WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |

Особое место в этой группе источников занимает переписка князя И.Б. Черкасского и шведского посла в Польско-Литовское государство Жака Русселя, а также переписка патриарха Филарета со шведским королем Густавом-Адольфом. Она уникальна и необычна для установленных правил дипломатии и норм посольского этикета XVII в. Для изучения деятельности и личности тайного агента Жака Русселя очень важным является письмо голландского купца Исаака Массы московскому царю 1634 г. Исаак Масса, автор известных записок, выполнял функции тайного агента и посредника между Голландией и Швецией22.

Из огромного количества материалов, сохранившихся в РГАДА, пока издана лишь небольшая часть документов, имеющих значение для настоящей темы. В большинстве случаев выбор документов для публикаций был достаточно случаен, он не дает полной картины русско-шведских дипломатических отношений за интересующий нас период. Наиболее содержательным является описание некоторых дел в «Обзоре внешних сношений России» Н.Н. Бантыш-Каменского, составленном еще на рубеже XVIII-XIX веков23.

В первую очередь внимание исследователей привлекали законодательные материалы. В 30-е гг. XIX в. в I томе «Полного собрания законов Российской империи» был опубликован Столбовский мирный договор.24 Дипломатические акты из западноевропейских архивов на немецком, французском и итальянском языках были опубликованы в работе Г.В. Форстена «Акты и письма к истории Балтийского вопроса в XVI и XVII столетиях».25. Следует выделить публикацию К.И. Якубова «Россия и Швеция в первой половине XVII в.».26 Он собрал и опубликовал отрывки из статейных списков и дел, имевшие отношение к заключению и ратификации Столбовского мирного договора; отрывки из актов, касающихся сыска и выдачи перебежчиков в 1620-х гг.

В советской историографии были осуществлены две фундаментальные публикации документов по истории русско-шведских экономических отношений, затрагивавшие проблемы торговли между Россией и Швецией в XVII веке27. В 60 – 70-х годах XX века велась важная работа по сбору микрофильмов и копированию документов из шведских архивов.

В настоящей работе использовались также отдельные известия опубликованных иностранных авторов о России: записки И. Массы28 и «История» Ю. Видекинда29.

Изучение всего комплекса неопубликованных и опубликованных документов и материалов делает целесообразным постановку задачи комплексного восстановления полной картины русско-шведских дипломатических отношений за интересующий нас период, начиная с простого, но остающегося до сих пор неясным вопроса о количестве отправленных и принятых посольств. Всего в настоящей диссертации проанализирован массив документов о 4-х посольствах (и отсылках гонцов) из России в Швецию, а также о приеме 11 шведских посольств.

Целью настоящего диссертационного исследования является комплексная, всесторонняя историческая реконструкция русско-шведских отношений 1618-1632 годов на основе рассмотрения истории всех состоявшихся посольств между двумя государствами и изучения формирования новой дипломатической линии возрождавшейся после Смуты России в отношении Швеции.

В соответствии с целью исследования ставятся следующие задачи:

– изучить влияние Столбовского мирного договора на взаимоотношения России и Швеции и на распределение сил в Восточной Европе;

– проанализировать первые русско-шведские посольства и их материалы и определить характер взаимоотношений Московского государства и Швеции в начальный период после заключения Столбовского договора;

– исследовать изменения во взаимоотношениях двух государств и их причины, обусловившие отправку шведских посольств второй половины 20-х – начала 30-х гг. XVII в.;

– изучить материалы о деятельности шведских агентов в России;

– определить причины несостоятельности русско-шведского военного союза против Речи Посполитой;

– изучить дипломатические традиции и посольский этикет названных десятилетий и проследить его влияние на ход дипломатических переговоров, а также исследовать отклонение от этих традиций в связи с изменением характера взаимоотношений России и Швеции.

Методологической основой исследования является системный подход, соблюдение принципов историзма, объективности и научности, которые предполагают критическое отношение к источникам, формулирование оценок и суждений на основе всестороннего осмысления совокупности фактов.

В работе выбран хронологический принцип изложения. Применяются сравнительно-исторический, проблемный и хронологический методы, а также комплексный подход к изучению проблемы. Все это позволяет последовательно рассмотреть историю русско-шведских дипломатических отношений 1618-1632 гг.

