WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Степаненко Дарья Владимировна

Погребальный обряд ирменской и позднеирменской культур: опыт многомерного статистического анализа

Специальность 07.00.06 – археология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Новосибирск – 2012

Работа выполнена в отделе археологии палеометалла Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института археологии и этнографии Сибирского отделения Российской академии наук (ИАЭТ СО РАН)

Научный руководитель академик РАН, доктор исторических наук, профессор Молодин Вячеслав Иванович.

Официальные оппоненты:

Бобров Владимир Васильевич, доктор исторических наук, профессор, заместитель директора по научной работе Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института экологии человека Сибирского отделения Российской академии наук

Труфанов Александр Яковлевич, кандидат исторических наук, директор муниципального автономного учреждения Сургутского района «Историко-культурный научно-производственный центр «Барсова Гора»

Ведущая организация:

ФГБОУ ВПО Новосибирский государственный педагогический университет.

Защита состоится «24» декабря 2012 г. в 13.00 часов на заседании диссертационного совета Д 003.006.01 по защите диссертаций на соискание учёной степени доктора наук при Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институте археологии и этнографии Сибирского отделения Российской академии наук (ИАЭТ СО РАН) по адресу: 630090,  г. Новосибирск, проспект академика Лаврентьева, 17.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ИАЭТ СО РАН

Автореферат разослан «__»_________ 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор исторических наук  С.В.Маркин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы. Прошло более 55 лет с момента выделения Н. Л. Членовой ирменской культуры как феномена эпохи поздней бронзы Западной Сибири. С тех пор накоплен большой массив источников, изданы работы, посвященные генезису культуры, хозяйственной деятельности, анализу керамического комплекса, внешним связям и другим проблемам. Данная культура является, на сегодняшний день, одной из наиболее изученных и выразительных. Археологами полностью или частично исследовано большое число поселенческих и погребальных памятников ирменской культуры. Итогом этих работ стали монографии М. П. Грязнова «История древних племен Верхней Оби по раскопкам близ с. Большая Речка» (1956), В. И. Матющенко «Еловский археологический комплекс. Комплексы ирмени и раннего железного века» (2006); В. И. Молодина «Бараба в эпоху бронзы» (1985), В. В. Боброва, Т. А. Чикишевой и Ю. И. Михайлова «Могильник эпохи поздней бронзы Журавлево-4» (1993), А. В. Матвеева «Ирменская культура в лесостепном Приобье» (1993), Н. Л. Членовой «Памятники конца эпохи бронзы в Западной Сибири» (1994), а также целый ряд обобщающих работ разных авторов [Бобров и др., 2004; Ковалевский, 2011; Папин, Грушин, 2004; Полеводов, 2008 и др.]. Вместе с тем многие вопросы, связанные с происхождением, спецификой развития, особенностями локальных вариантов культуры остаются дискуссионными. На обширной территории ее существования открыто и раскопано большое количество могильников, однако, несмотря на достаточно высокую степень изученности проблемы погребального обряда по регионам, обобщающей работы, посвященной анализу погребальной практики ирменской культуры во всем ее ареале, до сих пор не существует.

Значительный интерес представляет позднеирменская культура, которая является результатом развития собственно ирменской культуры и демонстрирует начало перехода от бронзового века к железному. На сегодняшний момент известно небольшое число погребальных памятников данной культуры, однако имеющиеся материалы позволяют проследить эволюцию черт погребальной практики, что даёт, в дальнейшем, возможность построения широкого круга археологических реконструкций.

Количество исследованных памятников и погребений ирменской и позднеирменской культур позволяет выходить на новый уровень анализа этих материалов, прежде всего, за счёт привлечения методов естественных и точных наук, которые дают возможность эффективно работать с массовым источником. Не менее важным является применение единой методики для анализа погребального обряда, что даёт возможность представить особенности как погребальной практики в целом, так и ее частных вариантов. В связи с этим избранная тема представляется весьма актуальной. Иными словами, актуальность определяется в первую очередь необходимостью исследования всех имеющихся материалов на качественно новом уровне, для определения ее культурных и локальных особенностей, а также дальнейшей корреляции полученных результатов с материалами поселений.

Исходя из этого, целью работы является: определение и характеристика территориальной специфики погребальных памятников ирменской культуры в разных регионах на основе многомерного статистического анализа признаков погребального обряда во всем ее ареале.

Для реализации поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

1) создать максимально полный свод источников по погребальным комплексам ирменской культуры;

2) детально проанализировать погребальный обряд, применяя логико-вероятностный подход и формализовано-статистические методы;

3) выявить общекультурные и территориальные черты в погребальной практике ирменской культуры;

4) охарактеризовать типы погребального обряда ирменской культуры;

5) вычленить погребения позднеирменской культуры из массива собственно ирменских погребальных комплексов и выделить отличительные черты погребального обряда.

Объектом исследования является погребальный обряд ирменской и позднеирменской культур. Предметом – погребальные комплексы в виде остатков поминальных тризн, могильных сооружений, останков погребённых, сопроводительного инвентаря, а также других предметов материальной и духовной культуры.

Территориальные и хронологические рамки. Территория исследования включает часть Омского Прииртышья, Барабинскую лесостепь, Верхнее Приобье и Кузнецкую котловину, что обуславливается рамками распространения погребальных памятников ирменской культуры. Западная граница проходит по р. Иртыш (могильник Калачёвка-II), восточная – памятники Ачинско-Мариинской лесостепи; северная – зона предтаёжного Приобья (Иштанский могильник является самым северным) и южная граница проходит в пределах Бийского Приобья (наиболее южным некрополем ирменской культуры является могильник Суртайка). Хронологически, исследование охватывает период: XIV – первая половина X вв. до н.э. – время существования ирменской культуры и вторая половина X–VIII вв. до н. э. – этап бытования позднеирменской культуры (последние данные радиоуглеродного датирования) [Молодин, Парцингер, Кривоногов и др., 2009, с. 66–72].

Источниковую базу исследования составляет обширный круг материалов, накопленных экспедициями под руководством Боброва В. В., Васютина А. С., Горяева В. С., Грязнова М. П., Заха В. А., Илюшина А. М., Кирюшина Ю. Ф., Мартынова А. И., Матющенко В. И., Молодина В. И., Михайлова Ю. И., Мыльниковой Л. Н., Сергеева С. М., Сидорова Е. А., Троицкой Т. Н., Труфанова А. Я., Уманского А. П., Членовой Н. Л., Шамшина А. Б. и другими.

Всего на сегодняшний день известно 1083 погребения ирменской и позднеирменской культур. Автором в работе исследовались материалы 1020 формализовано описанных захоронений, происходящих из 52 памятников, 947 из которых относят к ирменской культуре и 73 к позднеирменской.

