WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

ЛАМКИНА Галина Петровна

САМОЗВАНСТВО В XVII ВЕКЕ: ИДЕОЛОГИЧЕСКОЕ И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

Специальность 07.00.02 – «Отечественная история»

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Москва – 2012

Работа выполнена на кафедре Отечественной истории в ГБОУ ВПО г. Москвы «Московский городской педагогический университет».

Научный консультант: кандидат исторических наук, профессор Андреев Игорь Львович.

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор Мауль Виктор Яковлевич кандидат исторических наук, главный специалист «Российского государственного архива древних актов» Лаптева Татьяна Александровна

Ведущая организация: ФГБУ ВПО «Московский педагогический государственный университет»

Защита состоится « 29 » мая 2012 г. в 15.00 час. на заседании диссертационного совета Д 850.007.01 в ГБОУ ВПО г. Москвы «Московский городской педагогический университет» по адресу: 129226, Москва, 2-ой Сельскохозяйственный проезд, д. 4, аудитория 3606.

С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке ГБОУ ВПО МГПУ.

Автореферат разослан «____»___________20

Ученый секретарь диссертационного совета – к.и.н., профессор Корнилов В.А.

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ



Актуальность темы исследования.

Научное изучение явления самозванства началось еще в середине XIX века. На сегодняшний день накоплен обширный фактический материал, имеются серьезные монографические исследования по данной проблематике.

Однако дальнейшая углубленная разработка проблемы самозванства невозможна без критического анализа известных фактов и существующих объяснительных моделей, которые могут быть развиты, дополнены или даже опровергнуты.

Современные исследователи используют самые разнообразные подходы при изучении истории XVII века, включая такой его феномен, как самозванство. Особенно впечатляют работы о самозванстве и самозванцах, авторы которых исповедуют социокультурные, историко-антропологические, модернизационные подходы. В итоге открываются новые горизонты исследований, выявляются неожиданные взаимосвязи, становятся более понятными, внутренне обусловленными поступки и поведение участников событий. Вместе с тем, становится все более очевидным, что «прорывы» в изучении самозванства требуют дальнейшего осмысления этого явления как целого. В известном смысле, это актуальная потребность, вытекающая из внутренних законов развития науки. Обобщение, синтез, выстраивание конвенциональных объяснительных моделей (модели) – условие не только для понимания феномена самозванства, но и осмысление самозванства, как феномена русской истории XVII-XVIII века.

Уместно напомнить, что Смутное время, «породившие» самозванство, не раз оказывалось в центре общественного внимания. Появление нового праздника – Дня народного единства, этой своеобразной формы осмысления уроков Смуты - лишь одно из доказательств правильности нашего утверждения. В моменты переломные, даже кризисные, обращение и осмысление кризисного прошлого страны несомненно приобретает большое общественное звучание – в этом черпают силы, знание и вдохновение для одоления трудностей. При этом отдельные вопросы, не имеющие однозначного ответа, как, к примеру, «болезнь» самозванства в Смуту, остаются неясными для общественного сознания. На наш взгляд, научная разработка проблем самозванства в контексте идеологической и социальнополитической борьбы в русском обществе XVII века актуальна потому, что на сегодня в российском обществе ощущается не менее острая потребность в обретении жизненных и идеологических ориентиров, столь важных для стабилизации. Смута в этом смысле дала российской истории ценнейший урок, показав всю пагубность бездуховности и безнравственности, породившей политический цинизм, - благодатную почву для процветания феномена самозванства. В усвоении этих уроков нам также видится актуальность избранной темы, ее не только научную, а и политическую актуальность.

Степень научной разработанности темы диссертационного исследования:

Теоретическую базу диссертационного исследования составляет совокупность трудов дореволюционных, советских, современных отечественных и зарубежных ученых.

В дореволюционной историографии необходимо отметить труды «первопроходцев» - дворянских историков, которые попытались осмыслить историю России, включая и такое явление, как самозванство (преимущественно в период Смуты) - Д. Бутурлина, Н.М. Карамзина, В.Н. Татищева, М.М.

Щербатова1. Акцент в разработке проблем Смутного времени историками этого периода делался на изучении, главным образом, таких вопросов, как:

Карамзин Н.М. Записка о древней новой России в её политическом и гражданском отношениях. – М., Наука. Гл. ред. вост. литер., 1991; Татищев В.Н. История Российская. Ч.

1-4. 1768-1843.; Щербатов М.М. О повреждении нравов в России. – СПб., издание В.

Врублевского. 1906; Бутурлин Д. История Смутного времени в России в начале XVII века.

в 3 ч. СПб., 1839-1846.

- порочная практика государственной деятельности в эпоху Смуты правителей, способствующих появлению самозванцев;

- характеристика Смуты как периода духовно-нравственного упадка общества, включая и элиту;

Следующие важные шаги в изучение самозванства и самозванцев был сделан в середине XIX – начале XX вв. Большой вклад в разработку проблемы и накопление материала был связан с деятельностью историков государственной школы, в последующем, с развитием интереса к проблемам идеологии и социальной истории – исследователями, исповедующими эти новые для своего времени подходы. Назовем здесь имена П.Г. Васенко, М.А.

Дьяконова, В.О. Ключевского, Н.И. Костомарова, С.Ф. Платонова, С.М.

Соловьева, Н.Г. Устрялова, А.И. Яковлева. Именно в этот период была разработана целостная система, схема и периодизация Смутного времени, в рамках которых преимущественно и развивалась тема самозванства. Получили освещение вопросы взаимоотношения церкви и государства, большое внимание ученые уделяли идеологии, религиозным и светским идеям о сущности и роли власти и государственности. Работа с источниками позволила историкам выстроить биографии отдельных самозванцев, изучить их политику в плане привлечения сторонников, воздействия на сословия. Вместе с тем следует отметить достаточную узость подхода к проблеме самозванства, связанные с методологическими установками того времени. Так, вне внимания Васенко П.Г. Общественное разложение в Смутное время // Русское прошлое. Пг., М., 1923.

