WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

ЧЕРНЫХ Владимир Дмитриевич

ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ И ИСТОРИКО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ И ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ В РОССИИ ВО II ПОЛОВИНЕ XVII ВЕКА

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Воронеж – 2012

Работа выполнена на кафедре истории и политологии ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный университет инженерных технологий»

Научный консультант: доктор исторических наук, профессор, заведующая кафедрой истории и политологии ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный университет инженерных технологий» Быковская Галина Алексеевна

Официальные оппоненты: Тонких Владимир Алексеевич, доктор исторических наук, профессор кафедры гуманитарных и социальноюридических дисциплин Воронежского института кооперации Белгородского университета кооперации экономики и бизнеса Божко Наталья Васильевна, кандидат исторических наук, доцент Воронежского института высоких технологий

Ведущая организация: Национальный исследовательский ядерный университет «МИФИ»

Защита состоится 14 мая 2012 года в ______ часов на заседании Совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 212.036.03 при ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный педагогический университет» по адресу: 394043, г. Воронеж, ул. Ленина, д. 86, ауд. 408.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале научной библиотеки при ФГБОУ ВПО «Воронежский государственный педагогический университет» (ауд. 31).

Автореферат разослан «___» ____________ 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат исторических наук, доцент С.В. Печенкин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования.

В современных условиях значение анализа заявленной проблемы обусловлено тенденцией исторического процесса, выражающейся в переоценке культурных ценностей и духовных приоритетов в российском обществе, возрождением интереса к церковной истории, а также попыткой осознать пути дальнейшего развития Церкви в сегодняшнем светском обществе и значение системы ценностей православия на этом пути.

Актуальность исследования определена целым рядом обстоятельств.

Во-первых, необходимо восстановить действительную картину развития истории взаимоотношений государства и Русской Православной Церкви во II половине XVII века, уточнить их генезис. Исторические труды в этой области изобилуют недоговоренностями, умолчаниями и искажениями, многие из них выражают мнение представителей государственной власти, написаны для обоснования теории подчинения Церкви государственной машине, необходимости превращения живого церковного организма в некий департамент идеологической борьбы. Воссоздание подлинной многоаспектной картины исторических процессов, происходивших в государстве и Церкви в указанный период, объективная оценка событий и фактов, противоречий и конфликтов не только расширит представление об историческом контексте государственно-церковных отношений в прошлом, но и будет способствовать утверждению нового восприятия современной исторической науки государственными структурами, разработке политики государства в отношении Русской Православной Церкви. Во-вторых, нынешнее состояние современного общества во многом напоминает ситуацию, сложившуюся в России в XVII в. – эпохи перелома, времени рождения нового в недрах старого. В настоящее время, когда Россия оказалась лицом к лицу с глобализацией, западной идеологией, попытками превращения страны в сырьевой придаток развитых государств, важным становится поиск собственных путей развития страны. С одной стороны, Россия не должна раствориться в глобалистических проектах, с другой, она не должна остаться в национальной изоляции. С этой целью важно исследовать историкополитические аналоги XVII в.

В-третьих, исследования в этой области представляют большой научный и практический интерес: они могут выявить ценность православия, как важной сферы отечественного наследия, раскрыть его влияние на духовное развитие русского народа в прошлом и определить значение православной Церкви в развитии современного российского общества. Поэтому проблема взаимоотношений Церкви и государства, государства, внутри которого и одновременно с которым Церковь существует и развивается, остается актуальной.

Согласимся с мнением многих исследователей о том, что к концу XVII века происходит сближение и взаимопроникновение двух типов мышления – древнерусского и европейского.1 Упорядочение религиозного культа на Руси, приведение его к единству с Восточными Церквами обусловливались не только внутренними потребностями государства, но и его планами во внешней политике. В результате XVII век во многом оказался тем самым переходным временем, когда ряд процессов государственного развития приходит к своему логическому завершению, а в их недрах зарождаются, вырастают и укрепляются новые тенденции.

Степень изученности темы.

В основу историографического анализа был положен проблемнохронологический метод, применяемый дифференцированно с разделением на принадлежность трудов к светским или церковным авторам.

До середины XIX века в историографии как у светских историков (В.Н. Татищев «История Российская»2), так и у церковных (митрополит Платон (Левшин) (1737–1812), архиепископ Филарет (1847–1848), священник К.П. Добронравов, архимандрит Аполлос, М.В. Толстой3 принижалось значение событий II половины XVII в. Впервые о причинах раскола как о политической борьбе между приверженцами Запада и сторонниками обособленного развития страны сказал митрополит Макарий (Булгаков).4 Он обнаружил причинно-следственные связи взаимоотношений Никона с боярской верхушкой, его низложения и укрепления царской власти. С.М. Соловьев обосновывает историческую необходимость государственных реформ по укреплению самодержавной власти, способствовавшей укреплению государственного начала.5 В.В. Андреев видит основную проблему периода в неумеренности рвения патриарха при реформировании и социальной направленности движущих сил раскола.6 Этого же мнения придерживались историки Н.И. Костомаров7 и И.Н. Харламов8. В.О. Ключевский указывал на излиш Лихачев Д.С. Предвозрождение на Руси в конце XIV – первой половине XV веков / Д.С. Лихачев // Литература эпохи Возрождения и проблемы всемирной литературы. – М., 1967. – С. 23–89.

Татищев В.Н. История Российская / В.Н. Татищев. – Т. 1. – Л., 1968. – С. 381.

Платон (Левшин) митр. Краткая церковная российская история. – СПб, 1898; Филарет (Гумилевский). Материалы для истории Русской Церкви // Чтения в обществе любителей духовного просвещения. – М., 1875. – № 5; Добронравин К.П. Очерк истории Русской Церкви от начала христианства в России до настоящего времени (1860 г.) / К.П. Добронравин. – СПб., 1863; Архимандрит Аполлос. Начертания жития и деяний Никона, патриарха Московского и всея России. – М., 1859;

Толстой М.В. Рассказы из истории Русской Церкви / М.В. Толстой. – М., 1991.

Макарий митр. История Русской Церкви. – Т. XII. Кн. 3.: Патриаршество в России. – М., 1994.

Соловьев С.М. История России с древнейших времен / С.М. Соловьев. – Кн. VI. – М., 1961. – С. 328–329.

Андреев В.В. Исторические судьбы раскола / В.В. Андреев. – М., 1870; Он же. Раскол и его значение в народной русской истории : исторический очерк. – СПб., 1870.

Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей : репринт / Н.И.

Костомаров. – Кн. II. – М., 1991.

Харламов И.Н. Церковные идеалы и религиозные идеи раскола / И.Н. Харламов // Страна. – 1880. – С. 57.

нюю централизацию патриаршей власти в ущерб соборности, что противоречило культурно-исторической традиции того времени.На рубеже XIX–XX вв. исследования церковных ученых по истории XVII в. публиковались в трудах духовных академий и во многих периодических научных изданиях.10 Религиозное самосознание и настроение московского церковного общества в ХVI-ХVII вв. отображает Н.Ф. Каптерев в своих трудах, указав на самомнение и религиозный снобизм русского общества, достигший к середине XVII в. своего предела и явившийся причиной последующих событий вмешательства царя в церковные дела.11 Несмотря на тесный союз Церкви и государства, высшая власть и решающее слово в церковных делах принадлежали государю.12 По числу опубликованных источников фундаментальным является исследование Н.И. Субботина13, в которое вошли тексты старообрядцев с указанием рукописных источников и характеристиками сочинений, а также документы по ранней истории раскола.14 Научная работа Н.А. Гиббенета15, систематизировавшая более двухсот источников, относящихся к 1658–1666 гг., во многом является уникальной и до сих пор привлекает исследователей своей фундаментальностью и обширностью представленных документов.

