WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Гришин Сергей Евгеньевич

ПОЛИТИЧЕСКАЯ КОММУНИКАЦИЯ В РОССИИ В УСЛОВИЯХ ИНФОРМАТИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ

Специальность 23.00.02 - «политические институты, процессы и технологии»

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора политических наук

Саратов-2012

Работа выполнена в ФГБОУ ВПО «Саратовский государственный социально-экономический университет»




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.

Официальные оппоненты:

Мкртчян Александр Александрович, доктор политических наук, профессор, ФГКОУ ВПО «Академия Федеральной службы безопасности Российской Федерации», профессор кафедры № Овчинников Илья Сергеевич, доктор исторических наук, профессор, Правительство Саратовской области, начальник Управления по взаимодействию с правоохранительными органами Правительства области Фомин Олег Николаевич, доктор политических наук, профессор, ФГБОУ ВПО «Поволжский институт управления имени П.А.Столыпина – филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ», заместитель директора Ведущая организация – ФГБОУ ВПО «Санкт-Петербургский государст- венный университет экономики и финансов»

Защита состоится «_2_» октября 2012 г. в «_12_» часов на заседании диссертационного совета Д. 212.241.01 в Саратовском государственном социальноэкономическом университете по адресу: 410003, г. Саратов, ул. Радищева, 89, ауд. 843.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Саратовского государственного социально-экономического университета по адресу: 410003, г. Саратов, ул. Радищева, 89.

Автореферат разослан «______» июля 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Донин Александр Николаевич I.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Решение проблемы включения человека в процесс инновационного развития России, его активного участия в общественно-политической жизни невозможно без постоянного развития политической коммуникации, соответствия ее меняющимся информационным потребностям. Современная практика политической коммуникации охватывает все сферы политической жизни и оказывает существенное влияние на их функционирование. Усилению данного влияния способствует развитие новых средств массовой коммуникации, позволяющих как расширить масштабы, так и интенсифицировать процесс оборота политической информации. Имманентной характеристикой ХХI века является рост масштабов применений новых информационных технологий в различных сферах жизни общества. Процесс информатизации характеризуется расширением сферы информационной деятельности, внедрением информационных технологий в повседневную практику.

В.В. Путин на совещании в Новосибирске 17.02.2012 г., посвященном повышению эффективности госуправления с помощью информационных технологий, отметил: «Широкое внедрение информационных технологий сделает более простым и прозрачным общение граждан с властью…»1. Информационнокоммуникационные технологии перешли в число наиболее важных факторов, влияющих на политическую коммуникацию, на способы восприятия и трансляцию политически значимой информации. По последним данным, 50% совершеннолетнего населения России пользуется Интернетом каждый месяц, а это 57,8 млн человек. Дневная аудитория Рунета – 44,3 млн человек, или 38% от всех совершеннолетних жителей страны. 76% от всей аудитории Рунета пользуется Интернетом каждый день. Основная масса пользователей (70%) выходит в Сеть посредством широкополосного доступа, мобильный доступ также пользуется популярностью (34%).2 Информатизация привела к тому, что традиционные модели политической коммуникации перестали соответствовать современным тенденциям развития общественных отношений.

Современная политическая ситуация характеризуется потребностью в открытости власти, общественном контроле над ее функционированием, обеспечении доступности информации для граждан. Внедряемое электронное государственное управление не в полной мере отвечает запросам общества.

В.В. Путин убежден: «граждане должны стать полноценными архитекторами и строителями здания «электронного правительства»3. Для создания модели гражданского аудита особую актуальность приобретает поиск новых форм политической коммуникации. Не получая ответов от ученых, практики предла Точка доступа: http://premier.gov.ru/events/news/18164/ Точка доступа: http://www.gipp.ru/print.php?id=411 Точка доступа: http://premier.gov.ru/events/news/18164/ гают свои пути решения проблем, работающих на цели, поставленные руководством страны4.

Проблема актуальна не только для России, но и для ряда других стран. Например, на Украине путем проб и ошибок создают «электронные рабочие столы» общественных экспертов, накапливают опыт и страны Балтии. Однако, несмотря на многочисленные декларации на постсоветском пространстве о создании механизмов, способствующих налаживанию системного диалога органов власти с общественностью, повышению качества подготовки решений по важным вопросам государственной и общественной жизни с учетом общественного мнения, созданию условий для участия граждан в разработке проектов таких решений5, граждане как субъекты гражданского общества пока еще не обеспечены реальными технологиями для участия в принятии и реализации значимых решений.

Таким образом, актуальность темы исследования обусловлена необходимостью адекватно отразить в политологии современные реалии воздействия информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) на политическую коммуникацию, потребностью выявить содержание политической коммуникации посредством анализа ее природы, определения сущностных характеристик, запросом практики определить перспективы инновационных форм политической коммуникации, необходимостью показать потенциал независимой (общественной) информационной экспертизы как новой инновационной формы политической коммуникации.

Степень научной разработанности проблемы. Демократизация политических процессов в мире во второй половине XX в., переосмысление роли СМИ и пропаганды в поддержке тоталитарных режимов, накопление требующего теоретического осмысления опыта политической коммуникации в чрезвычайных ситуациях (глобальные военные конфликты, блоковое противостояние), возникновение новых коммуникационных систем и технологий – эти и многие другие причины способствовали выделению исследований политической коммуникации в самостоятельное направление анализа политических процессов и институтов. Влияние политической коммуникации на все сферы жизни повлекло повышение к ней научного интереса. Западная традиция исследования политической коммуникации насчитывает несколько десятилетий, сложились признанные в науке школы (торонтская, анненбергская, бирмингемская и др.). Следует отметить, что на этом фоне российское поле исследований, связанных с политическими коммуникациями, является недостаточно разработанным. Свидетельством тому является произведенный нами по базе ИНИОН РАН анализ публикаций с 1993 по 2011 гг.: до 2006 г. по этой проблематике выходило 2-3 публикации в год. Качественно-количественный пеНапример, Общественная палата Калининградской области приняла 20.12.2011 г. Положение об общественной экспертизе, Губернатор Волгоградской области Постановлением № 317 от 12.05.2012 г. вводит общественные Советы при органах исполнительной власти региона и т.д.

См., например: Постановление Кабинета министров Украины № 996 от 03.10.2010 г. «Об обеспечении участия общественности в формировании и реализации государственной политики» релом наступил в 2006 - 2007 гг. – не только в 2 раза возросло ежегодное количество таких публикаций, но и стали формироваться центры изучения политической коммуникации. В этой роли выступили редакции научных журналов «Власть», «Полигнозис», «Вестник РГГУ», «Вестник СГСЭУ», «Информационная безопасность регионов» и др.

Из отечественных ученых в советский период весомый вклад в развитие представлений о социальной коммуникации внесли известные социологи Б.А. Грушин и Т.М. Дридзе. В дальнейшем исследования коммуникации были продолжены в работах М.А. Василика, Е.Я. Дугина, Л.М. Земляновой, В.П. Конецкой, М.М. Назарова, А.В. Соколова, В.П. Терина, Ф.И. Шаркова, И.П. Яковлева.

Современные научные работы посвящены различным аспектам политической коммуникации. Среди работ отечественных исследователей можно выделить труды Г.П. Бакулева, М.А. Василика, С.В. Володенкова, Д.П. Гавры, М.Н. Грачева, Т.М. Дридзе, Е.Г. Дьяковой, Л.М. Земляновой, Б.И. Кретова, М.М. Назарова, Г.Г. Почепцова, А.И. Соловьева, А.И. Черных, М.Ю. Урнова и др. Важное значение для выполнения данной диссертационной работы имели взгляды философов, социологов, культурологов, филологов, специалистов по теории журналистики, изучающих коммуникационные и информационные процессы (В.Г. Афанасьев, Ж. Бодрийяр, Н. Винер, А.В. Гайда, В.Н. Гасилин, Б.А. Грушин, А.И. Демидов, Я.Н. Засурский, В.Г. Зинченко, В.А. Лекторский, Э. Лич, Ж.-Ф. Лиотар, У. Липпман, И.А. Мальковской, Э. Ноэль-Нойман, Г.И. Петрова, Е.П. Прохоров, А.В. Соколов, Э. Тоффлер, С.Ю. Хлыстунов и др.) Взаимоотношениям коммуникации и власти посвящены работы зарубежных и российских авторов (П. Бурдье, В.Г. Ледяев, Н. Луман, В.И. Кравченко, Э. Тоффлер, О.Н. Фомин, М. Фуко и др.).

Во второй половине ХХ века в связи с институционализацией публичных коммуникаций появились работы, исследовавшие этот феномен и связанные с ним новые общественные структуры и порядки (Р. Дебре, М. Кастельс, М. Маклюэн, Ю. Хабермас и др.) Большой вклад в изучение информатизации политической сферы общества внесли Р.Ф. Абдеев, В.Г. Афанасьев, Г.С. Батыгин, Д. Белл, И. Валлерстайн, З.Т. Голенкова, В.М. Глушков, Д.К. Гелбрайт, А.П. Ершов, В.Л. Иноземцев, Т.М. Дридзе, Т.И. Заславская, А.Г. Здравомыслов, М. Кастельс, А.И. Кравченко, В.П. Култыгин, М. Макклюэн, В.А. Мансуров, И. Масуда, Н.Н. Моисеев, Г.И. Осадчая, Ю.М. Плотинский, В.Г. Подмарков, А.И. Пригожин, А.И.Ракитов, В.В. Радаев, У. Ростоу, Э.П. Семенюк, А.В. Соколов, О. Тоффлер, Ж.Т. Тощенко, А.Д. Урсул, А.В. Чугунов, Ю.А. Шрейдер, О.И. Шкаратан, В.А. Ядов и др.

Развитие и внедрение технологий электронного государственного управления, возникшие в связи с этим новые информационно-политические процессы потребовали их теоретического осмысления с новых позиций, что нашло отражение в работах как отечественных исследователей (А.П. Голубоцкий, М.Н. Грачев, Ю.В. Ирхин, С.А. Овчинников, И.С. Овчинников, О.Б. Шевчук и др.), так и зарубежных авторов (С. Гуглильмина, С. Джонсен, Дж. Кордоба, М. Ли, С. Липпе, М. Неф, Н. Фигей и др.) К сожалению, до сих пор не потерял своего значения вывод, сделанный М.Н. Грачевым в 2005 г., о том, что преобладающий в политологических исследованиях фрагментарный анализ политической коммуникации приводит либо к неоправданному сокращению предметного поля исследования только до избирательных кампаний, либо к такому же неоправданному его расширению, когда размываются критерии “политичности” коммуникации6.

Наряду с фрагментарностью в литературе часто содержится констатация проблем политической коммуникации без попыток выявления закономерностей, позволяющих делать обоснованные прогнозы. Фиксация неэффективности традиционных каналов политической коммуникации не содержит путей решений, необходимых в современных условиях. Распространенным является пересказ в публикациях результатов классических микроуровневых политикокоммуникационных исследований, выполненных во второй половине прошлого столетия, при этом не предлагаются подходы по формированию новых парадигм, соответствующих запросам науки в ХХI веке. Желание восполнить такого рода пробелы, в конечном счете, обусловили объект, предмет, цель и задачи данной работы.

