WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Второй образ – декабристы – «героические личности». На основании работ, просвещенных изучению формированию образа героя в массовом сознании, мы выделили следующие его компоненты: самопожертвование, умение преодолевать жизненные трудности, высокие моральные качества, сплоченная дружба, социальная значимость11. Анализ публикаций, посвященных истории движения, позволил утверждать, что все перечисленные компоненты были представлены в публицистике рассматриваемых нами журналов.

Существенный вклад в формирование героического образа декабриста внесли сами участники движения посредством публикации воспоминаний. В рассуждениях о причинах восстания формулировалась идея добровольной жертвы. Фрагменты воспоминаний, посвященные периоду следствия, реализовывали такой компонент образа «героя», как благородное страдание. Еще одни элемент – стойкое продление трудностей – реализовывался через описание сибирского периода жизни декабристов, которое занимало одно из центральных мест в «декабристкой» мемуаристике.

В диссертации отмечено, что декабристов в большей мере волновал нравственный аспект своей деятельности, чем политический. Особенно ярко это проявилось в идейной полемике, развернувшейся в 1870–1880-х гг. между оставшимися в живых участниками движения: Д.И. Завалишиным, П.Н. Свистуновым, А.Ф. Фроловым, А.Е. Розеном, А.П. Беляевым.

Исключительные личностные качества декабристов популяризировались в многочисленных биографических статьях и заметках, посвященных участникам декабристского движения. Как правило, основной акцент в биографиях делался на необычности и драматизме судеб декабристов. Неслучайно, персонифицированными символами движения стали Г.С. Батеньков, А.А. Бестужев и К.Ф. Рылеев, которые презентовались читателям как литераторы-романтики с трагичными биографиями.

Социальная значимость деяний декабристов демонстрировалась через описания их деятельности в Сибири.

О том, что в рассматриваемый нами период декабристы воспринимались как культурные герои, говорит тот факт, что в публикациях «Русского архива», «Русской старины» и «Исторического вестника» употребление личностных характеристик было гораздо более распространенным явлением, чем политическая идентификация участников движения.

В результате мы делаем вывод о том, что в публикациях отраслевых исторических ежемесячников был заложен фундамент «декабристского мифа». Вместе с тем, сводить только к этому роль «декабристских» публикаций в рассмотренных исторических журналах нельзя. «Декабристские» материалы «Русского архива», «Русской старины» и «Исторического вестника» актуализировали некоторые проблемы истории декабризма, стимулировали поиск новых источников и дальнейшие изучение истории декабристского движения, во многом определяя его характер.

Во втором параграфе «Представления о декабристах в журналах “Былое” и “Голос Минувшего”» выявляются особенности образа декабриста в периодических изданиях, приоритетной целью которых было освещение истории освободительного движения.

В качестве особенностей декабристского дискурса названных изданий мы отметили следующие. Во-первых, снижение влияния личностного фактора на интерпретацию истории декабризма: в журналах было напечатано незначительное количество мемуаров и эпистолярий декабристов, не носивших определяющего характера в формировании образа участников движения. Во-вторых, расширение источниковедческой базы, прежде всего, за счет следственных дел декабристов. В-третьих, ведущие корреспонденты «Былого» и «Голоса минувшего», писавшие о декабризме, – В.Я. Богучарский, М.В. Довнар-Запольский, Н.П. Павлов-Сильванский, В.И. Семевский, П.Е. Щеголев, были не только профессиональными историками, но и видными общественными деятелями. Данное обстоятельство обусловило, что история декабризма в их работах интерпретировалась в двух ракурсах. Первый – научное изучение истории движения декабристов. Второй – осмысление истории декабризма с точки зрения революционной теории и практики.

Анализ тематики публикаций о декабристах свидетельствует о том, что основной акцент делался на политической истории декабризма и истории восстания 14 декабря 1825 г.

Произошло смещение акцентов и в персональной истории декабризма, на первый план выходят образы П.Г. Каховского и П.И. Пестеля, которые становятся персонифицированными символами движения.

По материалам «Былого» и «Голоса минувшего» можно выделить следующие образы декабриста: 1) представители реформаторского крыла первой четверти XIX в. - актуализировался в конкретно-исторических исследованиях; 2) люди, неспособные к решительному революционному действию – использовался при попытке определить место декабристов в истории освободительного движения; 3) не стойкие борцы, предававшие друг друга на следствии – реакция на знакомство со следственными делами; 4) честные и благородные люди, горячие патриоты, жертвы царского режима, павшие за свободу Родины – трансляция социокультурного мифа, рожденного во второй половине XIX в., и активно использовавшегося для пропагандистских целей.

