WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

ЦЫГАНОВА Александра Андреевна

Творческое наследие Ф. Дж. Тёрнера в истории американского прогрессизма

  07.00.03 – Всеобщая история (новая и новейшая история)

07.00.09 – Историография, источниковедение и методы

исторического исследования

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени

кандидата исторических наук

Москва-2012

Работа выполнена на кафедре новой и новейшей истории исторического факультета ФГБОУ ВПО «Московский педагогический государственный университет»

Научный руководитель:

доктор исторических наук, профессор

Макеева Лидия Александровна

Официальные оппоненты:

Закаурцева Татьяна Алексеевна

доктор исторических наук, профессор

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Дипломатическая академия Министерства иностранных дел Российской Федерации», первый проректор - проректор по учебной работе,

начальник Управления подготовки научных кадров

Воробьёва Ольга Владимировна

кандидат исторических наук, доцент

Учреждение Российской академии наук Институт всеобщей истории РАН,

Руководитель Центра сравнительной истории и теории цивилизаций

Ведущая организация:

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»

Защита состоится 24 декабря 2012 г. в 17 часов на заседании диссертационного совета Д 212.154.09 при ФГБОУ ВПО «Московский педагогический государственный университет», по адресу:

119571, Москва, проспект Вернадского, д. 88, ауд. 322.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ ВПО «Московский педагогический государственный университет» по адресу: 119992, Москва, ул. Малая Пироговская, д. 1.

Автореферат разослан «__» ноября  2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                Симонова Надежда Вячеславовна

Вопрос о своеобразии и специфике истории США ставился в работах многих исследователей. Одним из первых, кто в поисках национальной идентичности и национального своеобразия обратился к проблеме колонизационного опыта США, был американский учёный и историк Фредерик Джексон Тёрнер. На основе обобщения широкого круга источников, а также применяя новые методологические подходы и принципы познания в исторической науке, Тёрнер предложил глубоко продуманную макроисторическую схему развития американского государства, опиравшуюся на такие понятия, как «граница» («фронтир») и «секция», сочетавшую в себе опыт быстрого продвижения по континенту и традиции длительного освоения каждого регионального субъекта США.

Предложенная Тёрнером обобщающая модель цивилизационного развития, обнаружив тенденцию к провозглашению исключительности американского капитализма и демократии, сразу же была ин­тегрирована в национальную историографию и всегда присутствовала при иссле­довании ключевых проблем истории США. Более того, Тёрнер считается, если не «империалистом-практиком», то теоретиком и «отцом-основателем» современной геополитики и в целом идеологом  американского экспансио­низма как прошлого времени, так и современности.

Актуальность нашего исследования вызвана необходимостью всестороннего анализа теории Тёрнера в связи с проекцией его идей на современный политический курс США. Провозгласив уникальность Америки в её расширяющихся «границах» и обозначив исторической сущностью США и залогом их будущего процветания покорение всё новых рубежей, Тёрнер нашёл оправдание существованию весьма агрессивного национализма американцев. Многие явления современной американской внутри- и внешнеполитической жизни могут быть рассмотрены с позиции покорения новых для США «фронтиров»: от освоения космоса до военных операций в Афганистане и Ираке. Более того, принимая во внимание концепцию «границы» Тёрнера, сущность холодной войны может быть представлена как попытка открытия и завоевания восточноевропейских и непосредственно российских «границ».

Актуальным представляется и взгляд на так называемую электоральную географию, изучающую пространственные закономерности результатов выборов и получившую значительную популярность в наши дни. Именно данное узкое направление политической географии развивалось под влиянием регионального подхода в рамках концепции «секций» Тёрнера.

Затрагиваемая Тёрнером проблема взаимоотношений природы и цивилизации, окружающей среды и человека, звучит особенно актуально в условиях, когда пространство нашей планеты стало не только обитаемым, но и эксплуатируемым. Современные последствия этого находят своё выражение, в участившихся природных катаклизмах и глобальных экологических катастрофах. В широком смысле – это ощущение приближающегося исчерпания естественных ресурсов, что приводит к невозможности воспроизводства и к проявляющемуся уже сейчас разрушению простейших форм социальности, в основе которых лежит взаимодействие человека с природой. Обращение Тёрнера к названным проблемам имеет весьма актуальное звучание.

Научная новизна работы определяется комплексным анализом исторических концепций Ф. Дж. Тёрнера: теории «подвижной границы» и теории «секций», не рассматривавшихся ранее в отечественной историографии в их взаимосвязи и взаимообусловленности, либо рассматривавшихся эпизодически, не достаточно глубоко и аналитически. К их числу относятся: проблемы развития процессов экономико-географического районирования территории США и политико-правового оформления штатов; влияние особенностей возникновения и развития той или иной «секции» на решение важнейших вопросов внутренней и внешней политики в Конгрессе США; сущность «секционализма и степень его влияния на жизнь государства.

Долгое время господствовавшая в историографии концепция двух типов аграрно-капиталистической эволюции и фетишизация экономического фактора затрудняли поиск новых подходов к изучению творчества Ф. Дж. Тёрнера. Концепция «границы» рассматривалась с позиций её вклада в развитие идеологии американской исключительности и экспансионизма. В данной работе теория «границы/секций» Тёрнера рассматривается нами в качестве макроисторической схемы развития американского государства.

Научная новизна исследования заключается также в использовании всей совокупности доступных работ Тёрнера, в том числе опубликованных писем, черновиков и лекций, применявшихся ранее лишь фрагментарно. Это позволило сделать комплексный анализ историческим концепциям Тёрнера и их важнейшим теоретическим аспектам.

Объектом работы является прогрессистское направление как сегмент историографии США последней трети XIX — первой четверти XX вв. Предмет исследования – творческое наследие Ф. Дж. Тёрнера.

Необходимость тщательного изучения объекта и предмета исследования диктует цель работы – анализ творческого наследия Тёрнера и определение значения исторической концепции «границы/секций» для развития американского прогрессизма.

Поставленная цель определяет постановку следующих задач исследования:

- охарактеризовать особенности исторической обстановки в США последней трети XIX в., включая основные аспекты социально-экономического и политического развития США;

- проанализировать влияние основных течений общественной мысли США на творчество Ф. Дж. Тёрнера;

- проследить процесс становления и развития исторических взглядов Ф. Дж. Тёрнера;

- выявить и охарактеризовать смысловые уровни концепта «границы»;

- рассмотреть этапы эволюции американского общества, выделяемые Тёрнером, в процессе продвижения «границы» на Запад;

- показать значение теории «границы» в американской истории и раскрыть её влияние на менталитет и национальную идеологию США;

- представить связь концепции «границы» и теории «секций» в единой макроисторической модели государственного развития США;

- определить содержание понятия «секция» и рассмотреть классификацию «секций», предложенную Тёрнером;

- проанализировать содержание понятия «секционализм», определить уровни его проявления и степень влияния на решение внутри- и внешнеполитических вопросов, а также в целом на оформление федеративного устройства американского государства.

Хронологические рамки работы совпадают со временем создания и разработки Тёрнером концепции «подвижной границы» и теории «секций» и  приходятся на конец XIX – первую четверть XX в. Это время во многих отношениях явилось переломной эпохой в истории США. Возросшее экономическое могущество и политические амбиции  обнаруживали в себе стремление к внешней экспансии и усилению американской роли на международной арене. На этой почве вырастала парадигма «твёрдого» индивидуализма, в становление которой внесли свой вклад социология, политэкономия, теология, история, в том числе и идеи Ф. Дж. Тёрнера о влиянии «грубого индивидуализма» «фронтира» и присущего ему мотива экспансии на развитие национальной идентичности США.

Вместе с тем необходимость рассмотреть позиции сторонников и критиков интеллектуального творчества Тёрнера потребовала расширить хронологическое поле соответствующей части нашего исследования до середины ХХ в.

Территориальные рамки исследования обусловлены колонизационным опытом США, который лёг в основу теорий Тёрнера.  Историку удалось выделить особенности природно-географических условий осваиваемого американского континента, степень их влияния на европейских колонистов и установить решающую роль продвижения «границы» в качестве ключевого фактора в формировании американской идеологии и национальной идентичности. Следовательно, территориальные рамки диссертации охватывают пространство Соединённых Штатов Америки в пределах их государственной границы начала ХХ в.

Источники. Данная диссертация подготовлена на стыке специальностей 07.00.03 – «всеобщая история» и 07.00.09 – «историография, источниковедение и методы исторического исследования», что обусловило использование следующих категорий источников: 1) труды Ф. Дж. Тёрнера, в том числе, лекции и черновики к ним, прочитанные в период преподавания в Висконсинском университете, Гарварде и др.; 2) эпистолярное наследие Тёрнера, в частности его опубликованная переписка с коллегами и друзьями; 3) справочно-энциклопедическая литература о Тёрнере, 4) исторические труды, посвящённые творческой биографии и эволюции идей Тёрнера.