В XIX в. У. Пальмер издает в английском переводе документы так называемого «Дела Никона».16 В труде Е.Е. Голубинского применяется сравнительно-исторический метод для изучения истории, обобщаются события, касающиеся церковной жизни конца XVII в., определяется их связь с историческими процессами европеизации России. Ключевский В.О. Курс русской истории / В.О. Ключевский. – Ч. III. – М., 1988. – С. 279.

«Воскресное чтение» (Киев, 1837–1862); «Православный собеседник» (Казань, 1855–1917);

«Православное обозрение» (М., 1860–1891); «Душеполезное чтение» (М., 1860–1916); «Странник» (СПб., 1860–1916); «Чтения в Московском Обществе любителей духовного просвещения» (М., с 1863 года); «Православный Палестинский сборник» (СПб., 1881–1914); «Вера и разум» (Харьков, 1884–1917); «Церковные ведомости» (СПб., 1888–1917); «Богословский вестник» (Сергиев Посад, 1892–1917); «Вера и Церковь» (М., с 1899 года); «Братское слово» (М., 1875–1899);

«Православный благовестник» (М., с 1893 года); «Миссионерское обозрение» (СПб., с 1896 года).

Каптерев Н.Ф. Характер отношений России к Православному Востоку в XVI и XVII веках / Н.Ф. Каптерев. – Сергиев Посад, 1914. – С. 444; Каптерев Н.Ф. Патриарх Никон и его противники в деле исправления церковных обрядов / Н.Ф. Каптерев. – М., 1887. – С. 24.

Каптерев Н.Ф. Патриарх Никон и царь Алексей Михайлович / Н.Ф. Каптерев. – М., 1996. – С. 61.

Материалы для истории раскола за первое время его существования : в 8 томах / ред. Н.И. Субботина. – М., 1875–1890.

Субботин Н.И. Дело патриарха Никона: Историческое исследование по поводу XI т. «Истории России» проф. Соловьева / Н.И. Субботин. – М., 1862. – С. 3–7, 10–16.

Гиббенет Н.А. Историческое исследование дела патриарха Никона / Н.А. Гиббенет. – Т. 1–2. – СПб., 1882–1884.

Palmer W. The Patriarch and the Tsar. V. 1–6; History of the Condemnation of the Patriarch Nicon by a Plenary Counsil of the Orthodox Catholic Eastern Church, held at Moscow A.D. 1666–1667. Written by Paisius Ligarides of Scio. L., 1871–1876.

Голубинский Е.Е. История Русской Церкви. T. II. Период второй, московский. От нашествия Монголов до митрополита Макария включительно : в 2 частях / Е.Е. Голубинский. – М., 1900.

В начале XX в. историки обращаются к комплексному изучению духовных и материальных сторон внутренней жизни человека и общества. Так, П.Н. Милюков рассматривает нравственно-религиозную проблему размежевания тогдашнего общества и социальное положение Церкви, которая «всецело отдавала себя в руки государственной власти».18 А.С. ЛаппоДанилевский19 отмечал, что с распространением образования на Руси появлялись идеи католицизма и протестантизма, что не могло не сказаться на векторе последующего развития Московского государства.

С установлением советской власти события II половины XVII в. стали рассматривать с позиций марксизма. Реформы государства по отношению к Церкви представлялись как результат централизации государственной власти и попытка усиления влияния на Украине.20 Г.В. Плеханов указывает, что раскол был обусловлен социально-политическими и культурно-религиозными причинами.21 Н.М. Никольский увидел в событиях II половины XVII в.

русскую проекцию европейских крестьянских войн XV в.22 С этим были согласны А.Н. Дмитриев и А.И. Заозерский.Эмигрантская мысль начала XX в. указывала на духовную составляющую культурной и общественной жизни Московского царства XVII в.

Г. Флоровский говорит о духовной «прелести», толкнувшей народ к разделению, о пошатнувшемся во времена Смуты благочестии.24 С.А. Зеньковский высказывает мнение, что раскол был внутренним разрывом в самой Церкви, значительно обеднившим русское православие, в котором были виноваты не одна, а две стороны.25 А.В. Карташов отмечал, что повседневное сознание людей не было приковано к осуществлению чаяний идеологии «Москва – Третий Рим», и поэтому не находился отклик в душах русских людей реформам патриарха, а греки умело подыгрывали Алексею Михайловичу в его мечтах о завоевании Константинополя.26 По мнению М.В. Зызы Милюков П.Н. Очерки по истории русской культуры / П.Н. Милюков. – Т. 2., Ч. 1. – М., 1994. – С. 155.

Лаппо-Данилевский А.С. История русской общественной мысли и культуры XVII–XVIII веков / А.С. Лаппо-Данилевский. – М., 1990.

Никольский Н.М. История Русской церкви / Н.М. Никольский. – М., 1988. – С. 114–139.; Очерки истории СССР. Период феодализма. XVII век. – М., 1955. – С. 312–320, 354–360.; Устюгов Н.В. Русская Церковь в XVII в. / Н.В. Устюгов, Н.С. Чаев // Русское государство в XVII в. Новые явления в социально-экономической, политической и культурной жизни / ред. Н.В. Устюгов.

– М., 1961. – С. 295–329; Очерки русской культуры. – Ч. 2. – М., 1979. – С. 288–312.

Плеханов Г.В. История русской общественной мысли / Г.В. Плеханов. – М., 1918. – С. 122–128.

Никольский Н.М. Указ. соч. – С. 116–120.

Дмитриев А.Н. Церковь и крестьянство на Руси / А.Н. Дмитриев. – М. ; Л., 1931; Заозерский А.И. Царская вотчина XVII века. Из истории хозяйственной и приказной политики царя Алексея Михайловича / А.И. Заозерский. – М., 1937.

Флоровский Г.В. Пути русского богословия / Г.В. Флоровский. – Париж, 1983. – С. 86–88.

Зеньковский С.А. Русское старообрядчество: духовные движения XVII в. / С.А. Зеньковский. – М., 2009.

Карташев А.В. История русской церкви / А.В. Карташев. М., 2005. – С. 134.

кина, в вопросе распределения сфер влияния и ответственности для Церкви и государства Никон опирался на церковные правила. В работе П. Мейендорфа был впервые проведен текстологический анализ изданий Никона и греческих оригиналов и сделан вывод, что инициатива проведения церковной реформы принадлежит царю и имеет целью сближение с греческим православием.27 К вопросам истории Русской Церкви усиленно обращались немецкие ученые28.

В 60–70 гг. XX века возникает новое направление в историографии данной проблематики. Религиозные вопросы стали рассматриваться с позиций филологии такими специалистами по древней литературе, как Д.С. Лихачев и В.П. Адрианова-Перетц. В последние десятилетия появились работы, касающиеся взаимоотношений внутри церковной иерархии30, изменений в церковном праве собственности согласно Соборному Уложению 1649 г.31, отражения в исторической литературе религиозно-общественных движений раскольников32, принципа явления обособленности духовенства от подчинения светской власти33, проблем литературного творчества Никона34.

Meyendorff P. Russia, Ritual and Reform. The Liturgical Reforms of Nikon in the 17th Century.

Crestwood,1991. P.219-227.

Hoffmann P. Die Nikonsche Kirchenreform und die Kirchenspaltung in Ruland als Alternativsituation der Stellung der Kirche im Staat // Wegscheiden der Reformation. Alternatives Denken vom 16 bis 18 Jh. / Hrsg. von Gunter Volger. Weimer, 1994. S. 439-449.; Hemer Cb. Herrschaft und Legitimation im Rubland des 17 Jahrhunderts: Staat und Kirche zur Zeit des Patriarchen Nikon. Frankfurt a. M., 1979. S. 161-164. Цит. по: Лобачев С.В. Указ.соч., С. 274; Heller W. Die Moskauer «Eiferer fur die Frommigkeit» zwischen Staat und Kirche (1642 – 1652). Wiesbaden, 1988; Kraft E.

Moskaus Greichisches Jahrhundert. Stuttgart, 1995.; Michels G. At War with the Church Religious Dissent in Seventeenth-Century Russia. Stanford (California), 1999.

