WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Маг ориентирован на отражение духовной составляющей человека, а воин – телесной, выявление же их сущности и конкретного для данного произведения взаимодействия происходит в ситуации войны. Война акцентирует разницу образов мага и воина. Ситуация войны яв­ляется объединяющим элементом, благодаря которому происходит взаи­модействие двух предыдущих образов. Война выступает пространством борьбы между ИОИ и РОИ за внимание читателя и за схемы подражания (логические или алогические), которые он выбирает. Таким об­разом, в фэнтези воин должен победить мага, что чаще всего и происходит.

Подражание магу и воину выявляет потенциал интеллектуальных и физических возможностей человека. В первом случае идёт разгадывание тайны (используется мышление), во втором – припоминание телесных техник, свойственных архетипу (используется память). Мыш­ление, являясь частью когнитивного процесса, активизируется при вос­приятии образа мага, мотивирует человека на реализацию своих когни­тивных способностей. Результатом этого процесса является, например, деятельность читателя, направленная на создание искусственных языков. Для воина характерно освоение новых телесных техник, направленных на развитие своих физических возможностей, например, в ролевой игре фэнтези.

Необходимо отметить, что в настоящее время в фэнтези выявлена тенденция синтетического образа воина, обладающего магией или осваи­вающего новые магические способности.

Массовая культура подсознательно или сознательно стремится к поражению мага воином, что находит своё выражение в произведениях фэнтези. В подражании читателя воину скрывается стремление мас­совой культуры управлять читателем, так как воин ограничивает развитие читателя в физическом развитии, имеющем предел развития в дейст­вительности. В подражании магу заключена возможность преодоления зависимости от программы массовой культуры, которая выражается, во-первых, в бесконечности развития когнитивных способностей; во-вторых, в возможности самостоятельного мышления, основанного на вы­боре интерпретаций. Отсюда следует, что есть фэнтези, в которых воин побеждает, в них есть лишь намек на новые способности, а есть фэн­тези, провоцирующая подражание этим способностям в маге, что ставит задачу анализа реального хода усвоения сверхспособностей в фэнтезийных образах. Средством их освоения может служить например, ИОИ.

Выделены два противоположных образа супергероя в отношении сверхспособностей, которыми они обладают. Маг ориентирован на самостоятельное развитие, расширение своего внутреннего мира. Разви­тие воина контролируется массовой культурой (что и отра­жается в про­изведениях фэнтези) и направлено на развитие внешнего мира в ущерб индивидуальности человека.

Во второй главе «Когнитивный аспект сверхспособностей в фэнтези» рассматриваются формы непосредственного освоения сверх­способностей в ролевой игре фэнтези; анализируется идея сверхчелове­ка в философии как источника духовных и телесных сверхспособностей в будущем, а также формы реализации когнитивных сверхспособнос­тей в информационной среде.

В первом параграфе «Ролевая игра фэнтези как временный выход из обыденности» установлено, что существует особая разновид­ность подражания читателя герою, в которой читатель, прочитав произведение фэнтези, создаёт временный выход в новое пространство, сконс­труированное по аналогии с пространством фэнтези. Это пространство носит игровой характер, мы относим его к ролевой игре фэнтези (РИФ), понимаемой как процесс, в ходе которого игроки разыгрывают определённые ситуации, основанные на каком-либо литературном произведении фэнтези, и при этом играют роли героев этих произведений.

Воздействия ИОИ имеет существенную особенность – оно симметрично. Симметрия наблюдается как аналогия образа героя и восприятия игрока. Это совпадение наиболее выпукло проявляется в РИФ, а её антропологическая суть выявляется в фэнтезийном образе воина. Когнитивный аспект фэнтезийного образа проявляется в роли сверхчеловека и в процессе РИФ проявляется в воображении и деятельности игрока. Происходит освоение знания, нехарактерного для действительности.

Установлено, что в РИФ идёт непосредственное копирование способностей роли героя в игровую реальность игрока. Исключается «субъект-субъектная» дистанция между игроком и героем, они сливаются в одном образе.

РИФ сопоставляется по структуре ролевой игры. Структуры этих игр совпадают, а отличие касается содержания роли сверхчеловека. РИФ является деятельностным подражанием фэнтезийному образу воина.

