WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

БУРМИСТРОВА
Екатерина Юрьевна

СОСТОЯНИЕ ЗДОРОВЬЯ И РАЗВИТИЕ ДЕТЕЙ ПЕРВОГО ГОДА

ЖИЗНИ, ПРОЖИВАЮЩИХ В ЗОНЕ ЗОБНОЙ ЭНДЕМИИ

14.01.08 – педиатрия

Автореферат

на соискание ученой степени

кандидата медицинских наук

Красноярск – 2012

Работа выполнена в Государственном бюджетном образовательном
учреждении высшего профессионального образования «Кемеровская
государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения
и социального развития Российской Федерации

Научный руководитель:

доктор медицинских наук,

профессор Перевощикова Нина Константиновна

Официальные оппоненты:

Панфилова Виктория Николаевна - доктор медицинских наук, доцент, доцент
кафедры педиатрии ИПО ГБОУ ВПО «Красноярский государственный
медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого»
Минздравсоцразвития России

Грицинская Вера Людвиговна - доктор медицинских наук, руководитель
лаборатории комплексных проблем здоровья населения Республики Тыва ФГБУ «НИИМПС» СО РАМН

Ведущая организация: ГБОУ ВПО «Новосибирский государственный
медицинский университет» Минздравсоцразвития России.

Защита диссертации состоится « 31 » мая в « 1000 » часов на заседании
диссертационного совета Д 208.037.01 на базе ГБОУ ВПО «Красноярский
государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого» Минздравсоцразвития России по адресу: 660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, 1.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ГБОУ ВПО
«Красноярский государственный медицинский университет им. проф.
В.Ф. Войно-Ясенецкого» Минздравсоцразвития России.


Автореферат разослан  «___»_____________2012г.

Ученый секретарь диссертационного

совета Д 208.037.01 

доктор медицинских наук, доцент  Штарик С.Ю.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования

Здоровье детей – комплексный показатель, становление которого по данным Всемирной Организации Здравоохранения должно рассматриваться в единстве со здоровьем матери и состоянием внешней среды [ВОЗ, 2007]. Одним из ведущих факторов, обеспечивающих физическое, психическое, интеллектуальное развитие ребенка, является адекватное обеспечение микроэлементами, прежде всего йодом [В.А. Тутельян, 2009; M. B. Zimmermann, 2009]. Йод – составная часть гормонов щитовидной железы, определяющих активность течения практически всех метаболических процессов в организме, отвечающих за формирование и становление многих функций человеческого мозга [М. Н. Балаболкин, 2007]. В условиях дефицита йода в организме происходит неадекватная продукция тиреоидных гормонов, приводящая к йододефицитным заболеваниям, что в первую очередь отражается на интеллектуальном развитии ребенка, снижении социальной адаптации, нарушении роста и, как следствие, влечет за собой комплекс соматических и нейроинтеллектуальных проблем [В.В. Фадеев, 2005; А. В. Кияев, 2008; I. Taga, 2009; А. А. Баранов, 2011 ]. Нарушения интеллекта у ребенка, вызванные дефицитом йода во внутриутробном и раннем неонотальном периоде, являются необратимыми [F. Azizi, 2005; R.C. Gordon, 2009; A. Melse-Boonstra, 2010]. Йодная недостаточность легкой и умеренной степени у детей часто не имеет выраженных клинических проявлений, но в процессе прогрессирования дефицита йода приводит к увеличению в популяции лиц с парциальными и пограничными нарушениями познавательной сферы [Л. А. Щеплягина, 2010].

Дефицит потребления йода различной степени выраженности наблюдается практически на всей территории Российской Федерации [Г. А. Мельниченко, 2005; Е. А. Трошина, 2007; Ф. М. Абдулхабирова, 2007]. Кемеровская область относится к регионам с природным йододефицитом [Е. В. Парменова, 1997; Л. А. Суплотова, 2008; Е. Н. Затолокина, 2009; Л. В. Квиткова, 2009]. Обеспеченность населения йодом определяется не только регионом проживания, но и образом жизни, культурой питания. Потребность в йоде ребенка первого года жизни, находящегося на естественном вскармливании, зависит от здоровья матери, её питания, проведения йодопрофилактики.

Многочисленные исследования, посвященные изучению здоровья детей в эндемичном по йоду регионе, касаются в основном детей дошкольного и школьного возраста [И. И. Дедов, 2006; Е. А. Трошина, 2007; А. В. Кияев, 2008; Н. Р. Моллаева, 2008; Ф. М. Абдулхабирова, 2010]. Нарушение здоровья детей первого года жизни, рожденных от матерей с патологией щитовидной железы, выявили В. А. Агейкин, Р. Г. Артамонов (2000г), С. В. Краснова (2002г). Низкую обеспеченность йодом детей первого года жизни в эндемичном по йоду регионе выявили Щеплягина Л. А. (2003г), Дейнеко О. Я. (2003г). Нет единого мнения по вопросу профилактической дозы препаратов йода у беременных женщин и кормящих матерей [В. В. Фадеев, 2003; M. Murcia, M. Rebagliato, 2011; M. Murcia, 2010; M. B. Zimmermann,  2009]. Мало изучены особенности развития детей первого года жизни в зависимости от йодопрофилатики матерей в эндемичном по йоду регионе, что и послужило основанием к проведению настоящей работы.

Цель исследования: установить состояние здоровья детей первого года жизни, проживающих в условиях зобной эндемии в зависимости от йодопрофилактики матерей.

Задачи исследования

  1. Провести анализ фактического питания беременных и кормящих женщин.
  2. Исследовать обеспеченность йодом кормящих матерей в регионе зобной эндемии.
  3. Оценить уровень здоровья детей первого года жизни в зависимости от содержания йода в грудном молоке.
  4. Изучить обеспеченность йодом детей, достигших возраста один год. Выявить факторы, влияющие на обеспеченность йодом детей и зависимость уровня нервно-психического развития от степени дефицита йода.

Научная новизна

Впервые в городе Кемерово изучен уровень обеспеченности йодом кормящих женщин. Впервые доказана зависимость экскреции йода с грудным молоком от проведения йодной профилактики и наличия факторов, характеризующих образ жизни беременных и кормящих женщин (питание, физическая активность, производственные вредности, курение).

Впервые исследована зависимость уровня нервно-психического развития детей первого года жизни от содержания йода в грудном молоке матери. Показано отрицательное влияние дефицита йода в грудном молоке на все сферы нервно-психического развития ребенка: речь, грубую и тонкую моторику, адаптацию, социально-индивидуальное поведение, сохраняющиеся на протяжении первого года жизни ребенка.

