WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Как происходит движение трансформации свободы и субъектности от традиционного общества к эпохе постмодерна Представляется, что первый шаг (мы ссылаемся на М. Вебера) – это «расколдовывание мира», которое заключается в превращении всего безусловного в относительно обусловленное. Добавим, что многое в социуме может быть обусловлено, но не соотнесено (ни с чем). Отсюда – самодовлеющие (благодаря своей самоочевидности) общности отступают перед человеком с его необходимостью выбора жизненной позиции. Второй шаг – освобождение человека от старого - свобода становится главным продуктом цивилизации модернизма. Обезличенность сообществ становится своего рода гарантией глубинного процесса востребованности потенциала, заложенного в индивиде. Здесь важно подчеркнуть роль вторичной идентификации, то есть, способности и желания индивида вырваться из когда-то органического сообщества и постичь свою сущность, свое бытие в других, в другом бытии с социально вменяемыми свободными субъектами.

Иначе говоря, общество Модерна представляет собой организацию социальных отношений на основе автономного существования индивида как неделимой и нередуцируемой сущности. Индивид наделяется я потенциальной возможностью, руководствуясь своим Я в своей свободе, эффективно способствовать достижению реального коллективного будущего, формировать и трансформировать ткань социальности. Однако автономия дана индивиду в качестве заданности, заложенной в нем потенции.

Вначале субъект погружен в особую жизненную форму, в которой он был рожден (семья, местная община); способом выхода из изначального «органического» сообщества, заключается в изменении своей фундаментальной привязанности, постижении сущности своего бытия во вторичном сообществе. Вторичное сообщество является всеобщим и одновременно искусственным, опирающимся на деятельность независимых свободных индивидов. То есть, значительным моментом было признание за индивидом тождественности целому обществу, что соответственно расширяло границы его свободы до пределов свободы общества как целого.

Реальность существования такого общества основана на концепции общей рациональной природы человека. Суть концепции в том, что человек наделяется разумностью по природе, т.е. по изначальному своему основанию, это приводило к априорно понимаемому равенству людей, на основе их единой сущности как «человека вообще». Таким образом, подлинная, изначально данная и всегда себе равная субстанция каждого индивида должна быть освобождена от искажающих хаотических, ситуационных влияний. В связи с этим смысл свободы как индивидуальной автономии раскрывается в сознательном согласии подчиниться определенным законам (разума). Подчинение позволяет сопротивление обстоятельствам, дает возможность предсказать соответствие поставленной цели доступным средствам и выявить возможные последствия достижения собственной цели. Программа индивидуализации и самореализации становится программой реализации общечеловеческого в каждом конкретном индивиде. Признание другого совершается как признание другого меня самого, инаковость которого воспринимается на фоне общего тождества.

Исходя из вышесказанного, можно сказать, что свобода в обществе модерна возможна в поле взаимодействия двух полюсов: общества как целого и индивида, как элемента этого целого, сознательно идентифицирующего себя с обществом. При этом индивид обладает свободой в потенции, а общество представляет собой сферу актуализации свободы. От степени полноты идентификации себя с обществом зависит тот «объем» свободы, который индивид будет способен реализовать; это требует постоянного удержания и упрочнения своей идентичности.

Однако общество Модерна не смогло справиться с заложенным в нем противоречием, в связи с чем на смену ему приходит общество, называемое постмодернистским, задачей которого становится развенчание основных ценностей Модерна. Главной предпосылкой постмодернистского понимания реальности является отказ от ее однозначного понимания. Любое явление единства, порядка, необходимости, систематичности, непротиворечивости необходимо предполагает акт насилия и репрессии.

В центре внимания постмодерна оказывается изменчивость, ситуативность, сингулярность, плюральность (Листвина Е.В.) Отсутствие жестких рамок позволяет выстраивать личности, группы, социум в значительно более мягких условиях, в отличие от жестких форм модернизма.

Казалось бы, такая изначальная поливариантность подходов и методов, первичная не-заданность строгих ориентиров снимает напряженность в решении многих проблем личности, да и саму проблему как таковую. Но в то же время это создает условия для возникновения ситуации «поверхности», к которой человек причастен как участник того многоликого явления, которую называют игрой, той игрой, которая замещает фактичность и онтичность присутствия единообразия трансформационных процессов в свободе и субъектности. «Неговорение» о них не является доказательством их отсутствия. Эта ситуация есть ситуация поверхности и в отношении к реальности, и в отношении к субъекта, поскольку, во-первых, окончательно стерлись границы между субъектом и объектом, а, во-вторых, между представлениями о человеке, когда обосновывается беспочвенность человеческой самости и отсутствием всякого ядра «самости».

