WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Поскольку репрезентанты двусоставных финитных клауз нетипичны для монологических типов дискурса, клаузы с клишированной инверсией представлены в них единичными примерами. Ср.:

The dog recognized her and so did the little girl (J. Parsons); Reg, crawling on the floor, does not see him. Nor does Sarah with her back to him
(A. Ayckbourn).

Анализ фактического материала показал, что в аналитическом английском языке прагматические характеристики двусоставных финитных клауз определяются, прежде всего, структурными факторами, такими, как языковые конвенции использования клауз с неинвертированным и инвертированным порядком слов, вид инверсии и т. д. Неинвертированные клаузы и клаузы с частичной инверсией при интерпозиции сказуемого в конструкциях с оборотом there is / there are традиционно используются для передачи информации, то есть в функции информативов; клаузы с частичной инверсией при интерпозиции подлежащего и клаузы с полной инверсией в конструкциях с оборотом is there / are there – для запроса информации, то есть в функции информационно-побудительных волитивов; клаузы с клишированной инверсией – для поддержания процесса коммуникации, то есть в функции фативов, а также в функции информативов в конструкциях с оборотом there is / there are. Ср.:

I live on a volcanic island. – I know it (H. Pinter); There is a wooden garden seat against the wall on the right (B. Shaw); How are the beans – Great (Santa Barbara Corpus of Spoken American English); At that time were there any other relatives living in Columbus, Georgia – Yes. A sister (M.S. Ryzuk); Come on, Cyril I’m your friend, ain’t I – Of course you are (K. Burke); Are there three children in the picture – No, there aren’t (V. Evans).

При наличии оценочной лексики неинвертированные и инвертированные клаузы могут нести экспрессивный заряд. Ср.:

The sun went away. – That's too bad (W.F. Soskin); Isn’t that incredible – Absolutely grotesque (A Corpus of English Conversation); On the wall were horrible matched prints with different geometric shapes of purple, blue and yellow (B. Gutcheon); There was something wrong (J. Parsons).

Однако дискурсивные факторы, такие как доминантная целевая установка дискурса и форма существования дискурса (устная – письменная, диалогическая – монологическая) также оказывают влияние на соотношение информативных, экспрессивных, волитивных и фатических клауз. В сценических ремарках, существующих в письменной монологической форме и призванных познакомить читателей, постановщика и актеров с героями и обстановкой действия, все зарегистрированные клаузы являются информативными. Даже если сценические ремарки содержат оценочную сему, она всегда подавляется информативной семой. Ср.:

At the corner of the lane is a street lamp (S. O’Casey); Edmund gives a bitter laugh (E. O’Neill).

В исследованном юридическом дискурсе, протекающем в устной диалогической форме, но нацеленном на выяснение истины, информативные клаузы также характеризуются исключительно высокой частотой употребления, причем количество реактивных информативов значительно превосходит количество инициативных информативов. Это связано с тем, что допрос свидетелей и обвиняемых на судебных заседаниях строится в строго закрепленной за ним вопросно-ответной форме [П.А. Лупинская], вследствие чего инициирующими репликами в процессе допроса, как правило, являются клаузы, выполняющие вопросительную, а не информативную функцию:

Have you ever made any pictures in your studio that contained propaganda and that were propaganda films – We made quite a few working with different government agencies (The Testimony of W.E. Disney).

В других проанализированных типах дискурса доля информативных клауз несколько снижается за счет активизации в них экспрессивных, волитивных и фатических клауз.

Представители англоязычной речевой культуры, как правило, эмоционально сдержаны [W.J. Ball], однако в условиях спонтанного неофициального общения они довольно часто употребляют эмоционально окрашенные рациональные оценки:

Guess we’ve got a load. – You’re a smart boy! (W.F. Soskin).

В речи персонажей, сознательно моделируемой драматургом, доля экспрессивных клауз несколько снижается. В речи автора прозаических художественных произведений она снова возрастает, так как речь автора точнее передает специфику художественного дискурса: сообщить определенную информацию сквозь призму индивидуального восприятия писателя [Л.А. Исаева], чем речь персонажей, которая сочетает в себе дистинктивные признаки двух типов дискурса – художественного и бытового. Ср.:

It was hard for him to remember that she was only a little over forty years old (I. Shaw); You don’t contradict me That’s not very gallant. – You have an original mind (A. Wesker).

