WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Взаимодействие власти и бизнес-сообщества является своеобразным барометром состояния гражданского общества, а институционализация отношений бизнес-сообщества и государства происходит под давлением групп гражданских инициатив. Характер взаимоотношений между властью, бизнесом и обществом в современной России детерминируется социокультурным расколом. Квинтэссенция данного феномена состоит в том, что самопроизвольно усиливающаяся социальная дифференциация не была перманентно уравновешена формированием интегративных систем, функционирующих в соответствии с принципом обратной связи. Поэтому только государство выступало как единственный интегратор, притом наименее легко поддающийся изменениям, преобразованиям. И в этой связи социальная деятельность бизнеса рассматривается через призму интересов и политики российского государства.

Де-факто вектор развития корпоративной социальной ответственности обусловливается взаимодействием лишь по направлению бизнес – власть, причем имеется в виду средний и крупный бизнес, что является контрадикцией. Социальные потребности не выражены в рельефной форме, понимания о социальной справедливости представлены в ложном виде. Более широкий круг заинтересованных лиц (стейкхолдеров) является акциденцией. Механизмы социального информирования и положительного отношения социума к социальной деятельности компаний отличаются малой силой. Но в то же время зарубежный опыт доказывает другое: бизнес-сообщество определяет меру вклада в социальное развитие посредством собственных инициатив или некоммерческие организации наряду с государством фиксируют императивы к бизнес-сообществу.

Ссылаясь на данный аргумент, можно утверждать, что для современной России актуально усиление, активизация корпоративных социальных программ сквозь призму изменений в законодательстве. Но до того как осуществлять лоббирование подобного рода инициатив, целесообразно мобилизовать бизнес-сообщество, основать диалоговые площадки, универсальные (всеобщие) концепты, дефиниции и категории внутри бизнес-сообщества, что позволит сформировать резистивные свойства (характеризуемые способностью к сопротивлению). А далее уже на этом основании осуществлять профилактику с законодательными, исполнительными органами, третьим сектором и т. д.

Необходимо также отметить, что в научной среде не сложилось единой позиции относительно модели корпоративной социальной ответственности в современной России. Существуют следующие пропозиции о российском варианте корпоративной социальной ответственности: модель корпоративной социальной ответственности в России есть контаминация моделей Европы и США; российская практика корпоративной социальной ответственности ориентирована на модель США (С.П. Перегудов); российская модель корпоративной социальной ответственности представляет собой совмещение новых социальных практик с сохранением советских и даже дореволюционных традиций (Ю.А. Левада, А.П. Прохоров). Также особенностями российской практики корпоративной социальной ответственности остаются, как уже было отмечено выше, примарная роль государства в системе отношений с бизнесом и отсутствие солидарной позиции самого бизнес-сообщества, и в целом уровень аутопойесиса социальных интересов в России остается низким, потому что со стороны субъектов гражданского общества отсутствует системное взаимодействие с бизнесом, так как конститутивной проблемой некоммерческого сектора является отсутствие прозрачности, поскольку он претендует только лишь на статус грантополучателя. Необходимо учесть, что снижение риска и стохастичности социальных процессов достигается через большее вовлечение стейкхолдеров.

Но в российской действительности также имеет место и успешная реализация практик самоорганизации социальных интересов сквозь призму фондов местного сообщества. Поэтому руководство компаний, рассматривающих корпоративную социальную ответственность в качестве ресурса развития, повышения конкурентоспособности и формирования репутационного гало, осуществляет взаимодействие с различными группами гражданских инициатив. Ведь гражданское самосознание, рефлексия определяют уровень социальных экспектаций по отношению к бизнес-сообществу и систему фиксации корреальных обязательств бизнес-сообщества, государства и групп социальных интересов.

Следовательно, с целью формирования вектора корпоративной социальной ответственности в современной России следует произвести совершенствование законодательства, определить границы общей ответственности государства и бизнеса и четко разграничить обязательные и добровольные секторы социально-ответственной деятельности, одновременно элиминируя зоны безответственности как непременное условие.

Во втором параграфе второй главы – «Институционализация социальной ответственности бизнес-сообщества Волгоградской области» – раскрываются особенности становления корпоративной социальной ответственности бизнес-сообщества на примере Волгоградской области в контексте институционализации концепции корпоративной социальной ответственности на федеральном (российском) уровне. Анализ результатов исследований корпоративной социальной ответственности бизнес-сообщества, предпринятых российскими исследователями в период с 2001-го по 2007 г., а также проведенное диссертантом полустандартизированное экспертное интервью с представителями регионального бизнес-сообщества свидетельствуют о том, что существует амальгама интерпретаций корпоративной социальной ответственности. Впрочем, авторская методика оценки степени институциональной оформленности корпоративной социальной ответственности подтверждает ее низкий уровень в федеральном масштабе.