С этим связан отказ от ориентации на будущее, от выстраивания линии сегодняшнего дня в зависимости от схемы будущего. Модернистская нацеленность существования «для будущего» сменилась максимальным и многосторонним переживанием настоящего момента. Такое существование ограничивается примитивным принятием без активного действия, предлагается всего лишь потреблять любые ценности, как духовные, так и материальные, объединенные подходящим для этого определением «продукция». Поэтому нередко с этим явлениями тесно связано восприятие жизненно мира как игры. Это объясняется нередко тем, что принцип игры снимает напряжение и серьезность в отношении к самой жизни, сами действия (в политике, профессии, в межчеловеческих отношениях) становятся частью единого огромного спектакля без начала и конца.

Во втором параграфе – «Толерантность и свобода в современном обществе» – рассматривается проблема социального единства современного общества, выявляются основные его принципы в соотношении со свободой.

В обществе Постмодерна задача сохранения уникальности каждого человека синхронна разрушению тождественности человека самому себе. Индивид перестает пониматься как неделимое, целостное существо и заменяется «дивидом» – принципиально делимым, лишенным целостности человеком. Таким образом, проект постмодернистской личности заключается в отсутствии единства субъекта в общем континууме своего существования (что, собственно, делает невозможным непрерывный, недифференцированный континуум). Именно такое положение дел называется свободой. «Свобода, иди за мной и не оглядывайся» (Ж. Бодрийяр). Речь идет о потере субъектом «фиксированного» центра, и эта потеря является условием его воссоздания как динамической формы, синтезирующей в социальном времени и пространстве различные позиции и точки зрения.

Автор рассматривает взаимосвязь специфики идентичности и свободы, подчеркивая, что в цепи идентификаций, обладающих ситуативными характеристиками, заложено стремление к чистой субъектности, к «абсолютной» свободе, вне рамок какого бы то ни было определения и ограничения со стороны четко установленной идентичности.

Современная ценностная система индивидуализации содержит в себе начало новых техник существования, базирующихся на принципе «обязанности по отношению к себе» (М. Фуко). Их цель – самостоятельное конституирование, трансформация себя для достижения желательной формы субъектности, создание ситуации, когда человек должен стать субъектом по отношению к самому себе. При такой качественно измененной поливариативности существования свобода становится не столько утверждением своей личности, сколько нахождением, во-первых, на границе Я и не-Я, и, во-вторых, постоянным нарушением этих границ. Свобода становится связанной с понятием трансгрессии, что является выходом за границы, переступанием предела. В качестве примера можно привести опыт маргинальности, основанный на стремлении дистанцироваться от социальных процессов.

Таким образом, свобода в обществе «господствующих различий» представляется возможной только в пространстве плюрализма, общим принципом которого является не нарушать претензии Другого на субъектность (Тлостанова М.В.). Здесь основным вопросом становится вопрос о балансе между конкурирующими волями и защит от насилия, а это предполагает обеспечение защиты различий каждого. Однако, никакая конкретная форма солидарности или единства, возникающая в рамках отдельного сообщества, не может претендовать на универсальность.

В этой связи объявляются несостоятельными претензии социальной теории найти объективные критерии для выделения более «правильной» формы солидарности. Установки на солидарность между людьми служат целям временного консенсуса, так как нет ничего, что находится «за» и «вне» пределов «здесь» и «сейчас» существующих социальных обстоятельств.

Различность ценностных убеждений, способных разорвать целостность социальной ткани, неуничтожимость границ инаковости, приводят к пониманию необходимости общеобязательной этики, и основополагающим принципом такой этики и, соответственно, содержанием социальной практики становится толерантность.

Толерантность, которая обеспечивается сложной системой социальных взаимодействий, интерсубъективностью, возникающей в результате этих взаимодействий, представляет собой новое понимание социального целого. Важно отметить, что содержание коммуникаций связано не с идеалом прозрачности и ясности, а с фактором образования «затемнений», поскольку всегда есть вероятность, что они не будут успешными. Но это значит, что они сохраняют гетерогенность собственного содержания, не позволяя управляющим инстанциям общественного целого нейтрализовать различия индивидов. Полный консенсус – это недостижимый горизонт, который требует постоянного стремления к себе, лишая социальную систему возможности превратиться в неизменную, самодовлеющую, репрессивную структуру. В принципе, этим стремлением современное общество пытается преодолеть последствия различности индивидов, не нарушая этой различности. Таким образом, толерантность становится основным принципом, призванным формировать социальное пространство.