В первую группу источников входят полностью или частично опубликованные материалы 37 могильников: Калачёвка-2, Преображенка-3, Кама-1, Ближние Елбаны – IV, Ближние Елбаны –IX, Бурмистрово-1, Еловка-II, Змеевка (Красный Яр), Иштанский могильник, Камень-1, Камышенка, Катково-2, Кротовский Елбан, Кытманово-1, Малый Гоньбинский Кордон-1/5, Мельничихин Лог-1, Милованово-1, Новотроицкие курганы, Ордынское-1г, Ордынское-1е, Плотинная-5, Староалейка-II, Телеутский взвоз – 1, Черное Озеро-1в, Журавлево-1, Журавлево-4, Заречное-1, Иваново-Родионово, Пьяново, Сапогово-1, Суртайка, Танай-7, Танай-9, Тарасово, Титово, Шабаново-1, Шабаново-4. Материалы 5 поселений: Крестьянское-9, Красный Яр-1, Мыльниково, Линево-1, а также комплекса археологических памятников переходного от бронзы к железу времени Чича-1. Второй группой источников являются неопубликованные материалы 9 могильников: Абрамово-4, Ваганово-2, Гандичевский совхоз, Красный Яр 1г, Плотинная-1, Сибирское-6, Сопка-2, Спирино-1, Танай-2.

Для описания первой группы памятников использовались источники в виде данных и сведений из монографий, статей, материалов научных конференций и семинаров. Для характеристики второй группы – музейные коллекции и полевая документация различного вида, хранящиеся в Новосибирском государственном краеведческом музее, многопрофильном музее Новосибирского государственного педагогического университета, в фондах Бийского краеведческого музея, Музея «Археология, этнография и экология Сибири» Кемеровского государственного университета и научно-исследовательском институте гуманитарных исследований при Алтайском государственном университете. Также использованы данные полевых отчётов из научно-отраслевого архива Института археологии РАН г. Москвы и Института археологии и этнографии СО РАН.

Методологической основой работы является комплексный подход (использование в работе традиционного для археологии картографического метода и методов многомерного статистического анализа). Исследование основывается на принципах историзма, системности и объективности в изучении проблем погребального обряда, который рассматривается в рамках настоящей диссертации как некая статистическая совокупность.

Сам термин «погребальный обряд», безусловно, является дискуссионным, поскольку существует множество его значений [см. например: Авдусин, 1980, с. 44; Алекшин, 1986, с. 6; Гуляев, 1993; Лебедев, 1976, с. 24; Ольховский, 1993, с. 84; Смирнов, 1997, с. 215; 2005, с. 13 и др.]. По существу концепция диссертации строится на алгоритме, предложенном В. Ф. Генингом: «В археологии под понятием погребального обряда понимаются конечные результаты деятельности по захоронению умершего и совершению различных ритуальных действий, т. е. та часть деятельности, которая осталась опредмеченной в остатках сооружений, вещах, положении скелета и т. п.» [1982, с. 143]. Соответственно обряд «фиксируется по остаткам явлений, повторяющимся с различной степенью однообразия на многих отдельных объектах» [Генинг, Борзунов, 1975, с. 43]. Именно это позволяет использовать формализованный подход и методы многомерной статистики для анализа погребального обряда. Как процесс он может быть расчленён на несколько частей (фаз): подготовка места захоронения, подготовка умершего к захоронению, погребение умершего, сопровождающий инвентарь, ритуальные остатки и завершающий этап. В свою очередь, каждая из этих фаз делится на ряд категорий.

В работе применялся картографический метод, который позволяет проанализировать локализацию погребальных памятников, а также дает возможность наглядно представить распространение признаков и их соотношение между собой. Далее использовался метод формализации данных, предложенный И. С. Каменецким [1983, 1986], метод суммарной характеристики и сравнительного анализа [Генинг, Бунятян, Пустовалов, Рычков, 1990] (подробное описание приведено в § 2.3.) и логико-вероятностный подход (попытка выявления зависимости типа погребального обряда от тех или иных признаков [Деревянко и др., 1998] (подробное описание приведено в § 2.4)). Математическая обработка осуществлена ведущим программистом ИАЭТ СО РАН Е. В. Рыбиной и доктором технических наук В. Б. Бериковым, ведущим научным сотрудником Института математики им. С. Л. Соболева СО РАН. Полученные результаты совместно адаптированы и частично опубликованы [Бериков, Степаненко, Рыбина, 2011].

Алгоритм исследовательской процедуры. Первоначально автором исследования был разработан список признаков, содержащий 16 категорий описания погребального обряда. Количество признаков в каждой совокупности варьирует в пределах от 3 до 22, общее число составляет 127. Данный список является открытым, что позволяет по мере накопления материала дополнять его. Затем на его основании было проведено описание 1020 погребений ирменской и позднеирменской культур, вся полученная информация – закодирована и занесена в сводную таблицу, в результате чего была создана компьютерная база данных. Ранее исследователи неоднократно уделяли внимание проблеме необходимости создания банков и баз данных, как в археологии в целом [Деревянко и др., 1989; Горячев, 1994, Математические…, 1995, с. 22–24; Лихтер, 1996, 1998], так и для территории Западной Сибири в частности [Рыбина, 1996; Воронин, Бородовский, 1998].

Далее в работе с имеющейся уже базой данных применялся метод суммарной характеристики и сравнительного анализа, которые позволили дать описание погребального обряда изучаемых памятников (каждого в отдельности и всей группы в целом), проанализировать вариацию каждого признака, как в границах отдельных памятников, так и в совокупности объектов всей культуры, а также установить степень сходства анализируемых могильников. Затем к полученным данным был применён логико-вероятностный подход, который позволил решить задачу выявления зависимостей между наборами признаков и территориальной принадлежностью памятников. Была предпринята попытка с помощью компьютерного инструментария (пакет прикладных программ Ластан) выявить группы признаков погребального обряда, характерных для той или иной территории. Итогом исследовательской процедуры является выделение общекультурных и территориальных черт в погребальном обряде ирменской культуры, характеристика типов погребальной практики и выявление отличий обряда захоронения в позднеирменской культуре.

Научная новизна работы состоит в том, что это первое обобщающее исследование по погребальному обряду ирменской культуры в целом. В работе представлен полный свод всех имеющихся на сегодняшний день ирменских могильников и позднеирменских погребений. Создана компьютерная база данных с формализованным описанием погребений по реляционной (табличной) модели. Впервые методы многомерного статистического анализа применены ко всему погребальному материалу ирменской культуры, а также использован логико-вероятностный подход на основе класса логических функций от разнотипных переменных для решения одной из поставленных задач, выбор которого был обусловлен спецификой исходных данных. В ареале ирменской культуры выделены две территориальные группы: юго-западная (Омское Прииртышье, Барабинская лесостепь и Барнаульское Приобье) и северо-восточная (Томское и Новосибирское Приобье и Кузнецкая котловина). Прослежено изменение соотношения андроновского и автохтонного субстрата в рамках этого культурного образования. Детально охарактеризованы типы погребального обряда: ингумация (включая парные и коллективные захоронения), вторичные погребения и кремация. Впервые подробно проанализирован погребальный обряд позднеирменской культуры.





