WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

2) Московский механизм дополняет Венский механизм и состоит из миссии экспертов и миссии докладчиков. Это процедура осуществления контроля на местах. Миссии экспертов и докладчиков включают не более трёх человек соответственно. Мандат эксперта более широкий, чем мандат докладчика. Эксперты предлагают сторонам в споре добрые и посреднические услуги, то есть непосредственно участвуют в поиске решений, в то время как мандат докладчиков ограничивается лишь установлением фактов и внесением предложений (рекомендаций) относительно возможных решений поднятого вопроса. Если какое-либо государство-участник сочтет, что в другом государстве-участнике выполнение положений, относящихся к человеческому измерению ОБСЕ, находится под серьезной угрозой, оно может при поддержке не менее пяти других государств-участников использовать процедуру назначения докладчиков до трёх человек. Также как и экспертам, принимающее государство создает миссии докладчиков все необходимые условия для осуществления ею своих функций. Миссия завершает свою работу составлением доклада, по которому запрашиваемое государство не позднее чем через две недели после его представления должно высказать свои соображения.

Как правило, в состав миссий входят опытные дипломаты и юристы. Миссии экспертов устанавливают контакт с заинтересованными сторонами и общественными организациями. Так, например, в Эстонии миссия ОБСЕ встречалась с парламентариями и представителями партий, юристами, журналистами, министрами, а также с представителями церкви и эстонского торгового союза. Поводом для направления миссии явился Закон «Об иностранцах» от 8 июля 1993 года, который русскоязычное население расценило как дискриминационный. Эксперты могут вносить предложения по урегулированию конфликта в части, касающейся человеческого измерения. Они предложили эстонскому парламенту некоторые изменения в Законе, которые были приняты.

Следует отметить преимущества и недостатки миссий докладчиков и миссий экспертов ОБСЕ в сравнении с процедурами ООН и Совета Европы.

Преимущества миссий: а) применяются оперативно, независимо от того, будут или не будут исчерпаны все национальные средства правовой защиты; б) позволяют изучить вопрос на месте и, тем самым, повысить эффективность действий по установлению фактов, которые могут искажаться правительством; в) благодаря оказанию добрых и посреднических услуг со стороны миссий экспертов может проводиться работа по предотвращению конфликтов.

Недостатки миссий: а) применение того или иного механизма, то есть расследование нарушений прав человека зависит от политического веса запрашиваемого государства; б) по завершению работы миссий и предоставлению доклада ОБСЕ не предпринимает дальнейших шагов по урегулированию конфликта; отсутствуют какие-либо санкции в случае доказательства нарушения обязательств по человеческому измерению; в) кадровое, материально-техническое и финансовое обеспечение работы миссий оставляет желать лучшего. В количественном отношении миссии недоукомплектованы (в их состав входят по два эксперта). Время подготовки миссии исключительно короткое. Финансирование осуществляется принимающим или запрашивающим государством. А как быть, если это принимающее или запрашивающее государство – экономически слаборазвитая страна. Отдельный фонд ОБСЕ пока не создан.

Во втором параграфе «Документы ОБСЕ о защите национальных меньшинств (на примере русскоязычного меньшинства)», дается краткая характеристика документов ОБСЕ о защите национальных меньшинств (на примере русскоязычного меньшинства).

В отечественной доктрине международного права сложилась точка зрения, согласно которой документы ОБСЕ носят преимущественно политический, а не юридический характер. Документы ОБСЕ – это только политические обязательства, нарушение которых не влечет международно-правовой ответственности.

Вместе с тем, документы ОБСЕ служат основой для принятия международно-правовых договоров, обладающих юридической силой, таких как Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств 1995 года.

Встаёт вопрос – могут ли международные документы ОБСЕ, носящие политический характер, защитить национальные меньшинства, в частности русскоязычное меньшинство, проживающее в государствах Балтии

С одной стороны, государство, нарушающее положение конкретного документа ОБСЕ в области защиты национальных меньшинств, не несёт никакой международно-правовой ответственности, а с другой стороны, государство, допускающее массовые нарушения прав национальных меньшинств, привлекает внимание международного сообщества (как это говорится в Документе московского совещания по человеческому измерению СБСЕ 1991 года), и тем самым, к этому государству могут быть применены санкции со стороны ООН или Совета Европы.