Сборники статей и монографические работы Ф. Дж. Тёрнера

Основным источником по теме диссертации явились труды Фредерика Джексона Тёрнера, написанные за годы его 45-летней научной карьеры (последняя монография «Соединённые Штаты, 1830–1850 гг.» так и осталась незаконченной). Большинство работ Ф. Дж. Тёрнера представляет собой статьи, написанные в разные периоды его жизни. Первыми и наиболее интересными с точки зрения развития взглядов Тёрнера и складывания концепции «границы» являются статьи «Значение истории» (1891)1 и «Проблемы в американской истории» (1892)2, ставшие  фундаментом теории «границы». В них подробным образом излагаются подходы Тёрнера к анализу американской истории, отмечаются лакуны в историческом прошлом США. Так, в статье «Значение истории» Тёрнер призывает обратить внимание и на вопрос колонизации американского континента как на один из наиболее значимых факторов развития истории США. Именно изучение заселения обширных пространств континента позволит, согласно Тёрнеру, поднять национальное самосознание американцев на новый уровень.

В статье «Проблемы в американской истории» Тёрнер придаёт едва ли не главное значение процессу колонизации Запада как некоему «ключу» к  развитию американского государства. Рассматривая историю США с позиций физиографии, он ставит развитие североамериканского континента в зависимость от природных условий той или иной его части, призывает не  пренебрегать и влиянием, оказанным индейцами на развитие континента. Тёрнер предлагает периодизацию колонизационного процесса, выделяя четыре периода: атлантическую колонизацию, колонизацию района, лежащего между Аллеганами и р. Миссисипи, колонизацию Тихоокеанского побережья и колонизацию земель, расположенных между Скалистыми горами и р. Миссисипи.

Среди других ранних работ Тёрнера важное значение для анализа эволюции взглядов историка имеет докторская диссертация Тёрнера под названием «Характер и влияние индейской торговли на Висконсин»3, в которой важными представляются выводы о том, что условия освоения обширных пространств континента, особенно усло­вия каждой из границ, наложили отпечаток на общество, образованное на той или иной территории.

В 1906 г. вышла книга Тёрнера «Подъём Нового Запада, 1819–1829 гг.»4, в которой Тёрнер при анализе процесса экспан­сии во внутренние районы континента пред­принял попытку связать «границу» и «секции». Тёрнер рисует Запад в процессе постоянного движения, рассматривает  любые националь­ные проблемы в контексте борьбы расширяющихся секций, основным мотивом ко­торых на протяжении длительного периода времени был захват «свободных» зе­мель и распространение собственного влияния на вновь образовывавшиеся секции.

В 1920 г. впервые публикуется сборник статей Тёрнера под общим названием «Граница в американской истории»5, в котором собраны работы Тёрнера по проблемам колонизации и освоению Запада. Так статья «Значение границы в американской истории» (The significance of the frontier in American history) 1893 г., с которой Тёрнер впервые выступил на ежегодной сессии Американской исторической ассоциации, является, пожалуй, самой знаменитой (и потому подвергшейся наибольшей критике)  его работой. Именно этот доклад принёс Тёрнеру известность в США. Именно эта статья является стержнем концепции «подвижной границы» Тёрнера, т.к. в ней даётся определение границы, характеризуются её типы и непосредственно раскрывается её значение для развития Америки.

В 1932 г. посмертно издаётся сборник статей «Значение секций в американской истории»6, в котором Тёрнер, утверждает, что секционная борьба существовала на протяжении всей истории США, приобретая в разные периоды лишь тот или иной характер. В соответствии с этим Тёрнер даже выделяет определённые степени секционализма, который проявляется во всех сферах деятельности государства, поэтому, по мнению Тёрнера, говорить об исчезновении секционализма представляется неправомерным. Тем самым, «граница» и «секция» у Тёрнера начинают выступать в качестве двух фундаментальных факторов в развитии американской государственности.

С 1927 по 1932 гг. Тёрнер работает над книгой «Соединённые Штаты, 1830–1850 гг. Нация и её секции»7, так до конца и не завершив начатого сочинения. Благодаря своему другу и ученику Э. Крейвену книга будет издана в 1935 г. Её можно охарактеризовать как применение ранее сформулированных Тёрнером воззрений.

Опубликованные черновики статей и лекции Ф. Дж. Тёрнера

Ещё одним источником, позволяющим наиболее полно раскрыть содержание концепции «границы/секций» являются черновики и наброски статей и лекций Тёрнера, прочитанных им в период работы в Висконсинском и Гарвардском университетах, и собранные в книге под названием «Наследие Фредерика Джексона Тёрнера»8 (1965 г.). Большинство опубликованных лекций относится к проблеме теории «секций». Это краткие, но ёмкие по содержанию замечания относительно целостной концепции Тёрнера, ещё раз подчёркивающие взаимосвязь особенностей развития американской нации и природных условий США. Не являясь уникальной особенностью Америки, «секционализм», тем не менее, с точки зрения Тёрнера, выступает как один из определяющих факторов её развития, дестабилизирующей силой, с одной стороны, и в то же время способствующей обновлению, преобразованию и реструктуризации власти, что позволяет постоянно функционировать двигателю прогресса американской истории.

Эпистолярное наследие Ф. Дж. Тёрнера

Среди эпистолярного наследия Тёрнера важным источником являются письма Тёрнера коллегам, которые вносят дополнительные штрихи к теории гра­ницы9. В большинстве прежних статей Тёрнер даёт весьма расплывчатое определение поня­тию «граница», поэтому конкретизация термина в письмах приобретает особое зна­чение. Яркими примером выступает письмо Артуру Шлезингеру, в котором Тёрнер сожалеет, что большинство читателей так и не поняло сущности по­нятия «граница» и пишет, что нельзя отождес­твлять «границу» и «Запад». «Граница» здесь выступает в качестве некоего «барометра», фиксирующего создание новых «западов». Тёрнер отнюдь не отрицает критики, но лишь пытается доказать, что опыт границы является неотъемлемой частью американского прошлого, что нельзя объяснять развитие американской ис­тории только лишь классовой борьбой. В заключении он надеется, что его концеп­ция границы и теория регионального развития Америки по-прежнему будет при­влекать внимание исследователей. Не менее интерес­ным и важным представляется письмо Тёрнера Констанции Скиннер10, в котором он характеризует каждую из своих работ, посвящённых концеп­ции «граница/секция». В письме Тёрнер даёт теорети­ческие выжимки из собственных работ, расставляет акценты на наиболее значимых положениях его теории, сопровождая при этом повество­вание знаковыми событиями из собственной биографии, так или иначе способство­вавшими оформлению его концепции.

Справочно-энциклопедические издания представляют существенный интерес для изучения биографии Тёрнера. На русском языке Тёрнеру посвящены статьи в Советской исторической энциклопедии11 и в Большой советской энциклопедии12. Обе статьи дают краткое описание жизни и научно-исследовательской деятельности Ф. Дж. Тёрнера, излагают основное содержание его концепции «границы/секций» и представляют главные труды Тёрнера. В «Словаре историков Блэкуэлла»13 представлена подробная статья о Тёрнере, которая освещает важнейшие концептуальные идеи его наследия, его вклад в историческую науку как приверженца междисциплинарного подхода, основные вехи биографии. Особое внимание уделяется влиянию, которое оказали на Тёрнера Вильсон, Хаскинс и другие знаменитые преподаватели того времени. Краткие биографические сведения о Тёрнере можно получить и в других словарях-справочниках, например, в «Энциклопедии историков и исторических сочинений»14, «Энциклопедии «Американа»15 и др. Ряд сведений биографического характера содержатся в сети Интернет16.

Исторические труды о Тёрнере и его творческом наследии

Историография США. Попытка Ф. Дж. Тёрнера дать теоретическое объяснение закономерностей исторического развития США, исходя из наличия значительного фонда «свободных земель» и процесса их колонизации вызвала широкий отклик в кругах американских историков, породив два противоборствующих на протяжении десятилетий лагеря: сторонников-тёрнерианцев и критиков-антитёрнерианцев. Необходимо отметить, что последние в большей степени превратили концептуальное наследие Тёрнера в оригинальный миф, интеллектуальную ловушку для целого века, не отрицая, правда, его эвристической ценности17

Уже первые критические замечания в адрес Тёрнера стали появляться в 1920-е годы, но вплоть до его смерти в 1932 г. они носили спорадический характер. С начала 30-х гг. на идеи Тёрнера обрушивается буквально волна критики, достигающая своего максимума в конце 1940-х гг. С 1950-х годов на сцену выходит «третье поколение» исследователей концепции границы. Благодаря их трудам, основанным на современных методах исторического анализа, Тёрнер был «реабилитирован» в глазах исторического сообщества, вновь заняв почётное место среди американских историков.