В целом можно отметить, что представляемая работа имеет междисциплинарный характер: с одной стороны, она демонстрирует возможности применения методов математической статистики в археологии, с другой – раскрывает перед математиками дополнительные сферы приложения их методических разработок в области прикладной статистики.

Практическая значимость работы: результаты данного исследования могут быть использованы при создании обобщающих работ, посвящённых эпохе поздней бронзы Западной Сибири, справочных изданий, а также при разработке спецкурсов по археологии, истории края и методических пособий, посвящённых проблемам анализа погребального обряда.

Апробация результатов. Некоторые предварительные результаты исследования были представлены автором на студенческих (г. Барнаул, 2008 г., г. Новосибирск, 2010 г.) и научных (г. Томск, 2010, г. Новосибирск, 2010 г.) конференциях. Три статьи опубликованы в издании, рекомендуемом ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации (2009 г., 2011 г., 2012 г.). Всего по теме диссертации издано семь работ, см.: [Степаненко, 2008; 2009; 2010а; 2010б; 2012; Новиков, Степаненко, 2010; Бериков, Степаненко, Рыбина, 2011], где общий вклад соискателя составляет 5 п.л.

Структура работы: диссертация состоит их введения, трёх глав, заключения, списка использованной литературы и двух приложений, в которые вошли свод памятников, сводные таблицы, материалы суммарной характеристики и сравнительного анализа, а также диаграммы и рисунки. Нумерация таблиц и рисунков в каждом приложении внутренняя и относится только к конкретному разделу. Компьютерная база данных и результаты статистических расчетов представлены дополнительно на электронном носителе.

Положения, выносимые на защиту:

  1. Погребальный обряд ирменской культуры является в значительной степени однородным на всём её ареале и обладает стандартным набором признаков, характерных для всех локальных вариантов.
  2. Преобладающим типом погребального обряда в ирменской культуре является обряд ингумации (88%). Остальные – совершены по обряду вторичного захоронения (около 8%) и обряду трупосожжения (около 4%). Погребения, совершенные по обряду ингумации, являются типичными для всего ареала ирменской культуры. Вторичные – встречаются на территории Барабинской лесостепи и Кузнецкой котловины чаще, чем на территории Верхнего Приобья. В то время как кремация была распространена в значительной степени в Приобье и Кузнецкой котловине и практически отсутствует на территории Барабы.
  3. Данные сравнительного анализа, парные коэффициенты сходства и результаты применения логико-вероятностных методов, позволили выделить две территориальные группы в ирменском ареале: юго-западную (Омское Прииртышье, Барабинская лесостепь и Барнаульское Приобье) и северо-восточную (Томское и Новосибирское Приобье и Кузнецкая котловина).
  4. Несмотря на выделение двух больших территориальных групп, по данным многомерного статистического анализа, мы можем говорить о единой ирменской культуре (а не культурно-исторической общности), сложившейся на основе андроновского субстрата и различных автохтонных культур. Черты, характерные для андроновской культуры, в той или иной степени фиксируются на всей территории распространения ирменской культуры, но в значительно большем объёме обнаруживаются в могильниках Кузнецкой котловины и Верхнего Приобья, что, безусловно, демонстрирует сильное влияние андроновского субстрата на этих территориях при сложении ирменской культуры. В то время как для территории Барабинской лесостепи существенно заметна роль местного позднекротовского компонента, а для территории Баранульского Приобья – корчажскинской культуры. 
  5. Погребальный обряд позднеирменской культуры в значительной степени схож с погребальной практикой предшествующей ей ирменской и демонстрирует преемственность многих её черт. Однако, безусловно, появляются и новые признаки, такие как наличие захоронений на территории жилого пространства, овальная и трапециевидная форма ямы, наличие культовых ям с костями животных, рядом с погребениями людей, увеличение количества захоронений с положением умершего на спине с подогнутыми ногами головой в северо-западный сектор.

Автор выражает искреннюю благодарность научному руководителю, академику В. И Молодину за руководство и внимательное отношение на всех этапах работы. Автор глубоко признателен к.и.н. М. А. Чемякиной за поддержку и профессиональную помощь в написании диссертации, а также к.и.н. Л. Н. Мыльниковой и к.и.н. О. И. Новиковой. Автор благодарит Е. В. Рыбину и д.т.н. В. Б. Берикова за проведенные расчеты и выражает благодарность д.и.н. В. В. Боброву, к.и.н. А. С. Васютину, к.и.н. Т. В. Мжельской, к.и.н. А. В. Новикову, д.и.н. Т. Н. Троицкой, к.и.н. А. Я. Труфанову и к.и.н. А. Б. Шамшину за возможность использовать их неопубликованные материалы в своём исследовании.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность заявленной темы, определяются цель и задачи работы, ее новизна и практическая значимость, хронологические и территориальные рамки, а также методология и методы исследования.

Глава 1. Систематизация погребальных памятников ирменской и позднеирменской культур.

    1. Историографический обзор исследования ирменской культуры. В параграфе представлен очерк изучения ирменской культуры, в частности освещены проблемы, связанные с исследованием погребальных памятников, что позволило выделить три этапа в истории их аналитического осмысления.

Первый период 20-е – первая половина 50-х гг. XX в., данные хронологические границы обусловлены тем, что в это время исследователи рассматривали известные им позднебронзовые могильники и отдельные захоронения в рамках карасукской культуры, отмечая в последней различные локальные варианты. Второй период с 50-х по 90-е гг. XX в., именно тогда была выделена ирменская культура (хотя оставались исследователи, придерживающиеся мнения о принадлежности ряда изученных могильников и погребений к вариантам карасукской культуры), раскопано большое число захоронений (более 500). Полученные материалы позволили исследователям определить наиболее типичные черты погребальной практики, такие как скорченное положение на правом боку, ориентация в южный сектор с отклонениями к юго-западу и юго-востоку, наличие курганных насыпей. Отчётливо стала проявляться тенденция к выявлению локальных особенностей, характерных для различных территорий, таких как Барнаульское Приобье, Барабинская лесостепь, Кузнецкая котловина. Основной направленностью третьего периода изучения погребального обряда ирменской культуры (90-е гг. XX в – начало XXI в.) является введение новых данных в научный оборот, систематизация и обобщение накопленного материла по конкретным территориям, а также вопросы абсолютной датировки и внутренней хронологии культуры.