Цель диссертации заключается в концептуальном обобщении теоретических представлений и методологических подходов к сущности политической коммуникации и разработке научно-обоснованных управленческих решений по обеспечению ее эффективного функционирования в условиях информатизации.

Для достижения указанной цели потребовалось решить следующие исследовательские задачи:

- обобщить имеющиеся результаты научных исследований природы и сущности политической коммуникации;

- раскрыть особенности политической коммуникации как системы;

- проанализировать структуру и функции политической коммуникации;

- раскрыть сущность подходов к регулированию политической коммуникации;

- выявить проблемы в коммуникативно-информационном взаимодействии государства и общества в современных российских условиях;

- обосновать необходимость новой модели коммуникативноинформационного взаимодействия в условиях информатизации;

- проанализировать потенциал независимой экспертной деятельности в информационной сфере как инновационной формы политической коммуникации.

Объект исследования: политическая коммуникация как современное политическое явление.

Грачев М.Н. Политическая коммуникация: теоретико-методологический анализ. Автореф. дисс…д. полит. н.

М. – 2005, С.10.

Предметом исследования являются основные тенденции трансформации политической коммуникации в России в условиях информатизации государственного управления.

Гипотеза научного исследования. В современной России идет процесс становления информационного общества. В силу незавершенности данного процесса проявляется неоднозначность влияния информационнокоммуникационных технологий на политическую коммуникацию. Фиксируемое противоречие во взаимодействии гражданского общества и органов власти свидетельствует о неэффективности применяемых моделей политической коммуникации в условиях информатизации России, что актуализирует поиск инновационных форм. В современных условиях инновационной формой может выступить экспертная модель коммуникативного процесса.

Теоретико-методологическая основа исследования. Изучение политической коммуникации в условиях информатизации прoвoдилoсь с применением методологического инструментария, в котором испoльзoвалaсь сoвoкупнoсть различных научных методов. Широко применялись общенаучные методы: анализ и синтез, пoзвoляющие пoлучить кoмплекснoе представление o предмете исследoвания и сделать теoретическoе oбoбщение; индукция и дедукция, применимые при oбрабoтке фактологического материала и теoретических кoнцепций; истoрический и лoгический метoды, дающие вoзможность изучать явления и прoцессы в их непрерывном развитии. Использование метода системного анализа позволило пoказать взаимoзависимoсть различных частей политической коммуникации как системы, в результате использования структурно-функционального метода выявлены собственные функции политической коммуникации. Применение компаративного метода дало возможность сформулировать принципы функционального регулирования политической коммуникации. Включение в арсенал используемых методов детерминационного анализа способствовало разделению причин и следствий и выявлению перспективы совершенствования политической коммуникации.

Теоретической базой исследования являются концепции гражданского общества, правового государства, СМИ как четвертой власти, политической коммуникации, технологического детерминизма коммуникативной революции, свободного потока информации, цифрового неравенства, информационного общества, электронного государства и другие, подробно изложенные в тексте диссертации.

Эмпирическую базу работы составили:

-- данные, полученные в ходе реализации различных исследовательских проектов с участием автора: обеспечение доступности к правовой и иной социально значимой информации о деятельности органов государственной власти (1991 - 1995, 2008 - 2009 гг.), создание центров и каналов общественного доступа к социально-правовой информации, функционирование общественного СМИ на принципах экономической независимости (1991 - 1995, 2000-2005 гг.), организация интернет-газеты (1995 г., 2008 г.), интернет-портала (2008 г.);

-- материалы региональных общественно-политических СМИ Поволжья за 1991 - 2011 гг., контент-анализ радио- и телевизионных передач и материалов печатных изданий общественно-политического профиля ряда регионов Поволжья за 1993–2006 гг.;

-- результаты опросов экспертов, проводившихся диссертантом в течение 1995 – 2012 гг. в России, ФРГ, США.

Существенная эмпирическая информация получена из материалов заседаний Правительства РФ, Государственной Думы РФ, международных, общероссийских и региональных научных и научно-практических конференций, круглых столов, методологических семинаров и дискуссий.

В качестве эмпирической базы в работе использованы Конституция РФ, законодательство, нормативные и правовые акты РФ, программы развития информационного общества; международные правовые акты, статьи и доклады руководителей федеральных органов государственной власти, органов государственной и муниципальной власти российских регионов, аналитические справки и доклады, подготовленные федеральным агентством по печати и массовым коммуникациям и гильдией издателей периодической печати. В диссертационном исследовании использованы результаты социологических опросов, исследований, проведенных службами изучения общественного мнения.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в авторском подходе к изучению политической коммуникации в условиях информатизации. Она содержится в ряде достигнутых научных результатов:

-- предложен новый подход к понятию «политическая коммуникация»;

-- обоснована девятиэлементная структура политической коммуникации, выявлена основа ее функционирования, дано авторское определение узлов коммуникации;

- проведен функциональный анализ политической коммуникации на основе авторской методики, -- обоснованы принципы, на которых должны базироваться направления регулирования политической коммуникации;

-- выявлены причины неэффективности функционирования каналов политической коммуникации;

-- обоснована роль новых форм политической коммуникации, предложена экспертная модель коммуникативного процесса;

-- введены в научный оборот концепты «политический коммуникативный договор» и «политическая интерференция»;

--проведена оценка потенциала независимой общественной информационной экспертизы, выявлены проблемы взаимодействия органов власти и института независимой информационной экспертизы;

-- предложен подход по совершенствованию политико-правовой базы взаимодействия органов власти и института независимой общественной информационной экспертизы на основе разделения принципа ответственности за реализацию функций электронного государства.

Положения, выносимые на защиту:

1. Под политической коммуникацией рассматривается система, производящая, распределяющая, обрабатывающая, хранящая и обменивающая стандартизированную информацию, которая может повлиять (или влияет) на осуществление политической власти. Политическая интеракция – это процесс оборота влияющей на осуществление политической власти стандартизированной информации независимо от даты ее создания и носителя. Политическая информация - информация, которая может повлиять (или влияет) на осуществление политической власти. Политическая информация бывает стандартизированная и нестандартизированная. Политические акторы в борьбе за власть пытаются контролировать политическую коммуникацию и влиять на политическую интеракцию.

Проведенный структурно-функциональный анализ выявил, что политическая коммуникация имеет более сложную структуру, чем это традиционно представлено в литературе. Она состоит из девяти элементов: политические акторы, аудитории (сегодня нет единой аудитории), организации исследования аудиторий, организации, создающие содержание политической коммуникации, организации, распространяющие содержание политической коммуникации, организации, обеспечивающие распространение содержания, организации, контролирующие процесс политической коммуникации, организации, регламентирующие процесс политической коммуникации, организации, обеспечивающие хранение политической информации.

2. Средства массовой информации (СМИ), оставаясь политическим институтом, за короткий промежуток исторического времени претерпели серьезную трансформацию. Данная трансформация более адекватно объясняется при помощи концепта «узлы политической коммуникации». Узлы политической коммуникации возникают в результате эволюционных изменений внутри системы политической коммуникации. По характеристике своего положения они классифицируются на базовые и периферийные. Базовые узлы политической коммуникации характеризуются востребованностью со стороны политических акторов, борьбой за них и значимостью передаваемой информации. Когда ведущую роль коммуникатора играли личность журналиста и редактора, СМИ были включены в базовые политические коммуникативные процессы. До того и после утраты этой роли СМИ - это не более, чем периферийные узлы политической коммуникации.

3. Целью функционирования политической коммуникации как системы является создание информационного пространства. Информационное пространство – это концептуальное пространство, идеальная модель, максимально приближаясь к реализации которой политические акторы влияют на политическую интеракцию.

Демонстрация возможностей Интернета усилила позиции исследователей, полагающих, что политическую коммуникацию как систему объединяет технологическое единство. Не менее важным основанием единства политической коммуникации как системы является блок доминирующих информационных потребностей.

4. Существующие подходы по выделению функций политической коммуникации базируются на анализе не объекта исследования, а на описании выполненных научно-исследовательских работ по предмету исследования. Следствием является невозможность верификации полученных результатов. В связи с отсутствием достоверных методов для проведения институционального анализа политической коммуникации была разработана авторская методика.

Технология анализа функций политической коммуникации выражается в следующей матрице последовательных действий: во-первых, условно отсекаются те умозрительные функции, которые не соответствуют признакам функций (часто к функциям относят цели); во-вторых, оставшиеся для анализа функции классифицируются по критериям значимости (основные и неосновные) и продолжительности действия (постоянные и временные), выделяются основные постоянные функции; в-третьих, основные постоянные функции верифицируются на соответствие им устойчивых форм и методов осуществления.

5. Политическая коммуникация в современных российских условиях выполняет шесть основных постоянных функций: информационную, ценностной детерминации, креативную, форо-функцию, интегративную и регулятивную.

Функции классифицированы на собственные (информационная, ценностной детерминации, креативная и форо-функция) и дублирующие (интегративная и регулятивная). Выполняемые политической коммуникацией функции отличаются от функций социальной коммуникации.

6. Структурное регулирование политической коммуникации не имеет системного начала и носит ярко выраженный узковедомственный характер. Для функционального регулирования политической коммуникации типичны случайность управленческих решений и отсутствие теоретических моделей, показывающих направление регулирования. Перспективы научного поиска связаны с разработкой проблем эффективного осуществления информационной, регулятивной и интегративной функций политической коммуникации, обоснованием базовых принципов их регулирования.

7. Основная проблема регулирования информационной функции политической коммуникации заключается в смещении акцента на общедоступность информации. На основании двадцатилетних научно-практических экспериментов, проведенных автором в период с сентября 1991 г. по июль 2011 г., заключавшихся в создании и обеспечении функционирования систем доступа граждан к информации, утверждаем, что данная проблема из научной трансформировалась в техническую. Приоритетным в настоящее время является построение системы регулирования информационной функции по критерию разграничения информации на публичную (а не общедоступную) и информацию с ограниченным доступом. Перспективным направлением является разработка критериев выделения именно «публичной информации».

8. Критичным для политической системы является отсутствие комплексного подхода к осуществлению регулятивной функции, при том, что она способствует становлению норм политической деятельности и политического поведения через верования, мораль, социализацию, способствует воспроизводству политической системы посредством поддержания тех или иных образцов.

Главный принцип, который должен быть положен в основу регулятивной функции, -- принцип информационной безопасности.

9. В условиях информатизации нуждаются в корректировке базовые принципы регулирования интегративной функции. В век Интернет-технологий информационная политика перестает быть исключительно прерогативой государства. Субъектами информационной политики являются не только государство и его органы, но и политические партии, общественно-политические организации и движения, средства массовой информации и др.

