WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 |

В этом случае негативность представляется трехаспектно как ситуация перехода бытия через границу. Во-первых, бытие абсолютной субъективности в момент выхода предъявляет себя в исчерпанности, из-веденной возможности существования и предстает в ставшести как нечто завершенное, объективированное, в конечности. Здесь зло бытия проявляет себя как «зло конечности», распада и утраты целостности. Во-вторых, движение бытия как из-бытие собственной сущности мо­жет задаваться в состоянии, когда бытие «уже» вышло из самого себя. Устанавливается тождество бытие=не-бытие, которое осуществляется на границе. Бытие представляется здесь ограниченным, задаваясь как «пустое место». Зло заявляется здесь как чистое отсутствие, не-хватка бытия, чистый «разрыв», как «зло не-бытия». Наконец, в-третьих, тож­дество бытия и не-бытия может пониматься как их совпадение, неразличенность. Это приводит к полной неопределенности существования и не-существования, негативности и позитивности. Зло обнаруживает­ся в конструкции «зло неопределенности».

Абсолютная субъективность проходит стадии самоопределения в конструктах негативности, которые понимаются как различные ста­дии реализации принципа зла. Первичная граница самоопределения устанавливается как внутреннее самоограничение бытия, маркирую­щееся как «метафизическое зло». При объективации субъективности эта граница предъявляет себя как «зло природное». Вторичная граница самоопределения устанавливается как внутреннее самоограничение природной тотальности, выделяющее социальный мир как целое из тотальной субъективности. Тотальность социального противополагает­ся природной тотальности так, что существование метафизического зла определяется во вторичном отношении границы как отношение при­родного и социального, продуцирующем конструкт «социального» зла. Наконец, необходимо помнить о существовании «третьей» инстанции определения субъективности, которой оказывается граница. Ее суще­ствование парадоксально, ввиду того, что она одновременно и негатив­на и позитивна. Бытие границы может быть задано конструктами пози­тивной негативности и негативной позитивности. Персонификация складки абсолютной субъективности выражается в точке конечного субъекта, т.е. человека.

Таким образом, метафизика зла задается традиционно через аб­солютное бытие, где абсолютная субъективность самоопределяется в конструктах негативности.

Во втором параграфе «Самоопределение человеческой субъективности в структурах негативной дискурсивности» иссле­дуется феномен делегации, в которой существование субъекта подвер­гается радикальному сомнению, осуществляясь на пределе непредста­вимого социального бытия как отсутствия Другого в его инаковости.

Самоопределение субъективности происходит через противо­положение, которое всегда условно отрицательно. Отрицание оказыва­ется всего лишь состоянием субъективности, которое позволяет от­крыться его тотальности через множество единичных состояний как объективации субъективного. Оно становится границей определения позитивности бытия и существует как «зло отрицания».

Опыт создания системы рассуждений, в основание которой по­ложен принцип чистого отрицания представлен в философии Ж. Батая. Позитивный дискурс человека о Боге предъявляет самого человека на пределе его существования, поскольку он познает Бога только в конеч­ности собственного присутствия в мире. Отрицая существование Бога, человек отрицает, прежде всего, самого себя. Он оказывается за преде­лами возможностей, обнаруживая в себе бесконечную силу отрицания, «безработную негативность». Человек осуществляется в ежемоментном «бытии-к-смерти». Смерть оказывается необходимой возможно­стью человеческого существования, отсутствие, которое ни на миг не покидает его.

Так, декартовский тезис «Я есть» преобразуется в отрицатель­ное утверждение «Я не-есть». Неудостоверенность собственного суще­ствования, возникающая на пределе отрицания, приводит к отрицанию любого другого «Я», или к отрицанию Другого. He-существование че­ловека существует как «безусловное зло конечного», которое проявля­ет себя в установлении предела беспредельного существования и бес­предельного знания.

Социальное бытие как бытие Другого перестает существовать при полной реализации принципа отрицания через уничтожение бытия. Отсутствие чего бы то ни было внешнего для человека, не позволяет ему выйти за пределы собственного существования так, чтобы можно было выразить протест, несогласие с существующим социальным по­рядком.

Социальное целое в его не-различимости обретает состояние безразличности, чистого отсутствия субъективности, которая оказыва­ется выведенной из местоположения социального.