Обосновывается, что РИФ может быть лишь временным выходом из обыденности, и её ценность для игрока заключается в непосредст­венном проживании роли сверхчеловека и временном овладении в прост­ранстве игры способностями этого сверхчеловека, что, безусловно, меня­ет отношение, а возможно, и способности в окружающей его реальности.

Даются ключевые моменты РИФ, в частности те, которые осуществляют её специфику и подразумевают необходимость и особую процедуру выхода из РИФ в реальность: серьёзность от­ношения к РИФ, восприятие РИФ как фикции и др. Роль сверхчеловека переносится игроком РИФ в действительность.

Во втором параграфе «Трансгрессия и её роль в формировании сверхчеловека» анализируется образ сверхчеловека в философии и его аналогии в массовой культуре, в которой выделяются: «сверхчеловек духа», опирающийся на знание; и «сверхчеловек тела», опирающий­ся на «совершенное» тело. Формирование первого совершается посредст­вом трансгрессии, основанной на интеллектуальных испытаниях, формирование второго – на преодолении физических испытаний.

Для «сверхчеловека духа» характерно получение интеллектуаль­ного удовольствия через интеллектуальное совершенство, а для «сверх­человека тела» – получение чувственного удовольствия через физичес­кое совершенство. Трансформация человека в сверхчеловека осуществляется через удовольствие, имеющее два основания: чувственное и ин­теллектуальное (например, при решении головоломки, общении на ис­кусственном языке). Можно предположить, что в массовой культуре одним из главных мотивов развития человека является удовольствие.

Философская тема сверхчеловека определяет новую планку для анализа фэнтезийного образа. Философский анализ сверхчеловека даёт возможность выхода фэнтези за границы массовой культуры, которые сама фэнтези не использует. Философия предлагает различные пути транс­формации человека в сверхчеловека. Шри Ауробиндо считал, что транс­формация происходит благодаря «вселенской Энергии», которая убыст­ряет «интеллектуальные силы», позволяя овладеть сверхспособностями и стать гением. Вл. Соловьев полагал, что сверхчеловеком может стать лишь тот, кто стал «бессмертным» и блаженным, в этом особую роль играет откровение, которое позволяет получить знание, отвечающее на вопрос «Что делать» Ф. Ницше считал, что сверхчеловеком может стать каждый, кто найдёт в себе смелость отказаться от законов, ограничивающих его свободу. Первыми из таких законов являются законы религии. П. Тейяр де Шарден полагал, что путь к сверхчеловеку лежит через коллективное интеллектуальное усилие, способное открыть двери к сверхчеловечеству. Эти пути перехода человека в сверхчеловека осу­ществляются посредством трансгрессии.

Анализируется такой путь трансформации че­ловека, как трансгрессия, характерная для постмодернизма. Трансгрессия является одним из способов трансформации человека в сверхчеловека, что позволяет преодолеть границу, препятствующую этому. Сущест­вует два типа трансгрессии, характерные для двух пространств человека массовой культуры: в мире познания и в мире воображения.

В процессе трансгрессии человек проходит ряд трансформаций – «смертей», являющихся своеобразной трансгрессией: субъекта – автора – бога. «Смерть» каждого объекта освободила человека от определённых границ в себе. «Смерть субъекта» освобождает от границ, созданных са­мим человеком, «смерть автора» – от границ, созданных другим человеком, «смерть бога» – от границ, созданных обществом. «Смерть» предс­таёт условием перехода человека к сверхчеловеку, она снимает ограничения в развитии, открывает доступ к знаниям, недоступным ранее. Переживание смерти – это сторона ощущения трансформации тела и эмо­ций, а переживания коммуникации – это сторона трансформации знания и восприятия информации.

В результате человек информационной эпохи поставлен не толь­ко перед новыми возможностями реализации себя, но и перед новыми требованиями, основанными на новой скорости восприятия информации.

Таким образом, трансформация телесности в основном ориенти­рована на переосмысление человеком образа своего «нового тела» и эмоций, трансформация духа ориентирована на осмысление новых по­следовательностей работы с информацией.

В заключении отмечаются основные результаты диссертационного исследования, намечаются перспективы дальнейшего развития темы.

Основные результаты диссертационного исследования могут быть сформулированы в следующих положениях:

1. В массовой культуре на современном этапе преобладают процессы, способствующие смене способов познания. Так, при столкновении человека с иррациональными (фэнтезийными) образами, происходит замена процесса познания, свойственного для рациональных образов, процессом подражания, характерным для иррациональных (фэнтезийных) образов.