Поэтому важны дальнейшая теоретическая разработка и практическая реализация принципа соучастия, отражающего функцию артикуляции интересов, обеспечивающего процесс конкретизации мнений, взглядов, требований людей в ходе осуществления диалога в системе «власть--СМК--общество» с целью принятия оптимальных политических решений. Принцип соучастия позволяет исключать незаконные террористические и экстремистские организации, которые не являются легальными субъектами политики, но могут оказывать на нее влияние.

10. В последнее десятилетие фиксируется постоянная неэффективность применения моделей политической коммуникации. Выявлены многочисленные проявления неэффективности каналов и моделей политической коммуникации: массовое распространение политической рекламы, информационного лоббизма и PR-технологий, неудачи с внедрением электронного правительства (разрыв между декларативностью прав на информацию, электронные государственные услуги и реализацией прав в Интернет-среде), психологическое сопротивление части общества политической коммуникации в силу восприятия ее как элемента массовой культуры, нарастание одиночества и гиперболизация чувства собственного достоинства, усиление в информационном обществе слабых, маргинальных связей, семиотизация потребления (с каждым годом возрастает потребление не вещей, а знаков, при этом знаков больше, чем их может воспринимать простой человек) и другие. Среди причин сбоев функционирования политической коммуникации можно выделить монополизацию каналов, проявление дисфункций и неудачный опыт внедрения новых форм.

11. Успешность политической коммуникации зависит от эффективности соблюдения политического коммуникативного договора. Политический коммуникативный договор -- неформализованные ожидания участников политической коммуникации. Важным является ориентация каждого участника политической коммуникации на ответную реакцию. Дисфункции и кризисные события, являющиеся неотъемлемым спутником развития системы политической коммуникации, усиливают коммуникативные ожидания. В странах с устойчивыми демократическими традициями и развитым гражданским обществом государство имеет встроенные механизмы обратной связи, позволяющие самонастраиваться системе государственного управления, реагируя на изменения в обществе и в окружающей среде. Политический коммуникативный договор – один из механизмов самонастройки. Он реализуется применением технологии политической интерференции, под которой мы понимаем включение в систему массовых коммуникативных отношений диригентов для гармонизации непосредственных и опосредованных форм политической коммуникации. Выделив четыре формы диригентов: переговоры, обмен мнениями, политические консультации и независимая информационная экспертиза,-- считаем, что из них только последние две способны влиять на политический коммуникативный договор. Предлагаемые концепты политического коммуникативного договора и политической интерференции позволяют преодолеть наметившийся в политологии и социологии массовых коммуникаций концептуальный разрыв в исследовании массовых и партиципарных медиа.

12. Использование института независимой информационной экспертизы позволит создать устойчивый тренд массового признания населением демократических принципов, включая формирование доверия к основным политическим институтам. Введение этой формы контроля минимизирует финансовые затраты государства на реализацию своих конституционно установленных и законодательно закрепленных функций, создаст позитивный образ законодательной и исполнительной ветвей власти, приведет к более слаженному функционированию государственного аппарата.

В условиях продолжающейся информатизации значение независимой общественной информационной экспертизы в имплементации, легитимации и эффективности политических решений будет только повышаться.

Политико-правовой базой взаимодействия органов власти и института независимой общественной информационной экспертизы является новаторское понимание принципа ответственности за реализацию функций электронного государства. Отсутствие ответственности за непредоставление либо некачественное предоставление государственных услуг в электронной форме создает условия если не для противоправного поведения чиновников, то для их бездействия. Необходимо разрушить сложившиеся стереотипы и дать институту независимой общественной экспертизы право нести ответственность за реализацию функции предоставления государственных услуг в электронной форме.

Построение политико-правовой базы взаимодействия органов власти и института независимой общественной информационной экспертизы позволит не только улучшить качество предоставления государственных услуг, но и решать сложные вопросы ответственности должностных лиц органов власти, граждан, бизнес-сообщества.

Уменьшению рисков и угроз политической системе, раскрытию заложенных в независимой общественной информационной экспертизе возможностей будет способствовать принятие Закона «О независимой общественной информационной экспертизе», концепция и проект которого были разработаны диссертантом.

Теоретическая значимость исследования. Теоретическая значимость данного исследования заключается в комплексном осмыслении проблем коммуникативно-информационных отношений государства и общества в условиях информатизации политического управления. Разработка теории политической коммуникации позволяет разделить понятия «политическая коммуникация» и «политическая интеракция», ввести в научный оборот понятия «узлы политической коммуникации», «политический коммуникативный договор» и «политическая интерференция». Предлагаемая в исследовании экспертная модель коммуникативного процесса открывает новые возможности теоретического осмысления политической коммуникации.

На основе выявленных закономерностей развития политической коммуникации возможен дальнейший анализ на материале конкретных элементов, каналов и форм, что позволит расширить сферу научного знания о трансформации коммуникативно-информационных отношений государства и общества.

Практическая значимость исследования. Содержащиеся в диссертационном исследовании выводы и рекомендации имеют прикладное значение и представляют практический интерес для специалистов в области информации, массовой коммуникации и применения информационно-коммуникативных технологий в деятельности органов федеральной и региональной власти. По материалам диссертации разработан проект закона «Об общественной экспертизе», получивший положительное заключение экспертного совета Саратовской областной Думы, общественного экспертного Совета при Торговопромышленной палате Саратовской области. Проект закона рекомендован к рассмотрению в профильном комитете областной Думы. Разработан проект постановления Губернатора Саратовской области о проведении общественной информационной экспертизы, проект направлен на рассмотрение в комитет по информатизации Саратовской области. В Торгово-промышленную палату Саратовской области передан на рассмотрение разработанный проект устава саморегулируемой организации информационных экспертов.

Результаты диссертационного исследования внедрены в учебный процесс подготовки экспертов-документоведов в СГСЭУ. Материалы и выводы диссертации могут быть использованы также при разработке учебных программ по направлению «Политология», для подготовки спецкурсов, используемых при повышении профессиональной квалификации государственных и муниципальных служащих, занимающихся регулированием информационных процессов.

Апробация результатов исследования. Диссертационное исследование выполнено в рамках НИР «Политико-правовые аспекты формирования института независимой общественной экспертизы процессов информатизации субъекта Российской Федерации» по ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009--2013 годы (госконтракт № 14.740.11.0241).

Основные положения диссертационного исследования изложены автором на международных, всероссийских и региональных научно-практических конференциях, круглых столах и семинарах, проходивших в России (Саратов, Москва, Волгоград, Чебоксары), США (Индианаполис), ФРГ (Бонн), Кипр (Лимасол) в 1994--2012 гг.

Совместно с Комитетом по культуре, общественным отношениям и информационной политике Саратовской областной Думы подготовлены и проведены общественные слушания о целях и задачах общественной информационной экспертизы. На заседании этого Комитета и экспертного Совета фракции партии «Единая Россия» Саратовской областной Думы рассмотрены подготовленные проект постановления Губернатора Саратовской области «Об утверждении Правил проведения независимой информационной экспертизы в целях содействия процессу информатизации органов государственной власти и местного самоуправления» и «Методика проведения общественной независимой информационной экспертизы», получившие одобрение и рекомендацию для рассмотрения инстанциями.

По теме диссертации имеется 35 опубликованных научных работ, в т.ч. четыре авторские монографии, 13 статей в журналах, рекомендованных ВАК РФ, 18 статей и брошюр. Диссертация обсуждена на кафедре философии и политологии Саратовского государственного социально-экономического университета и рекомендована к защите.

Структура диссертации. Структура работы обусловлена ее целью и задачами, состоит из введения, пяти глав, заключения, списка использованных источников и литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, подвергается анализу степень разработанности темы, выдвигается научная гипотеза, формулируются цель и задачи исследования, объект и предмет, обосновываются методологические и теоретические основы, на которые опирается исследование, раскрывается его научная новизна, эмпирическая база, теоретическая и практическая значимость, обозначаются положения, выносимые на защиту.

Глава 1. «Сущность политической коммуникации» состоит из трех параграфов. В данной главе обобщены результаты имеющихся теоретических представлений, раскрывающих сущность политической коммуникации, проведен анализ существующих концепций политической коммуникации. Рассмотрена коммуникативно-информационная природа политических отношений.

В первом параграфе «Теоретико-методологические аспекты исследования» отмечается, что существует множество определений политической коммуникации. Политическую коммуникацию представляют не только в качестве речевого взаимодействия или способности убеждения посредством символов и знаков, но и как возможность осуществления самой власти. Политическая коммуникация трактуется как постоянный процесс передачи политической информации, посредством которого политические тексты циркулируют между различными элементами политической системы, а также между политической и социальной системами и т.д. Справедливо замечание С.В. Клягина о том, что «наличие различных определений… представляет собой общекультурную и специальную научно-познавательную проблему. Логическая разноголосица нередко становится причиной практических недоразумений…»Обобщив научные взгляды на понимание политической коммуникации, выделено пять групп по критерию понимания сущности политической коммуникации. Первая группа исследователей понимает политическую коммуникацию как эффективную политическую технологию. Наиболее четко данную позицию изложил Д. Хенсон: «Предвыборная кампания является главным предметом исследования в политической коммуникации»8. Иная точка зрения, характерная для второй группы, высказанная в работах К. Дойча, Ж.-М. Коттре, А.И. Соловьева и др., заключается в трактовке политической коммуникации как функции политической системы. Третья группа ученых (М.А. Василик, Ю.В. Ирхин, В.Д. Зотов, Р.-Ж. Шварценберг и др.) обосновывает понимание политической коммуникации не только как функционального элемента политической системы общества, обеспечивающего взаимосвязь между другими ее компонентами, но и как процесс: «Политическая коммуникация выступает как специфический вид политических отношений, посредством которого доминирующие в политике субъекты регулируют производство и распространение общественно-политических идей своего времени»9. Представители четвертой группы подходят к пониманию политической коммуникации наиболее обобщенно. Коммуникативные (Ю. Хабермас, Х. Арендт) и неоструктуралистские (М. Фуко, П. Бурдье) модели власти рассматривают ее как многократно опосредованный иерархизированный механизм общения между людьми, разворачивающийся в социальном поле и пространстве коммуникаций. Пятая группа представлена работами М.Н. Грачева. Он выявил, что в самом феномене политической коммуникации заложено противоречие, вызванное двойственным проявлением политической коммуникации: данная система является составляющей политического процесса в обществе и в то же время является самостоятельным политическим институтом10. Основываясь на подобном подходе, можно разграничить процессуальную и структурную составляющие политической коммуникации, разделив понятия «политическая коммуникация» и «политическая интеракция».

В результате проведенного исследования можно очертить границу между тремя разными понятиями: «политическая коммуникация», «политическая интеракция» и «политическая информация». Политическая коммуникация не является синонимом слова «общение», где политическая информация является сутью общения, а политическая коммуникация – формой. Под политической коммуникацией мы понимаем систему, производящую, распределяющую, обС.В. Клягин. Социальная коммуникация: созидание человека и общества//Вестник РГГУ, сер. Политология.

Социально-коммуникативные науки. 2007, № 1,С.Д. Хенсон. Глобальная модель политической социализации//Политическая лингвистика. - Вып. 2 (22). - Екатеринбург, 2007. - С. Основы теории коммуникации. /Под ред. М.А. Василика. СПб., 2004. С. См. М.Н.Грачев. Указ. произв.