№ 5; Дьяконов М.А. Власть московских государей. СПб., 1889; Ключевский В.О. Курс русской истории. Часть III // Сочинение в девяти томах. М., Мысль. 1988; Костомаров Н.И.

Названный Дмитрий // Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях её главнейших деятелей. М., Книга, 1990; Костомаров Н.И. Смутное время Московского государства в начале XVII столетия. 1604-1613 М., Чарли. 1994; Платонов С.Ф. Древнерусские сказания и повести о Смутном времени XVII века как исторический источник. СПб., 1913; Платонов С.Ф. Очерки по истории Смуты в Московском государстве XVI-XVII вв. (Опыт изучения общественного строя и сословных отношений в Смутное время). – М., Памятники исторической мысли, 1995; его же. Борис Годунов. М., Аграф. 1999; Соловьев С.М.

История России с древнейших времен. Тома 7 – 9 // Сочинения. Книга IV-V. // М., Мысль.

1989, 1990; Яковлев А.И. «Безумное молчание» (Причины Смуты по взглядам современников) // Сб статей, посвящ. В.О. Ключевскому. Ч. 2. М., 1909.

исследователей оставались обыденные представления современников Смуты, соотношение уровней сознания, восприятие сословиями «самозванческой пропаганды», модели поведения самозванцев.

Нельзя не отметить значение трудов религиозных философов и мыслителей конца XIX-XX века: Н.А. Бердяева, П.А. Флоренского, Г.В.

Флоровского, которые акцентировали внимание на приоритетном значении и роли Священства над Царством эпохи Средневековья в России, духовной составляющей в жизни человека 3. Обращение к «религиозному содержанию» сознания человека средневековья оказалось одним из самых перспективных объяснений при решении проблемы легитимности власти, столь важной для функционирования самозванства.

Работы историков советского периода, среди которых назовем В.И.

Буганова, Б.Д. Грекова, С.М. Дубровского, А.А. Зимина, В.И. Корецкого, Д.П.Маковского, А.С. Мельниковой, И.И. Полосина, К.В. Сивкова, Р.Г.

Скрынникова, А.Л. Станиславского, И.И. Смирнова, С.Г. Томсинского, К.В.

Чистова, И.С.Шепелева и др. - характеризуются тем, что в этот период происходило переосмысление концепции Смуты, разработанной в рамках научной парадигмы, созданной дореволюционными историками. Причем интерпретация Смуты, как, впрочем, и всей истории «бунташного столетия» России, оказалась жестко подчинена политической конъюнктуре.

Советская историография в изучении семнадцатого столетия в России делала акцент преимущественно на социально-экономическую проблематику, на доминировании классового противостояния. При этом довольно однобоко трактовалась проблема самозванства на фоне исторических коллизий Смуты:

самозванцы рассматривались исследователями либо с точки зрения отношения их к борьбе народных масс (в парадигме царистского или антицаристского характера деятельности самозванцев), либо их значимость связывалась со Бердяев Н.А. Судьба России. Изд-во «Лемана и Сахарова», Пг., 1917; Царство Духа и Царство кесаря. Париж. 1948; Флоренский П.А. Иконостас // Богословские труды. М., 1972; Флоровский Г.В. Пути русского богословия. Р., 1981.

степенью их участия в антифеодальной борьбе городских низов, крестьянства и казачества против существующего строя и царской власти.

В работах историков этого периода идеологическая и психологическая «составляющая» деятельности самозванцев на российском троне характеризовались как признаки и суть «второго порядка», нежели политический контекст исторического процесса, что, безусловно, сильно обедняло историческую палитру. Наконец, само явление самозванства нередко трактовалось в рамках «наивного монархизма» трудовых масс в условиях первой крестьянской войны России.

Нельзя не отметить, что советскими историками был собран, описан и осмыслен обширный материал о социальном противостоянии низов и верхов, развитии крепостничества и крепостного права 4. Существенно и то, что уже в советский период возникла неудовлетворенность утвердившейся концепции Смуты, как крестьянской войны. В 1960-е годы - К.В. Чистов, в 1970-е годы - А.Л. Станиславский попытались дать иное объяснение содержания Смуты, включая и такое ее явление, как самозванство.

Так, К.В. Чистов рассматривал самозванство в контексте социальной психологии народных масс, и, прежде всего, духовной и религиозной культуры, а также в контексте бытовавших социально-утопических легенд.

Обращение исследователя к мировоззрению и мировосприятию народных масс, попытка найти непосредственную связь между верой в «царяизбавителя» и появления «лже-царей» можно признать настоящим прорывом в изучении самозванства 5.

А.Л.Станиславскому принадлежит заслуга разработки концепции Смуты, как гражданской войны в России. Подобное понимание влекло за Сошлемся лишь на некоторые работы: Маковский Д.П. Первая крестьянская война в России. Смоленск, 1967; Скрынников Р.Г. Самозванцы в России в начале XVII века.

Григорий Отрепьев. Новосибирск, 1990; его же. Россия накануне «смутного времени».М., Мысль. 1980; его же. Россия в начале XVII века. «Смута». М., Наука. 1988; Смирнов И.И.

Восстание Болотникова 1606-1607 М., ГИПЛ. 1951; Шепелев И.С. Освободительная и классовая борьба в Русском государстве в 1608-1610 гг. Пятигорск, 1957.

Чистов К.В. Русские народные социально-утопические легенды XVII-XIX вв. – М., 1967;

его же. Русская народная утопия. СПб., 2003.

собой пересмотр не только роли и места «вольного казачества», дворянства, аристократии и иных социальных слоев и страт в событиях Смуты, а и само содержание идеологической, политической составляющих Смуты 6.

