WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

В Параграфе 2 – «Права на транзит через земли иностранного государства» – рассмотрены международные договоры, предусматривающие такие права. В многосторонних договорах положения о правах одного государства на транзит через земли другого государства сформулированы как правило гибко, подобные права обозначены лишь как рекомендованное взаимное поведение государств. Таковы соответствующие положения Барселонской конвенции 1921 г. и Статута о свободе транзита; Генерального соглашения о тарифах и торговле; Договора к Энергетической хартии 1994 г. В четко обязывающих формулировках права одного государства на транзит через земли другого государства фиксируются чаще в двусторонних, иногда трехсторонних договорах. В качестве примера двустороннего договора можно привести Соглашение между Россией и Финляндией об условиях пользования Российским государством и Российскими гражданами правом свободного транзита через Печенгскую область от 28 октября 1922 г. С целью сохранения традиционных экономических прав россиян, именно, обеспечения транзита через район Печенги (Петсамо) в ст. 1 Соглашения 1922 г. предусмотрено, что Российские власти и российские граждане имеют право свободного прохода через финскую территорию Петсамо (Печенга) из России в Норвегию и обратно. Согласно ст. 2 право свободного прохода предоставлялось любому лицу, имеющему разрешение на транзит, выданное компетентными российскими властями, сроком на три месяца и не требующее визы властей Финляндии. Договорный механизм защиты прав РСФСР на конкретных землях, находящихся на территории Финляндии, оказался весьма жизненным: Соглашение 1922 г. исполнялась сторонами вплоть до начала Второй мировой войны. Согласно ст. 2 Мирного договора между СССР и Финляндией от 10 февраля 1947 г., Финляндия уступила район Петсамо (Печенги) Советскому Союзу.

В Параграфе 3 – «Трансграничные железные дороги как объект международных договоров о правах государства на иностранной территории» – дан анализ договоров о правах одного государства на землях железнодорожного транспорта другого: о правах Германии на землях железнодорожного транспорта Польши и правах Польши на землях Германии; о взаимных правах государств на землях «Восточной железной дороги»; о правах Чехословакии на землях железнодорожного транспорта, расположенных на территории Польши. При решении после Первой мировой войны (1913-1919 гг.) вопросов о новых государственных границах в Европе учитывался факт соединения железной дорогой двух крупных экономических центров, со сложившейся специализацией промышленности, устоявшимся товарообменом, грузопотоками, пассажирским сообщением. Составители Версальских мирных договоров в ряде случаев к постановлениям о новых государственных границах добавляли договорные положения об учете прав одного государства на приграничных землях железнодорожного транспорта, находящимся в новых пределах государственной территории другого государства.

О правах Германии на землях железнодорожного транспорта Польши и правах Польши на землях Германии. Согласно Версальскому мирному договору 1919 г., Германия возвращала Польше Познань, часть Поморья и некоторые другие территории. Город Данциг (Гданьск) был объявлен вольным городом. При новых границах Германии и Польши часть Германии – остающаяся в ее пределах часть Восточной Пруссии – оказывалась отделенной от остальной части страны. Стали трансграничными ранее построенные железные дороги, соединяющие коротким путем важнейшие экономические центры Германии. Для того чтобы это новое положение земельных участков железнодорожного транспорта не привнесло проблем сложившимся торгово-экономическим связям между населенными пунктами, в Версальском договоре предусмотрены специальные положения об урегулировании прав Германии на приграничных земельных участках, находящихся на территории Польши, и прав Польши на таких земельных участках в пределах территории Германии. В развитие этого Германия, Польша и вольный город Данциг подписали в 1921 г. конвенцию, в соответствии с которой в рамках предоставляемого режима «привилегированного» железнодорожного сообщения, железнодорожные поезда, проходящие обозначенные земли Польши и Германии, рассматриваются так, будто они не покидали свою страну отправления. В приложении к тексту Конвенции 1921 г. прописаны детальные правила ее исполнения11.

