WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 9 |

Ситуация в сфереправоприменительных действийправительства России по отношению кпротестантам в первой трети XVIII в.характеризовалась значительной степеньюпротиворечивости в процессахидентификации статусных полномочийсубъектов права. Созданная Петром I в 1702 г.Тайная коллегия Военного совета былапризвана разбирать все судебные делаиноверных христиан (подавляющеебольшинство которых составлялипротестанты), отвечая за свои решенияисключительно перед государем. Сведенийо функционировании этой Коллегиинедостаточно, чтобы судить о способах еедеятельности; извест­но лишь, что она являлась органомоперативного разбирательства в любогорода конфликтах, где были замешаны военныеиз числа иностранцев. После окончанияСеверной войны систему органов власти,осуществлявших контроль за религиознойдеятельностью как католиков, так ипротестантов, стала представлять связкаправительственного аппарата Сената иСинода, не имевшая при этом права влиять нина один ее аспект. Тайная коллегия к этомувремени из-за развития процессастремительного увеличения числанеправославного населения России потерялавозможность эффективного судебногоуправления иноверцами, в результате чего в1727 г., фактически взамен нее, приЮстиц-коллегии была учреждена иЮстиц-коллегия лифляндских и эстляндскихдел, в задачи которой входило решениевсякого рода проблем, связанных симуществом на завоеванных территориях и ихжителями-лютеранами. Стали очерчиватьсяконтуры структуры органов власти, в сфереюрисдикции которых оказался контроль загражданской и конфессиональнойдеятельностью протестантов России.

Изучение особенностейправовой специфики статуса Юстиц-коллегиилифляндских, эстляндских (а с 1762 г. ифинляндских) дел показало, что подавляющаячасть расследований приходилась науголовно-административную сферуразбирательств о тяжбах в отношениинаследства, купли-продажи объектовсобственности, оплаты труда наемнымрабочим, возвращения денежных кредитов и т.д. Сотни дел касались проблемрегулирования семейно-правового состоянияиноверцев –разводов супругов или, например,разрешения на брак дальних родственников.Несколько десятков решений были вынесеныпо конфессиональным делам неправославныххристиан: о посылке пасторов к пленнымединоверцам, конфликтах междупредставителями различных общин, выдачесвидетельств священнослужителям на правоих деятельности, жалобах прихожан наповедение членов совета и т. п. Гражданскиеи уголовные сюжеты рассматривались уже впервые месяцы существованияЮстиц-коллегии лифляндских и эстляндскихдел, конфессиональные же дела сталиприниматься к расследованию только в 1730-егг.

Рамки юрисдикцииКоллегии в вопросах конфессиональныйжизни иноверцев определялись по меревозникновения судебных прецедентов.Первой сферой правовой деятельностиявились дела о семейных разводах. Полторадесятилетия чиновники Коллегии в основномзанимались вопросами расторжения браковзаинтересованных протестантов Петербургаи провинций.

В конце 1740х гг. произошелзнаковый судебный эксцесс разбирательстваконфликта между пастором И. Карпом ичленами совета столичной голландскойреформатской общины, характеризовавшийсяуже вмешательством правительства ворганизационные дела протестантов. Дело И.Карпа можно условно считать отправнойточкой в процессе «втягивания» формдеятельности должностных лиц иноверныхобщин в общее правовое поле Российскогогосударства. Чиновники Юстиц-коллегиилифляндских, эст­ляндских и финляндских дел сталивремя от времени вмешиваться в процессывнутриобщинной жизни протестантов,откликаясь на доношения должностных лицприходов.

С 1730-х гг. наблюдалисьпопытки проявления функции чиновниковЮстиц-коллегии лифляндских и эстляндскихдел в сфере надзора за процессамипостановки протестантских и католическихпасторов в завоеванных провинциях (почтивсе полномочия в этом вопросе де-фактодолгие годы были переданы Синоду) ивыполнения ими законодательных актов. Идеяупорядоченного контроля за деятельностьюпроповедников в провинциях в течениестолетия все же реализована не была; вовремя начала правления Екатерины II, однако,были легитимизированы праваЮстиц-коллегии лифляндских, эстляндских ифинляндских дел на судебный контроль задеятельностью пасторов непосредственнопетербургских общин. Произошло это послеобъявления указаний Коллегии от 3 марта1764 г. о регламентировании вопросовзаключения браков междупротестантами.

