WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

6. Индия и Пакистан отнесли обладание ядерным оружием к своим жизненным интересам. Об этом свидетельствуют результаты анализа индийских и пакистанских программных установок, а также практической деятельности Нью-Дели и Исламабада в ракетно-ядерной сфере. Действия Индии и Пакистана отличает общая черта: оба государства взяли курс на форсированную реализацию национальных стратегических программ с очевидной целью гарантировать их необратимость.

7. Проект ядерной доктрины Индии 1999 г. фиксирует не только стремление Нью-Дели к доминированию в южноазиатском регионе, но и претензии Индии на статус глобальной державы. Документ предусматривает осуществление ракетно-ядерного сдерживания потенциального агрессора на основе создания дорогостоящей ядерной триады - стратегических сил, состоящих из компонентов наземного, авиационного и морского базирования. Для Индии ключевым геополитическим соперником остается Китай.

8. О программных установках Исламабада можно судить лишь по отдельным выступлениям и высказываниям пакистанских лидеров и представителей военно-политического истеблишмента. Пакистанцы полагают, что нетранспарентность и, при необходимости, «блеф» в вопросах ядерной политики способны усилить действенность средств устрашения потенциального агрессора.

Оборонная стратегия Пакистана базируется на концепции минимального ядерного сдерживания. Исламабад не исключает вероятности нанесения в чрезвычайной ситуации превентивного ракетно-ядерного удара по агрессору. Стесненный в ресурсах, Пакистан вынужден пока ограничиваться стратегическим планированием регионального масштаба. В качестве главного потенциального противника выступает Индия.

9. Стремление к укреплению обороноспособности – не единственная причина ядерного выбора Индии и Пакистана. Нью-Дели и Исламабад также рассматривают ядерное оружие как инструмент для достижения другой стратегической цели: занять «достойное» место на мировой арене. Индия и Пакистан руководствуются политико-престижными соображениями. В среде индийских и пакистанских политических элит распространено представление, что обладание ядерным оружием – атрибут великой державы.

10. Процессу нуклеаризации Южной Азии способствует тот факт, что члены ядерного клуба не торопятся выполнять «разоруженческие» положения ДНЯО. Количественное сокращение их стратегических арсеналов компенсируется повышением качества и эффективности ОМУ, то есть, имеет место вертикальное распространение. Непоследовательность признанных ядерных держав, прежде всего США, в сфере разоружения и в вопросах глобальной стратегической стабильности во многом предопределила эрозию международных режимов нераспространения и усилила интерес целого ряда, преимущественно развивающихся, стран к атомному оружию.

11. Подходы Индии и Пакистана к международным режимам ядерного нераспространения во многом совпадают. Обе страны характеризуют ДНЯО как дискриминационный договор, закрепивший монопольное право на обладание ядерным оружием за немногочисленной группой «избранных» государств – участников ядерного клуба. Вместе с тем, руководствуясь политико-престижными соображениями, Индия и Пакистан хотели бы присоединиться к ДНЯО в качестве официально признанных ядерных держав.

12. Индия и Пакистан под различными предлогами уклоняются от участия в Договоре о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). Проблемы с ратификацией ДВЗЯИ в США и Китае, ряде других стран, играют им на руку. После 1998 г. Индия и Пакистан соблюдают добровольный мораторий на ядерные испытания. Однако они намерены сохранить за собой право на проведение «горячих» испытаний в целях совершенствования ядерного оружия.

13. Индия и Пакистан не готовы к конструктивным переговорам по Договору о запрещении производства расщепляющихся материалов (ДЗПРМ), несмотря на их публичные заверения в обратном. В стремлении создать прочный фундамент для своих военных ядерных программ, они усиленно нарабатывают оружейные расщепляющиеся материалы (ОРМ) и негативно относятся к возможности введения запрета или ограничений на их производство. Индия и Пакистан по сути срывают предложения о прекращении наработки ОРМ еще до заключения и вступления ДЗПРМ в силу, «обставляют» свое согласие на участие в Договоре различными оговорками и условиями.

14. Индия и Пакистан готовы участвовать в нераспространенческих и разоруженческих усилиях мирового сообщества только на равноправной основе и если это не ставит под угрозу их обороноспособность (по меньшей мере, должно быть обеспечено эффективное ассиметричное сдерживание потенциального противника). В настоящее время они предпринимают шаги, которые в их понимании согласуются с процессом их институционального и международно-правового становления в качестве признанных ядерных государств.