Лихачев Д.С. Протопоп Аввакум / Д.С. Лихачев // История русской литературы. – Т. 2, Ч. 2.

– М.; Л., 1848; Он же. Человек в литературе Древней Руси. – М., 1970.; Адрианова-Перетц В.П. Человек в учительной культуре Древней Руси / В.П. Адрианова-Перетц // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН. – Т.

XXVII. – Л., 1972.

Полознев Д.Ф. Клерикальная оппозиция в начале становления российского абсолютизма.





Конец 1640–1660 гг. : автореф. дисс. канд. ист. Наук / Д.Ф. Полознев. – М., 1990. – С. 3–22.

Самодержавное царство первых Романовых / сост., вст. ст., комм. Г.В. Талина ; под ред.

С.В. Перевезенцева. – М.: Социально-политическая мысль, 2004.

Молзинский В.В. Старообрядческое движение второй половины XVII в. и общественная мысль России : автореф. дисс. докт. ист. наук / В.В. Молзинский. – СПб, 1997.

Флоря Б.Н. Государственная власть и формирование духовного сословия в средневековой России / Б.Н. Флоря // Сословия и государственная власть в России. XV – середина XIX вв.

Международная конференция. Чтения памяти акад. Л.В. Черепнина : тезисы докладов. – Ч. II.

– М., 1994. – С. 161–164.

Севастьянова С.К. Литературная деятельность Патриарха Никона: (проблемы изучения) / С.К. Севастьянова // Проблемы истории, русской книжности, культуры и общественного сознания. – Новосибирск., 2000; Она же. Материалы к «Летописи жизни и литературной деятельности Патриарха Никона». – СПб., 2003.; Она же. Эпистолярное наследие Патриарха Никона:

Переписка с современниками: исследование и тексты. – М., 2007.

Разнообразным сторонам деятельности патриарха Никона, различным аспектам отношений Церкви и государства и проблематике старообрядчества в начале XXI в. посвящен целый ряд кандидатских и докторских диссертаций.Интерес исследователей касался в основном личности и различных аспектов деятельности патриарха Никона, без углубленного изучения событий, касающихся взаимоотношений государственной власти и Церкви после отставки и ссылки Никона.36 В работах Н.В. Воробьевой исследуются историко-канонические и богословские воззрения патриарха Никона на основе специальных методов герменевтического и семантико-когнитивного анализа.37 В книге В.В. Шмидта представлено всеобъемлющее исследование духовного наследия патриарха Никона38, оно предполагает как исторический, так и философский подход к изучению никонианства как явления в русской общественной и религиозной жизни со II половины XVII века до настоящего времени.

Неослабевающий интерес зарубежных исследователей иллюстрирует публикация на английском языке «Житие Патриарха Никона» в переводе и с комментариями К. Кейна и К. Левинтовой39 Отметим, что в настоящее время существуют исследования, осуществленные с позиций старообрядчества.40 В контексте готовности современного российского общества и государства к диалогу с церковными структурами в рамках культурной моБожко Н.В. Церковная реформа XVII века: роль и место патриарха Никона в ее проведении :

дисс. канд. ист. наук / Н.В. Божко. – Воронеж, 1997; Шульц Э.Э. Отношения церкви и государства в России в первой трети XVII века : дисс. канд. ист. наук / Э.Э.Шульц. – М., 2001; Савенкова С.Р.

История развития правительственной и церковной политики по старообрядчеству в России с 16по 1800 гг. : дисс. канд. ист. наук / С.Р. Савенкова. – М., 2005; Скрипкина Е.В. Самодержавие и церковный раскол в России во второй половине XVII в.: царь Алексей Михайлович и протопоп Аввакум : дисс. канд. ист. наук / Е.В. Скрипкина. – Омск, 2006; Романова Е.В. Массовые самосожжения в старообрядчестве (XVII–XIX вв.): практика и догматика : дисс. канд. ист. наук / Е.В. Романова. – СПб., 2007; Балалыкин Д.А. Русский религиозный раскол в контексте церковногосударственных отношений второй половины XVII в. в отечественной историографии : дисс. дра ист. наук. – М., 2007; Шмидт В.В. Патриарх Никон и его наследие в контексте русской истории, культуры и мысли (опыт демифологизации) : дисс. д-ра философских наук / В.В. Шмидт. – М., 2007.

Лобачев С.В. Патриарх Никон / С.В. Лобачев. – СПб, 2003. – С. 274.; Воробьева Н.В. Духовный аспект реформы богослужебного пения Русской Православной Церкви в середине XVII столетия / Н.В. Воробьева // Омский научный вестник. – Вып. 17. – 2000.

Воробьева Н.В. Историко-канонические и богословские воззрения патриарха Никона : монография / Н.В. Воробьева. – Омск, 2008.

Никон (Патриарх) Труды / Никон; науч. исслед. подгот. док. к изд., сост. и общ. ред.

В.В. Шмидта. – М.: Из-во Московского ун-та, 2004.

From Peasant to Patriarch account of the Birth, Uprisings, and Life of His Holiness Nikon, Patriarch of Moscow and all Russia written by His Cleric Ioann Shusherin (Translated & Annotated by K. Kain, K Levintova. – London; NY; Plumouth).

В Санкт-Петербурге в серии «Лабиринты истории» К. Кожурин издал труд по апологии старообрядцев «Духовные учителя сокровенной Руси», в Москве Д.В. Калюжный и Яр. А. Кеслер – «Забытая история Московии: от основания Москвы до Раскола».

дернизации страны в последние годы появляется ряд публикаций, посвященных симфонии Церкви и государства.Фигура патриарха Никона, несомненно, подверглась более детальному изучению, чем все остальные патриархи досинодальной эпохи. К сожалению, несравненно меньше исследований посвящено патриарху Иоакиме и Адриане. Нет публикаций, в которых авторы бы исследовали личности патриархов Питирима и Иоасафа II. В изложении церковной истории всем четырем отводится несколько страниц, рассказывающих в основном о борьбе предстоятелей РПЦ со старообрядчеством и европеизацией государства. В историографии личность и деятельность третьего царя династии Романовых рассматривалась в большей степени без особенностей внутренней и внешней политики. Г.Ф. Миллер подчеркивал постепенный переход к преобразованиям Петра I. Н.И. Костомаров говорил о сосредоточенности власти в руках бояр ввиду болезненности Феодора. С.М. Соловьев, наоборот, считал время его правления поворотным пунктом в развитии России и обозначал начало истории новой России со времени царствования Феодора, а не Петра.В настоящее время идет дискуссия о царствовании Феодора Алексеевича, его деятельности в различных областях общественной и государственной жизни, влиянии и значении, которое оказали его реформы на последующую судьбу России. А.П. Богданов указывает на европейское образование царя, положительно оценивает его замыслы и реформы, сходные с петровскими преобразованиями, «но без деспотизма и жестокости».43 Н.Ф. Демидова указывает на самостоятельность его деятельности.44 П.В. Седов анализирует причины и следствия проекта церковных преобразований 1681–1682 гг., существенно дополняет и уточняет историю взаимоотношений светской и духовной властей в период правления Феодора Алексеевича.45 Первой попыт В 2008 г. информационно-аналитический бюллетень РАГС № 1 «Государство, религия, Церковь в России и за рубежом» публикует статью Е.Е. Васильевой, А.Н. Кручинной, Н.В. Заболотной и В.В. Шмидта «Патриарх Никон: традиция и современность (русское певческое искусство второй половины XVII – начала XVIII века)». В журнале «Власть» выходит статья В.В. Шмидта «Патриарх Никон и его эпоха: историко-философские аспекты государственной идеологии»; в 12 выпуске сборника «Очерки феодальной России» – статья Л.А. Тимошиной «Грамоты Вселенских Патриархов 1682 г., привезенные П.Б. Возницыным, в делопроизводстве Посольского приказа и археографии». В марте 2010 г. увидело свет исследование В.В. Шмидта «Патриарх Никон: Стяжание Святой Руси – созидание государства Российского», опубликованное под эгидой Российской академии государственной службы при Президенте РФ.

