WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Бочавер Константин Алексеевич

РОМАНТИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ В ЮНОШЕСКОМ ВОЗРАСТЕ:

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ПРЕОДОЛЕНИИ ТРУДНОСТЕЙ

19.00.05 – социальная психология

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата психологических наук

Москва 2012

Диссертация выполнена на кафедре теоретических основ социальной психологии Московского городского психолого-педагогического университета

Научный руководитель:                                 доктор психологических наук, профессор

               Вачков Игорь Викторович

 

Официальные оппоненты:                 доктор психологических наук, профессор, член-корреспондент РАО

               Петровский Вадим Артурович

       

               кандидат психологических наук, доцент

Дубовская Екатерина Михайловна

Ведущая организация:                Российский Государственный

Гуманитарный Университет

Защита состоится  24 мая 2012 г. в 11 часов на заседании диссертационного совета Д-850.013.01 при Московском городском психолого-педагогическом университете по адресу: 127051, г. Москва, ул. Сретенка, д. 29.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского городского психолого-педагогического университета.

Автореферат разослан «  »  апреля  2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                 И.Ю. Кулагина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования.

Исследование посвящено изучению представлений юношей и девушек о трудностях романтических отношений и способах эффективного совладания с ними. Романтические отношения представляют собой важный ресурс личностного развития в юношеском возрасте и в то же время – источник невротизации, конфликтов и деструктивных действий, вплоть до противоправных поступков и суицидов, которые могли бы быть предотвращены при условии научно обоснованной просветительской работы с молодежью, что делает данное исследование очень востребованным. Однако, несмотря на высокую социальную и научную значимость феномена романтических отношений и представлений о них, в настоящее время отсутствует весомая методологическая база для проведения исследований этого явления, а многочисленные факты, полученные преимущественно в зарубежной психологии, носят разрозненный и эклектичный характер.

Романтические отношения как форма близких межличностных отношений, обычно возникающая в подростковом возрасте и наиболее активная в юности, представляют собой существенный фактор личностного развития и достижения благополучия. Они отличаются от дружбы, любви, супружества. Романтические отношения развиваются в онтогенезе; их становление ознаменовано прохождением субъектом через трудные жизненные ситуации разного содержания и приводящие к разным исходам. В данной работе мы намеренно отказываемся оценивать эффективность совладания с трудностями романтических отношений, поскольку их сохранение как «пробной» формы близких межличностных отношений не всегда отвечает личным интересам их субъектов.

Настоящая работа реализована под влиянием прогрессивных тенденций современной социальной психологии. Прежде всего, это выраженная тенденция изучения позитивных отношений; затем, это рассмотрение отношений в динамике, как становящихся, развивающихся и затухающих; далее, это интерес к повседневным явлениям, которые и составляют основное содержание жизненного пути, требуя высокой межличностной компетентности. Все эти новые для социальной психологии явления и побудили автора определить в качестве основной исследовательской проблемы изучение феноменологии романтических отношений и представлений о том, каковы испытания этого вида межличностных отношений, а также их коррелятов, содержания и динамики.

Актуальность исследования, таким образом, определяется общественной и научной важностью работы в области нейтрализации источников угрозы близким отношениям и поиска способов сохранения романтических отношений как позитивного социального и личностного феномена. Исследование посвящено поиску ответов на вопросы:

  • Как опыт романтических отношений развивается в онтогенезе?
  • Чем различаются социальные представления о трудностях романтических отношений и их преодолении у юношей и девушек?
  • Как личностные диспозиции, важные для создания позитивных отношений (доминирование, дружелюбие, оптимизм), связаны с содержанием социальных представлений о способах совладания с трудностями романтических отношений?

Объект: представления о романтических отношениях в юношеском возрасте.

Предмет: связь представлений о психологических трудностях в романтических отношениях и способов совладания с ними в юности.

Цель исследования: изучить представления в  юношеском возрасте о психологических трудностях в романтических отношениях и способах их преодоления.

Задачи исследования:

  1. Определить место и значение романтических отношений в системе других межличностных связей субъекта.
  2. Разработать качественную исследовательскую методику «Трудности романтических отношений».
  3. Составить батарею методик и эмпирически изучить систему коррелятов социальных представлений о трудностях романтических отношений.
  4. Обобщить и проинтерпретировать результаты.
  5. Сформулировать на основании выводов практические рекомендации психологу.

Научная новизна работы обусловлена тем, что впервые в отечественной психологии фокус эмпирического исследования направлен на специфику представлений о решении  трудностей романтических отношений как формы близких межличностных отношений. Выявлены трудности романтических отношений, вызванные внешним давлением, внутридиадным и внутриличностным конфликтами. Изучена система диспозициональных и ситуативных коррелятов этих представлений, – первая группа коррелятов включает пол, доминирование, дружелюбие, уровень оптимизма, вторая задана опытом романтических отношений, актуальным переживанием симпатии и любви. Описана гендерная и ситуационная специфика социальных представлений с точки зрения их дифференцированности, содержания и делегирования ответственности за выход из трудной ситуации. Получены данные о предпочитаемых и отвергаемых стратегиях совладания с трудностями у респондентов разного пола, обладающих разным опытом близких межличностных отношений, находящихся в состоянии влюбленности разной степени.

Теоретическая значимость работы обусловлена акцентом на позитивных проявлениях межличностных отношений (в отличие от большинства работ, посвященных феноменологии проблемных межличностных отношений – агрессивности, девиантного и криминального поведения). Феномен романтических отношений изучен как самостоятельная ценность и подготовительная форма зрелых супружеских отношений, тесно связанная с дружбой, влюбленностью и другими видами позитивного межличностного взаимодействия. Понятие «романтические отношения» расширено, феномен изучен с точки зрения проявлений привязанности и любви, описан в своем становлении и в связи с особенностями подросткового и юношеского возраста, рассмотрен в комплексе с другими видами полисубъектного взаимодействия.