Практическая значимость исследования

Индивидуальная оценка фактического питания с помощью компьютерной программы «Анализ состояния питания человека» позволяет корректировать рацион питания беременных и кормящих матерей.

Выявленная зависимость в ходе исследования содержания йода в грудном молоке от образа жизни женщин диктует необходимость индивидуальной коррекции дозы препаратов йода для беременных и кормящих матерей.

Доказана необходимость включения детей, являющихся пассивными курильщиками, в группу риска по задержке нервно-психического развития и дефициту йода.

Положения выносимые на защиту

  1. Нерациональное питание беременных женщин с преобладанием углеводного и жирового компонентов пищевого рациона обуславливает избыточную за период беременности прибавку массы тела матерей и рождение детей с массой тела более 4000 г.
  2. Несмотря на проведение йодопрофилактики у 49,2% кормящих матерей города Кемерово, обеспеченность йодом соответствует легкой степени дефицита. Содержание йода в грудном молоке имеет высокую корреляционную зависимость от йодопрофилактики, социально-бытовых и медико-биологических факторов (гиподинамии, химической вредности на производстве, курения, анемии).
  3. Негативное влияние дефицита йода в грудном молоке на все сферы нервно-психического развития сохраняется до годовалого возраста ребенка.

Внедрение в практику

Выявленные дополнительные факторы формирования групп риска по дефициту йода и задержке нервно-психического развития у детей в зоне зобной эндемии включены в протокол обследования с целью обоснования целенаправленных профилактических мероприятий ФГБУ Науки Института экологии человека СО РАН.

В практику детских поликлиник внедрены данные по включению детей, которые рождены от матерей, не получавших йодопрофилактику и из курящих семей, в группу риска по задержке нервно-психического развития.

Данные о фактическом питании беременных и кормящих женщин, влиянии негативных факторов образа жизни на содержание йода в грудном молоке и зависимости нервно-психического развития ребенка от обеспеченности их йодом включены в тематические планы лекций, семинаров и практических занятий для студентов педиатрического факультета, врачей-интернов, клинических ординаторов ГБОУ ВПО Кем ГМА Минздравсоцразвития России и сертификационных циклов усовершенствования врачей.

Апробация материалов исследования

Основные положения диссертации были представлены на научно-практической конференции «Актуальные вопросы охраны материнства и детства» (Кемерово, 2010), XV конгрессе педиатров России «Актуальные проблемы педиатрии» (Москва, 2010), научно-практической конференции «Актуальные вопросы муниципального здравоохранения» (Кемерово, 2011), научно-практической конференции «Информационные технологии в медицине» (Кемерово, 2011), XV Юбилейной Всероссийской научно-практической конференции «Многопрофильная больница проблемы и решения» (Ленинск-Кузнецк, 2011), VIII Межрегиональной научно-практической конференции молодых ученых-педиатров «Здоровье детей – наше будущее» (Томск, 2011). Работа апробирована на межкафедральном совете ГБОУ ВПО «Кемеровская государственная медицинская академия» Минздравсоцразвития России (апрель, 2012).

Публикации

По теме диссертации опубликовано 8 печатных работ, три из которых в журналах, рекомендованных ВАК.

Объем и структура диссертации

Диссертация изложена на 132 страницах машинописного компьютерного текста, состоит из введения, четырех глав, заключения, выводов, практических рекомендаций и списка литературы. Библиографический список включает 98 отечественных и 109 иностранных источников. Работа содержит 38 таблиц и 9 рисунков.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Для достижения поставленной цели и задач в исследование были отобраны 100 беременных женщин. Критериями включения матерей в исследование являлись: I-II группа здоровья женщин, ранняя постановка на учет в женской консультации (4-7 неделя гестации) и регулярное наблюдение, отсутствие отягощенной наследственности и заболеваний щитовидной железы. Женщины наблюдались  в течение всей беременности и лактации. Основными источниками информации о матери и ребенке являлась медицинская документация: «Индивидуальная карта беременной женщины», «История родов» (форма № 096 у), «История развития новорожденного», «Амбулаторная история развития ребенка» (форма № 112 у), индивидуальная карта целевого осмотра ребенка, отчетные документы управления здравоохранения города, разработанная автором анкета, помогающая методом активного интервью составить социально-бытовой портрет семьи, проследить наследственный анамнез, течение беременности и родов, питание беременной и кормящей женщины.

       Программа включала анализ здоровья матерей, индивидуальную оценку фактического питания женщин в периоде беременности и лактации, изучение йодной обеспеченности матерей, индивидуальную оценку здоровья детей первого года жизни в зависимости от йодопрофилактики матерей. Обработка полученных данных и программа анализа предусматривали выявление факторов риска нарушений развития детей в йододефицитном регионе.

В качестве объектов исследования были использованы женская консультация №2 МБУЗ КП №5, городской родильный дом №5 МБУЗ, детская поликлиника №16 МБУЗ ДКБ №2 города Кемерово в период с 2008 по 2011 годы. Единицы наблюдения – женщины в период беременности и лактации, дети первого года жизни.

       Включение в исследование осуществлялось с письменного информированного согласия матерей, одобренного комитетом по биоэтике ГБОУ ВПО Кем ГМА Минздравсоцразвития России.

Распределение женщин на группы проводилось с учетом йодопрофилактики. Основную группу составили 65 будущих матерей (средний возраст 25,2±4,5 лет), получавших в период беременности и кормления ребенка грудью Калия йодид в дозе 250 мкг/сутки. В группу сравнения вошли 35 женщин (средний возраст 25,1±4,5 лет), не получавшие йодопрофилактику по причине нежелания принимать лекарственные препараты. Дети наблюдались в динамике от момента рождения до года. Изучаемые параметры, методы их исследования и критерии диагностики представлены таблицей 1.

Начальным этапом статистической обработки полученной информации являлось применение программы Microsoft Office Excel 2007 для работы с электронными таблицами (лицензионное соглашение 74017-640-0000106-57177).

Таблица 1

Дизайн исследования

Изучаемые параметры

Методы исследования

Критерии диагностики

Наследственный анамнез

Анкетирование, опрос

Заболеваемость родственников в трех поколениях

Условия труда беременных

Анкетирование, индивидуальная карта беременной (форма № 096 у)

Профессиональные вредности: химическая (работа на химическом производстве), психологическая (работа с людьми, трудности с коллективом), температурная (работа связана с чередованием помещения и улицы)

Фактическое питание женщины на сроке 5-7 и 20-22 недели гестации, питание кормящей женщины

Компьютерная программа «Анализ состояния питания человека», зарегистрированная Российским агентством по патентам и товарным знакам 09.02.04. №2004610397 (с) ГУ НИИ питания РАМН (2004) (раздел питания), опрос

Нормы физиологических потребностей в энергии и пищевых веществах для различных групп населения Российской Федерации. Утверждены главным врачом Российской Федерации 18 декабря 2008г.