Научная новизна работы заключается в том, что впервые было проведено комплексное изучение русско-шведских дипломатических отношений 1618-1632 гг. При этом в диссертационном исследовании используются неизученные и не привлекавшиеся ранее документы Посольского приказа, позволяющие дать всестороннюю характеристику дипломатических связей России и Швеции в начале нового периода отечественной истории XVII в.

На защиту выносятся следующие положения:

- юридические основы русско-шведского дипломатического сближения были заложены в Столбовском мирном договоре;

– во время первых посольств в Москву были сформулированы основные положения, позволившие в дальнейшем России пойти на союз со Швецией против Речи Посполитой: территориальные возмещения, религиозное противостояние, династический конфликт, потребность в скоординированных внешнеполитических действиях;

– в условиях русско-польского сближения с конца 20-х – начала 30-х гг. происходило «упрощение» дипломатических традиций, меняется посольский этикет. Следствием становится постоянное проживание шведского дипломатического агента в Москве, налаживаются каналы тайной переписки между дипломатами;

– наивысший период дипломатического сближения приходится на конец 20-х – начало 30-х гг. Главной причиной того, что русско-шведский союз не был заключен, послужила смерть Густава-Адольфа и последовавший пересмотр внешнеполитического курса Швеции. Однако, начиная со второй половины 1620-х годов оба государства действовали, практически, на условиях союзнического договора;

– несмотря на то, что инициатива разработки антипольского союза шла в основном от Швеции, внешнюю политику России нельзя рассматривать как зависимую от этой страны. В 1618-1632 гг. интересы шведского короля и Московского государства совпадали, это и обусловило редкий в XVII веке расцвет дипломатических отношений между двумя государствами.

Теоретическая и практическая значимость исследования заключается в том, что представленные в ней фактические материалы, выводы и наблюдения могут быть применены в научных трудах при изучении внешнеполитической истории России XVII века. Полученные данные важны для источниковедческих и историко-культурных характеристик русского посольского обычая. В учебно-педагогических целях эти материалы могут быть использованы при чтении вузовских общих и специальных курсов лекций по истории внешней политики России, создании учебных и методических пособий по отечественной истории.

Апробация работы. Основные положения отражены в пяти статьях общим объемом 1,5 п.л. и в ряде выступлений на научных конференциях: Всероссийской научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения академика Л.В. Черепнина (Рязань, 17-19 ноября 2005 года), Всероссийской научно-практической конференции «Новая и новейшая история Запада и Востока: новые подходы» (Рязань, 28-29 ноября 2007 года), IV Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы гуманитарных наук» (Москва, 2007). Результаты работы были обсуждены на заседании кафедры отечественной истории Рязанского государственного университета им. С.А. Есенина.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка используемых источников и литературы.

Основное содержание работы

Во Введении обосновывается актуальность, научная новизна, хронологические рамки и практическая значимость диссертации, определяются ее цели и задачи, методологические основы, дается характеристика степени изученности проблемы в предшествующей историографии, охарактеризованы источники исследования.

Первая глава «Период постепенного сближения между Россией и Швецией (1618-1626 гг.)» посвящена развитию русско-шведских дипломатических отношений со времени подписания и ратификации Столбовского мирного договора в 1617-1618 гг. и до первых попыток шведского короля Густава II Адольфа склонить Московское государство к созданию антипольского военного союза в 1626 году.

В первом параграфе «Столбовский мирный договор 1617 года и его дипломатические последствия для Восточной Европы» дается краткая характеристика особенностей дипломатических отношений России, Швеции и Речи Посполитой накануне подписания Столбовского мира. Анализ причин, повлиявших на выбор Московским государством антипольского внешнеполитического курса направленного на дипломатическое сближение со шведским королем Густавом-Адольфом, выявил важные моменты. Он показал, что, несмотря на тяжелые условия договора для России, в 1617-1618 гг. сам факт подписания мира между Москвой и Стокгольмом был выгоден русскому царю: Москва обеспечила себе тыл в борьбе с Речью Посполитой за возвращение захваченных территорий на западных рубежах. Для Швеции мир с Россией также развязывал руки в борьбе с польским королем Сигизмундом III. Отмечается, что дальнейшее развитие русско-шведских отношений не могло не осложниться разразившейся в Европе Тридцатилетней войны (1618-1648 гг.). Анализ текста Столбовского мирного договора подтвердил, что договор заложил новую основу дипломатических отношений Московского государства и Швеции. В 33-м пункте договора Польско-Литовское государство возводилось в ранг общего врага, против которого возможно было создание военного союза двух государств. Во время ратификации Столбовского мира и переговоров со шведским посланником Акселем Мартенсоном в Москве в 1619 г. взаимное недоверие России и Швеции не позволило двум государствам создать антипольский военный союз.