На допросах клаузы-экспрессивы используются исключительно редко, поскольку они могут навязывать окружающим определенную точку зрения, что недопустимо в зале суда [Т.В. Дубровская, Ю.В. Леонова]:

Did you get the impression that he had been there – He described the place pretty good (The Testimony of R. McKeown).

Волитивы предполагают наличие обратной связи между адресатом и адресантом, вследствие чего волитивы зарегистрированы исключительно в диалогических дискурсах, характеризующихся постоянной меной коммуникативных ролей собеседников. Во всех диалогических разновидностях проанализированных типов дискурса информационно-побудительные волитивы преобладают над неинформационно-побудительными волитивами. Поскольку вопросно-ответная форма типична для допросов, наибольшее количество информационно-побудительных волитивных клауз зарегистрировано в исследованной разновидности юридического дискурса:

How many times did Jack Ruby visit you – Three or four times
(The Testimony of R. McKeown).

Наличие общей апперцепционной базы у собеседников [Русская разговорная речь, Т.Н. Колокольцева, Е.М. Пыж] обусловливает превалирование в разговорной речи и речи персонажей драматургических произведений удостоверительных общих вопросов над специальными, которые нацелены на получение неизвестной говорящему информации. Ср.:

Did you order cherry – Yeah (W.F. Soskin); Are you hungry – No
(H. Pinter).

Превалирование общих вопросов над специальными вопросами в проанализированной разновидности юридического дискурса обусловлено тем, что допрашивающий заранее узнает практически всю необходимую ему информацию и на допросе лишь проверяет ее достоверность посредством общих вопросов, которые, как известно, нацелены на верификацию имеющейся у говорящего гипотезы:

Was there any discussion of payment beyond expenses – No
(The Testimony of R. McKeown).

Среди неинформационно-побудительных волитивов в диалогических разновидностях проанализированных типов дискурса преобладают волитивы, не основанные на власти или социальном положении, причем большинство неинформационно-побудительных волитивов, не основанных на власти или социальном положении, инициируют действие в пользу адресанта, то есть выполняют функцию просьб. Ср.:

Can I sit with you – Sure (Santa Barbara Corpus of Spoken American English); Can I have some of your drink – I’ll call Leroi (J. Osborne).

Просьбы, зарегистрированные в речи участников допросов на судебных заседаниях, содержат модальные глаголы will / would и, в ряде случаев, актуализатора вежливости please. А.Г. Поспелова называет подобные речевые акты конвенциональными косвенными речевыми актами:

Would you please tell us a little about the nature of this particular studio, the type of pictures you make, and approximately how many per year – Well, mainly cartoon films (The Testimony of W.E. Disney).

Незначительное количество в разговорной речи и речи персонажей драматургических произведений неинформационно-побудительных волитивов, основанных на власти / социальном положении, или директивов, вполне закономерно. Во-первых, прямые директивы в современном английском языке обычно имеют структуру односоставных клауз, которые не являются предметом исследования. Во-вторых, англичане прибегают к директивам, которые обязательны для исполнения, только в институциональных сферах общения, таких как армия [G.M. Green], а в повседневном общении стремятся следовать одному из главных принципов речевого взаимодействия, а именно, принципу вежливости, согласно которому адресант не должен навязывать своего мнения адресату [R. Lakoff]. Несмотря на то, что юридический дискурс относится к институциональному дискурсу, в проанализированном материале не зарегистрировано ни одного директива. Вполне возможно, это специфика англоязычной речевой культуры.

Клаузы-фативы, которые используются для поддержания процесса коммуникации, составляют отличительную черту бытового дискурса и ориентированной на воспроизведение его особенностей речи персонажей. Наибольшее количество клауз-фативов зарегистрировано в речи персонажей драматургических произведений ввиду того, что они обеспечивают необходимую для сценических диалогов связанность реплик персонажей. Инвертированные клаузы чаще используются в фатической функции, поскольку вследствие наличия вопросительной семы в их структуре они активнее стимулируют адресата к вступлению в процесс коммуникации. Ср.:

We learned a lot in court that day. Didn’t we – Yeah (W.F. Soskin); We’re all right, ain’t we – Fine (J. Osborne).

За многие века своего существования суд выработал определенные правила, которым подчиняются все участники судебного процесса
[П.Я. Трубников]. Допрашиваемый обязан отвечать на задаваемые ему вопросы, в результате чего участники допроса сравнительно редко прибегают к использованию неноминативных фативов, выполняющих функцию поддержания процесса коммуникации:

They didn’t seem to talk much about the problems, did they – No, they didn't (M.S. Ryzuk).