Несмотря на то, что процесс накопления и осмысления материалов по погребальному обряду ирменской культуры идёт уже не один десяток лет, многие вопросы по-прежнему остаются не до конца решёнными. Например, недостаточно разработанной является проблема выделения четких территориальных особенностей погребального обряда в разных регионах Западной Сибири. Традиционно выделяют четыре основных локальных варианта: для территории Кузнецкой котловины, Верхнего Приобья, Барабинской лесостепи и Омского Прииртышья. Есть и другие точки зрения, например, С. А. Ковалевский отмечает в рамках ирменской культурно-исторической общности два крупных региона: восточный (Кузнецкая котловина и Верхнее Приобье) и западный (Барабинская лесостепь и Омское Прииртышье) [Ковалевский, 2011, с. 60]. Оговоримся, что в настоящем диссертационном исследовании автор придерживается позиции о существовании в эпоху поздней бронзы единой ирменской культуры, а не культурно-исторической общности. Выделение рядом исследователей отличительных черт погребального обряда для Томского Приобья [Матющенко, 2006] и Барнаульского Приобья [Тырышкина, 2008] подтолкнуло автора работы к попытке анализа материалов не всей территории Верхнего Приобья в целом, а по нескольким регионам. Так все известные данные могильников ирменской культуры были разделены на пять групп: Омское Прииртышье, Барабинская лесостепь, Томское и Новосибирское Приобье (или южно-таежное), Барнаульское Приобье и Кузнецкая котловина. При анализе частных вариантов (вычленении схожих и отличительных черт) появляется возможность выделения более крупных территориальных объединений в ирменском ареале. С применением методов точных наук также становится вероятным получение объективной картины распределения тех или иных признаков погребального обряда, что даёт возможность проследить степень влияния различных культур на ирменское население.

    1. Могильники ирменской и позднеирменской культур (краткие сведения). В параграфе дано структурированное описание некрополей. Погребальные памятники ирменской культуры разделены по территориям местоположения на пять групп согласно логике исследования, отдельно представлены погребения позднеирменской культуры. Все могильники имеют привязку к картам расположения и своду памятников.

Для ирменской и позднеирменской культур характерно три типа погребальных комплексов: курганный могильник, грунтовый и погребения на территории жилого пространства (в значительной степени типичен для позднеирменской культуры). На сегодняшний день известно 36 курганных некрополей ирменской культуры и 10 грунтовых, что составляет 78,3% и 21,7% соответственно. В могильниках первого типа исследовано 905 погребения (89,6%), второго (грунтовые) – 103 (10,2%), на территории жилого пространства зафиксировано только две могилы (0,2%)

Наиболее исследованными на территории Кузнецкой котловины являются такие памятники, как Ваганово-II, Журавлёво-4, Заречное-1, Пьяново, Сапогово-1, Танай-7, Титово и Шабаново-1, -4; на территории Новосибирского и Томского Приобья – Милованово-1 и Еловка-II; в Барабинской лесостепи – Преображенка-3 и Чича-1; на территории Барнаульского Приобья – Камышенка и Плотинная-1. Соответственно в Кузнецкой котловине могильники изучены более полно, чем на соседних территориях. Наименее исследованными (по числу погребений) являются территории Омского Прииртышья и южно-таежного Приобья. Всего на данный момент известно 1010 погребений ирменской культуры, 535 из которых расположены на территории Кузнецкой котловины, 211 – на территории Барнаульского Приобья, 139 – в Барабинской лесостепи, 114 – на территории Томского и Новосибирского Приобья и 11 – на территории Омского Прииртышья. Относительно позднеирменской культуры на сегодняшний день можно говорить о 73 погребениях (по результатам суммарной характеристики), 38 из которых расположены под насыпями курганов, 19 – на площади грунтовых могильников и 16 – на территории жилого пространства.

Картографический анализ могильников ирменской культуры позволил, во-первых, выделить несколько районов концентрации погребальных комплексов: Кузнецкая котловина, территория Верхнего Приобья и Барабинская лесостепь. Во-вторых, отметить, что большинство памятников расположено на берегах рек, таких как Иртышь, Обь, Иня, Касьма и высоких террасах рек Омь, Чумыш, Катунь, Чик и др., либо в самих поймах. Лишь небольшое число некрополей находится вблизи озер – Танай, Воловье, Чича. Отдельно стоит сказать о памятниках расположенных на берегах Обского водохранилища, их всего четыре – Бурмистрово-1, Милованово-1, Ордынское-1е и Спирино-1.

Глава 2. Процедура исследования погребальных памятников ирменской культуры.

2.1. Основные направления в изучении погребального обряда (краткий обзор некоторых методик). В истории изучения погребального обряда можно условно выделить два направления: первое – сосредоточено на исследование структуры, семантики, интерпретации обрядности и пр.; второе – нацелено на создание способа максимально полного описания материалов погребальных комплексов (разработка списка признаков), их систематизацию и формализацию с целью применения в дальнейшем математических и статистических методов работы.

Вопросы содержания, структуры и семантики погребального обряда находят отражение в работах В. С. Ольховского [1986], В. А. Алекшина [1986], Ю.А. Смирнова [1985] и др. Второе направление в изучении погребального обряда, получило развитие в 70-е гг. XX в. Возникновение необходимости применения методов математической статистики в археологии было связано с резким количественным ростом исследуемого (археологического) материала, в том числе и на примерах погребального обряда. Данный подход нашел отражение в работах различных авторов [Каменецкий и др., 1975; Генинг, Борзунов, 1975; Каменецкий. 1983, 1986; Федоров-Давыдов 1987 и др.].

В рамках настоящей работы на массовом материале погребений ирменской и позднеирменской культур будет использоваться код для описания погребального обряда И. С. Каменецкого, который позволяет учесть максимально необходимое число признаков и методика суммарной характеристики и сравнительного анализа В. Ф. Генинга и В. А Борзунова. Благодаря применению последней становится возможным проследить распределение тех или иных признаков как в рамках одной территориальной группы, так и по всем регионам в целом, что представляется особо важным именно для памятников ирменской культуры, так как позволит выявить их территориальную специфику.

2.2. Формализованное описание данных по погребальному обряду ирменской культуры. Формализация является одним из способов подготовки данных для последующей обработки и анализа. Автором за основу был взят код описания погребального обряда, предложенный И. С. Каменецким [1983; 1986]. Далее составлен список признаков с учетом характерных черт и особенностей исследуемого материала, который содержит 16 совокупностей признаков описания погребального обряда (тип могильника; форма курганных земляных насыпей; группировка внутри кургана; сооружения в насыпи кургана; тризны под насыпями курганов; могильные сооружения (погребальные конструкции); стратиграфическое расположение погребений; форма могильной ямы; способ захоронения; количественный состав погребенных в одной могиле; поза погребенных; ориентация погребенных; половозрастной состав погребенных; ритуально-жертвенные комплексы в погребениях; снабжение погребенного инвентарем; территориальная принадлежность). Количество признаков в каждой совокупности варьирует в пределах от 3 до 22, общее число составляет 127 признаков.