(МР2.3.1.2432-08)

Уровень физической активности женщин до и во время беременности

-//-

раздел физическая активность

Высокий – регулярные занятия в секциях, ходьба более 4 часов в день, средний – нерегулярные занятия в секциях, ходьба до 2 часов ежедневно, низкий уровень – сидячая работа, ходьба менее 30 минут в день

Гармоничность соотношения длинны и массы тела

Антропометрия

ИМТ (кг/м)

Нормальный вес ИМТ 19-25кг/м2, дефицит веса ИМТ < 18кг/м2 , избыток веса ИМТ равный 26кг/ м

Прибавка массы за беременность

Опрос, выборка антропометрии из карты беременных

Должная прибавка веса за беременность: с нормальным ИМТ – 10-12 кг; с дефицитом ИМТ – 15 кг с избытом ИМТ – 10кг. (Радзинский В.Е.,2009 г)

Концентрация йода в грудном молоке у женщин на 4-5день после родов и через 3-4 месяца лактации

Метод инверсионной вольтамперометрии, разработанный в Томском политехническом университете и регламентированный в методических указаниях 08-47/148 и аттестованный в соответствии с ГОСТ Р8.563 (ГОСТ8.010), Р= 0,95

Нормативные содержания йода в грудном молоке (ВОЗ, 2001)

50 мкг/л и более

Йод в моче у матерей через три месяца от начала лактации, йод в моче у детей в возрасте 1 год

Клинико-лабораторные исследования мочи

(йодурия)

Нормативные содержания йода в моче (ВОЗ, 2001)

норма - 100 и более мкг/л

Тяжесть ДЙ (по содержанию йода в моче у матерей и детей)

Оценка степеней тяжести йододефицита по уровню йодурии (ВОЗ, 2001)

Медиана йода в моче:

норма – 100 и более мкг/л

ЙД легкий – 50-99 мкг/л

средней тяжести -20-49 мкг/л

тяжелый – менее 20 мкг/л

Здоровье новорожденного

Клинический осмотр на 3-4 сутки после рождения, история развития новорожденного

Оценка по Апгар 10 бальная, Группы здоровья: I – здоровые дети; II А – здорвые дети с минимальной степенью риска в анамнезе; II Б – здоровые дети с факторами риска, которые могут повлиять на развитие ребенка

Физическое развитие ребенка на первом году жизни

Антропометрия

(оценка длины, массы тела, гармоничности развития)

Центильные таблицы длины и массы тела:

10-25-й центиль – физическое развитие ниже среднего; 25-75-й центиль – среднее; 75-90-й центиль – выше среднего; 90-97-й центиль – высокое

Резистентность к

ОРВИ у детей первого года жизни

Анализ амбулаторных карт, опрос

Резистентность:

высокая-не болел ОРВИ,

хорошая – 1-2 раза в год

сниженная – 3-4 раза в год

очень низкая – >5 раз в год

(Куршин М.А.,1989)

Продолжительность естественного вскармливания, сроки введения прикормов

Опрос

Национальная программа оптимизации вскармливания детей первого года жизни в РФ 2010 г.


Нервно-психическое развитие ребенка, с 3 месяцев до года.

Ежеквартально по методике А.Ю. Панасюка, Л.А. Бударевой, (1984)

Коэффициент психического развития (в баллах)

-91-111-нормальный

-83-90-пограничный

-67-82-низкий (соответствующей задержке НПР)

С использованием названной программы осуществлялось формирование базы данных, включающих информацию о течении беременности, родов, фактическом питании беременной и кормящей женщины, профилактике фоновых патологий неонатального периода, особенностях постнатального развития и заболеваемости детей. На основании сформированной базы данных проводилась проверка, сортировка и кодирование (шифровка) полученной информации. В процессе следующего этапа обработки информации формировались сводные таблицы. Для наглядного изображения материалов исследования применялись различные виды диаграмм. Для доказательства статистической значимости результатов исследования использовался пакет прикладных программ Statistiсa (версия 6.1 лицензионное соглашение BXXR006B092218FAN11).

Статистическая обработка информации строилась с учетом характера распределения полученных данных. Характер распределения переменных величин в рассматриваемых совокупностях определялся с помощью критерия Шапиро-Уилка или построением гистограмм. Для оценки количественных показателей при нормальном распределении рассчитывались средние арифметические значения (М), его ошибка (m) и стандартное отклонение (), для отличного от нормального распределения вычислялась медиана (Ме), верхний и нижний квартиль [Q1–Q3]. Если полученные данные соответствовали нормальному распределению, то при их обработке для доказательства статистической значимости результатов, использовался параметрический критерий оценки t – критерий Стьюдента. Если материалы исследования не соответствовали нормальному распределению, использовался непараметрический критерий оценки статистической значимости для независимых выборок U- критерий Манна-Уитни. Качественные бинарные признаки представлены в работе в виде относительной частоты (%) и её 95% доверительного интервала (95% CI/95% ДИ). Связь между явлениями оценивалась при помощи расчетов коэффициентов корреляции: параметрического – Пирсона, непараметрического – Спирмена с последующим с определением их значимости (достоверности). Критическое значение уровня значимости, принималось равным 0,05. Различия считались статистически значимыми при p<0,05.

Для оценки вероятности отрицательных и положительных результатов в исследовании использовались метод чувствительности (Sе) и специфичности (Sр). Исследование проводилось на достаточном объеме наблюдений.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ОБСУЖДЕНИЕ

Изучение социального статуса семей показало преобладание полных семей, высокий уровень образования родителей и достаточное материальное обеспечение. Женщины в периоде беременности в обеих группах подвергались воздействию производственных вредностей: на химическом производстве работали 23% женщин основной группы и 22,9% группы сравнения, подвергались воздействию перепада температур 4,6% и 5,7%, эмоционально-психологическому напряжению – 9,2% и 8,6% соответственно. Статистически значимых различий между группами по условиям труда выявлено не было (р>0,05).

Одним из составляющих факторов укрепления здоровья будущих мам является двигательная активность. Вели активный образ жизни до беременности, следили за фигурой, занимались спортом (посещали секции шейпинга, ушу, бассейна, бегали) 64,6% в основной группе матерей и 54,3% в группе сравнения (р=0,331). С наступлением беременности двигательная активность женщин в обеих группах снизилась, так как основная масса будущих мам опасалась негативного воздействия физических упражнений на развивающийся плод. Занятия в секциях большинство женщин прекратили (85,7% и 83% соответственно), остальные 14,3% беременных в основной и 17% в группе сравнения продолжали занятия плаванием до 32-34 недели гестации, выполняли гимнастику для беременных, что, по-видимому, было связано с медицинской осведомленностью, темпераментом и стереотипом образа жизни.

