WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Бизнес-инкубаторы понимаются в работе как элементы инфраструктур-ной подсистемы бизнес-кластеров; промышленные округа и технопарки – как формы реализации кластерной технологии; особые и свободные экономичес-кие зоны (ОЭЗ и СЭЗ) – как инструментарий формирования благоприятных условий развития бизнес-кластеров. Эволюционный подход позволил выявить схожесть и различия интегрированных структур по типу взаимосвязей в процессе развития процессов специализации, кооперации и интеграции. Так, территориально-производственные комплексы (ТПК) и научно-производствен-ные объединения рассматриваются в качестве конкретно-исторических форм развития бизнес-кластеров в условиях централизованной экономики.

Следующий комплекс вопросов, исследуемых в диссертации, связан с процессом институционализации бизнес-кластеров, выявлением и сопоставле-нием основных моделей, определением ключевых принципов регулирования данного процесса. Процесс кластеризации в работе понимается как формирова-ние конкурентного поля взаимодействия хозяйственных субъектов с близкой специализацией, которые в дальнейшем определяют специализацию и логику развития бизнес-кластера в целом. В процессе эволюции бизнес-кластера происходит наложение множеств экономических интересов его участников, на пересечении которых возникает множество общих интересов, являющихся основой достижения динамического равновесия на локальном экономическом пространстве. В силу конкуренции у его участников постоянно возникают импровизации (инновации), используемые другими участниками, и способству-ющие повышению адаптивности и конкурентоспособности системы в целом.

Эволюцию бизнес-кластера, как кибернетической системы, возможно моделировать в парадигме закона иерархических компенсаций Е. Седова: при повышении разнообразия и уплотнении внутренней среды бизнес-кластера сложность регулирующих институтов, как управляющей подсистемы, убывает. Верно и обратное утверждение (Рис. 1).

Рис. 1. Вертикальная (a) и горизонтальная (b) модели образования

бизнес-кластеров

Сравнительный анализ моделей бизнес-кластеров в России и за рубежом позволяет предложить их следующую классификацию с точки зрения образования и эволюции.

Таблица 2

Модели образования и эволюции бизнес-кластеров

А. Дирижистская

B. Либеральная

C. Рефлексивная

или «вертикальная», когда внутренняя структура и среда бизнес-кластера создается при активном участии органов государственной власти и / или местного самоуправления по заранее разработанным сценариям с преобладанием детерминирующих воздействий.

Примеры:

Silicon Valley (США),

Шубный центр Kastoria (Греция),

создание бизнес-кластеров в Казахстане

(вариант «а», рис. 1)

или «горизонтальная», в рамках которой конкуренция хозяйственных субъектов с родственной специализацией поддерживается следующими инструментами экономической политики: бюджетное / налоговое стимулирование, антимонопольное регулирование, законодательно устанавливаемый предел поглощений, с доминированием приводящих к самоорганизации системы стохастических процессов, главным образом – процессов отбора и дальнейшего закрепления общих ценностей, норм и практик.

Примеры:

Hollywood (США), Bordeaux (Франция)

(вариант «b», рис. 1)

сочетающая основные принципы моделей A и В, с механизмом стохастического отбора и закрепления общих для среды бизнес-кластера ценностей, норм и правил.

Примеры:

Saale-Unstrut (Германия),

Волгоградский микрофинансовый бизнес-кластер,

Кавказские минеральные воды (Россия),

Волгоградский химический бизнес-кластер.

Общим для моделей является среда, способствующая конкуренции, разнообразию и препятствующая централизации принятия решений. Участие в бизнес-кластере предполагает непосредственное наблюдение за деятельностью других участников, требуя при этом соответствия принятым ограничениям и нормам, тем самым ограничиваются возможности деструктивных действий за счет транспарентности. К основным преимуществам интеграции в рамках бизнес-кластера относятся: повышение скорости обмена информацией, диффу-зия инноваций, расширение возможностей аутсорсинга и партнерства, доступ к общей коммерческой и научно-образовательной инфраструктуре, сокращение затрат на рекламу за счет пользования общим брэндом. Объективными ограничениями формирования бизнес-кластеров выступают риски участников, связанные с усилением конкуренции и угрозой банкротства, вероятностью перехода персонала к конкурентам. Экстернальными эффектами развития бизнес-кластеров для региональной экономики являются: увеличение налого-облагаемой базы за счет локализации в регионе центров отраслевого управле-ния, гибкой системы занятости и интенсификация инновационных процессов.

Вторая группа проблем связана с управлением региональным развити-ем, анализом возможностей, факторов и перспективных направлений использования кластерных технологий в экономическом пространстве регионов Юга России, выбором методов и инструментов кластерной технологии.

Понятие и алгоритм кластерной технологии выведены на основании исследования процессов, протекающих в трех бизнес-кластерах: регион «Кавказские минеральные воды» (совершенный), Волгоградский микрофинан-совый бизнес-кластер (переходный) и Волгоградский химический бизнес-кластер (несовершенный) (см. Таблицу 1). Наиболее интересен Волгоградский микрофинансовый бизнес-кластер, процесс организации которого начался в 1995 г. благодаря случайному стечению обстоятельств: а) технической помощи канадского Общества международного развития «Дежарден» (Mouvement Desjardins); б) росту спроса населения на услуги по сбережению свободных денежных средств, в) избытку финансистов на рынке труда; г) активности регионального парламента, законодательно поддержавшего импорт института кредитной кооперации. В дальнейшем высокие темпы развития бизнес-кластера были обусловлены конкуренцией хозяйственных субъектов с близкой специализацией – кредитных потребительских кооперативов граждан (КПКГ), образующих ядро бизнес-кластера, и низким институциональным сопротивлением среды. В процессе эволюции, в соответствии с Законом иерархических компенсаций, происходил процесс усложнения и уплотнения внутренней среды (Таблица 3).

Таблица 3

Уплотнение внутренней среды / институциализация микрофинансового бизнес-кластера во времени1


1998

1999

2000

2001

2002

2003

2004

2005

2006

2007

2008

А) Динамика показателей хозяйственных субъектов, образующих ядро бизнес-кластера (КПКГ)

Количество КПКГ

12

22

34

46

53

57

61

66

67

67

64

Годовой оборот, тыс. рублей

63917

97018

102184

193870

214228

276014

327518

343652

401076

432710

441037

Число занятых в основной отрасли

28

71

107

139

161

176

183

198

206

219

203

Число пайщиков

7219

11496

16108

20729

29802

41209

49107

49201

49284

48173

46019

В) Динамика количественных показателей в смежных и обслуживающих отраслях

Количество хозяйственных субъектов

1. НКО КПКГ

1

2

2

2

3

3

3

3

3

3

4

2. НКО пайщиков

1

1

2

3

7

3. Специализированных консалтинговых фирм

1

1

2

3

3

4

5

4. Фирм, предоставляющих Internet-услуги

1

2

6

7

7

7

7

5. Контролирующих органов

1

1

2

2

2

2

2

2

2

6. Фирм, предоставляющих образовательные услуги

1

1

1

2

2

5

4

4

6

7. Обслуживающих страховых компаний, в т.ч. ОВЗ

2

7

9

11

12

14

17

17

15

Число занятых в компаниях, 1 – 7

7

12

10

11

37

49

68

103

174

191

196

Годовой оборот компаний, 1 – 7

17

32

34

51

319

714

2476

3179

3517

4179

46019

Примечания: НКО – некоммерческие организации (общества защиты прав пайщиков, с одной стороны, и профессиональные клубы управляющих – с другой); ОВЗ – общества взаимного страхования.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»