Для возможности дальнейшего исследования погребального обряда ирменской культуры автором было проведено описание всех погребений в рамках разработанного списка признаков, а вся полученная информация была закодирована путём присвоения каждой совокупности и признаку цифрового обозначения (в виде римских и арабских цифр) и занесена в сводную таблицу. Таким образом, для общей систематизации имеющихся данных было предпринято формализованное описание материалов могильников, создана компьютерная база данных.

2.3. Суммарная характеристика и сравнительный анализ погребальных комплексов ирменской культуры. Суммарная характеристика является одним из простейших методов описания массовых источников. Используя метод суммарной характеристики на уровне учёта объектов и признаков, характеризующих их, можно получить количественные характеристики качественных свойств выборок и выявить эмпирические закономерности их распределения [Генинг, Бунятян и др., 1990, с. 66].

Погребальный обряд в целом как процесс может быть расчленён на несколько частей (фаз). Суммарная характеристика отражает и последовательность фиксации археологами остатков погребального обряда – от внешнего проявления памятника до деталей, выявленных в процессе его исследования. В таком случае логика представления выборки и её суммарная характеристика разворачиваются от надмогильного сооружения через погребальное сооружение к положению погребённого, составу инвентаря и фиксации различных деталей ритуала, а процесс описания обратен ходу самого процесса захоронения. Такой подход соответствует структуре погребального памятника как объекта исследования [Генинг, Бунятян и др., 1990, с. 70]. Автором за основу был взят именно этот подход. Анализ проводился по трем категориям признаков: надмогильные сооружения, погребения, останки погребенных. Составление таблиц и вычисление показателей осуществлялись с помощью средств программы Microsoft Office Excel 2003 (расчеты выполнены ведущим программистом ИАЭТ СО РАН Е. В. Рыбиной).

Далее был проведён сравнительный анализ по территориям. Общая цель данного анализа заключается в установлении степени сходства анализируемых объектов. Вначале процедура была проведена для четырёх категорий описаний надмогильных сооружений. Из полученных результатов следует, что по характеристике надмогильных сооружений погребальный обряд населения ирменской культуры в Барабинской лесостепи наиболее схож с погребальной практикой на территории Барнаульского Приобья. В то время как погребальный обряд в Кузнецкой котловине близок территории Томского и Новосибирского Приобья. Затем парные коэффициенты сходства были вычислены по остальным категориям описания погребального обряда, касающимся погребений и погребённых. На основании имеющихся данных можно утверждать, что по характеристике погребений и останков погребённых, погребальный обряд ирменской культуры достаточно однороден, так как коэффициенты сходства довольно высоки для всех территорий.

2.4. Анализ погребального обряда ирменской культуры с использованием логико-вероятностных методов. На втором этапе исследования решалась задача выявления зависимостей между наборами признаков и территориальной принадлежностью памятников. Была предпринята попытка с помощью компьютерного инструментария (пакет прикладных программ Ластан) выявить группы признаков погребального обряда, характерных для той или иной территории.

Задача изучения различий между двумя и более группами объектов по нескольким переменным одновременно может быть сведена к проблеме распознавания образов, которая предполагает, что каждый из исследуемых объектов принадлежит к одному из заданных классов, или образов (в нашем случае класс – это территориальная группа). Для анализа погребальных памятников ирменской культуры использовались методы построения логических решающих функций, разработанные в рамках логико-вероятностного подхода к решению задачи распознавания образов. При таком подходе распознавание осуществляется путем нахождения логических закономерностей в наблюдаемых данных. Расчёты выполнены ведущим научным сотрудником Института математики им. С. Л. Соболева СО РАН, д.т.н. В. Б. Бериковым.

Результаты применения логико-вероятностного подхода очень наглядно демонстрируют однородность погребального обряда ирменской культуры на всём её ареале. Одна из закономерностей подтвердила, что наиболее характерными чертами погребальной практики данной культуры являются курганный тип могильника, расположение погребений на уровне погребенной почвы и ориентация умершего головой в юго-западный сектор.

Не менее значимым является сходство погребального обряда на разных территориях. Так, ряд закономерностей показывает, что погребальный обряд на территории Барабинской лесостепи обладает большим числом близких черт с погребальной практикой на территории Барнаульского Приобья. Еще несколько закономерностей демонстрируют близость погребального обряда населения ирменской культуры южно-таежного Приобья и Кузнецкой котловины.

В результате процедуры исследования материалов погребальных памятников удалось установить, что погребальный обряд ирменской культуры является в значительной степени однородным и единообразным на всем ареале, а также отметить сходство некоторых черт погребальной практики по регионам. Дальнейший анализ полученных результатов проведен в третьей главе.

Глава 3. Характеристика погребального обряда ирменской культуры.

3.1. Общекультурные черты погребального обряда. Эпоха поздней бронзы, и, в частности, ирменская культура, является одним из наиболее изученных этапов древней истории Западной Сибири. Количество накопленных данных дало возможность впервые применить методы многомерного статистического анализа ко всем материалам погребальных комплексов, в результате чего была получена обширная база различных показателей по всем категориям описания погребального обряда. Систематизация и детальный анализ позволили уточнить и более детально охарактеризовать ряд положений в существующей интерпретации погребальной практики ирменской культуры, а также выявить общекультурные и локальные особенности. Для этого данные, полученные в результате применения многомерного статистического анализа, были всесторонне проанализированы на содержательном уровне.

3.1.1. Характеристика надмогильных сооружений. Надмогильные сооружения были зафиксированы на тридцати трёх могильниках, что составляет большую часть всех известных ирменских погребальных памятников. Из чего следует, что формирование курганных насыпей после совершения захоронения является типичным для носителей ирменской культуры. Наиболее характерной формой земляных насыпей является круглая. Доля её встречаемости составляет почти 60% от общего числа курганов. В то время как овальная форма отмечена в 39%. Наиболее характерными признаками для ирменской культуры является наличие или одного захоронения под насыпью кургана (около 45%), либо большого количества могил, расположенных рядами (около 40%). Для погребального обряда ирменской культуры характерно отсутствие могильных сооружений в насыпи кургана (67%). В остальных случаях ямы являются наиболее часто используемым способом разметки сакрального пространства под курганными насыпями (11%). Наиболее характерным для ирменской культуры является наличие остатков поминальной тризны под насыпями курганов в виде костей животных, керамических сосудов (целых и во фрагментах), а также с кострищами (прокалами). Данные признаки наблюдаются в разных комбинациях. Доля их встречаемости составляет примерно 46%. Отсутствие фиксируемых остатков поминальных тризн отмечено в 126 случаях, что составляет 39% от общего количества.

