WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

загрузка...
   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

Истец интерпретирует событие в целом как субъективно-пережитое знание, основываясь на экспрессивности речи. Интерпретация истца сопряжена с интенсификацией субъективно-интерпретационной деятельности, результатом которой является расширение понятия «унижение чести». Расширение понятия «унижение чести» находит отражение в оспаривании истцом высказываний, имеющих признак «постоянное свойство лица», или «типичные черты поведения лица». В результате расширенного подхода к интерпретации понятия «унижение чести» истцом возникает логический «перекос», вследствие которого пострадавший принимает высказывание-мнение за косвенное утверждение о факте. Ср.: все врачи санэпидемстанции — взяточники.

Интерпретируя то или иное высказывание, ответчик высвечивает другие нюансы текста, не замеченные истцом. Ответчик исключает из интерпретации составляющую «индивидуально-психологическое восприятие истцом» и активизирует составляющую «общественно-значимый признак высказывания». Ср.: взяточничество в службе санэпидемстанции мешает нормальному развитию предпринимательства. В результате ослабления одной характеристики и интенсификации другой в интерпретации ответчика происходит ротация смыслов высказывания с семы «индивид» на сему «общество».

Главной прагматической составляющей интерпретационной деятельности эксперта является направленность на научное объяснение феномена унижения. Обращение лингвиста к строгим научным аргументам делает для него нерелевантным четвертый этап — интенсификацию субъективно-интерпретационной деятельности. На пятом, завершающем этапе, связанном со смыслопостроением, эксперт сохраняет тот объем понятия «унижение чести», который соответствует научному подходу к анализу понятия. Ср.: отсутствует указание на конкретного врача, против которого выдвигается обвинение в получении взятки высказывание не порочит истца.

Анализируя высказывание, судья стремится рассмотреть его вне контекста. Интерпретация судьи отсекает высказывания-мнения и активизирует составляющую «фактологический состав высказывания». Дискурсивная характеристика — психологическое состояние истца — остается нерелевантной для интерпретации судьи, вследствие чего результатом его интерпретации является, как правило, сужение объема понятия «унижение чести». Ср.: данное высказывание отражает мнение членов общества о сложившейся практике проверки предпринимателей врачами санэпидемстанции указание на конкретные факты отсутствует высказывание не подлежит опровержению.

Интерпретация судьи направлена на разграничение факта и мнения. Судья может квалифицировать унижение, если оспариваемая информация проецируется на такие признаки, как нарушение, поступок, поведение, деятельность. Большая группа значений, связанных с характером и личными качествами истца (26,3%), не учитывается судьей. Как правило, не подлежат опровержению в суде такие фразы: Как тягаться с умом и сообразительностью с человеком, мелькающим на страницах газет в обнимку с сиротами Благодетель. Уверенный в собственных силах депутат. Оценочные суждения являются выражением субъективного мнения и взглядов говорящего и не подлежат верификации. Ограничение пределов толкования судьи уменьшает шансы истца на восстановление униженной чести и достоинства.

Однако не всегда дихотомия факты — мнения является единственным ориентиром для интерпретации понятия «унижение чести» судьей. В отдельных случаях отклонение от принятой в суде схемы интерпретации может быть объяснено различными дискурсивными параметрами (см. этап 3). Дискурсивные (внелингвистические) параметры отражают «фоновые» знания участников процесса, без учета которых трудно понять и истолковать речевой акт унижение.

Нами установлены случаи, когда в суде опровергались высказывания-мнения. Например, «Губернатор поставил на должность и.о. мэра города послушного и легко управляемого Шубина». В таких случаях уклонение судейской интерпретации от общепринятого канона «разграничение фактов и мнения» можно объяснить властноресурсным параметром, означающим высокий социальный статус истца. Удовлетворяя иск, судья применяет расширенное толкование понятия «унижение чести», принимая во внимание высокое социальное положение истца и его близость к губернатору.

Наиболее значимыми дискурсивными параметрами являются те, которые отражают статус и психологическое состояние участников конфликта. Так, социальный параметр учитывает принадлежность конфликтующих сторон к определенным социальным группам (пенсионеры, рядовые работники, политики, государственные служащие и др.), психологический же отражает внутренние характеристики состояния индивидов в конфликтной ситуации. Каждый участник процесса мотивирует интерпретацию высказывания своим набором дискурсивных параметров (характеристик). Например, истец апеллирует прежде всего к психологическому (неуживчивый, конфликтный характер) и социальному параметрам (социальный статус пострадавшего), ответчик — общественно значимому (важность обсуждаемого вопроса для общества) и профессиональному (информирование и воздействие на общество), эксперт — научному, судья — правовому.