В изучаемых семьях выявлен высокий процент вредных привычек. Так, курили до беременности большинство женщин (60% в основной и 82% в группе сравнения, р=0,265). Во время беременности активное курение сократилось до 41,5% и 51,4% соответственно (р=0,339). Среди отцов курение регистрировалось в 52% случаев в основной и 63% – в группе сравнения, продолжавшееся в полном объеме во время беременности женщины (р=0,293).

Условием благополучного течения беременности и исхода родов, полноценного развития плода является рациональное питание матерей. Питание женщин на раннем сроке беременности являлось отражением семейных традиций и характеризовалось избытком жирового и углеводного компонентов. Содержание жира в суточном рационе достоверно превышало нормы: 154±1,07 г/сут в основной и 160±2,01 г/сут в группе сравнения при норме 73 г/сут, (р=0,001 и р=0,019 соответственно). Количество углеводов в обеих группах превышало суточную потребность в 2-3 раза (675±10 г/сут в основной и 702±13 г/сут в группе сравнения при норме 318 г/сут, р=0,043 и р=0,030 соответственно). Из всех предпочтений на первом месте у беременных было пристрастие к продуктам с высоким гликемическим индексом как в основной, так и в группе сравнения (р>0,05).

Постоянный контакт с женщинами и контроль обеспечили более адекватное питание на 20-22 неделе гестации с уменьшением жирового компонента, однако количество углеводов по-прежнему превышало рекомендуемые нормы. Регистрировалось избыточное употребление кондитерских изделий, превышающее суточную потребность более чем в три раза в основной (68±10 г/сут) и в группе сравнения (65±1,45 г/сут) при норме 20 г/сут (р=0,007; р=0,035). В два раза меньше суточной нормы (500 г) беременные женщины получали овощей (в основной 275±3,18 г и в группе сравнения 258±3,8 г), представленных в основном картофелем. Недостаток фруктов (142±4,5 г/сут и 136±4,7 г/ сут при норме 300 г/сут, р>0,05) компенсировали соками в тетрапаках до 1,5 – 2 литров в день, что обусловило повышенное в два раза употребление витамина С. Превышение доли продуктов с высоким гликемическим индексом привело к избыточной прибавке массы тела за беременность каждой третьей женщины. Выявлена прямая высокая корреляционная связь (по Пирсону) большей прибавки массы тела за беременность c избытком углеводов (в основной группе – R=0,85, р=0,000, в группе сравнения – R =0,78, р=0,0000;), жиров (R=0,76, р=0,000 и R=0,74; р=0,000).

Необходимым условием нормального развития ребенка и надежной мерой профилактики тиреоидных расстройств является адекватное обеспечение женщин йодом в период беременности и кормления его грудным молоком. Медиана йода в грудном молоке на 4-5 день после родов в обеих группах была ниже нормы, рекомендуемой ВОЗ (50 и > мкг/л), и составляла у матерей, получавших препараты йода 45 [12-90] мкг/л, в группе матерей, не проводивших йодопрофилактику 28 [3-57] мкг/л. Благодаря целенаправленной работе с кормящими матерями по коррекции питания в динамике через 3 месяца лактации медиана йода в грудном молоке в сравнении с первым исследованием достигла нормальных показателей : в основной – 52 [26-100] мкг/л против 45 мкг/л на сроке 4-5 день лактации, в группе сравнения динамики не отмечалось, медиана йода – 26 [17-54] мкг/л.

Учитывая большой интервал верхнего и нижнего квартиля в обеих группах, отсутствие градации степени тяжести дефицита йода в грудном молоке по данным изученной литературы условно были выделены ранги секреции йода в грудном молоке (табл. 2). На 4-5 день после родов нормальный уровень медианы йода в грудном молоке регистрировался у женщин, принимавших во время беременности препараты йода, в 36,9% случаев. Легкий дефицит йода в грудном молоке выявлялся у 23,1% женщин этой группы, средней степени у каждой третьей матери (29,2%), тяжелый йододефицит – в 10,8%, случаев.

В группе сравнения у подавляющего большинства матерей (62,9%) содержание йода в молоке соответствовало средней степени дефицита и у 22,9% женщин регистрировался тяжелый йододефицит. Через 3-4 месяца лактации в основной группе число матерей с медианой йода 50 и более мкг/л увеличилось с 36,9% до 53,8%, в группе сравнения нормальное содержание йода в молоке оставалось у двух женщин.

С целью выяснения причины низкого содержания йода в грудном молоке у матерей, получавших препараты йода, исследовалось содержания йода в молоке в зависимости от фактора курения во время беременности. У некурящих матерей основной группы на 4-5день лактации медиана йода соответствовала норме – 58 мкг/л. В молоке курящих матерей этой группы медиана была в 2 раза ниже (29 мкг/л, р=0,026) по сравнению с женщинами, не подвергавшихся воздействию продуктов табакокурения, что по данным J. P. Сhanoine et al., (1991), S. P. Walker, (2007), M. B. Zimmermann, (2011), обусловлено влиянием тиоцианата табачного дыма, зобогенный эффект которого воздействует как конкурентный ингибитор поглощения йода ЩЖ.

Таблица 2

Динамика содержания йода в грудном молоке

Медиана йода в грудном молоке

мкг/л

Кормящие матери

р парные

основная группа (n=65)

группа сравнения (n=35)

4-5 дней

(1)

3-4 месяца

(2)

4-5 дней

(3)

3-4 месяца

(4)

абс

(%)

Ме

[Q1-Q3]

абс

(%)

Ме

[Q1-Q3]

абс (%)

Ме

[Q1-Q3]

абс

(%)

Ме

[Q1-Q3]

50 и

более

24

(36,9)

64

[50-90]

35

(53,8)

72

[52-100]

2

(5,7)

54,5

[50-57]

2

(5,7)

53

[52-54]

р1-2=0,103

р3-4=1,0

р1-3=0,010

р2-4=0,000

40-49

15

(23,1)

47

[45-49]

18

(27,7)

46,5

[45-49]

3

(8,6)

43

[41-45]

9

(25,7)

42

[41-49]

р1-2=0,657

р3-4=0,059

р1-3=0,064

р2-4=0,828

20-39

19

(29,2)

36

[27-39]

12

(18,5)

33

[26-39]

22

(62,9)

28

[20-35]

22

(62,9)

26

[24-39]

р1-2=0,229

р3-4=1,0

р1-3=0,001

р2-4=0,000

менее 20

7

(10,8)

18

[12-19]

0

(0)

0

8

(22,8)

13

[3-18]

2

(5,7)

18

[17-19]

р1-2=0,055

р3-4=0,041

р1-3=0,104

р2-4=0,072

В группе сравнения медиана йода у некурящих женщин соответствовала ДЙ легкой степени (Ме – 35 мкг/л) и была в 1,6 раза выше, чем у курящих, однако статистически значимых различий содержания йода в грудном молоке у женщин этой группы в зависимости от фактора курения не отмечалось (р=0,445), вероятно, в связи с изначально низким содержанием йода.