Обе страны открыты к «статусному торгу» с мировым сообществом. В стремлении добиться в той или иной форме международного признания своего де-факто ядерного статуса Индия и Пакистан могут пойти на уступки в плане ограничения своих ракетно-ядерных арсеналов, снижения темпов осуществления стратегических программ.

15. Индия и Пакистан принимают меры доверия и безопасности (МДБ) в ракетно-ядерной области, развивают национальные режимы экспортного контроля (ЭК), которые в последнее время значительно приблизились к международным стандартам. Внимание Нью-Дели и Исламабада к проблематике МДБ и ЭК продиктовано, в том числе, расчетом на то, что ответственное поведение в этих вопросах упростит решение стоящей перед ними задачи добиться международного признания ядерного статуса.

Активность Индии и Пакистана в экспортноконтрольной сфере, чем бы она не мотивировалась, является позитивным фактором: повышается эффективность барьеров на пути горизонтального распространения. Принятие мер доверия и безопасности также заслуживает положительной оценки. Вместе с тем обращает на себя внимание то обстоятельство, что в Южной Азии даже самые совершенные МДБ не будут работать так же надежно, как советско-американские договоренности времен «холодной войны». Географическая близость потенциальных противников объективно не позволяет исключить вероятность спонтанных или превентивных ударов друг по другу, в том числе наносимых «с испугу».

16. Без кардинальных практических шагов со стороны «пятерки» в области ракетно-ядерного разоружения сокращение стратегических потенциалов «пороговых» и, тем более, де-факто ядерных стран, включая Индию и Пакистан, едва ли реально. Эффективное решение нераспространенческих задач как в южноазиатском регионе, так и в мире в целом представляется возможным только при обеспечении баланса прав и обязательств всех заинтересованных государств.

Созданное в годы «холодной войны» колоссальное военно-стратегическое преимущество ядерных государств над остальными странами позволяет участникам ядерного клуба без ущерба для собственной безопасности инициировать взаимные уступки. Все участники «пятерки», прежде всего, ракетно-ядерные сверхдержавы США и Россия, могли бы взять на себя обязательство о неприменении первыми ядерного оружия и предоставить твердые коллективные гарантии безопасности неядерным странам. Целесообразной представлялась бы скорейшая ратификация ДВЗЯИ США и Китаем. Члены ядерного клуба могли бы приостановить модернизацию своих ракетно-ядерных вооружений и предложить развивающимся странам весомый «компенсационный пакет» (политические и финансово-экономические дивиденды) в обмен на согласие последних оставаться неядерными или, в случае если ядерный «порог» уже перейден, заморозить стратегические программы на нынешнем уровне.

17. Сегодня в фокусе усилий ядерной «пятерки» - приоритетные задачи, от решения которых напрямую зависит поддержание международного мира и стратегической стабильности в Южной Азии. В двустороннем и многостороннем форматах члены ядерного клуба стремятся позитивно воздействовать на Индию и Пакистан с целью принятия ими мер по обеспечению адекватного уровня сохранности и безопасности стратегических арсеналов и ядерных объектов, постоянному совершенствованию национальных режимов экспортного контроля. Южноазиатские государства убеждают в целесообразности отказа от фактического монтажа систем ОМУ, в необходимости дальнейшего соблюдения моратория на ядерные испытания, прекращения производства оружейных расщепляющихся материалов. Наибольшую активность в «обработке» Индии и Пакистана, диалоге с ними проявляют США и их союзники по НАТО – Великобритания и Франция. По-прежнему достаточно пассивен в вопросах нераспространения Китай, хотя в начале третьего тысячелетия его поведение в ракетно-ядерной области и стало более ответственным.

Решение проблемы нераспространения в Южной Азии зависит не только от способности членов «пятерки» сформулировать общие цели (это фактически произошло), но и от их готовности на деле проводить согласованный между собой курс. Занятие «особых» позиций, проявление пассивности подрывают нераспространенческие усилия международного сообщества.

18. Ситуация в Южной Азии, являясь частным проявлением структурного кризиса международной системы нераспространения, актуализирует вопрос о необходимости ревизии сложившихся еще в годы «холодной войны» нераспространенческих режимов.