Критика 1920-х годов. Первой критической работой, посвящённой анализу концепции границы, стала статья однокурсника Тёрнера по Висконсинскому уни­верситету Э. Мини18. Мини подверг сомнению утверждение Тёрнера о том, что «пункты торговли со време­нем становились ядром последующего поселения; первоначальные тропы тор­говцев превращались в ранние дороги, а места переправ обозначали будущую лока­лизацию водных каналов. Тем самым торговля пушниной мало-помалу разрушала индейское общество, прокладывая дорогу триумфальному шествию цивилиза­ции»19. Мини лишь частично соглашается с данным тезисом. Статья Мини не оказала существенного влияния на ход дискуссии об исторической состоятельности теории «границы». Гораздо больший резонанс вы­звала работа Ч. Бирда «Граница в американской истории»20. Бирд оспаривает утверждение Тёрнера о том, что «существование свободных земель и продвижение американских пионеров на запад объясняют развитие Аме­рики». Бирд подвергает сомнению тезис Тёрнера о том, что «граница – это линия наиболее быст­рой и эффективной американизации». Бирд считает, что данное утверждение «не имеет под собой прочной источниковой базы. Бирд не согласен с Тёрнером в том, что «законотворчество, в котором вы­ражалась сила национального правительства, и которое было неотъемлемой частью его функционирования, обусловливалось влиянием на него границы». И, наконец, Бирд не считает, что создание столь демократичной конституции, каковой, по его мнению, является кон­ституция США, обязано постоянной экспансии на За­пад.

Историк К. Алвард21 подверг сомнению взгляд Тёрнера на процесс переселения с востока на запад как осуществлявшийся единым порядком22. Алвард считает, «процесс освоения Запада представлял собой не последовательность переселенческих волн, сменяемых одна другою, а скорее ничем нерегулируемый поток мигрантов различной социальной принадлежности»23.

Джон Пэриш в статье «Постоянство движения на Запад» предлагает рассматривать термин «граница» не только в качестве «свободных земель», но и в более широком смысле, как мотив для постоянного саморазвития нации, прежде всего, в таких областях, как сельское хозяйство, промышленность, банковская сфера, искусство, которые он именует границами «материального развития и преобразующих идей»24.

Таким образом, критика 1920-х гг. носила характер скорее замечаний и уточнений, нежели характер острой полемики, проявившейся в дискуссиях 1930–1940-х гг.

Критике 1930-х – начала 1940-х гг. способствовала «великая депрессия» 1929–1933 гг., потребовавшая от учёных переосмысления опыта прошлого, отказа от такой интерпретации американской истории, в которой акцент делался больше на аграрное развитие, чем на индустриализацию, где жёсткий индивидуализм рассматривался лучшим инструментом решения проблем, нежели государственное планирование, где национализм признавался более приемлемым орудием внешней политики, чем идеи интернационализма.

Одним из таких историков, требовавших новой интерпретации американского прошлого, был Б. Райт, подвергший критике идею Тёрнера о  роли «границы» в развитии института демократии25. Он доказывал, что Тёрнер совершил ошибку «в попытке отделить процесс складывания американской демократии от общего развития западноевропейской цивилизации». Райт был не согласен с Тёрнером в его трактовке переселенца, жителя «границы», как свободного от любых предрассудков и напористого в своих желаниях человека. Райт критиковал смысловую размытость термина «граница», увлечение природным детерминизмом и преуменьшение значения этнических и культурных процессов26.

Широкая дискуссия в среде историков 1930-х годов о теории «предохранительного клапана» была обусловлена растущей безработицей и в целом сложной экономической ситуацией, сложившейся в США вследствие «великой депрессии». При этом нельзя не отметить, что рассмотрение «границы» в качестве «предохранительного клапана» не являлось существенной и значимой составляющей концепции «фронтира» Тёрнера.

Начало обсуждению данной проблемы было положено историками-экономистами К. Гудричем и С. Дэвисоном из Колумбийского университета27. Исследование Гудрича и Дэвисона получило отклик в статье Ф. Шэнона «Гомстед акт и избыток рабочей силы». Шэнон указывал, что утверждение Тёрнером, будто с наступлением 1890 г. эпоха существования свободных земель пришла к своему логическому завершению несостоятельно, т.к. заселение Запада в прямом смысле этого слова только делало свои первые шаги28.

Дискуссия была продолжена М. Кейном, который на основании статистических данных округов Мичигана и Массачусетса выявил, что во время экономической депрессии, население штатов увеличилось при  одновременном сокращении безработицы. К тому же Кейн настаивал на том, что рабочие были не в состоянии переехать на ферму не только в силу финансовых затруднений, но и просто потому, что не знали, как организовать и наладить работу фермы29.

Защитником идеи «предохранительного клапана» выступил один из учеников Тёрнера, Дж. Шэфер, который подверг критике позицию Гудрича и Дэвисона по этому вопросу30. В 1945 г. точку в дискуссии о роли «границы» в качестве предохранительного клапана поставил Ф. Шэнон, опубликовав статью под соответствующим названием31.

Но «похороны» идеи «предохранительного клапана» оказались преждевременными. Дискуссия разгорелась вновь в апреле 1958 г., на 51-й ежегодной встрече Исторической ассоциации долины Миссисипи, где утверждалось, что гораздо правильнее выяснять не то, насколько хорошо работал «предохранительный клапан», а действовал ли он вообще.

Критика 1940-х–1950-х гг.  Историки 1940–1950-х гг. стали предлагать собственные альтернативы тезису о «границе», а замечания в адрес концепции Тёрнера приобрели более умеренный характер.

А. Шлезингер-ст., в 1940 г. одним из первых положил начало дискуссии о концепции «границы» Тёрнера32. Дж. Пирсон в серии работ33 подверг широкому и зачастую весьма тенденциозному анализу концепцию Тёрнера. Пирсон не считает историческую теорию Тёрнера логичной и целостной: национализм вступает в противоречие с «секционализмом», в основе нововведений лежит постоянное повторение, т.е. воспроизведение пограничного опыта, материализм тесно соприкасается с идеализмом34.

В 1945 г. в ежегодном послании к Американской исторической ассоциации тогдашний её президент К. Хейс подчёркивал, что увлечённость американцев историей секций и локальной историей способствовала развитию изоляционизма и восприятию обществом американского государства в качестве центра мироздания35.

1950-е годы открываются появлением двух глубоких исследований Г. Смита36 и Р. Хофстедтера37, посвященных проблеме «аграрного мифа», нашедшего, по мнению обоих, своё отражение, в том числе, и в исторической концепции Тёрнера. Смит указывает на очевидное противоречие теории «границы» Тёрнера в трактовке социальной эволюции. Р. Хофстедтер считал, что идеалистичный образ западного фермера, созданный Тёрнером, отличался от своего реального прототипа, связь которого с землёй обусловливалась не какой-то полумистической силой, а сугубо практическим интересом — желанием получить максимально большую прибыль.38

Таким образом, среди критических замечаний 1920–1950 гг., выдвинутых в отношении концепции «границы/секций» Ф. Дж. Тёрнера, можно выделить следующие: 1) смысловая размытость основополагающих терминов; 2) рассмотрение фактора «подвижной границы» в качестве определяющего мотива американского государственного развития, а вследствие этого 3) возвеличивание колонизационного опыта, аграрного Запада, способствовавшее усилению изоляционистских настроений в обществе; 4) «пограничное» рождение демократии; 5) игнорирование очевидной значимости процесса индустриализации для американской истории; 6) идеализация образа пионера-фермера, замалчивание роли земельного спекулянта.

Защитники и сторонники концепции «границы».  Идеи Тёрнера вызвали не только волну критических замечаний, но и нашли благодатную почву для своего дальнейшего развития в трудах сторонников концепции «границы», большинство из которых являлись учениками Тёрнера. Среди них можно выделить М. Курти, попытавшегося дать ответ на некоторые обвинения критиков. Курти доказывает это тем, что время появления тезиса о «границе» (1893 г.) явилось лишь началом распространения промышленных успехов по территории всей страны. Среди достоинств Тёрнера учёного Курти выделяет комплексный и системный подход историка к анализу исторических явлений.39.

Вторит Курти и другой ученик Тёрнера Э. Крейвен, который акцентирует внимание на широте исторического мышления учёного, глубине изучаемых им явлений и процессов, способности видеть в частном общее. Нельзя не согласиться с Крейвеном, что концепция «границы» это скорее подход к проблеме, гипотеза, нежели чёткая и стройная теория40.

Р. Биллингтон посвятил Тёрнеру ряд монографий, которые в целом были отмечены положительной оценкой трудов историка, а также признанием научного и педагогического таланта историка41. Тем не менее, его апологетический подход к идейному наследию Тёрнера не лишён и ряда критических замечаний, одно из которых заключается в излишнем упрощении, схематичности социального развития США.

Интересным образом развил идеи Тёрнера У. Уэбб, который в работе «Большая граница»42 поставил вопрос о том, какую роль сыграли земли, открытые Колумбом и другими исследователями около 1500 г., в развитии западной цивилизации вообще. В каждом случае, по его мнению, существовали свой «Восток» (метрополия) и свой «Запад» («граница»). Объединяя все «запады» в одно целое – «великую границу», Уэбб рассматривал Западную Европу как комплекс «востоков» (метрополий). Во взаимосвязи Западной Европы и «большой границы» он усматривал один из важнейших ключей к пониманию развития современной цивилизации.

