WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Заворотняя Маргарита Ивановна

ПЕРЕЖИВАНИЕ ВОЗМОЖНОЙ И РЕАЛЬНОЙ ГИБЕЛИ МУЖА ЖЕНАМИ И ВДОВАМИ ЛЕТЧИКОВ-ИСПЫТАТЕЛЕЙ

19.00.01 –  общая психология,

психология личности, история психологии

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата психологических наук

Москва – 2012

Работа выполнена на кафедре нейро- и патопсихологии Института психологии им. Л.С. Выготского федерального государственного бюджетного образовательного учреждения  высшего профессионального образования «Российский государственный  гуманитарный университет» (РГГУ)

Научный руководитель:  доктор медицинских наук, профессор,

ЖИЛЯЕВ АНДРЕЙ ГЕННАДЬЕВИЧ

Официальные оппоненты: ПЕТРОВСКИЙ ВАДИМ АРТУРОВИЧ

доктор психологических наук, профессор,

Национальный исследовательский университет

«Высшая школа экономики», профессор

кафедры психологии личности

  КРАВЦОВ ОЛЕГ ГЕННАДИЕВИЧ

  кандидат психологических наук, доцент, …………………………………Институт психологии им. Л.С.Выготского

  РГГУ,  доцент кафедры психологии личности

Ведущая организация:  Самарский государственный университет.

       Защита состоится «11» октября  2012 года в 15.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.198.10 созданного на базе РГГУ по адресу: 125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6, корп. 7, ауд. № 396.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке РГГУ по адресу: 125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6, корп. 6.

Автореферат разослан «_8_» сентября 2012 г.

                               

Ученый секретарь

диссертационного совета Жиляев А.Г.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования:  Из ранее проведенных исследований известно, что работа с горем и переживанием утраты – процесс, включающий в себя многоуровневые психологические изменения. Для личности формулируется новая психологическая реальность, влияющая на психологическую адаптацию в новых, зачастую кардинально изменившихся условиях существования. [З. Фрейд, Ф. Василюк, Э. Линдерман, Е. Кулер-Росс, Д. Ворден и др.] Известны и изучены случаи переживаний горя при внезапной трагической утрате близкого, что было исследовано в значительном количестве работ [Психология экстремальных ситуаций/ под редакцией Ю. Шойгу]. Отдельная область психологии занимается человеческим фактором в концепции специалистов опасных профессий. [В.А. Пономаренко, Г.К.Ушаков, В.Ф. Шалимов и др.] Подходы к психологическому сопровождению и психологической помощи в этих ситуациях проработаны достаточно многосторонне, в различных методологических системах психологии, таких как экзистенциальная психотерапия, психоанализ, гештальт,  арттерапия, позитивная терапия, и т.д.

Значительно реже в доступной нам литературе исследовались варианты переживания утраты близких людей – специалистов витального риска. Особенностью этих случаев является, по нашему мнению, разработка личного превентивного сценария, предполагающего возможные варианты психологического реагирования на факт возможной утраты. Вероятность утраты определяется экстремальным характером профессиональной деятельности близкого человека. Подобная психологическая реальность создает особые условия существования личности, члена семьи специалиста экстремальных профессий. Отражением актуальности проблемы настоящего исследования является многообразие взглядов и подходов к определению основных направлений в работе психолога с клиентами, переживающих утрату или возможную утрату близкого человека, профессионально работающего в режимах высокого витального риска. Вышеизложенное, прежде всего относится к женам мужчин, выполняющих традиционные профессиональные обязанности военнослужащих, спасателей, шахтеров, работников транспорта, летчиков и т.д. Особую группу профессионального контингента экстремальных профессий составляют летчики – испытатели. Даже в современных условиях гибель летчика-испытателя явление, определяемое риском их профессии. По словам заслуженного летчика-испытателя, героя России Мельникова С.Н. журналу «Авиация и Космонавтика» от 11. 2010 года: «Испытания новой модели самолета сопровождаются в среднем гибелью одного или двух летчиков». В их деятельности уровень витального риска можно считать максимальным, что естественно не может не оказывать влияние на психологическое состояние их близких, в первую очередь жен. В то же время, в доступной нам специальной литературе мы не нашли последовательного изложения  специфических подходов, обеспечивающих эффективность диагностической, профилактической  и коррекционной работы специалиста психолога как с женами, так и  с вдовами летчиков – испытателей. В связи с этим нами было проведено теоретическое исследование, позволяющее сформулировать основную гипотезу и направление научного поиска.

Цель работы: Исследование психологических особенностей, развивающихся в связи с витальной опасностью утраты или риском утраты супруга в результате его профессиональной деятельности  у вдов и жен летчиков-испытателей,  проживающих компактно в летных городках.

Объект исследования: Психологические характеристики, а именно отношение к личности мужа, к представлениям о субъективном прошлом, настоящем и прогнозируемом будущем, структура экзистенциальных ценностей личности женщин.

Предмет исследования: Особенности исследуемых паттернов личности жён лётчиков-испытателей, переживающих реальную или предполагаемую утрату мужа,  в результате его профессиональной деятельности: особенности самосознания, сфера отношений к себе и окружающему миру в субъективном отражении прошлого, настоящего и будущего и ценностные ориентации личности.

Задачи исследования:

  1. Теоретический анализ проблемы переживания утраты и работы с горем.
  2. Обоснованная разработка алгоритма и методического аппарата исследования для изучения психологических особенностей женщин, переживающих утрату или имеющих превентивный сценарий утраты мужа в связи с профессиональной деятельностью мужа лётчика-испытателя.
  3. Экспериментальное исследование характеристик психологического состояния  вдов и жён лётчиков-испытателей для оценки особенностей переживаний утраты мужа: самооценки, самосознания сфер отношений.
  4. Выявление и изучение психологических факторов, связанных с формированием вариантов работы с горем в рамках переживаний утраты вдов и в превентивных сценариях утраты жён лётчиков-испытателей.
  5. Изучение возможностей нарративного подхода в диагностике вариантов превентивных
    и реальных переживаний утраты у жён и вдов лётчиков-испытателей.

Гипотеза:

У жен летчиков-испытателей в связи с высоким профессиональным риском работы мужа формируется своеобразный комплекс психологических переживаний, связанных с возможной гибелью мужа в результате его профессиональной деятельности – превентивный сценарий утраты, который является не эпизодически возникающим, а постоянно поддерживающимся психологическим образованием. Факторы, поддерживающие превентивный сценарий утраты, являются как внутриличностными, так и социальными. К социальным факторам можно отнести присущую летным городкам атмосферу обсуждения случаев внештатных ситуаций и гибели летчиков – испытателей, ассоциативно связывающуюся с возможной гибелью супруга. По гипотезе настоящего исследования превентивный сценарий утраты становится устойчивой психологической характеристикой, влияющей на жизнь личности в целом. При этом уже на стадии превентивного сценария прослеживается дифференциация отношений к возможной утрате мужа, влияющая на уровень психологического комфорта и определяющая особенности работы с горем при реальной утрате мужа, в результате его профессиональной деятельности. В одних случаях горе становится лейтмотивом психологической жизни женщины (жизнь встраивается в горе), в других случаях  горе, оставаясь значимым переживанием, не препятствует формированию психологического комфорта и социализации женщины (горе встраивается в жизнь).