рабатывающую, сохраняющую и обменивающую стандартизированную информацию, которая может повлиять (или влияет) на осуществление политической власти.

Политическая информация -- информация, которая может повлиять (или влияет) на осуществление политической власти. Политическая информация бывает стандартизированная и нестандартизированная. Распространение политически значимой информации может осуществляться разными способами:

официальным, персональным, опосредованным и анонимным. Говоря в дальнейшем о политической коммуникации, подразумеваем, что речь идет об информационно-коммуникационной системе, в которой создается и распространяется официальная документированная политическая информация как по опосредованным, так и персональным каналам.

Политическая интеракция – это процесс оборота влияющей на осуществление политической власти стандартизированной информации независимо от даты ее создания и носителя.

Политические акторы в борьбе за власть пытаются контролировать политическую коммуникацию и влиять через нее на политическую интеракцию.

Второй параграф «Структура политической коммуникации».

Проведенный структурный анализ выявил, что политическая коммуникация имеет более сложную структуру, чем это традиционно представлено в литературе. Она состоит из девяти элементов: политические акторы, аудитории (сегодня нет единой аудитории), организации исследования аудиторий, организации, создающие содержание политической коммуникации, организации, распространяющие содержание политической коммуникации, организации, обеспечивающие распространение содержания, организации, контролирующие процесс политической коммуникации, организации, регламентирующие процесс политической коммуникации, и организации, обеспечивающие хранение политической информации.

Несмотря на довольно сложную структуру политической коммуникации современной России, можно отметить регулярную актуализацию тех или иных элементов, производящих, распределяющих, обрабатывающих, сохраняющих и обменивающих стандартизированную политическую информацию. На наш взгляд, данная актуализация приводит к формированию узлов политической коммуникации. Эти «узлы» возникают в результате эволюционных изменений внутри системы политической коммуникации. По характеристике своего положения они классифицируются на базовые и периферийные. Базовые узлы политической коммуникации характеризуются востребованностью со стороны политических акторов, борьбой за них и значимостью передаваемой информации.

Основной поток политической интеракции идет через узлы коммуникации. Базовые узлы коммуникации играют ведущую роль в распределении и обмене стандартизированной политической информации.

Для политика выбор канала, в котором протекала бы политическая интеракция, является важной и ответственной задачей. Ошибка в определении узлов коммуникации может привести к потере власти. А ошибка возможна, так как постоянные изменения в структуре политической коммуникации являются естественной реакцией на эволюцию общества. Динамичность структуры является определенным условием обеспечения политической стабильности, поддержания легитимности существующей политической системы.

Таксономический анализ динамики структуры политической коммуникации позволяет выявить особенности развития политической коммуникации, увидеть изменения в способах и каналах передачи сообщений. Переход от непосредственной к опосредованной формам политической коммуникации, наиболее явственно выразившийся в развитии издательского дела, стал свидетельством становление массовых информационно-коммуникационных систем.

СМИ являются наиболее распространенным элементом системы массовых коммуникаций. Они, оставаясь политическим институтом, за короткий промежуток исторического времени претерпели серьезную трансформацию. Субъекты политической коммуникации регулярно позиционируют себя в качестве политических акторов. С полной справедливостью данный посыл можно отнести к средствам массовой информации. Вслед за представителями СМИ, заявляющими, что они – четвертая власть, некоторые политологи категорично утверждают: «СМИ на современном этапе являются актором, играющим определяющую роль в развитии политического процесса»11.

Введение концепта «узлы политической коммуникации» позволяет адекватно представить роль традиционных СМИ. Когда ведущую роль коммуникатора играли личность журналиста и редактора, СМИ были включены в базовые политические коммуникативные процессы. До того и после того СМИ - это не более, чем периферийные узлы политической коммуникации. И электронные, и печатные СМИ постепенно утрачивают ведущую роль в реализации информационной функции политической коммуникации, происходит сужение выполняемых ими задач до релаксационных. В современных российских условиях СМИ не являются субъектами политического процесса.

Третий параграф «Политическая коммуникация как система». Рассматривая политическую коммуникацию как систему, следует ответить на два вопроса: что объединяет ее как систему и какова цель ее функционирования.

Цель политической коммуникации не может быть абстрактна и сводиться к «добыванию… новых смыслов, приближающих человека к постижению истинного и нравственного знания».12 Также уводит от сути понимание в качестве цели раскрепощение человеческих жизненных сил.13 Целью функционирования политической коммуникации как системы является создание политического информационного пространства, или информационного пространства.

Важно отметить, что информационное пространство – это не физическое пространство, вместилище тех или иных объектов. Информационное пространстБалынская Н.Р. Специфика участия средств массовой информации в политическом процессе современной России. Автореф.дисс…д.полит.н.Екатеринбург,2009, с. В.М. Березин. Сущность и реальность массовой коммуникации.М.,2002, С.Критику подобного подхода Ю.П. Буданцева см.: Е.Г. Дьякова. Массовая коммуникация как объект и предмет политологического исследования//Политология и социология, С.2во, в отличие от информационной среды, – это концептуальное пространство, идеальная модель, максимально приближаясь к реализации которой политические акторы влияют на политическую интеракцию и стремятся обеспечить свое доминирование в информационной среде. Информационная среда поддерживается политической интеракцией, она многообразна по характеру представленных идеологий, точек зрения, подходов к тем или иным явлениям.

Существует несколько оригинальных моделей политического информационного пространства, наиболее известные среди них – общественной сферы Ю.Хабермаса, информационно-коммуникационных полей А.И.Соловьева и реально реализуемой Правительством Российской Федерации в настоящее время модели информационного общества. Поиск оптимального пространства для культивирования общественной мысли привел многих исследователей и практиков управления к анализу возможностей Интернета. Интернетпространство многим сегодня представляется той самой публичной сферой, демократичной по своей сути и свободной для провокативно-оценочной деятельности. Понятие информационного общества связывается с понятием публичной сферы и принципами гражданского общества.

Демонстрация возможностей Интернета усилила позиции исследователей, полагающих, что политическую коммуникацию как систему объединяет технологическое единство. Можно отметить, что доминирующий в научной литературе взгляд на коммуникативную революцию основан на трудах торонтской исследовательской школы. Применение принципа технологического детерминизма дает возможность выделить три волны коммуникативной революции: от изобретения письменности до изобретения Гутенберга, от печатного станка до электронных масс-медиа, от электронных СМИ до эпохи Интернета. Такой подход позволяет увидеть и экономические изменения в медиа-сфере. Однако редукция парадигмы коммуникативной революции только до технологической доминанты не позволяет разрешить противоречие между технофилическими теориями и наблюдаемыми фактами: политическая коммуникация в демократическом обществе – это открытая структура. Вместе с тем стремительное развитие Интернет-среды, процессы информатизации разрушают сложившуюся структуру политической коммуникации, несмотря на ее достаточный динамизм. Складывается впечатление, что структура приобрела мозаичнохаотичный характер. Так что же происходит: распад структуры или ее усложнение? Сохранение в современных условиях центростремительных связей, позволяющих продолжать называть системой совокупность элементов политической коммуникации, в первую очередь обеспечивается единством технологической платформы. Технологический критерий является основанием для одного из блоков центростремительных связей. Не менее важный блок – доминирующих информационных потребностей. Неверно утверждать, что успех социальных сетей, основанный на потребностях в общении и самовыражении, достигнут благодаря Интернету. В 1992 году мы проводили эксперименты в газете. Эффект был аналогичный – сотни тысяч писем от той возрастной группы, которая составляет сегодня костяк «В контакте»14. Изменение информационных потребностей делает личность коммуникатора релятивной.

Наличие центростремительных связей позволяет политической коммуникации существовать как сложной динамичной системе.

Глава 2 «Структурно-функциональный анализ политической коммуникации» состоит из трех параграфов. В ней на основе разработанной диссертантом методики раскрываются функции политической коммуникации.

В первом параграфе «Методика анализа функций политической коммуникации» рассмотрены распространенные в политологической литературе подходы к пониманию основных целей политической коммуникации: формирование общественного мнения и массового сознания и передача, перемещение, оборот семантически значимой в политическом контексте информации как главных сторон политико-коммуникационных процессов. Для ответа на вопрос о соответствии заявляемых целей реальному процессу функционирования проведен структурно-функциональный анализ политической коммуникации, что позволило по-новому рассмотреть вопрос о выполняемых политической коммуникацией функциях.

Если в качестве отправной точки анализа функций политической коммуникации использовать метод абстракции, то для выделения функций нет ограничений. Однако ни одна из функций не может быть в данном случае верифицирована. Также малопродуктивен подход, заключающийся в подмене анализа объекта исследования на анализ литературы по теме. Приращение научного знания возможно только в том случае, когда исследователь исходит из методологической посылки о политической реальности выполняемых политической коммуникацией функций.

В связи с отсутствием аналогов, для проведения объективного анализа, диссертант разработал авторскую методику, существо которой, как технология анализа функций политической коммуникации, выражается в следующем алгоритме последовательных действий: во-первых, условно отсекаются те умозрительные функции, которые не соответствуют признакам функций (часто к функциям относят цели); во-вторых, оставшиеся для анализа функции классифицируются по критериям значимости (основные и неосновные) и продолжительности действия (постоянные и временные), выделяются основные постоянные функции; в-третьих, основные постоянные функции верифицируются на соответствие им устойчивых форм и методов осуществления.

Политическая коммуникация, как выявлено в результате анализа, выполняет шесть основных постоянных функций (в современных российских условиях): информационную, ценностной детерминации, креативную, форофункцию, интегративную и регулятивную. Выполняемые политической коммуникацией функции отличаются от функций социальной коммуникации. Из этого следует вывод о невозможности построения общей теории коммуникации и коммуникативистики как единой науки.

Другое дело, что информационно-коммуникационные технологии позволяют легче собирать аудиторию и минимизируют влияние редакции, да и проблема объема информации не стоит так остро.

Второй параграф «Собственные функции политической коммуникации» посвящен раскрытию информационной функции, функций ценностной детерминации, креативной и форо-функции.

Информационная функция является ведущей, которую часто исследователи отождествляют с политической коммуникацией в целом. Ее содержание заключается в распространении необходимых знаний об элементах политической системы и их функционировании. В качестве исходной единицы информационно-коммуникационных обменов ученые выдвигают самые различные образования, но наиболее распространенным считаются две позиции: сообщение и текст. Мы считаем более верной точку зрения тех авторов, которые в качестве главной, собственно коммуникационной единицы выделяют текст.

Именно текст оформляет информационное сообщение, придает ему тот облик, с которым взаимодействует аудитория. Для информационной функции характерно наибольшее количество форм и методов осуществления.

Узнайте, что такое Саентология...

Ваша жизнь поменяется...

Информационная среда весьма противоречива. Она нова, непривычна.

