WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Наши наблюдения показывают, что такая форма подачи материала приобретает черты личностно-ориентированного общения, поскольку глагольные и местоименные формы 2-го лица мн. числа выполняют функцию указания на предполагаемого второго участника общения, а также функцию выражения статуса адресата.

К средствам внешней диалогичности в ТПР относятся и вопросно-ответные единства, которые создают «двухагентную ситуацию» общения (Арутюнова 1981: 363) и являются прямым перенесением в монолог структур спонтанного диалога, благодаря чему адресат речи определяется как реаль­ный, конкретный участник речевой коммуникации.

В результате проведенного анализа выявлено 3 группы вопросно-ответных единств, используемых в ТПР: 1) вопросно-ответные единства, в которых адресат четко не обозначен, например: Что от меня зависело Это и подбор грамотной команды, и контроль выполнения плана…(146); 2) вопросно-ответные единства, в которых наблюдается усиление адресности за счет использования глагольных форм с семантикой мыслительной деятельности, например: Избиратели мне часто задают вопрос, как сделать Волгоградскую область богатой – Восстановить экономику, чтобы Россия вновь стала производящей страной (1264); 3) вопросно-ответные единства, в которых убеждающая направленность эксплицирована благодаря использованию конструкций с модальным значением долженствования, например: Но надо трезво, без эмоций определитьнужна ли самим людям именно такая форма протеста, такая форма борьбы за свои права Конечно, если она даст результат и не принесет больше вреда, чем пользы (177).

Анализ вопросно-ответных единств, используемых в ТПР, дает возможность утверждать, что они направлены на экспликацию статуса адресата ТПР, превращают адресата речи из пассивного в актив­ного участника общения, при этом придают тексту эмоциональность, динамизм, способствуют более тесному контакту адресата и адресанта.

Вопросно-ответные единства в ТПР выполняют функции указания на адресата, выражения статуса адресата и функцию активизации внимания адресата.

Внешняя диалогичность представлена не только разноуровневыми языковыми средствами, обозначающими статус ад­ресата и его оценку адресантом, но и лексико-грамматическими средствами, передаю­щими иерархичные или симметричные речевые амплуа участников коммуникации. В числе иерархичных средств в ТПР используются императивные конструкции, включающие «специальные» императивные фор­мы 2-го лица единственного и множественного числа, например: Сходите, проголосуйте! Только сами решайте, как вы будете жить! (1009); Суди, избиратель, по делам! Не ошибись, делая выбор (388).

Другие императивные формы, встречающиеся в ТПР, не принимают участия в выражении иерархии отноше­ний между адресатом и адресантом. Так, частотные для ТПР «мы»-формы повелительного наклонения, безусловно, эксплицируют равноправные отношения участников коммуникации, симметричные отношения между адресатом и адресантом: Что касается инвалидов. Мы должны сделать все возможное, чтобы они жили полнокровной жизнью, как и другие люди (6); Что ж, давайте тогда силами состоятельных волгоградцев – патриотов города – эти проблемы решать (40).

В ряду средств внешней диалогичности ТПР используются и обращения, характеризующиеся как слово или группа слов, кото­рые называют того, кому адресована речь (см., например: Русская грамма­тика 1980: I, 163), и позволяющие адресату «идентифицировать себя в качестве получателя речи» (Арутюнова 1986: 365-366).

Специфика использования обращений в ТПР обнаруживает их полифункциональность: как правило, номинация адресата речи сочетается с указанием на его социальный статус и выражением эмоционального отноше­ния адресанта («дорогие пенсионеры»; «уважаемые учителя»). Но эта эмоциональность имеет «стертый» характер, что приводит к шаблонности и отсутствию изначально заданной эмоциональности.

Кроме того, используемые в ТПР обращения, с одной стороны, принимают участие в экспликации статуса адресата и его оценки адресантом («коммунисты»; «беженцы»), а с другой – обнаруживают спо­собность передавать тип отно­шений, складывающихся между коммуникантами: такие наиболее частотные для ТПР обращения, как «дорогие земляки»; «соотечественники», а также обращения, апеллирующие к религиозным чувствам избирателей: «верующие»; «христиане», подчеркивают социальное равенство участников коммуникации и, таким образом, эксплицируют в ТПР симметричные отно­шения между коммуникантами.

Проанализированный материал показал, что, являясь средством диалогичности, обращения не только называют адресата с учетом сегментации аудитории, но и указывают на доброжелательное отношение субъекта речи к адресату, а также передают тип отно­шений, складывающихся между коммуникантами.