Миллер Г.Ф. История царя Федора Алексеевича, основанная на письменных документах / Г.Ф. Миллер // Миллер Г.Ф. Сочинения по истории России. Избранное. – М., 1996. – С. 320.; Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. – Т. 2. Господство дома Романовых : репринт. – М. : Мысль, 1991. – С. 459.; Соловьев С.М. Указ. соч. – Кн. VII. – С. 173.

Богданов А.П. Царь Феодор Алексеевич / А.П. Богданов. – М., 1994. – С. 21; Богданов А.П.

В тени великого Петра / А.П. Богданов. М., 1998. – С. 5–7.

Демидова Н.Ф. Феодор Алексеевич / Н.Ф. Демидова, Л.Е. Морозова, А.А. Преображенский. – М., 1996. – С. 174, 181–182, 187.

Седов П.В. Проекты изменения церковной иерархии в царствование Федора Алексеевича / П.В. Седов // Средневековое православие от прихода до патриархата. – Волгоград, 1998. – Вып. II.

– С. 268–315.; Седов П.В. Закат Московского царства: царский двор конца XVII века / П.В. Седов.

– 2-е изд., испр. – СПб.: «ДМИТРИЙ БУЛАНИН», 2008. – С. 45–49, 306–320, 422–433 и др.

кой детального анализа реформирования высшей церковной иерархии в 1681–1682 гг. можно назвать работы П.Ф. Николаевского и И. Покровского.46 К теме изменений в системе руководства Церкви обращается также Н. Виноградский, который отмечает связь положений, предложенных Собору 1682 г., с Духовным регламентом.47 Т.Б. Соловьева в своей статье подчеркивает роль противостояния светской и церковной властей в деле создания новых епархий.Таким образом, становится несомненным факт, что в последние десятилетия резко возрос научный интерес к событиям II половины XVII в., к проблемам взаимоотношений государства и Церкви, поискам причин и обстоятельств идейного кризиса Московского царства. Однако вплоть до настоящего времени целый ряд проблем в рамках выделенной темы не разработан как историками, так и государственными чиновниками. В результате чего и Церковь, и государство нуждаются в выработке новых основополагающих принципов сосуществования, обозначении позиций по ведущим положениям своего развития. Этому ряду проблем посвящена настоящая диссертация.

Объект исследования – изучение политико-экономических, историкокультурных и общественных аспектов формирования взаимоотношений государства и Русской Православной Церкви во II половине XVII века.

Предмет исследования – трансформация отношений между светской и церковной властью в России во II половине XVII века.

Цель диссертационного исследования – исследовать взаимоотношения и историко-политическую идентификацию Русской Православной Церкви и государственной власти в России во II половине XVII века.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

– выявить особенности положения Русской Православной Церкви в системе общественных отношений, определить этапы складывания данных отношений, проанализировать многообразие процессов, связей и факторов, влияющих на становление и развитие взаимоотношений между государственной властью и церковным сообществом во второй половине XVII в.;

– сопоставить особенности взаимоотношений Церкви и государства в различные периоды правления Алексея Михайловича, выявить предпосылки и последствия церковной реформы в рамках понимания государственной политики в отношении Церкви;

Покровский И. Русские епархии в XVI–XIX вв., их открытие, состав и пределы / И. Покровский.

– Казань, 1897. – Т. I. – С. 315–342, 360–365; Николаевский П.Ф. Патриаршая область и русские епархии в XVII веке / П.Ф. Николаевский. – СПб., 1888. – С. 33–40.

Виноградский Н. Церковный собор в Москве 1682 года / Н. Виноградский. – Смоленск, 1899. – С. 199–200.

Соловьева Т.Б. Церковное управление в России и государственные проекты его реорганизации 1681–1682 гг. / Т.Б. Соловьева // Государственные учреждения в России XVII–XVIII вв. – М., 1991. – С. 37–– исследовать принципы взаимоотношений церковных кругов и светской власти в последней трети XVII в.; выделить основные противоречия в развитии отношений Русской Православной Церкви и светской власти в период идейного кризиса Московского царства.

Хронологические рамки исследования. В соответствии с темой хронологические рамки исследования охватывают период II половины XVII в.

Нижняя временная граница этого периода связана с началом деятельности кружка «ревнителей древнего благочестия» и началом правления Алексея Михайловича. Верхняя – определяется датой смерти патриарха Адриана, последнего из патриархов досинодальной эпохи.

Территориальные рамки исследования ограничены территорией России в границах II половины XVII века.

Источниковая база исследования Диссертационное исследование выполнено на основе анализа комплекса исторических источников, которые можно разделить на две группы: архивные неопубликованные документы и опубликованные материалы. В основу исследования были положены материалы, хранящиеся в Российском государственном архиве древних актов (РГАДА). В материалах ф. № 27 находятся данные по «делу Никона» и участию Алексея Михайловича в осуществлении государственной политики в отношении Русской Православной Церкви. Материалы фф. № 210, 235, 236 содержат документы, посвященные деятельности высшей церковной власти в период патриаршества Иоасафа II и Иоакима. В ф. № 396 содержится информация, касающаяся заточения и казни боярыни Морозовой. Для исследования также были использованы материалы архива Санкт-Петербургского института истории РАН (СПбИИ) (ф.

181), Российского государственного исторического архива (РГИА) (ф. № 1088). Для изучения обозначенных проблем на региональном уровне автор обращался к фф. И-5, И-182, И-288, И-297, И-210, И-171 Государственного архива Воронежской области (ГАВО).

Значительное количество документов было исследовано в опубликованном виде. Например, решения церковных соборов и послания церковного руководства, официальные акты церковных и светских властей.49 Изучены постановления соборов в богослужебных книгах XVII века, в полном собрании законов Российской Империи.50 В Актах археографической экспедиции исследована окружная царская грамота 1669 года, изданная от лица Алексея Михайловича и подписанная вселенскими патриархами51; Указ Алексея Михайловича 1668 года во Временнике московского общества истории и древДеяния московского собора 1666–1667 гг. (ГИМ. Син. №1 30), Окружное послание патриарха Иоакима (ГИМ. Син. № 452); Завещание патриарха Иоакима (ГИМ. Син. № 452, № 225).

Православный Собеседник, издаваемый при Казанской духовной академии. – Ч. II, III. – Казань, 1863. – С. 571.

Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи археографическою экспедициею императорской Академии наук. 1645–1700. – Спб., 1836. – Т. IV. – С. 224–226.

ностей Российских.52 Изучены хранящиеся в собрании Соловецкой библиотеки (РНБ. Сол. № 929) грамоты и письма53.

Еще одну группу источников составляли сборники догматико-полемических сочинений приверженцев старообрядчества.Большое значение для нашего исследования имели путевые заметки Павла Алеппского в переводе Г.А. Муркоса.Методологическая база исследования Применяемая диссертантом методология исследования носит комплексный характер, обеспечивающий преодоление противоположности мнений об изучаемом объекте. Автор старался максимально избегать субъективных политико-идеологических оценок и заключений, следовал методу объективности. Вторым фундаментальным методом научного исследования, применяемым в настоящей работе, является метод историзма. Изучаемая проблема рассматривалась в развитии и в контексте общих исторических процессов, анализа выявленных фактов во всей их совокупности и взаимосвязи. Кроме того, автором использовались такие методы, как хроВременник Московского общества истории и древностей Российских. Материалы для истории икон. – Спб., 1850. – Т.VII. – С. 85–86; См. также: материалы для истории русской иконописи (собранные Ив. Забеленым) – б. г. – б. м.