В расширительном толковании понятия «унижение чести» истцом и ограничительном — судьей проявляется его каучуковая природа. Произвольное изменение объема понятия свидетельствует о том, что оно не имеет четких границ. На языке юриспруденции такие понятия именуются «каучуковыми» терминами [Брагинский, Витрянский 2005]. Их особенность заключается в том, что они способны растягиваться в разных направлениях. Именно по этой причине невозможно установить единообразно объем искомого понятия «унижение чести». Существование в праве подобной категории объясняется стремлением законодателя предоставить суду возможность самому определить объем понятия в конкретной ситуации. Данный посыл законодателя согласуется с нашим выводом о том, что понимание конфликтогенного текста лежит не только в плоскости самого высказывания, но выходит за рамки текстовой материи в широкий экстралингвистический контекст. «Растягивая» либо «сужая» понятие «унижение чести», судья дополняет/ослабляет интерпретацию рядом дискурсивных характеристик, что находит отражение в судейском усмотрении — этап 3.

В теории права действует такой принцип интерпретации, согласно которому всякое сомнение при толковании закона должно разрешаться в пользу подсудимого. Неоднозначное понятие «унижение чести», характеризующееся неопределенность объема значения, обусловливает некоторые особенности судебной практики, в частности, возможность для судьи разрешать сомнение в пользу ответчика.

Отмечается большое разнообразие в способах передачи понятия «унижение чести». Основными средствами выражения понятия являются косвенные характеристики истца и его деятельности. При толковании конфликтогенных высказываний стороны обращаются к контексту как способу выявления значения языковых единиц. В этом кроется основное отличие понятия «унижение чести» от понятия «оскорбление». Оскорбление выражается средствами прямой номинации с резко отрицательным значением, и, как правило, не требует обращения к контексту. Например, тотально свиноподобный Андрияшка И., слыхали про такого депутатишку Нет Ну и пес с ним…

Журналисты применяют речевые тактики непрямой коммуникации (импликативная, насмешливая, издевательская, провокативная, шутливая), каждый раз предоставляют истцу широкое поле для толкования спорных слов и выражений, т.е. множественный выбор интерпретации. Следствием такой вариативности могут стать самые неожиданные ассоциации и умозаключения истца относительно спорных выражений.

В заключении подводятся итоги, обобщаются результаты проведенного исследования.

В ходе судебного разбирательства становятся различимыми четыре позиции по отношению к анализируемому понятию. Во мнении каждой из сторон — истца, ответчика, эксперта, судьи — подчас выражается соответствие оцениваемого факта не действительности, не объективному миру, а субъективным понятиям и представлениям человека, группы людей. Поэтому следует признать, что природа понятия «унижение чести» имеет относительный характер. Понятие «унижение чести» отличается тем, что оно представляет собой некую меру, от которой стороны отталкиваются при определении значимости обстоятельств, характеризующих конкретный случай. Данная языковая конструкция имеет эластичный характер. При своей способности растягиваться, она подвержена определенной оценке, что делает данное понятие оценочным. Такое гибкое понятие с нечеткими границами по существу не может эффективно функционировать в сфере права. Вместе с тем установление объема понятия «унижение чести» возможно, однако при том условии, если в каждом конкретном случае будут учтены внелингвистические факторы, в частности ситуация, в которую «погружено» слово.

Унижение — субъективно, т.е. присуще только данному субъекту, лицу. Характеристика «черствый» может быть унизительна для одного чиновника и безразлична для другого. В суде происходит беспристрастное рассмотрение дела на основе объективных критериев. Объективных критериев субъективной категории унижения не может быть, что обусловливает сложность юридической квалификации данного понятия. Унижение — категория скорее нравственная, чем правовая.

На наш взгляд, степень достоверности определения высказывания на шкале «унизительно/неунизительно» зависит от того, с какой степенью полноты эксперт учитывает экстралингвистические параметры текста, что предполагает обращение к ситуативно обусловленному анализу слова.