Практическая значимость обусловлена методическим, прикладным и социальным значением полученных результатов. Создана экологически валидная методика исследования социальных представлений о трудных жизненных ситуациях и способах их разрешения, типичных для современной российской молодежи, «Трудности романтических отношений». Анализ социальных представлений юношества о романтических отношениях, трудностях и способах совладания с ними обобщен и может быть использован в тренингах, направленных на повышение межличностной компетентности, и развивающих программах, способствующих осознанному построению аутентичных межличностных отношений, а также учтен в работе служб психологического сопровождения вузов и других социальных институтов, работающих с молодежью.

Были выдвинуты следующие гипотезы:

  1. Представления о способах решения гипотетических трудных ситуаций в романтических отношениях гендерно-специфичны.
  2. Предпочтительный способ решения гипотетических трудных ситуаций связан с опытом романтических отношений.
  3. Выбор решения гипотетических трудностей в романтических отношениях связан с личностными диспозициями: доминированием, дружелюбием, оптимизмом жизненной установки.
  4. Предпочтительный выбор совладающего поведения связан с силой симпатии и любви в актуальных романтических отношениях.
  5. Представления о наиболее эффективных способах преодоления жизненных трудностей обладают ситуативной специфичностью.

Теоретико-методологическую основу исследования составляют теория привязанности Дж. Боулби, теория социальных представлений С. Московичи, теория отношений В.Н. Мясищева, идеи С.Л. Рубинштейна о значении любви для самоактуализации личности, теория кризиса идентичности Э. Эриксона, концепция стилей любви А. Ли, концепция межличностных отношений Т. Лири, концепция триангулярной структуры любви Р. Стернберга, теория полисубъектного взаимодействия И.В. Вачкова, теория романтических отношений В. Фурмана и Э. Винер, мультисубъектная теория личностиВ.А. Петровского, а также исследования романтических и иных межличностных отношений и особенностей преодоления трудных жизненных ситуаций в теоретико-эмпирических работах Л.И. Анцыферовой, Л.И. Дементий, И.С. Кона, Т.Л. Крюковой, Е.В. Куфтяк, С.В. Несыны, А.В. Погодиной, Н.Е. Харламенковой, О.В. Хухлаевой, Л.Б. Шнейдер и др.

Методический инструментарий исследования составляют теоретико-аналитический, исследовательский, статистический методы, метод контент-анализа, экспертная оценка и пять диагностических методик: стандартизованные опросники «Диагностика межличностных отношений» Т. Лири, Г. Лефоржа и Р. Сазека в адаптации Л.Н. Собчик, «Шкала любви и симпатии» З. Рубина в адаптации Л.Я. Гозмана и Ю.Е. Алешиной и «Тест диспозиционного оптимизма» М Шейера и Ч. Карвера в адаптации Т.О. Гордеевой, О.А. Сычева, Е.Н. Осина, методика «Эссе», авторская методика «Трудности романтических отношений».

Положения, выносимые на защиту:

  1. Романтические отношения – это особый диадический вид отношений, которые как модель взаимодействия формируются обычно в подростковом возрасте, сопровождаются проявлением сильной симпатии и любви к партнеру, характеризуются добровольностью и отсутствием правовой регламентированности и проявляются в близком бескорыстном взаимодействии, взаимной поддержке, заботе, регулярном общении и сексуальной привязанности. Романтические отношения динамичны и развиваются при прохождении партнерами трудных жизненных ситуаций.
  2. Социальные представления о трудностях романтических отношений отражают проблемы давления на диаду извне (конфликты с родителями), распределения власти и эмпатии внутри диады (неумение идти на компромисс, непонимание партнера и необходимости помочь) и внутриличностные особенности одного из партнеров (страх собственной «неидеальности», эгоцентризм, неумение слушать, тревогу, связанную с недостатком опыта).
  3. Отраженные в представлениях исследуемой социальной группы предпочтительные способы преодоления трудностей романтических отношений – это поиск и анализ дополнительной информации, планирование решения проблемы, активное проявление эмпатии к партнеру, эмоциональный самоконтроль и контроль поведения, поиск компромисса, переструктурирование проблемы и сопротивление. Действия по нейтрализации психологических трудностей в романтической паре могут осуществляться разными субъектами.
  4. Представления о преодолении трудностей в романтических отношениях гендерно-специфичны. Юноши больше, чем девушки склонны к уходу от решения проблемы, выжиданию, эмоционально-ориентированным действиям и приспособлению; девушки в большей мере склонны к поиску дополнительной информации и выработке конкретных действий по преодолению трудностей.
  5. Представления о преодолении трудностей в романтических отношениях связаны с опытом индивида. Приобретение опыта отношений придает сходство представлениям юношей и девушек о преодолении трудностей. Гендерная специфика сильнее проявляется в представлениях не имеющих опыта отношений.
  6. Личностные диспозиции (доминирования, дружелюбия и оптимизма) и сила симпатии и любви в паре связаны с предпочитаемыми способами разрешения жизненных трудностей как корреляты и предикторы. Отношения, характеризующиеся слабой влюбленностью, чаще стимулируют партнеров применять малопродуктивные стратегии совладания.
  7. Предпочитаемый способ разрешения трудной ситуации в романтических отношениях контекстуален и связан к ак с личностными чертами партнеров, так и с содержательными особенностями ситуации.

Достоверность результатов исследования обеспечена методологической обоснованностью работы, проверкой теоретических положений эмпирическими методами, адекватными целям и задачам работы, применением количественного и качественного анализа с использованием методов математической статистики (критерий согласия Пирсона , коэффициент корреляции Спирмена, регрессионный и кластерный анализ, а также элементы контент-анализа, экспертных оценок).