Права одного государства на землях «Восточной железной дороги», расположенных на территории другого государства. В 1870-1880 гг. были построены для соединения городов, расположенных от Белграда через Балканский полуостров до Константинополя (ныне Стамбула), трансграничные «Восточные железные дороги» («Oriental Railways»). Территориальные изменения, последовавшие в результате Балканских войн 1912-1913 гг. и, особенно, после Первой мировой войны не изменили востребованность железнодорожных коммуникаций. Проект «подгонки» дорогостоящей железнодорожной инфраструктуры под новые государственные границы был экономически не рационален, поэтому переход земель железнодорожного транспорта под суверенитет другого государства потребовал договорного учета. В таких целях Лозаннский договор 1923 г. предусматривал: «Пассажиры и грузы, которые следуют из Турции или Греции, либо направляются в эти государства, и которые используют транзитом три секции Восточной железной дороги, находящиеся между греко-болгарской и греко-турецкой границами… не подлежат, в связи с таким транзитом, каким-либо пошлинам или сборам или любым формальностям паспортного и таможенного контроля» (ст. 107)12. В 1937 г. в Стамбуле был согласован и подписан новый договор, регулирующий отношения Греции и Турции в рассматриваемой сфере: «Общие Греко-Турецкие правила применения положений статьи 107 Лозаннского договора, относящиеся к движению по железным дорогам между греко-турецкой границей в районе Питион и греко-болгарской границей вблизи Свиленграда»13. Механизм соблюдения прав одного государства на землях железнодорожной дороги, расположенных на территории другого государства, характеризуется так: «пассажирские поезда, пересекающие зону статьи 107, в период их следования и на остановках на железнодорожных станциях, находятся под защитой и наблюдением офицеров полиции Греции и Турции»; эти офицеры вправе «предоставлять помощь, соответственно, только по запросу офицера греческой полиции на территории Греции и офицера турецкой полиции на территории Турции». Т.е. на конкретных землях железнодорожного транспорта, в соответствии с международным договором, власти одного государства осуществляли государственные функции (защита, контроль, оказание помощи) на территории другого государства.

Права Чехословакии на землях железнодорожного транспорта, расположенных на территории Польши. Территориальные изменения в результате Второй мировой войны привели к тому, что некоторые участки территории Чехословакии, связанные железнодорожным сообщением, оказались отделенными государственной границей Польши от других районов территории Чехословакии. Это новое политико-правовое положение потребовало учета прав Чехословакии в этих приграничных районах в целях сохранения давно сложившихся железнодорожных коммуникаций, пересекающих теперь польские районы. В 1948 г. между Чехословакией и Польшей была подписана Конвенция о привилегированном железнодорожном транзите из Чехословакии в Чехословакию через территорию Польши14, в соответствии с которой Польша приняла обязательство предоставлять Чехословакии свободу транзита в отношении лиц, багажа, «экспресс-грузов» и почты. В Конвенции прописывался договорный механизм осуществления указанных прав Чехословакии на землях железнодорожного транспорта в пределах государственной территории Польши: эти «привилегированные» права на транзит осуществляются «на привилегированных поездах», предназначенных для «привилегированного транзита»; на территории Польши никакому лицу не рекомендуется сход либо посадка на такой поезд; пассажиры, следующие в таких поездах освобождены от иммиграционного и таможенного контроля.