Текст получает свое реальное наполнение и адекватное осмысление через выход в экстралингвистическую реальность — ситуацию. Следует признать, что текст выражает содержание в большей степени, чем совокупность составляющих его единиц: текст не только результат речи, но и процесс речи, включающий совокупность условий речепроизводства. Правильная интерпретация конфликтогенного высказывания предполагает изучение ситуативно обусловленного слова, что предполагает применение экспертом ситуативно обусловленного подхода к лингвистическому исследованию.

Ситуация понимается нами как широкий экстралингвистический фактор, включающий в себя все корреляты: обстановку и место коммуникативного акта, социальные, идейные, индивидуально-психологические характеристики участников речевого общения, межличностные отношения коммуникантов, степень распространения сведений, известность личности пострадавшего, роль прессы, досудебная характеристика конфликта, его временная протяженность.

Проведенная работа позволяет констатировать востребованность лингвистического анализа деформаций, присущих понятию «унижение чести, достоинства, деловой репутации».

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК:

  1. Краснянская Т.И. О дискурсивных параметрах концепта «честь, достоинство, деловая репутация» в лингвистическом исследовании// Вестник Челябинского государственного университета. Филология. Искусствоведение. Выпуск 16. № 20 (98) 2007. – С.93-98. 0,5 п.л.
  2. Краснянская Т.И. О некоторых особенностях интерпретации понятия «деловая репутация» участниками судебного процесса// Вестник Челябинского государственного университета. Филология. Искусствоведение. Выпуск 22. № 20 (121) 2008. – С.49-53. 0,42 п.л.
  3. Краснянская Т.И. Напряженность слова: к обоснованию юрислингвистического понятия// Вестник Поморского университета. №9. Серия «Гуманитарные и социальные науки». Архангельск, 2008. – С.62-66. 0,42 п.л.

Другие публикации:

  1. Краснянская Т.И. Диалогичность текстов судебных документов// Стереотипность и творчество в тексте: Межвуз. сб. научн. трудов/ Под ред. М.П.Котюровой; Перм. ун-т – Пермь, 2006. – Вып. 10. – С.164-176.
  2. Краснянская Т.И. Юрислингвистическое экспертное заключение: понятийные основы и правовой статус// Теория и методика профессионального образования. Проблемы экономики, управления и права на современном этапе: сб. статей и тезисов докладов науч.-практ. конференции (26 апреля 2007 г.)/ Под ред. Т.Г.Шешуковой; НОУ «Западно-Уральский институт экономики и права». – Пермь, 2007. – С.73-76.
  3. Краснянская Т.И. Судебные документы в прагматическом аспекте// Юрислингвистика - VIII: Русский язык и современное российское право: межвузовский сборник научных статей/ Под ред. Н.Д.Голева. – Кемерово – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2007. - С. 148-158.
  4. Краснянская Т.И. Особенности толкования чести, достоинства, деловой репутации// Юрислингвистика - VIII: Русский язык и современное российское право: Межвуз. сб. научн. статей/ Под ред. Н.Д.Голева. – Кемерово – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2007. – С.344-359.
  5. Краснянская Т.И. О некоторых аспектах судебного дискурса// Стереотипность и творчество в тексте: Межвуз. сб. научн. трудов/ Под ред. М.П.Котюровой; Перм. ун-т – Пермь, 2007. – Вып. 11. – С. 256-265.
  6. Краснянская Т.И. Понятия чести, достоинства и деловой репутации в юрислингвистическом аспекте// Гуманитарные науки и современность: сборник научных трудов. Западно-Уральский институт экономики и права, Пермь, 2007. – С. 98-117.
  7. Краснянская Т.И. Особенности выражения обыденного и профессионального сознания (на примере концепта «честь, достоинство, деловая репутация»)// Слово. Словарь Словесность: Петербургский контекст русистики: Материалы Всероссийской научной конференции. Санкт-Петербург, 14-16 ноября 2007 г./ Отв. ред.В.Д.Черняк. – СПб.: САГА, 2008. – С.86-90.
  8. Краснянская Т.И. О некоторых особенностях интерпретации концепта «деловая репутация» участниками судебного процесса// Научная жизнь: Научно-образовательный журнал. № 1. 2008. –М.: Изд-во «Наука». – С.83-87.

Подписано в печать 18.09.2008. Формат 60х84/16.

Усл. печ. л. 1,39. Тираж 100 экз. Заказ 428.

Типография Пермского государственного университета

614990. г. Пермь, ул. Букирева, 15

Pages:     | 1 | 2 ||






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»