Вторая глава «Конструирование образа декабриста в общественно-политической периодике второй половины XIX начале XX вв.» состоит из трех параграфов, в которых отражены интерпретации образа декабриста демократическими, либеральными и консервативными изданиями.

В первом параграфе «Общественно-политическая периодика демократического толка о движении декабристов (по материалам «Колокола» и «Полярной звезды)», отмечается, что вслед за авторитетной историографической традицией, под демократической версией декабризма понимается публицистика «Вольной русской типографии» и ее редакторов А.И. Герцена и Н.П. Огарева. Нами обосновывается значимость «декабристских» публикаций «Колокола» и «Полярной звезды» в качестве самостоятельного исследовательского объекта.

За все время существования «Полярной звезды» и «Колокола» количество авторов публиковавших статьи по истории декабризма было не многочисленно. Основная часть публикаций была написана самими А.Н. Герценом и Н.П. Огаревым. В связи с чем, декабристский материал «Колокола» и «Полярной звезды» мы рассматривали в двух направлениях: 1) авторские статьи Герцена и Огарева; 2) публикации, принадлежащие другим авторам.

Главной чертой истории декабризма в изложении Герцена и Огарева была ее пропагандистская направленность. Центральным местом в пропаганде «Вольной русской типографии» была идея преемственности поколений в деле освобождения России, в которой декабристам отводилась роль «праотцов». На наш взгляд, именно образ декабриста – праотца новой России был определяющим. Мы выделили две интерпретации данного образа.

Первая – образ декабриста – реформатора была представлена в период наибольшей популярности «Колокола» и «Полярной звезды» в 1856–1962 гг. и оказал наибольшие влияние на русских читателей.

Вторая – образ декабриста-революционер, была отчетливо обозначена в середине 1860-х гг., когда «Колокол» и «Полярная звезда» практически утратили свое влияние на российскую образованную публику и, следовательно, не имела широкого распространения.

Размышляя, почему в историографии превалирует точка зрения, согласно которой редакторы «Вольной русской типографии» создали революционную теорию декабризма, мы пришли к заключению, что такие выводы делаются на основе трудов Герцена «О развитии революционных идей в России» и «Русский заговор», в которых была представлена как раз революционная концепция движения. Однако, в отличие от публицистики «Колокола», они стали доступны русской читающей публики только в начале XX в.

Остальные компоненты образа декабриста можно считать дополнительными элементами к главному, из которых наиболее значимыми представляются два. Первый – декабристы – дворяне, вставшие выше интересов своего сословия. Второй – декабристы – нравственная гордость и нравственное оправдание России.

В произведениях «Колокола» и «Полярной звезды» использовал широкий диапазон метафор, которые можно разделить на две группы: Первая группа библейские метафоры. Декабристы идентифицировались как «святые мученики», «святые отцы», «мученики 14 декабря», «великие мученики». Вторая группа метафор относилась к «героическому» подвигу декабристов, в связи с этим присутствовал взгляд на декабристов как на «бесстрашных воинов», «борцов из чистой стали», «несгибаемых борцов».

Примечательным является тот факт, что, несмотря на эволюцию образа декабриста от реформатора до революционера, Герцен и Огарев практически не изменяли его метафорическую составляющую. Это дает основания утверждать, что мыслители создавали практически «универсальную» модель восприятия истории декабризма, «подходящую» практически всем политическим течениям.

Из публикаций, не принадлежавших Герцену и Огареву, мы обратили основное внимание на анализ воспоминаний декабристов, которые имели важное информационное значение. В воспоминаниях И.Д. Якушкина была подробно представлена история тайных обществ. Воспоминания Н.А. Бестужева о 14 декабря 1825 года и о К.Ф. Рылееве были первым рассказом-источником о восстании на Сенатской площади.

Второй параграф «Образ декабриста в либеральных ежемесячных журналах» посвящен характеристике количественных и качественных (содержательных) параметров либеральной версии истории движения декабристов.

В начале параграфа обосновываются причины изучения «декабристских» публикаций «Вестника Европы», идентифицировавшегося современниками как умеренно-либеральный орган западнической ориентации и «Русского богатства», являвшегося выразителем идей либерального народничества, в едином контексте.

В либеральных журналах исследовательский контекст истории декабристов преобладал над идеологическим. Основным требованием к публикациям о декабристах была их информационная насыщенность. Именно благодаря «научному» характеру материалов, суждения либералов имели у читателей большой вес.

