WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Тем не менее, работа осложнялась тем, что гражданские отделения судов в сибирских губерниях выполняли функции опекунских присутствий, а один из членов всех окружных судов исполнял обязанности старшего нотариуса. Значительную часть времени и сил у членов судебной палаты и окружных судов занимали выездные сессии для разбора дел на местах. Так, из 12-ти членов Тобольского окружного суда трое были заняты почти исключительно разбирательством дел на выездных сессиях. Эти сессии в 1900-1902 гг. заняли более восьми месяцев. В результате возникали проблемы с пополнением составов присутствий, которые председатели судебных мест вынуждены были пополнять участковыми или почётными мировыми судьями, кандидатами на судебные должности.

Третий параграф «Функционирование суда присяжных в Омском судебном округе» посвящён рассмотрению борьбы столичных и местных интеллигентов за введение суда присяжных в крае, изложению проектов распространения на край этого института, открытию суда присяжных в регионе и общественным инициативам присяжных заседателей.

С момента введения Судебных уставов в Европейской части империи стал рассматриваться вопрос о распространении на Сибирь суда присяжных. Доводы «за» гласили, что сибиряки вполне созрели для отправления этой общественной обязанности, а сам суд присяжных окажет благотворное влияние на нравственное воспитание местного населения. Противники же суда присяжных говорили о невозможности его введения, главным образом, в связи с большой долей ссыльного элемента, полиэтничностью населения, отсутствия дворянства и, следовательно, достаточного числа крупных собственников, удовлетворяющих имущественному цензу. Однако только в начале XX века правительство решилось на распространение на край данного института, в связи с тем, что к этому времени в большинстве уездов Западной Сибири и Степном крае появилось достаточное количество подданных, удовлетворявших цензовым требованиям для присяжных заседателей. Во всех уездах создавались особые уездные комиссии для рассмотрения списков присяжных заседателей. С работой уездных комиссий должны были ознакомиться губернские особые совещания, куда входили губернатор, председатель и прокурор окружного суда.

По закону 10 мая 1909 г. присяжные заседатели в округе вводились на основе пониженного, по сравнению с Европейской Россией, ценза. Судопроизводство заметно ускорилось, так как приговор суда с участием присяжных заседателей мог быть обжалован только в кассационном порядке. Известная сила норм обычного права, господствовавшего в крестьянской среде, порой приводила к тому, что приговоры присяжных заседателей вступали в противоречие с мировоззрением коронных судей. В то же время, деятельность присяжных не ограничивалась залом судебных заседаний. Присяжные выступали с различного рода общественными инициативами: ходатайствовали о необходимости увеличения эффективности следственной части, открытия колонии для несовершеннолетних, о борьбе с пьянством, организовывали благотворительные общества и пр.

Вторая глава «Мировой суд, органы следствия и прокуратуры в Омском судебном округе в конце XIX начале XX вв.» состоит из трёх параграфов.

В первом параграфе «Мировой судья Западной Сибири и Степного края в системе власти» отмечаются особенности мирового института в Сибири и Степном крае по сравнению с образцом Европейской России: назначаемость мировых судей, совмещение судейских и следственных функций в одних руках, заведование опекунской частью, отсутствие института съездов мировых судей. В то же время диссертант отмечает, что там, где это было возможно, местное судебное начальство шло на явочное разделение следственных и мировых функций мировых судей. Так, увеличение штатного состава, произошедшее в 1911 г., позволило, например, почти полностью разделить следственные и судейские обязанности в Тобольской губернии.

Новеллой Сибири было и существование добавочных мировых судей, которые были призваны восполнять недостаток участковых мировых судей, однако их количество было единичным, и они не могли серьёзно улучшить ситуацию. Такое же минимальное воздействие на состояние мировой юстиции оказывали и почётные мировые судьи, основной вклад в правосудие которых воплощался в участии их в пополнении присутствий окружных судов во время выездных сессий.

Непосредственный надзор за деятельностью мировых судей осуществляли окружные суды. Последние же заменяли собой существовавшие в Европейской части России съезды мировых судей – апелляционные инстанции и корпоративные органы обмена служебным опытом. За мировыми судьями как следователями осуществляли надзор прокуроры и их товарищи. Ревизию делопроизводства мировых судей полномочны были осуществлять и старшие председатели судебной палаты.

Важной инстанцией, с которой приходилось иметь дело мировым судьям, была полиция, по сообщению которой они рассматривали до 80% дел. Мировые судьи могли вступать в служебные отношения с сельской и волостной администрацией, крестьянскими начальниками. Полифункционализм мировых судей, чреватый чрезмерной загруженностью их работой приводил, в конечном итоге, к тому, что со стороны генерал-губернаторской власти стали возникать инициативы по упразднению института мирового судейства и передаче их полномочий крестьянским начальникам.