Распределение кормящих матерей в соответствии с принятой градацией по уровню йода в молоке и в зависимости от фактора курения представлено в таблице 3.

В основной группе на 4-5 день лактации нормальное содержание йода (Ме – 64 мкг/л) определялось у 24 из 38 некурящих женщин. У каждой третьей некурящей матери основной группы (34,2%) медиана йода в молоке составляла 47 мкг/л (легкий йододефицит). Лишь у одной некурящей женщины основной группы медиана йода в молоке соответствовала среднему ДЙ (38 мкг/л), что было связано с малым промежутком времени между родами, индивидуальными пищевыми пристрастиями. Среди 27 курящих женщин, несмотря на прием препаратов йода во время беременности и кормления, содержание йода, соответствующее норме, не зарегистрировано, и лишь в двух случаях медиана йода в молоке достигала 40 мкг/л.

Таблица 3.

Распределение кормящих матерей в динамике по уровню секреции йода с грудным молоком в зависимости от фактора курения

Медиана йода в грудном молоке, мкг/л

Кормящие матери

р парные

абс.

(%)

(1)

Ме

[Q1-Q3]

абс.

(%)

(2)

Ме

[Q1-Q3]

абс.

(%)

(3)

Ме

[Q1-Q3]

абс.

(%)

(4)

Ме

[Q1-Q3]

4-5дней

3-4 месяца

4-5дней

3-4 месяца

оосновная группа n=65

некурящие n=38

курящие n=27

50 и более

24

(63,2)

64

[50-90]

30

(78,9)

59

[52-100]

0

(0)

0

3

(11,1)

50,5

[50-51]

р1-2=0,128

р3-4=0,081

30-49

13

(34,2)

47

[45-49]

8

(21,1)

46,5

[43-49]

2

(7,4)

40

[39-41]

8

(29,6)

47

[37-49]

р1-2=0,208

р3-4=0,040

20-39

1

(2,6)

38

0

(0)

0

18

(66,7)

37

[27-39]

16

(59,3)

32

[26-38]

р1-2=0,285

р3-4=0,597

20 менее

0

(0)

0

0

(0)

0

7

(25,9)

18

[12-19]

0(0)

0

р3-4=0,006

группа сравнения n=35

50 и более

некурящие n=17

курящие n=18

2

(11,8)

54,5

[50-57]

2

(11,8)

53

[52-54]

0

(0)

0

0

(0)

0

р1-2=0,150

40-49

2

(11,8)

43

[41-45]

6

(35,3)

42

[40-44]

1

(5,5)

43

3

(16,7)

40,5

[40-41]

р1-2=0,024

р3-4=0,153

20-39

12

(70,5)

34

[31-35]

9

(52,9)

37

[34-39]

10

(55,5)

23

[20-26]

13

(72,2)

24

[20-28]

р1-2=0,077

р3-4=0,343

менее 20

1

(5,9)

12

0

(0)

0

7

(39,0)

13

[3-18]

2

(11,1)

18

[17-19]

р1-2=0,070

р3-4=0,008

У большинства курящих матерей (66,7%) отмечался ДЙ средней степени тяжести, в 25,9% случаев – тяжелый.

Среди 35 матерей группы сравнения лишь у двух некурящих женщин Ме йода в молоке соответствовала нормальным значениям. В подавляющем большинстве случаев у некурящих матерей этой группы (70,5%) выявлялся ДЙ средней степени тяжести, тогда как у большинства курящих матерей медиана йода соответствовала ДЙ средней степени тяжести (55,5%) и тяжелой (39,0%).

При повторном исследовании через 3-4 месяца лактации число матерей, получавших йодопрофилактику с медианой йода 50 мкг/л и более, повысилось с 63,2% до 78,9% в основной группе. Более выраженная положительная динамика отмечалась у семи курящих женщин с исходной медианой йода в грудном молоке 18 мкг/л, у которых через 3-4 месяца лактации содержание йода не регистрировалось ниже 26 мкг/л, что, вероятно, было связано не только с улучшением пищевого рациона, но и уменьшением количества выкуриваемых сигарет на фоне регулярных бесед о вредном влиянии табакокурения на здоровье ребенка. Уменьшение количества выкуриваемых сигарет, снижая гипоксию, обеспечивает более полноценный захват и обмен йода, являющегося кислородо- и энергозависимым процессом [М. Н. Балаболкин, 2007].

Изучение сопряженности содержания йода в грудном молоке с социально-бытовыми и медико-биологическими факторами выявило положительную корреляционную связь (по Спирмену) между содержанием йода в грудном молоке на 4-5 день после родов и уровнем физической активности до беременности (rs=0,82; р=0,000 в основной группе и rs=0,74; р=0,000 в группе сравнения), работой матери на химическом производстве во время беременности (rs= - 0,73, р=0,000 в основной группе, и rs= - 0,65, р=0,000 в группе сравнения). Корреляционные связи содержания йода в молоке с анемией матери в период беременности (rs= - 0,34; р=0,015 и rs= - 0,63; р=0,000 соответственно), совпадающие с данными других авторов (В. И. Паньков (2006) и З. М. Митник (2008)), позволяют относить детей, рожденных от матерей с анемией, в группу риска по развитию дефицита йода. Наиболее высокий уровень сопряженности содержания йода в грудном молоке был получен с фактором семейного курения (rs= - 0,82; р=0,000 в основной и rs= - 0,80, р=0,000 в группе сравнения), курением матерей во время беременности (rs= - 0,64; р=0,000 и rs= - 0,78; р=0,000 соответственно). В динамике через 3-4 месяца лактации сохранялись обратные связи с работой на химическом производстве (rs= - 0,62, р=0,000 и rs= - 0,54, р=0,000), курением (rs= - 0,78, р=0,000 и rs= - 0,74, р=0,000), гиподинамией (rs= - 0,61; р=0,000 и rs= - 0,51; р=0,001 соответственно).