Во второй половине 1950-х гг. некоторые историки предприняли попытки проверить концепцию Тёрнера на историческом материале как некоторых штатов США, так и других стран. В частности, С. Элкинс и Э. Маккитри43 исследовали общества «границ» Старого Северо-запада (the Old Northwest), Старого Юго-запада (The Old Southwest) и Массачусетского Залива, П. Коулман44 применил тезис о границе к Новой Зеландии. П. Шарп45 в свете идей Тёрнера рассмотрел колонизацию Канады в Австралии.

До сих пор интерес к концепциям Тёрнера не угасает. С его наследием имеют дело авторы многих работ по «новой западной истории»46. Данное историографическое направление возникло в 1980-х гг. в рамках широкого распространения «новой исторической науки». «Новыми» идеи западных историков 1980-х гг. были относительно интеллектуального наследия «старых западных» историков, к которым был причислен и Ф. Дж.Тёрнер.

Современные историки Запада резко критикуют тёрнеровский тезис о «границе», подчёркивая его устаревшее значение и абсолютную непригодность для современной историографии Запада. Одним из наиболее решительных критиков исторической концепции Тёрнера является Патриция Лимерик профессор истории в университете Колорадо. Её книга «Наследие завоевания» (The Legacy of Conquest)47, вышедшая в 1987 году, обозначила позиции новых западных историков с их акцентом на проблемы гендерных, классовых и расовых  взаимоотношений в ходе колонизации американского континента.

Выступая с критикой концепции Тёрнера Лимерик и новые западные историки, отвергают саму идею «фронтира» в том её виде, в котором продвижение «границы» выступает в качестве процесса постоянного перемещения по континенту с востока на запад. И, тем не менее, их представление о Западе как об особом пространстве, развивавшимся по собственным законам и противостоявшим Востоку, в значительной мере перекликается с теорией «секций» и в целом региональным подходом Тёрнера, что говорит о непреходящей значимости и актуальности идей историка.

Отечественная историография. Отечественная историография, посвящённая анализу идейного наследия Ф. Дж. Тёрнера представлена двумя сегментами: советским и российским.

Советская историография, начиная со второй половины 1950-х годов выступила с критической оценкой феномена «подвижной границы»48. Используя в качестве универсальной модели теорию классовой борьбы К. Маркса и ленинский постулат о развитии капитализма «вширь» и «вглубь», советские учёные подвергли критике выдвинутую Тёрнером идею о решающем значении «свободных земель» в истории развития США, прежде всего, с теоретических позиций. Акцент Тёрнера на природно-климатические особенности американского континента в качестве детерминанты его развития, а не на классовые противоречия вызывал наибольшую критику. Так, по мнению А. В. Ефимова, организационное оформление и сплочение американского рабочего движения тормозились наличием «свободных земель». «Идеи социализма, уничтожения частной собственности на средства производства с трудом проникали в среду рабочих, так как в этой стране каждый рабочий мог, хотя и ценой больших жертв и лишений, приобрести в собственность участок земли»49. Переселение рабочих на запад, тем самым, исключало их из сферы капиталистического общества. «Свободные земли» в концепции Тёрнера заставляли колониста соприкасаться с примитивными условиями жизни. Это, как считает Ефимов, стало причиной больших контрастов в развитии промышленности. Наряду с действовавшими в восточных штатах США передовыми фабриками на «границе» возрождались примитивные формы технического производства50. По мнению Ефимова, наличие «свободных земель» Америки способствовало не столько развитию фермерского движения, сколько обусловило сохранение и распространение рабства в США. «Если бы не было этого земельного ресурса, замкнутое в своих прежних территориях рабство неизбежно было бы обречено на уничтожение в течение каких-нибудь 15 лет»51. Ещё одним критическим замечанием в адрес Тёрнера стало употребление самого понятия «свободные земли». Нельзя не согласиться с Ефимовым, а за ним и с Болховитиновым, которые указывали на то, что обширные пространства американского континента были вовсе не «свободными», а, наоборот, в какой-то степени перенаселены автохтонными племенами индейцев52. Тогда весь процесс колонизации и продвижения «границы» приобретает образ жестокой войны, сопровождаемой массовым истреблением коренных обитателей Америки и оттеснением их в глухие и малопригодные для жизни районы. Тем не менее, с нашей точки зрения, неправомерно искать в концепции «фронтира» выводы, позволяющие относить Тёрнера к расистам. Ни в одной своей работе Тёрнер не называет индейцев так, как пишет об этом А.В. Ефимов, то есть «низшей расой», обречённой на уничтожение белыми»53.

Критический анализ теории «подвижной границы» продолжил и Н. Н. Болховитинов, который затронул крайне дискуссионный аспект исторической концепции Тёрнера – теорию «предохранительного клапана» («safety valve doctrine»). С точки зрения автора теории, «как бы ни складывались социальные отношения на Востоке, как бы ни стремился капитал оказать давление на труд, какие бы политические ограничения не препятствовали свободе масс, – имелись широкие ворота для бегства в свободные условия свободных земель»54. Критикуя концепцию «предохранительного клапана», Болховитинов не отрицает важную роль западных земель в истории США. Отток населения в лице рабочих, фермеров, арендаторов происходил постоянно. В таком случае, спорным и нерешённым остаётся вопрос о реальном «механизме» действия «подвижной границы», то есть, как конкретно происходил отлив населения на Запад, каково было его влияние на классовую структуру  и развитие капитализма в США55.

В соответствии с тёрнеровской теорией «клапан» должен был открываться в период кризисов. Болховитинов же на основе официальных данных о продаже государственных земель в 1815–1860 гг. устанавливает, что в действительности в это время наблюдается как раз резкий спад движения, т.е. «клапан» фактически закрывается. Этот парадокс концепции Тёрнера Болховитинов связывает с тем, что «свободные» и «незанятые» земли Запада представляли собой необработанные участки земли, требующие значительных материальных и трудовых вложений56. Таким образом, рассматриваемая сугубо с экономических позиций концепция «предохранительного клапана», с точки зрения Болховитинова, не выдерживает критики.

Советскими американистами также признавалось глубокое влияние концепции «фронтира» на формирование идеологии империалистической экспансии. При таком подходе колонизация «свободных земель» выступает синонимом экспансии. Так, И. П. Дементьев видит оправдание экспансии в самой постановке центрального вопроса теории «границы»: расширение географических пределов страны является определяющим фактором её истории. А это в свою очередь означало, что сохранение демократии и процветание США напрямую зависит от экспансии57. Видя в Тёрнере скорее империалиста-теоретика, нежели практика, Дементьев в качестве подтверждения приводит слова Тёрнера о том, что «… нельзя спешить с пророчеством, будто экспансионистский характер американской жизни полностью исчерпал себя. Движение – её главный фактор. Даже если бы долголетняя тренировка не оказала влияния на народ, американская энергия будет беспрестанно требовать более широкого поля для своего проявления»58. По мнению Дементьева, озвученная в конце XIX в., в так называемую эпоху империализма, идея Тёрнера о движении как ведущем факторе развития американского государства, получила не только широкое отражение в общественных кругах, но и наметила программу действий в настоящем, став историческим обоснованием агрессивной внешней политики США на рубеже XX века59. Идеализированное изображение «границы», считает Дементьев, изменило лишь форму подачи американской исключительности, сделав специфическое определяющим.

Для темы диссертационного исследования представляет интерес статья В. В. Согрина60, посвящённая анализу начального этапа становления прогрессистской школы в американской историографии. Согрин выявляет «соединительные звенья» между Тёрнером и Бирдом и рассматривает эволюцию прогрессизма от географического детерминизма Тёрнера к постановке и изучению темы социального конфликта в американской истории последующим поколением историков. Но особое значение имеет предисловие В. В. Согрина и Л. М. Троицкой к переведённому в 2009 г. на русский язык труду Ф. Дж. Тёрнера «Фронтир в американской истории», в котором признаётся, что при всех недостатках концепции Тёрнера его труды сохраняют научное значение.

Таким образом, точка зрения, представленная сегментом отечественной историографии в лице советских американистов, ясно свидетельствует о полной несостоятельности концепции «границы» Ф. Дж. Тёрнера как со стороны основополагающего теоретического подхода, так и с точки зрения конкретных выводов из него.

Пожалуй, единственным положительным моментом концепции Тёрнера советские историки считали постановку  вопроса об особенностях исторического развития Соединённых Штатов.

Российская историография. Долгое время господствовавшая в историографии концепция двух типов аграрно-капиталистической эволюции, фетишизация экономического фактора, а также марксистский постулат линейного развития мировой истории не позволяли обнаружить новые подходы к изучению творчества Ф. Дж. Тёрнера. Внедрение цивилизационного подхода, компаративистского анализа и междисциплинарного принципа в современные исторические исследования с широким привлечением в познавательный аппарат истории данных географии, биохимии, астрономии, демографии, психологии, этнографии и пр. способствовало не просто переходу на многофакторный путь изучения исторических событий прошлого. Оно открыло новые перспективы в исследовании колонизационной истории.