Самоопределение человеческой субъективности в структурах знания осуществляется через установление самотождественности субъ­ективности в точке познающего субъекта Свободное движение потока мышления ограничивается необходимостью так, что возникает не­свобода, которая ощущается субъектом как зло ограничения, зло ко­нечного.

Таким образом, принцип нигилизации, внесенный в социаль­ный дискурс, предъявляет социальное бытие на пределе без-раз-личия, когда утрачивается индивидуальная различенность, инаковость Друго­го. Социальное зло проявляет себя в попытках невозможного самооп­ределения, когда все границы социальных структур утрачиваются, рас­сеиваются, дессеминируют. Насилие становится без-личным, происхо­дит общая криминализация общества, проявляющая себя в актах ван­дализма и повседневного экстремизма.

Во второй главе «Парадоксальность социального бытия на пределе» исследуются способы существования социального бытия че­рез конструкт «граница».

В первом параграфе «Пределы дискурса позитивности в конструктах социального бытия» современный постмодернистский дискурс обнаруживает исчерпанность традиционных метафизических представлений о бытии.

Это проявляется в установлении ряда пределов. Для дискурса позитивности такими пределами оказываются: «смерть» субъекта, «ко­нец» истории, «утрата» смысла.

Установление дискурса позитивности на пределе существова­ния смысла задает обращение к негативной дискурсивности для того, чтобы открылись новые возможности его существования. Бытие рас­ширяет свои пределы, рефлексируя Ничто как опыт бытия-вот или Dasein. При этом происходит возвращение субъективности в ее опре­деленности, где граница определения всегда принадлежит имманенции мышления. В противном случае процесс объективации бытия заверша­ется полным опредмечиванием социального, которое субстанциализи­руется, превращаясь в социальную действительность. Эссенциализация социального может принимать характер существования природных объектов. Структура социального реифицируется, овеществляясь в со­циальных отношениях, понятых как структура социальных практик. На пределе объективации общество отождествляется с социальным орга­низмом, с некой природностью. Абсолютная субъективность оконча­тельно объективируется в застывших структурах социального порядка Социальное бытие превращается в технологию жизни, где человек ста­новится «машиной желания», «Великим Автоматом». Протест соци­альных индивидов принимает форму отказа от рациональных техноло­гий оптимизации человеческого существования. Социальная общность устанавливается на основе принципа траты. Актуализация возможно­стей, заключенных в социальном бытии сопровождается их утратой. На пределе реализации социального бытия, возможности его существова­ния утрачиваются. Существование за пределами возможностей расце­нивается как акт трансгрессии в его обратном движении, т.е. действие ретрогрессии, не имеющей определенной цели. Связность общества рассыпается в тотальной дисперсии социального на множество инди­видов. Существование каждого из них за пределами социального не имеет смысла, невыразимо на языке социальной реальности. Происхо­дит терроризм социального в формах социального зла как «террора».

Таким образом, дискурс позитивности в постмодернистских концепциях выводит социальное бытие на предел своего существова­ния.

Во втором параграфе «Бытие социального на границе в конструктах «свое» и «чужое»» определяется онтология границы в отношении «свое-чужое».

Онтологическое понимание границы может быть представлено как характеристика некоторых форм и способов бытия, становления и изменения бытия, т.е. как динамический момент в бытии, а также спе­цифическое положение в бытии, особый онтологический статус, пре­дельное состояние.

Структурирование социального через границу происходит че­рез отношение нормы и аномалии социального существования. Появ­ление аномалий, как правило, свидетельствует о возникновении струк­тур новых порядков. Состояние перехода может быть квалифицирова­но через амбивалентность анархии, когда прежний социальный поря­док уже не существует, а новый еще не утвердился. Изменения возни­кают на краях порядков.

В классическом представлении антитезой порядку оказывается социальный хаос (ничто). В современном понимании налично сущест­вующий социальный порядок всегда оказывается всего лишь одним из множества вариантов.

Возможность существования в структурах гетерономного по­рядка социальности осуществляется, как если бы какой-то порядок су­ществовал иным способом, то есть был «чужим».

Здесь самоопределение «я» всегда происходит через границу «чужого», которое обнаруживается в процессе самопонимания «я», и структурируется в вопросно-ответной форме диалога. Ответ всегда имеет смысл только в направлении вопроса, соответственно, чужое, выраженное в чужой претензии как вопросе, теряет свою чуждость в ответе. Напряженность диалога задается в границах вопроса и ответа в правила сбывания смысла. Мое притязание есть по существу, притяза­ние ко мне. Эта точка существует как граница, точка «между».