Во втором параграфе – «Несостоявшийся династический союз» – рассказывается о попытке сватовства русского царя Михаила Романова к свояченице шведского короля Густава-Адольфа Екатерине Бранденбургской в 1622-1623 годах. Среди причин выбора невесты в Швеции, как показывают источники, было наметившееся потепление во взаимоотношениях Москвы и Стокгольма, что находит свое подтверждение в ответных грамотах Густава-Адольфа, говорившего о своем искреннем желании помогать Михаилу Федоровичу. При анализе всех сохранившихся документов особое внимание привлекли политические вопросы, поднимавшиеся во время переговоров о возможной женитьбе. В то же время, несостоявшееся сватовство нельзя ни в коем случае рассматривать как провал русских гонцов Елисея Павлова и Андрея Англера. Становится ясным, что во время переговоров 1622-1623 гг. как со стороны московского правительства, так и шведским королем на фоне решения брачных вопросов очень осторожно проводилось некое «прощупывание почвы», касавшееся внешнеполитических позиций двух стран и имевшее свое отражение в дальнейших русско-шведских переговорах.

В третьем параграфе «Шведское посольство Эверта Бремена и Генри фон Унгерна в Московское государство в 1626 году» рассказывается о первой серьезной попытке шведского короля Густава-Адольфа склонить Московское государство к подписанию военного союза против Речи Посполитой. Анализ архивных документов с учетом дипломатических традиций и посольского этикета XVII века показал, с одной стороны, особую роль, которую отводил Густав-Адольф шведской дипломатической миссии 1626 г., и, с другой стороны, понимание важности посольства Эверта Бремена и Генри фон Унгерна русским правительством. Во время переговоров в Москве шведскими послами поднимались вопросы о распределении сил в Европе в ходе разразившегося военного конфликта, о взаимосвязи борьбы с Габсбургами и польским королем Сигизмундом III, получавшим военную помощь от римского папы. Таким образом, рассмотрение обнаруживает, что шведский король предлагал одновременную, совместную борьбу России против Речи Посполитой, а Швеции – против Империи. В Москве, ссылаясь на заключенное Деулинское перемирие, послам Густава-Адольфа было отказано. Однако следует отметить сочувственный тон и понимание со стороны правительства царя, давшее надежду на создание антипольского союза и позволившее уже через несколько месяцев направить шведскому королю в Москву новое посольство.

В четвертом параграфе «Приезд в Москву Александра Рубцова и Юрия Бенгарта в 1626 году» прослежен ход второго шведского посольства в Москву с предложением совместной борьбы против Речи Посполитой. Особое внимание в нашем рассмотрении уделяется роли в ходе переговоров Александра Рубцова – шведского посла русского происхождения. Показано двоякое, недоверчивое отношение к А. Рубцову со стороны царского двора, и, одновременно, стремление патриарха Филарета использовать шведского посла в качестве тайного агента. Такое предположение нашло свое подтверждение в ходе анализа более поздних документов.

Россия, как свидетельствуют действия патриарха Филарета, именно после шведского посольства Александра Рубцова и Юрия Бенгарта начинает собирать коалицию против Речи Посполитой и, в частности, ведет переговоры с Турцией.

Вторая глава «Первые проекты русско-шведского военно-политического союза (1629-1631 гг.)» раскрывает переломный период в русско-шведских дипломатических отношениях. В ходе событий Россия высказала свое согласие на создание антипольского союза и начала военные приготовления при поддержке Швеции.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»