Теоретической основой работы явились  положения нарративного подхода (White, M. 1997: Narratives of Therapists’ Lives. Adelaide,Australia: Dulwich Centre Publications) , в основе которого лежат идеи постструктурализма Ж.Деррида [Деррида, Ж. Голос и феномен и другие работы по теории знака Гуссерля— СПб.:Алетейя,1999.], философия постмодернизма М.Фуко [Фуко М. Интеллектуалы и власть: статьи и интервью, 1970—1984: Праксис, 2006] и Ж.Делеза [Делёз, Ж. Складка. Лейбниц и барокко.— М.: «Логос», 1997.]), нарративная психология Т.Сарбина [Сарбин, Т. Нарратив как базовая метафора психологии. Пост-неклассическая психология. Социальный конструкционизм и нарративный подход,2004,стр.6-28.]) и Джерома Брунера [Брунер, Дж. Жизнь как нарратив. Постнеклассическая психология. Социальный конструкционизм (Бергер, Лукман, Р. Харре)и нарративный подход, 2005.], культурно-исторический подход Л.С.Выготского [Выготский Л.С. Мышление и речь. Изд. 5, испр. — М., Издательство «Лабиринт», 1999]. Методологическая основа «Я-концепции» базировалась на представлении человека о самом себе, как о человеке и личности по представлениям У. Джеймса («Принципы психологии», 1890 г.).

Методы и методики исследования: В работе использовались: клинико-психологический метод, комплекс экспериментально-психологических методик, метод статистического анализа. Исследование проводилось с применением следующих методик:

1.Клиническое интервью специально созданное для анализа переживаний исследуемых женщин, с выявлением переживаний реальной утраты мужа, либо риска утраты мужа в результате его профессиональной деятельности.

2. Опросник самооценки уровня психологического комфорта ШОПК (Е.Б. Фанталова) применялся для дифференциации групп сравнения в соответствии с уровнем психологического комфорта.

3.Тест на самопрезентацию «Кто Я?» для выявления особенностей самосознания личности и роли превентивного сценария утраты в психологической жизни исследуемых женщин.

4. СМИЛ для исследования профиля личности и выявления психологических характеристик.

5.Методика Рокича – Фанталовой «Уровень соотношения  «ценности» и «доступности» в различных жизненных сферах» (УСЦД) – для ранжирования актуальности и достижимости отдельных личностно значимых ценностей.

6.«Личностный опросник Джерсайлд» на выявление доминирующих эмоциональных состояний.

7.«Линия жизни»  - тест карта, для анализа субъективного отношения личности к себе, своему прошлому, настоящему и планируемому будущему.

8.Нарративная метафора – сюжет, который строился на взаимодействии ассоциативных образов «Я» в живой и неживой природе. Анализ сюжета проводился в соответствии с критериями нарративного подхода.

Научная новизна исследования: Впервые проведено прицельное исследование механизмов совладания с переживаниями утраты вдов летчиков-испытателей, погибших при исполнении профессиональных обязанностей. Выделены и изучены психологические предпосылки формирования переживаний утраты в виде превентивного  сценария гибели супруга, опережающего реальные события.

Выделены и исследованы варианты превентивного  сценария гибели супруга летчика-испытателя в результате его профессиональной деятельности, развивающихся у жен летчиков – испытателей. Исследована значимость этих переживаний в психологической жизни этих женщин. Впервые выявлена взаимосвязь отдельных психологических характеристик жен летчиков-испытателей с уровнем их психологического комфорта. Впервые исследована роль внутриличностных и межличностных особенностей жен и вдов летчиков-испытателей с возможностями совладания со стрессом утраты в рамках превентивного сценария и после реальной гибели мужа в результате его профессиональной деятельности. Предложен психодиагностический комплекс, позволяющий на ранних стадиях исследовать механизмы психологического совладания с утратой и прогнозирования развития отдаленных пост-стрессовых результатов развития личности вдов, чьи мужья погибли при выполнении профессиональных задач.

Теоретическая значимость: Теоретическая значимость исследования состоит в расширении теоретических представлений о роли превентивного сценария утраты формирующегося у близких родственников специалистов экстремальных профессий. Полученные данные позволяют более точно оценить роль личностных особенностей в реакциях горевания,  по-новому рассмотреть закономерности формирования состояний реадаптации и влияния на них интрапсихических установок и социально-культурной среды. В результате исследования получены новые данные, позволяющие уточнить особенности подходов к диагностике психологического состояния  социально значимого контингента, обращающегося за психологической помощью. В работе раскрыты новые возможности нарративного подхода в психологической диагностике состояний переживания личностью утраты или риска утраты близкого человека.

Практическая значимость: Результаты исследования позволяют существенно повысить эффективность психологической помощи членам семей лиц экстремальных профессий, в частности, женам и вдовам летчиков-испытателей. Диагностическая и психокоррекционная работа с этим контингентом может строиться на основе разработанного комплекса психодиагностики, позволяющего прогнозировать и выявлять случаи выраженной и стойкой  психологической дезадаптации жен и вдов летчиков-испытателей. Нарративный подход открывает дополнительные возможности эффективной психологической помощи как женщинам пережившим реальную утрату мужа летчика-испытателя, так и женам, формирующим превентивный сценарий утраты.

Эмпирическая база исследования: Исследованная группа составила женщин, которые являлись вдовами и женами летчиков - испытателей, проживающих компактно в городе Жуковском, Московской области: 46 женщин - вдовы летчиков-испытателей,  из  них 25 являлись вдовами Героев России и Советского Союза; 44 женщины – жены летчиков - испытателей,  из них 10 жен являлись женами героев России. Все группы попарно – вдовы и жены, оказались сопоставимы по основным социально-психологическим характеристикам (р > 0,05): возрастной диапазон, образование, профессиональный статус и занятость, материальное обеспечение и социально-бытовые условия, наличие детей и внуков. Все обследованные состояли в одном браке с летчиками - испытателями, вдовы после смерти мужа, не вступившие в повторный брак. Средняя продолжительность брака у жен летчиков-испытателей, исследованных в группе 2 и 4, составили 10,4 года, т.е. это были устойчивые брачные союзы. Потеря мужа летчика-испытателя, произошла в исследованных случаях за 9,3 года (в среднем) до начала исследования (но не раньше, чем за 3 года).

Обследование проводилось в рамках программы социально-психологического обеспечения жен и вдов летчиков испытателей, проводимой по инициативе командующего ВВС в 2004-2011 г.г. в условиях клуба летчиков испытателей в г. Жуковском.

Положения, выносимые на защиту:

  • Переживание возможной утраты  мужа в результате его экстремальной профессиональной деятельности,  формируется у жён лётчиков-испытателей в рамках вариантов превентивного сценария, определяющего особенности переживаний в случае реальной гибели мужа.
  • Возможности психологической реабилитации личности вдовы, переживающей утрату в результате гибели мужа летчика-испытателя, связаны с особенностями формирования превентивного сценария утраты и воздействия социально-психологических установок в условиях микроклимата летных городков.
  • Уже на стадии превентивного сценария, возможно, диагностировать два варианта переживаний. Один из вариантов не влияет отрицательно на качество психологической жизни женщины, другой вариант способствует психологической дезадаптации. При этом диагностические критерии этой дифференциации выявляются в более выраженном виде и у вдов летчиков-испытателей, переживающих реальную утрату.
  • В диагностическом комплексе, наряду с традиционными подходами, возможно,  эффективно использовать  нарративный анализ сюжетов, созданных на основе ассоциативных образов «Я».

Структура диссертации: Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, списка использованной литературы из 158 наименований, приложений. Общий объем диссертации 123 страницы. Работа иллюстрирована таблицами, рисунками, диаграммами.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении обосновывается актуальность работы, определяется цель, гипотезы, задачи исследования, его научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формируются положения выносимые на защиту.

В первой главе «Систематизация концепций и подходов по психологической помощи человеку, переживающему утрату» дается обзор литературы по работе с горем и переживанием утраты. Описываются подходы к психологическому сопровождению и психологической помощи в этих ситуациях, отдельно отмечаются случаи переживаний горя при внезапной трагической утрате близкого. Выявляется недостаточная изученность особенностей переживания горя утраты близкими родственниками специалистов экстремального риска (летчиков-испытателей). Обнаруживается необходимость прицельного изучения специфического психологического образования – превентивного сценария утраты и его роли в психологической жизни жен, чьи мужья работают в условиях максимального витального риска. Также нуждается в дополнительном изучении сфера отношений этих женщин к себе и окружающему миру как до, так и после реальной гибели мужа.