В исследовании приводятся основные документы ОБСЕ, направленные на закрепление основных прав и свобод человека, национальных меньшинств, лиц, принадлежащих к таким меньшинствам, в конечном счёте, русскоязычного населения. Это Хельсинский Заключительный акт совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе от 1 августа 1975 г., Мадридский Итоговый документ второй встречи в рамках дальнейших шагов от 6 сентября 1983 г., Венский итоговый документ третьей встречи в рамках дальнейших шагов от 15 января 1989 г., Документ Копенгагенского совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ от 29 июня 1990 г., Парижская хартия для новой Европы от 21 ноября 1990 г., Женевский доклад совещания экспертов СБСЕ по вопросам национальных меньшинств от 19 июня 1991 г., Документ московского совещания конференции по человеческому измерению СБСЕ от 3 октября 1991 г., Хельсинкский итоговый документ от 10 июля 1992 г., Стокгольмский документ третьей встречи Совета СБСЕ от 14-15 декабря 1992 г., Римский документ четвертой встречи Совета СБСЕ от 30 ноября-1 декабря 1993 г., Будапештский документ от 5-6 декабря 1994 г., Лиссабонская декларация о модели общей и всеобъемлющей безопасности для Европы ХХI века, закреплённая в Лиссабонском документе от 3 декабря 1996 г., Декларация стамбульской встречи на высшем уровне и Хартия европейской безопасности, закрепленные в Стамбульском документе от 19 ноября 1999 г.

Деятельность Верховного комиссара ОБСЕ по делам национальных меньшинств как важного компонента концепции раннего предупреждения и предотвращения конфликтов и мирного урегулирования споров должна оцениваться высоко. Среди его документов известны такие рекомендации, как Гаагские рекомендации о правах национальных меньшинств в области образования от 1996 г., Ословские рекомендации по языковым правам национальных меньшинств от 1998 г., Лундские рекомендации об эффективном участии национальных меньшинств в общественно-политической жизни от 1999 г.

Вышеперечисленные документы ОБСЕ направлены на закрепление и соблюдение государствами-участниками гражданских, политических, социально-экономических и культурных прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, и специфических прав национальных меньшинств.

Отмечая положительную роль документов ОБСЕ и рекомендаций ВКНМ в деле защиты русскоязычного населения в государствах Балтии, вместе с тем следует отметить существенный недостаток данных документов: в них отсутствуют определения таким понятиям, как «национальные меньшинства» и «лица, принадлежащие к национальным меньшинствам».

Третья глава «Оценка гуманитарной ситуации международными организациями в государствах Балтии и участие Европейского суда по правам человека в защите русскоязычного населения», состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Проблемы имплементации международных актов по правам человека в государствах Балтии», проводится анализ прибалтийского законодательства о гражданстве, языке и образовании на предмет его соответствия международным актам.

Подробно анализируются латвийские и эстонские законы о языке и об образовании, которые фактически направлены на принудительную ассимиляцию значительной части русскоязычного меньшинства, что не соответствует пункту 2 статьи 5 Рамочной конвенции Совета Европы о защите национальных меньшинств, согласно которому государства должны воздерживаться от любых политических или практических действий, имеющих целью ассимиляцию лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, вопреки их воле, и защищать этих лиц от любых действий, направленных на такую ассимиляцию.

Обращает на себя внимание и то, что Закон Эстонии «О культурной автономии национального меньшинства» от 26 октября 1993 года дает определение национального меньшинства, под которым понимается граждане Эстонии, постоянно проживающие на ее территории и имеющие давние, прочные и постоянные связи с ней. Данный закон юридически закрепляет бесправие подавляющей части русскоязычного населения, которая не подпадает под это определение, и противоречит духу и букве Рамочной конвенции Совета Европы о защите национальных меньшинств.

Как видно из анализа имплементации международных актов по правам человека в государствах Балтии, здесь не всё обстоит гладко. Между Латвией и Эстонией есть некоторые различия, касающиеся обеспечения прав русскоязычного населения. Назовём их:

1) в Эстонской Республике неграждане обладают правом голоса на муниципальных выборах. В Латвийской Республике неграждане не имеют такого права;

2) правозащитные организации насчитывают до 40 различий в правах граждан и неграждан в Эстонской Республике и до 62 различий в Латвийской Республике;