Человеку непросто разобраться во всем этом многообразии. Какое направление истинно? Наличие подобных вопросов актуализирует функцию ценностной детерминации. Функция ценностной детерминации -- это функция целеполагания. Она влияет на восприятие информации. Политические тексты представляют собой послания, олицетворяющие и обобщающие властно значимые смыслы политических явлений. В этом заключается их символическая природа. Именно за счет этой символической нагрузки текстов человек способен идентифицировать себя как политического актора, освоить определенные функции в политическом пространстве, поддержать, отвергнуть политическую информацию либо не придать ей значения. Какая партия или иной представительный орган будут доминировать в реализации данной функции, у той и будет больший успех на выборах. Пропаганда – классическая форма воплощения функции ценностной детерминации.

Креативная функция. Следует признать, что информационная среда является также сферой, в которую многие уходят от суровой действительности в иллюзорную жизнь сериалов, детективов, виртуальную компьютерную реальность. Феномен «ухода» в воображаемый мир не является особенностью сегодняшней жизни, но в условиях современных информационных технологий он приобретает значительные масштабы. Креативная функция политической коммуникации оказывается востребованной как со стороны власти, так и со стороны общества.

Креативная функция стала развиваться, когда пришло понимание, что функция ценностной детерминации эффективнее в специфических формах воплощения. Экспериментальное подтверждение этому получено лишь в последнее десятилетие. Так, в последнее время в научных работах на примере США отмечается значительное влияние зрелищных и развлекательных мероприятий и сайтов в Интернете на формирование мнений и взглядов американской общественности15. Эффективным и распространенным приемом стала визуализация политической информации. Кино, литература и эстрада продолжают оставаться инструментами и каналами политической коммуникации.

В параграфе также описывается форо-функция. Ее содержание заключается в отборе, форматировании и распространении политической информации в соответствии с интересами и запросами ее потребителя. Способами реализации форо-функции являются пиар, политическая реклама, информационный лоббизм. Их политическое значение в современном мире растет стремительно. В политологии идеализация форо-функции получила отражение в концепции медиацентрированной демократии, что не совсем верно в силу смешения результатов функционирования с целями. У данной функции политической коммуникации есть две особенности: в отличие от всех остальных собственных функций она диалогична, ее распространенность в современных условиях не говорит о том, что данная функция будет постоянной. Сегодняшним реалиям политического рынка соответствует понимание маркетинговых способов организации политического дискурса, но форо-функция может быть заменена на иную, в основе которой лежит диалогичность.

В третьем параграфе «Дублирующие функции политической коммуникации» описываются интегративная и регулятивная функции. Следует отметить, что интегративную и регулятивную функцию политическая коммуникация выполняет наряду с другими политическими институтами. Дублирование функций оправдано в силу сложности восприятия передаваемой информации и подчас неэффективным выполнением данных функций другими политическими институтами.

Многими исследователями фиксируется упадок традиционных ценностей.

Однако выводы о необходимости возврата к соборности либо нормам советского прошлого напоминают наивные эксперименты социалистов-утопистов.

Пока семья, школа, церковь и другие институты переживают кризис собственной идентичности в треугольнике «традиционное--новое--глобальное», пытаясь найти свою нишу в воспроизводстве политической системы, их место заняли СМИ и другие элементы политической коммуникации. СМИ структурируют жизненный опыт граждан путем стереотипизации, и подобная не всегда удачная практика способствует воспроизводству политической системы посредством показа и поддержания тех или иных образцов политического поведения.

В целом регулятивная функция политической коммуникации способствует становлению норм политической деятельности и политического поведения через верования, мораль, социализацию, способствует воспроизводству политической системы посредством поддержания тех или иных образцов. Регулятивная функция подразумевает влияние на формирование общественного соз Calavita, M. Within the Context of Many Contexts: Family, News Media Engagement, and the Ecology of Individual Political Development Among 'Generation Xers'.// Communication Review, 2003, № 6(1), 23. Holbert, R.L (2005).

A typology for the study of entertainment and television and politics.// American Behavioral Scientist, 2005, № 49, 436-453.

нания, общественного мнения социальных норм. Тем самым реализуется функция социального контроля.

Выделяемая исследователями культурологическая функция, выполняющая познавательную задачу в сфере культуры и искусства, сохранения культурных традиций, является составным элементом регулятивной функции. Доминирующая политическая культура в известном смысле предопределяет направленность политико-коммуникационных процессов с учетом сложившейся системы ценностных ориентаций, правил, образцов функционирования. В завершенном виде регулятивная функция для политической коммуникации представлена в популярном концепте фрейминга. Политические технологи часто используют передачу политической информации в пределах знакомых аудитории контекстов.

Интегративная функция позволяет выработать оптимальный механизм взаимодействия политической системы и ее элементов с гражданским обществом через трансляцию требований, прав и обязательств. Значимость данной функции для политической системы в силу ее диалогического характера определяется тем, что она способствует артикуляции и агрегации общественных интересов, их претворению в жизнь посредством трансформирования в процессы принятия социально-политических решений, поддержанию связи граждан с властью и между собой, а также координации различных частей общественного организма, обеспечению его жизнеспособности в целом. Поддержание целостности политической системы посредством верификации общественным мнением – одна из целей интегративной функции. Опасность заключается в неразделенности либо сознательном манипулировании частными, рефлексивными и деятельностными формами проявления общественного мнения.

На уровне политической практики используются такие формы реализации интегративной функции, как опрос общественного мнения, конференция граждан, гражданские комиссии, публичные слушания. Все данные формы отличаются принципиальной общедоступностью, непосредственной коммуникацией участвующих, нормативно-правовой регламентацией.

Глава третья «Нормативное регулирование политической коммуникации в Российской Федерации» состоит из трех параграфов. В данной главе на основе авторской концепции политической коммуникации и многолетних научных экспериментов диссертанта раскрываются подходы к регулированию политической коммуникации.

В первом параграфе «Традиционные подходы структурного регулирования каналов политической коммуникации» рассматриваются способы регулирования функционирования средств массовой информации, архивного дела, библиотечного дела, информационно-телекоммуникационных сетей и связи.

В состав правового режима информационных ресурсов входят нормы, которые устанавливают порядок документирования информации; право собственности на отдельные документы и отдельные массивы документов, документы и массивы их в информационных системах; категорию информации по доступу к ней; порядок правовой охраны и защиты информации.

Наибольшее внимание органами государственной власти справедливо придается регулированию деятельности СМИ. Сильное государственное влияние на информационную политику СМИ началось со времен царской России.

В СССР (в 1923--1988 гг.) оно превратилось в тотальный контроль. Значительные изменения в отечественных масс-медиа произошли после распада СССР.

В Конституции России гарантируется свобода информации: свободная циркуляция информации (и позитивной, и негативной) через деятельность СМИ представляет собой один из основных политических и социальных идеалов современного демократического общества. Следует констатировать полную свободу в деятельности печатных СМИ и интернет-СМИ. Это не только закреплено в нормативно-правовых актах, нормах, декларациях, но и подтверждается материалами правоприменительной практики реальной деятельности федеральных органов исполнительной власти.

Иной подход наблюдается в отношении электронных СМИ. Сохраняется не только техническое регулирование, но и содержательное. И если техническое регулирование представляется оправданным, и в определенной степени следует его усилить (в части борьбы с монополизацией), то для нормального функционирования в российском обществе политической коммуникации нужен не один, а несколько каналов общественного телевидения.

В целом же правовое регулирование в сфере массовой информации направлено на создание благоприятных условий для функционирования СМИ как одной из составляющих демократического государства и гражданского общества, а также на охрану и защиту прав и интересов личности, общества, государства, юридических лиц.

В основе государственной политики в области библиотечного дела лежит принцип создания условий для всеобщей доступности информации и культурных ценностей, собираемых и предоставляемых в пользование библиотеками.

Основная проблема библиотек – сужение их функций до фонда тиражированных документов, предоставляющих документы во временное пользование физическим и юридическим лицам. Вместе с тем заложенный в данных учреждениях и пока не утраченный потенциал информационного, культурного, образовательного учреждения может быть востребован в сельской местности, если библиотеки рассматривать как базу для создания на их основе центров общественного доступа к правовой и иной социально значимой информации.

Можно констатировать, что нет единого подхода к структурному регулированию системы политической коммуникации, а в отдельных случаях даже сохраняется архаичный порядок документирования информации (классический пример -- УДК, ББК). Особенностью является то, что если в архивном и библиотечном деле все детально регламентировано, то особую роль в сфере массовой информации играют нормы-принципы, которые содержатся в Конституции Российской Федерации и Законе Российской Федерации "О средствах массовой информации" от 27 декабря 1991 г., являющиеся каркасом, на основе которого векторы развития определяются и вырабатываются самими субъектами отношений, а не внешним субъектом, как в архивном и библиотечном деле.

Во втором параграфе «Новые подходы к структурному регулированию политической коммуникации» дается оценка процессам информатизации, реализации концепции электронного правительства и приводится анализ проекта концепции электронной демократии.

Информатизация как процесс поиска, получения, передачи, производства и распространения информации с применением определенных информационных технологий направлена на обеспечение удовлетворения информационных потребностей всех субъектов гражданского общества и демократического государства, охраны и защиты реализации законных прав и интересов граждан, в частности, а фактически на повышение уровня жизни граждан и стабилизации и гармонизации социально-политических отношений в государстве.

Электронное правительство и электронная демократия, являясь следствием происходящего процесса информатизации современного общества, имеют ту же правовую природу, что и информатизация в целом.

Конституция Российской Федерации, закрепляя право граждан свободно искать, получать и распространять информацию, предусматривает и фиксирует правовые основы формирования и развития единого информационного пространства России, констатируя переход от закрытости информации, продолжавшейся не одно десятилетие советской власти, к открытости информации.

Переход к открытости информации получил свое развитие в отраслевом законодательстве (административном, гражданском процессуальном и т.д.) и в актах применения норм права.

Критическому анализу подвергаются законодательно закрепленные цели, средства достижения целей информатизации, а также взгляды российских и зарубежных ученых и практиков по исследуемому вопросу.

Регулирование СМИ, библиотечного дела, архивного дела, информатизации, раздробленное по ведомствам, не дает системного эффекта для решения проблемы отбора, распространения и хранения информации. Более того, активное использование органами власти информационно-коммуникационных технологий приводит к накапливанию в Интернете массивов информации.

Приходится констатировать невостребованность информационных архивов, для чего за рубежом стали применять термин – «информационный бункер».

Связано это с ситуацией политического палимпсеста – хаотическим наслоением разнородных и разнонаправленных политических документов. Ситуация политического палимпсеста свидетельствует об исчерпании потенциала структурного регулирования.

В третьем параграфе «Функциональное регулирование политической коммуникации» раскрывается положение о том, что если структурное регулирование характеризуется планомерностью действий и фиксируемыми результатами, то для функционального регулирования типичны случайность управленческих решений и отсутствие теоретических моделей, показывающих направление регулирования.

Использование выделенных в предыдущей главе функций политической коммуникации дает необходимую основу для анализа. Отмечается, что в современных условиях регулированию не подлежат только две функции – креативная и ценностной детерминации.

