WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Тесные контакты обусловили взаимную инкорпорацию этнических компонентов двух народов. Сами казахи связывают с башкирами происхождение родов естек и кос истек в их составе. Истек известен как экзоэтноним башкир, который существует у соседних народов и в настоящее время. На территории Западного Казахстана находятся река и гора Кос-истек, на вершине последней по преданию похоронены два башкира, сторожившие свои земли за Уралом от набегов казахов. Включение части башкир в состав западных казахов произошло в результате казахских набегов, когда пленные башкиры, не сумевшие выбраться из казахской степи, ассимилировались в среде казахов. Оставались у казахов и башкиры, бежавшие к ним от российских властей в период восстаний. У башкир Восточного Оренбуржья часто встречаются родовые подразделения казах. В д. Байказак Тукумовы, д. Мало-Чураево Туктагуловы, д. Идельбаево Кудашевы, д. 3-е Юмагузино Тагировы считают себя потомками казахов.

В первой половине XIX в. частым явлением стали переходы казахов Младшего Жуза на башкирские земли, вызванные обострением внутриполитической борьбы и сильнейшими джутами. Обедневшие казахи селились в башкирских деревнях и нанимались в работники к состоятельным башкирам, а со временем записывались в башкиры. По данным 7-й ревизии в команде кантонного начальника 9-го кантона капитана Куватова в 16 деревнях находилось 54 душ мужского пола казахов. Среди переселившихся казахов были и потомки пленных башкир. В 20-х гг. XIX в. наблюдается обратный переход казахов, причисленных в башкирские селения, на прежние места жительства, однако некоторые семьи остались жить среди башкир.

В §4 рассматриваются взаимоотношения башкир с переселенческим земледельческим населением (XIX–XX вв.). Эти отношения в корне отличались от контактов с кочевыми народами. Они пришлись на период перехода оренбургских башкир к смешанной скотоводческо-земледельческой форме хозяйства и способствовали перениманию навыков земледелия.

Возникновение первых русских поселений на территории Оренбургской области было связано с основанием здесь линии крепостей в 1734–1743 гг. Большая же часть переселенцев обосновалась в 1871–1901 гг., когда происходила массовая колонизация юго-восточных башкирских земель. За этот период башкиры Усерганских волостей потеряли 2/3 своих земель. На территории Гайского и Кувандыкского районов переселенческое население было в основном украинским. Оно оказало большое влияние на хозяйство башкир, местные башкиры перенимали у него опыт ведения земледельческого хозяйства.

Значительную долю переселенцев составили татары, преимущественно выходцы из Казанской губернии. Первые татарские поселенцы в Восточном Оренбуржье селились на пограничной линии – в редутах и крепостях. В 1744 г. под Оренбургом на речке Каргале торговыми татарами было основано одно из первых татарских селений – Сеитова (Каргалинская) слобода. С ее разрастанием некоторые жители переселялись в населенные пункты Оренбургской пограничной линии, в том числе, в деревню Чесноковку, Никольский и Гирьяльский редуты. Татары причислялись и в башкирские населенные пункты, поселяясь там в качестве припущенников. Процессы ассимиляции между ними носили двоякий характер, иногда изначально башкирские деревни в результате преобладания татарского населения становились татарскими, как, например, Юлгутлино, Кульчумово, Узенбаево. Характерной чертой процесса формирования оренбургских татар является участие в нем ногайцев и башкир. Иногда часть татар вливалась в состав башкирского населения и постепенно обашкиривалась. Об этом свидетельствуют и этнонимы татар, часто встречающиеся у башкир Восточного Оренбуржья. Тесным контактам башкир с татарскими переселенцами способствовали сходство в культуре и языковая близость. Они выражались, в частности, в башкиро-татарских браках, фиксирующихся уже с середины XVIII в., в совместном расселении.

В третьей главе исследуются традиционное хозяйство и традиционное строительство башкир Восточного Оренбуржья в XVIII–XIX вв.

В §1 рассматривается развитие скотоводства у этой группы. Существенное влияние на ход развития хозяйства оренбургских башкир оказало проникновение и массовое расселение в крае русского населения, в ходе строительства Оренбургской пограничной крепостной линии на юго-восточной окраине Башкирии в 30-х гг. XVIII в. Эта линия, окончательно закрепившая южную границу башкирских кочевий по правому берегу р. Урал, лишила южных башкир возможности вернуть свои пастбища по рекам Илек и Орь, занятые к этому времени казахами. В результате сокращения пастбищных угодий появляется необходимость в заготовке корма на зиму для части скота. Вначале заготавливали сено только для крупного рогатого и рабочего скота, а лошади и овцы продолжали круглогодично находиться на подножном корму. Но уже во второй половине XIX в. их стали частично переводить на сено. В XIX в. даже в благоприятные годы в степной местности лошадей подкармливали около месяца, а жеребят и крупный рогатый скот еще дольше. В лесостепной местности значительную часть скота зимой кормили сеном и соломой. Несмотря на это, в течение всего XIX в. сенокошение оставалось лишь дополнительным средством для содержания скота.