Можно предположить, что, с учетом заинтересованности членов ядерного клуба в сохранении их по сути монопольного права на обладание ЯО, повышение эффективности нераспространенческих барьеров будет достигаться в том числе за счет ужесточения многосторонних инструментов и режимов ракетно-ядерного нераспространения, придания им интрузивной направленности. Международная нераспространенческая система, модифицируемая в интересах «пятерки», станет избирательно-силовой, нацеленной на контрраспространение. Одно из свидетельств тому – активное становление предложенной США Инициативы по безопасности в борьбе с распространением оружия массового уничтожения, подключение к ней ведущих мировых держав, включая Россию. В ближайшие годы сохранится и готовность Вашингтона к проведению «превентивных» военных акций в отношении «проблемных» стран – в том случае, если действия последних, по мнению США, будут представлять прямую угрозу национальной безопасности государства.

На фоне обострения кризисных тенденций в сфере нераспространения де-факто ядерным государствам, включая Индию и Пакистан, в обозримом будущем едва ли следует рассчитывать на официальное – по смыслу ДНЯО – международное признание их статуса.

19. В России все больше осознают практическую значимость нераспространенческой проблематики. В последние годы активность РФ в сфере ядерного нераспространения возросла. Россия внесла существенный вклад в дело противодействия угрозе ОМУ терроризма. Она выступила одним из инициаторов принятия резолюции СБ ООН 1540, соавтором Плана действий «Группы восьми» в области нераспространения, является участником Инициативы по безопасности в борьбе с распространением. В сентябре 2005 г. в ходе юбилейной сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке был открыт для подписания российский проект международной Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма.

На повестке дня для России – выработка долговременной реалистичной стратегии действий в сфере ядерного нераспространения, нацеленной на надежное обеспечение безопасности страны.

Апробация диссертации. Положения и выводы диссертационного исследования апробировались автором в ходе его практической работы в посольстве России в Пакистане (1999 – 2004 гг.), а также в Центральном аппарате МИД России (1997-1999 гг., с 2004 г. по настоящее время). Они послужили основой лекционно-семинарских занятий в Дипломатической академии МИД России, на факультете мировой политики МГУ, выступлений диссертанта на научно-практических конференциях.

Ключевые положения и выводы диссертации нашли отражение в следующих публикациях:

1. Ганич Д.В. Пакистан и США: к эволюции американских подходов в сфере ядерного нераспространения. – Ученые записки – 2005. Под ред. Е.П.Бажанова. Институт актуальных международных проблем Дипломатической академии МИД России. – М.: Научная книга, 2005. - 0,5 п.л.

2. Ганич Д.В. О подходах Пакистана к проблемам нераспространения оружия массового уничтожения. – Геополитические проблемы евразийского пространства. Тематический сборник. – М.: Научная книга, 2006. - 0,6 п.л.

3. Ганич Д.В. «Большая ядерная игра» в Южной Азии. - Азия и Африка сегодня, 2007, №5. - 0,6 п.л.

Подписано в печать 12.03.2007.

Объем 1 п.л. Тираж 100 экз.

____________________________________________

Отпечатано в Дипломатической академии МИД России


1 Послание Президента России В.В.Путина Федеральному Собранию России, Москва, 10 мая 2006 года. - см. документ 10-05-2006, официальный Интернет-сайт МИД России www.mid.ru.

2 Nasir Iqbal. Dr. Khan admits he transferred N-technology: action to be decided by NCA. – Dawn, February 2, 2004. См. также: South Asia’s nuclear security dilemma: India, Pakistan and China. – London: An East Gate Book, 2005, p.119.

3 См., например, Ли В.Ф. Теория международного прогнозирования. – М.: Научная книга, 2002. – 288 с.

4 От английского nuclearization («обретение ядерного качества») – термин, широко используемый в современной российской политологической литературе.

5 См., например, Устав Организации Объединенных Наций. Статут Международного Суда: сборник документов. - М.: «Ла Пред», 1992; Резолюция СБ ООН 1172 (1998) от 6 июня 1998 г. – см. Официальный сайт Организации Объединенных Наций www.un.org; Резолюция СБ ООН 1540 (2004) от 28 апреля 2004 г. – www.un.org; Резолюция СБ ООН 1718 (2006) от 14 октября 2006 г. S/Res/1718 (2006); IAEA Board of Governors Resolution GOV/2006/14 “Implementation of the NPT Safeguards Agreement in the Islamic Republic of Iran” of Feb. 4, 2006.

6 Например, Нераспространение ядерного оружия: сборник документов. – М.: Международные отношения, 1993; Договор о нераспространении ядерного оружия, см. Тимербаев Р.М. Россия и ядерное нераспространение, 1945-1968. – М.: Наука, 1999, с.354 – 359; Международная конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма, см. Ядерное оружие после «холодной войны»; Моск. Центр Карнеги. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2006, с.530 – 548.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»