Параграф 4 – «О правах России на землях комплекса «Байконур» (Казахстан)» – посвящен анализу современных договорно-правовых механизмов взаимовыгодного учета прав Российской Федерации на государственной территории Республики Казахстан, в пределах комплекса «Байконур». Соглашением между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о порядке использования космодрома «Байконур» 1992 г. предусмотрены особые права России в пределах космодрома Байконур на территории Казахстана, которые предполагают освобождение от таможенного досмотра и пошлин. В 1994 г. заключен предметный по содержанию Договор аренды комплекса «Байконур» между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Казахстан сроком на двадцать лет (с возможным последующим продлением). В соответствии с Договором арендодатель (Республика Казахстан) сдает, а арендатор (Российская Федерация) «принимает в аренду комплекс «Байконур». Арендная плата определена Договором в сумме ста пятнадцати миллионов долларов США в год. При этом: а) часть арендной платы может погашаться на компенсационной основе по согласованию Сторон; б) арендатор не вносит арендодателю иных платежей, налогов и сборов в связи с использованием комплекса «Байконур», в том числе за право пользования водными ресурсами (ст. 5 Договора). В ст. 6 Договора предусмотрено, что объекты и имущество комплекса «Байконур», находившиеся на территории Республики Казахстан по состоянию на 31 августа 1991 г., являются ее собственностью. Права собственности на недвижимое и движимое имущество, создаваемое, приобретаемое и поставляемое после 31 августа 1991 г., принадлежат Стороне, осуществившей финансирование его создания, приобретения и поставки. Предусмотрено в четко ограниченных Договором рамках действие российского законодательства на территории Казахстана: «На территории комплекса «Байконур» в отношении военнослужащих, лиц гражданского персонала Российской Федерации и членов их семей применяется законодательство Российской Федерации и действуют ее компетентные органы. В отношении персонала космодрома и членов их семей в случае совершения ими противоправных действий против Российской Федерации и ее граждан, воинских преступлений и правонарушений, совершенных в связи с исполнением обязанностей военной службы вне пределов комплекса «Байконур» юрисдикцию осуществляет Российская Федерация. В иных случаях применяется законодательство Республики Казахстан» (ст. 6 Договора). Кроме того, «за гражданами Российской Федерации и Республики Казахстан, проживающими на комплексе «Байконур», сохраняются их конституционные права» (ст.10 Договора). Иначе говоря, здесь предусмотрен схожий с рассмотренными выше договорными схемами начала XX века механизм реализации, на основе соглашения государств, прав одного из них на землях, находящихся в пределах государственной территории другого. Важнейшим международным договором, уточняющим правовой режим земель города Байконур, является Соглашение между Российской Федерацией и Республикой Казахстан о статусе города Байконур, порядке формирования и статусе его органов исполнительной власти 1995 г. В соответствии с этим международным договором город Байконур является административно-территориальной единицей Республики Казахстан, функционирующей в условиях аренды. На период аренды комплекса «Байконур» город Байконур в отношениях с Российской Федерацией наделяется статусом, соответствующим городу федерального значения Российской Федерации, с особым режимом безопасного функционирования объектов, предприятий и организаций, а также проживания граждан» (ст. 1 Соглашения).

Т.е. в соответствии с международными договорами, заключенными между Российской Федерацией и Республикой Казахстан, учтена одна из постсоветских реальностей – факт нахождения единственного космодрома СССР (продолжателем которого является Россия) на территории нового независимого государства – члена ООН – Казахстана. Созданные договорные механизмы реализации прав России на землях комплекса космодрома «Байконур», ставшего государственной территорией Казахстана, проявили себя на практике как стабильные и перспективные.

Глава 4 – «Правовой режим земельных участков, обслуживающих здания дипломатических и консульских представительств» - состоит из трех параграфов.

В Параграфе 1 – «Вопрос об иммунитете земельных участков, обслуживающих дипломатические и консульского представительства России» – рассматривается правовой режим таких земельных участков, прежде всего, с точки зрения характера предоставленного им иммунитета. Обозначенные земельные участки являются одновременно объектом и международного, и национального права государства пребывания. С точки зрения международного права, эти участки земли подпадают, прежде всего, под правовой режим, установленной, соответственно, Венской конвенцией о дипломатических сношениях 1961 г. и Венской конвенции о консульских сношениях 1963 г. Национальное право государства пребывания определяет эти земельные участки как часть государственной территории и как природный ресурс данного государства. Согласно Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г., земельный участок, обслуживающий здания (или части зданий), «используемые для целей дипломатического представительства», охватывается понятием «помещение представительства» (ст. 1). Схожее положение предусмотрено и Венской конвенцией о консульских сношениях 1963 г.: к понятию «консульские помещения» отнесен земельный участок, обслуживающий здания или части зданий, используемых «исключительно для целей консульского учреждения» (ст. 1). Вместе с тем, земельные участки, обозначенные в ст. 1 Конвенций 1961 г. и 1963 г., не являются территорией аккредитующего государства. В противном случае оно бы осуществляло, например, суверенитет над воздушным пространством над такими земельными участками. Такие земельные участки составляют часть территории государства пребывания. Более того, если такой земельный участок будет использоваться аккредитующим государством не для целей дипломатического представительства, а, например, в целях разработки недр под этим земельным участком или в иных хозяйственных целях, то возникает основа для оспаривания тех иммунитетов, которые предусмотрены Конвенциями 1961 и 1963 гг.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»