Апробация и внедрение результатов исследования.

Материалы диссертационного исследования докладывались на Международной конференции «Психология и образование: Практика, тренинг и исследование» (Университет Ковильи, Португалия, 2009), V Межвузовской конференции молодых ученых (МПГУ, г. Москва, 2010), конференции «Мир культуры и культура мира» (МГППУ, г. Москва, 2011), VI Межвузовской конференции молодых ученых (МПГУ, г. Москва, 2011), V Съезде Общероссийской общественной организации «Российское психологическое общество»  (ПИРАО, г. Москва, 2012), рассматривались на расширенном заседании кафедры теоретических основ социальной психологии факультета социальной психологии МГППУ, нашли отражение в 9 публикациях автора, использовались в учебном курсе «Практическая психология в кросс-культурном аспекте» на факультете социальной психологии МГППУ, работе психологической службы ГБОУ Центр образования №1311 «ТХИЯ» и АНО Центр практической психологии «Эквалайс».

Структура и объем работы.

Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы, включающего 250 источников (из них 120 на английском и немецком языке). Рукопись включает 21 диаграмму, 6 таблиц, 3 рисунка и 4 приложения. Объем основного текста диссертации составляет 180 страниц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Введение содержит материалы о содержании работы, объекте, предмете, методах исследования и положениях, выносимых на защиту, раскрывает актуальность, научную новизну и практическую значимость работы.

Первая глава «Романтические отношения как особый социально-психологический феномен» содержит анализ социально-психологических исследований любви, позитивных межличностных отношений, их развития и социальных представлений о жизненных трудностях, сопряженных с романтическими отношениями.

Параграф 1.1 «Теории любви и их вклад в изучение романтических отношений» включает сопоставление категорий любви и романтических отношений. После краткого историко-культурологического экскурса рассматриваются теории зарубежных психологов: З. Фрейда и Э. Фромма, Р. Стернберга, К. и С. Хендриков, Дж. Ли, разработчика теории привязанности Дж. Боулби и его последователей, социальных психологов П. Шейвера, К. Хейзана, В. Фурмана, Э. Винер. Различается психоаналитическое понимание феномена любви, акцентирующее ее эротическое содержание, и гуманистическое, рассматривающее любовь как предмет основной жизненной потребности. Позитивная психология изучает любовь в связи с общей жизнестойкостью личности как один из главных психологических ресурсов (С. Любомирски, М. Чиксентмихайи). Среди отечественных исследователей любовь была предметом теоретического изучения (И.С. Кон, С.Л. Рубинштейн) и ряда эмпирических исследований (И.А. Джидарьян, О.А. Екимчик, С.В. Несына, А.В. Погодина и др.). Отмечая неоднозначность мнений относительно соотношения любви и романтических отношений, в качестве основного дифференцирующего их признака называется доминирование аффекта в любви, в отличие от поведенческой доминанты и взаимодействия в романтических отношениях.

В этом параграфе также представлены попытки операционализировать «любовь» как социально-психологический феномен с целью ее объективного изучения, систематизации и измерения; здесь же объясняется значение основных психологических моделей любви для эмпирического изучения романтических отношений. Дж. Ли, К. Хендрик и С. Хендрик, во многом руководствуясь терминологией и взглядами античных философов, которые выделяли шесть стилей любви (эрос, людус, сторгэ, прагму, манию и агапэ), а также предложили диагностический инструмент их измерения. Другая рассматриваемая в параграфе эмпирическая модель основана на углублении теории привязанности Дж.Боулби и М.Эйнсворт с целью понимания специфики психологической природы привязанности между взрослыми людьми. С. Хейзан и Ф. Шейвер впервые применили теорию привязанностей к изучению отношений между взрослыми людьми, выделив следующие четыре типа: безопасный (secure), тревожно-обеспокоенный (anxious-preoccupied), пренебрежительно-избегающий (dismissive-avoidant) и испуганно-избегающий (fearful-avoidant). Именно эти авторы фактически являются основоположниками современного подхода к романтическим отношениям. К. Бартоломью и Л. Хоровитц также исходят из четырех стилей, или типов привязанности, комбинируя между собой два возможных объекта рабочих моделей (Я сам и Другой) и две возможных оценки (позитивная и негативная).

Еще одна практикоориентированная модель, «Триангулярная теория любви», была предложена Р. Стернбергом. Выделив три составляющих любви (близость (intimacy), страстность (passion) и обязательства / ответственность (decision / commitment)), он описал 8 типов любви. Другие исследователи также видели возможность оценки и сравнения разных проявлений любви в поликомпонентной структуре; так, З.Рубин различал внутри отношений любовь и симпатию.

Эти работы подготовили научную общественность к возможности эмпирического изучения любви и романтических отношений в психологии, однако романтические отношения рассматривались в них преимущественно как проявление персонологического феномена, интерпретируемого с точки зрения личной жизненной истории и опыта человека, однако, вне социального контекста.

Параграф 1.2 «Изучение романтических отношений в социальной психологии» посвящен выявлению и описанию особенностей романтических отношений как межличностного феномена. К этим особенностям относятся диадичность, сильная привязанность партнеров, их высокая готовность к кооперации, поддержке и взаимопомощи, наличие общих интересов и цели, симпатии и сексуального влечения. Зарождаясь в подростковом возрасте, романтические отношения дают каждому из партнеров возможность личностного роста, новые роли и статусы, модифицируют систему ценностей, социализируют в ситуациях внесемейного субъект-субъектного взаимодействия. Они принимают на себя роль важнейшего ресурса социальных и коммуникативных навыков, гендерных и половых установок (М. Ардон, Д. Данфи, М. МакКабе, С. Фейнстейн, К. Хейзан и П. Шейвер).