Корреляция между региональным и федеральным уровнями корпоративной социальной ответственности бизнес-сообщества производится на основании определенных индикаторов, таких как: разнообразие контекста употребления концепта «корпоративная социальная ответственность» среди представителей бизнес-сообщества; реализация социальных программ на территориях присутствия в рамках соглашений о социальном партнерстве под эгидой координационного совета; наличие механизма социального инвестирования (важно учесть не только квантитативный аспект, но и качественные параметры инвестирования); применение в деятельности компаний стандартизированных социальных отчетов (ISO 14000, SA 8000, AA 1000 и GRI). Итак, представители бизнес-сообщества Волгоградской области, согласно материалам экспертного интервью, интерпретируют корпоративную социальную ответственность в рамках правовой ответственности, выражающейся в своевременной и полной уплате налогов; корпоративного подхода (проведение социальной политики на предприятии, сводя ее к развитию персонала, – инвестиции во внутренние социальные проекты); этического подхода, рассматривающего социальную ответственность как благотворительность; и лишь в высказываниях некоторых представителей бизнес-сообщества (крупного бизнеса) доминировало социологическое понимание корпоративной социальной ответственности (необходимость формирования, развития и поддержания социальной инфраструктуры общества), тем самым свидетельствуя о частичном восприятии доктрины корпоративной социальной ответственности. Соответствующее восприятие данного феномена обусловливается ценностной противоречивостью сознания бизнес-сообщества, так как декларативное соблюдение баланса ценностей – свободы, социальной стабильности и справедливости – склоняется к прагматизации социального поведения и сознания. Данное обстоятельство позволяет заключить следующее: нормативно-ценностная система – комплекс, состоящий из интересов, ценностей, целей и средств их достижения, – крайне слабо интернализирована в среде регионального бизнес-сообщества (см. рис. 2).

В региональном масштабе широко применяются соглашения о социальном партнерстве, заключаемые между компаниями и органами власти, но реализация социальных программ осуществляется не под руководством наблюдателей координационного совета в силу отсутствия фондов местного сообщества, и поэтому данный формат сводит на нет эвентуальный (возможный) диалог между различными сегментами социума. В этой связи отсутствует процедура обязательного назначения представителей бизнес-сообществ, некоммерческих организаций и тому подобного при органах, уполномоченных на принятие решения о проведении социально-экономической политики региона, муниципалитета. Необходимо также формирование системы гарантированного (поручительского) сотрудничества акторов малого и среднего бизнеса в исполнении муниципальных заказов и обязательной общественной экспертизы законопроектов. Поэтому целесообразно создание фондов местного сообщества во избежание хреодного эффекта (явление, развивающееся по неоптимальному пути, причем чем дальше продолжается такое развитие, тем труднее свернуть с выбранной траектории).

Рис. 2. Механизм институционализации социальной ответственности: региональный аспект

Политика социального инвестирования (в наибольшей степени актуальна для крупного бизнеса) характеризуется ригидностью, то есть отсутствием способности трезво оценить обстоятельства, запросы социума и приноровиться к ним, приоритет отдается количественным параметрам (в особенности это инвестиции в персонал, характеризующиеся структурным изоморфизмом), вследствие чего наблюдается низкая степень диверсификации социальных инвестиций, организационного и информационного обеспечения социальной деятельности. Внутренняя социальная политика региональных компаний в большинстве случаев характеризуется тем, что при выстраивании системы приоритетов ее осуществления в зависимость ставятся не интересы персонала, а индивидуальный подход топ-менеджера или собственника в силу слабости профсоюзов. Компаниями выделяются гранты узкому кругу общественных объединений с низкой периодичностью или сингулярного (единичного) характера. А также редко просматривается валентная связь применительно к сферам, которые напрямую не относятся к компетенции компании, но затрагивают интересы ключевых заинтересованных лиц, а значит, косвенно – и интересы самой компании. Апостериори компании не осуществляют на практике стандартизированную систему показателей экономической, социальной и экологической результативности (ISO 14000, SA 8000, AA 1000 и GRI), признают преимущество отчетов в свободной форме, или нестандартизированных отчетов, в виде способа институционализации этой деятельности.