3.1.2. Характеристика погребений. Из 947 анализируемых погребений 538 не содержали могильных сооружений, что составляет почти 57%. Деревянные рамы с перекрытием и без фиксируются на всех территориях распространения ирменской культуры, кроме Барабинской лесостепи. Процент их встречаемости варьируется от 9% до 30%. Типичными являются погребения, совершённые на уровне погребённой почвы, они составляют 66%. В 531 погребении могильная яма не была зафиксирована, что составляет 52%. Ещё в 389 погребениях (38%) обнаружена прямоугольная могильная яма. Таким образом, мы видим, что наиболее характерным является либо отсутствие могильной ямы, либо её прямоугольная форма. Наиболее типичным способом захоронения в ирменской культуре является ингумация. Подавляющее большинство погребений (83%) совершены подобным образом. Помещение только одного умершего в могильную яму является общекультурной чертой погребального обряда. Из 947 исследуемых погребений 867 – это захоронения с одним индивидом, что составляет 91,5%. В большей степени характерно отсутствие ритуально-жертвенных комплексов в погребениях (78%).

3.1.3. Характеристика останков погребённых и сопроводительного инвентаря. Подавляющее большинство умерших в ирменских погребениях захоронены скорченно на правом боку, подобная поза была зафиксирована в 620 случаях, что составляет около 65,5%. Наиболее характерной ориентацией по сторонам света для погребального обряда ирменской культуры является ориентация умерших головой в юго-западный сектор. В 411 погребениях зафиксирована такая ситуация, что составляет 40% от общего числа. Ещё в 19% случаев погребённый лежал головой строго на юг. Количество погребений с ориентацией умерших головой в юго-восточный сектор невелико (71 случай), но всё же является характерным для всего ареала данной культуры. Отсутствие сопроводительного инвентаря в погребении является достаточно устойчивой чертой погребального обряда ирменской культуры. В 32% могил никаких вещей зафиксировано не было. Самым распространенным видом инвентаря является, конечно, керамика. Сосуды были обнаружены в 463 могилах, из них в 229 (22,5%) – другой инвентарь отсутствовал. Следующие по встречаемости являются погребения, где зафиксированы керамические сосуды и украшения (17%) или только украшения (15%). Всего украшения найдены в 410 погребениях, в различных комбинациях. Орудия труда были обнаружены в 112 захоронениях, в 23 из них другого инвентаря отмечено не было, что составляет чуть больше 2% от общего числа погребений.

3.2. Локальные особенности погребального обряда. 3.2.1. Особенности погребального обряда на территории Барабинской лесостепи. К локальной культурной специфике погребального обряда населения ирменской культуры Барабинской лесостепи, в первую очередь, можно отнести канавки, как способ разметки сакральной площади кургана, а также канавки в сочетании с ямами. Характерной чертой для данного региона является наличие остатков поминальных тризн в насыпи курганов с костями животных, керамическими сосудами и кострищами или прокалами. Внутри данной территории этот признак фиксируется в 28 % случаев. Исходя из распределения по всему ареалу, на Барабинскую лесостепь приходится 77 %, что, безусловно, маркирует его как локальную черту погребального обряда.

Типичным признаком погребального обряда является расположение погребений в насыпи кургана, 87 погребений из 153 совершены подобным образом. 60 % захоронений, расположенных в насыпи кургана, приходятся на территорию Барабинской лесостепи. Наличие вторичных захоронений также в значительной степени типично для Барабы, более половины погребений, совершённых по данному обряду, а именно 53%, относятся к этой территории. Коллективные захоронения в редких случаях встречаются на всем ареале ирменской культуры, но чаще фиксируется на территории Барабинской лесостепи (35% от общего количества), что также является локальной чертой.

3.2.2. Особенности погребального обряда на территории Барнаульского Приобья. Главной особенностью погребального обряда ирменской культуры на территории Барнаульского Приобья, безусловно, является наличие грунтовых могильников, таких как Ближние Елбаны-IV, Кытманово-1, Мельничихин Лог-1, Плотинная-1, Плотинная-5, Староалейка-2 и Фирсово-XIV. Всего на данного региона исследовано 105 грунтовых погребений ирменского времени. На других территориях зафиксированы лишь единичные случаи грунтовых захоронений.

Безусловно, локальной особенностью является наличие тризн под насыпями курганов, которые содержали керамические сосуды различной степени целостности и бронзовые изделия. Исходя из распределения данного признака по всем территориям, на Барнаульское Приобье приходится почти 67% таких случаев. Половина погребений, расположенных в материковом слое, находится на территории Барнаульского Приобья, что, безусловно, является локальной чертой погребального обряда, вероятно, это связано с наличием грунтовых могильников и особенностями почвы, т. к. материковый слой обычно, на данной территории, является песчаным. Также достаточно характерной является могильная яма овальной формы, 36% таких погребений приходятся на территорию Барнаульского Приобья, в 5 случаях была зафиксирована трапециевидная форма, соответственно их можно отнести к локальным особенностям.

Типичным является наличие коллективных погребений, содержащих останки трёх и более умерших. Также локальным признаком погребального обряда для данной территории является наличие ритуально-жертвенных комплексов в погребениях, содержащих кости животных, камни, а также кострища, прокалы и пр. Около 83% таких погребений расположено на территории Барнаульского Приобья. Переходя к описанию останков погребённых, надо отметить, что характерным для данной территории является расположение умершего головой на запад. Исходя из общего распределения признака по всем регионам, следует, что 71% таких погребений приходится именно на эту территорию, что, безусловно, маркирует его как локальную особенность. В равной степени, как для Барабинской лесостепи, так и для Барнаульского Приобья свойственно наличие погребений, содержащих останки умерших разного пола.

3.2.3. Особенности погребального обряда на территории Томского и Новосибирского Приобья. Говоря о характеристике надмогильных сооружений, в первую очередь, нужно отметить, что для данной территории в значительной степени характерны овальные земляные насыпи курганов (61%). В ряде случаев (на могильнике Катково-2, Красный Яр-1 и Милованово-1) в насыпях курганов были зафиксированы фрагменты деревянных сооружений. Данный признак распределяется только между территорией Новосибирского Приобья и Кузнецкой котловины (29% и 71% соответственно) и является абсолютно нехарактерным для территорий Барабы и Барнаульского Приобья. В насыпях курганов отмечены тризны, содержащие обломки камней или каменные стелы в различных сочетаниях с керамическими сосудами, костями животных, а иногда и бронзовыми предметами, такой состав поминальных тризн, безусловно, является локальной особенностью.

Кремация, как один из способов захоронения, достаточно часто фиксируется на данной территории, 32,5% от общего числа таких захоронений обнаружены в южно-таёжном Приобье. Другой локальной особенностью являются сопровождающие погребения животные, в виде целого скелета или его части, чаще всего черепа. Также к особенностям погребального обряда можно отнести расположение умершего скорченно на левом боку, около 32% погребений с такой позой погребённого приходятся на территорию Томского и Новосибирского Приобья. Погребения, в которых умерший лежал головой на восток и северо-запад, чаще всего встречаются в рассматриваемом регионе, соответственно данный признак можно определить как локальную черту. Керамические сосуды в сочетании с орудиями труда в значительной степени характерны для данной территории, 50% погребений с таким набором инвентаря расположены именно здесь.