Во второй главе «Материалы и методы исследования» использовались: клинико-психологический метод, комплекс экспериментально-психологических методик, метод статистического анализа. Исследование проводилось с применением следующих методик:

1.Клиническое интервью. 

2. Опросник самооценки уровня психологического комфорта ШОПК (Е.Б. Фанталова).

3.Тест на самопрезентацию «Кто Я?».

4. СМИЛ.

5.Методика Рокича – Фанталовой «Уровень соотношения  «ценности» и «доступности» в различных жизненных сферах» (УСЦД).

6.«Личностный опросник Джерсайлд».

7.Тест-карта «Линия жизни».

8.Нарративная метафора.

В работе представлены практические результаты исследования на основе вышеперечисленных методик. Различия верифицировались методом статистического анализа Манна-Уитни в пакете программ SPSS. Достоверность тесноты признаков и их направленность рассчитывалась по коэффициенту ранговой корреляции Спирмена.

В третьей главе «Результаты исследования психологических особенностей вдов и жен летчиков-испытателей,  развивающихся в связи с витальной опасностью утраты или риском утраты супруга» описываются характеристики исследованных женщин, обосновывается выборка контингентов жен и вдов летчиков – испытателей, проживающих компактно в летных городках. Описывается комплекс методов и методик исследования, обосновывается их выбор.

На первом этапе исследования с помощью шкалы оценки психологического комфорта ШОПК была выявлена значимо большая распространенность психологического дискомфорта (р<0,05) у жен и вдов летчиков – испытателей проживающих компактно в летных городках. Это дало возможность сформировать четыре группы сравнения для жен и вдов летчиков - испытателей, проживающих компактно в городе Жуковском, Московской области:

1 группа (ВН) – вдовы летчиков – испытателей с низким уровнем психологического комфорта.

2 группа  (ВК) - вдовы летчиков – испытателей с высоким уровнем психологического комфорта.

3 группа  (ЖН) - жены летчиков – испытателей с низким уровнем психологического комфорта.

4 группа  (ЖК) - жены летчиков – испытателей с высоким уровнем психологического комфорта.

Клиническое интервью

В результате клинического интервью мы получили данные, позволяющие провести сравнительный анализ особенностей отношения женщины к себе, сферам своей жизни и прицельно исследовать значимость переживаний риска профессиональной деятельности мужа летчика-испытателя (у жен) и переживаний утраты (у вдов). Нами исследовались исключительно случаи, когда смерть мужа произошла в рамках его профессиональной деятельности.

При ответе на вопрос интервью, что наиболее важно в вашей жизни, в группе ВН  достоверно преобладал фактор мужа, в то время как в группе ВК преобладали факторы семья и дети. В контингенте исследованных жен летчиков-испытателей распределение ответов в группе ЖК не выявило значимого преобладания какой-либо категории, а в группе ЖН существовал фактор мужа, что сближало их по этому критерию с группой ВН.

При анализе причин тревоги в жизни группа ВН отличалась от иных групп сравнения значимым преобладанием тревоги за свое будущее и за свое здоровье. Категория здоровья так же занимала одно из центральных мест  в переживаниях вдов группы ВК.  При этом как ВК, так и ЖК отличались тем, что, работа мужа не являлась фактором их тревоги. В обеих группах вдов чаще встречалась тревога за своих близких, нежели в группах жен. В группах ВН и ЖН относительно групп ВК и ЖК достоверно более выраженным был фактор тревоги за друзей и переживание материальных сложностей. Тяжелые переживания прошлого беспокоили в значительно большей степени женщин из группы ВН,  этот фактор был выражен минимально у жен в группе ЖК.

Причинами трудностей жизни значительная часть исследуемых женщин считала собственные сложности, особенно в группе ВН. Главными причинами своих сложностей называли внутрисемейные отношения женщины групп ВН и ЖН. Ими же отмечалась значимость проблем дружеских отношений. Работа мужа указывалась в качестве причины трудностей в жизни исследуемых женщин в значительном проценте случаев от 32,2% (в группе ЖК) до 62,3% в группе (в группе ВН).  При этом роль мужа в жизни женщины исследованные респонденты оценивали по-разному.  Считали ее позитивной женщины в группах ВК и ЖК, при том, что жены  чаще (р<0,05) оценивали роль супруга как индифирентную. В группах женщин ВН и ЖН отчетливо преобладали претензии и негативные оценки роли супруга. Оценивая частоту и выраженность собственной тревоги, связанной с опасностью работы мужа, мы обнаружили сопоставимость этого фактора в самоотчетах всех групп сравнения. Характерно, что в ответах вдов при частом упоминании фактора тревоги за мужа, они говорили о периодическом возникновении переживаний тревоги, при которой временно амнезировался факт утраты. При анализе причин переживаний за мужа,  для вдов это был ретроспективный анализ, а для всех других групп сравнения преобладающим фактором оказалась гибель коллег мужа. Однако задержки мужа на службе и внештатное прекращение полетов были причинами переживаний в большей степени у вдов и жен групп ВН и ЖН. У них же переживания обострялись при соответствующей стимуляции сюжетами СМИ. При этом обсуждение опасности службы мужа в кругу жен и вдов летчиков-испытателей оказывало наибольшее влияние на женщин, составивших группу ВК. При этом отчет мужа о сложных профессиональных ситуациях оказался менее значимым фактором причин переживаний для жен и не вызывал зачастую усиления переживаний. При выборе стратегии совладания с тревогой за мужа в  группе ВН. присутствовали факторы: вытеснения за счет волевого усилия, привыкания, замещения. В группе ВК преобладали: молитва, общение, внутреннее обсуждение (рационализация). У жен справиться  со стрессом в группе ЖН помогало вытеснение, переключение. Присутствовали также общение и внутреннее обсуждение. Среди наиболее распространенных стратегий совладания с тревогой в группе ЖК отмечались: переключение, молитва, общение, рационализация.

При выполнении тестовой программы « Наказ будущей жене летчика-испытателя» во всех группах сравнения преобладали факторы верности, воспитания уважения к мужу в детях, обеспечение спокойствия и отдыха супруга. При этом последний фактор (обеспечение спокойствия и отдыха супруга) достоверно преобладал в группах ВН и ЖН. В этих же группах относительно большую распространенность имел фактор ограничения самореализации и самоограничения, что,  по мнению значительного  числа респондентов этих групп,  являлось обязательной характеристикой жены летчика-испытателя, так же как и поддержание статуса мужа в глазах окружающих. Стремление увековечить память о муже было относительно широко распространено в группе ВН, будучи минимально выраженным в группе ЖК.

Распространенным вариантом рекомендаций женщинам, выходящим замуж за летчика-испытателя, в группах ВН и ЖН явился совет отказаться от замужества. Рекомендации быть готовой к возможной гибели мужа формулировали во всех четырех группах сравнения. Распространенность этого критерия была относительно меньше в группе ЖК и относительно большей в группе ВН. Высокий процент вдов и жен акцентировал внимание на готовности к сложностям жизни в семьях летчиков-испытателей.  Призвать других гордиться своим мужем и его службой внесли в перечень рекомендаций женщины особенно часто в группах ЖН и ЖК  притом, что в группе ВН этот показатель оказался минимальным. Особый интерес придает тот факт, что гордость за мужа явилась декларируемым приоритетом психологической жизни вдов из группы ВН.  Значительное число вдов из группы ВК призвали сформировать устойчивость к отрицательным мнениям, звучащим со стороны. В группе ВН особую распространенность получила точка зрения,  отражающая акцент на развитие личной самостоятельности. При этом фактор психологического благополучия оказался сопряженным с желанием женщин поддерживать отношения с семьями других летчиков-испытателей. В группах ВН и ЖН преобладали рекомендации развивать семейные отношения, при минимизации внешних контактов семьи (инкапсуляция). Результаты исследования эмоционального отношения к мужу позволили выявить несколько характеристик преобладающих в группах сравнения. Так, гордость за мужа преобладала в самоотчетах вдов, в первую очередь в группе ВН (р<0.05). Удовлетворенность отмечалась примерно в равной степени в группах сравнения, при относительном преобладании в группе ЖК. Тревога и страх оказались наиболее характерными в отношении образа мужа в группе ВН, отмечая и депрессию, как преобладающую эмоциональную составляющую. Жалость к мужу, в большей степени, оказалась характерной в группах ВК и ВН.