Романтические отношения как форма взаимодействия развиваются интенсивно (углубление чувства привязанности между партнерами, увеличение продолжительности романа, усиление установок на верность, заботу, взаимную поддержку) и экстенсивно (увеличение количественного опыта отношений и числа партнеров). Существует несколько моделей развития романтических отношений. В. Фурман и Э. Винер предложили поведенческую схему, совмещающую задачи развития индивида и развитие романтических отношений. Эта схема предполагает наличие четырех паттернов в романтических отношениях (аффилиации, сексуального / репродуктивного поведения, привязанности и заботы). Б. Браун, Дж. Конноли и А. Голдберг создали фазовую модель развития романтических отношений, в которой выделены четыре последовательные фазы: инициация, аффилиация, интимность и преданность.

Инициация и развитие романтических отношений определяются тремя группами факторов. Индивидуальные включают тенденцию к периферизации, поиск значимых референтных персон и поддержки за пределами семьи, сформированность гетерогендерных установок, нормальное физиологическое и половое развитие, существование потребностей в признании, в аффилиации, в сексе, в общении, в заботе.

Групповые факторы – это влияние детско-родительских отношений и сиблинговых примеров на поиск партнера, социальное одобрение референтной группы ровесников, потребность занимать высокий социальный статус в группе, возможность познакомиться с партнером в пределах группы. Надгрупповые факторы романтических отношений – это социальный регламент, нравственные, культурные, религиозные ценности, запреты и табу, социоэкономические реалии, определяющие скорость социального взросления.

Развитие романтических отношений ведет к их расцвету или увяданию. Условия позитивной динамики отношений – это внутреннее сходство партнеров, доверие и стремление к самораскрытию (Р. Скиннер и Дж. Клииз). Условия увядания отношения и разрыва более разнообразны: это переживание несправедливости (Э. Бершайд, Дж. Уолстер); разочарование от превращения отношений в рутину (Д. Францескато), разрыв в интеллектуальном и культурном уровне партнеров; излишнее доминирование.

Романтические отношения сопоставляются с другими видами близких межличностных отношений: родительско-детскими отношениями, дружбой, ингрупповыми отношениями, супружеством. Отмечаются общие и специфические характеристики для каждой пары отношений; констатируется факт их взаимного влияния.

В параграфе 1.3 «Возникновение и разрешение трудностей в романтических отношениях юношеского возраста» отмечается, что главная задача юношеского возраста состоит в обретении гетеросоциальности, т.е. опыта включенности в разные социальные группы. Итог этого периода – самосогласованная жизнь с внутренней поддержкой и присутствием семьи и работы. Если это удается, субъект обретает статус «завершенной идентичности», если не удается, идентичность остается незавершенной, преходящей (Дж. Шихи). Для достижения этого продуктивного состояния необходимо пройти через психологический кризис, связанный с комплексом ответственных решений, ситуацию множественного выбора (И.С. Кон, Г.В. Бурменская, О.В. Хухлаева, О.А. Карабанова, Д.И. Фельдштейн, Б.С. Волков, Р.Б. Кузекина). Юношеский возраст отмечен острым противоречием между необходимостью осуществить множественные выборы и отсутствием необходимого опыта.

Поэтому неудивительно, что юношеский возраст характеризуется бурными конфликтами в области личных отношений, разрешению которых могут способствовать социальные представления как знание о том, что может происходить (С. Московичи).

Трудные жизненные ситуации в романтических отношениях – это обстоятельства высокой личностной значимости, сопровождающиеся переживанием беспокойства, высокой затратой психологических ресурсов, неподконтрольностью, неопределенностью, сложностью прогнозирования и принятия решения. Анализ классификаций трудных жизненных ситуаций приводит к заключению о высокой культурной, возрастной и индивидуальной специфике понятия «трудность» и необходимости контекстуального экологического изучения представлений о трудностях в романтических отношениях.

Трудности преодолеваются посредством совладающего копинг-поведения - индивидуального способа взаимодействия с ситуацией в соответствии с ее собственной логикой и психологическими возможностями субъекта (С.К. Нартова-Бочавер). Анализ исследований показывает неоднозначность как самого понятия трудной жизненной ситуации, так и содержания копинг-поведения (Л.И. Дементий, С.В. Щепоткина).

К настоящему времени создано множество классификаций совладающего поведения, среди которых выделяют индивидуальные и диадические, а также различающиеся по основному ресурсу (поведенческие, когнитивные, аффективные) и содержанию (Р.М. Грановская, Р.С. Лазарус, И.М. Никольская, К. Олдвин, Н.А. Сирота, С. Фолкман, Н. Хаан, В.М. Ялтонский). Наиболее точной в контексте изучаемого возраста представляется типология юношеских копинг-стратегий Элен Скиннер (Скиннер, 2003; 2011). Ею выделены следующие семейства копингов, положенные в основу интерпретации наших эмпирических данных: (1) Решение проблемы, (2) Поиск информации, (3) Беспомощность, (4) Уход, (5) Независимость, (6) Поиск поддержки, (7) Передача ответственности, (8) Социальная изоляция, (9) Приспособление, (10) Переговоры, (11) Покорность, (12) Сопротивление.

Исследователи отмечают, что не бывает универсально эффективного совладания; его продуктивность зависит от когнитивной оценки ситуации и своих возможностей (М.А. Холодная). В силу этого высокая роль в разрешении трудностей романтических отношений принадлежит содержанию социальных представлений о них – разновидности практического мышления, направленной на общение, понимание и освоение социального окружения.

