WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Во втором параграфе второй главы «Конструктивистские контексты глобализации» автор исследует основные особенности сетевой модели культуры в условиях глобализации. В новейших исследованиях, посвященных феномену глобализации, актуализируется проблематика глобального информационного общества в качестве сетевого. Закладывается так называемая геополитическая парадигма сетевых структур. Сетевые структуры, по мнения автора, становятся новыми агентами глобализации.

Теоретическая разработка сетевого общества была впервые предпринята М. Кастельсом. Новая сетевая парадигма затрагивает все слои общественной жизни. Автор опирается на зарубежные исследования, посвященные так называемой «цифровой революции», становление которой связано с расширением сетей коммуникации. Так, зарубежный исследователь Р. Хассан отмечает, что «цифровая революция» складывается из четырех компонентов: цифровые технологии, цифровой капитализм, цифровая глобализация и цифровое ускорение.

Другой зарубежный исследователь Н. Трифт выделяет следующие свойства цифровых сетей: эмерджентность, контекстуальность и самоорганизация, рассеивание власти, создание манипулятивных техник репрезентации реальности. Сам рынок как глобальная сетевая структура, состоящая из рыночных отношений, становится системой воспроизводства и ретрансляции экономических связей.

В условиях усложнения, увеличения степени комплексности и взаимосвязанности мира в условиях глобализации первоочередной, как видится автору, становится проблема управления реальностью. Глобализация провозглашает непредсказуемость управления глобальными неустойчивыми системами или системами глобального взаимодействия. Спецификой глобализации, по мнению автора, является наличие бесструктурного или безадресного управления. Его суть заключается в циркулярном распространении информации в среде, порождающей независимые структуры при установлении информационных взаимосвязей.

Пространство глобализации как глобальное поле информационного взаимодействия представляется бесструктурным информационным полем, в котором сосуществуют множество пересекающихся, накладывающихся друг на друга внешних управлений, исходящих от анонимных сетевых субъектов. В этом случае система является нестабильной, а взаимодействия внутри системы носят непредсказуемый характер.

В третьем параграфе второй главы «Конструктивистское прочтение постмодернистской концепции мультикультурализма» автор исследует концепцию мультикультурализма в контексте идеологии глобализации.

Автор выделяет несколько полярных друг другу теорий, описывающих межкультурное взаимодействие в условиях глобализации:

1. Теория столкновения цивилизаций С. Хантингтона. Согласно данной теории, глобализация не способствует взаимопониманию культур, а наоборот, может вести к их столкновению. Основную причину столкновения цивилизаций С. Хантингтон видит в попытке сохранить идентичность той или иной цивилизации;

2. Теория гибридизации культур, согласно которой культурное взаимодействие протекает относительно безболезненно, поскольку на стыке двух или более культур конструируются новые идентичности (А. Вендт, И. Нойманн);

3. Теория макдоналдизации Дж. Ритцера, согласно которой для глобализации характерен отрыв от традиционной идентичности посредством схем упрощенной рациональности.

По мнению автора для глобализации характерна «глокализация», то есть растворение локальных культур и одновременно локализация национальных культур. Смысловым ядром глокализации культуры является идеология мультикультурализма.

Мультикультурализм представляет собой социокультурное течение, суть которого состоит в признании разноликости сосуществования различных социокультурных форм. Основной проблемой теории мультикультурализма, по мнению автора, является проблема объединения разнородных и в принципе нетождественных друг другу культур в гармоничное целое. Единство мира в мультикультурализма возможно за счет единства культур, их собрания в множественное «Я», лишенное конкретных национальных и культурных различий. Построение такой целостности становится возможным посредством создания некоего искусственно сконструированного пространства, поля взаимодействия, не привязанного ни к конкретному месту, ни к конкретному пространству.

В качестве альтернативной мультикультурализму концепции автор обращается к исследованиям Р. Жирара и Н. Лумана. На основании исследования концепции «миметического кризиса» Р. Жирара и понятия Различия в философской концепции Н. Лумана автор делает вывод о том, что принятие тезиса о конструируемом пространстве культуры превращает мультикультурализм и постмодернизм в две стороны одного и того же процесса – процесса разрушения целостности культуры.

В четвертом параграфе второй главы «Культура России в глобальном историческом процессе» автор, опираясь на методологию радикального конструктивизма, анализирует специфику взаимодействия культур в условиях глобализации, особенности формирования русской культуры, место и роль России в мировом историческом процессе.