Для оценки обеспеченности йодом матерей параллельно с изучением содержания его в грудном молоке на 3-4 месяце лактации исследовалась степень йодурии. Медиана йода в моче у матерей основной группы составляла 98 [58-115] мкг/л, в группе сравнения 84 [60-118] мкг/л, соответствуя легкой степени дефицита йода. Выявлены корреляционные связи между уровнем йодурии и содержанием йода в грудном молоке (rs = 0,77, р=0,0001 и rs =0,94, р=0,0000 соответственно). Значимость здорового образа жизни матерей подтверждалась наличием корреляционной связи медианы йода в моче с физической активностью женщин (rs = 0,48, р=0,0005 и rs =0,34, р=0,0345 соответственно), химической вредностью в основной (rs = - 0,54, р=0,000) и в группе сравнения (rs = - 0,52, р=0,000), фактором семейного курения (rs= - 0,72, р=0,000 и rs= - 0,64, р=0,000).

Положительное отношение семьи к рождению ребенка в сочетании с постоянным медицинским сопровождением создавало оптимистичный настрой у женщин на благополучный исход родов, необходимость естественного вскармливания. Во всех случаях беременность закончилась рождением доношенных детей, средний срок гестации составлял 38,6±0,4 недель в основной и 39,1±0,3 в группе сравнения (p=0,962). Самостоятельно родились 89% детей в основной и 89% в группе сравнения, остальные – путем кесарева сечения. Более высокая оценка состояния по шкале Апгар (8-9 баллов) достоверно чаще отмечалась у новорожденных, матери которых получали препараты йода в течение беременности (р=0,001). Синдром дизадаптации в виде гипогликемии, гипокальцемии, гипонатриемии, тахи- и брадикардии в первые 2-4 дня после рождения реже регистрировался у новорожденных основной группы – 4,6% против 14,3%  группы сравнения (р=0,002).

Средние показатели физического развития новорожденных существенно не отличались между группами. Длина тела у новорожденных в основной группе составляла в среднем 54,1±0,14 см, в группе сравнения 53,7±0,21 см (р=0,967). Средняя масса тела детей составляла 3516±34 г в основной и 3447±42 г в группе сравнения (р=0,993), однако у каждого третьего новорожденного в обеих группах независимо от проведения йодопрофилактики у матерей регистрировалась масса тела при рождении более 4000 г, что, вероятно, следует связать с преобладанием во время беременности в пищевом рационе матерей продуктов с превышением углеводного (R =0,42, р=0,0111 и R =0,62; р=0,0001) и жирового компонентов (R =0,34, р=0,0462 и R =0,54; р=0,0006).

Массо-ростовой коэффициент в обеих группах был в пределах допустимых норм, составляя в среднем 64±1,1 – в основной и 65±1,9 – в группе сравнения (р=0,966). Таким образом, в периоде новорожденности не зафиксировано разницы в физическом развитии детей в зависимости от проведения матерью йодопрофилактики. Детям в условиях родильного дома проводился скрининг на генетические заболевания (фенилкетонурию, муковисцидоз, адреногенитальный сидром, галактоземию, гипотиреоз) с отрицательными результатами.

Все женщины кормили детей по требованию. Регулярные беседы о преимуществе естественного вскармливания, уведомление матерей о молочных кризах, влиянии режима дня и питания на длительность лактации позволили достигнуть преимущественно естественного вскармливания у всех детей до трехмесячного возраста. К шестимесячному возрасту молоко матери получали 95,4% детей в основной и 91,4% в группе сравнения (р=0,424). Удельный вес детей, находящихся на грудном вскармливании до года, составил в основной группе 64,6% в группе сравнения – 62,9% (р=0,842). Прикормы вводились в сроки, рекомендуемые НИИ питания РАМН; значимых различий между группами не наблюдалось (p>0,05). Однако, несмотря на рекомендации врача, с 8 месяцев подавляющее большинство детей обеих групп получали цельное коровье молоко, что мамы объясняли семейными традициями и простотой применения, разводя им молочные каши. С 8 месяцев часть матерей самостоятельно вводила в рацион питания детей колбасы, глазированные сырки, йогурты, кондитерские изделия, не предназначенные для питания ребенка раннего возраста.

Параметры ежеквартальных антропометрических данных (масса тела, длина тела, окружность головы, груди), оцениваемые по центильным таблицам физического развития, значимо не отличались между группами и соответствовали возрастным прибавкам (р>0,05). Изучение в динамике уровня гармоничности развития детей первого года жизни выявило тенденцию к увеличению когорты детей с высокими значениями физического развития в основной группе с 43,1% в 3 месяца до 53,8 % к году, в группе сравнения – с 45,7% до 57,1%, (р=0,212; р=0,319 соответственно). Среднее гармоничное развитие статистически значимо чаще встречалось у детей основной группы (32,3% против 11,4%, р=0,011), развитие ниже среднего – достоверно реже (6,2% против 22,9% в группе сравнения, р=0,014).

Доказана высокая чувствительность задержки физического развития детей в возрасте 3-х месяцев от дефицита йода в грудном молоке (Se – 92%). Однако не всегда дефицит йода в грудном молоке сопровождался снижением физического развития (Sp – 42%).

Фоновая патология регистрировалась в виде анемии у каждого третьего ребенка, рахита в 16,9% и 20% случаев соответственно. ОРВИ перенесли 25,4% в основной и 62,8% в группе сравнения (р=0,001). Степень резистентности, определяемая по кратности острых респираторных вирусных заболеваний в течение первого года жизни, оценивалась как высокая и хорошая у всех детей основной группы (р=0,030). Сниженный и низкий уровень резистентности регистрировался у детей, матери которых не получали препараты йода, в каждом третьем случае (р=0,020, р=0,048). Выявлена прямая корреляционная зависимость средней силы уровня резистентности к ОРВИ детей в возрасте одного года от длительности грудного вскармливания как в основной (rs=0,64; р=0,000), так и в группе сравнения (rs=0,53; р=0,003).

При оценке уровня здоровья детей в возрасте одного года статистически значимой разницы по группам здоровья между детьми не было выявлено (р>0,05). Первая группа здоровья документировалась у 6,2% в основной и 5,7% в группе сравнения (р=0,949), группа здоровья IIа – в 29,2% и 28,6% соответственно, группа здоровья IIв отмечалась у 64,6%, и 65,7% детей. Индекс здоровья в основной группе был в два раза выше группы сравнения (35,4% против 17,1%), однако разница не была статистически значимой (р=0,060).