Современная отечественная историография творчества Тёрнера, обнаружив для себя широкие концептуальные возможности в сравнительно-историческом подходе, сконцентрировала внимание на изучении сибирского «фронтира» в эпоху российской колонизации северо-восточной Азии61. Особых успехов в этом деле удалось достичь сотрудникам Института истории СО РАН, которые в течение ряда лет работали над научно-исследовательским проектом «Фронтир в Сибири: общее и особенное в контексте российской и мировой истории конца XVI–начала XX в.». Задачей данной работы стало выявление специфики развития Сибири в качестве пограничной территории продвижения за Урал в сравнительной перспективе. За основу было взято тёрнеровское понимание «фронтира» в нескольких смысловых значениях: «граница» как естественный рубеж, и «граница» как «процесс освоения необжитой или малообжитой территории различными этносами с разным уровнем развития экономических, социальных и культурных отношений»62. Нам представляется весьма интересным оценочное сопоставление колонизационных процессов, имевших место в Сибири и Северной Америке, проведённое Д.Я. Резуном.

Рассматривая «фронтир» в качестве места встречи двух культур разного уровня, «дикости» и «цивилизации» в терминологии Тёрнера, результатом этого процесса Резун видит рождение сообщества нового качества: американцев – в Северной Америке, сибиряков – в Сибири. Таким образом, заселение Сибири и Северной Америки суть однотипные явления, поскольку колонисты осваивали территории, не являвшиеся их исторической родиной63. Общим для «свободных земель» Америки и Сибири стал многонациональный состав участников их освоения. Сам характер освоения колонизуемых территорий и строительства новых городов в Америке и Сибири существенным образом отличался. Как только территория на западе обживалась, становилась тесной для колонистов, вновь появлялись обозы переселенцев. Сибирь осваивали «перелётами» (термин В. О. Ключевского), так до конца не обжив и не обустроив территорию64. Беря за основу своего историко-сравнительного анализа концепцию «подвижной границы» Тёрнера, Резун уделяет внимание и её не менее важной второй составляющей – теории «секций», а также такому явлению, как «секционализм». По мнению Резуна, страны и регионы подобно США, России, Европе, Азии не могут рассматриваться иначе как в контексте естественных противоречий и компромиссов. «Сегодня Западная Сибирь также делится на «секции» – Тюмень и Курган всё более тяготеют к Уралу, чем к собственно Сибири»65.

Ещё один исследователь истории Сибири Д.А. Агеев выделяет и анализирует специфические черты сибирского «фронтира», определяя скорее функциональное, нежели морфологическое, сходство Сибири и американского Запада66. Соглашаясь с ленинской интерпретацией «подвижной границы» в качестве способа развития капитализма вширь, Агеев признаёт за американским «фронтиром» «феномен международного разделения труда в ходе капитализации аграрного производства и промышленной революции». Тем самым, американский Запад сумел естественным образом интегрироваться в систему мирохозяйственных связей, в то время как Сибирь продолжала оставаться «придатком», «периферией», «пограничным» маргинальным ареалом»67. Американский Запад – это расширяющееся государство, Сибирь – вместилище материальных и физических ресурсов, источник накопления первоначального капитала. Отношения с коренными народами напрямую обусловили характер освоения Сибири и Запада. Соглашаясь с Тёрнером, Агеев признаёт колонизацию Запада агрессивной и стремящейся утвердиться в новом независимом качестве. В то время как заселение Сибири осуществлялось в большинстве случаев принудительно и отягчалось абсолютной невосприимчивостью к трансформациям и нововведениям вследствие глубокой укоренённости в народной массе вековых ценностей68.

Таким образом, поставленный ещё самим Тёрнером вопрос о возможности применения теории «границы» на материале иной колониальной среды, в иных экономических и политических условиях69, нашёл своё отражение в компаративистских исследованиях, посвящённых, с одной стороны, выявлению общих и различных черт процесса заселения и освоения Сибири и Северной Америки, с другой – способствовал в целом изучению уникальных особенностей развития Сибири с началом её колонизации.

Нельзя не отметить, на наш взгляд, верное замечание Б. М. Шпотова о том, что современным исследователям не стоит ограничиваться изучением исключительно сибирского фронтира. Следует также обратить внимание и на степной фронтир, «засечную черту» XVII в. с полувоенными поселениями, живущими на границе Дикого Поля, и в целом на ход колонизации Причерноморья и Юга России на разных этапах истории. Можно говорить и о русской экспансии на Север, где тоже имелись свободные земли70. В таком ракурсе концепция «подвижной границы» может выступать в качестве общенаучного понятия (чему способствует многозначность самого термина) и объясняющей модели в истории наряду с такими другими, как модель переселенческого капитализма, ленинская модель «американского» пути развития. Данная модель, по мнению Шпотова, может быть применима и к истории международных отношений, в особенности, что касается соотношения «фронтира» и колониальных захватов, процессов «американизации» и «глобализации»71.

Таким образом, современная отечественная историография, встав на путь сравнительного анализа колонизационного движения России и США, представила концепцию «границы» в разных её аспектах, обратив внимание на секционную теорию как неотъемлемую часть теории «фронтира», на социокультурные, а не только экономические, мотивы переселения и в целом на природно-климатические условия жизни людей. Тем не менее, и работы советских американистов не утратили своего значения, так как ими был детально разработан вопрос о развитии и распространении капитализма в его зависимости от «свободных земель Америки».

Степень изученности темы. Взгляд на американское развитие сквозь призму «подвижной границы» вызвал широкий отклик в научных кругах ещё при жизни Тёрнера. Со временем критика «границы» только усиливалась, заставляя исследователей погружаться в её детальный анализ, в то время как теория «секций» долгое время находилась «в тени» и рассматривалась как приложение к прославленной теории, как попытка Тёрнера вновь заявить о себе в научном сообществе. Как следствие такого подхода к изучению творчества Тёрнера явилось значительное количество работ, посвящённых влиянию «фронтира» и сравнительно-историческому анализу колонизационного опыта США и других стран. В то время как концепция «секций» и её соотношение с теорией «фронтира» никак не затрагивались. Лишь с выходом на авансцену американской исторической науки «новой западной истории» в 1980-х гг. возникла дискуссия вокруг интерпретации Тёрнером Запада: в качестве «границы» или «секции». В отечественной историографии теория «секций» не получила пристального внимания.

Методологическая основа. Задача беспристрастного анализа источников и предмета исследования в целом продиктовала необходимость использования методологического синтеза, предполагающего применение совокупности принципов познания: комплексного, критического, диалектического. Важнейшее значение при этом имел принцип историзма, отражающий взаимодействие объективных и субъективных факторов в конкретных исторических условиях.

Положения, выносимые на защиту

1. Успех концепции «подвижной границы» Тёрнера, обусловлен спецификой конкретно-исторических условий, сложившихся в США в последней трети XIX в., когда «свободные» земли Запада были исчерпаны.

2. Убеждённость Тёрнера в необходимости изучения Запада как отдельного региона в составе США базировалась на содержании его докторской диссертации

3. Мы считаем, что приоритетом Тёрнера в определении национального характера американского населения является его трактовка «границы» в трёх её измерениях.

4. Продвижение «фронтира» на Запад в трактовке Тёрнера затронуло не только идеологию, но и образ жизни американцев, повлияло на их менталитет, было положено в основу экспансионизма.

5. Мобильность как характерная доми­нанта «границы» со временем должна проложить путь чувству привязан­ности к месту, к осёдлости. Хаотичное покорение земель сме­нилось созданием и развитием «секций» –  «Новая Англия», «Среднеатлантические штаты», «Южноатлантические штаты», «Южные центральные штаты», «Северные центральные штаты», «Дальний Запад».

6. Нам представляется, что «секционализм» Тёрнера может быть принят в качестве позитивного объяснения особенностей формирования федеративного устройства американского государства.

Теоретическое значение работы состоит в том, что в ней на базе методологического синтеза и на основании комплексного изучения трудов Ф. Дж. Тёрнера, включая опубликованные письма, черновики и лекции историка, представлено идейное наследие учёного в качестве научного синтеза двух теорий — «подвижной границы» и «секций». Делается вывод по малоизученной теории «секций» Тёрнера о том, что решающую роль в оформлении федеративного устройства американского государства играли «секции» — экономико-географические регионы. Взаимоотношения между «секциями», а также между ними и государством базировались на принципах «секционализма», сочетавшего в себе как острые столкновения, так и «сердечные согласия», способствовавшие выработке «государственного иммунитета» на любые попытки дезинтеграции США.