По мнению автора, несмотря на признание конструируемого характера культуры, каждая культура как самоорганизованная целостность содержит закрытые сегменты, которые не поддаются насильственному конструированию. Так в каждой культуре существует система культурных кодов, которая придает каждой культуре уникальность, создает свой особый жизненный мир, который определяет поведение человека в данной культуре. Система культурных кодов образует исходную матрицу культуры как совокупность искусственных алгоритмов, задающих поведение людей внутри данной культуры.

По мнению автора при анализе механизмов культуры в условиях глобализации весьма плодотворной оказывается концепция автопоэзиса, предложенная чилийскими исследователями У. Матураной и Ф. Варелой. Основной особенностью автопоэзисных систем является то, что они воспроизводят сами себя, то есть самореферентны. Внешние воздействия в этой системе выполняют лишь роль толчка, стимулирующего структурные изменения в самой системе, направленные на ее самоподдержание. Эти системы функционально замкнуты, поскольку работают только с собственными описаниями.

Сохранение культурной идентичности является одним из условий цивилизованного диалога. От определения культурной идентичности зависит не только место и роль той или иной культуры в глобальном взаимодействии, но и сохранение собственных базовых ценностей как основы существования культуры. Можно сказать, что культурная идентификация является внутренней задачей любой культуры. В связи с этим проблема определения российской идентичности становится все более актуальной, поскольку в последнее время Россия активно заявляет о себе как о глобальном игроке в поле политического и социокультурного взаимодействия.

Культурная идентичность России определяется, по мнению автора, в большей мере, геополитическими и ментальными особенностями российской культуры. Первое связано с тем, что Россия в историческом развитии всегда находилась «между», между Востоком и Западом, между этносами и конфессиями. В этом плане российская культура включает в себя, выражаясь языком конструктивистов, большое количество альтернативных контекстов коммуникаций. Чем выше комплексность системы, тем устойчивей система к внешним воздействиям. Комплексность российской культуры состоит в дуализме и постоянном балансировании между Западом и Востоком. Евразийский характер русской цивилизации, синтез «сердцевинных территорий» (Запада и Востока) сделал Россию феноменальной страной в плане оригинальности, самобытности и, в то же время, высокой комплексности организации России как целостного государственного образования.

Ментальные особенности русской культуры связаны с концепцией русского православия как основы духовной жизни, с направленностью последней не на материальные, а на духовные ценности, не на рациональное, а на нравственно-религиозное восприятие действительности.

Согласно радикальным конструктивистам, существование различных культур также основано на общности создаваемых конструкций, поскольку представители одной и той же культуры конструируют похожую духовную действительность, имеют доступ к тем же семантическим макроструктурам («мифам»), являющимся предпосылкой взаимопонимания. Они содержат собранные в групповой памяти и передающиеся через воспитание и образование из поколения в поколение факты, мнения и даже системы ценностей, которые влияют на деятельностную ориентацию носителей культуры, причем межиндивидуальные конструкции действительности подвергаются постоянным изменениям.

Построение культуры на открытых началах, согласно конструктивисткой логике, невозможно, поскольку культура всегда замкнута на своих собственных описаниях. Культура живет в собственной действительности и в этом плане она является отчасти недоступной реальностью для техник политических манипуляций.

Культура всегда организационно закрыта, а построение культуры на открытых началах представляется стратегией управления определенной элиты, в руках которой сосредоточен финансовый капитал. Поэтому любое воздействие, в том числе и экономическое, как атака на базовые ценности, становится объявлением культурной войны. При этом в современных условиях речь идет, прежде всего, об информационном воздействии или о так называемом «организационном оружии», поскольку его целью является разрушение конкретной культуры как социального взаимодействия людей в данной культуре.

По мнению автора, глобализация представляет собой не финальный, а переходный этап эволюции социокультурной действительности в качественно новое состояние – состояние сосуществования открытых и закрытых сегментов культуры, что соответствует принципам сетевой методологии концепции радикального конструктивизма.

В заключении подводятся общие итоги проделанной работы, намечаются возможные пути дальнейших теоретических разработок проблемы.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

1. Плужникова, Н.Н. Идеология мультикультурализма в контексте конструктивистского дискурса // Личность. Культура. Общество. Международный журнал социальных и гуманитарных наук. - Спец. Вып. 1 (35). – Москва, 2007. - С. 132-138.