3.2.4. Особенности погребального обряда на территории Кузнецкой котловины. Для данной территории более характерны овальные насыпи курганов, нежели округлые. Исходя из общего распределения признака по всем территориям, на Кузнецкую котловину приходится 60% случаев, что, конечно, маркирует его как локальную черту. Ещё одним отличительным признаком погребального обряда можно считать расположение погребений под насыпями курганов рядами. Эта особенность в 73% случаев зафиксирована на данной территории. Всего такое расположение погребений отмечено в 130 курганах ирменской культуры, 95 из которых расположены на территории Кузнецкой котловины. К локальным особенностям здесь относится наличие каменных оградок (кладок), остатков деревянных конструкций, в частности деревянных столбов, различные комбинации этих сооружений с ямами и рвами под насыпями курганов, а также присутствие поминальных тризн с костями животных, керамическими сосудами, камнями и сочетаниями этих признаков с кострищами или прокалами.

Могильные сооружения зафиксированы в 322 погребениях из 554. Практически в равной степени отмечено наличие деревянной рамы без перекрытия и с перекрытием (166 и 143 случая соответственно). Наличие парных захоронений также в большей степени характерно для данной территории, нежели для соседних, почти 48% парных погребений расположены в Кузнецкой котловине. Локальной особенностью погребального обряда, безусловно, является наличие ритуально-жертвенных комплексов в погребениях, содержащих камни-обелиски, фрагменты дерева, сопровождающие погребения животные в сочетании со следами присутствия огня. Ориентация погребённого головой в юго-восточный сектор зафиксирована в 37 погребениях рассматриваемого региона. Наличие сопроводительного инвентаря, состоящего только из украшений, отмечено в 122 случаях. Исходя из общего распределения данного признака по всем территориям, на Кузнецкую котловину приходится 76%, что маркирует его как локальную черту. Ещё в 101 захоронении отмечены комбинации украшений и керамического сосуда. Сочетание украшений и орудий труда также в значительно степени характерно для этой региона.

Для территории Омского Прииртышья нельзя выделить отличительные особенности погребального обряда, в связи с тем, что проанализированы материалы только двух погребальных комплексов, содержащие восемь захоронений. Из полученных данных следует, что среднестатистическое погребение ирменской культуры в этом регионе характеризуется следующими чертами. Это подкурганное, одиночное захоронение, без могильных сооружений, расположенное на уровне погребённой почвы, в котором погребенный похоронен по обряду ингумации в скорченном положении на правом боку, головой на юг (или на запад). Сопроводительный инвентарь чаще всего либо отсутствовал (37,5%), либо был представлен сосудом и бронзовыми украшениями (25%).

3.3. Половозрастной анализ погребального обряда ирменской культуры. В параграфе представлены результаты статистического анализа различных групп инвентаря в погребениях с разной половозрастной принадлежностью. Рассматриваются только три вида захоронений: мужские, женские (взрослые особи) и детские (без дробного возрастного деления). Автором анализировались материалы 947 погребений ирменской культуры, содержащие останки 1007 индивидов, из которых 867 одиночные. В парных захоронениях зафиксированы останки 78 умерших, в коллективных – 62.

В рассматриваемой выборке только для 415 погребений ирменской культуры есть половозрастные определения, что составляет 43,8 % от общего числа. Дальнейшие данные и расчеты приводятся относительно указанного количества дефиниций. Так среди одиночных захоронений: мужских – 128, женских – 130, детских – 133. Парные мужские – 4 погребения, парные женские – 2, парные детские – 2, парные разнополые – 5, в могилу помещен один взрослый и ребенок – 11. Коллективные могилы: захоронено трое мужчин – 1; четверо мужчин – 2; две женщины и один мужчина – 1; двое мужчин, одна женщина и ребенок – 1.

Половозрастной анализ также продемонстрировал высокую степень гомогенности погребального обряда ирменской культуры. В целом для всех погребений (мужских, женских и детских) являются типичными одни виды сопроводительного инвентаря: керамические сосуды, бронзовые украшения и орудия труда в различных комбинациях (изменяется только степень встречаемости, примерно от 15 до 36%). Наличие могильных сооружений также свойственно практически в равной мере для всех захоронений, от 39 до 47%. Из распределения признаков по регионам следует, что украшения встречаются чаще на территории Кузнецкой котловины и Верхнего Приобья, чем, например, в Барабинской лесостепи. Соотношение остальных видов сопроводительного инвентаря является в значительной степени однородным на всем ареале культуры.

3.4. Типы погребального обряда ирменской культуры. В параграфе детально охарактеризованы типы погребального обряда: ингумация (включая парные и коллективные захоронения), вторичные погребения и кремация. Безусловно преобладающим типом погребального обряда в ирменской культуре является обряд ингумации. Около 88% погребений захоронены подобным образом. Остальные погребения (около 12%) совершены по обряду вторичного захоронения (около 8%) и обряду трупосожжения (около 4%).

В рамках погребений, совершённых по обряду ингумации, проанализированы парные и коллективные захоронения. Всего на данный момент известно 39 парных погребений, что составляет 4 % от общего числа, 4 из них совершены по обряду вторичного захоронения и 16 – коллективных (1,7 %) три из которых также являются вторичными. Парные и коллективные захоронения встречаются на всей территории распространения ирменской культуры. Для них типичны те же признаки погребального обряда, что и для одиночных погребений, совершенных по обряду ингумации.

На данный момент известно 81 вторичное захоронение, из них 76 находилось под насыпями курганов, ещё 5 обнаружены в грунтовых могильниках. Из 44 курганов ирменской культуры 17 содержали только одно вторичное погребение под насыпью, в остальных было несколько захоронений, совершённых как по обряду ингумации, так и по обряду вторичного захоронения. Обряд кремации встречается реже всего – 39 (4%) погребений захоронены таким образом. Все могилы с трупосожжением находились под курганными насыпями (всего 36 курганов), пять из которых содержали одиночное захоронение. Погребения совершённые по обряду трупосожжения и вторичного захоронения имеют достаточно устойчивый набор признаков на всём ареале ирменской культуры и в целом не обладают серьёзными отличительными чертами от традиционных погребений, совершённых по обряду ингумации.

Проведенный анализ показал, что вторичные захоронения встречаются на территории Барабинской лесостепи и Кузнецкой котловины чаще, чем на территории Верхнего Приобья, в то время как кремация была распространена больше именно на территории Новосибирского и Томского Приобья и практически отсутствует на территории Барабы. Достаточно широкое распространение вторичных захоронений на территории Барабинской лесостепи объясняется наличием вероятно позднекротовского компонента в составе ирменской культуры. Выделение этого компонента как одного из основополагающих в формировании данной культуры было ранее сделано В. И. Молодиным [1985, с. 140]. Наличие вторичных захоронений в кротовской культуре является достаточно устойчивой чертой погребального обряда [Молодин, Гришин, 2005, с. 12–14]. Присутствие погребений, совершённых по обряду кремации, вероятно, объясняется влиянием андроновского субстрата в ирменской культуре и, как видно из полученных результатов, на территории Верхнего Приобья, данное влияние преобладало. Проблема выделения вторичных захоронений на территории Кузнецкой котловины и объяснения причин их появления пока остаётся не совсем ясной и требует дальнейшего изучения.