Пекарский П. Материалы для истории иконописания в России / П. Пекарский // Известия императорского археологического общества. – СПб., 1865. – Т. 5, вып. 5; Грамота константинопольского патриарха Паисия I к московскому патриарху Никону. – Спб., 1881; Письмо Патриарха Никона к Царю Алексею Михайловичу // Памятники литературы Древней Руси: XVII век. – М., 1988.

– Кн.1.; Материалы для истории раскола за первое время его существования / ред. Н.И. Субботина. – Т. 3. – М., 1879. – С. 44–311; Древняя Российская Вивлиолика. – Спб., 1774. – Т. VI. – С. 111–139.; Устрялов Н. История царствования Петра Великого / Н. Устрялов. – Спб., 1858. – Т. II. – С. 467–477.; Барсуков Н. Житие и завещание святейшего патриарха Московского Иоакима / Н. Барсуков. – Спб., 1879; Акты писцового дела 60–80 годов XVII века. – М., 1990; К истории борьбы с церковными беспорядками, отголосками язычества и пороками в русском быту XVII века. – М., 1902.

Материалы для истории раскола за первое время его существования / ред. Н.И. Субботина. – Т. 7. – М., 1880. – С.54.; Бубнов Н.Ю. Вновь найденное послание из Москвы в Пустозерск. «Возвещение от сына духовного отцу духовному» и ответ протопопа Аввакума (1676) / Н.Ю. Бубнов, Н.С. Демкова // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН. – Т. 36. – Л., 1981. – С. 127–150; Аввакум. Книга толкований // Памятники истории старообрядчества XVII века. – Кн. 1. – Вып. 1. – Л., 1927; Отрывок из неизвестного сочинения об Антихристе // Демкова Н.С. Сочинения протопопа Аввакума и публицистическая литература раннего старообрядчества. Материалы и исследования / Н.С. Демкова. – СПб., 1998. – С. 108–109; Она же. Неизвестные и неизданные тексты из сочинений протопопа Аввакума / Н.С.

Демкова // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинского Дома) РАН. – Т. 16. – М.; Л., 1960. – С. 257–269; О волке и хищнике и богоотметнике Никоне достоверно свидетельство, иже бысть пастырь во овечей кожи, предотеча Антихристов // История духовной культуры в рукописном наследии XVI–XX веков. – Новосибирск, 1998. – С. 232–237;

Житие Протопопа Аввакума им написанное. – М., 1960; Повесть о житии и рождении и воспитании и о кончине Никона, бывшего Патриарха Московского и всея Руси, собранная от многих достоверных повествователей, бывших во дни отец наших // Бороздин А.К. Протопоп Аввакум.

Очерк из умственной жизни русского общества в XVII веке. Приложение / А.К. Бороздин. – Спб., 1900. – С. 152–158.

Муркось Г.А. Путешествие антиохийского патриарха Макария в Россию / Г.А. Муркось. – М., 1898. – Вып. 1–3.

нологический и статистический метод, а также метод ретроспекции и актуализации. Все это в совокупности позволило осуществить всесторонний целостно-системный и конкретно-исторический анализ проблем взаимоотношений и историко-политической идентификации Русской Православной Церкви и государственной власти в России во II половине XVII века во взаимосвязи с влиявшими на нее объективно-историческими условиями и субъективными факторами.

Научная новизна исследования заключается в следующем.

Автор выявил особенности положения Русской Православной Церкви в системе общественных отношений и влияние церковной идеологии на генезис идей российской государственности. На этой основе было доказано, что в Московской Руси XVII в. происходили процессы трансформации государственно-церковных отношений, базировавшиеся на глубинных причинах изменения общественного сознания и мировоззрения высших слоев общества.

Сопоставив особенности взаимоотношений Русской Православной Церкви и государства в различные периоды правления Алексея Михайловича, диссертант сделал вывод о постепенно усиливающемся вмешательстве царя в церковные дела, в назначение и снятие высших должностных лиц Церкви.

Проанализировав основные принципы, составляющие положения государственной идеологии XVII в., автор пришел к заключению о стремлении Руси стать единственным православным центром, для чего были предприняты конкретные шаги: с политической стороны – в виде преемства атрибутов власти от Византийской империи, с церковной – в виде унификации обрядов с Восточными Церквями.

Автор выделил основные противоречия в развитии отношений Русской Православной Церкви и светской власти в период идейного кризиса Московского царства и сделал вывод о столкновении идеологий православия и западничества, невозможности в сложившихся исторических условиях компромисса и сохранения самобытного пути развития России.

Основные положения, выносимые на защиту Историко-политическая идентификация в XVII в. выразилась в том, что Россия стремится получить право стать единственным в мире государством, которое будет являться оплотом православной веры и благочестия. Политические права на преемство власти от Византийской империи предполагали единение обрядов с греческой Церковью, для чего была предпринята церковная реформа.

Проведение реформы столкнулось с разнообразием мнений о порядке ее проведения. Окончательное решение было принято государственной властью в лице Алексея Михайловича, что свидетельствует об усилении светской компоненты в системе модернизационных программ.

Усиливающееся государство во II половине XVII в. ставило своей задачей установление контроля над всеми сферами церковной жизни, в первую очередь, над материальной составляющей Русской Православной Церкви.

Осуществлению заявленного экономического контроля послужило принятие Соборного Уложения 1649 г.

Идеи патриарха Никона базировались на принципе симфонии двух ветвей власти – светской и духовной как системе внешнего двуединства при внутренней самостоятельности каждой. Эти принципы были неприемлемы для Алексея Михайловича, видевшего себя Всеправославным правителем – наследником Второго Рима при послушном патриархе, что соответствовало уровню идеологического миропонимания в XVII в., а потому имело большие исторические перспективы.

В последней трети XVII в. сложилась противоречивая ситуация в системе государственно-церковных отношений. С одной стороны, институты и формы Московского царства находились в состоянии наивысшего расцвета, с другой – в эти годы были заложены основы и причины кризиса во взаимоотношениях государства и Церкви, приведшего к концу века к закату идеи симфонии в отношениях государства и Церкви.

В 80-е гг. XVII века происходит новый виток в развитии отношений между светской и церковной властями. Церковь делает попытки найти формы, отвечающие политическим и экономическим реалиям, одновременно не отступая от принципов православных обычаев. Однако эти попытки оказываются неудачными.

В последнее десятилетие XVII века произошло качественное изменение взглядов на роль Церкви и института патриаршества в жизни государства. Попытки превращения Церкви в государственный департамент по делам веры завершились упразднением патриаршества и введением в руководство светского чиновника, ответственного перед высшей государственной властью.

Практическая значимость исследования состоит в том, что результаты его можно использовать при подготовке обобщающих трудов по отечественной истории, истории Русской Православной Церкви и духовного образования, в преподавании специальных курсов. Материалы работы могут найти применение в процессе реформирования современных духовных семинарий, модернизации государственной политики России в отношении Православной Церкви.

Апробация результатов исследования. Основные теоретические положения диссертации изложены в 11 публикациях автора, три статьи были опубликованы в журналах, входящих в список рекомендованных ВАК РФ.

Была издана монография (в соавторстве), в одной из глав которой автор представил понимание заявленной проблемы.

Апробация результатов исследования проводилась на международных (Воронеж, 2010; Москва – Луганск, 2011), всероссийских (Воронеж, 2010, 2011) и региональных (Воронеж 2010, 2011, 2012) научно-практических конференциях, где выводы автора были представлены в ходе выступлений.

Тезисы конференций опубликованы в сборниках их материалов.

Структура работы соответствует обозначенной цели и задачам исследования и включает в себя: введение, три главы, разделенные на параграфы, заключение, список источников и литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, раскрывается степень ее научной разработанности, определяются: цель и задачи исследования, объект и предмет, его хронологические рамки, методологические основы, источниковая база, отмечаются элементы новизны и практической значимости, представлены основные положения, выносимые на защиту.