2. Плужникова, Н.Н. Дискурс радикального конструктивизма и неклассические представления о природе сознания // Вестник Новосибирского университета, Серия: Философия. Т. 5. Вып. 1. – С. 19-21.

3. Плужникова, Н.Н. Глобализация как универсальная модель культуры // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Серия Социально-экономические науки и искусство. № 3 (21). – Волгоград: Перемена, 2007. - С. 49-51.

4. Плужникова, Н.Н. Стратегии индивидуального поведения в контексте глобальных трансформаций // Философия, человек, цивилизация: новые горизонты ХХI века. Материалы Третьих Аскинских чтений. Сб. ст. – Саратов: ООО Издательство «Научная книга», 2004. Ч. 2. - С. 71-74.

5. Плужникова, Н.Н. Социальный конструктивизм как методологическая парадигма нарративной психотерапии // IX Региональная конференция молодых исследователей Волгоградской области. г. Волгоград, 9-12 нояб. 2004 г.: Тез. докл. – Напр. 12 «Педагогика и психология». – Секция «Психология». – Волгоград: Перемена, 2005. - С.45-47.

6. Плужникова, Н.Н. Мышление «элегантных» форм // Теоретический альманах Res cogitans #1. – Саратов: ООО Издательство «Научная книга», 2005. - С. 77-80.

7. Плужникова, Н.Н. Социальный конструктивизм и сетевая модель организации познания // Философия искусственного интеллекта. Материалы Всероссийской междисциплинарной конференции, г. Москва, МИЭМ, 17-19 января 2005 г. – М.: ИФ РАН, 2005. - С. 195-196.

8. Плужникова, Н.Н. Социальный конструктивизм как постклассический идеал рациональности в культуре // Философия и будущее цивилизации: Тезисы докладов и выступлений IV Российского философского конгресса (Москва, 24-28 мая 2005 г.): В 5 т. Т. 4. - М.: Современные тетради, 2005. - С. 370-371.

9. Плужникова, Н.Н. Эпистемологический конструктивизм в дискурсе современной философии культуры// Материалы научной сессии, г. Волгоград, 18-24 апреля 2005 г. [Текст]. Вып. 2. Философские и социальные науки/ ВолГУ; редкол.: Н.В.Омельченко (отв. ред.) [и др.]. – Волгоград: ВолГУ, 2005. – (К 25-летию ВолГУ). – С. 87-89.

10. Плужникова, Н.Н. Социальный конструктивизм против социального экстремизма (на примере развития системы международных отношений после 1945 г.) // Вопросы политики: Общественно политический и научный журнал; Ред. А.Н. Серенко. – Волгоград: ИСАВЕК, 2005. - Вып. VIII. – С. 70-74.

11. Плужникова, Н.Н. Концептуальный смысл понятия «нация» и идеология мультикультурализма // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 9. Исследования молодых ученых. Вып. 4. Ч. 1. - Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2005. - С. 86-90.

12. Плужникова, Н.Н. Образ Другого и концепция национальной идентичности в современной философии культуры // Х Региональная конференция молодых исследователей Волгоградской области, 8-11 нояб. 2005 г. [Текст]. Вып. 3. Философские науки и культурология. Исторические науки: тез. докл. / Ком. по делам молодежи Администрации Волгогр. обл.; Совет ректоров вузов; ВолГУ; редкол.: О.И. Сгибнева (отв. ред.) [и др.]. - Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006. - С. 59-60.

13. Плужникова, Н.Н. Проблема культурной идентичности в свете современной философии культуры // Материалы Научной сессии, г. Волгоград, 17-23 апреля 2006 г. [Текст]. Вып. 2. Философские и социальные науки / ВолГУ; редкол.: Н.В. Омельченко (отв. ред.) [и др.]. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2006. - С. 114-116.

14. Плужникова, Н.Н. Радикальный конструктивизм как методология исследования природы человека // Человек в современных философских концепциях [Текст] = Human Being in Contemporary Philosophical Conceptions: материалы Четвертой Междунар. конф., г. Волгоград, 28-31 мая 2007 г. В 4 т. Т. 2 / ВолГУ, Ун-т Стефана Великого (Румыния), Междунар. филос. о-во С.Л. Франка, Рос. филос. о-во.; редкол.: Н.В. Омельченко (отв. Ред.) [и др.]. - Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2007. - С. 499- 503.

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»