Логическим завершениемпроцесса систематизации форм отношенийпроповедников и представителей органоввласти стало обьявление в 1775 г. текстаспециального устава из 14 разделов, гдеподробным образом были расписаныобязанности иноверных служителей передгосударством. Пасторы, по распоряжениючиновников Юстиц-коллегии лифляндских,эстляндских и финляндских дел, не имелиправа совершать обряды над лицамиправославного вероисповедания; креститьлюбого ребенка, если не было твердыхдоказательств, что хотя бы один из егородителей мог принадлежать кгреко-российской церкви; причислять ксоставу общины православных, венчать их ит. д. Было запрещено производить церемониивенчания между кровными родственниками,как и представителями различных общин, безпредъявления ими свидетельств опринадлежности к тому или иному приходу,заключать браки во время поста и решатьвопросы супружеских разводов безрассмотрения подобных дел вЮстиц-коллегии. Пасторы должны былипроводить ежегодные торжественныебогослужения в дни празднования событиярождения императрицы и пасхальную неделю.Один из разделов текста обязывалпетербургских служителей ежемесячнопредставлять властям письменный доклад, вкотором должны были быть отмечены, безуказания конкретных имен, понедельныеданные о количестве родившихся,венчавшихся и умерших в общине людей(данная инструкция на практике пасторамине исполнялась).

Формально требуявыполнения пунктов устава 1775 г. всемислужителями протестантских общин империи,члены Коллегии, тем не менее, в 1770–1790 гг. фактическипередавали возможность решения многихвопросов консисториям завоеванных вначале столетия земель. С начала времениправления Павла I Юстиц-коллегиилифляндских, эстляндских и финляндских делбыл поручен централизованный контроль задеятельностью всех консисторий. С 1797 жегода, по указу от 9 марта пасторы всехземель передавали в Юстиц-коллегию по еетребованию краткие конфессиональныехарактеристики на того или иногоприхожанина –когда им было принято первое причастие икак он соблюдает законы добропорядочнойжизни. Несмотря на столь видимые меры поужесточению надзора за деятельностьюпасторов и их паствы, системавнутриорганизационной работыобщин –создание их уставов, мероприятия собранийсовета и прихожан, процедуры ритуала;приглашение богословов на должностьпасторов, их избрание и утверждениерезультатов выборов,– и в конце XVIII в., как и в течениевсего столетия, оставалась вне юрисдикцииКоллегии. Ее чиновники, однако, оставлялиза собой право третейских судей в случаяхконфликтов между группами членов советовобщин и, тем более, между целыми общинами– эти ситуациирассматривались уже как административныепротиворечия, разрешать которые и былпризван орган государственнойвласти.

В 1798 г. Юстиц-коллегиялифляндских, эстляндских и финляндских делпредприняла попытку установлениястатусной должности «сениора» дляконтроля над деятельностью проповедниковгорода. Возвеличенный в ранг «сениора»пастор должен был проводить «визитации» вразличных приходах (идея былапозаимствована из Шведского церковногоустава 1686 г.) с целью выяснения степенипо­знаниядуховенства в сфере богословия, посвящениякандидатов в сан пасторов и проверкицерковных книг. Коллегия назначила на этотпост служителя кирки Св. Екатерины наВасильевском острове И.Х. Грота как самогоавторитетного на тот отрезок времени вгороде проповедника. ЗамыселЮстиц-коллегии лифляндских, эстляндских ифинляндских дел был законодательнореализован в 1803 г.– император Александр I высочайшеутвердил доклад Сената с инициативойучреждения «генерал-суперинтендента» дляосуществления “визитаторской” должностисреди пасторов Санкт-Петербургскойгубернии.

С времен царствованияЕлизаветы Петровны Юстиц-коллегиялифляндских и эстляндских дел имела всвоем штате неизменные до конца столетиядолжности президента и вице-президента,двоих советников и двоих заседателей.Техническую работу выполняли секретари,переводчики и писари; надзор же задеятельностью аппарата осуществлялпрокурор, назначенный Сенатом из числарусских. Почти всегда руководителямиКоллегии являлись немцы лютеранскогоисповедания; два реформата были,соответственно, советником ивице-президентом. Дважды членами советабыли и русские. Заседания назначались помере накопления принятых к рассмотрениюдел.

Несмотря на то, что этиморганом власти управляли лицапротестантского исповедания, в своихотношениях с представителями приходов онисоблюдали, в первую очередь, интересысистемы абсолютной монархии, которыесостояли в попытках упорядочения актовстихийной деятельности общин. Можнозаметить, что ход процесса «встраивания»общин в структуру общественных отношенийправославного государства, в целом,отличался характером плавности иестественности.

Контрольную функцию задеятельностью Юстиц-коллегии лифляндских,эстляндских и финляндских дел ­с начала второйчетверти столетия исполняли чиновникиСената, бравшие к рассмотрению лишь теследственные сюжеты гражданских иуголовных дел, которые заводили в правовойтупик заседателей самой Коллегии.Количество процессов, где исследовались иконфессиональные мотивы в структуреотмеченных дел, было невелико, и в нихфигурировали личности протестантов,живших за пределами города.