Практическое значение. Авторская концепция, материалы и выводы исследования могут быть использованы в подготовке учебных пособий, научных статей, монографий по историографии США последней трети XIX в. – первой четверти XX в. Основные положения диссертации могут применяться в процессе преподавания новой и новейшей истории стран Европы и Америки, в разработке новых специальных курсов и специальных семинаров по истории США на исторических факультетах гуманитарных ВУЗов  РФ.

Апробация работы. Диссертационное исследование было обсуждено, одобрено и рекомендовано к защите на кафедре новой и новейшей истории исторического факультета МПГУ. Основные положения работы изложены в научных статьях и тезисах.

Структура диссертации. Диссертация  состоит из введения, трёх глав, заключения, списка источников и литературы, приложения.

Содержание работы.

Во введении обоснована актуальность темы, научная новизна и практическая значимость, определены объект и предмет диссертации, сформулированы цели и задачи, даны характеристика источников и обзор литературы.

Первая глава  «Исторические и идейные истоки формирования взглядов Ф. Дж. Тёрнера» характеризует историческую обстановку и интеллектуальный климат США в последней трети XIX в., когда происходило оформление исторических взглядов Ф. Дж. Тёрнера. В первом параграфе «Историческая обстановка в США в последней трети XIX века» рассматриваются социально-экономические и политические реалии конца XIX в. Особое внимание в параграфе уделяется влиянию экономических последствий Гражданской войны, выразившихся в предоставлении капитализму широких возможностей для собственного развития «вширь» и «вглубь». Данный период характеризуется высокими темпами развития сельского хозяйства, концентрацией производства и монополизацией промышленности, масштабным железнодорожным строительством, массовым изобретательством. Экономические успехи сопровождались не менее разрушительными кризисами, длительными экономическими депрессиями, от которых особенно страдали фермеры, рабочий класс, торговцы, арендаторы. Америку конца XIX в. захлестнули волны движений социального протеста.

Во втором параграфе «Идейное пространство американской интеллектуальной элиты. Прогрессизм» рассматриваются ведущие теории и доктрины, господствовавшие в общественной мысли, философии и науке последней трети XIX в. Подвергается анализу «ключевая тема» науки того времени — теория эволюции, нашедшая своё признание на американской почве в виде социал-дарвинизма Г. Спенсера. В новом идейном пространстве национальная историография США вынуждена была искать эволюционное истолкование исторического процесса. Романтическая школа американской историографии к концу XIX в. уступает место германистскому (англосаксонскому) направлению, в корне изменившему трактовку «американской исключительности». В недрах позитивистской историографии постепенно оформляется прогрессистское направление, призывавшее к изучению социальных и экономических явлений прошлого, к применению междисциплинарного метода в исследованиях, что должно было привести к установлению законов общественного развития.

Третий параграф «Оформление исторических взглядов Ф. Дж. Тёрнера» посвящён процессу становления и развития профессионального кредо Тёрнера как учёного и историка. Здесь освещается влияние на Тёрнера «пограничной» обстановки штата Висконсин, его обучения в университете Висконсина под руководством профессора У. Аллена и в университете имени Джонса Гопкинса, где происходит знакомство Тёрнера с теоретическими и методологическими новшествами американского обществознания конца XIX в. Особое внимание уделено анализу докторской диссертации и первым статьям Тёрнера, в которых наряду с зачатками будущих теорий «границы» и «секций», получает свое оформление методологическая позиция Тёрнера, характеризующая его как основоположника нового историографического направления — прогрессизма.

Вторая глава «Феномен «границы» в американской истории» рассматривает концепцию «подвижной границы» Ф. Дж. Тёрнера и анализирует значение феномена «фронтира» в американской истории. В первом параграфе «Понятие «границы» в творчестве Тёрнера» выявляются и характеризуются смысловые уровни концепта «граница». Особое внимание уделено тому, что раскручиваясь подобно спирали, «граница» восходит от понятия территории в её пространственно-временном контексте до определённого социокультурного архетипа в американской национальной ментальности. Тёрнер изображает «фронтир» и как естественный рубеж, и как арену столкновения дикости и цивилизации, и как линию эффективной и быстрой американизации, и как родину демократии, и как «предохранительный клапан» от любых форм потрясений. Эффект, достигаемый такой терминологической гибкостью понятия «граница» заключается в его живучести в качестве социокультурного феномена американской ментальности.

Второй параграф «Социальная эволюция общества в концепции «подвижной границы» посвящен анализу взглядов Тёрнера на процесс развития американского общества под углом зрения концепции «границы». Здесь характеризуются этапы социальной эволюции, где ведущим критерием стал тип колонизатора-переселенца (индеец, охотник, торговец, скотовод, горнорабочий, фермер, капиталист-предприниматель). Развитие социальных отношений проходило как по вертикали, в пределах колоний восточного побережья, так и горизонтально, «вширь», вследствие экспансии на «свободные» земли континента и их последующего освоения.

Третий параграф «Теория «границы» Тёрнера о своеобразии американской истории» раскрывает значение опыта продвижения «границы» в процессе становления американского самосознания и формирования единой нации, в развитии демократии и укреплении центральной власти США. В параграфе особое внимание уделяется значению «фронтира» как места наиболее быстрой и эффективной американизации, как ведущему фактору, обусловившему развитие демократической традиции в США. Постоянное продвижение «фронтира» приобрело устойчивый характер, заставляя нацию находится в поиске новых рубежей. Концепция «границы» предложила новую трактовку происхождения американской мечты.

Третья глава «Значение «секций» и «секционализма» в американской истории» анализирует содержание концепции «секций», раскрывает значение понятий «секция» и «секционализм», рассматривает классификацию «секций», предложенную Тёрнером, подвергает анализу механизмы влияния «секционализма» развитие США. В первом параграфе «Ф. Дж. Тёрнер: от «границы» к «секции» характеризуется связь между концепцией «границы» и теорией «секций» в идейном наследии Тёрнера, рассматриваются обе концепции в рамках единой макроисторической модели развития американского государства». Мобильность, характерная доминанта «границы» сменяется осёдлостью и образованием устойчивых поселений, «секций».

Второй параграф «Региональное деление США в контексте теории «секций» Ф. Дж. Тёрнера» характеризует региональное  деление американского государства на следующие «секции» «Новая Англия», «Среднеатлантические штаты», «Южноатлантические штаты», «Южные центральные штаты», «Северные центральные штаты», «Дальний Запад». Особое место в параграфе уделяется процессам образования и развития регионов с колониальных времен и до Гражданской войны, их социально-экономическим, политическим и культурным особенностям, подчёркиваются непростые взаимоотношения между ними.

Третий параграф «Секционализм» в истории США» раскрывает значение понятия «секционализм», вводимого Тёрнером для обозначения сложных и противоречивых взаимоотношений между «секциями». Данный параграф рассматривает проблему «секционализма» не только на уровне регионов, но и в более широкой плоскости — «секционализм» Запада и Востока. Оформление федеративного устройства американского государства, решение важнейших внутри- и внешнеполитических вопросов находились под влиянием «секционализма», обусловленного различиями в уровне социально-экономического и культурного развития, а также политических амбиций каждой из «секций». Особое внимание уделяется рассмотрению степеней «секционализма», характеризуется отношение федерального правительства к секционной борьбе, рассматривается предложенное Тёрнером сравнение американских «секций» и европейских государств, в котором «секционализм» выступает преимуществом США перед не умеющей договориться Европой.

В заключении диссертации сформулированы основные выводы исследования.

Ф. Дж. Тёрнер выступил в качестве первого профессионального историка, обозначившего ведущим фактором американской истории продвижение «гра­ницы» на «свободные» земли Запада и образование на этих территориях «секций» – природных регионов, обладавших особым набором характеристик и черт. Тео­рия «границы/секций» Тёрнера признавала «исключительным» социально-эко­номическое развитие США, что позволяет рассматривать учёного в качестве осно­воположника зародившегося на рубеже XIX–XX вв. и господствовавшего на про­тяжении сорока лет прогрессистского течения в американской историографии.

Решающую роль в развитии профессионального кредо Тёрнера и в склады­вании его исторической схемы «границы/секций» сыграла учёба в университете Висконсина и университете имени Джонса Гопкинса под руководством учёных-историков У. Аллена и Г. Адамса. Именно там произошло знакомство Тёрнера с такими теоретическими и методологическими новшествами, оформившимися в американском об­ществознании конца XIX – начала XX вв., как теории эволюци­онного развития, социал-дарвинистская, позитивистская и германистская.

Выводы докторской диссертации Тёрнера о существенном значении для Вискон­сина торговли пушниной как первом примитивном способе производства, о роли торгового поста как особого механизма общественного взаимодействия, укоре­нили убеждённость Тёрнера в необходимости изучения Запада как отдельного ре­гиона в составе США. Введение историком в преподавательскую практику уни­кальных спецкурсов по истории Северо-запада, колониальной истории Америки, политической и социально-экономической истории США наметили контуры бу­дущего развития американской исторической науки, основанной на всестороннем изучении жизни нации и широком междисциплинарном синтезе.