Первая глава – «Идеология «православного царства» и положение Русской православной Церкви в системе официальной идеологии в XVII веке» – рассматривает основные положения, оказавшие влияние на формирование идеи идеального государства и правителя в Древней Руси, видоизменение понятия идеальности для царской власти, вопросы понимания системы высшего церковного управления, причины трансформации положения Церкви в Московском государстве к XVII в., следствия проникновения всеправославных вселенских идей в народные массы средневекового русского общества.

В первом параграфе – «О сущности монаршей власти на Руси» – освещаются существующие идеи об основании царской власти и ее границах согласно Библии, оказавшей заметное влияние на формирование идеи идеального государства в Древней Руси.

Базирующееся на библейских текстах понимание царской власти как божественного установления к XVII в. претерпевает ряд существенных изменений. Укрепляется мысль о вертикали ответственности: народ через подчинение царю проявляет покорность Богу, а царь через служение своему народу служит тем самым Богу. Во II половине XVII в. происходит усиление статуса монарха и подготовка к принятию абсолютизма.56 Примером может служить появление формулировки «Бог де милует, да царь жалует»57, указывающей на новую трактовку взаимоотношений воли Бога и воли царя. Повышению статуса царского достоинства также способствовало появление в официальных международных документах титула «царское величество», что являлось претензией на имперский статус монархии.

Во втором параграфе – «Церковно-государственные отношения в Московском государстве. Положение Православной Церкви на Руси к XVII веку» – анализируются причины формирования идеи исключительности и вселенности русского православия. Исследование источников показывает, что, принимая христианство от греческой Церкви, Русь восприняла и идеи о долге монарха хранить православие и защищать церковный порядок и чистоту РГАДА. Ф. 27. Оп. 1. Д. 140. Л. 891.

ЗОРСА. – Т. 2. – СПб, 1862. – С. 767.

веры. Принятие патриаршего достоинства завершило институционализацию в России византийской государственной модели. Идея об исключительности русского православия и стремление стать всехристианским центром приводили к требованию унификации обрядов с церковными установлениями Восточных Церквей. Одновременно мы видим скептическое отношение к греческому православию, что проявилось в знаменитом «споре о вере» А. Суханова в 1649 г.

Третий параграф – «Взгляды царя Алексея Михайловича на церковногосударственные отношения» – характеризует политические взгляды типичного средневекового монарха по отношению к Церкви. При Алексее Михайловиче почитание царской династии усилилось и приобрело новые черты. Вся его политика в различных областях государственно-политической и общественной жизни была направлена на укрепление институтов самодержавия. Во II половине XVII века происходит включение преступлений против церкви в государственную юрисдикцию, создается Монастырский приказ для управления церковными землями и принятия решений по вопросам церковного суда. Понятие идеального монарха наполнилось новым содержанием, на первый план вышли такие характеристики, как «хранитель православной веры, защитник Церкви Божией». Отметим, что к середине XVII в. окончательно сформировался образ, «чин» идеального православного монарха, присущий допетровской Руси. Он представлял собой правителя чинного, кроткого, благообразного, милосердного, Богобоязненного, «тишайшего».В четвертом параграфе – «Государственная политика по отношению к Русской Православной Церкви в положениях Соборного Уложения 1649 г.» – указывается, что новое понимание идеи служения Богу через службу царю на законодательном уровне оформило Соборное Уложение 1649 г., где люди на государственной службе рассматривались как выполняющие «дело государево». При этом считалось, что они, играя свою служебную и социальную роль, берут на себя часть функций самого царя.59 Анализ документов показывает, что нормы Соборного Уложения создавали правовое основание для окончательного оформления российского самодержавия, определяли отныне состав государственных преступлений.60 Стратегической составляющей политики русского правительства было стремление подчинить церковное руководство системе государственной централизации.61 Введение Монастырского приказа, являвшегося государственным учреждением с функцией высшего судебного органа по гражданским и наиболее важным уголовным делам для монастырей, монастырских людей и церковной иерархии, за исключени Талина Г.В. Выбор пути: русское самодержавие второй половины XVII – первой четверти XVIII века / Г.В. Талина. – М.: Русскiй мiръ, 2010. – С. 53.

РГАДА. Ф. 27. Оп. 1, Д. 140., л. 717.

РГАДА. Ф. 27. Оп. 1, Д. 140., л. 712 об.

РГАДА. Ф. 27. Оп. 1, Д. 140., л. 868.

ем патриарха и его вотчины, напрямую свидетельствовало об утрате Церковью финансовой и судебной независимости.

Вторая глава – «Взаимоотношения Русской Православной Церкви и светской власти в годы правления царя Алексея Михайловича» – посвящена проблемам взаимоотношений представителей высшей церковной власти с носителем высшей государственной власти – православным монархом. Представление о богоданности власти и ответственности царской власти перед Богом все чаще входит в противоречие с необходимостью принятия тех или иных политических решений.

В первом параграфе – «Алексей Михайлович и патриарх Иосиф: проблемы взаимоотношений» – проводится анализ событий патриаршества Иосифа, деятельности участников кружка «боголюбцев» – ревнителей древнего благочестия, анализируется отношение к новому общественно-церковному движению со стороны патриарха и царя. Ревнители пытались придать новый импульс религиозно-нравственной жизни, пропустить через призму веры все сферы жизни: личной, общественной, культурной, деловой. Примером такого обновления может служить появление публичной церковной проповеди, а также личный пример кружковцев в делах благочестия.62 С разных сторон раздаются голоса как духовенства, так и мирян, требующие от епископата перемен в обрядовой и канонической жизни Церкви, усиление нравственности духовенства и запрет многогласия, приближение на деле к идеалам христианства.63 Так, впервые на Руси, на свадьбе Алексея Михайловича и Марии Милославской был изменен древний обычай – празднование прошло без «игр», т.е. без скоморохов, вместо выступления которых звучали церковные песнопения.

Требования реформирования церковных обрядов и книг со стороны кружковцев протопопов Аввакума, Стефана, Иоанна, архимандрита Никона и др. приходили в противоречия ввиду сложности определения образцовых обрядов, книг, уставов, отсутствия собственных образованных кадров и опасения приглашать киевских ученых из-за их возможного «латинства».

Справщики иеромонах Иосиф Наседка, протопоп Черниговского собора Михаил Рогов и другие менее известные лица смогли начать печатание книг, новоисправленных как при помощи греческих, так и старославянских текстов.

Стремясь к ускоренному решению вопроса, в дело реформирования начинает активно вмешиваться государственная власть в лице Алексея Михайловича. Он издает указы, регламентирующие внутрицерковную жизнь: о единогласии, о благочинии (1649 г.), поддерживает кружок ревнителей древнего благочестия, назначает его участников на церковные иерархические РГАДА Ф. 210. Белгородский стол. Д. 270. Л. 609–612; Д. 288. Л. 82–88; Ф. 210. Книги Приказного стола Д. 5. Л. 141–146.

Зеньковский С.А. Русское старообрядчество: духовные движения XVII в. / С.А. Зеньковский. – М., 2009. – С. 93.

должности, ярким примером чего может служить церковная карьера Никона, за короткое время поднявшегося от игумена до патриарха.

Второй параграф – «Алексей Михайлович и патриарх Никон, церковная смута 1658–1666 годов» – посвящен событиям патриаршества Никона, его участию в государственных и церковных делах, личным отношениям с Алексеем Михайловичем, его богословским взглядам на симфонию царской и патриаршей власти. Среди причин, приведших к возвышению и отставке Никона, определяется степень участия государственной власти в лице Алексея Михайловича. Уточняется необходимость церковной реформы и анализируются методы ее проведения. Патриарх Никон основывался на постулате самостоятельности Церкви от вмешательства светской власти.64 Для него были неприемлемы идеи государственной централизации и попытки секуляризации. Принципы симфонии двух ветвей власти – светской и духовной –Никон определял как систему внешнего двуединства при внутренней самостоятельности каждой.