В связи с тем, что значение форо-функции резко возрастает в период выборов, она детально регламентирована. Содержание нормативного регулирования форо-функции отвечает интересам политических акторов и СМИ, а потому большинством из них добровольно и добросовестно исполняется.

Проблема регулирования информационной функции – наиболее популярная по степени обращения к ней ученых и политических акторов. На наш взгляд, является спорной точка зрения о необходимости регулирования информационной функции политической коммуникации, ориентируясь на некие эталоны. Например, негативное влияние СМИ на общество можно прекратить, «раскрыв глаза» журналистам и власти, заставив их работать по моральному кодексу. Свободная циркуляция информации в условиях информатизации – факт свершившийся, и любое ограничение (а такие попытки регулярно озвучиваются) негативно воспринимается и политической элитой, и обществом, и другими участниками процесса политической интеракции.

Основная проблема регулирования информационной функции заключается не во введении санкций, ограничений, норм, эталонов или цензуры, а в инерционном влиянии, смещении акцента на общедоступность информации.

Казалось бы, данная проблема актуальна, ведь закон о доступе информации о деятельности судов, например, только начал реализовываться, мало общедоступной информации о деятельности муниципалитетов. Однако данное утверждение было справедливо в начале 90-х гг. прошлого столетия.

На наш взгляд, данная проблема, актуальная для политологии в начале 1990-х гг., более не носит академического характера. Это управленческотехнологическая проблема. Новая проблема – это построение системы регулирования информационной функции по критерию разграничения информации на публичную (а не общедоступную) и информацию с ограниченным доступом. Например: многие проблемы ЖКХ, качества ремонта дорог и тому подобные могли решаться быстрее, эффективнее, прозрачнее и экономичнее при наличии обязательств юридических лиц частной формы собственности предоставлять подробную публичную информацию. В ближайшие годы предстоит разработать критерии «публичной информации».

В Российской Федерации регулирование информационной функции осуществляется по нескольким направлениям: обеспечение доступа граждан к информации и регулирование распространения информации. Если практика обеспечения доступа граждан к информации насчитывает двадцатилетний период поисков и реальных результатов, то постановка проблемы регулирования распространения информации – вещь для политологии новая и не до конца осмысленная.

Регулирование интегративной функции в период существования СССР включало в себя фактически только работу с обращениями граждан. За последние двадцать лет сложилось расширенное понимание данного понятия, в регулирование включены механизмы публичных слушаний, институты общественных палат и т.д.

В условиях, когда Интернет стал неотъемлемой частью политической жизни, информационная политика перестает быть исключительно прерогативой государства. Субъектами информационной политики являются не только государство и его органы, но и политические партии, общественно-политические организации и движения, средства массовой информации и др. Поэтому неэффективно выдвигать в качестве принципов информационной политики интеграционный (для консолидации граждан России на достижение стратегических целей социально-экономического, социально-политического развития страны), и мобилизационный (направленный на приведение общества в состояние активности для успешного достижения определенных целей). Важна реализация принципа соучастия, отражающего функцию артикуляции интересов, обеспечивающего процесс конкретизации мнений, взглядов, требований людей в ходе осуществления диалога в системе «власть--СМК--общество» с целью принятия оптимальных политических решений. Принцип соучастия позволяет исключать незаконные террористические и экстремистские организации, которые не являются легальными субъектами политики, но могут оказывать на нее влияние.

Многие годы не придавалось значения управлению регулятивной функцией. До сих пор не найдены подходы к решению задачи защиты от негативного информационно-психологического воздействия со стороны участников информационного пространства, в частности СМИ, которые могут нанести вред психическому и духовному здоровью людей. Только 1 сентября 2012 г.

начнет действие Закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», первый из необходимых в этом ряду. Возможный следующий шаг -- создание единого реестра сайтов с запрещенной в России информацией. Соответствующий законопроект внесли 7 июня 2012 г. на рассмотрение нижней палаты парламента депутаты от всех четырех фракций.

Созданием реестра будет заниматься специальный орган, уполномоченный правительством. Ожидается, что в список запрещённых попадут сайты с детской порнографией, с пропагандой употребления наркотиков, информацией, склоняющей подростков к самоубийствам.

По нашему мнению, главный принцип, который должен быть положен в основу регулятивной функции, -- принцип информационной безопасности. Его актуальность подтверждается ведущейся законопроектной работой.

Глава четвертая «Политологическая оценка традиционных и новых моделей политической коммуникации» состоит из трех параграфов. В ней раскрываются факторы и условия, воздействие которых приводит к разбалансированности системы политической коммуникации, и, в конечном счете, к необходимости критической переоценки традиционных и новых моделей политической коммуникации.

В первом параграфе «Монополизация традиционных каналов политической коммуникации» рассматривается проблема монополизации каналов политической коммуникации – объективного процесса, протекающего во всем мире. Монополизация порождена глобализацией, необходимостью противостоять информационному засилию мировых медиаимперий, экономическими факторами, улучшением управляемости филиальной сетью в связи с широким внедрением ИКТ в практику оперативного управления. Процесс монополизации – это первый тренд, определяющий системную трансформацию средств массовой информации, создающий основу для формирования информационных империй. В условиях возникновения и развития информационных империй происходит гигантское нарастание информационных потоков, влияющих на человека, его социальную роль, статус, социальное самочувствие, на всю систему его отношений.

Выделены негативные последствия для общества монополизации каналов политической коммуникации. Во-первых, происходит усиление олигархизации управления обществом, формирование закрытой касты -- информационнофинансовой либо информационно-бюрократической элиты. Во-вторых, монополизация ведет к политическому отчуждению населения. Осмысленное участие в политических процессах становится уделом политической элиты, маргиналов. В-третьих, меняются, деформируются функции СМИ. Уменьшается значение СМИ как самостоятельного политического института, гипертрофируется роль масс-медиа как канала даже не коммуникации, а поддержания мира виртуальной реальности. СМИ превращаются в инструмент символической политики.

Во втором параграфе «Дисфункции политической коммуникации» проявление дисфункций политической коммуникации рассматривается в качестве закономерности системной трансформации.

СМИ, как важнейший элемент политической коммуникации, представляет собой сложный многогранный институт, состоящий из множества частей, обеспечивающих информирование населения о происходящих в каждой конкретной стране, во всем мире событиях и явлениях. Пресса, радио, телевидение претендуют на выполнение функций «сторожевой собаки» общественных интересов, на то, чтобы быть глазами, ушами общества, предупреждая, например, о спаде в экономике, о росте наркомании, преступности, коррупции в коридорах власти и так далее. Однако при этом СМИ должны быть независимы как с политической, так и с экономической точки зрения.

В большинстве индустриально развитых стран СМИ представляют собой частнопредпринимательский институт, отрасль экономики, в которой заняты сотни тысяч человек. Экономическая деятельность основывается на сборе, производстве, хранении и продаже информации. В этом качестве функционирование СМИ подчиняется законам рыночной экономики. Потребности владельцев СМИ в демонстрации политической лояльности власти совпадают с потребностью журналистов в зарабатывании легких денег на политической рекламе. Все это приводит к гиперболизации форо-функции. Массовое распространение политической рекламы, информационного лоббизма и связей с общественностью ведет к семиотизация потребления. С каждым годом возрастает потребление не вещей, а знаков (престижа, успеха и других), знаков становится уже больше, чем их может воспринимать человек. Последствия этого негативны как для общества (возрастают риски случайности политического выбора), так и для политических акторов (вынужденных становиться именно актерами политического театра). Гиперболизация форо-функции имеет и другое негативное последствие: вся политическая коммуникация воспринимается как элемент массовой культуры. Социологами зафиксирован факт психологического сопротивления массовой культуре. При этом эффективность политической коммуникации резко снижается.

Негативно отражается на эффективности политической коммуникации и другая дисфункция, выражающаяся в манипулировании общественным мнением. Очевиден факт, что роль СМИ в манипулировании, и особенно телевидения, велика. В зависимости от того, в чьих руках оно находится, его можно использовать как для объективного и оперативного информирования людей о реальных событиях в мире, их просвещения и воспитания, так и для манипулирования в интересах тех или иных групп людей. Политическое влияние СМИ осуществляется посредством применения манипуляционных механизмов. Механизмы политических манипуляций многообразны: использование мифов и стереотипов; навешивание ярлыков и раздача кличек политикам; немедленность передачи информации, а также ее фрагментарность – все это признается эффективными способами влияния на население.

Несмотря на явное проявление дисфункциональности интегративной функции, у нее с завидной регулярностью находятся апологеты в науке и в политической элите, считающие оправданной манипуляцию людьми в целях производства общественного согласия. От производства иллюзий до запретительных мер – все это базируется на теоретической платформе поддержания низкого уровня несогласия в обществе.

Подвергнув анализу результаты реализации данной дисфункции, нами было выявлено три последствия. Первое -- нарастание одиночества, что ведет к повышению эффективности в обществе слабых, маргинальных политических связей. Второе -- гиперболизация чувства собственного достоинства, в результате эрозии подвергается информационная среда. Третье последствие – высокая социальная тревожность в обществе, усиливающая возможность протестных акций, массовой миграции и спонтанных социальных движений.

Третий параграф «Критический подход к новой модели политической коммуникации». Концепция электронного правительства отразила практику его формирования при доминировании идеологии нового государственного управления. Новое государственное управление включает в элементы управления бизнес-процессы.

Сетевая теория в новых условиях взаимосвязи гражданского общества, бизнеса и правительства характеризуется тем, что их эффективность определяется новыми внутрисетевыми отношениями: сотрудничеством и ответственностью. В то же время теория развития сетей как политического феномена пока еще недостаточно раскрывает вопросы о том, что такое электронное государственное управление, кто его участники, каков механизм сотрудничества должен быть реализован при внедрении э-правительства. Концепция электронного управления была сформирована на основе критики концепции электронного правительства, базирующейся на новых тенденциях в развитии информационных технологий, политики, общества в настоящем столетии. Многие из этих тенденций уже проявили себя в конце прошлого столетия, однако значимость их воздействия стала ясной только сегодня.

Автором выделены четыре основных направления критического подхода к теории и практике электронного правительства.

1. Критика авантюристического характера использования ИКТ в политике и государственном управлении. Период критического рассмотрения возможностей новых ИКТ возник в течение постиндустриальной революции, при этом появились два основных вопроса. Первый вопрос связан с проблемой глубины преобразований: насколько революционны новые ИКТ, чтобы было возможно говорить об их кардинальном и основном отличии от прежних средств массовой информации и коммуникации. Второй вопрос связан с первым: насколько это революционизирующее воздействие со стороны ИКТ оказывает влияние на политическую практику и отношения. Еще предстоит понять, является ли электронное правительство в этом процессе инструментом решения задач реформы или для этого требуется иное преобразование государственного управления.