Сравнительная оценка нервно-психического развития детей проводилась с использованием коэффициента психического развития (КПР) в зависимости от йодопрофилактики матерей (рис.1). В трехмесячном возрасте нормальный уровень КПР достоверно чаще регистрировался в основной группе (61,5% против 8,6% в группе сравнения р=0,001), тогда как задержка нервно-психического развития выявлялась почти у половины детей группы сравнения (45,7%, против 3,1%, р=0,001). Наблюдение в динамике выявило среди детей, матери которых принимали препараты йода, на первом году жизни преобладание нормального уровеня КПР с тенденцией к увеличению числа этих детей к году (с 61,5% до 76,9%). Параллельно снижалось, число детей основной группы с пограничным уровнем КПР – с 35,4% до 23,0%. Задержка нервно-психического развития у двух детей основной группы была нивелирована к году. У детей, матери которых не проводили йодопрофилактику, уровень задержки нервно-психического развития сохранялся к году у каждого третьего ребенка (28,6%, р=0,001). Изучение корреляционных связей показало, что КПР у детей в трехмесячном возрасте достоверно сопряжен с содержанием йода в грудном молоке в основной группе (rs=0,82; р=0,0001) и в группе сравнения (rs =0,78; р=0,0001), выявлена обратная зависимость от фактора химической вредности в период беременности у матери (rs =-0,56; р=0,004 и rs =-0,25; р=0,040 соответственно).

Нормальный КПР

 

Пограничный КПР

 

Задержка КПР

Рис.1 Нервно-психическое развитие детей, зависимость от йодопрофилактики матерей

Одновременно высокочувствительными и высокоспецифичными являлись показатели отношения между отставанием КПР у детей и содержанием йода в грудном молоке матерей (Se – 100% и Sp – 60%). Все дети с задержкой и пограничным уровнем нервно-психического развития подвергались пассивному курению (rs=0,65; р=0,0001 и rs =0,73; р=0,0001 соответственно).

Проведенный анализ нервно-психического развития в декретированные сроки выявил отставание детей основной группы только в сфере речевого развития из курящих семей (табл. 3). Отставание в формировании речевых навыков было достоверно более значимым у детей, матери которых не получали препараты йода (р=0,005). К трем месяцам эти дети не произносили звуки, к 6 – не вступали в «разговор» с игрушкой или человеком, в 9 месяцев не произносили слоги, к году не говорили слов, кроме «мама» и «папа». У детей, матери которых не получали препараты йода, отставание НПР регистрировалось во всех сферах развития: в сфере адаптации (в 3 месяца дети не фиксировали взгляд на движущихся игрушках, к 6 месяцам не тянулись за игрушкой в пределах досягаемости), грубой моторики (трехмесячные дети не удерживали головы на 450 , не сжимали руки в кулак и не разжимали его, к 6 месяцам затруднялись брать маленькую игрушку и зажимать её в кулаке, в 9 месяцев не могли сидеть длительное время, затруднялись брать большим и указательным пальцем мелкие предметы). Значительнее страдала мелкая моторика, и к году ребенок не мог большим и указательным пальцами одной руки собирать мелкие предметы. Сфера индивидуально-социального поведения страдала также лишь у детей группы сравнения (р=0,001). Дети в возрасте трех месяцев не фиксировали взгляд на частях своего тела, не концентрировали внимание на экспериментаторе, в 6 месяцев не отличали незнакомых людей от членов своей семьи, в 9 месяцев не пытались кормить себя руками, к году – не раскачивали игрушку на веревочке, не складывали игрушки рядом.

Таблица3

Среднее отставание в формировании сфер нервно-психического развития

Эпикризные сроки

р

группы

Сферы нервно-психического развития (в месяцах)

Адаптация

Грубая моторика

Тонкая моторика

Индивидуально социальное поведение

Речь

3 месяца

Основная

0

0

0

0

0,3±0,01

Сравнения

0,3±0,01

0,2±0,03

0,6±0,03

0,7±0,02

0,9±0,02

р

0,156

0,345

0,005

0,001

0,005

6 месяцев

Основная

0

0

0

0

0,3±0,01

Сравнения

0,2±0,02

0,2±0,03

0,5±0,03

0,4±0,02

0,8±0,03

р

0,343

0,159

0,020

0,059

0,021

9 месяцев

Основная

0

0

0

0

0,2

Сравнения

0

0,2±0,01

0,5±0,03

0,3±0,01

0,8±0,02

р

0,344

0,019

0,155

0,005

12 месяцев

Основная

0

0

0

0

0,2

Сравнения

0

0

0,5±0,03

0,3±0,01

0,6±0,02

р

0,019

0,155

0,063

Отставание в сферах нервно-психического развития у детей группы сравнения подтверждает мнение ряда авторов [Е. А. Трошина,(2007), Л. А. Щеплягина, (2010), Ф. М. Абдулхабирова, (2010)] о негативном влиянии дефицита йода на нервно-психическое развитие детей.

Обеспеченность детей йодом была изучена при достижении ими возраста 1 года. У детей, матери которых получали препараты йода, уровень йодурии составлял 84 мкг/л, соответствующий легкой степени ДЙ; у детей, матери которых не проводили йодопрофилактику, дефицит йода регистрировался средней степени тяжести (Ме – 37 мкг/л).

Распределение детей по тяжести дефицита йода, согласно критериям ВОЗ, показало, что нормальные показатели йодурии (100мкг/л и более) отмечалась только в основной группе в 30,8% случаев (р=0,000). У большинства детей данной группы (55,4%) документировалось преобладание проб с уровнем йодурии в диапазоне от 50-99 мкг/л, соответствующее легкой степени ДЙ, средняя степень дефицита йода регистрировалась у 9,2% детей основной группы, тяжелая – у 4,6%. В группе сравнения нормальной йодной обеспеченности зарегистрировано не было, легкая степень ДЙ документировалась в 34,3% случаев (р=0,047), средней степени тяжести у 48,6% (р=0,000), тяжелый – у 17,1% детей, (р=0,028).

Анализ влияния продуктов табакокурения на степень обеспеченности йодом детей в возрасте одного года показал, что у детей основной группы из некурящих семей в большинстве случаев (57,1%) регистрировался нормальный уровень йодурии (Ме – 112 мкг/л, р=0,000), в остальных 42,9% – легкий йододефицит (Ме – 92 мкг/л). Среди детей основной группы из курящих семей нормального уровня йодурии не встречалось, дефицит легкой степени имел место у 63% (Ме – 80 мкг/л), средней степени – у 25% (Ме – 26 мкг/л, р=0,005) и тяжелый ДЙ – у 11% (Ме – 18 мкг/л, р=0,040). В группе детей, матери которых не получали препаратов йода, нормальной йодной обеспеченности не отмечалось. Дети из некурящих семей группы сравнения имели дефицит йода легкой (70,5%, Ме – 54 мкг/л) и средней степени тяжести (29,5%, Ме – 22 мкг/л), из курящих семей – средней (66,7%, Ме – 21 мкг/л) и тяжелой степени (3,3%, Ме – 17 мкг/л). Содержание йода в моче высоко коррелировало с содержанием гемоглобина у детей (rs=0,73; p=0,000 и rs =0,84; p=0,0001) и уровнем резистентности к ОРВИ (rs =0,82; p=0,0001).