Широкую распространенность реакции злости и раздражения в отношении к образу мужа отметили женщины из групп c НУПК.  Жалость к себе отмечало сопоставимое число респондентов в группах вдов ВН и ВК, а также в группе жен ЖН, при меньшей распространенности этого переживания в группе ЖК. Особенностью выполнения данного теста вдовами было самостоятельное внесение дополнительной характеристики – «горе». При этом наиболее часто (р<0.05) этот показатель встречался в группе ВН. В рамках интервью также изучалась оценка вдовой и женой отношения к ее мужу со стороны окружающих. Вдовы из группы ВН дали негативную оценку отношения к мужу со стороны социума, минимально выраженным негативный фактор оценки оказался в группе жен ЖК. Желаемое отношение к мужу (или его памяти) со стороны окружающих включало в себя, по мнению групп сравнения, следующие параметры. В группе ВН -  почет, в сочетании с отстраненностью, нежеланием обсуждать и общаться по этому поводу. В группе ВК  - почет в сочетании с встречами с другими женами и вдовами летчиков-испытателей, с тенденцией чаще вспоминать мужа на служебных мероприятиях. Менее выраженные, но однонаправленные результаты получены в группе ЖК Желаемым отношением являются отношения уважения и почета, в купе со стремлением встречаться с другими женами и вдовами летчиков-испытателей. Почет и уважение, как желаемая характеристика, присутствовали и в группе ЖН,  однако, сочетались с желанием дистанцироваться и избегать общения, что сближает их с группой ВН.  Анализируя эмоциональный контекст представлений исследуемых женщин о возможном отношении мужа к себе и своей жизни, в оценках вдов группы ВК преобладали гордость, желание помочь, удовлетворение, радость, в сочетании с жалостью. В группе ВН отчетливо преобладали чувство вины, досада, в сочетании с желанием помочь, тревогой и жалостью. В группах исследуемых жен, в иерархии эмоциональных состояний проецируемых на себя от имени мужа преобладали удовлетворение, гордость, желание помочь и радость. В то время как в группе ЖН желание помочь сочеталось с тревогой и чувством вины.

Тест «Кто я?»

Исследование самосознания по тесту «Кто я?» выявило отчетливое преобладание в группе ВН двух позиций самооценки: как  женщины или жены/вдовы Героя летчика-испытателя. Обращало на себя внимание то, что вдовы часто позиционировали себя как жены летчиков-испытателей, избегая термина «вдова». В тоже время у вдов группы ВК достоверно преобладал ответ «женщина» и «мать». Распределение ответов на этот тест среди жен летчиков-испытателей (ЖК и ЖН) выявило в обеих группах преобладание ответов: «женщина» и «мать», хотя среди жен с группы ЖН позиция жена летчика – испытателя и жена Героя имели тенденцию к повышенной распространенности (р > 0,05)  относительно группы ЖК. Другие выборы оказались в группе сравнения сопоставимыми.

СМИЛ

При анализе СМИЛ было выявлено своеобразие личностных профилей в группах сравнения. В группах вдов  было отмечено следующее.  В коррекционных шкалах группы вдов ВН характерным оказалось повышение по шкале F, при более высоком показателе по шкале К, в сравнении с группой вдов ВК. Это отражало стремление группы ВН  к более высокому уровню самоконтроля в сочетании с фиксацией внимания на собственных проблемах и призывах окружающих к помощи, что сознательно отрицалось. При анализе основных шкал была обнаружена характерная для группы ВН характеристика более высокого уровня тревожности, о чем свидетельствовал повышенный средний уровень профиля. Для этой группы также фигурировали: высокий уровень депрессивных аффективных состояний (шкалы 2,9), с повышенным уровнем конверсионности и яркости аффективных проявлений (шкала3). Характерным для этой группы оказались сочетания подъема по шкале 6, с высоким показателем по шкале 7. Это отражает повышенную склонность к формированию ригидного аффекта, приводящего в идиаторной сфере к формированию сверх ценных образований. Однако в данной группе отмечен относительно невысокий уровень показателя 1 шкалы - соматизации тревоги, что может трактоваться как направленность аффективных реакций не на себя, а во внешнюю среду. Подтверждением этого для группы вдов ВН могут являться средние показатели шкалы 0, отражающие значительную выраженность социальной депривации.  Для группы вдов с высоким уровнем психологического комфорта ВК не наблюдалось значимых различий между показателями коррекционных шкал L,F,K. Была выявлена значительная тревожность (шкала 7), в сочетании с относительно высоким уровнем тревоги адресованной собственному «Я» (шкала 1). В сочетании с показателем по шкале 0, отражающей относительно высокий уровень социальной адаптации, мы можем говорить о значительных различиях внутри этих двух групп. Были выявлены факты в значительной степени определяющие ряд психологических характеристик, отражающих сходство в профилях жен и вдов, с различным уровнем психологического комфорта. Так, сходным с вдовами характеристиками, при анализе результатов в группе жен ЖН были: высокий показатель шкалы F, повышение по шкалам 2, 5 и 6, тенденция к возрастанию показателей по шкале 0. Отличием являлись более низкие показатели среднего уровня профиля в группе ЖН относительно группы ВН, также,  более низкими были показатели контроля в группе ЖН (шкала К). Не было получено достоверных различий средних показателей по шкалам 1,3 и 9.

Таким образом, краткая характеристика полученных профилей позволяет выделить черты характерные для личностей жены, либо вдовы летчика-испытателя в зависимости от уровня ее психологического комфорта. Для  вдов летчиков – испытателей с низким уровнем психологического комфорта оказался характерным  более высокий уровень стремления к получению помощи из вне,  при повышенных показателях самоконтроля. Для этих женщин характерен выраженный депрессивный аффект, с проявлениями конверсионных форм поведения, с высоким уровнем гендерного соответствия в личностных реакциях. Отличительной личностной чертой этих женщин является склонность к ригидных аффективным образованиям, при высоком уровне тревожности. Подобные же проявления, менее выраженные, без повышенного уровня конверсионности и с более низким уровнем психологического самоконтроля оказались характерными и для жен летчиков-испытателей ЖН.

В группе вдов ВК характерными чертами профиля оказались относительно высокие показатели тревоги, адресованной собственной личности, при меньшей выраженности гендерных характеристик и тенденцией к аффектизации переживаний (шкала4), что в полной мере соответствовало чертам личности жен летчиков – испытателей с высокой степенью психологического комфорта ЖК. Полученные данные позволяют сделать вывод о личностной дифференциации жен летчиков – испытателей в период возможной гибели мужа и формирующимся превентивном сценарии его возможной гибели.

Тест Рокича -Фанталовой УСЦД.