2.Критика консьюмеристского подхода к электронному правительству на основании доминирования идеологии нового государственного управления. На начальной стадии развития электронного правительства многие политологи руководствовались новой идеологией государственного управления с его основной идеей: используя электронное правительство, оказывать государственные услуги для граждан и бизнеса наиболее эффективно и с меньшими затратами. При этом проблемы внутриправительственной координации процессов движения информации были решены с ориентацией на достижимую экономию ресурсов. Даже элементы электронной демократии рассматривались в соответствии с экономическими критериями.

Во многих странах быстрая реализация услуг рассматривалась через проблему использования электронным правительством возможностей правительственных порталов, чтобы оказывать как можно больше услуг. В целом эта проблема появилась при оказании различных услуг с использованием Интернета, что действительно сначала казалось достаточно качественным, дешевым и быстрым, хотя, естественно, в этом процессе возникли сложности и проблемы.

Подчеркивается недостаточность акцента на услугах. Преимущества информационных и технических электронных способностей государства не должны заслонять социального контекста – гражданского участия, свободы высказывания мнений и эффективного взаимодействия общества с правительством.

3. Критика преобладающего акцента на информацию, ее хранение, распределение и использование правительственными структурами. Современное правительство, применяя порталы, размещает огромное количество информации, и часто этот фактор рассматривается в качестве основного параметра информационной прозрачности. Однако она не используется при принятии решений. Пассивный характер информационного накопления -- характерная традиционная особенность стратегии представления электронного правительства.

Подчеркивается, что информационная парадигма сегодня находится в противоречии с принципами общества, основанного на знании, поскольку распространение знания принимает несколько иной характер -- характер информационных обменов, а информационные потоки в электронном правительстве построены по принципу монологичности. Новый интерфейс, созданный электронным правительством и предназначенный для связи правительство-граждане, может использоваться как дополнительный канал для ведения политической пропаганды и осуществления политического контроля.

4. Критика представительской модели демократии, на которой электронное правительство было основано. Электронное правительство, основанное на идее представительской демократии, унаследует многие существенные признаки прошлых правительств, что вызывает сомнения в его возможности продвинуть идею более широкой демократии, что основано на прагматическом представлении о гражданине как о предмете, экономически заинтересованном, прежде всего, в собственном благосостоянии и, следовательно, сосредоточенном на обслуживании своих потребностей и желаний. Политические качества человека и, следовательно, его коммуникативный характер рассматриваются в последнюю очередь.

Подобная критика консьюмеристского характера электронного правительства позволяет считать, что оно продвигает развитие только тех форм демократии, которые касаются процедуры выбора путем электронного голосования или предоставления электронных консультаций относительно политики и проведения он-лайн обсуждений. Представительская демократия при этом не рассматривается как процедура. Тем не менее электронное правительство заботится о легитимации и доверии, но эти категории слишком далеки от представительской демократии.

Кроме того, представительское электронное государство обращается с гражданами и ассоциациями гражданского общества как внешний по отношению к политике, решениям и управлению фактор, влияющий на политикоадминистративный процесс, но не на участников политического процесса. В существующей теории и практике электронные правительственные иерархические отношения доминируют в системе отношений государство – граждане.

Глава пятая «Независимая общественная информационная экспертиза как инновационная форма политической коммуникации» состоит из трех параграфов. В ней раскрывается значение независимой общественной информационной экспертизы в процессе политической коммуникации, предлагается политико-правовая база взаимодействия органов власти и института экспертизы.

Первый параграф «Политический коммуникативный договор». Наблюдаемое последнее десятилетие усиление роли российского государства как самостоятельного политического менеджера с определенными приоритетами, целенаправленно добивающегося их реализации, трактуется рядом политологов как сигнал к применению императивной модели политической коммуникации, как призыв к поиску государственных основ в СМИ и т.д.

Политическая практика свидетельствует об исчерпании императивного подхода к политической коммуникации. С этих позиций выглядят устаревшими подходы некоторых авторов, которые при исследовании эволюции способов политической коммуникации делают основной акцент на анализе отношений управляющих и управляемых в коммуникативном плане. Как представляется, неверно анализировать политико-коммуникационные отношения только по вертикальному принципу «правящие элиты – управляемые массы» еще и по другой причине. Чем демократичнее общество, тем большее значение приобретает горизонтальный уровень обмена потоками политической информации, сопряжение господствующего коммуникационного потока, инициируемого государством, с информационными потребностями и приоритетами гражданского общества, формирующимися на более широкой ценностной основе.

Политическая коммуникация равных по статусу субъектов коммуникации характеризуется большей естественностью и эмоциональной позитивностью.

Кроме того, следует учитывать и влияние новых электронных средств связи, которые делают привычным набор телекоммуникационных услуг, позволяющих своим пользователям более свободно отправлять и принимать информацию как личного, так и общественного характера. Так, персональный компьютер, подключенный к Интернету, позволяет индивидам не только общаться друг с другом, но и получать в зависимости от их желания или потребностей необходимую информацию из какого-либо банка данных. Наряду с этим использование электронной почты, мобильных телефонов и других новейших средств со всей очевидностью способствуют усилению межличностного взаимодействия.

Успешность политической коммуникации зависит от эффективности соблюдения политического коммуникативного договора. Политический коммуникативный договор как методологически выверенное категориальное обозначение представляет из себя неформализованные ожидания участников политической коммуникации. Важной является ориентация каждого участника политической коммуникации на ответную реакцию. В странах с устойчивыми демократическими традициями и развитым гражданским обществом государство имеет встроенные механизмы обратной связи, позволяющие самонастраиваться системе государственного управления, реагируя на изменения в обществе.

Политический коммуникативный договор – один из механизмов самонастройки. Однако в современных российских условиях политические институты, с определенными сложностями создававшие платформу для реализации определенных ожиданий в период до информатизации, не полностью обеспечивают соблюдение политического коммуникативного договора. Дисфункции и кризисные явления, являющиеся неотъемлемым спутником развития системы политической коммуникации, только усиливают коммуникативные ожидания.

Понимая, что возникновение дисфункций и прогнозируемость неудач новых подходов на первых этапах реализации – вещь объективная и закономерная в силу открытости и нежесткости системы политической коммуникации, целесообразно применять технологию политической интерференции. Власть регулярно реализует технологию политической интерференции, под которой мы понимаем включение в систему массовых коммуникативных отношений диригентов для гармонизации непосредственных и опосредованных форм политической коммуникации. Выделив четыре диригентные формы: переговоры, обмен мнениями, политические консультации и независимая (общественная) информационная экспертиза, диссертант отмечает, что из них только последние две способны влиять на политический коммуникативный договор.

Для нормального функционирования политической коммуникации необходимо регулярное применение технологии политической интерференции.

Однако если политическая консультация как форма коммуникации стала привычной, свидетельством чего является создание регулярных консультативных органов, то независимой (общественной) информационной экспертизе еще предстоит длинный путь, прежде чем она станет частью политической культуры, традиционной моделью в процессе политической коммуникации. По оценке исследователей, если чиновники Еврокомиссии учитывают от 10 до 30 процентов экспертных мнений, то в России данный показатель не превышает процентов.Во втором параграфе «Роль независимой общественной информационной экспертизы в политическом управлении» раскрывается ее значение в имплементации, легитимации и эффективности политических решений. Такая экспертиза выделяется и обосновывается как инновационная форма политической коммуникации, раскрывается ее роль и место как гаранта функционирования современного демократического правового государства, а также как формы внутреннего и внешнего государственного контроля деятельности органов государственной власти и управления.

В результате движения российского общества по демократическому пути развития начала возрастать потребность в полноценном общественном диалоге, без которого невозможна нормализация жизни страны, осуществление программы модернизации экономики, выстраивание её перспективы. Так проявилось объективное противоречие между результатами трансформационных процессов, вызванных в своё время политикой демократических преобразова Демидов В.В., Дудка В.В. Процесс принятия политических решений. Новосибирск: САУМК,-2008,С.ний и современными потребностями демократического общества. На преодоление этого и других системных противоречий, возникших в рамках трансформации российского общества, направлена политика модернизации и информатизации. В данном случае в рамках системного подхода она выступает в качестве фактора, корректирующего дальнейший ход трансформационного процесса.

Сегодня возникла объективная потребность в такой корректировке, которую может осуществить независимая общественная информационная экспертиза. Важно то, что эксперт осознает себя участником политической коммуникаций, готов соблюдать конвенциальные принципы и правила, занимать осознанную публичную, пусть даже непопулярную, позицию.

Независимый информационный эксперт, основываясь на понимании противоречивого взаимоотношения эпохи и технологий, может выявить латентные доминанты общественного сознания. Специально подготовленный эксперт может оценить информацию и канал коммуникации на соответствие принципам доступности, полноты, точности, объективности, актуальной тональности, убедительности, ясности, предложить комплекс мер по поддержанию ориентации на общение, компромисс, взаимопонимание.

В процессе проведения политической консультации и независимой (общественной) информационной экспертизы нередко происходит смещение «центра» принятия решений, поскольку политические акторы в ходе обмена информационными потоками (массивом информационных данных) не могут их оперативно проанализировать и провести оценку полезности, достоверности и полноты предоставляемой информации. Этим, как правило, занимаются эксперты, которые передают политическим акторам готовые решения. Действия экспертов фактически могут формализоваться как действия политических акторов. В данном качестве независимый информационный эксперт участвует в имплементации политических решений. Именно такой подход востребован сегодня исполнительной властью. Премьер-министр России Д.А. Медведев сформулировал четкий запрос власти к ученым: «Мне не нужен просто такой декоративный экспертный совет, в решениях которого будут камуфлироваться заранее подготовленные акты Правительства, – это бессмысленная вещь. Я хотел бы, чтобы экспертный совет непосредственно влиял на ключевые решения, которые будут приниматься…»Использование института независимой общественной информационной экспертизы позволит создать устойчивый тренд массового признания населением демократических принципов, включая доверие к основным политическим институтам. Другая проблема заключается в том, что сама политическая коммуникация нуждается в регулярной легитимации: юридической, демократической и коммуникационной. Обеспечить данную легитимность может только такая экспертная деятельность.

Раскрывая значение рассматриваемой экспертизы для повышения эффективности политических решений, следует отметить, что институт независимой Точка доступа: http:// government.ru/docs/19012/ общественной информационной экспертизы способен адекватно реагировать на «одноразовость» публичных коммуникаций; учитывать действующие архетипы; просчитывать трансформации общественного мнения в результате действий различных политических акторов, выявлять потенциальные риски, угрозы и возможности.

Введение такой формы контроля минимизирует финансовые затраты государства на реализацию своих конституционно установленных и законодательно закрепленных функций, создаст позитивный образ законодательной и исполнительной ветвям власти, приведет к более слаженному функционированию государственного аппарата.

В третьем параграфе «Политико-правовая база взаимодействия органов власти и института независимой общественной информационной экспертизы» речь идет о том, что такая экспертиза представляет собой самoстoятельный пoлитический институт, с пoмoщью которого можно oсуществлять кoнтрoль за деятельнoстью власти, представлять и защищать интересы населения всей страны. Эти задачи институт данной экспертизы в сoстoянии эффективнo решать тoлько при правoвoм закреплении сooтветствующих пoлнoмoчий.

