Н.М., Смирнова А.Ф., Солоневича И.12

позволяют говорить о том, что образ мышления русских, склад ума и характер поведения определяются не только их психическим складом, но, прежде всего, вековыми поисками абсолютного добра, верой в мессианское предназначение народа.

При этом большинство авторов отмечают, что с момента возникновения русского народа в IX в. и вплоть до XVIII столетия, его доминирующее сознание и культурная суперсистема (наука, религия, философия, этика, право, искусство, политика, экономика в их идеологических, поведенческих и материальных формах) были идеациональной, или религиозной, основанной на том фундаментальном положении, что истинной реальностью и высшей ценностью является Бог и Царство Божие в том виде, как они «раскрыты» в Библии, сформулированы в учениях великих отцов православной церкви.13 Таким образом, основные черты русского национального сознания и все компоненты русской культуры, как сознания и культуры государствообразующей нации многонациональной России, а также социальной организации, всей системы основных ценностей, представляли собой идеологическое, поведенческое и материальное воплощение этого главного посыла.

Основополагающие ценности задают исторические пути нации, генерируют различия и определяют отношения между ними. Культурно-нравственные ценности устанавливают и описывают генотип нации – наследственную конституцию ее организма, разума и души. Система ценностей представляет матрицу жизнедеятельности народа, задающую устойчивые формы сознанию и поведению граждан и функционированию политических институтов. «Сверхисторические» онтологические ценности служат фундаментом всей конструкции. Именно эти «вечные» ценности складывались столетиями, принадлежат к общекультурным фундаментальным основам общества и редко претерпевают существенные изменения. В случае России к ним принадлежат заветы православия. В русском православном сознании, по словам Н.Бердяева, «нет одного избранного народа Божьего. Для христианина нет ни эллина, ни иудея. Христос пришел для всех народов, и все народы имеют перед судом христианского сознания свою судьбу и свой удел. Христианство не допускает народной исключительности и народной гордости, осуждает то сознание, по которому мой народ выше всех народов и единственный религиозный народ. Христианство есть окончательное утверждение единства человечества, духа всечеловечности и всемирности»14. В этом глубинная особенность русской православной культуры, которая жива в русском народе на генетическом уровне, несмотря на семь десятилетий повального атеизма. Признание одинакового достоинства за каждой личностью, ее равной задачи искания Бога и равной возможности достичь Спасения в Царствии Божием рождало принцип этического равенства всех людей независимо от их национальной и конфессиональной принадлежности. При этом русскому православию чужд неистовый прозелитизм протестантской религии, ставшей духовным фундаментом современной либеральной демократии.

Именно на этой веротерпимой православной основе Россия исторически сложилась в уникальную и неповторимую империю. Это, в свою очередь, предполагает наличие в России государственной системы, организованной на особых принципах, опираясь на которые и современная Россия способна стать системообразующим государством, собирающим многонациональное и поликультурное пространство «Русского мира»15.

В третьей главе – «Зарубежный опыт диаспоральной политики» - анализируется диаспоральная политика Франции, Германии, Китая, Греции, Израиля,Украины, Азербайджана и Армении.

Во взаимоотношениях современных государств со своими диаспорами можно выделить три основные модели: репатриационную, патерналистскую и прагматическую. На практике диаспоральная политика таких стран строится на сочетании, в той или иной пропорции, всех трех моделей.

На сегодняшний день многие страны мира имеют богатый опыт построения своей политики по отношению к соотечественникам, проживающим за рубежом. Прежде всего, обращает на себя внимание великое множество и разнообразие институциональных механизмов, занимающихся практической реализацией диаспоральной политики тех или иных государств. В этой связи большинство российских исследователей, равно как и большинство российских политиков, занимающихся проблемами соотечественников, прежде всего, делают упор на обмен опытом и внедрение в России зарубежных технологий диаспоральной политики.16

С точки зрения практической реализации задачи налаживания взаимоотношений с диаспорой, наибольший интерес представляет опыт диаспоральной политики Армении и Израиля. Анализ опыта армянской диаспоральной политики убедительно показывает наличие особой национальной связи без которой невозможно проводить политику, успешно консолидирующую нацию, соотечественников.17 Следовательно, структурируя политику России в отношении соотечественников за рубежом по отдельным направлениям (культурно-языковое; экономическое; политическое), в качестве приоритетного следует выделить именно культурно-языковое направление.

Израиль и Россия – это уникальные структуры. Их исторические приоритеты никогда не замыкались на материальной сфере. Они стоят особняком в мировой истории. Они никогда не утрачивали своего нравственного, религиозного фундамента и никогда не сходили с мировой арены. Без иудаизма – нет Израиля, без православия – нет России. Опираясь на этот фундамент, можно полноценно возродить Россию как империю в лучшем, позитивном смысле этого слова. Такая Россия, автоматически станет центром притяжения разделенного после падения СССР «Русского мира» и мощной альтернативой униформатной глобализации. В этом контексте опыт успешной диаспоральной политики Израиля учит: историческая религия, формирующая «вечные» ценности нации – это хребет, на котором держится и консолидируется любое традиционное общество.

Любая страна, проводящая сегодня успешную диаспоральную политику, в итоге старается использовать политический, культурный и экономический потенциал своей диаспоры (т.е. получить «партию влияния») для защиты своих национальных интересов и развития межгосударственных связей. Иначе говоря, среди трех моделей диаспоральной политики (репатриационная, патерналистская, прагматическая) наиболее привлекательной выглядит последняя, т.е. прагматическая модель.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»