Впервые взгляд либеральной общественности на историю декабризма был представлен в работе А.Н. Пыпина «Очерки общественно движения при Александре I», опубликованной в «Вестнике Европы». Историк идентифицировал декабристов как представителей реформаторского течения первой четверти XIX в. и включал декабризм в общий контекст истории русского либерального движения.

В «Очерках…» нами было выделено три основных характеристики образа декабриста.

Первый – декабрист – русский человек, воспринявший западные идеи, но «выросший на русской почве». Данный образ был крайне важен для либералов, которых неоднократно обвиняли в некритичном заимствовании западных идей.

Второй – декабристы – значимые политические фигуры истории России. В этом образе можно отметить определенную двойственность. С одной стороны, Пыпин неоднократно отмечал серьезность намерений участников тайных обществ. С другой, в тексте часто встречаются характеристики декабристов как «романтиков», «энтузиастов», «мечтателей», «экзальтированных личностей».

Третий образ – декабристы, – лица несправедливо пострадавшие за свои убеждения. Пыпин, как и большинство умеренно-оппозиционных творцов «декабристского» дискурса, подчеркивал несоразмерность наказания декабристов их деяниями.

В 1880-е гг. либеральные публицисты обращаются к изучению литературного наследия декабристов. Вклад декабристов в развитие русской поэзии авторы оценивали с двух позиций. Первая – декабристы как предшественники истинно русской, национальной поэзии. Второй – декабристы –выразители реалий истинно народной жизни и истинного патриотизма.

В 1880–1900–е гг. в либеральной публицистике актуализируется такой компонент образа декабриста, как освободитель крестьян. При этом подчеркивалось, что свою приверженность делу освобождения крестьян декабристы доказали на деле, как во время деятельности тайных обществ, так и во время подготовки крестьянской реформы 1861 г.

Говоря о тематических предпочтениях либеральных изданий, следует отметить, что либеральная публицистика игнорировала проблему восстания 14 декабря 1825 г. Основное внимание было сосредоточено на преобразовательных программах декабристов. В соответствии с либеральной парадигмой, на страницах изданий подчеркивалась идея о том, что реформаторские планы тайных обществ имели не меньшее значение, чем восстание 14 декабря.

Законченное оформление образ декабриста в либеральной печати получил в труде В.И. Семевского «Очерки из истории политических и общественных идей декабристов», опубликованном в 1906 г. в «Русском богатстве». В данной работе декабристы описываются как представители «внеклассовой интеллигенции». На наш взгляд, данное определение типично для образа декабристов в общественном мнении пореформенной эпохи. Никто из исследователей не признавал за декабристами корыстных, узкосословных целей и ценностей. В демократической и либеральной публицистике их описывали как патриотов, действовавших из любви к Родине. Семевский облек наблюдения своих предшественников в научную форму.

Третий параграф «Консервативная периодика об участниках движения декабристов (на примере журнала “Русский вестник”)» раскрывает образ декабристов в консервативной периодике.

В эволюции образа декабриста на страницах «Русского вестника» можно выделить три этапа, которые совпадают с идейной эволюцией самого издания.

1. Вторая половина 1850-х–1860-е гг. для истории «Русского вестника» характеризуется наличием либеральных тенденций с постепенным отходом на консервативные позиции. История декабризма осмысливается в русле либеральных представлений.

2. Конец 1860-х – начало 1880-х гг. стали своеобразной вехой в процессе осмысления консервативными публицистами истории декабризма. В данный период под влиянием политических и социальных процессов, происходящих в пореформенной России, складывается комплекс негативных стереотипов в отношении декабристов. В публицистике «Русского вестника» складывается представление о декабристах как о молодых аристократах, избыточное честолюбие и неуемный авантюризм которых едва не привели Россию к гибели. Их воплощением были следующие слова-маркеры: «шайка злодеев», «люди, не ведавшие, что творят», «молодые честолюбцы», «французы, а не русские люди».

3. В 1880–е –1890-е гг. конструирование образа декабриста происходило вокруг ценностей традиционной дворянской культуры, переживавшей глубокий кризис. В этот период можно выделить две ипостаси изучаемого образа. Первый – образ декабриста, искупившего свои грехи, «принимавшего как дар посылаемые свыше испытания и разумевшего их как орудия к душевному усовершенствованию и спасению». Как представляется, в этом образе нашла свое отражение популярная в консервативных кругах теория о социальной ценности религии, посредством которой осужденные декабристы смогли вернуться к общественной жизни.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»