К числу средств внешней диалогичности ТПР относятся и вопросительные предложения, семантика которых связана с их направленностью на получение информации, а значит, с ориентацией на адресата.

Как показывают наблюдения, в ТПР представ­лены вопросительные предложения разных функционально-семантических типов, среди которых наиболее частотны общевопросительные предложения, имеющие целью активизировать внимание адресата, заинтересовать его той или иной информацией, например: Трубы текут, крыши протекают Дороги разбиты(24); Для чего России союз (123).

Кроме общевопросительных предложений, в ТПР возможны и вопросы-раздумья или вопросы о будущем, обращенные к избирателям. Цель автора, задающего подобный вопрос, не в получении ответа от предполагаемого избирателя. Это стимулирующий прием, поскольку он вызывает повышенный интерес со стороны адресата: А какой должна быть городская власть (881); Нам же занимать не надо, надо просто тем, кто принимает решения о «довольствии» пенсионеров, прикинуть на себя – смогли бы они жить на такие деньги (690).

Анализ показал, что вопросительные предложения в ТПР выполняют функцию указания на адресата и функцию активизации внимания адресата.

Наряду с внешней диалогичностью в ТПР представлен и еще один тип – внутренняя диалогичность. Ее основу составляет авторизация, понимаемая как указание на источник информации в речи, и связанные с ней модификации «я» – сферы высказывания.

Этот тип диалогичности создается благодаря актуализации «я» – сферы высказывания; смене речевой позиции субъекта речи; необратимости адресанта и адресата речи; низкой степени участия субъекта речи в процессе ее создания.

Внутренняя диалогичность становится возможной в тех случаях, когда адресант включает в ТПР чужую речь. Обращает на себя внимание многообразие источников цити­рования, варьирование форм передачи чужого высказывания, различия в ха­рактере диалогических отношений, возникающих между авторской и чужой речью, специфика функций цитирования в ТПР. Анализ показал, что в качестве источников цитирования в ТПР используются:

  • высказывания известных исторических личностей, авторитетных людей города, области, региона, а также статистические данные, например: Великий русский философ Ильин, отвечая на этот вопрос, писал: «… Выбрать нужно русских. Лучший – это искренний патриот, государственно мыслящий, политически опытный, человек чести и ответственности, умный, волевой, организационно даровитый. Важна не политическая принадлежность депутата, а его нравственная и умственная мощь» (65);
  • речь политических оппонентов, например: Представители известной вам партии посчитали, что Олимпиада важнее достойных пенсий: там сэкономят, тут добавят – вот и вся арифметика (1907);
  • речь участников воспроизводимых событий, например: После того как я рассказал селянам о законодательной работе в Государственной Думе, посыпались просьбы и вопросы: «Василий Иванович! Помогите с дорогой! Первоклашки до школы добраться не могут! Вы же сами видите – в распутицу пройти невозможно!», «И еще у нас баня давно не работает!», «Был один детсад – и тот железная дорога закрыла!», «А когда газ будет», «А телефоны» …(88);
  • универсальные высказывания (сентенции, пословицы), например: На мой взгляд, это вредит делу. И даже самому мэру вредит, потому что не зря есть такая пословица: в споре рождается истина (80);
  • гипотетическая речь, например: Можно ли исправить ситуацию Военные скажут: не вашего ума дело, мол, мы сами все решим, устраним недостатки и накажем виновных (20).

Соотношение источников цитирования, используемых в ТПР, представлено на Рис. 2.

Рис. 2.

Анализ форм передачи чужого слова в ТПР выявил приоритет прямой речи над косвенной. Прямая речь в большей степени, чем косвенная, контрастирует с авторской речью, поскольку она не подвергается смысловой и синтаксической ассимиляции, а ее границы обозначаются специальными грамматическими средствами. Преобладание прямой речи над косвенной при включении чужой речи в ТПР обусловлено, по нашему мнению, особенностями опосредованной коммуникации, а также стремлением политика или его единомышленников сохранить все смысло­вые акценты чужого слова.