Этим объясняется борьба патриарха с давлением со стороны государства, в частности, с положениями Соборного Уложения 1649 г.В третьем параграфе – «Алексей Михайлович и патриархи Иоасаф II и Питирим: вопросы церковно-государственного сотрудничества» – анализируются события Большого Московского собора 1666–1667 гг. с точки зрения взаимоотношений государственной и церковной власти. Дается оценка борьбы государственных карательных органов в противоборстве со сторонниками старого обряда, анализируются факты влияния патриархов на политическую жизнь государства. Соборным решением 1666 г. давалось определение границ юрисдикции царя в отношении Церкви, ее патриарха и всего епископата. Данная формула отразила византийскую модель государственноцерковных отношений, при которых «василевсы» являлись, по сути, правителями Церкви. Эти правила вызвали неожиданный поворот в развитии теории власти в России. Указанные формулировки открыли новую страницу в истории взаимоотношений государственной и церковных властей. Институт патриаршества после указанных решений некоторое время продолжал оставаться влиятельным органом, проявлявшим значимость в возможности определять решение государственных дел.66 Продолжала сохраняться пышность форм внешних, видимых элементов официальных взаимоотношений царя и патриарха.67 За период с конца 1660-го по 1680 гг. сохранилось шесть расходных книг, куда записывались патриаршие благословения иконами. РГАДА Ф. 27. Д. 14. Л. 2–1039.

РГАДА. Ф. 27. Оп. 1, Д. 140., лл. 868–910.

РГАДА Ф. 235. Оп. 1. Д. 28. Л. 23, 38 об.; Оп. 2. Д. 28 Л. 6–6 об., Д. 70. Л. 21 об.; Д. 85. Л. 21, 39, 43, 55 об., - 56, 59; Ф. 235, Оп. 2. Д. 38. Л. 23 об.; Ф. 236. Оп. 1. Д. 42. лл. 72, 96; Ф. 396. Оп. 2. Д.

1171. Л. 347.; РГИА Ф. 1088. Оп. 3 Д. 16. Л. 1 об. – 5 об.

РГАДА Ф. 236. Оп.1. Д. 4, 28, 43, 70, 85; Оп. 2. Д.1171.

Расходная книга домовых образов 1665/66 – 1666/67 гг. – РГАДА Ф. 236. Оп.1. № 43; Расходная книга домовых образов 1670/71 гг. – РГАДА Ф. 236. Оп.1. № 70; Расходная книга образам 1674/75 гг.

– РГАДА Ф. 236. Оп.1. № 85; Расходная книга образам 1675/76 гг. – РГАДА Ф. 236. Оп.1. № 28; Приходная книга патриаршим деньгам и вещам 1680/81 гг. - РГАДА Ф. 236. Оп.1. № 4.

Кроме этого, патриархи Иоасаф, Питирим и Иоаким оказывали знаки индивидуальной милости.69 Например, боярин Я.Н. Одоевский являлся 25 ноября 1671 г. к патриарху Иоасафу II для свидетельствования духовной своей матери;70 а стольник П.П. Зиновьев – для свидетельствования раздела имущества.71 Кроме решения личных дел для влиятельных бояр «испрашивание благословения» было неким символом приближенности к верхушке власти.

Среди этих придворных упоминаются: боярин Б.М. Хитрово,72 Милославские,73 Одоевские,74 Долгорукие.Третья глава – «Взаимодействие Русской Православной Церкви и светской власти в период идейного кризиса Московского царства» – анализирует изменения в системе государственно-церковных отношений и причины, приведшие к упразднению института патриаршества. Политика Феодора Алексеевича (1676–1682) в области церковных проблем была направлена на борьбу с раскольниками, ограничение попытавшейся было вновь добиться экономической независимости Церкви, на усиление влияния государственных интересов в церковной сфере, христианизацию подданных на окраинах страны.76 Следует упомянуть, что применение административных наказаний в деле старообрядчества с самого начала приводило к обратному результату. Еще в 50-х гг. XVII века в наказании протопопов народ видел «гонение за правду и веру истинную». Это убеждение подогревали в своих проповедях и письменных произведениях сами идеологи старообрядчества. Многие их последователи видели в этом еще один признак пришествия Антихриста и наступления «последних времен». В частности, «стояние за старую веру» Соловков оказало впоследствии огромное влияние на всю историю старообрядчества, сохранилось немало сказаний и песен об этом событии, спасшиеся при разгроме монастыря иноки разошлись по России, организовывая новые очаги религиозного сопротивления. Впоследствии особенно благодатной оказалась почва на русском Севере, произошла радикализация беломорских областей.

В последней четверти XVII в. в условиях протекания активных процессов европеизации России обнажились различия в мировоззренческих позициях государства и Церкви. Обострился вопрос о границах модерниРГАДА Ф. 396. Оп. 2. № 1171. Л. 10 23 об.

РГИА Ф. 1088. Оп. 3 № 16. Л. 1 об. – 5 об.

РГАДА Ф. 236. Оп. 1. № 42. Л. 77 об.

РГАДА Ф. 235, Оп. 2. № 70. Л. 37; № 85. Л. 40, 42 об. 44 об. – 45, 52. 53 об., 55; Ф 236. Оп. 1.

№ 43. Л. 150.

РГАДА Ф. 235. Оп. 2. № 38. Л. 23 об,; № 70. Л. 11, 12 об., 37 об., 83; № 85. Л. 36 об.; Ф. 235.

Оп. 2. № 28 Л. 6-6 об., № 85. Л. 43, 59; Ф. 236. Оп. 1. № 42. Л. 72.

РГАДА Ф. 235. Оп. 2. № 70. Л. 21 об.; № 85. Л. 21,39, 55 об., - 56; Ф. 236. Оп. 1. № 42. Л. 81 об., № 43. Л. 100 об., 137, 146, 203-204.

РГАДА Ф. 235. Оп. 2, № 70. Л. 18-18 об., 19 об., 87; Оп. 1. № 28. Л. 23; Оп. 2. № 85. Л. 7-7 об., 19 об., 21 об., 31, 41.

Архив СПбИИ РАН. Кол. 40. Оп. 1. Д. 56. Письмо 3 124. Л. 1 об.

зации, о рамках допущения западничества в жизнь и обиход Московского государства.

В первом параграфе – «Феодор Алексеевич и патриарх Иоаким. Усиление церковной оппозиции» – рассматриваются тенденции изменения взаимоотношений между государственной и церковной властью при Феодоре Алексеевиче. Анализируется формирование его взглядов и степень участия в усиливающемся влиянии государственных интересов в церковной сфере.77 Временной попыткой уменьшения зависимости Церкви от государства является закрытие Монастырского приказа в 1675 г. Противоречивость отношений государственной и церковных властей проявляется в отказе Церкви увеличить число епархий, но в поддержке инициативы отмены местничества. Результаты собора 1682 года видятся нам противоречивыми. С одной стороны, тактические, сиюминутные задачи собор решил с пользой для русского епископата, который сохранил существующие на тот период привилегии и даже вернул ранее потерянные. Противостоял собор осуществлению попыток вмешательства государственной власти в церковное управление. Однако была упущена возможность разумно усилить высшее церковное руководство путем хиротонии новых, образованных и способных в сложившихся исторических условиях отстаивать церковную независимость и собственное мнение епархиальных архиереев.

В последние годы правления Феодора Алексеевича конфликт между ним и патриархом усугублялся, примером полного неприятия царского мнения и противостояния ему стали события с разрешением от клятв, восстановления в сане и обстоятельства погребения патриарха Никона, умершего в ссылке.

Одним из свидетельств европеизации русского общества в правление Феодора Алексеевича и изменения устоявшихся ценностей становятся предпосылки создания системы общественного призрения. Идея оказания помощи социально незащищенным категориям граждан поддерживается частичным финансированием со стороны Церкви. К этому же периоду относятся попытки создания в стране постоянных учебных заведений.