Ввиду того, что основной сферой употребления волитивов и фативов является диалогическая речь, они не характерны для речи автора и сценических ремарок, являющихся монологическими разновидностями персонального дискурса.

Поскольку прагматический потенциал языковой конструкции обычно прямо пропорционален частоте ее актуализации в речи, наибольшим прагматическим потенциалом обладают неинвертированные двусоставные финитные клаузы, так как они относятся к самым частотным структурам английского языка.

В монологических дискурсах двусоставные финитные клаузы, как правило, актуализируют две прагматические функции: информативную и экспрессивную, в диалогических дискурсах – четыре: информативную, экспрессивную, волитивную и фатическую.

Следует отметить, что информационно-побудительные волитивы (вопросы) и информативы-респонсивы (ответы на вопросы), используемые в суде, коренным образом отличаются от соответствующих единиц в бытовом дискурсе. Вопросы на судебных заседаниях задаются не просто для получения информации, а, главным образом, для выяснения истины. Что касается информативов-респонсивов, то в устах допрашиваемых они нередко содержат больше ложной информации, чем в повседневном бытовом общении.

Неавтономные двусоставные финитные клаузы не обладают прагматической самостоятельностью, но всегда содержат определенную прагмему. Прагмема – это минимальный компонент прагматического плана синтаксической единицы. При выявлении ядерной прагмемы неавтономной клаузы следует учитывать не только все вышеперечисленные факторы, но и характер зависимости между клаузами в составе полипредикативных синтаксических единиц. При взаимозависимости и односторонней зависимости клауз прагматическая функция инициальной клаузы обычно определяется типом используемого в ней порядка слов и наличием – отсутствием оценочной лексики. Вторые клаузы всегда выступают в функции информатива. Cр.:

He tried to remember exactly what Miss Lenaut looked like (I. Shaw); Are you going to die before you are twenty-eight – Honey, I want to get out of this school (W.F. Soskin).

В случае объединения неавтономных клауз на базе констелляции отчетливо противопоставляются два вида синтаксической связи: сочинение и аккумуляция. При сочинении неавтономных клауз они, как правило, прагматически однородны: два или более информатива, экспрессива или волитива, что определяется структурой клауз и их лексическим наполнением. Ср.:

There were two chairs opposite Robert Di Silva’s desk, but he did not invite Jennifer to sit (S. Sheldon); It was cool inside and there were huge vases of flowers on the bar (B. Gutcheon); Have you got any tea in there or is it just milk – No, it is tea (A. Ayckbourn).

В отдельных случаях возможна комбинация прагматически разнородных клауз в составе сочиненных синтаксических единиц. Обычно это сочетание информатива и экспрессива. Информативная клауза, как правило, маркирована структурно, экспрессивная клауза – лексически. Ср.:

It's called The End of Nature, and it's just really a scary book. – Right (Santa Barbara Corpus of Spoken American English).

При аккумуляции клауз более частотны случаи их прагматической разнородности: неконечные клаузы в аккумулятивных полипредикативных синтаксических единицах (так называемых разделительных вопросах) обычно функционируют в качестве информативов или экспрессивов, маркерами которых являются неинвертированный порядок слов и
отсутствие – наличие оценочной лексики. Несмотря на наличие клишированной инверсии и оформленность вопросительным знаком, конечные клаузы в аккумулятивных полипредикативных синтаксических единицах, как правило, не запрашивают информации, а лишь стимулируют адресата к вниманию или к вступлению в процесс коммуникации, не обязательно с реакции на предшествующую формально вопросительную реплику адресанта. Ср.:

Mom’s off, isn’t she – Oh, that’s right (Santa Barbara Corpus of Spoken American English); What have you decided, Annie – What Oh well – it’s all rather settled itself, hasn’t it I’m staying here of course. – I mean, it’s entirely up to you (A. Ayckbourn).

Неавтономные интродуктивные клаузы в проанализированном материале представлены единичными примерами. Абсолютное большинство зарегистрированных интродуктивных клауз привносит модусные характеристики в полипредикативные синтаксические единицы:

That sailboat’s coming up, I think (W.F. Soskin).

В Заключении представлены основные выводы и результаты проведенного исследования.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»