Таким образом, несмотря на высокий образовательный уровень родителей, удовлетворительный материальный достаток, планирование беременности, ожидание ребенка всеми членами семьи регистрировался высокий процент негативных социальных факторов: курения, гиподинамии. На ранних сроках беременности питание женщин являлось отражением традиций семьи, характеризующихся преобладанием в рационе жирового и углеводного компонентов, что корректировалось в процессе динамического наблюдения беременной и кормящей женщины. Низкий уровень обеспеченности йодом матерей, получавших йодопрофилактику, обусловлен прежде всего курением и несоблюдением других принципов здорового образа жизни, что диктует необходимость индивидуальной коррекции дозы препаратов йода беременным и кормящим матерям и совершенствования образовательных программ, отражающих принципы здорового образа жизни не только для беременных женщин и кормящих матерей, но и общества в целом.

Выводы

  1. Рацион питания беременных женщин превышает регламентируемые нормы по жировому и углеводному составу, имеющих высокую корреляционную зависимость с рождением детей с массой тела более 4000 г.
  2. Профилактика дефицита йода, проводимая женщинам в периоде беременности и лактации (Калия йодид, 250 мкг/сут), не обеспечивает нормального содержания йода в грудном молоке. Выявленная обратная корреляционная зависимость концентрации йода в грудном молоке от социально-бытовых и медико-биологических факторов (курение, гиподинамия до беременности, химическая вредность, анемия) сохраняется до 3-4 месяцев лактации. Уровень йодурии у матерей, получающих йодопрофилактику, в 50% случаев соответствует легкому йододефициту.
  3. Средние параметры физического развития у детей в возрасте одного года не имели статистически значимых отличий в зависимости от проведения матерями йодопрофилактики в период беременности и лактации.

Уровень резистентности по кратности эпизодов острых респираторных вирусных заболеваний достоверно выше у детей, родившихся от матерей, получающих йодопрофилактику (р<0,05).

  1. Уровень йодурии у 55,4% детей, рожденных от матерей, проводивших йодопрофилактику, в возрасте одного года соответствовал дефициту йода легкой степени. Обеспеченность йодом детей, матери которых не принимали препараты йода, соответствует дефициту йода преимущественно средней и тяжелой степени. Выявлена высокая корреляционная зависимость уровня йодурии у детей в возрасте один год от содержания йода в грудном молоке, уровня гемоглобина у ребенка, курения матери, курения обоих родителей.
  2. Нервно-психическое развитие детей в возрасте одного года, матери которых не проводили йодопрофилактику, характеризуется отставанием в сферах: речевых навыков, тонкой моторики, индивидуально-социального поведения. Среди детей, матери которых получали препараты йода, регистрировалось отставание в сфере речевых навыков у детей из курящих семей.

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

  1. Практическому здравоохранению необходимо усилить контроль за проведением йодопрофилактики у женщин в период беременности и лактации.
  2. Назначение препаратов йода в женских консультациях беременным и кормящим матерям необходимо проводить с учетом социально-бытовых и медико-биологических факторов риска.
  3. Коррекцию фактического питания беременных женщин облегчит внедрение в работу женских консультаций компьютерной программы « Анализ состояния питания человека».
  4. Участковым педиатрам необходимо включить в группу риска по дефициту йода и задержке нервно-психического развития детей, рожденных от матерей, не получавших препараты йода, из курящих семей и детей с низким уровнем гемоглобина.

Список опубликованных работ по теме диссертации

  1. Копылова, Е. Ю. Современные проблемы дефицита йода /Е. Ю. Копылова, Н. К. Перевощикова, С. Ф. Зинчук // Мать и Дитя в Кузбассе. 2010. № 3. С. 3 8.
  2. Перевощикова, Н. К. Особенности рациона детей в возрасте 1-3 лет и возможности его коррекции / Н. К. Перевощикова, Е. Ю. Бурмистрова // Вопр. дет. диетологии. 2010. Т. 8, № 5. С. 40-44.
  3. Перевощикова, Н. К. Содержание йода в молоке у женщин г. Кемерово / Н. К. Перевощикова, Е. Ю. Бурмистрова, В. Г. Зинчук // Актуальные вопросы эндокринологии : материалы Межрегион. науч-практ. конф. с междунар. участием, посвящ. памяти проф. Елены Борисовны Кравец. – Томск, 2011. – С. 96-97.
  4. Бурмистрова, Е. Ю. Влияние йодопрофилактики на нервно-психическое развитие детей / Е. Ю. Бурмистрова, Н. К. Перевощикова, О. М. Просветова // Многопрофильная больница: проблемы и решения: XV юбил. Всерос. науч.-практ. конф. (г. Ленинск-Кузнецкий, 8-9 сент. 2011 г.). – Новосибирск, 2011. – С. 221.
  5. Бурмистрова, Е. Ю. Рациональное питание беременной – залог здоровья ребенка / Е. Ю. Бурмистрова, С. Ф. Гладков // Здоровье детей – наше будущее : сб. науч. тр. VIII Межрегион. науч.-практ. конф. молодых ученых-педиатров. – Томск, 2011. – С. 10-14.
  6. Бурмистрова, Е. Ю. Рациональное питание будущих матерей – основа здоровья ребенка / Е. Ю. Бурмистрова, Н. Е. Перевощикова // Вестник Кузбасского научного центра. Вып. № 14: Актуальные вопросы муниципального здравоохранения. – Кемерово, 2011. – С. 132-134.
  7. Перевощикова, Н. К. Влияние табакокурения на содержание йода в грудном молоке / Н. К. Перевощикова, Е. Ю. Бурмистрова // Информационные технологии в медицине : сб. тр. науч.-практ. конф. –М., 2011. – С. 13-14.
  8. Бурмистрова, Е. Ю. Уровень нервно-психического развития детей первых трех месяцев жизни в условиях йододефицитного региона / Е. Ю. Бурмистрова, Н. К. Перевощикова // Сиб. мед. журн. 2012. Т. 27, № 1. С. 41-45.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

РФ – Российская Федерация

ВОЗ – Всемирная Организация Здравоохранения

ЩЖ – щитовидная железа

ДЙ – дефицит йода

ЙДЗ – йододефицитные заболевания

ТТГ – тиреотропный гормон

Т3 – трийодтиронин

Т4 – тироксин

ЦНС – центральная нервная система

НПР – нервно-психическое развитие

КПР – коэффициент психического развития

ИМТ – индекс массы тела

Выражаю благодарность старшему научному сотруднику СНИЛ ГБОУ ВПО КемГМА Минздравсоцразвития России

Сергею Фадеевичу Зинчуку

за помощь в проведении лабораторных исследований.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.