Итак, романтические отношения, представляя собой значимые межличностные отношения, играют важную роль в развитии личной и социальной идентичности в юношеском возрасте. Развиваясь через жизненные трудности, они во многом зависят от содержания социальных представлений, которые определяют эффективность совладания с проблемами и кризисами. Высокая культурная и когортная специфичность представлений как о возможных трудностях, так и о способах совладания с ними, влияние диспозициональных и ситуативных переменных определили программу и процедуру нашего эмпирического исследования.

Вторая глава диссертации «Эмпирическое исследование социальных представлений о преодолении психологических трудностей в романтических отношениях» посвящена верификации выдвинутых гипотез.

Параграф 2.1 «Основные этапы, процедура и методы исследования» посвящен планированию и организации исследования. В исследовании приняло участие 289 студентов из пяти московских ВУЗов (РГГУ, МИТХТ, МАИ, ГУГН и МГППУ), в возрасте от 17 до 22 лет, 115 юношей и 174 девушки. Исследование проводилось на анонимных бланках с системой кодирования для предоставления обратной связи желающим.

Этапы исследования

1. Сбор эссе на тему «Радости и трудности любви».

2. Формирование авторской методики «Трудности романтических отношений».

3. Апробация сформированной методики «Трудности романтических отношений».

4. Основное эмпирическое исследование, сбор ответов основной группы респондентов при помощи подготовленной батареи методик.

5. Обработка, анализ, сопоставление и интерпретация всех полученных данных, проверка гипотез, выводы по данным исследования.

В соответствии с задачей и этапом исследования использовалось шесть методик.  Эссе на тему «Трудности и радости любви» было направлено на идентификацию устойчивых социальных представлений о трудных жизненных ситуациях романтических партнеров. Опросники «Диагностика межличностных отношений» Т. Лири, Г. Лефоржа и Р. Сазека в адаптации Л.Н. Собчик и «Тест диспозиционного оптимизма» М Шейера и Ч. Карвера в адаптации Т.О. Гордеевой, О.А. Сычева, Е.Н. Осина использовались для диагностики независимых диспозициональных переменных исследования – доминирования, дружелюбия и оптимизма. «Шкала любви и симпатии» З. Рубина в адаптации Л.Я. Гозмана и Ю.Е. Алешиной использовалась для изучения одной из независимых контекстуальных переменных. Для изучения главной зависимой переменной, социальных представлений о совладании с трудностями, была разработана авторская методика в форме репертуара виньеток «Трудности романтических отношений».

Параграф 2.2. «Формирование авторской методики изучения представлений о романтических отношениях» содержит описание процедуры создания главного исследовательского инструмента, проективного метода виньеток (коротких незаконченных историй со стандартным зачином и завершением, предложенным респондентами). Преимущество виньеток – их идиографичность и высокая экологическая валидность; главный недостаток – высокая трудоемкость как создания, так и использования метода и необходимость привлечения экспертов.

Начальная стадия подготовки метода включала написание эссе на тему «Трудности и радости любви»; из основного массива текстов (50 сочинений) было отобрано 27 эссе (авторы - 15 девушек, 12 юношей). На втором этапе пять экспертов-психологов осуществляли контент-анализ текстов эссе, определяя различные категории описания трудностей романтических отношений. Результатом работы экспертов слепым методом стало выделение двадцати четырех групп типично повторяющихся трудностей (Личностная незрелость, Бытовые проблемы, Неумение идти на компромисс, Напрасное выдумывание трудностей,  Неуверенность в другом, Высокая степень психологической зависимости от социального окружения  и пр.).

Эти трудности стали основой составления текста виньеток, 24 гендерно-ориентированных ситуаций, описывающих различные психологические проблемы в паре; персонажем истории может быть юноша или девушка.

На третьем этапе для проверки содержательной валидности метода готовый набор виньеток вновь предъявлялся экспертам для оценивания по пятибалльной шкале соответствия стимульного материала основной категории трудности. Истории с низким суммарным баллом редактировались и уточнялись; количество сюжетов сократилось до десяти.

На четвертом этапе создания методики было предпринято короткое исследование присутствия гендерных эффектов: естественно предположить, что ситуация будет восприниматься по-разному в зависимости от того, кто является ее персонажем, юноша или девушка. На специально выравненной выборке из 30 студентов (15 юношей, 15 девушек одного возраста) было обнаружено действие кросс-гендерных влияний. Этот результат, первое подтверждение гендерной специфики ответов, повлек за собой незначительную правку стимульного материала и, к сожалению, не позволил сократить количество виньеток, окончательный набор которых включает 20 гендерно-специфичных историй. Бланк позволяет также фиксировать личный опыт переживания каждой ситуации. Инструкция носит косвенный характер и составлена таким образом, чтобы избавиться от автобиографических рассказов и задать установку на поиск наиболее продуктивных социально одобряемых вариантов копинг-поведения.

Параграф 2.3 «Результаты исследования представлений о решении трудных жизненных ситуаций в романтических отношениях» посвящен представлению, анализу и интерпретации данных о том, как связаны пол, опыт, личностные диспозиции партнеров и ситуативные особенности их взаимодействия с их представлениями о продуктивном способе решения трудностей в романтических отношениях. Было обнаружено (см. рис.1), что не все из 12 выделенных Э. Скиннер классов копинг-стратегий используются в романтических отношениях.

Рис.1. Кластерный анализ стратегий совладания с гипотетическими проблемами в ответах респондентов. Шкалы (Var) соответствуют типологии Э. Скиннер: (1) Решение проблемы, (2) Поиск информации, (3) Беспомощность, (4) Уход, (5) Независимость, (6) Поиск поддержки, (7) Передача ответственности, (8) Социальная изоляция, (9) Приспособление, (10) Переговоры, (11) Покорность, (12) Сопротивление.