2. Подражание образам супергероев, преобладающих в фэнтези, формирует у читателя веру в возможность преодоления «любых» границ, что способствует отказу от эскапизма и обретению уверенности в действительности.

3. Фэнтези конструирует будущее, перехода в которое нет, есть лишь проживание роли супергероя и его сверхспособностей. В процессе проживания, изменяется стиль мышления и отношение к своим способностям.

4. Трансформация человека современного информационного ти­па основывается на новых методах коммуникации и осмыслении информации, основанных на скорости восприятия и мышления.

5. Серия подобных трансформаций формирует новый тип человека, развивающегося постоянно.

Подобные выводы могут послужить основой для дальнейших исследований.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ
ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Статьи, опубликованные в научных изданиях, входящих
в перечень для опубликования научных результатов диссертаций
на соискание ученой степени кандидата наук:

1. Толстиков, Д. А. Иррациональный образ врача в постмодернист­ском мифологическом сознании [Текст] / Д. А. Толстиков // Омский на­учный вестник. – Омск : Изд-во ОмГТУ, 2006. – № 3(37). – Ч. II. – С. 234–236.

2. Толстиков, Д. А. Антропологическая революция в иррациональ­ном мире фэнтези [Текст] / Д. А. Толстиков // Омский научный вестник. – Омск : Изд-во ОмГТУ, 2008. – № 1(63). – С. 73–74.

3. Толстиков, Д. А. Феномен «сверхчеловека» в философии [Текст] / Д. А. Толстиков // Омский научный вестник. – Омск : Изд-во ОмГТУ, 2008. – № 5(72). – С. 101–103.

Статьи, доклады, тезисы в других научных сборниках и жур­налах:

4. Толстиков, Д. А. Интуиция как средство познания иррациональ­ного [Текст] / Д. А. Толстиков // Альфа: межвуз. сб. науч. ст. / отв. ред. В. М. Шкарупа. – Омск : ООО Вариант-Омск, 2006. – Вып. 2. – С. 54–57.

5. Толстиков, Д. А. Архетип как модель формирования иррацио­нального образа в массовой культуре [Текст] / Д. А. Толстиков // Реальность. Человек. Культура: соци­альное и природное: Всероссийская научная конференция. – Омск : Изд-во ОмГПУ, 2006. – С. 26–28.

6. Толстиков, Д. А. Воображение и иррациональный образ [Текст] / Д. А. Толстиков // Альфа: межвуз. сб. науч. ст. / отв. ред. В. М. Шкарупа. – Омск : ООО Вариант-Омск, 2007. – Вып. 3. – С. 35–39.

7. Толстиков, Д. А. Иррациональное восприятие текста [Текст] / Д. А. Толстиков // Проблемы интерпре­тации художественного произведения: Всероссийская научная конференция, посвященная 90-летию со дня рождения проф. Н. С. Травушкина. – Астрахань : Издат. дом Астраханского ун-та, 2007. – С. 40–42.

8. Толстиков, Д. А. Иррациональный текст как механизм форми­рования «сверхчеловека» [Текст] / Д. А. Толстиков // Реальность. Человек. Культура: универсали научного знания: Всероссийская на­учная кон­ференция. – Омск : Изд-во ОмГПУ, 2007. – С. 159–160.

9. Толстиков, Д. А. Ролевая игра как выход из фэнтези [Текст] / Д. А. Толстиков // Гуманитарные исследования. – Омск : Изд-во ОмГПУ, 2007. – Вып. 12. – С. 120121.

10. Толстиков, Д. А. Иррациональная вестернизация массовой культуры [Текст] / Д. А. Толстиков // Глобализм и Гуманизм: Международная конференция, по­свящённая дню философии (ЮНЕСКО) в Кузбассе. – Кемерово, 2007. – С. 134–135.

11. Толстиков, Д. А. Иррациональный образ как архетип [Текст] / Д. А. Толстиков // Тенденции развития общества в ХХI веке: материалы VI межвузовской научной конференции студентов и аспирантов. – Омск : Изд-во ОмГТУ, 2008. – С. 97–99.

Подписано в печать 18.05.09

Бумага офсетная

Печ. л. 1,25

Тираж 100 экз.

Формат 6084/16

Ризография

Уч.-изд. л. 1,4

Заказ КМ-5

Издательство ОмГПУ: 644099, Омск, наб. Тухачевского 14

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»