Кардинальные изменения в области методологии в постсоветский период заметно расширили тематическое поле изучения XVII столетия. Наряду с огромным интересом к Смуте, активно стали разрабатываться проблемы политической истории «бунташного столетия» России, структуры, содержания, форм и уровней сознания общества в целом и отдельных сословий. Отметим наиболее важные исследования по теме нашего исследования.

Осмысление Смуты в рамках гражданской войны в России с противостоянием сословий и придворных «партий», нередко запускавших в борьбе за власть механизмы самозванства, существенно обогатили саму историю самозванства. При этом последняя трактуется в большинстве случаев в семантическом, социокультурном или историкоантропологическом ключе. Здесь уместно выделить работы Б.А. Успенского, обратившегося к изучению стереотипов массового сознания и условий их функционирования, к изучению народных представлений о сакральной природе власти 8.





Станиславский А.Л. Гражданская война в России XVII в. Казачество на переломе истории.

М., 1990.

Назовем, прежде всего, работы В. Н. Козлякова, И.Ю.Тюменцева: Козляков В.Н. Смута в России. XVII в. М., Омега. 2007; его же. Марина Мнишек. М., Молодая гвардия. 2003; его же. Михаил Федорович. М., Молодая гвардия. 2004; его же. Василий Шуйский. М., Молодая гвардия. 2007; Его же. Лжедмитрий I. М., Молодая гвардия. 2010;

Тюменцев И.Ю. Смута в России в начале XVII столетия: движение Лжедмитрия II. М., Наука. 2008.

Успенский Б.А. Царь и самозванец. Самозванчество в России как культурно-исторический феномен. // Этюды о русской истории. – М, 2002; его же. Царь и самозванец: культурный феномен // Успенский Б.А. Избранные труды. Т. 1. М., 1994; его же. Царь и патриарх:

харизма власти в России (Византийская модель и её русское переосмысление). Школа «Языки русской культуры». – М., 1998; его же. Литургический статус царя в русской церкви // Этюды о русской истории. - М., 2002; Успенский Б.А., Живов В.М. Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) // Успенский Б.А. Избранные труды. Т. 1. М., 1994. Это направление в своих исследованиях продолжает И.Л.Андреев, уделяющий особое внимание изучению «механизмов» функционирования монархического сознания, порождавшего самозванство. См.: Андреев И.Л. Самозванство и самозванцы на Руси // Знание – сила. – 1995. - № 8; его же. Анатомия самозванства // Наука и жизнь. – 1999. - № 10 и др.

В.Я.Мауль в своих фундаментальных исследованиях дал развернутую характеристику архетипов народного сознания, а также определил внутреннюю структуру наиболее масштабных народных движений, взяв в качестве критерия последовательность возникновения и существования архетипических форм народного монархизма 9.

В.И. Ульяновский акцентировал свое внимание на проблемах взаимосвязи духовной и светской власти (Священства и Царства) с учетом влияния этой взаимосвязи на феномен самозванства 10.

На основе герменевтического анализа текстов предпринял попытку проследить трансформацию представлений о власти в своем интересном исследовании Д.И.Антонов. Изменения мифологем, способных «порождать» самозванческие повороты монархического сознания, рассмотрены в более широком контексте кризиса «переходного времени» 11.

Работы Б.Успенского, Д.Антонова, Д. Ульяновского и других исследователей убедительно свидетельствуют о больших возможностях семиотического анализа источников для построения объяснительной моделей самозванства, как феномена отечественной истории.

Успешно работает над темой самозванства О.Г.Усенко. Тверской исследователь впервые с завидной полнотой и обстоятельностью предпринял попытку выявить, описать и типологизировать все случаи самозванства на протяжении XVI-XVIII веков, проследить биографии самозванцев. Автор в ранних своих работах связывал самозванство с психологией социального протеста. При этом автор различал самозванство монархической и религиозной окраски 12. В работах П.В. Лукина самозванство предстает как специфический 9 Мауль В.Я. Харизма и бунт: психологическая природа народных движений в России XVII- XVIII вв. Томск, 2003.

Ульяновский В.И. Православная церковь и Лжедмитрий I // Архив русской истории. – М., 1993; его же. Царское венчание Лжедмитрия I: между Западом и Востоком? // Россия XV- XVIII столетий. Волгоград, СПб., 2001; его же. Смутное время. М., Европа, 2006.

Антонов Д.И. Смута в культуре средневековой Руси. Эволюция древнерусских мифологем в книжности начала XVII века. М.,РГГУ. 2009.

Усенко О.Г. Психология социального протеста в России XVII-XVIII веков. Тверь, 1997;

Усенко О.Г. Самозванчество на Руси: норма или патология? // Родина. – 1995. - № 1; его же. 17 самозванцев у русского трона // Родина. – 2004. - № 5; его же. О лже-монархах для России элемент народных социально-политических представлений о верховной власти 13.

Работы современных зарубежных ученых: П. Берка (Великобритания), Иеронима Грали (Польша), Д. Гольдфранка, М. Перри (Великобритания), М.

По (США), Д. Свака (Венгрия), Г. Дж. Торка (Лейден), Л. Штайндорфа (ФРГ)14, в которых рассмотрен ряд проблем, связанных с самозванством эпохи Смуты: причины успехов самозванцев в борьбе за трон, влияние самозванства на усиление социальной борьбы низов в XVII веке, о взаимоотношениях России с сопредельными государствами в эпоху Смуты и связь этих явлений с самозванцами.