Пять наиболее популярных способов совладания – это стратегии Решение проблемы, Поиск информации, Независимость/автономность, Приспособление и Сопротивление. Кластерный анализ показал, что имеет место противопоставление основных трех векторов в структуре представлений о решении гипотетических проблем романтических отношений: обособляется Решение проблемы, Поиск информации и группа стратегий, объединенная фокусом на субъекте, Независимость (также самоконтроль), Приспособление (также выжидание), Уход и Сопротивление (также агрессия).

Также полученные данные кодировались в аспекте личного опыта романтических отношений, который принимал значение семи уровней: 0 (сейчас нет романтических отношений, и не было ранее); 1 (сейчас нет романтических отношений, были более полугода назад); 2 (сейчас нет романтических отношений, однако были менее полугода назад); 3 (первые романтические отношения, существуют менее полугода); 4 (первые романтические отношения, продолжаются более полугода); 5 (романтические отношения продолжаются менее полугода, ранее был опыт с другим партнером); 6 (романтические отношения более полугода, до этого был опыт с другим партнером).

Для подтверждения частных гипотез исследования был осуществлен подсчет коэффициента согласия Пирсона.

Первая из гипотез касалась связи пола респондента и предпочитаемого согласно его представлениям способа совладания. Поскольку = 54,211 > 24.725 при p < 0.01, df = 11, эта гипотеза количественно подтверждена. Дальнейший качественный анализ показал, что для юношей более значимы стратегии 4 (Уход), 5 (Независимость), 9 (Приспособление) и 12 (Сопротивление), а для девушек – 1 (Решение проблемы), 2 (Поиск информации) и 10 (Переговоры); что юноши практически не используют стратегии 3 (Беспомощность), 7 (Передача ответственности), 8 (Социальная изоляция) и 11 (Покорность) и, а девушки – 3 (Беспомощность), 8 (Социальная изоляция) и 11 (Покорность). В дальнейшем переменная пола учитывалась  на всех  этапах  частного  анализа.  Данные  отражены на рисунке 2.

Рис.2. Доля каждой копинг-стратегии в общем массиве данных в зависимости от пола респондентов

Следующий модуль исследования был посвящен изучению связи личного опыта романтических отношений и композиции предпочитаемых стратегий совладания. Получен = 102,6095 > 95.626 при p < 0.01, df = 66, свидетельствующий о значимости проверяемой связи на общей выборке. И хотя количественно репертуар копингов не обогащается по мере возрастания опыта романтических отношений, композиция предпочитаемых копингов сильно различается, причем для девушек эта связь имеет более критический характер ( = 123,6496 > 95.626 при p < 0.01, df = 66 у юношей,  = 788,151 > 95.626 при p < 0.01, df = 66 у девушек). Качественный анализ показывает также, что неопытные девушки и юноши различаются между собой по предпочитаемым копингам значительнее, чем опытные, т.е. фактор опыта как бы конкурирует с фактором пола. Неопытные юноши мало дифференцированы в своих представлениях об эффективном поведении: примерно равнозначны для них стратегии поиска информации, выработки решения, ухода, самоконтроля, адаптации и сопротивления. У девушек, напротив, даже в отсутствие личного опыта отношений, есть достаточно специфические представления о нормативном совладании: наиболее популярны первые две стратегии,  ориентировочное и проблемно-ориентированное поведение. Полученные данные, отраженные на рисунке, подтверждают вторую гипотезу о том, что предпочтительный способ решения гипотетических трудных ситуаций связан с опытом романтических отношений.

Юноши, опыт 0

Девушки, опыт 0

Юноши, опыт 6

Девушки, опыт 6

Рис.3. Распределение представлений о копинг-стратегиях в ответах юношей и девушек без опыта и с опытом романтических отношений

Третья гипотеза, предполагающая связь выбора решения гипотетических трудностей в романтических отношениях и личностных диспозиций (доминирование, дружелюбие, оптимизм жизненной установки) была проверена в следующем модуле исследования. Качественные различия репертуаров совладания, отраженные в представлениях респондентов, а также коэффициенты согласия частично подтверждают гипотезу. Так, у юношей связь оптимизма и репертуара совладания не достигает уровня значимости, что  косвенно подтверждает предположение о специфичности области романтических отношений для развития совладающего поведения (чья связь с оптимизмом показана в работах М. Шейера и Ч. Карвера). У девушек связь значима ( = 28,971 > 24.725 при p < 0.01 и df = 11), высокооптимистичные девушки показали предпочтение активному поведенческому преодолению трудностей. У девушек и юношей выявлена сильная связь диспозиции дружелюбия в актуальных отношениях и предпочтений в совладании с трудностями, соответственно = 37,63377 > 24.7 при df = 11, p < 0.01 и = 26,04869 > 24.7 при df = 11, p < 0.01. Дружелюбные партнеры чаще выбирают решения, ориентируясь на компромисс, приспособление и не-сопротивление. Диспозиция доминирования как социально значимая для юношей достоверно и сильно связана только у них с репертуаром совладания ( = 439 > 24.7 при df = 11, p < 0.01, у девушек связь не достигает уровня значимости); доминирующие в диадных отношениях юноши сильнее, чем юноши, оценившие себя как подчиняющихся, склонны к действиям по приспособлению и адаптации к партнеру и значительно менее склонны к действиям, описанным как сопротивление и агрессия. Можно констатировать, что третья гипотеза частично подтвердилась, косвенно еще раз подтвердив значимость гендерных различий, отраженных в социальных представлениях исследуемой группы.