По тесту Рокича -Фанталовой оценивались экзистенциальные конфликты и вакуумы. В случае  экзистенциального конфликта цель имеет высокую субъективную значимость при малой достижимости. В случае экзистенциального вакуума цель легко достижима, но мало ценна. Преобладающими ценностями в группах женщин с низким уровнем психологического комфорта как среди жен, так и среди вдов оказались ценности здоровья, счастливой семейной жизни  и материальной жизни. При этом в отношении семейной жизни (39,4±5,0% для вдов, 40,2±4,4% для жен) и здоровья(39,0±3,8% для вдов, 36,1±3,8% для жен) выявились внутренние экзистенциальные конфликты. После гибели мужа у вдов сохранилась характеристика уверенность в себе, повысилась значимость факторов наличия хороших и верных друзей. Ценности свободы как независимости в поступках и действиях (44,3±4,2%) , красоты природы и искусства (42,8±4,9%), уверенности в себе (36,1±3,8%) и творчества (31,0±3,0%) стали менее значимы для личности, сформировав внутренние вакуумы. У жен ЖК в качестве приоритетных ценностей звучали  счастливая семейная жизнь, материально обеспеченная жизнь, наличие хороших и верных друзей, интересная работа. Счастливая семейная жизнь (49,1±4,6%) и материально обеспеченная жизнь (40,4±4,4%)  формировали отношения экзистенциального конфликта. У вдов ВК формировались экзистенциальные конфликты по ценности любви (56,8±6,6%),  здоровья (63,9± 7,4%), материально-обеспеченной жизни(43,0±4,6%), счастливой семейной жизни(66,2±7,8%). Вакуумы отслеживались в сферах свободы в поступках и действиях (26.1±2,9%) и  уверенности к себе (38,0±3,7%). Таким образом,  своеобразие экзистенциальных ценностей давало возможность оценить сходство и различие характерное для групп сравнения и выявить дифференциацию, характерную для переживания горя и утраты личностью жены летчика-испытателя в зависимости от исходных психологических характеристик.

Личностный опросник А.Т. Джерсайлд.

При анализе доминирующих эмоциональных состояний по «Личностный опросник А.Т. Джерсайлд» в средних показателях групп сравнения выявилась значительная диссоциация показателей. Так в группе ВН разброс показателей позволил выявить преобладающие состояния «бессмысленность существования» (7,3±1,1) в сочетании с высокой распространенностью «враждебного настроя» (5,2±0,9),  «чувством неприкаянности» (4,6±0,7) и «безнадежности» (6,8±1,2). При этом наличествовала малая значимости эмоциональных состояний «свободы выбора» (2,8±0,5), «полового конфликта» (2,6±0,7) и «свободы воли» (3,2±0,6). В группе ВК преобладали выборы «одиночества» (6,6±0,4), «свободы выбора» (5,9±0,9) и «свободы воли» (5,7±1,0). При этом относительно минимальные показатели отмечали «чувство неприкаянности» (3,3±1,0) и «безнадежность» (3,7±0,9). В группе исследуемых жен летчиков – испытателей результаты распределились следующим образом: диапазон выборов был значительно меньшим, чем в группах вдов. Для группы ЖН оказался преобладающим «враждебный настрой» (5,8±0,9), высокие показатели отмечались по эмоциональным состояниям  «чувства неприкаянности» (5,5±0,9), «полового конфликта» (5,5±0,5) и «бессмысленности существования» (5,4±0,4). В группе ЖК преобладали показатели «свободы выбора» (5,7±0,5), «свободы воли» (6,7±1,4).

Тест – карта  «Линия жизни»

В результатах исследования по тесту  «Линия жизни» нами была выявлена сопоставимость распространенности тревожных эмоциональных расстройств в группах сравнения. При сравнении групп ВН и ЖН была выявлена достоверно большая распространенность признаков тревожности у вдов ( р < 0,05). Признаки депрессивных аффективных состояний чаще встречались в группах ВН и ЖН ( р < 0,05). Актуальность проблем детства и детско-родительских отношений оказались более характерны для групп ВН и ЖН. При оценке структуры субъективно важных событий, отражающих структуру личности, была выявлена поливекторность этих событий (про себя, про детство, про семью, про работу и т.д.) преимущественно в группах с ВК (58.3±3.9%) и ЖК (38.9 ±8.3%). В группах с низким уровнем психологического комфорта отчетливо преобладала моновекторность субъективных событий ( р < 0,05): в группе ВН (60.1±6.0%) и ЖН (45.8 ±6.9%). Отрефлексированные психотравмы встречались в ответах на тестовые задания достоверно чаще в группах В.К. (58.9±6.2%) и Ж.К. (33.4 ±3.5%) ( р < 0,05). При этом  психотравмы связанные с профессией мужа преобладали в группах вдов, с максимальной распространенностью в группе ВК. Было выявлено, что психотравмы, связанные с профессиональной деятельностью мужа, частью женщин не указывались в числе актуальных воспоминаний. Это было расценено нами, как вытеснение. Этот факт оказался значительно более распространенным в группах ВН (44.2±6.5%) и ЖН(32.8±5.0%).

Переживание гибели мужа (реальность у вдов и возможной у жен) было отмечено в самоотчетах значительно чаще вдовами: ВК (86.3±7.2%), ВН(63.1±6.8%).

У жен возможность гибели мужа была отражена в важных событиях жизни также достаточно часто: ЖК (31.6±7.0%), ЖН (29.3±3.2%). При анализе актуальных проблем была выявлена высокая степень распространенности показателя отсутствия проблем (респондент не могла указать три важных события своей жизни). При этом достоверно чаще этот показатель встречался у вдов группы ВН(20.2±2.5%) и у жен группы ЖН (24.1±3.2%)( р < 0,05).

Подобное распространение в этих же группах сравнения оказалось характерным и в ряде показателей, отражающих целеполагание личности: отсутствие сформулированных целей жизни, либо подмена витальной цели средствами ее достижения, а также декларативность, отражающая надличностный характер цели. При этом, упоминание о муже в проблемах и целях жизни у вдов присутствовало значительно чаще ВН  (51.3±9.3%), ВК (44.9±5.5%))  чем у жен. В числе жен была выявлена тенденция к более частому упоминанию мужа в контексте формулировок актуальных проблем и целей собственной личности (ЖН (20.8±4.0%), ЖК (12.8±2.7%)).

Оценивая ассоциативные образы «Я» в рамках тестовой программы «Линия Жизни» нами были выявлены признаки внутриличностного конфликта, отраженные в неконгруентности выбранных образов и сложности их конструктивного взаимодействия в едином сюжете. Неконгруентность образов и их индивидуальных характеристик достоверно чаще встречалась в группах ВН (82.3±6.4%) и ВК (68.1±5.9%) ( р < 0,05). В контингенте жен распределение этого показателя составило: ЖН (34.9±6.8%) и ЖК (40.5±3.6%). Отражение психологического дискомфорта, в выбранных ассоциативных образах «Я» ( «расщепленное дерево», «высохший пруд», «сломанные часы»),  выявлялось отчетливо чаще в группах ВН (59.2±3.8%), при минимальной распространенности этого показателя в группе ЖК (8.3±1.0%).

«Нарративная метафора»

Исходя из целей и задач настоящего исследования,  в качестве методики мы использовали нарративную метафору. Сюжет составлялся на основе взаимодействия двух ассоциативных образов «Я»  из теста «Линия жизни». Полученные сюжеты оценивались с позиции  соответствия принципам нарратива. Рассказ соответствовал принципам нарратива ( по определению Калмыковой), если наличествовала временная последовательность повествования, в которой основную роль играли центральные образы рассказа, и наличествовали препятствие и/ или осложнение плана, которые преодолевались в процессе развития сюжета, при этом происходили  изменения исходных характеристик основных персонажей сюжета (в нашем случае образов «Я» ) в процессе сюжетного действия.

При анализе полученных материалов были выявлены следующие закономерности.

Рассказ, соответствующий принципам нарратива был создан незначительным числом женщин из группы ВН (17,7±2,9%), в то время, как вдовы из группы ВК создали полноценный сюжет, отвечающий признакам нарративности в 41,1±6,8% случаев ( р < 0,05).

Аналогичное соотношение диагностировалось при сравнительном анализе в группах ЖН  (28,7±3,9%) и ЖК (69,9±7,4%). В группе женщин с низким уровнем психологического комфорта значительное число исследуемых женщин не сумело создать нарративный сюжет. Наибольшая распространенность ( р < 0,05) этого признака отмечалась в группах ЖН (27,9±4,2%) и, особенно, в группе ВН (46,9±7,6%).  Объяснения выглядели таким образом: «не знаю о чем писать», «не могу выразить словами сюжет», «образы не складываются».