В результате в ирменском ареале можно выделить две территориальные группы: юго-западную (Омское Прииртышье, Барабинская лесостепь и Барнаульское Приобье) и северо-восточную (Томское и Новосибирское Приобье и Кузнецкая котловина). В границах этих групп расположено несколько ландшафтных областей: лесостепное Обь-Иртышье (преимущественно Барабинская лесостепь), Приобское плато и Кузнецкая котловина. Таким образом, наличие в ареале ирменской культуры двух территориальных групп можно объяснять разными природно-климатическими условиями регионов (север степи – с одной стороны и юг тайги – с другой). Именно разница в природно-климатических зонах могла порождать различия в культуре в целом, а соответственно и в погребальном обряде. Предположение о двух территориальных группах в ирменской культуре подтверждается и антропологическими исследованиями [Зубова, 2008; Чикишева, 2010].

3.5. Характеристика погребального обряда позднеирменской культуры: отличительные черты. В параграфе анализируются материалы всех (73) известных на сегодняшний день позднеименских погребений (в том числе данные, полученные в результате применения метода суммарной характеристики и сравнительного анализа).

В целом, если говорить о погребальном обряде позднеирменской культуры, то можно выделить следующие его черты: фиксируется три типа захоронений: на территории жилого пространства, курганные могильники, грунтовые погребения; характерно отсутствие могильных сооружений, расположение могил на уровне погребённой почвы, но с отчётливой тенденцией к увеличению числа погребений на уровне материка и в материковом слое; типично отсутствие могильной ямы; доминирующим способом захоронения, также как и в ирменской культуре, является ингумация, вторичные захоронения отмечены в двух случаях, кремация только в одном; большинство погребений одиночные, в пяти случаях были зафиксированы парные погребения и в одном – коллективное.

Из чего следует, что погребальный обряд позднеирменской культуры в значительной степени схож с погребальной практикой предшествующей ей ирменской и демонстрирует преемственность многих её черт. Однако, безусловно, появляются и новые признаки, такие как наличие захоронений на территории жилого пространства (в основном младенцев и детей), овальная и трапециевидная форма ямы, наличие культовых ям с костями животных, рядом с погребениями людей, увеличение количества захоронений с положением умершего на спине с подогнутыми ногами головой в северо-западный сектор и небольшое повышение количества безинвентарных могил. Данные черты существенно его отличают и характеризуют как весьма сложное многогранное явление, главное объяснение которому вероятно следует видеть в наличии мощных миграционных потоков в Западносибирскую лесостепь.

В заключении сформулированы основные выводы исследования. Погребальный обряд ирменской культуры исследуется с момента первых раскопок могильников данного времени. Проблема выделения общекультурных черт, а самое главное, локальных особенностей стоит достаточно остро. Данная работа была направлена на решение обозначенных проблем. Во-первых, создан максимально полный свод источников по погребальным комплексам ирменской культуры. Прослежена эволюция взглядов исследователей на проблему погребального обряда ирменской культуры от первых случайных находок и незначительных по объёму раскопок могильников, которые авторы относили к карасукской культуре, к выделению непосредственно ирменской культуры и затем к разработке общекультурных особенностей погребального обряда и его локальных вариантов.

Впервые методы многомерного статистического анализа были применены к материалам всех погребальных памятников ирменской культуры. На основе полученных данных удалось детально охарактеризовать общекультурные черты, которые отчётливо фиксируются на всех могильниках ирменской культуры, и локальные особенности для территории Барабинской лесостепи, Барнаульско-Бийского Приобья, Томского и Новосибирского Приобья и Кузнецкой котловины, в результате чего были выделены две территориальные группы в ирменском ареале: юго-западная и северо-восточная. Тем не менее, мы можем говорить о единой ирменской культуре (а не культурно-исторической общности), сложившейся на основе андроновского субстрата и различных автохтонных культур.

Впервые в данной работе были собраны и проанализированы материалы всех известных на сегодняшний день позднеирменских погребений. В основе анализа лежал список признаков, разработанный для изучения погребального обряда ирменской культуры. В результате чего были выделены черты преемственности погребальных практик и отличительные, характерные именно для погребального обряда позднеирменской культуры.

Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях (с авторским вкладом 5 п.л.)

Публикации в изданиях, рекомендуемых ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации:

  1. Степаненко Д. В. Могильник Кротовский Елбан позднеирменского времени Новосибирского Приобья // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2009. Т. 8, вып. 5: Археология и этнография. С. 138–142. (0,6 п.л.)
  2. Бериков В. Б., Степаненко Д. В., Рыбина Е. В. Характерные черты погребального обряда ирменской культуры (опыт анализа с использованием логико-вероятностных методов) // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2011. – Т. 10, вып. 5: Археология и этнография. С. 85–95. (1,2 п.л.), (авт. – 0,6 п.л.)
  3. Степаненко Д. В. Погребальный обряд позднеирменской культуры: отличительные черты // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2012. – Т. 11, вып. 3: Археология и этнография. – С. 233–238. (0,7 п.л.)

Публикации в иных научных изданиях:

  1. Степаненко Д. В. Характеристика погребально – поминального обряда ирменской культуры на территории Барабинской лесостепи // Этнокультурная история Евразии: современные исследования и опыт реконструкций: материалы XLVIII Региональной (IV Всероссийской с международным участием) археолого-этнографической студенческой конференции (Барнаул, 21-24 апреля 2008 г.). Барнаул: Азбука, 2008. С. 131–132. (0,2 п.л.)
  2. Степаненко Д. В. Погребения ирменской и позднеирменской культур с нехарактерной ориентацией погребённых // Материалы XLVIII Международной студенческой конференции «Студент и научно-технический прогресс»: Археология Евразии. Новосибирск: Новосиб. гос. университет, 2010. С. 52–53. (0,1 п.л.)
  3. Степаненко Д. В. Обряды вторичного захоронения и кремации в погребальной практике ирменской культуры // Культура как система в историческом контексте: Опыт Западносибирских археолого-этнографических совещаний. Материалы XV Международной Западносибирской археолого-этнографической конференции. Томск: Аграф-Пресс, 2010. 273–276. (0,5 п.л.)
  4. Новиков А. В., Степаненко Д. В. Камень-1 – могильник ирменской культуры в южно-таёжном Приобье // Археологические изыскания в Западной Сибири: прошлое, настоящее, будущее. Новосибирск: Изд. НГПУ, 2010. С. 39–60. (3 п.л.), (авт. – 2,3 п.л.)
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.