Полукочевое скотоводство в традиционном виде сохранялось до середины XIX в., то есть до начала активных мер, предпринятых администрацией края, по переводу башкир к оседлости. В ведомостях 1841–1842 гг. все башкиры Восточного Оренбуржья показаны «жительствующими на собственной земле» и лишь в летнее время выходящими на кочевье. Но уже в 40–50-х гг. XIX в. происходит заметное сокращение пастбищных угодий юго-восточных башкир и, как следствие, резкое уменьшение поголовья скота. Переход к земледелию проходил с большими трудностями, поскольку башкиры тяжело переживали отказ от привычного, веками сложившегося образа жизни.

Основой скотоводческого хозяйства башкир было коневодство. На втором месте по значимости в составе стада находились овцы и крупный рогатый скот. В значительно меньшем количестве разводились козы, их значение возросло лишь в XX в., когда в Оренбуржье стал активно развиваться пуховязальный промысел, навыки которого переселенцы переняли у местных башкир. Незначительную долю в стаде составляли верблюды, разведению которых не благоприятствовали природные условия предгорий Южного Урала. Вероятно, верблюды появлялись в башкирском хозяйстве в ходе контактов с казахами.

Сокращение количества скота сопровождалось изменением состава стада Недостаток пастбищ для лошадей, находящихся круглогодично на подножном корму, приводил к уменьшению доли их в стаде; в то же время развитие сенокошения создавало благоприятные условия для разведения крупного рогатого скота, а также овец и коз. В 1876 г. в среднем на один двор приходилось 7 лошадей, 3,7 голов крупного рогатого скота (с молодняком), 3 овцы и 1,5 козы. Но распределение их по деревням было неравномерным. В степной местности на двор приходилось более десяти голов лошадей, а лесостепной были деревни, в которых на двор приходилось менее четырех голов лошадей.

Раньше башкиры, имея постоянные зимние поселения, кочевали по сезонным пастбищам с весны до поздней осени, а с наступлением зимы возвращались в жилища. Место проживания на летовке называлось торлак («торла»). Традиционная юрта («тирм») в начале прошлого века сменяется на более простой по устройству шалаш («ыуыш») из жердей, крытых сеном, камышом, шкурами, войлоком. С развитием земледелия при выходе на кочевку приходилось ждать окончания весеннего сева и выезжать из деревни лишь в конце мая – начале июня. Возвращались с летовок также раньше для того, чтобы успеть собрать и обработать урожай. Со временем в деревне начали оставаться те, кто не имел скота. Они на лето нанимались в работники к русским и украинцам в соседние деревни.

В середине XIX в., в одной местности кочевали башкиры разных родов, так как кочевание по родовому принципу не могло уже соблюдаться вследствие сокращения размеров пастбищ. В течение лета башкиры несколько раз меняли места стоянок по мере использования пастбищ. Со временем дальность перекочевок башкир сократилась всего до 2–3 км, а в последние годы существования выходов на летовки, в начале XX в., местами до 1–1,5 км.

Башкиры для обозначения личного скота издревле ставили на нем метки. На крупе лошади раскаленным железным тавром выжигалась тамга («тама») хозяина, а у крупного рогатого скота, овец и коз делались надрезы на ушах («ин»). Если тамги вышли из употребления, то надрезы сохраняются повсеместно, в основном в мечении крупного рогатого скота. Овец и коз чаще помечают цветными лоскутками ткани. Скотоводческие традиции оказались наиболее устойчивыми в обрядовой сфере.

В §2 проанализировано развитие земледелия в XVIII–XIX вв. Оно в крае стало активно развиваться в 30-х гг. XVIII в., с появлением первой волной оседлого земледельческого населения. Наличие посевов у башкир в XVIII в. подтверждается многочисленными документальными источниками. Толчком к развитию земледелия у башкир стала земельная политика правительства, которое сразу же после укрепления в крае взяло курс на перевод башкир к оседлости. Следующий этап в развитии земледелия связан с массовым переселением в край крестьян из центральных и южных губерний. Соседствуя с земледельческим населением, башкиры поначалу сдавали земли в аренду, а затем, постепенно, сами перенимали у него многие навыки земледелия. Плата, получаемая за аренду, позволяла им приобретать посевной материал и орудия труда.