Отмечается, что в современной России независимая общественная информационная экспертиза официально не узаконена. В условиях отсутствия регулирования роли экспертов при наличии общественной потребности в независимом информационной оценке их место заняли неформальные эксперты, активно действующие в Интернете, пользуясь его анонимностью. Они начинают оценивать политическую коммуникацию, вольно трактуя принципы подачи информации.

Политико-правовой базой взаимодействия органов власти и института независимой общественной информационной экспертизы является новаторское понимание принципа ответственности за реализацию функций электронного государства. Отсутствие ответственности за непредоставление либо некачественное предоставление государственных услуг в электронной форме создает условия если не для противоправного поведения чиновников, то для их бездействия. К сожалению, госслужащие в подавляющей массе не несут должной ответственности, понимаемой как осознание собственного долга перед обществом. Еще более сложная ситуация с реализацией ретроспективной ответственности (возникающей вследствие нарушения норм права, выражающих ответственность). Предложения юристов детальнее регламентировать конкретные виды правонарушений не дают ответа на главный вопрос: как удовлетворить потребителя госуслуг.

Необходимо разрушить сложившиеся стереотипы и дать институту независимой общественной экспертизы право нести ответственность за реализацию функции предоставления государственных услуг в электронной форме.

Вполне резонен вопрос: почему государственная аттестация научных кадров может строиться на взаимодействии органов государственной власти с экспертным сообществом в лице специализированных советов, а подобный подход к информатизации невозможен? Построение политико-правовой базы взаимодействия органов власти и института независимой общественной информационной экспертизы позволит не только улучшить качество предоставления государственных услуг, но и решать сложные вопросы ответственности как должностных лиц органов власти, так и граждан.

Уменьшению рисков и угроз политической системе, раскрытию заложенных в рассматриваемой экспертизе возможностей открытого регулярного диалога, ориентированного на взаимное информирование о деятельности сторон, выработке общей стратегии совместного и индивидуального действия, эффективному контролю над исполнением ранее принятых соглашений и подписанных договоренностей будет способствовать принятие Закона «О независимой общественной информационной экспертизе», концепция которого была разработана диссертантом.

В заключении диссертационного исследования подведены его итоги, делаются теоретические выводы и обобщения, определяются направления дальнейшей разработки проблемы.

По мнению диссертанта, основное направление развития политической коммуникации на современном этапе развития России связано со становлением института независимой информационной экспертизы. Органам государственной власти можно рекомендовать заниматься созданием политикоправовой базы взаимодействия органов власти и института независимой (общественной) информационной экспертизы информационнокоммуникационной инфраструктуры, осуществлением ее технического и финансового обеспечения. В этом случае представляется возможным долговременное установление эффективных партнерских отношений между обществом и государством, уменьшение рисков и угроз политической системе.

Данное исследование открывает также перспективы для дальнейшей разработки вопроса критериев нормативного регулирования политической коммуникации, проблемы политического коммуникативного договора. В частности, формулируются новые гипотезы, проверка которых требует дополнительных компаративистских исследований. Одна из них касается возможной тенденции к негативной конвергенции между инновационными моделями политической коммуникации и распространенными в России симуляционными моделями общественной экспертизы. Другая, требующая проведения сравнительного исследования практики нормативного регулирования функций политической коммуникации в странах Европы, заключается в возможности использования в Российской Федерации опыта других стран.

III. ОПУБЛИКОВАННЫЕ РАБОТЫ, ОТРАЖАЮЩИЕ ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ:

Монографии:

1. Гришин С.Е. Информационная экспертиза в электронном государстве:

понятие и методика проведения. Саратов, СГСЭУ, 2010 – 10,1 п.л.

2. Гришин С.Е. Информационная экспертиза: политико-организационные аспекты. Саратов, СГСЭУ, 2011 – 14,5 п.л.

3. Гришин С.Е. Политическая коммуникация. Саратов, Издательство «Слово», 2012 – 15 п.л.

4. Овчинников С.А., Гришин С.Е., Ковалева Е.В. Экспертиза работ по обеспечению «прозрачности» власти и раскрытию информации. Саратов, СГСЭУ, 2012 – 9,5 п.л. (неразделенное соавторство) Публикации в изданиях, включенных в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, рекомендуемых ВАК:

5. Овчинников С.А., Гришин С.Е. Политико-организационные аспекты «сдерживания» трансграничных потоков информации // Вестник СГСЭУ, 2011, № 3 – 0,5 п.л. (неразделенное соавторство) 6. Гришин С.Е. Формирование культуры кибербезопасности в обществе – актуальная задача современности // Вестник СГСЭУ, 2011, № 4 – 0,5 п.л.

7.Овчинников С.А., Гришин С.Е. Причины и условия неудач внедрения электронного правительства // Вестник СГСЭУ, 2011, № 4 – 0,5 п.л. (неразделенное соавторство) 8. Гришин С.Е. Эволюция информационно-политических рисков и угроз государственным органам власти в процессе информатизации и рекомендации по их минимизации и устранению // Вестник СГСЭУ, 2011, № 5 – 0,5 п.л.

9. Овчинников С.А., Гришин С.Е. Комплексный подход к рассмотрению теории управления рисками при внедрении информационных технологий // Вестник СГСЭУ, 2011, № 5 – 0,5 п.л. (неразделенное соавторство) 10. Овчинников С.А., Гришин С.Е. Угрозы личности, обществу и государству при внедрении информационных технологий // Информационная безопасность регионов, 2011, № 2 – 0,5 п.л. (неразделенное соавторство) 11. Гришин С.Е. Прогноз развития информационных рисков и угроз // Информационная безопасность регионов, 2011, № 2 – 0,5 п.л.

12. Гришин С.Е. Проблемы экспертных оценок электронного правительства // Вестник СГСЭУ, 2012, № 1 – 0,5 п.л.

13. Гришин С.Е., Седышев С.Г. Кибербезопасность и проблема повышения качества управления информацией // Вестник СГСЭУ, 2012, № 1 – 0,5 п.л.

(неразделенное соавторство) 14. Овчинников С.А., Гришин С.Е. Информационно-этические проблемы построения информационного общества // Вестник СГСЭУ, 2012, № 1– 0,5 п.л.

(неразделенное соавторство) 15.Гришин С.Е., Седышев С.Г. Опыт Франции по созданию системы контроля и поддержки реализации в стране концепции электронного государства // Информационная безопасность регионов, 2012, № 1 – 0,5 п.л. (неразделенное соавторство) 16. Гришин С.Е. Эволюция практики эффективного использования ИТсистем безопасности // Информационная безопасность регионов, 2012, № 1 – 0,6 п.л.

17. Гришин С.Е. Концепции электронного правительства: критический взгляд на идеологию нового государственного управления// Информационная безопасность регионов, 2012, № 2 – 0,5 п.л. (в печати).

Научные статьи, брошюры:

18. Гришин С.Е., Файбусович Э.Л. Методика КСИОТ // Актуальные проблемы комплексного развития регионов. Саранск, 1983- 0,1 п.л. (неразделенное соавторство).

19. Гришин С.Е., Философов Ю.В. Социальная инфраструктура села:

мнение жителей // Социальные и экономические факторы развития регионального АПК. Саратов, 1984 – 0,5 п.л. (неразделенное соавторство).

20. Гришин С.Е. Опыт применения аппарата косвенного измерения в исследовании социально-экономических проблем АПК // Региональные социальные и экономические проблемы агропромышленной интеграции. Саратов, 1986. - 0,3 п.л.

21. Гришин С.Е. Введение // Преодоление деформаций в аграрном секторе. Саратов, ИСЭП АПК АН СССР, 1990. - 0,3 п.л.

22. Гришин С.Е. Опрос экспертов как метод исследования будущего села // Современная советская деревня. Тезисы докладов и сообщений советских ученых к 14 Европейскому конгрессу по социологии села. ФРГ, Гессен. М., Ин-т социологии АН СССР, 1990 - 0,2 п.л.

23. Гришин С.Е. Совершенствование среды обитания: результаты международного опроса экспертов // Вестник сельскохозяйственной науки, 1991, № 7- 0,3 п.л.

24. Гришин С.Е. СМИ и информационный империализм. Саратов, Изд-во РЖ ПП, 2000 - 4,0 п.л. (брошюра) 25. Гришин С.Е. Информационные войны в СМИ. Саратов, Изд-во РЖ ПП, 2000 - 3,25 п.л. (брошюра) 26. Гришин С.Е. Чувашия: информационная открытость власти. Некоторые итоги контент-анализа. М., 2005 - 1,0 п.л. (брошюра) 27. Гришин С.Е. Легальные наемные убийцы. СМИ в роли информационных киллеров. Саратов, 2006 - 2,5 п.л. (брошюра) 28. Гришин С.Е. Сила и власть стереотипов. Волгоград, 2006 - 3,0 п.л.

(брошюра) 29. Гришин С.Е. Независимая информационная экспертиза как актуальная форма политического диалога // Традиции и новации времени: актуальные проблемы современного общества. Вып.19. Саратов, СГСЭУ,2011 – 0,5 п.л.

30. Овчинников С.А., Гришин С.Е. Гражданин - центральный клиент электронного правительства// Традиции и новации времени: актуальные проблемы современного общества. Вып.20. Саратов, СГСЭУ,2012 – 0,5п.л. (неразделенное соавторство) 31. Гришин С.Е. К вопросу о функциях политической коммуникации// Традиции и новации времени: актуальные проблемы современного общества.

Вып.20. Саратов, СГСЭУ,2012 – 0,5 п.л.

32. Овчинников С.А., Гришин С.Е., Ковалева Е.В. Экспертиза качества веб-сайтов органов государственной власти и местного самоуправления. Саратов, СГСЭУ, 2012 – 4,5 п.л. (неразделенное соавторство), (брошюра) 33. Овчинников С.А., Гришин С.Е., Плято С.С., Болдырева Е.П. Экспертиза работы по созданию и деятельности центров обслуживания граждан по принципу «одного окна». Саратов, СГСЭУ, 2012 – 5,3 п.л. (неразделенное соавторство), (брошюра) 34. Овчинников С.А., Гришин С.Е., Ковалева Е.В. Экспертиза работы по формированию электронного правительства. Саратов, СГСЭУ, 2012 – 3,5 п.л.

(неразделенное соавторство), (брошюра) 35. Grishin S. Political Communication. Saratov, 2012 - 1,0 п.л. (брошюра) Гришин Сергей Евгеньевич ПОЛИТИЧЕСКАЯ КОММУНИКАЦИЯ В РОССИИ В УСЛОВИЯХ ИНФОРМАТИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ Специальность - 23.00.«Политические институты, процессы и технологии» Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора политических наук Подписано в печать «25» июня 2012 Формат 60x1/Бумага типогр. № 1 Гарнитура «Times» Печать офсетная Уч.-изд. л. 2,Заказ № Тираж 120 экз.

410003, г. Саратов, ул. Радищева, 89. Издательский центр ФГБОУ ВПО «Саратовский государственный социально-экономический университет»

Авторефераты по всем темам  >>  Авторефераты по политологии



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.