Подведя итоги, следует признать, что в исторической науке накоплен и осмыслен обширный материал по истории самозванства. Тема представлена как конкретно-историческими работами, так и исследованиями, претендующими на обобщение. Особенно плодотворным оказались последние десятилетия, успехи которых связаны с новыми подходами и методами изучения источников. Но эти же успехи оттеняют те лакуны в истории самозванства, которые настоятельно требуют дальнейшей разработки. На сегодняшний день в работах историков нет цельности, обобщения, конвенционального понимания того, как мировоззрение и его уровни, нравственно-религиозные ценности «реализовывались» в социальных и политических подсистемах средневекового общества России XVII века. В данном случае – в рамках монархического сознания и его «самозванческого проявления».

Представляется важным и насущным попытка синтеза имеющиеся в нашем распоряжении материала, дальнейшая разработка проблем XVII -XIX вв.// Родина. 2006 - № 8; 2007 - № 9; 2008 - № 5, 7; 2009 - № 2.

Лукин П.В. Народные представления о государственной власти в России XVII века. – М., Наука. – 2000.

Д. Гольдфранк Парадоксы Московии XVII века. // Родина. 2010 - № 4; И. Граля.

Утраченные иллюзии. // Родина. 2010. - № 4; М. Перри. Самозванцы XVII в. и вопрос о легитимности правящего царя // Материалы международного научного семинара ( мая 2009 г., Будапешт) Д. Свак. Несколько методологических и историографических замечаний о «самозванчестве». Там же.

самозванства в контексте социально-политической и идеологической борьбы в России в XVII веке. Ощутима также потребность не только в типологизации самозванства, но и во взгляде на него с точки зрения эволюции этого явления в тесной связи с развитием государственности, формированием идеологии абсолютизма и его институтов.

Объект диссертационного исследования – явление самозванства как феномена истории России XVII века.

Предметом диссертационного исследования является изучение содержания самозванства и его «функционирование» в контексте истории XVII века.

Хронологические рамки диссертационного исследования охватывают период с начала XVII столетия – времени зарождения явления самозванства в Смутное время, до конца XVII, когда самозванство продолжило свое историческое существование уже в иных исторических условиях (Новое время), в рамках сосуществования традиционного и светского, рационального сознания.

Цели и задачи диссертационного исследования.

Цель диссертационного исследования – комплексное исследование проблем, связанных с феноменом самозванства в контексте идеологической и социально-политической борьбы в России XVII века, и на этой основе выяснение особенностей, типологии, места и роли самозванства в истории России XVII века.

Научно-познавательная и научно-практическая цели достигаются путем решения ряда конкретных задач диссертационного исследования:

• Выявить динамику «выстраивания» модели самозванства на протяжении всего XVII века и показать принципиальное отличие самозванства эпохи Смуты от самозванства конца XVII века.

• Изучить содержательные – идеологические и психологические аспекты самозванства, определившие модели самозванства в XVII веке.

• Раскрыть взаимосвязь монархических представлений, взглядов, стереотипов с самозванством.

• Выявить степень и «механизмы» влияния самозванства на политические и социальные процессы в России XVII века; проследить, как самозванство стало формой проявления и разрешения социальных конфликтов и противоречий в истории XVII века.

• В свою очередь, попытаться выявить влияние политических процессов на личность самозванцев, типы и модели их поведения.

• Раскрыть глубину, масштабы и взаимосвязь самозванства со структурным кризисом власти России начала XVII века.

Теоретические и методологические основы диссертационного исследования – составляют совокупность общенаучных, частнонаучных, сравнительных и системно-структурных методов познания исторической действительности. К первым можно отнести общенаучные методы и способы исследования – анализ и синтез, а также использование причинноследственного анализа явлений самозванства.

В основу диссертационного исследования положен также хронологический метод, согласно которому эволюция явления самозванства как целостного, структурированного и, одновременно, противоречивого явления, так или иначе влиявшего на все сферы жизни общества.

Автор также использовал хронологический метод, согласно которому эволюция самозванства рассматривается в хронологической последовательности, и генетический метод, позволяющий отследить явление самозванства в его развитии. Важную роль в диссертационном исследовании играет междисциплинарный подход, позволяющий взглянуть на предмет исследования под ракурсом и с использованием понятий, методов, научной логики других дисциплин, особенно в тех случаях, когда исследуется самозванство на уровне обыденного (традиционного) сознания. Естественно, тема не может быть раскрыта без применения конкретно-исторического и сравнительно-исторического анализа.

Выбор аспектов изучения проблем феномена самозванства в контексте идеологической и социально-политической борьбы в России на протяжении всего XVII века проведен по признаку значимости и новизны рассматриваемых вопросов, а также их важности для комплексного анализа этих проблем.

Диссертационное исследование написано на основе различных видов (типов) источников. При этом следует отметить, что перед автором стояла задача не столько выявить новые факты и, соответственно, обнаружить новые неизвестные архивные источники, сколько в соответствии с поставленными научными задачами осмыслить уже введенные в научный оборот источники, использовать их информационные потенциал, который прежде оказывался в силу использования иных подходов и установок вне внимания историков.

Особое место для нашей темы имеют законодательные источники и акты.

В законодательных источниках с наибольшей полнотой проявляются фундаментальные, онтологические установки, принимающие нормативную форму, а также официальные установки и оценки исторической ситуации в условиях «социального сбоя» (династического кризиса власти) или «нормального» функционирования общества. Законодательные источники позволяют также увидеть и разнообразные фобии власти (в частности, относительно появления новых самозваных претендентов на царский трон); то, чего официальная власть более всего опасалась и после Смуты. Большой интерес представляют публично-правовые акты. В частности, акты Земских соборов (особенно избирательных) 15, договоры об избрании и приговоры земского ополчения, которые позволяют исследовать мотивацию при принятии тех или иных решений, определить весомость аргументов, отношение власти и сословий к разного рода претендентам и т.д.; интерес представляют Акты, относящиеся к истории Земских соборов / Под ред. Ю.В. Готье. М., 1909.