Во всех остальных случаях это происходило с женщинами, ассоциативные образы «Я» которых несли высокую выраженность внутриличностного конфликта. Примеры образов «Я»: «кошка – огонь», «змея – сабля». Антагонистичность взаимодействующих характеристик оценивалась как признак внутриличностного напряжения и дисгармонии. Распространенность этого признака в группе ВК составила (18,7±4,0%), в группе ЖК (8,3±1,1%) ( р < 0,05).

Часть созданных сюжетов не отвечала критериям нарратива, что было интерпретировано нами как квазинарратив. Как варианты нами были выделены следующие квазинарративы:

  1. описание (отсутствие активной позиции центрального персонажа, отсутствие временной последовательности сюжета, отсутствие действия)
  2. исчезновение или коренная трансформация одного из центральных образов сюжета
  3. присутствие активной позиции одного из образов «Я», притом, что другой образ «Я» незначим и статичен.
  4. наличие сюжетов, в которых действие осуществляется некой сторонней силой, в том числе и волшебной.

Чаще всего квазинарративы соответствовали категориям описания, либо дисгармоничному описанию образов  «Я»: «Тигр наступил на канцелярскую кнопку и долго не мог ее вытащить», «Собака любила лежать у моря и смотреть на волны», « Рыбы плавали и не знали, что небо отражается в реке».

В форме описания  квазинарратив наличествовал соответственно в группах сравнения следующим образом: ВН(10,2±1,3%), ВК(12.3±1,0%), ЖН(11,6±0,9%), ЖК(15,0±2,6%) .  Наряду с описанным в литературе признаком квазинарратива, как рассказа в форме описания, в наших сюжетах присутствовали неописанные в литературе варианты квазинарративов. К ним относились случаи, когда из образов «Я» активность действия отличала лишь один образ, при пассивности второго, незначимого и статичного: «Цветы растут. Это самое важное.  Где-то рассыпан жемчуг, но это не важно» или  «Водопад нес свои воды. Поил землю, а  в маленькой лагуне жила золотая рыбка».

Соответствующее распределение данного признака в группах сравнения составило соответственно: ВН(4,2±0,3%), ВК(16,0±1,9%),  ЖН(5,0±0,6%) и ЖК(3,4±0,5%).

Другой формой квазинарратива были случаи, в которых действие осуществлялось некой сторонней силой, в том числе и волшебной, оказывающей решающее влияние на развитие сюжета: «Муравей был маленький и никогда бы не унес свой муравейник в машину. Но тут волшебная птица взмахнула крыльями и машина стала меньше» или «Цветочек бы высох, если бы не пришла девочка и не полила бы на него из лейки воды».

Соответствующее распределение данного признака в группах сравнения составило:

ВН( 5,1±0,7%), ВК(6,2±0,8%), ЖН(19,1±2,2%), при отсутствии данного признака у ЖК

Также был выявлен вариант квазинарратива, для сюжета которого оказалось характерным исчезновение или коренная трансформация одного из ассоциативных образов «Я» до завершения сюжетного эпизода:  «Машина разбилась, и на месте аварии вырос цветок».

В группах сравнение соответствующее распределение данного признака составило:

ВН(6,2±0,5%), ВК(2,1±0,3%), ЖН(3,6±0,4%), при отсутствии данного признака у ЖК.

Таким образом, были получены результаты, свидетельствующие о наличии характерных особенностей, отличающих и объединяющих отдельные исследуемые контингенты. Так выявились значительные черты сходства и сопоставимости в группах жен и вдов с низким уровнем психологического комфорта и дифференциация психометрических показателей  в группах жен и вдов с высоким уровнем психологического комфорта.

Для объективизации полученных данных по нарративных сюжетам нами был применен метод экспертной оценки.

Критерии

ВН

ВК

ЖН

ЖК

Нарратив

17,7±2,9%

41,1±6,8%

28,7±3,9%

69,9±7,4%

Отсутствие сюжета

46,9±7,6%

18,7±4,0%

27,9±4,2%

8,3±1,1%

Квазинарратив:

26,6±4,3%

38,4±5.5%

39,8±5,3%

19,7±2,6%

Описание

10,2±1,3%

12.3±1,0%

11,6±0,9%

15,0±2,6%

Активность одного образа «Я»

4,2±0,3%

16,0±1,9%

5,0±0,6%

3,4±0,5%

Влияние третьих сил

5,1±0,7%

6,2±0,8%

19,1±2,2%

  ------------

Исчезнов-е одного образа «Я»

6,2±0,5%

2,1±0,3%

3,6±0,4%

-------------

Результаты статистического анализа.

Был выявлен положительный уровень корреляции следующих факторов. В группе ВН самопрезентация в качестве «жена/ вдова летчика - испытателя» коррелировала с важностью роли мужа и отношением к его работе, в качестве фактора тревоги. Так же была выявлена положительная корреляция в группе ВН между психологической позицией «жена/ вдова летчика - испытателя» и тенденцией к увековечиванию памяти о муже, при констатации негативного отношения к себе со стороны окружающих. С фактором подобной самоидентификации оказались связанны корреляционно моновекторность отраженных важных жизненных событий, с показателем невозможности создания нарративного сюжета.

Для группы ВК  самопрезентация в качестве «жена» и «женщина» коррелировала с признанием главной ценности в жизни женщины – дети. Также эта самопрезентация коррелировала с молитвой, как основной стратегией совладания с тревогой за мужа, воспитанием в детях уважения к мужу, как основной обязанности жены летчика – испытателя и готовностью к сложностям и тяготам жизни. Также прослеживается умеренная положительная взаимосвязь указания на психотравмы, связанные с профессией мужа летчика – испытателя и частотой формирования квазинарративного сюжета при тестировании.

У ЖН прослеживается положительная корреляция следующих характеристик: выбор стратегии совладания  со стрессом и переживаниями в рамках превентивного сценария утраты мужа летчика-испытателя в форме волевых усилий по механизму вытеснения переживаний с психологическим переживанием готовности к гибели мужа и гордости за мужа, с распространением квазинарративных сюжетов при тестировании.

У ЖК самопрезентация «жена летчика-испытателя» отрицательно коррелировала  с переживанием опасности, связанной с работой мужа. При этом самопрезентация «жена летчика-испытателя» положительно коррелировала с распространенной положительной оценкой роли мужа летчика-испытателя в жизни жены, с высокой распространенностью рационализации, в качестве стратегии совладания со стрессом, со стремлением поддерживать отношения среди семей летчиков – испытателей. Показатели тревожности в тесте «Линия жизни» положительно коррелировали с показателями многовекторности важных жизненных событий и с высоким уровнем конгруэнтности ассоциативных образов «Я», при слабой корреляционной связи с распространенностью сюжета, соответствующего критерию нарративности при тестировании.

В четвертой главе «Обсуждение результатов исследования психологических особенностей вдов и жен летчиков-испытателей,  развивающихся в связи с витальной опасностью утраты или риском утраты супруга» представлены полученные данные в соответствии с поставленными задачами. Первым пунктом психологического обследования являлось клиническое интервью, которое содержало пункты, позволяющие анализировать представления исследуемых женщин о собственной жизни, о роли мужа, о переживаниях, связанных с его профессиональной деятельностью. При этом, в формулировках вопросов нашли отражения как переживания реальной утраты (для вдов), так и превентивный сценарий утраты (для жен). В ответах на клиническое интервью была выявлена значительно большая роль личности мужа летчика-испытателя в самосознании вдов ВН, что отражалось также характерным игнорированием этими женщинами слова «вдова». На этом уровне впервые было отмечено сходство психологических позиций в группах вдов и жен с низким уровнем психологического комфорта, которое заключалось в отождествлении себя в первую очередь с позицией «жена летчика-испытателя».