Соотнесение регионального и федерального уровней институционализации корпоративной социальной ответственности свидетельствует о том, что социальная деятельность регионального бизнес-сообщества характеризуется рецепцией веяний в реализации практик корпоративной социальной ответственности.

В заключении диссертации формулируются общие выводы исследовательской работы, в которых определены перспективы развития социально-ответственного бизнес-сообщества.

В приложении представлена анкета социологического исследования.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях,
в которых должны быть опубликованы основные научные результаты
диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук

1. Сукиасян, А.Х. Эволюция взаимоотношений бизнес-сообщества и власти как индикатор состояния гражданского общества в современной России [Текст] / А.Х. Сукиасян // Вестник Поволжской академии государственной службы. – 2007. – № 13. – С. 29–34. (0,3 п. л.)

2. Сукиасян, А.Х. Концепт «корпоративная социальная ответственность» в зеркале мнений бизнес-сообщества Волгоградской области [Текст] / А.Х. Сукиасян // Вестник Волгоградского государственного университета. – 2008. – № 1 (7). – С. 79–82. (0,3 п. л.)

Научные статьи в сборниках и периодических изданиях,
тезисы докладов и выступлений

3. Сукиасян, А.Х. Эволюция политического режима как своеобразный барометр состояния бизнес-элиты [Текст] / А.Х. Сукиасян // Перспективы политического развития России : материалы всерос. науч. конф., Саратов, 19–20 апр. 2007 г. / отв. ред. И.Н. Тарасов ; Сарат. гос. соц.-экон. ун-т, 2007. – С. 248. (0,3 п.л.)

4. Сукиасян, А.Х. Экспликация понятия «социальная ответственность бизнеса» [Текст] / А.Х. Сукиасян // Альманах современной науки и образования. – 2007. – № 1. – С. 242. (0,3 п. л.)

5. Кирьянов, В.И., Сукиасян, А.Х. Социальная ответственность бизнеса в информационном обществе [Текст] / В.И. Кирьянов, А.Х. Сукиасян // Человек в современных философских концепциях : материалы четвертой междунар. науч. конф., г. Волгоград, 28–31 мая 2007 г. : в 4 т. Т. 2. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2007. – 858 с. (0,3 п. л.)

6. Сукиасян, А.Х. Этапы становления бизнеса как социального субъекта в современной России [Текст] / А.Х. Сукиасян // Альманах современной науки и образования. – 2007. – № 1. – С. 245. (0,3 п. л.)

7. Сукиасян, А.Х. К вопросу о перспективе концепции корпоративной социальной ответственности в России в свете регионального аспекта (по материалам экспертных интервью) [Текст] / А.Х. Сукиасян // Объединенный научный журнал. – 2007. – № 15. – С. 16. (0,2 п. л.)

8. Сукиасян, А.Х. Корпоративная социальная ответственность как социальная политика инновационного типа [Текст] / А.Х. Сукиасян // Социология инноватики: социальные механизмы формирования инновационной среды : материалы 2-й междунар. науч.-практ. конф., 29–30 нояб. 2007 г. – М. : РГИИС, 2007. – 800 с. (0,3 п. л.)

9. Сукиасян, А.Х. Концепция корпоративной социальной ответственности в контексте социализации личности [Текст] / А.Х. Сукиасян // Медико-биологические и психолого-педагогические аспекты адаптации и социализации человека : материалы 5-й Всерос. науч.-практ. конф., г. Волгоград, 18–21 февр. 2008 г. : в 2 т. Т. 2. – Волгоград : Волгогр. науч. изд-во, 2008. – 394 с. (0,3 п. л.)

10. Сукиасян, А.Х. Институционализация корпоративной социальной ответственности бизнес-сообщества как атрибут социального правового государства [Текст] / А.Х. Сукиасян // Россия как социальное правовое государство: в поисках оптимальной модели : материалы всерос. науч.-практ. конф. (14–15 марта 2008 г.). – Майкоп : Изд-во АГУ, 2008. – 234 с. (0,3 п. л.)

11. Сукиасян, А.Х. Корпоративная социальная ответственность бизнес-сообщества как симулякр [Текст] / А.Х. Сукиасян // Материалы XV международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» / отв. ред. И.А. Алешковский, А.И. Андреев. – М. : Изд-во Моск. ун-та, 2008. – 144 с. (0,2 п. л.)

Сукиасян Артур Хачатурович

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»