Граница как феномен, существующий «между» «своим» и «чу­жим», становится основным объектом анализа на современном этапе развития мышления. Основной трудностью, которая возникает в пони­мании границы как «между» служит традиционное представление о границе как некоем «третьем», существующим за пределами «своего» и «чужого». Тогда граница как «третье» становится чем-то реально существующим в некоторой «за»-предельной области. Происходит ее абсолютизация посредством двойного трансцендирования.

Возможен вариант определения социального как целого через границу, или через ее существование на пределе так, что ее бытие со­храняется в своей целостности и определенности и не превращается в «отсутствие». Этот способ, по нашему мнению, реализуется в герме­невтическом подходе с использованием метода субъект-объектного тождества.

Действительно, социальное как целое существует на границе в себетождественности собственного бытия так, что ее существование как «уже» исполненное в своем бытии и «еще» не исполненное в своем не-бытии, оказывается пустым в не-исполненности и полным в исполненности бытия. Бытие существует, следовательно, в со-в-местности своих состояний, когда не-полнота бытия способна полностью вме­стить в себя всю полноту бытия. Другими словами, со-бытие бытия социального, предъявленное в различенности своих состояний на пре­деле «свое»-«не-свое» как «свое»-«чужое», существует в со-в-местности или тождественности «свое»-«чужое» только в том случае, когда целостность бытия сохраняется в точке со-бытия. Этот способ позволяет не выделять «свое» и «чужое» как отдельно существующие сущности, разделенные «третьей» абсолютной сущностью или беско­нечной границей, исчерпывающейся в определениях противоположных сторон. Напротив, в нашем случае, граница сохраняет собственное бы­тие как целое, способное определяться во множестве состояний так, что каждое из них предъявляет себя в точке определения или в месте имени.

В существовании на пределе это отношение предъявляет опус­тошенность смысла «своего» в состоянии объективированности, когда позиция безрефлексивного существования «своего» оказывается как бы «естественной», следующей порядку вещей, самолегитимированной. Здесь объективированный смысл социального соответствует природности, т.е. тому, что является, по существу, не-социальным. Социаль­ное становится пустой формой и предъявляется только в имени «обще­ство». Обнаружение этого состояния является не-возможной возмож­ностью существования социального, которая открывает пространство его языкового бытия как пространство самоименования. «Не-свое» именуется синонимом «чужое». Появляется возможность выражения смыслов «своего» языка в метафорическом отношении «свое»-«чужое».

Таким образом, со-в-местность определения в точке со-бытия бытия социального манифестируется в именах «своего» и «чужого» в метафоре, смысл которой самоопределяется как деятельность мышле­ния в процессе самоименования социального бытия как целого, т.е., в самообращении социальной реальности в местоименных структурах диалога «Я»-«Ты».

В третьем параграфе «Самоопределение социального в дис­курсах ангажированности и критики» показан способ определения социальной субъективности через радикальное отношение к социальной объективности посредством дискурсов социальной ангажирован­ности и социальной критики. Оба дискурса очерчивают пространство существования социального поля, определяя внутренние смыслы соци­ального. Особенности существования социального объекта, состоящие в том, что, во-первых, он неотделим от исследующего его субъекта, а во-вторых, необходимо должен отождествляться с социальной дейст­вительностью, определяют его в его парадоксальности, устанавливая на границе социального поля. Социальный объект оказывается сущест­венно децентрированным в границах социального существования. Возможность отождествления социального объекта с социальной дей­ствительностью является «естественной» установкой наивного социо­логизма, который не учитывает внутреннюю и внешнюю ангажирован­ность исследователя социальной практикой и социальной дискурсивностью, соответственно. Ввиду того, что субъект способен осознавать собственную ангажированность, он может дистанцироваться от «здра­вого смысла», растворенного в повседневности. Дистанцирование по­зволяет выделить границу, разделяющую субъект и объект, так что са­ма точка ограничения оказывается имманентной точкой субъективно­сти. Возникает дискурс критики в поле социальной реальности. Крити­ческий дискурс как дискурс негативности отрицает полную ангажиро­ванность исследователя существующими дискурсивными практиками, утверждая его позицию в коммуникативном исследовательском поле, существующих точек зрения.

Pages:     | 1 || 3 |






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»