Функции Синоданикакими указами четко не были определеныи на практике в первой половине XVIII в.в делах иноверцев довольно частопересекались с судебной деятельностьюЮстиц-коллегии лифляндских, эстляндских ифинляндских дел. Высокая степеньактивности членов Синода в попыткахусилить влияние духовного ведомства всфере управления государством не меняларасклад статусных возможностей различныхправительственных учреждений России. РольСинода в системе администрирования с 1721 г.была незначительна и наверняка не отвечалаожиданиям ее руководителей. Наборполномочий «духовной Коллегии» в решениивопросов жизни неправославных христианпочти не распространялся дальше рамоквозможностей контроля за ситуациейперемены ими веры или обстоятельствамипостановки пасторов в приходахсеверо-западной части страны.

Главной задачей Синодасразу после его учреждения обозначилосьнаведение порядка в сфереконфессиональной идентификации жителейновозавоеванных областей – с начала 1720-х гг.множилось число примеров обратногоперехода в собственную веру перекрещенныхв православие протестантов. После одногоиз ставших известных Синоду случая, когдапетербургская лютеранка Екатерина наисповеди в кирке Св. Петра сообщила пасторуГ. Нацциусу о том, что в первом замужествеона побывала православной, а после выходазамуж за лютеранина вновь вернулась в своюрелигию, член Синода преосвященный Питирим(оставив на совести Нацциуса проступокутаивания от властей факта изменыправославию) издал «определение»служителям всех иноверных церквей. Теперьим вменялось в обязанность спрашивать спристрастием всех приходящих на исповедь,не были ли они крещены в веру греческую,точно ли прежде не сочетались браком справославными супругами и не покинули лиих из-за неприятия новой для себя веры. Приутвердительном ответе пастор должен былдонести на отступников в КанцеляриюСинода. Отдельно был записан пункт озапрете пропаганды в среде православныхлюбых догматов иноверцев. Невыполнениеперечисленных инструкций угрожало пасторулишением сана и преследованием егогосударством как гражданскогопреступника.

Особое внимание Синодстал уделять вопросам принятияпротестантами православной религии.Перекрещивались в основном лютеране– источникификсируют сотни имен неофитов.Значительная их часть перешла вправославие в период правленияимператрицы Елизаветы, что объяснялось ихжеланием сделать удачную карьеру вструктурах армии, флота и, иногда,бюрократического аппарата. Случаиперехода в православие реформатов былиисключительно редки.

1720–1740-е гг.ознаменовались наиболее интенсивнойработой руководителей Синода в сференадзора за конфессиональной деятельностьюпротестантов. Члены этого органа власти помере сил и статусных полномочийосуществляли внешний и во многомформальный контроль за жизнью иноверцев,проявлявшийся в учете количествапринявших православие лютеран иреформатов и в помощи Юстиц-коллегии вэкспертизе конфессиональных делнеправославных христиан. Исполнительскуюинициативу Синода, конечно же, сковываликак отсутствие регламента егодеятельности, так и обстоятельства явногоприоритета других правительственныхструктур перед статусом самой «духовнойКоллегии», с первого года своегоучреждения не имевшей возможности правареального воздействия ни на один способсамовыражения иноверцев в России. Хорошозаметна тенденция резкого сниженияколичества рассматриваемых Синодом делпротестантов во второй половине столетия,что объясняется процессами полногоперехода функций контроля задеятельностью иноверцев непосредственно введение Юстиц-коллегии лифляндских,эстляндских и финляндских дел.

Характеризуя ситуациюскладывания взаимоотношений органовроссийской власти с протестантами, автордиссертации отмечает, что факторотсутствия четкой, специальноразработанной функциональной схемы связеймежду государством и общинами в течениевсего столетия, в целом, не сказывался накачестве самих отношений – основные проблемыдеятельности приходов (их развитие ­и свободапроведения служб) были решены манифестамимонархов об иноверцах; ситуации выходаотдельных ­лютеран и реформатов за рамкилегитимного поля гражданской иликонфессиональной жизни рассматривались вЮстиц-коллегии лифляндских, эстляндских ифинляндских дел и Сенате. Синод же де-фактоиграл роль консультирующего органаКоллегии с правом внешнего контроля заорганизациями протестантов и решениявопросов перехода кого-либо из них вправославие.

В 1760–1770 гг. деятельностьлютеранских и реформат­ских общин в России инепосредственно в Петербурге былапоставлена под формальный надзор состороны государства. Формировавшаясясистема судопроизводстваконфессиональных дел протестантовсущественно отличалась от сложившихся вЗападной Европе традиций контролявластями религиозной жизни граждан – все полномочиясудебных разбирательств и вынесенияприговоров по вопросам внутриобщиннойжизни или нарушения предписанийчиновников были переданы органуправительства, находившемуся всубординационном подчинении у Сената.Наступила по­следняя фаза процесса«встраивания» общин в целостную структуругосударства абсолютистского типа,завершившаяся изданием системного рядазаконодательных актов о протестантах впервой половине XIX в.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 9 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»