Во втором параграфе – «Изменения в системе государственноцерковных отношений в последней четверти XVII в.» – анализируются причины, приведшие к упразднению института патриаршества. Еще патриарх Иоаким оказался бессилен перед выработкой новых принципов, способных принять и сочетать с национальными религиозными традициями стремление России к европеизации. Аналогичную политику проводил последний досинодальный патриарх Адриан. Он говорил о наступающем некоем идеологическом переломе, однако, предвидя грядущие перемены, противопоставлял этому лишь перефразированную концепцию, предложенную в свое время патриархом Никоном.

ГИМ. Отдел письменных источников. Собр. Уварова. Оп. 2. Картон 41. Л. 14–15.

В лице своего предстоятеля Церковь высказывала негативное отношение к падению нравственности, к увлечению иностранными обычаями и учениями, но не могла совместить модернизацию, распространение европейского опыта в военном деле, в промышленности, в экономике, в административном управлении с мировоззренческой позицией православия.

В заключении подводятся итоги исследования, делаются теоретические выводы и обобщения. Период XVII в. характеризуется повсеместным усилением государственного начала. В России развивались процессы, характерные для всей Европы. Государство делало успешные попытки поставить под свой исключительный контроль сферу духовной власти, примером чего было принятие Соборного Уложения 1649 г. Усиление роли личности в идее монаршей власти не только трансформировало исконную идею богоданности царской власти и ответственности царя перед Богом, но и способствовало тому, что светская власть для реализации поставленных задач прибегает к внешним авторитетам: восточным патриархам, «латинствующей» партии, а в конце XVII века и к протестантским идеям.

Изменения государственной модели базировались на глубинных процессах, происходивших в сознании и мировоззрении общества, или, по крайней мере, у высших его слоев, осуществлявших политику государства. Рационалистические идеи начали проникать с Запада, но они не имели почвы на Руси, не имели системы и в итоге не привели к трансформации представлений о происхождении и сущности монархической власти.

На протяжении II половины XVII в. наблюдается конфликт между высшими носителями светской и церковной власти, государство все более расходится с Церковью в трактовке вопросов как нравственного порядка, так и стратегического планирования перспективы развития России. Наиболее остро этот конфликт проявился между Алексеем Михайловичем и патриархом Никоном. Необходимость реформирования церковной жизни и обрядов была определена как внутренними (что подтверждает возникновение и деятельность кружка ревнителей древнего благочестия), так и внешнеполитическими задачами государственной власти.

Несмотря на временные уступки со стороны государства, например, в виде постановления Собора 1666–1667 гг. о разграничении обязанностей царской и церковной власти, государство продолжало наступление на независимость Церкви. Образовавшийся разрыв между светской и духовной властью усиливала европеизация страны, начавшаяся в конце правления Алексея Михайловича и набиравшая силу при его наследниках. С одной стороны, этот процесс проявился во все более светском характере образования, с другой – в попытках ограничения экономической независимости Церкви и придания ей характера некоего государственного идеологического органа, на который возлагалась социальная роль, например, при создании богаделен и домов призрения.

В общественном сознании все чаще представления о Боге становились имманентными, происходило его отождествление с природой, мировым пространством и т.д. На этот период приходится острое столкновение науки и философии с религиозным мировоззрением. Изменения в мировоззрении неизбежно привели к трансформации представлений о сущности и источниках монаршей власти. Границы проявлений личной воли монарха расширялись, божественный источник царской власти забывался, власть представлялась следствием общественного договора.

Проблемы взаимоотношений Русской Православной Церкви и государственной власти в России актуальны и в настоящее время, когда необходимо ответить на вопросы о месте Церкви в жизни как общества в целом, так и отдельных его представителей. Крайне опасно и неразумно пытаться превратить живой церковный организм в некую идеологическую машину, необходимую лишь для воспитания социально адаптированных и полезных обществу индивидуумов. В XXI веке как никогда актуально стоит задача определить структуру взаимопроникновения государственных и церковных институтов в деле образования, культуры и социального служения.

Основные положения диссертации нашли отражение в следующих публикациях автора:

Монография (в соавторстве):

1. Славянский мир: мифы и реальность [Текст] : монография / Г.А. Быковская, А.Н. Злобин, В.Д. Черных [и др.]. – Воронеж, 2011. – 181 с. (авторское участие – 1 п.л.) Статьи в журналах, входящих в перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий ВАК Министерства образования и науки РФ:

2. Черных В.Д. Проблемы взаимоотношений государства и Церкви: историография церковного раскола XVII в. [Текст] / В.Д. Черных, Г.А. Быковская, А.Н. Злобин // Известия Самарского научного центра Российской академии наук. – Самара : Изд-во Самарского научного центра РАН, 2011. – С. 198–202.

3. Черных В.Д. Государственная политика по отношению к Русской Православной Церкви в положениях Соборного Уложения 1649 г. [Текст] / В.Д. Черных // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. – Тамбов : Грамота, 2011. – №5 (11). – Ч. IV. – С. 210–213.

4. Черных В.Д. Особенности взаимоотношений Русской Православной Церкви и государственной власти в период идейного кризиса Московского царства [Текст] / В.Д. Черных // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. – Тамбов : Грамота, 2011. – № 5. – Ч. IV. – С. 215–217.

Статьи, опубликованные в других научных изданиях:

5. Черных В.Д. История никонианства. К постановке проблемы [Текст] / В.Д. Черных // Материалы XLVIII отчетной научной конференции за 2009 г. Ч. 3. – Воронеж, 2010. – С. 127.

6. Черных В.Д. К вопросу о взаимоотношениях Церкви и государства в XVII веке [Текст] / В.Д. Черных // Духовная жизнь общества и человека: история и современность : международ. сб. науч. тр. – Воронеж, 2010. – Вып. 2.

– С. 400–404.

7. Черных В.Д. Взаимоотношения государства и Церкви в XVII в. Историографический аспект [Текст] / В.Д. Черных // Науч. тр. международ. науч.-практ. конф. ученых МАДИ (ГТУ), РГАУ-МСХА, ЛНАУ. 20–21 января 2011 года. Т. 4. История. – Москва-Луганск : Издательство МАДИ (ГТУ), РГАУ-МСХА, ЛНАУ, 2011. – С. 14–19.

8. Черных В.Д. К вопросу взаимоотношений Русской Православной Церкви и государственной власти во второй половине XVII века. История и современность / В.Д. Черных // Православие, наука и образование: история и перспективы : материалы Всероссийской научно-практической конференции – форума. – Воронеж: ФГОУ ВПО «Воронежский ГАУ», 2011. – С. 220–225.

9. Черных В.Д. Важнейшие направления деятельности патриарха Никона как государственного и церковного деятеля [Текст] / В.Д. Черных // Православные страны Восточной Европы: из прошлого в будущее : материалы международной научно-практической конференции. – Воронеж, 2011. – С. 212–213.

10. Черных В.Д. Исторические перспективы развития взаимоотношений государства и Русской Православной Церкви [Текст] / В.Д. Черных // Материалы XLIX отчетн. науч. конференции за 2010 г. – Ч. 3. – Воронеж, 2011. – С. 25.

11. Черных В.Д. Взаимоотношения государства и Русской Православной Церкви в современном обществе [Текст] / В.Д. Черных // Материалы L отчетн. науч. конференции за 2011 г. – Ч. 3. – Воронеж, 2012. – С. 26.

Научное издание ЧЕРНЫХ Владимир Дмитриевич ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ И ИСТОРИКО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ И ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ В РОССИИ ВО II ПОЛОВИНЕ XVII ВЕКА Специальность 07.00.02 – Отечественная история Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук Подписано в печать 11.04.2012. Формат 6084/16. Печать трафаретная.

Гарнитура «Таймс». Усл. печ. л. 1,43. Уч.-изд. л. 1,33. Заказ 102. Тираж 100 экз.

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Воронежский государственный педагогический университет» Отпечатано в типографии университета.

394043, г. Воронеж, ул. Ленина, 86.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.