На уровне тенденций центральное положение фигуры мужа, с фиксацией внимания на его личности  прослеживалось в рамках клинического интервью по большинству позиций в максимальной степени у вдов ВК, в несколько меньшей степени у жен, также отмечающих недостаток психологической адаптации. В то время как в группах вдов и жен с высоким уровнем психологического комфорта характерным оказалось внимание к близким, детям, самореализации, профессиональной и бытовой сфере.

Тревога, адресованная мужу,  прослеживалась во всех группах сравнения и была актуальна как для жен, так и для вдов летчиков-испытателей. Актуальность этих переживаний определяла у вдов (срок утраты не выше 3 лет) особенности состояния, характеризующегося определенной незаконченностью работы с горем утраты.

Также в группе ВН была выявлена высокая степень диссоциации в области отношений личности к образу погибшего мужа. С одной стороны фигура мужа являлась центральной в актуальных переживаниях, присутствовало стремление к «героидизации» образа мужа. С другой стороны отчетливо выявлялись негативные эмоциональные состояния в отношении образа мужа, выражавшиеся в переживании чувства вины, претензий к мужу, относительно фактов их совместной жизни. Также проблемность отношений прослеживалась в группе ВН в рекомендациях, которые обследуемые давали виртуальным потенциальным женам. Похожие  соотношения, с преобладанием пессимистических прогнозов выявлялось и в группе жен ЖН. При этом, мотив опасности профессиональной деятельности мужа звучал как один из основных факторов  нарушающих спокойное и комфортное состояние личности.

В группе ВК, личность мужа связывалась,  прежде всего, с позитивными воспоминаниями из совместной жизни. В проекции отношения к мужу (рекомендации виртуальным потенциальным женам) позитивные и негативные факторы были реально сопоставимыми, присутствовали элементы развития отношений и их гармонизации, как залога самореализации и достижения целей жизни. Сам факт гибели мужа и переживания ситуаций, связанных с профессиональными рисками для его жизни в категориях как вдов, так и жен с высоким уровнем психологического комфорта оказался значительно более осознанным, отрефлексированным переживанием. В группах жен и вдов с низким уровнем психологического комфорта  значительно распространенным оказался факт игнорирования этих значимых для личности переживаний, что свидетельствует о распространенности в этих группах психологических защит по типу вытеснение или отрицание, указывающих на актуальность стрессогенных факторов, в свою очередь ведущих к невротическим и психосоматическим расстройствам. При этом было подтверждено, что переживание связанное с гибелью, либо риском гибели мужа в результате профессиональной деятельности является актуальным для всех исследуемых женщин переживанием, значимо присутствующим в субъективном прошлом и настоящем и проецируемым на сферы отношения личности к социуму.

При экспериментально-психологическом исследовании были получены данные, отражающие различие психологических характеристик в группах сравнения. В профилях личностей жен и вдов летчиков-испытателей с низким уровнем психологического комфорта  было диагностировано значительное сходство оцениваемых характеристик. Сходными оказались показатели, отражающие стремление к получению внешней помощи, выраженность депрессивных тенденций, в сочетании с ригидностью аффекта и повышенной распространенностью обсессивных,  анксиозных проявлений. Эти характеристики сочетались с высоким уровнем переживаний социально психологической дезадаптации, обособленности и изолированности от других. У жен, в группе ЖН, в отличие от группы ВН помимо относительно меньшей выраженности вышеуказанных черт личности также присутствовал более низкий уровень самоконтроля.

Из анализа полученных данных можно сделать вывод, что характерологические особенности, определяющие низкий уровень психологического комфорта  формируются не в связи с переживанием утраты, а связаны с личностными особенностями, имеющимися уже в период формирования превентивного сценария утраты. В случае реальной гибели мужа, таким образом,  реализация превентивного сценария приводит к заострению имеющихся черт личности.

При анализе профилей личности жен и вдов с высоким уровнем психологического комфорта было выявлено значительно большее разнообразие сочетания личностных характеристик. Единственным элементом сходства в профилях оказалась значительная степень тревожности и обсессивно – фобических расстройств, при этом в характеристиках личности вдов отчетливо доминировал компонент соматизации тревоги.  Характерно, что показатель социальной адаптивности как в группе ВК, так и в группе ЖК был достаточно высоким. Полученные данные свидетельствуют о том, что работа с горем утраты и формирование психологических защит в рамках превентивного сценария утраты происходят за счет психологических ресурсов личности, при сохранении высокого уровня социализации.  Переживание личностью обсессивно – фобических состояний, компенсировалось в этих условиях внутренними ресурсами. Характерным для вдов с низким уровнем психологического комфорта  явилось смещение в системе витальных целей. Для ВН и в меньшей степени для ЖН распространено было смещение целевых установок личности, с заменой цели декларативными формулировками, либо формулировками, отражающими средства, мотивы, но не цели. Состоянию психологического дискомфорта соответствовала высокая степень показателей внутриличностного конфликта.

В соответствии с целями и задачами гипотезы настоящего исследования было проведено изучение нарративных сюжетов, созданных обследованными женщинами на основе взаимодействия выбранных ими ассоциативных образов «Я». Низкий уровень психологического комфорта сопровождался снижением возможности формулирования нарративного сюжета. Вдовы, переживавшие реальную гибель мужа летчика-испытателя, из группы ВН, как правило, не могли формулировать сюжетные линии рассказа нарратива. Значительная часть их рассказов составляла квазинарратив в виде описания. Наиболее распространенной позиция квазинарратива оказалась у женщин в группах ВК и ЖН, хотя в этих группах отсутствие сюжета было распространенно значительно меньше  ( р < 0,05), чем в группе ВН.

Учитывая многоуровневость и сложность переживаний, мы выбрали нарративный подход в качестве интегративного показателя психологической характеристики, отражающей совокупность явлений психологической жизни человека. Нарративная метафора позволила  выявить взаимосвязь между возможностью исследуемыми женщинами формулировать сюжетные нарративные метафоры и состоянием их психологического комфорта. В одних случаях наличие сложностей создания нарратива, с преобладанием квазиннаративных сюжетных конструкций может быть связано с высоким риском развития состояний, сопровождающихся чувством выраженного психологического дискомфорта. В этих случаях возможно ожидать присутствие в личностных профилях сочетание фиксаций на собственных навязчиво тревожных переживаниях, с развитием выраженных депрессивных проявлений. Переживания адресованы социальному окружению и в силу формирующейся ригидности аффекта могут развиваться как сверхценные идиаторные образования. В личности этих женщин еще до реальной гибели мужа существовали  предпосылки к более выраженной психологической дезадаптации, что сопровождалось значительным  внутриличностным конфликтом, с усилением реакций психологической защиты по типу вытеснения, недостаточным осознанием проблем и целей личности, отсутствием конгруентности ассоциативных образов «Я».  Возможно предположить, что после реальной гибели мужа переживания вдов отражались в их психологических характеристиках усилением исходных тенденций,  что отражалось в нарративном тесте преобладанием невозможности к созданию полноценного сюжета взаимодействия ассоциативных образов «Я», либо к неконгруентному  взаимодействию с созданием квазинарратива.  Для жен ВК летчиков-испытателей, несмотря на высокий уровень тревоги и переживаний, в связи с опасностью профессиональной деятельности мужа в личности этих женщин было отмечено достаточно большее разнообразие психологических характеристик, с тенденцией к соматизации тревожных реакций без ригидности аффекта, с тенденцией к эмоциональной импульсивности. Отличительными чертами этих женщин явилась относительно высокая степень социализации, высокая степень рефлексии относительно событий прошлого и настоящего, существенно большая четкость определений витальных целей, существенно меньшая распространенность и выраженность внутриличностного конфликта, с конгруентностью характеристик образа «Я».  В группе ВН  выявились такие экзистенциальные факторы, как «бессмысленность существования», «чувство безнадежности» и «неприкаянности» отражали их склонность к депрессивным эмоциональным состояниям. «Враждебный настрой» отражал отмеченную другими методиками социальную депривацию.  Вдовами ВК осознавалась проблема «одиночества», что было сопряжено  с ограничениями «свободы выбора»  и «свободы волевых проявлений». Указанием на это в других тестах служила высокая распространенность тревоги и обсессивных проявлений, с высоким уровнем рефлексии произошедшей утраты.