В XIX в. башкирами выращивались яровые: просо, ячмень и овес, в меньшем количестве пшеница. Лен и конопля возделывались в небольшом количестве, они применялись в ткачестве. В конце XIX в. влияние этнокультурных традиций на состав возделываемых культур снижается, преобладающее положение стали занимать пшеница и ячмень. Так, в первом стане Орского уезда ежегодно засеивали 72% пшеницы, 18,6% овса, 4,2% ячменя, 3% проса и 2% озимой ржи.

В начале XX вв. выработалась определенная система ведения земледельческого хозяйства. Огороженные посевы находились рядом с деревней, иногда всего в 1–2 км. Основным пахотным орудием был деревянный плуг («уа») с колесчатым передком и одним лемехом («дрн»), с железным наконечником без отвала. Бороновали рамной бороной с деревянными (дубовыми), а позже, железными зубьями («аас тырма тимер тешле»). В качестве тягловой силы использовали быков, реже – лошадь. Сев и жатву производили вручную. Сжатый хлеб связывали в снопы («клт») при помощи соломенного жгута. После просушки зерно везли на гумно («ырын»), где складывали его в стог («кбн»). Для молотьбы выбирали ровное место рядом с речкой, убирали дерн, поливали открывшуюся землю водой и утрамбовывали ее, затем покрывали соломой. Первое время при молотьбе больше использовали лошадей, позже по примеру переселенцев стали пользоваться молотильным камнем – катком, привязанным к лошади. Зерно хранили в плетеных из тальника корзинах («аласа»), обмазанных глиной и коровьим пометом. При обработке зерна использовались деревянные ступы («киле»), ручные каменные зернотерки («таш тирмн/тигермн»), деревянные жернова («аас тирмн/тигермн»). В настоящее время во многих деревнях сохранились каменные зернотерки, которые иногда используют для приготовления национальных блюд, таких как «талан» (толокно), «ент» (высушенные и истолченные ягоды). В конце XIX в. в большинстве деревень имелись 1–2 водяные мельницы, реже встречались ветряные мельницы.

В §3 дана характеристика традиционного строительства хозяйственных и жилых построек. Строительным материалом, в зависимости от района проживания башкир, служили лес, саман, плетень, камень, дерн. Наибольшее распространение получил саман – сырцовый кирпич из глины вперемежку с соломой. Как правило, он применялся в строительстве жилых построек, а во второй половине прошлого столетия и в хозяйственных постройках взамен простым плетневым постройкам. Саман в условиях недостатка древесины являлся оптимальным строительным материалом, который можно было изготовить в любой местности. Дерево в саманных постройках употреблялось только в качестве опорных столбов и наката крыши. Саманные дома при соответствующем уходе – ежегодном обмазывании и побелке – служат 50–60 и более лет. По словам информаторов, в степной местности они лучше деревянных, так как летом в них прохладнее, а зимой теплее. Это обеспечивается хорошими теплоизоляционными свойствами саманного кирпича благодаря воздушной прослойке. Саманные постройки все еще сохраняются в большом количестве в некоторых башкирских селах Оренбургской области. Население хорошо знает весь процесс саманного строительства, состоящий из подготовки глиняного раствора и изготовления саманных блоков с помощью специальных форм («алып»), их сушки, возведения стены, кровли, и обмазки стен глиной. В соответствии с обычаями взаимопомощи у башкир («м») на различных этапах строительства хозяевам помогали от 20 до 50 человек. При строительстве соблюдались традиционные обряды: закладывание монет, реже кусочков овечьей шерсти в углы фундамента; обряд угощения маслом участников помочи при закладывании фундамента («ниге майы»).

В лесостепной части Кувандыкского и Саракташского районов большее распространение имели бревенчатые дома, построенные с помощью пазовой техники. На строительство в основном шли местные осина и тополь, реже сосна, сплавлявшаяся по Сакмаре из Башкирии. В более позднее время стала применяться обмазка и побелка стен деревянных домов, так что по внешнему виду они мало отличались от саманных.

Хозяйственные постройки возводились большей частью из плетня, для которого использовали в обилии произраставший прибрежный тальник. Реже из плетня строили жилые дома. Строительство плетневых построек было менее трудоемким – по периметру дома на расстоянии полуметра вбивали колья, которые затем оплетали лозой и обмазывали глиной с внутренней и с наружной стороны. Снаружи по углам и посередине длинной стены строения были врыты массивные столбы – опора потолка и крыши. Очень редко, но все же встречались дома из кизякового кирпича и дерна. Также в строительстве применялся камень, из него в основном клали сараи и другие хозяйственные постройки.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»