3) в Эстонской Республике в марте 2002 года в Закон «Об основной школе и гимназии» внесены поправки, приостанавливающие запланированный на 2007 год процесс ликвидации государственной системы обучения на русском языке. В частности, 29 января 2003 года в этот Закон внесены важные поправки, а именно: «для учащихся, приобретающих основное образование, родной язык для которых не является языком обучения, школа совместно с государством и местными самоуправлениями создают условия для обучения родному языку и изучения национальной культуры в целях сохранения своего национального самосознания» (пункт 3 статьи 9 Закона). В Латвийской Республике местные власти игнорируют рекомендации СЕ, ОБСЕ и других международных организаций о внесении поправок в дискриминационный Закон «Об образовании», который, как известно, устанавливает получение образования (общего, профессионального и академического) исключительно на латвийском языке, не являющимся родным для большинства русскоязычного населения;

4) в Эстонской Республике положение с обеспечением прав бывших сотрудников правоохранительных органов СССР и ветеранов Великой Отечественной войны более гуманно по сравнению с соседней Латвийской Республикой и отличается мерой наказания за преступления «против человечности» и «геноцид» в отношении ветеранов. В Эстонии такой мерой наказания является лишение свободы условно, то есть, когда человек находится на свободе, соблюдая определённые условия, установленные Уголовным кодексом. В Латвии мерой наказания за «вышеназванные преступления» является лишение свободы в виде тюремного заключения. Кроме того, жестокое обращение в тюрьме с ветеранами Великой Отечественной войны побудило некоторых из них обратиться с жалобой в Европейский суд по правам человека.

Для того чтобы улучшить положение русскоязычного населения в Латвийской Республике, в соответствии с рекомендациями международных организаций (ООН, ЕС, СЕ, ОБСЕ), представляется целесообразным предпринять нижеследующие шаги:

а) принятие всех возможных мер для ускорения натурализации, в том числе обеспечение подготовительного обучения кандидатов для сдачи экзамена на знание латышского языка и Конституции, как необходимых условий при приёме в латвийское гражданство; облегчение требований для пожилой категории меньшинств; проведение информационных кампаний в СМИ с целью поощрения неграждан к подаче заявлений на предоставление гражданства; объединение обязательных при натурализации экзаменов с государственными выпускными школьными экзаменами;

б) предоставление негражданам права голоса на местных выборах для дальнейшей интеграции латвийского общества на местном уровне;

в) рассмотрение возможности установления системы билингвального образования в средних школах, а также возможности расширения программ, обеспечивающих адекватную подготовку учителей для школ меньшинств, в частности русскоязычного меньшинства;

г) разработка и принятие закона о защите национальных меньшинств и образование государственного органа по делам меньшинств.

Для того чтобы улучшить положение русскоязычного населения в Эстонской Республике, в соответствии с рекомендациями международных организаций (ООН, ЕС, СЕ, ОБСЕ), представляется целесообразным предпринять нижеследующие шаги:

а) принятие всех возможных мер для ускорения натурализации (рекомендации имеют аналогичный характер, что и в Латвийской Республике);

б) возможность пересмотра оговорки, сделанной при ратификации Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств 1995 года, которая носит ограничительный характер и распространяет своё действие только на граждан Эстонии (данный пункт должен касаться и Латвии);

в) внесение поправок в Закон «О культурной автономии национального меньшинства» с целью расширительного толкования национальных меньшинств (без привязки к гражданству страны проживания меньшинства);

г) обеспечение эффективной имплементации запланированного на 2007 год перехода на двуязычную систему образования в школах с преподаванием на негосударственном языке.

В Литовской Республике правовое положение русскоязычного населения выглядит гораздо лучше, чем в Латвии и Эстонии. Это отчасти объясняется тем, что литовские власти уже довольно давно ратифицировали главный международно-правовой акт, касающийся защиты национальных меньшинств – Рамочную конвенцию о защите национальных меньшинств. Кроме того, в конце 80-х годов ХХ века Литва приняла закон о гражданстве, согласно которому гражданство предоставлялось всем желающим без обязанности сдать экзамен по литовскому языку.

Однако в Литве сохраняется проблема, связанная с преследованием ветеранов Великой Отечественной войны и бывших сотрудников правоохранительных органов СССР, да и единственным государственным языком, согласно Основному закону республики, является литовский язык.

В связи с вышесказанным следует признать, что ситуация с правами русскоязычного населения в государствах Балтии (в особенности – в Латвии и Эстонии) требует пристального внимания со стороны международного сообщества. Позитивные наработки в этом направлении уже сделаны. Однако работу по выправлению положения с правами русскоязычного населения необходимо продолжать и далее в русле международных документов в области прав человека и национальных меньшинств.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»