Показатели экзистенциальных доминирующих состояний жен ЖН отражали наличие сложностей в отношениях к мужу и к социуму в целом.  Выявились фрустрирующие состояния «неприкаянности», с оценкой своего положения как «бесперспективного» и «безнадежного». В то время как доминирующие состояния  для жен летчиков – испытателей группы ЖК определялись «свободой выбора» и «свободой воли». Применительно к переживаниям за жизнь мужа, у этой категории исследованных женщин такой выбор можно объяснить отсутствием возможности повлиять на создавшуюся ситуацию ограниченностью социальных выборов.

Таким образом, переживание горя утраты вдовами летчиков – испытателей базируется на сформированном в рамках превентивного сценария отношения личности к утрате, формирующегося как значимый фактор психологической жизни задолго до реальной гибели в рамках превентивного сценария утраты. Дифференцируя варианты горевания вдовами, пережившими утрату мужа летчика – испытателя можно выявить два варианта переживаний:

« горе встраивается в жизнь» либо «жизнь встраивается в горе». Использование нарративной метафоры в личностно – ориентированном варианте представленного исследования позволяет с высокой степенью надежности диагностировать особенности горевания в случаях утраты, а также анализировать особенности отношения жены к риску гибели мужа, т.е. варианты превентивного сценария утраты. Это имеет особую значимость для вероятностного прогнозирования риска развития стойкой психологической дезадаптации и открывающихся возможностей для направлений психологической коррекции этих состояний.

В Заключении подводятся итоги исследования, формируются содержательные выводы.

Выводы

1.Компактное проживание вдов и жен летчиков-испытателей в одной профессиональной летной среде  является фактором, увеличивающим риск развития стойкого психологического дискомфорта, что, в свою очередь,  требует раннего психологического сопровождения этих женщин. Для жен летчиков-испытателей характерно создание превентивного сценария утраты мужа, в связи с риском его профессии. Превентивный сценарий является устойчивым психологическим образованием, которое способствует формированию особого набора психологических черт личности.

2. Психологическими особенностями значительной части жен и вдов летчиков – испытателей являлась самоидентификация исключительно через фигуру мужа. Ответ на вопрос «Кто я? » в целом формулировался как «жена/ вдова летчика-испытателя». В жизни этих женщин выявлялась повышенная роль переживаний, связанных с работой мужа. Отчетливо проявились признаки нарушения межличностных внесемейных взаимодействий с формированием избыточных требований по отношению к супругу. После гибели супруга их психологическая жизнь концентрировалась на факте «героидизации»  образа мужа, с повышенным уровнем претензий к социальному окружению. В стратегии совладания со стрессом, связанным с работой мужа, для вдов и жен с низким уровнем психологического комфорта преобладали приемы переключения, вытеснения переживаний за счет волевого усилия. Помимо этого, среди жен было широко распространено отвлечение внимания, а у вдов имела место реакция замещения с употреблением психотропных средств. Таким образом, формировался механизм, при котором  «жизнь встраивалась в горе». Для вдов и жен с высоким уровнем психологического комфорта была характерна самоидентификация себя как «женщина» и «мать», с повышенным значением в жизни факторов семьи, детей, материального благополучия и здоровья. У них основными механизмами совладания со стрессом были рационализация, общение и молитва. В случае гибели мужа у этих женщин активизировались адаптивные механизмы, связанные с ресурсами социализации личности, то есть «горе встраивалось в жизнь».

3. В профилях личностей вдов и жен летчиков – испытателей были выявлены существенные различия, связанные с уровнем психологического комфорта исследуемых женщин. При низком уровне психологического комфорта в личностных профилях преобладали черты, отражающие тревожно – депрессивные состояния, склонность к сверхценным психологическим образованиям, стремлением к получению внешней помощи в сочетании с социально-психологической депривацией. У вдов доминирующими эмоциональными состояниями были «бессмысленность существования», «безнадежность» и «враждебный настрой». У жен -  «враждебный настрой», «половой конфликт» и «чувство неприкаянности». У вдов и жен с высоким уровнем психологического комфорта доминировали тревож-ные состояния, с повышенным вниманием к собственному здоровью, при сохране-нии социальной адаптации. Доминирующими эмоциональными состояниями этой группы у вдов были «одиночество», «свобода выбора» и «свобода воли».  В группе жен – «свобода воли» и «свобода выбора». Таким образом, часть женщин еще до гибели мужа переживала эту гибель как уже случившуюся, а сверхценный характер переживаний определял слабость возможной психологической защиты. В то время как в других группах тревожно-обсессивный характер переживаний определял возможность эффективного включения стратегии совладания со стрессом.

4. Исследование сферы ценностей личности позволило выделить общую для исследуемых женщин высокую значимость факторов здоровья, семейной и материальной жизни. Однако для большинства женщин эти ценности представлялись малодостижимыми, отражением чего служило формирование внутреннего конфликта по ценности семейной жизни, здоровья (кроме ЖК) и материального обеспечения (кроме ВН). Относительно малую ценность при высокой достижимости (внутренний вакуум) имел показатель творчества, за исключением ВК. У вдов ВН и ВК подобные отношения вакуума проявились к показателям свободы как независимости в поступках и действиях и уверенности в себе. Таким образом, проявилась близость ценностных ориентаций и представлений о сложности их достижения при взаимосвязи микро - социального взаимодействия и высокого уровня психологического комфорта. Также проявилась ценность творчества в качестве фактора самопомощи в повышении психологического комфорта.

5.Показателями, отражающими глубину внутриличностного конфликта, сопровождающими снижение психологического комфорта, явились: повышенная распространенность признаков рефлексии в отношении субъективного прошлого, настоящего и будущего с вытеснением значимых психотравм, в том числе и переживание утраты мужа с изменением целевых установок личности и неконгруэнтность ассоциативных образов «Я».

Развитие дезадаптивных проявлений в сфере отношения личности к себе и окружающему миру прослежено при помощи нарративного подхода. Применение описанного варианта нарративной метафоры позволяет выявить существенные нарушения психологического комфорта личности, как в рамках переживания реальной утраты, так и на уровне превентивного сценария утраты.

Основные положения диссертации изложены в следующих опубликованных работах в изданиях из списка ВАК РФ:

  1. Заворотняя М.И., Жиляев А.Г. Роль превентивного сценария утраты в аспектах психологической помощи вдовам летчиков-испытателей /Сибирский психологический журнал ISSN 1726-7080, №41 2011,Томск
  2. Заворотняя М.И., Феофанов К.А. Социально-психологические аспекты помощи родственникам жертв чрезвычайных ситуаций в экстремальных профессиях/ Социология власти ISSN 2074-0492, №3 2011, Москва, Из-во РАГС

и иных публикациях

  1. Заворотняя М.И., Жиляев А.Г. Проблемные аспекты психологической помощи вдовам летчиков-испытателей/Диалоги о науке  ISSN 2074-7284, №1 2011, Санкт-Петербург
  2. Заворотняя М.И., Проблемные аспекты психологической помощи вдовам летчиков-испытателей /Материалы XI Международных чтений памяти Л.С. Выготского (15-18 ноября 2010г.), Москва 2010
  3. Заворотняя М.И., Социально-психологические аспекты помощи вдовам летчиков-испытателей /Социально-экономические и психологические проблемы управления, вторая всероссийская научно-практическая конференция, ГМУ МГППУ, Москва2011
  4. Заворотняя М.И.,  Нарративная метафора в переживании утраты вдовами летчиков-испытателей/Материалы XII Международных чтений памяти Л.С. Выготского (17-19ноября 2011г.), Москва 2011






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.