клятвоцеловальные (крестоцеловальные) записи, эволюция их формуляра на протяжении всего XVII века с неизменной оговоркой не изменять и не поддерживать самозванцев. Актовый материал, сосредоточенный в приказном делопроизводстве – истинный кладезь по истории XVII века. Царские грамоты, воеводские отписки, челобитные, сказки и т.д. позволяют получить самую разнообразную информацию, включая отношение и восприятие самозванства, содержание и функционирования обыденных представлений и взглядов о власти, нравственных установок и т.д.

Особое место принадлежат судебным актам, в первую очередь связанным с так называемыми «непригожими речам»17. Их содержание было проанализировано с точки зрения отражения в них народных представлений о легитивности избранных на престол государей, восприятия низами образа монарха – идеального и реального. Частота произнесения «непригожих речей», как правило, увеличивается в периоды кризисов и появления на фоне этих кризисов «самозванных царей»: это было связано с угасанием народных «ожиданий» от самодержца и с усилением поиска более «истинных» самодержцев.

Чрезвычайно важное место занимают литературные источники – памятники публицистической (общественно-политической) мысли, в которых были отражены воззрения современников на власть в целом и на механизмы её формирования в XVII веке; в них можно найти представления об идеальном государе и оценке деятельности правящих монархов. Публицистические произведения поднимали вопросы, волновавшие общество и давали свои рецепты, в которых улавливаются чаяния и настроения тех или иных сословий и социальных слоев. Созданные интеллектуалами и «простецами», публицистические произведения могут подняться до идеологических обобщений, отражающих фундаментальные мировоззренческие понятия. Но ПСРЛ. Т. XIV. Ч. I.

Новомбергский Н. «Слово и дело» государевы (процессы до издания Уложения Алексея Михайловича 1649 года). Т. 1-2. М., 1911.

чаще они отражают устремления и настроения, «замешанные» на стереотипах и «разогретые» религиозно-нравственными установками, сложившимися в обществе. Само самозванство было в этом смысле мощным стимулом, разогревавшим и раскалывающим общество на противников и сторонников очередных законных и незаконных искателей престола. Нами привлечены были такие известные публицистические произведения, как «История в память предидущим родом» - «Сказание» Авраамия Палицына, «Временник» Ивана Тимофеева, «Словеса дней, и царей, и святителей московских» Ивана Хворостинина, «Сказание о Гришке Отрепьеве», «Новая повесть о преславном Российском царстве», а также более поздние литературные произведения («Жезл правления» Симеона Полоцкого) и др.

При написании использованы были также русские летописи (Патриаршая летописью, Новгородская летопись, Новый летописец, Пискаревский летописец, Псковская летописная повесть о Смутном времени).

Важным источником изучения истории XVII в. являются сочинения иностранцев. Материалы иностранного происхождения составляют значительную часть источниковой базы. Для изучения представлений и нравов русских людей большую роль играют записки, воспоминания и мемуары: К. Буссова, С. Жолкевского, Ж. Маржерета, И. Массы, П. Петрея, П.

Пирлинга, Я. Рейтенфельса, Дж. Флетчера и др.18. Следует иметь ввиду, что иностранцев все русское было «чужое», благодаря чему в своих записках они отмечали то, мимо чего «проходили» их русские современники. Крайне важны сведения о политической борьбе при дворе московских государей, в частности, К. Буссов. Московская хроника 1584-1613 гг. // Пер. с нем. Е.И. Бобровой. М-Л., 1961; С.

Жолкевский. Записки о Московской войне. 2-ое изд. СПб., 1871; Ж. Маржерет. Состояние Российской империи // пер. с фр., М., Языки славянских культур. 2007; И. Масса. Краткое известие о Московии начала XVII в. – М., Соцэгиз, 1937; П. Петрей. Достоверная и правдивая реляция // Смута в Московском государстве: Россия начала XVII столетия в записках современников. – М., Современник. 1989; П. Пирлинг. Дмитрий Самозванец. – Р.на-Д., Феникс, 1998; Я. Рейтенфельс. Сказания светлейшему герцогу Тосканскому Козьме Третьему о Московии. Падуя, 1680 // Утверждение династии (История России и Дома Романовых в мемуарах современников. XVII-XX вв.). – М., Фонд Сергея Дубова, 2001;

Дж. Флетчер. О государстве Русском // Проезжая по Московии. (Россия XVI-XVII веков глазами дипломатов). М., 1991;

в связи с самозванцами, которые иностранцы отслеживали в силу своего положения и менталитета.

Научная новизна диссертационного исследования.

Поскольку проблемы самозванства долгое время разрабатывались российскими историками как побочные явления других важных «составляющих» исторического процесса в России XVII века, многие смысловые линии, выявленные в ходе данного диссертационного исследования, и на основе его осуществленные сопоставления и обобщения, представляются достаточно инновационными. До настоящего времени проблема самозванства, как социального явления в России XVII века, была лишь «канвой» для исследования таких важных явлений, как:

- истории русской культуры, филологии и культурной антропологии указанного исторического периода;

- истории российского общества в эпоху разрушения традиционных социальных и политических реалий того времени;

- истории социальных народных движений и борьбы против усиления крепостничества и эксплуатации со стороны правящих классов феодального общества России.

При этом наиболее полно изучена история самозванства эпохи Смуты, когда как явление самозванства продолжало существовать и видоизменяться на протяжении всего XVII века.

Диссертационное исследование позволило взглянуть на самозванство не как на декорацию, «окантовку» народных выступлений, побочное явление в политической борьбе за власть и трон, а, как на важный структурообразующий элемент политической и социальной борьбы в России на протяжении всего XVII века.

Отсюда и по-новому осмысливается корпус источников по основным проблемам истории России XVII века в контексте роли и места феномена самозванства этой исторической эпохи.