Однако, толерантность как ценностно-мотивационая установка социальных отношений не представляет собой гарантии от несвободы как подавления и угнетения Другого. «Позиция» толерантности предполагает признание любой инаковости, однако нетерпима по отношению к позиции, отказывающейся принять инаковость во всех ее проявлениях (С. Жижек). Поэтому индивид может отказываться от применения насилия потому, что его ближний оказывается не представляющим никакого интереса «фигурантом». Чужое Я, лишенное излишней весомости, уже не является ни противником, ни конкурентом, став индифферентным, десубстанциальным.

Таким образом, все разнообразие социальных практик оказывается навязанным со стороны «формального» единства, зараженного новым универсализмом, поскольку превращается в ту самую «норму», против которой было создано.

Это позволяет определить современное состояние толерантности как средоточие «пустой всеобщности», позволяющей занимать привилегированную позицию по отношению к любой определенности. Инаковость, ассоциируемая с моральным идеалом признания, стала основанием для стратегии сегрегации. Многообразие гетерогенности превращается в принудительное культивирование новых гомогенностей.

В Заключении подводятся итоги проведенного исследования, формулируются выводы.

Список опубликованных работ по теме диссертации:

  1. Павлов, С.В. Феномен свободы в современном обществе / С.В. Павлов // Омский научный вестник. Серия Общество. История. Современность. 2007. №6 (62). С. 92-95.
  2. Павлов, С.В. Реализация свободы в коммуникативном пространстве современности / С.В. Павлов // Вопросы гуманитарных наук. 2007. №4 (31). С. 57-58.
  3. Павлов, С.В. Эволюция субъекта свободы в контексте социальной системы / С.В. Павлов // XI Региональная конференция студентов и молодых ученых Волгоградской области 8-10 нояб. 2006 г.: [Текст]. Вып. З. Философские науки и культурология. Исторические науки : тез. докл. / ком. по делам молодежи администрации Волгогр. обл.; Совет ректоров вузов; ВолГУ; редкол.: О. И. Сгибнева (отв. ред.) [и др.]. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2007. – С. 22-24.
  4. Павлов, С.В. Свобода как необходимость реализации самости в специфике современного общества / С.В. Павлов // Материалы Научной сессии, г. Волгоград, 17-23 апреля 2006 г. [Текст]. Вып. 2. Философские и социальные науки / ВолГУ; редкол.: Н.В. Омельченко (отв. ред.) [и др.].– Волгоград: Изд-во Волгу, 2006. С. 30-31.
  5. Павлов, С.В. Инварианты концептуализации идеи свободы в социльнофилософском аспекте / С.В. Павлов // X Межвузовская конференция студентов и молодых ученых г. Волгограда и Волгоградской области, г. Волгоград, 8-11 Ноября 2005 г.: [Текст]. Вып. З. Философские науки и Культурология. Исторические науки: тез. докл. / ком. по делам молодежи администрации Волгогр. обл.; Совет ректоров вузов; ВолГУ; редкол.: О. И. Сгибнева (отв. ред.) [и др.]. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006. – С. 75-76.
  6. Павлов, С.В. Идея свободы: от модерна к постмодерну / С.В. Павлов // Материалы Научной сессии, г. Волгоград, 18-24 апреля 2005 г. [Текст]. Вып. 2. Философские и социальные науки / ВолГУ; редкол.: Н.В. Омельченко (отв. ред.) [и др.]. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2005. (К 25-летию ВолГУ). – С. 40-42.
  7. Павлов, С.В. Соотношение свободы и ответственности в современном обществе / С.В. Павлов // IX Межвузовская конференция студентов и молодых ученых г. Волгограда и Волгоградской области, г. Волгоград, 9-12 Ноября 2004 г.: [Текст]. Вып. З. Философские науки и Культурология. Исторические науки: тезисы докладов / Ком. по делам молодежи Администрации Волгогр. обл.; Совет ректоров вузов; ВолГУ; редкол.: О. И. Сгибнева (отв. ред.) [и др.]. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2005.
    Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»