Характер отношений между словом адресанта и чужой ре­чью, включенной в ТПР, носит по преимуществу уни­сонный характер, например: Вот и Владимир Путин сказал мне, что, по его мнению, Аграрная партия должна быть достойно представлена в российском парламенте. Мол, это выглядело бы совершенно логично в такой стране, как наша (96). Однако в некоторых случаях, что в нашем материале наблюдается обычно при воспроизве­дении гипотетической речи, а также речи политических оппонентов, возможны конфликтные диалогиче­ские отношения, например: Представители известной вам партии только говорят о повышении зарплаты, уменьшении коммунальных платежей, улучшении жизни пенсионеров (3340); Возьмут чиновников за белые воротнички и спросят: скажите-ка, разлюбезные, как нам на такую пенсию прожить (603).

Различия в авторстве чужой речи предопределяют и те функции, которые выполняет чужое слово в монологическом контексте ТПР. Так, высказывания авторитетных, с точки зрения адресанта, людей используются в авторитарной или интерпретирующей функциях. При этом в качестве авторитетных лиц, цитируемых адресантом, выступают политики разного уровня, в данный момент находящиеся у власти (В. Путин, В. Жириновский, И. Хакамада, Е. Ищенко, К. Калачев и др.), современные деятели культуры (Г. Мирзоев – Заслуженный юрист России, И. Сергеев – Маршал, Советник Президента и др.), русские писатели, философы, художники (В. Шукшин, Л. Толстой, В. Ильин, Н. Рерих).

Наблюдения показывают, что высказывания авторитетных людей используются адресантами для подтверждения истинности своей позиции, аргументированности своих слов, поэтому имя автора цитируемого высказывания называется. Помимо этого в ТПР цитируется чужая речь, авторство которой приписывается общественным или политическим группам («единороссы мне сказали…»; «СПС подтверждает…»; «АПР считает…»). В этом случае обобщенный характер чужой речи используется, на наш взгляд, для усиления объективности и авторитетности содержательной стороны цитируемого высказывания, которое начинает восприниматься как универсальное, отражающее мнение не конкретного лица, а партии в целом, например: АПР считает, что в современной России должны существовать все формы собственности (991).

Интерпретирующая функция свойственна также цитированию универсальных высказыва­ний и речи участников воспроизводимых событий в ТПР. Чужое слово, являю­щееся передачей гипотетической речи, используется как в интерпретирующей, так и в полемической функциях. В полемической функции используется и цитирование речи политических оппонентов.

Проведенный анализ позволяет выявить не только типы диалогичности, представленные в ТПР, но и их соотношение. Установлено, что доминантным типом диалогичности в ТПР является внутренняя диалогичность (см. Рис. 3).

Рис. 3.

Преобладание внутренней диалогичности над внешней в ТПР обусловлено, по нашим наблюдениям, целым рядом факторов: используя средства внутренней диалогичности адресант, с одной стороны, имеет возможность наиболее точно воспроизвести определенную информацию, а с другой – трактовать ее с выгодой для себя; кроме того, адресант может опосредованно выразить свое отношение к ней, создавая при этом особый эффект присутствия, усиливающий воздействие на адресата.

Наблюдения показали, что диалогичность проявляется по-разному в разных текстах политической рекламы, что обусловило необходимость классификации ТПР. Учитывая то обстоятельство, что на сегодняшний день нет общепринятой типологии ТПР, а также отсутствие обоснованных критериев для определения жанровой принадлежности того или иного ТПР, мы в данной работе используем классификацию ТПР, в основе которой лежит признак «автор текста» политической рекламы.

Традиционно этот признак используется при классификации художественной прозы. Так, Г.А. Гуковский пишет, что автор представляет собой воплощение того сознания, той точки зрения, которая определяет весь состав изображаемого (Гуковский 1990). В.В. Виноградов постоянно подчеркивает, что автор является организующим началом языкового построения произведения и в языке же находит свое выражение (цит. по: Горшков 1996).

Похожий принцип предложен Г.Я. Солгаником, который по характеру построения (от 1-го, 2-го или 3-го лица) типологизирует не только художественные, но и публицистические тексты (Солганик 1997: 88).

Грамматика лица, как отмечает Г.Я. Солганик, – одна из фундаментальных категорий языка. Она оформляет участие говорящего в речи и во многом ее строй (Солганик 1997: 90).

Опираясь на подходы, заложенные в данных работах, мы предлагаем классифицировать ТПР в зависимости от авторского «я». Наш материал дает основания для выделения 3 групп ТПР: Я-текстов, Он-текстов, Я- и Он-текстов (гибридных текстов) (см. Рис. 4-5; 6-7).

Рис. 4-5.

Рис. 6-7.

В Я-текстах повествование ведется от 1 лица, а именно: от лица кандидата. В Я-текстах представлена речевая сфера кандидата.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»