Научная новизна диссертационного исследования проявляется и в изучении влияния самозванства на идеологические, социальные и политические процессы: в работе отмечаются основные черты и свойства феномена самозванства с учетом условий и этапов его развития на протяжении всего XVII столетия.

Настоящее диссертационное исследование является опытом комплексного исследования проблем самозванства на протяжении всего XVII века. Наиболее существенные, в целом для раскрытия существа и содержания избранного предмета исследования, обобщения и выводы составили теоретические положения, выносимые на защиту.

Теоретические положения, выносимые на защиту.

Проведя комплексное исследование феномена самозванства России XVII века, автор выносит на обсуждение следующие положения диссертационного исследования:

1. Самозванство было не просто оболочкой общенационального кризиса России, а кризис государственности был адекватен самозванству.

2. Самозванство играло важную роль в идеологической борьбе российского общества данного исторического периода, а также серьезно влияло на внутриполитические события России XVII века.

3. В условиях Российской действительности XVII столетия сакральная «составляющая» обоснования прав монарха на престол «провоцировала» появление самозванства.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования определяется тем, что применение выводов данной работы позволит повысить интерес к учебным занятиям студентов по темам отечественной истории периода Смуты и всего Бунташного века с учетом выявленных закономерностей формирования такого явления, как самозванство.

Результаты настоящего диссертационного исследования могут быть применены не только при чтении курса «Отечественная история», но и могут послужить основой для методических разработок преподавания таких тем курса отечественной истории, как:

- «Россия на рубеже XVI-XVII вв. Смутное время», - «Социально-политическое развитие России в XVII веке. Россия после Смуты», - социокультурные аспекты феномена самозванства России XVII века, а также при разработке методических материалов для проведения семинарских и практических занятий гуманитарных вузов по указанным темам курса «Отечественная история».

Структура диссертационного исследования.

Структура диссертационного исследования обусловлена поставленными целью и задачами, а также избранным основным методом исследования предмета.

Диссертационное исследование включает в себя: введение, три главы, состоящие из 7 разделов: 1 глава – 2 раздела, 2 глава – 3 раздела, 3 глава – раздела; заключения, библиографии и 2-х приложений.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, отражается степень её научной разработки, определяется объект, предмет, цели и задачи исследования, дается характеристика его научной новизны, теоретической и практической значимости. Формируются основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе – «Самозванство в идеологической борьбе XVII века в России» исследуются:

- вопросы взаимоотношения церковной и светской власти, которые были тесно связаны с явлением самозванства (раздел 1.1), т.к. обоюдная игра между «Священством» и «Царством» осуществлялась с помощью развития сакрального мотив и процедур легитимации притязаний самозванцев на трон.

При этом глубоко символическое начало «возвращения традиций» первым самозванцем было задумано и осуществлено не без участия «Священства».

- автором исследования отмечается, что церковная санкция была обязательным элементом легитимации монаршей власти. При этом с пресечением династии Рюриковичей, в условиях выборности, ее значение резко возрастало.

- большое внимание автор уделил вопросам, связанным с представлениями русского средневекового человека о верховной власти, её пределах и законности (раздел 1.2). В главе была поставлена задача и предпринята попытка доказать, что самозванство сыграло важную роль в развитии идеологической борьбы в XVII веке, продиктовав содержание, методы (способы) и даже формы борьбы за власть в кризисные моменты. Более того, для нас важно было показать, что самозванство само стало главным средством борьбы за власть внутри… самого кризиса.

Автором исследования был проведен анализ того, как и каким способом народные представления о власти, ментальные представления средневекового человека в России (коллективное сознательное и бессознательное) - толкали к появлению многочисленных самозваных царей и царевичей не только в эпоху Смуты, но и на протяжении всего XVII века.

Во второй главе «Самозванство в социально-политической борьбе XVII века в России» рассматривается один из важнейших факторов, влиявший на усиление социально-политического кризиса и поиска выхода из него – явление самозванства: главной чертой самозванцев была их приспособляемость к обстоятельствам: главная задача, поглощавшая все их силы и способности, заключалась в том, чтобы усидеть на троне. Они активно вмешивались в старые порядки и отступали от традиций, т.к. преследовали, прежде всего, собственные интересы (раздел 2.1.);

Борьба внутри правящей верхушки боярства, княжеской знати и чиновным боярством, значение которого было подорвано антагонизмом главных его представителей – Бориса Годунова и круга бояр Романовых, породило страшное орудие политической интриги - самозванство, и тем вынесла династический кризис из дворцовых покоев в среду войск и народа.

В разделе 2.2. рассмотрены и проанализированы вопросы, связанные с государственно-правовыми символами, которые являются важнейшим средством легитимации царской власти: оно сопровождало и оформляло процесс придания законности существующей публичной власти и её нормативным предписаниям.

Обращение к анализу исторического опыта России XVII века, существующего в сфере государственно-правовых символов, особенно в связи с появлением в России самозванства, приобретает особую значимость в силу того, что на протяжении длительного исторического периода правители напрямую использовали государственно-правовые символы для легитимации власти и реализации своих политико-правовых идей19.

Государственно-правовые символы, и, прежде всего, царская титулатура - сопровождали и оформляли процессы передачи и легитимации властных отношений (например, символы, использовавшиеся при проведении церемоний венчания, коронации, миропомазания и т.д.). Описание же властных отношений через понятие «легитимность» является одним из важнейших при определении бесспорно законного характера государственной власти.

Таким образом, проанализировав соотношение и взаимодействие государственно-правовых символов и идеологии средневекового российского общества, мы имеем возможность показать не только всю сложную идеологическую иерархию государственно-правовых символов применительно к проблеме формирования легитимного образа власти на Руси в XVII веке, но и обосновать поиск путей легитимации притязаний самозванцев на царский трон в этом направлении.