Во втором параграфе «Профессиональная деятельность и отклоняющееся поведение мировых судей» рассматриваются количественные показатели работы мировых судей и примеры отклоняющегося от нормы поведение.

Не всегда распределение мировых участков было удовлетворительным. Так, в округе Тобольского окружного суда сразу же встала проблема нерационального распределения мировых участков, проявившаяся в необходимости перенесения в интересах населения Сургутского уезда камеры мирового судьи из Тобольска в Сургут.

На начальном этапе существования мирового института в крае судейские и следовательские функции активно совмещались большинством чиновников. Так, в Томской губернии из 38 участковых мировых судей 33 ведали и следствиями, и делами мировой подсудности, трое занимались исключительно судейскими делами, а двое – следственными. После значительного увеличения штатного состава судебных учреждений Омского судебного округа в 1911 г. произошло фактическое разделение судейских и следовательских функций: 1914 г. лишь в 14-ти участках округа Омской судебной палаты у мировых судей сохранилось совмещение следственных и судейских обязанностей.

Нагрузка на мировых судей в округах разных судов варьировалась. В Томской губернии в 1901 г. к ним поступило 1028 дел и 83 следствия, что намного превышало установленные для Сибири нормы: 600 дел и 80 следствий. Увеличение штатов 1911 г. и падение поступления дел в военное время привели к тому, что к концу изучаемого периода количество нерешённых дел стало сокращаться. В 1911 г. мировые судьи округа Тобольского окружного суда справлялись с работой на 101,1%, а в 1915 г. – 109,1%. Если в 1911 г. мировые судьи Акмолинской области решили 23631 дело (при 35553 поступивших), то в 1915 г. – уже 39973 (при 36283 поступивших). К 1912 г. в области оставалось 23900 нерешённых уголовных и гражданских дел, а к 1916 г. – 12268. В 1911 г. к мировым судьям Семипалатинской области поступило 13348, а было окончено 10608 дел. В 1915 г. подобное соотношение было уже 12087 к 13119.

Наиболее часто встречающимися неправильностями в действиях мировых судей были: медленность в производстве дел, незаконное содержание подозреваемых под стражей, несвоевременное составление протокола вещественных доказательств, не проведение вовремя следственных действий и опроса свидетелей и пр. Так, во время обозрения делопроизводства мировых судей Омского судебного округа, произведённого в 1911 г. чиновником Министерства юстиции Маньковским, был причислен к Министерству один и признана неудовлетворительной деятельность семи мировых судей. Далеко не всегда медленность в производстве предварительного следствия зависела исключительно от мировых судей. Порой здесь отпечатывалось отсутствие общих усилий чиновников министерств юстиции и внутренних дел.

Порой, для того, чтобы избежать ответственности, мировые судьи шли на разного рода ухищрения. Так, один мировой судья намеренно уничтожал те акты следственного производства, из которых усматривались его «промахи». Некоторые мировые судьи явно превышали свои полномочия. О несоответствии мер пресечения уклонения от следствия и суда и обстоятельств дела писал прокурор Барнаульского окружного суда, отмечая, что мировые судьи и судебные следователи учреждают особый надзор полиции, отбирают подписку о невыезде или отдают обвиняемого на поручительство за ничтожную сумму в случаях, когда он подлежал бы заключению под стражу.

Третий параграф «Органы следствия и прокуратуры округа Омской судебной палаты» присутствует в данной главе по той причине, что на этапе до 1911 г. большинство мировых судей были в том числе и следователями, а самих судебных следователей было немного; в то же время как следователи мировые судьи были подотчётны прокурорам и их товарищам.

В 1899 г. судебные следователи Омского судебного округа справились с поступившим количеством следствий на 96,9%, а мировые судьи – на 103,8%. В 1913 г. соответствующие показатели составили 96,07% и 102,5%. Однако качество следственной работы судебных следователей было выше, чем у мировых судей: процент пересматривавшихся заново следствий был у последних больше. По такому показателю, как волокита при производстве следствий, мировые судьи выгодно отличались от судебных следователей. В 1911 г. дела, производившиеся более года, составили у судебных следователей 16,38% от всех дел, а у мировых судей – 7,6%.

Судебные следователи порой явно пренебрегали своими обязанностями. Однако многие проблемы функционирования судебных следователей были вызваны несогласованностью работы этих должностных лиц и полиции, своеобразной изолированностью следователей от суда.