Следующий этап исследования методологически повторяет предыдущий и связан с силой симпатии и любви в актуальных романтических отношениях. Найдена и подтверждена связь симпатии и копинг-репертуара в гипотетических ситуациях у юношей ( = 25,8913 > 24.725 при df = 11, p < 0.01), аналогичная связь в группе девушек не подтверждается. При этом, учитывая высокую корреляцию показателей любви и симпатии, можно отметить, что в целом они характеризуют силу привязанности к партнеру в актуальных отношениях. Влияние этой переменной (шкала любви по З. Рубину) чрезвычайно значимо для юношей ( = 626,6048 > 24.725 при df = 11, p < 0.01) и также значимо для девушек ( = 36,93477 > 24.725 при df = 11, p < 0.01).

Рис.4. Распределение представлений о копинг-стратегиях в ответах юношей с сильным и слабым показателем любви в актуальных отношениях

Данные, приведенные на рисунке, подтверждают принципиальный характер связи представлений о продуктивном разрешении трудностей и силой влюбленности юношей. Влюбленные значительно больше внимания уделяют ориентации и поисковому поведению, эмоциональному, волевому и поведенческому самоконтролю и поиску поддержки, в то же время избегая потенциально рискованного решения проблемы, сопротивления или выжидания (приспособления). Можно предположить, что наличие высокого показателя любви повышает осторожность и последовательность в анализе возникающих трудностей. У девушек аналогичная связь принимает несколько иной характер: сильная влюбленность у них связана с выжиданием, приспособлением и самоконтролем (Независимость), косвенно указывая на такие качества, как терпимость и безопасность в отношениях. Полученные данные частично подтверждают четвертую гипотезу исследования.

Пятая гипотеза о том, что социальные представления о наиболее эффективных способах преодоления жизненных трудностей обладают ситуативной специфичностью, подтвердилась в блоке исследования, посвященном анализу и сопоставлению ответов респондентской группы на разные виньетки. На основании достоверной связи ( = 3570,227 > 2055,23, df = 209, p < 0,001) и анализа ответов можно констатировать закономерности: существуют кросс-гендерные установки, выраженные в различных представлениях группы о нормативном поведении в зависимости от пола протагониста гипотетической ситуации; в различных ситуациях по-разному оценивается участие различных субъектов (действия протагониста или кооперация партнеров); в зависимости от когнитивной неоднозначности задачи представления о ней фокусируются на сборе информации или конкретных действиях. Наиболее дифференцированно отражены в представлениях респондентов ситуации, связанные с категориями: «напрасное выдумывание трудностей», «быт и связанные с ним трудности», «неумение идти на компромисс», «невнимательность к чувствам партнера», «эгоцентризм», «отсутствие эйфории, радости новизны», «рутина в отношениях», «высокая степень психологической зависимости от социального окружения».

Был проведен корреляционный и регрессионный анализ данных. Было показано, что достоверными коррелятами выбора определенных копинг-стратегий являются: опыт (связан с Поиском информации и Передачей ответственности у девушек и Приспособлением у юношей); сила любви и симпатии (отрицательная корреляция с Сопротивлением и положительная с Приспособлением у юношей и девушек, положительная с Уходом и Покорностью у юношей). Выбор Поиска информации связан с Дружелюбным и Альтруистичным типом отношения к другим у юношей и оптимизмом у девушек. Выбор Сопротивления связан с Подозрительным типом отношения к другим у юношей. Решение проблемы, основной способ совладания, связан с типами отношения к другим: Авторитарным и Агрессивным у девушек, с Эгоистичным у юношей.

Рис.5. Связи стратегии совладания с другими переменными у девушек

Интересным представляется отсутствие найденных коррелятов, а также предикторов у стратегии №5 Независимость, вобравшей в себя содержательно различные техники преодоления трудностей, основанные на самоконтроле и переоценке событий.

Рис.6. Связи стратегии совладания с другими переменными у юношей (легенду см. после Рис.5)

Также корреляционный анализ дал возможность констатировать тот факт, что в романтических отношениях совладающее поведение девушек обладает меньшим числом связей, чем у юношей, и, возможно, более спонтанно и дифференцированно.

Регрессионный анализ, направленный на уточнение возможной детерминации предпочтения копинга диспозициональными или контекстуальными переменными,  показал, что не для всех стратегий можно выделить значимые предикторы, и что они различаются в зависимости от пола.

Таб.1. Нагрузки () значимых на уровне p<0.05 предикторов предпочтения копинг-стратегии, полученные в результате множественного регрессионного анализа, у юношей*

Стратегия

Сила любви

Сила симпатии

Т.о. III. Агрессивный

Т.о. VI. Зависимый

Оптимизм

1

-0,62

0,417

3

0,514

9

-0,47

11

-0,68

0,509

0,314

12

-0,37

Таб.2. Нагрузки () значимых на уровне p<0.05 предикторов предпочтения копинг-стратегии, полученные в результате множественного регрессионного анализа, у девушек*

Стратегия

Сила любви

Сила симпатии

Т.о. II. Эгоистичный

Т.о. IV. Подозрительн.

Т.о. VII. Дружелюбный

Т.о. VIII. Альтруист

Оптимизм

3

-0,26

4

-0,45

0,302

0,361

5

0,444

9

0,316

10

0,383

-0,45

*Примечания

1) Стратегии: №1 «Решение проблемы», №3 «Беспомощность», №4 «Уход», №5 «Независимость», №9 «Приспособление», №10 «Переговоры», №11 «Покорность», №12 «Сопротивление» 2) «Т.о.» – тип отношения, шкалы по опроснику Т. Лири.

Важнейшим предиктором принятия решения в гипотетической трудной ситуации, связанной с романтическими отношениями, является сила, или интенсивность любви к партнеру в актуальных отношениях респондента. Отношения, характеризующиеся слабой влюбленностью, чаще стимулируют партнеров применять стратегии Ухода (девушки), Приспособления, Покорности и Сопротивления (юноши).