Лаврентьев А.В. Люди и вещи. Памятники русской истории и культуры XVI-XVIII вв., их создатели и владельцы. М., 1997; его же. Царевич – царь – цесарь. Лжедмитрий I, его государственные печати, наградные знаки и медали. 1604-1606 гг. СПб., изд-во «Дмитрий Буланин», 2001.

Монарх объявлял себя защитником и охранителем ветхозаветных основ православной веры (самоактуализация легитимности притязаний на царский трон в контексте религиозности).

В разделе 2.3. автор исследования отмечает, что, как бы историки ни трактовали внутреннюю политику Лжедмитрия I, очевидно, что за период царствования первого самозванца его действия и планы не успели полностью и окончательно подорвать веру народных масс в возможность осуществления им глубоких чаяний народа. Не случайно заговорщики поднимали в мае 1606 года москвичей возгласом, что поляки в Кремле государя бьют. Его свержение воспринималось народными массами, как боярский заговор против «царя-избавителя». С момента воцарения самозванца народные представления об «истинном царе-избавителе» обрели свое реальное воплощение и сливались с его действиями. С гибелью же Лжедмитрия легенда о царевиче Дмитрии приобретала новые черты и превратилась в антибоярскую легенду о «царе-избавителе».

Время безвластия, чреватое политическими потрясениями, во все эпохи характеризовалось тем, что социум испытывал потребность в установлении привычной для конкретной эпохи стабильности и государственного «порядка»20. XVII столетие отнюдь не стало периодом спокойного эволюционного развития русского общества. Весь век прошел, по словам Георгия Флоровского, «…в крайнем напряжении и в беспокойстве, в разноголосице, в пререканиях и спорах»21.

«Переходное» XVII столетие знаменовалось многоаспектными изменениями культурного пространства средневековой Руси: возрастающее влияние западноевропейской науки, богословия и искусства играло здесь Виктор Гюго так писал о времени безвластия уже в XIX веке: «…Первая потребность народа после падения [законной монархической ] власти – это раздобыть себе новую династию… В сущности, первый встречный одаренный человек может сойти за монарха… Каковы же должны быть качества появляющегося нового правителя? Он может – и это даже полезно быть причастным к легитимной власти, независимо от того, набросил ли он на себя тень при этом или прославился. Какими же качествами тогда должна обладать новая династия? Она должна быть приемлема для нации, она должна иметь прошлое, иметь будущее и пользоваться расположением народа…».

Флоровский Г.В. Пути русского богословия. Р., 1981. С. 97.

важную роль, однако глубинные, сущностные сдвиги происходили в мировосприятии самих современников, подготавливая возможность интеграции «еретических» моделей в древнерусскую культуру. Одним из ключевых моментов этой эволюции стало принципиальное изменение отношения к слову (знаку): древнерусский синкретизм символа и обозначаемого им феномена, иконическое отношение к слову и изображению к концу XVII века все больше заменялись конвенциональным (условным).

В годы народных волнений в России XVII века их участники оказывались активными носителями и распространителями легенд о «возвращающихся царях-избавителях», при этом самозванцы, как вершители судьбоносных для страны деяний, в отличие от самого феномена самозванства, отступают в этот период на второй план.

В годы, непосредственно последовавшие за восстанием Степана Разина (после казни Лже-Симеона в 1674 году) и до начала XVIII века слухи о «царях-избавителях» затухают. Основную роль в этом процессе сыграло поражение народных масс в открытой политической борьбе за свои права и «ожидания».

В третьей главе - «Формирование типологии феномена самозванства в России XVII века» соискатель отмечает, что: (раздел 3.1.) социально-политический кризис на Руси, разразившийся в период Смуты, сменился иными конфликтами и противоречиями (противостояние низов и верхов в условиях формирования крепостничества; нарастание недовольства «средних классов», вынесших тяжесть Смуты, но лишенных возможности влиять на решения власти; противоречия переходного времени от средневековья к Новому времени и т. д). В этих условиях самозванство не только не исчезло, но и продолжало влиять – в разной степени и мере – на кризисные явления, оставаясь апробированной формой протеста. Отчасти оно продолжало питаться противоречиями, существовавшими в обществе. При этом сами самозванцы становились не столько орудием борьбы за трон различных группировок и сил (извне), сколько знаменем борьбы народа против государственных структур и администрации.

Самозванство не перестало существовать по мере ослабления воспоминаний о Смутном времени и «истинном царе Дмитрии». Изменялась лишь форма их самовыражения и самоутверждения: основой постоянно реанимируемой на протяжении всего XVII века идеей самозванства являлась ключевая идея о том, что действующий царь (или царевич – потенциальный царь) – «не прирожденный», «подменный», словом, так или иначе «ненастоящий».

В работе предпринята попытка проследить влияние самозванства на абсолютизм (раздел 3.2.). Реальные и потенциальные угрозы, исходящие от самозванства, заставили Романовых особенно озаботиться темой законности и легитимности (богоданность, предназначение). В дополнение к этому во главу угла как никогда прежде была поставлена необходимость государя соответствовать народным представлениям об истинном государе, демонстрировать свои подлинно «монаршие качества». Особое значение придавалось благочестию, охранению веры (отсюда все возраставшие вмешательства в дела веры и церкви, и осознание ответственности за спасение подданных). Вместе с тем, стремление к неограниченной, абсолютной, но в то же время законной власти монарха являлось условием исполнения им спасительной миссии, включая «недопущения» появления самозванства. При этом тема «избавителя» отразилась в позиционировании абсолютного монарха:

он и был «избавитель».

Автором обоснована точка зрения, что самозванство, будучи порождением самодержавной власти в период её династического кризиса, с каждой новой неудачей очередного самозваного царя или царевича, в интерпретации той же власти подтверждало и утверждало ценность и историческую необходимость сильной, легитимной самодержавной власти в России.