Значительным фактором, обусло­вившим успех концепции «подвижной гра­ницы» Тёрнера,  явилась особая историческая обстановка последней трети XIX в., которая была отмечена серьёзными социально-экономическими и политическими изменениями, связанными, в первую очередь, с окончанием Гражданской войны. Одним из важнейших результатов эпохального столкновения Севера и Юга стало «освобождение» капитализма, предоставление ему широких возможностей для собственного развития «вширь» и «вглубь». Однако столь бурный экономический рост сопровождался также чередой кризисов и рецессий. «Свободные» земли За­пада, длительное время рассматривавшиеся обществом в качестве панацеи от со­циальных болезней промышленного капитализма, к концу XIX в. исчерпали себя, заставив нацию ностальгировать по аграрному прошлому «пограничной» Аме­рики. В этот самый момент идеи Тёрнера о ключевой роли «границы» в истории становления американской государственности, озвученные им в статье «Значение границы в американской истории» (1893), привлекли пристальное внимание ин­теллектуального истеблишмента и широкой общественности США.

Придавая существенное значение распространению колонизационного дви­жения на Запад, Тёрнер подчёркивает терминологическую многозначность кон­цепта «границы». «Фронтир» в теории Тёрнера предстаёт, во-первых, в виде есте­ственного рубежа, ограничивающего поток колонизации либо задающего ему то или иное направление. Во-вторых, «граница» выступает в качестве важной вехи в летописи социальной эволюции, проходившей для американского общества как по вертикали, в пределах колоний восточного побережья, так и горизонтально, «вширь», вследствие экспансии на «свободные» земли североамериканского кон­тинента. В основу классификации «границ»-«стадий» американского обществен­ного развития Тёрнер кладёт тип колонизатора-переселенца (индеец, охотник, тор­говец, скотовод, горнорабочий, фермер, капиталист-предприниматель). В-третьих, «фронтир» изображается Тёрнером в качестве арены столкновения «дикости» и «цивилизации», места наиболее быстрой и эффективной американизации, в кото­ром перемешивались различные европейские нацио­нальности, преодолевались ло­кальность, секционная разобщенность, и выковывался американский националь­ный характер.

Становление и развитие демократической традиции США проходило на «подвижной границе», которая, постоянно отступая, воспроизводила в суровых условиях Запада индивидуалистически окрашенный принцип равенства прав и возможностей. Влияние «границы» затрагивает и более глубинные пласты нацио­нальной идеологии США. Постоянное продвижение «фронтира» на Запад, покоре­ние и освоение всё новых рубежей стало perpetuum mobile американского образа жизни, его социокультурным наполнением. Концепция «границы» Тёрнера также представляет собой новую трактовку происхождения американской мечты, в кото­рой местом её рождения признаётся не Старый Свет, а «свободные» земли Запада.

Для Тёрнера продвижение «границы» являлось источником культивирова­ния экспансионизма, присущего в широком смысле всей американской жизни, но мобильность, характерная доми­нанта «границы», со временем должна проложить путь чувству привязан­ности к месту, к осёдлости. Хаотичное покорение земель должно сме­ниться глубоко продуманным  процессом создания и развития «секций».

«Секция» представляла собой сово­купность штатов, объединённых, в первую очередь, географическими осо­бенностями, а также характером социально-экономического и политиче­ского развития. В результате взаимодействия природно-климатических особенностей и колонизационных потоков на той или иной территории образовались следующие «секции»: «Новая Англия», «Среднеатлантические штаты», «Южноатлантические штаты», «Южные центральные штаты», «Северные центральные штаты», «Дальний Запад».

Оформление федеративного устройства американского государства, реше­ние важнейших внутри- и внешнеполитических вопросов находились под влия­нием «секционализма», обусловленного различиями в уровне социально-экономи­ческого и культурного развития, а также политических амбиций каждой из «сек­ций». Борьба между «секциями» сопровождалась острыми конфликтами, образо­ванием комбинаций, блоков, проведением сделок, и в целом характеризовалась как политика взаимных уступок. «Секционализм» испытывал на прочность основы американского государства, выдвигавшего в качестве противовеса возникающим секционным противоречиям национальную партийную систему и общий закон в виде Конституции США.

В приложениях к диссертации прилагаются картографические материалы, фотографии и авторский перевод фрагментов работ Ф. Дж. Тёрнера  «Значение секций в американской истории» (1932) и перевод фрагмента его письма профессору Колумбийского университета Д. Фоксу (1919).

Основные результаты исследования отражены в следующих публикациях.

Статьи в журналах из определённого ВАК перечня ведущих рецензируемых изданий:

1. Цыганова А. А. Статья: «Социокультурный феномен «границы» в идейном наследии Ф. Дж. Тёрнера» // Российский научный журнал.  Рязань, 2011. №6(25). C. 5661. 0,5 п.л.

2. Цыганова А. А. Статья: «Американская интеллектуальная элита о своеобразии колонизации земель Запада и их интеграции в государственно-правовое поле США XIX в.» // Вестник Владимирского юридического инсти­тута.  Владимир, 2012. №2. C. 221225. 0,6 п.л.

3. Цыганова А.А. Статья: «Отечественная историография о «свободных землях» Америки в трактовке основоположника прогрессизма Ф. Дж. Тёр­нера» // Наука и школа. М., 2012. №5. C. 184188. 0,5 п.л.

Другие публикации:

4. Цыганова А.А. Статья: «Теория «секций» в трудах американского учёного и педагога Ф. Дж. Тёрнера» // Отечественная и зарубежная педагогика. – М., 2012. – №1(4). – C.235–240. – 0,3 п.л.

5. Цыганова А. А. Статья: «Определение «границы»: к вопросу об историче­ской концепции Ф. Дж. Тёрнера» // CLIO-SCIENCE: Проблемы истории и меж­дисциплинарного синтеза: Сборник научных трудов. Выпуск I. – М., 2010. – С. 275–279. – 0,3 п.л.

6. Цыганова А. А. Статья: «Патриция Нельсон Лимерик: современная кри­тика исторической концепции Ф. Дж. Тёрнера» // CLIO-SCIENCE: Проблемы ис­тории и междисциплинарного синтеза: Сборник научных трудов. Выпуск II. – М., 2011. – С. 349–352. – 0,3 п.л.


1 Turner F. J. The significance of history / The early writings of Frederick Jackson Turner. — N.Y., 1969.

2 Turner F. J. Problems in American history / The early writings of Frederick Jackson Turner. — N.Y., 1969.

3 Turner F. J. The character and influence of the Indian trade in Wisconsin / The early writings of Frederick Jackson Turner. — Freeport (N. Y.), 1969.

4 Turner F. J. The rise of the New West, 1819–1829. — N. Y., 1962.

5 Turner F. J. The frontier in American history. – N. Y., 1935.

6 Turner F. J. The significance of sections in American history. – N. Y., 1932.

7 Turner F. J. The United States. 1830-1850. The Nation and its sections. – N. Y., 1950.

8 Frederick Jackson Turner’s legacy. Unpublished writings in American history. Edited with an introduction by W. R. Jacobs. — San Marino (Cal.), 1965.

9 Jacobs W. R. The historical world of Frederick Jackson Turner. — New Haven-London, 1968.

10 Turner’s autobiographic letter to Constance Lindsay Skinner/ Wisconsin witness to Frederick Jackson Turner. A collection of essays on the historian and the thesis. Compiled by O. Burnette. — Madison, 1961. — P. 55-67.

11 Советская историческая энциклопедия. Глав. ред. Е. М. Жуков. — М., 1973. — Т. 14.

12 Большая советская энциклопедия. — М., 1976. — Т. 25.

13 The Blackwell dictionary of  historians. Ed. by J. Cannon, R. H. C. Davis, W. Doyle, J. P. Greene. —  N. Y., 1988.

14 Encyclopedia of historians and historical writing. Ed. by K. Boyd. – London-Chicago, 1999. – Vol. 2.

15 Encyclopedia Americana. Ed. by George A. Cornish. – N. Y., 1969. – Vol. 27.

16 http://www.britannica.com/EBchecked/topic/610263/Frederick-Jackson-Turner; http://www.pbs.org/weta/thewest/people/s_z/turner.htm; http://www.library.wisc.edu/etext/WIReader/WER0750.html;

17 Steiner M. From Frontier to Region: Frederick Jackson Turner and the New Western History // Pacific historical review. – Berkley, 1995. – Vol. 64. – № 4. – P. 480.

18 См. Grassley G. M. The Turner thesis – a problem in historiography // Agricultural history, 1958. — Vol. 32. — P. 231.

19 Turner F. J. The rise of the New West, 1819-1829. – N. Y., 1962. – P. 113–114.

20 См. Grassley G. M. The Turner thesis – a problem in historiography // Agricultural history, 1958. — Vol. 32. — P. 231-232.

21 Alvard C. W. Review of Frederick Jackson Turner’s Frontier in American history // http://babel.hathitrust.org/cgi/pt?u=1&num=403&seq=410&view=image&size=100&id=njp.32101077270310&q1=Alvord.