  Выводы

1. Романтические отношения развиваются интенсивно в направлении усиления привязанности, рефлексии, эмпатии и компетентности субъекта как романтического партнера и экстенсивно за счет увеличения с течением времени числа партнеров и опыта отношений. В силу возрастного недостатка личного опыта у романтических партнеров юношеского возраста основной ресурс успешного преодоления трудностей в романтических отношениях представлен не освоенными формами поведения, а представлениями о них.

2. В социальной группе юношей и девушек, учащихся в вузах, существуют представления о том, что влюбленности и романтическим отношениям соответствуют типичные психологические трудности, угрожающие целостности отношений; они могут быть вызваны личными особенностями одного из партнеров (страх собственной «неидеальности»,  эгоцентризм, неумение слушать, тревога, связанная с недостатком опыта), определяться конфликтом между партнерами, связанным с их сензитивностью, ценностями, компетентностью (неумение идти на компромисс, напрасное выдумывание трудностей, непонимание партнера и необходимости помочь, невнимательность к чувствам партнера, асимметричная вовлеченность в отношения, неуверенность в партнере, дефицит доверия), а также давлением извне (неодобрение со стороны семьи одного из партнеров).

3. Представления о типичных трудностях романтических отношений дополняются представлениями о наиболее продуктивном их разрешении; в системе способов опережающего совладающего поведения наиболее популярны решение проблемы, поиск информации, приспособление, переговоры, сопротивление, независимость,  среди редко используемых отмечаются уход, покорность и др.

4. Представления индивида о нормативном преодолении трудностей в романтических отношениях достоверно связаны с полом респондента; юноши больше, чем девушки, склонны к уходу от решения проблемы, выжиданию, эмоционально-ориентированным действиям и приспособлению, в то время как девушки в большей мере, нежели юноши, склонны к поиску дополнительной информации и выработке конкретных действий по преодолению трудностей.

5. Опыт романтических отношений индивида связан с его представлениями о возможном продуктивном преодолении трудностей в романтических отношениях; юноши и девушки, имеющие опыт романтических отношений в прошлом и настоящем, предпочитают примерно одни и те же модели поведения (не склонны к агрессии, руминации или уходу, готовы брать инициативу на себя, находить информацию, действовать в согласии с выработанной тактикой преодоления возникающих трудностей), а не имеющие опыта отношений представляют выход из ситуации по-разному (юноши более дифференцированно, но без предпочтений, а девушки предпочитают поиск информации и конкретное решение).

6. Личностные диспозиции (доминирования, дружелюбия и оптимизма) и ситуативные факторы (сила любви и симпатии в актуальных отношениях) влияют на систему представлений о гипотетическом преодолении трудностей индивидом; при этом фактор симпатии к партнеру значим только у юношей (чем сильнее симпатия, тем чаще адаптивные и поисковые действия замещают агрессивное или решительное поведение), а оптимизм – только у девушек (оптимистки чаще пессимисток готовы воздействовать на партнера или ситуацию, а пессимистки больше оптимисток склонны к поиску информации и усилению самоконтроля). Ряд диспозиций и ситуативных факторов является предикторами разрешения гипотетической трудной ситуации.

7. Предпочитаемый способ разрешения трудной ситуации в романтических отношениях связан с ее сюжетным содержанием, полом протагониста (предполагаемые действия протагониста-юноши и девушки в одном и том же контексте различаются), системной локализацией конфликта (внутриличностный, спровоцированный поведением одного из партнеров или вызванный психологическим давлением на пару извне).

По результатам эмпирического исследования и обсуждения полученных данных были сформулированы рекомендации, ориентированные на работу психолога-практика.

Основное содержание работы отражено в следующих публикациях.

Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК РФ:

1. Бочавер К.А. Понятие «романтические отношения» в социальной психологии // Вестник университета. Вып. 6, 2011. С. 16-18.

2. Бочавер К.А. Социальные представления о жизненных трудностях в романтических отношениях и совладании с ними // Вестник университета. Вып. 18, 2011. С. 16-18.

Монография:

Нартова-Бочавер С.К., Бочавер К.А., Бочавер С.Ю. Жизненное пространство семьи: объединение и разделение // -М.: Генезис, 2011. – 320 с.

Научные статьи и тезисы:

1. Бочавер К.А. Социальные представления о дружеских отношениях у российских и немецких студентов // Сборник докладов V Межвузовской конференции молодых ученых по результатам исследований в области психологии, педагогики, социокультурной антропологии. – М.: Издательский отдел Центра исследовательских технологий REDU, 2010. C. 87-90.

2. Бочавер К.А. Дружба и романтические отношения в России, Германии и Австрии: размывание границ // Мир культуры и культура мира. Сборник материалов. – М.: МГППУ, 2011. С.19-20.

3. Бочавер К.А. Психологические трудности в романтических отношениях юношеского возраста: эмпирическая классификация // Сборник докладов VI Межвузовской конференции молодых ученых по результатам исследований в области педагогики, психологии, социокультурной антропологии / Ред.-сост. А.С. Обухов. – М.: Общероссийское общественное Движение творческих педагогов «Исследователь», 2011. С.219-222.

4. Бочавер К.А. Социальные представления о трудных жизненных ситуациях и совладающем поведении в юношеском возрасте // V Съезд Общероссийской общественной организации «Российское психологическое общество»: Научные материалы. Том 2. – М., 2012. С. 223-224. (Электронный носитель).

5. Bochaver, K., Belozerova, S. German students’ in Russia image of Russians // International Conference “Psychology and Education: Practices, Training and Research”. Covilha, 2009. P. 53.

6. Comparability of Self-Reported Conscientiousness Across 21 Countries  / Mttus, R., Allik, J., Realo, A., Bochaver, K. et al. // European Journal of Personality, Vol.26, Issue 3, 2012. P. 303-317




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.