Стабильность государственной власти может достигаться при условии, что общество в целом воспринимало существующую власть как приемлемую и законную, а активное меньшинство – политическая элита – связывала свои надежды с деятельностью в рамках сложившихся исторически форм политической подсистемы и стремилась улучшить их, а не заменить совершенно иными. Не случайно официальная проромановская литература преподносила появление новой династии не иначе как естественное продолжение династии старой. Выборность при этом настойчиво подменялась идеей законного наследования. Идея богоугодной преемственности превращала династию Романовых в наследницу византийских кесарей.

С другой стороны, кошмар самозванства преследовал Романовых долгие десятилетия: традиционная поспешность с клятвой подданных приобретала важный смысл – необходимо было опередить возможного самозванца, который своим появлением мог вызвать смятение в душе подданных и смуту в государстве.

Со страхом перед самозванством можно связать и распространившуюся в XVII столетии традицию объявления царевича. В церемонии легко разглядеть болезненную реакцию еще не окрепшей династии Романовых на всевозможные смутные и «воровские» толки о её законных правах, а также отчаянный страх перед возможностью нового самозванства. Сама жизнь подталкивала правителей к тому, чтобы вывести наследника из «тени затворничества» и явить его боярам, государеву двору, народу. Для Романовых, оказавшихся в горниле Смуты, эта церемония приобретала большое значение. Поспешность в таком вопросе не была чем-то выходящим за рамки традиции: именно так и следовало присягать, обеспечивая преемственность и правопорядок. Опасным было именно промедление – свидетельство о сомнениях.

В заключении подводятся наиболее значимые итоги исследования, формулируются общие выводы, которые отражают теоретическую и практическую значимость исследования.

Проведенное диссертационное исследование показало, что всплеск интереса к проблемам эпохи XVII века у нас приходится на периоды социальных потрясений и бедствий общенационального масштаба. Пристально вглядываясь в прошлое, люди пытаются лучше понять настоящее.

На протяжении десятилетий XVII века русское общество пыталось найти опору для действий в традиционных представлениях о власти, однако число объяснительных и поведенческих моделей в системе традиционных представлений, претендовавших на истинность и традиционность, множилось с течением времени.

XVII век втянул в политическую борьбу тех, кто никогда ранее не помышлял об этом, он породил, по сути, первое общенациональное общественное движение. «Государево дело», бывшее до того исключительно прерогативой царя и его советников, оказалось доступным для простых людей, осмелившихся думать о спасении «…преславного Московского государства».

В ситуации частого выбора легитимной верховной власти на весах истории оказывалась не только общественная стабильность, но и верность богоустановленному традиционному порядку вещей, крестному целованию, Русской Православной Церкви, самой христианской вере.

Предельный накал взаимных обличений и частая смена власти в Москве, вероятнее всего, способствовали обратной реакции социума – «профанации» сознания многих современников.

Для утверждения легитимности притязаний на царский трон наиболее существенными были следующие источники:

- возрождение средневековых традиций наследования легитимной династической власти, - актуализация церковной идеи «Священства» о «богоустановленности царской власти», как легитимной власти, - для успеха в процессе восстановления «порядка и спокойствия» в стране крайне важной была «симфония властей» - религиозной и светской власти, Священства и Царства.

Именно эти источники легитимности верховной власти утвердились в результате широкомасштабного социально-политического кризиса в России XVII века.

Феномен самозванства состоял в том, что для потенциальных самозванцев и для потенциальных сторонников этих самозванцев были важны не столько реальные действия царя во время правления, его политика, его истинный облик, сколько его сакральный статус, иными словами, то, что он вообще был царем. Вероятно, именно поэтому в течение XVII-XVIII вв. трудно найти царя, императора и даже царевича, который бы не выступал в качестве объекта самозванческого отождествления.

Важную роль в XVII веке в российской истории играла альтернативная модель обретения истинной власти через «возвращение» законного наследника престола: феномен самозванства пережил Смуту и воспроизводился в народной среде вплоть до XVIII столетия. «Возвращающийся царь-избавитель» был объектом страстной веры и ожиданий простого народа. Только он один мог совершить предназначенное и неизбежное. Для создания каждой новой легенды об «истинном царе-избавителе» народу нужно было исчерпать все надежды на ныне правящего монарха, найти форму осмысления его как неистинного (нелегитимного) и, наконец, противопоставить ему истинного и прямого царя или царевича-«избавителя». При этом самозванец был формой такого осмысления его нелегитимности и неистинности.

Перед нами ключевая историческая ситуация: взаимосвязь и взаимопроникновение феномена самозванства в конкретного носителя самозванства, и наоборот – налицо.

Идеологическая и социально-политическая борьба в хронологических рамках всего XVII века в России показала всю ценность сильной самодержавной власти. Восстановление порядка шло рука об руку с восстановлением государственности – строительством органов управления в центре и на местах, перехватывая инициативу этой деятельности у «миров» и дворянских «служилых городов». Романовы выступили консолидирующим началом, направив силу и энергию общества на освобождение страны от интервентов и прекращение междоусобной борьбы. И начало возрождения России мыслилось обществом как избрание нового государя, отличного ото всех остальных тем, что он – государь бесспорный, богоданный.

Таким образом, уже со второй половины XVII века можно констатировать значительное укрепление абсолютистских тенденций в государственной идеологии и политике России.

Основные положения диссертационного исследования опубликованы в изданиях, рекомендованных перечнем ВАК:

1. Ламкина Г.П. Самозванство в контексте кризиса института политической власти в России XVII века // Вестник Московского государственного областного университета. – 2008. - № 4. – 0,4 п.л.

2. Ламкина Г.П. Религиозные аспекты идеологии самозванства на Руси в период XVII века // Вестник Московского университета МВД России. 2010. № 2. – 0,3 п.л.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.