22 Turner F. J. Frontier in American history. — N.Y., 1932. — P. 12.

23 Alvard C. W. Op. cit. P. 406-407.

24 Parish J. C. The persistence of the Westward movement// Yale Review, 1926. — Vol. XV. — №5. — P. 461-477.

25 Wright B. F. Review of Frederick J. Turner’s Significance of sections in American history // New England Quarterly, 1933. — Vol. VI. — №3. — P. 630-634; Он же American democracy and the frontier // Yale review, 1930. — Vol. XX. — №4. — P. 349-365.

26 Ibid. — P. 18.

27 Goodrich C., Davison S. The wage-earner in the westward movement // Political Science Quarterly, 1935. — Vol. 50. — P. 161-185.

28 Shannon F. A. The Homestead Act and the Labor Surplus // American historical review, 1936. — Vol. 41. — P. 637-651.

29 Kane M. Some consideration on the Safety-valve doctrine // Mississippi Valley Historical Review, 1936. — Vol. 23. — P. 169-188.

30 Schafer J. Concerning the frontier as a Safety-valve // Political Science Quarterly, 1937. — Vol. 102. — P. 407-420; Он же Was the West a Safety-valve for labor? // Mississippi Valley Historical Review, 1937. — Vol. 24. — P. 299-314.

31 Shannon F. A post mortem on the Labor-safety-valve theory // Agricultural history, 1945. — Vol. 19. — P. 31-38.

32 Schlesinger A. M. The city in American history// Mississippi Valley historical review, 1940. — Vol. 27. — №1. — P. 43-66.

33 Pierson G. W. The frontier and American institutions – a criticism of the Turner theory // New England Quarterly, 1942. — Vol. 15. — P. 224-255; Recent studies of Turner and the frontier doctrine// Mississippi Valley Historical Review, 1947. — Vol. 24. — P. 452-458.

34 Pierson G. W. The frontier and American institutions – a criticism of the Turner theory // New England Quarterly, 1942. — Vol. 15. — P. 224-255.

35 Hayes C. J. American frontier – frontier of what? // American Historical Review, 1946. — Vol. 51. — №2. —  P. 215-216

36 Smith H. N. Virgin land. The American West as symbol and myth. — Cambridge, 1950.

37 Hofstadter R. The Age of reform. N.Y., 1955.

38 Ibid — P. 37.

39 Grassley G. M. The Turner thesis – a problem in historiography // Agricultural history, 1958. — Vol. 32. — P. 240.

40 Craven A. Turner’s theory and the South // Journal of Southern history, 1939. — Vol. 5. — №3. — P. 295.

41 Billington R. A. America’s frontier heritage. — N.Y., 1966; Он же The frontier thesis: valid interpretation of American history. — N.Y., 1967; Он же Frederick Jackson Turner. Historian, scholar, teacher. — N.Y., 1973.

42 Webb W. P. The Great frontier. — Boston, 1952.

43 Elkins S., McKitrick E. A meaning for Turner’s frontier // Political Science Quarterly, 1954. — Vol. 69. — P. 321-353.

44 Coleman P. J. The New Zealand Frontier and the Turner thesis // Pacific Historical Review, 1958. — Vol. 27. — P. 221-237.

45 Sharp P. S. Three frontiers: Some comparative studies of Canadian American and Australian settlement // Pacific Historical Review, 1955. — Vol. 24. — P. 369-377.

46 Limerick P. N: The legacy of Conquest. The Unbroken Past of the American West. — N.Y.-London, 1988; Malone M. P. Beyond the Last Frontier: Toward a New Approach to Western American history // Western Historical Quarterly, 1989. — Vol. XX; Nash G. D. Creating the West: Historical Interpretations 1890-1990. — Albuquerque, 1991; Worster D. Under Western Skies: Nature and History in the American West. — N.Y., 1992, etc.

47 Limerick P. N: The legacy of Conquest. The Unbroken Past of the American West. — N.Y.-London, 1988.

48 Ефимов А. В. Проблема сосуществования различных способов производства в работах Ф. Дж. Тёрнера // Вопр. философии. — 1956. — № 5; Ефимов А. В. «Свободные земли» Америки и историческая концепция Ф. Д. Тёрнера / Из истории общественных движений и международных отношений. — М., 1957; Болховитинов Н. Н. О роли «подвижной границы» в истории США // Вопр. истории. — 1962. — № 9; Болховитинов Н. Н. О механизме действия «предохранительного клапана» в истории США // Новая и новейшая история. — 1970. — № 4; Болховитинов Н. Н. Западные земли и развитие капитализма / Болховитинов Н. Н. США: проблемы истории и современная историография. — М., 1980; Демиховский М. В. О «подвижной границе» и государственных землях США / Основные проблемы истории США в американской историографии. От колониального периода до гражданской войны 1861–1865 гг. — М., 1971; Демиховский М. В. Экспансия США на Запад / Американский экспансионизм: Новое время. — М., 1985; Дементьев И. П. Идейная борьба в США по вопросам экспансии. — М., 1973.

49 Ефимов А. В. «Свободные земли» Америки и историческая концепция Ф. Д. Тёрнера / Из истории общественных движений и международных отношений. — М., 1957. — С. 555.

50 Там же — С. 554.

51 Там же — С. 553.

52 Там же — С. 553. Болховитинов Н. Н. О роли «подвижной границы» в истории США // Вопр. истории. — 1962. № 9. — С. 59.

53 Ефимов А. В. Указ. соч. — С. 552.

54 Turner F. J. The frontier in American history. — N.Y., 1931. — P. 259.

55 Болховитинов Н. Н. Западные земли и развитие капитализма / Болховитинов Н. Н. США: проблемы истории и современная историография. — М., 1980. — С. 319.

56 Там же — С. 324.

57 Дементьев И. П. Внешнеполитический аспект теории «границ» Ф. Тёрнера / Идейная борьба в США по вопросам экспансии. — М., 1973. — С. 114.

58 Там же — С. 116.

59 Там же — С. 117.

60 Согрин В. В. От Тёрнера к Бирду: становление «прогрессистской» школы в американской историографии/ Проблемы американистики, 2. Под ред. Н. В. Сивачёва. — М., 1983.

61 Агеев А. Д. Сибирь и американский Запад: движение фронтиров. — М., 2005; Ананьев Д. А. [и др.] «Новые земли» и освоение Сибири в XVII–XIX вв.: очерки истории и историографии / Д. А. Ананьев, Е. В.Комлева, Д. Я. Раев, Д. Я. Резун, И. Р. Соколовский, Е. Н. Туманик; отв.ред. д-р ист. наук Д. Я. Резун. — Новосибирск, 2006; Замятина Н. Ю. Зона освоения (фронтир) и ее образ в американской и русской культурах// Общественные науки и современность. — 1998. — № 5; Резун Д. Я., Ламин В. А., Мамсик Т. С., Шиловский М. В. Фронтир в истории Сибири и Северной Америки в XVII–XX вв. — Новосибирск, 2001; Резун Д. Я., Шиловский М. В. Сибирь, конец XVI – начало XX в.: фронтир в контексте этносоциальных и этнокульутрных процессов. — Новосибирск, 2005; Хромых А. С. Проблема «сибирского фронтира» в современной российской историографии // Вестн. Челяб. гос. ун-та. — 2008. — № 5; Супоницкая И. М. Равенство и свобода. Россия и США: сравнение систем. — М., 2010; Резун Д. Я. Фронтир в истории Сибири и Северной Америки в XVII–XX вв.: общее и особенное. — Новосибирск, 2005.

62Ананьев Д. А. [и др.] «Новые земли» и освоение Сибири в XVII–XIX вв.: очерки истории и историографии / Д. А. Ананьев, Е. В.Комлева, Д. Я. Раев, Д. Я. Резун, И. Р. Соколовский, Е. Н. Туманик; отв.ред. д-р ист. наук Д. Я. Резун. — Новосибирск, 2006. — С. 5.

63 Резун Д. Я. Фронтир в истории Сибири и Северной Америки в XVII–XX вв.: общее и особенное. — Новосибирск, 2005. — С. 3-4.

64 Там же — С. 32.

65 Там же — С. 25-27.

66 Агеев А. Д. Сибирь и американский Запад: движение фронтиров. М., 2005. — С. 302.

67 Там же — С. 306.

68 Там же — С. 301.

69 Ibid. — P. 19.

70 Шпотов Б. М. Рецензия. Европейские исследования в Сибири. Вып. 3. Материалы всероссийской конференции "Американский и сибирский фронтир"; Американские исследования в Сибири. Вып. 5. Материалы всероссийской научной конференции "Американский и сибирский фронтир". Томск, 2001; Американские исследования в Сибири. Вып. 6. Материалы всероссийской научной конференции "Молодая американистика Западной Сибири". Томск, 2002 // Новая и Новейшая история. — 2004. — № 2. — С. 210.

71 Там же — С. 211.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.