Основной обязанностью прокуроров и их товарищей был надзор за деятельностью судебных служащих. Однако прокуроры могли лишь доводить до сведения соответствующего начальства информацию о том или ином нарушении законности, что, безусловно, снижало качество их работы. Другим направлением деятельности прокуратуры был надзор за соблюдением приговоров. На этом направлении её деятельность была не очень удачной, в связи с чем в дальнейшем был отменён циркуляр прокурора судебной палаты от 23 декабря 1899 г. о наблюдении за исполнением приговоров мировых судей.

Внутри прокурорского ведомства отсутствовала слаженность в действиях, некоторые товарищи прокуроров фактически выходили из-под контроля своих начальников, что выражалось, в частности, в том, что многие из них проживали вне пределов своих участков. Некоторые товарищи прокуроров месяцами не посещали места заключения, находящиеся в их участках. Возникали у прокуратуры трения и с магистратурой, что во многом было вызвано разной политической ориентацией отдельных чиновников.

На прокурора и его товарищей в среднем в месяц приходилось до десяти заседаний, к которым относились: по досрочному освобождению, освидетельствованию психически больных, по составлению списков присяжных заседателей и пр.

Чины прокуратуры имели право давать непосредственные поручения чинам сыскных отделений. Однако зачастую полицейские чины саботировали выполнение тех или иных указаний чиновников прокуратуры. Во время предреволюционного кризиса товарищи прокуроров с большим запозданием подавали своему начальству сведения о возникавших беспорядках, что приводило к запаздыванию ответных действий властей. В этом можно видеть начало кризиса ведомства прокуратуры Омского судебного округа.

Третья глава «Адвокатура Омского судебного округа в конце XIX начале XX вв.» содержит четыре параграфа.

В первом параграфе «Подпольная» адвокатура и организация профессиональных адвокатов» характеризуются отношение местной прессы к нелегальной адвокатуре и законодательные основы адвокатской работы. Отмечается, что существовавшие пробелы в законодательстве позволяли заниматься ведением чужих дел лицам далёким от юридической профессии. Неграмотный «мужик» предпочитал идти именно к таким же безграмотным «аблакатам», что было связано с разностью культур простых людей и интеллигенции. В местной печати регулярно отмечались случаи «проделок» подпольных ходатаев и предлагались меры борьбы с ними. Отмечалось, в частности, что подобные «адвокаты» выращивают дух кляузничества у населения и, обманывая последнее, приносят огромный вред. В то же время отдельные деятели считали, что данные ходатаи являются единственными грамотными людьми на целые селения и поэтому бороться с ними даже вредно.

Помимо собственно присяжных поверенных, обязанности судебной защиты выполняли помощники присяжных поверенных и частные поверенные. Первые находились как под личным (проходя практику под руководством опытного адвоката), так и под коллективным патронатом (что выражалось в совместной с присяжными поверенными работе в юридических консультациях, советах присяжных поверенных, обсуждениях докладов и диспутах по проблемам права). Частными поверенными могли становиться выкупившие в округе какого-либо окружного суда свидетельство на право ведения чужих дел.

  1. В судебном округе, где число присяжных поверенных достигало 20-ти, мог учреждаться Совет присяжных поверенных. В его функции входило: рассмотрение прошений о принятии в число адвокатов и исключении из него, разбор жалоб на действия поверенных и надзор за исполнением ими закона и взятых на себя обязательств, назначение их для ведения конкретных дел и т.д.

Во втором параграфе «Полномочия и деятельность Совета присяжных поверенных при Омской судебной палате» исследуется путь адвокатуры округа к своему корпоративному органу, а также рассматриваются основные направления его работы.

Отмечается, что в связи с тем, что большинство поверенных округа проживало в Томске, весной 1905 г. именно здесь было проведено общее собрание присяжных поверенных, объявившее о создании Совета. Однако в связи с нарушением закона (данное собрание могло быть проведено только в Омске – центре судебного округа), Сенат повелел закрыть его. Вновь образовать Совет присяжных поверенных уже на законном основании удалось только в мае 1911 г., когда в округе числилось уже 53 защитника. Создание Совета стимулировало количественный рост поверенных и их помощников в округе. К 1 января 1916 г. в округе имелось уже 99 присяжных поверенных и 90 их помощников.

Однако не все инициативы Совета находили поддержку у начальства судебного округа. Так, в феврале 1912 г. в соответствии с прокурорским протестом были закрыты комиссии помощников присяжных поверенных при Омском и Томском окружных судах.

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»