WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

МАКАРОВА ТАТЬЯНА АЛЬБЕРТОВНА

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ

АЛЕКСАНДРА I (европейское направление)

Специальность – 07.00.09 – историография, источниковедение,

методы исторического исследования

АВТОРЕФЕРАТ

Диссертации на соискание учёной степени

кандидата исторических наук

Волгоград 2012

Работа выполнена в Федеральном государственном автономном

образовательном учреждении высшего профессионального образования

«Волгоградский государственный университет»

Научный руководитель:                доктор исторических наук, профессор

                                       Рамазанов Сергей Павлович

Официальные оппоненты:                доктор исторических наук, профессор

                                       Ивонина Ольга Ивановна

                                       кандидат исторических наук

                                       Фомин Алексей Александрович

Ведущая организация:                Санкт-Петербургский

                                       Институт истории РАН

Защита состоится  « 20 » декабря 2012 г. в 10.00  на заседании диссертационного совета

Д 212.029.02 при ФГАОУ ВПО «Волгоградский государственный университет» по адресу: 400062, г. Волгоград, Университетский проспект, 100, ауд. 2-05В        

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке ФГАОУ ВПО «Волгоградский государственный университет» по адресу: 400062, г. Волгоград, Университетский проспект, 100.

Автореферат разослан «___» 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                                        Луночкин А.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Научная значимость и актуальность исследования. Изучение отечественной историографии европейского направления внешней политики Александра I способствует осмыслению тенденций развития исторической науки в России, уточнению этапов ее развития. Исследование предлагаемой темы представляется важным для более глубокого понимания того, как влияют изменения политических настроений в обществе и методологических ориентиров общественной мысли на интерпретацию учеными исторических явлений и процессов. Прежде всего, это исследование содействует анализу историографической ситуации в современной российской исторической науке, связанной с попытками усовершенствования или полного отказа от марксистской теории и методологии истории.

В стремлении современной России сблизиться с Европой определенный интерес представляет трактовка историками Священного союза как прообраза будущей европейской интеграции.

Изучение процесса осмысления отечественными историками внешней политики Александра I способствует более глубокому осознанию сущности и направленности самой внешней политики. Какими бы лозунгами ни прикрывалась идея присоединения, захвата новых территорий, расширения сферы влияния, это делается в интересах более сильного. То, что мы наблюдаем сегодня в мире, - вмешательство и вторжение стран западного мира под демократическими лозунгами в дела Ирака, Ирана, Афганистана, Ливии и других стран, - все это прикрытие других целей: доступа к ресурсам, ослабления чужого региона и экономики, военного присутствия, геополитического лидерства, торгового преимущества. Яркий пример тому – события в Европе первой четверти XIX столетия.

Степень изученности проблемы. Зарождение историографического анализа рассматриваемой темы  относится к 10-м годам XX века и связано с работами либеральных историков: К.А. Военского, Ю.С. Карцова1, В.П. Алексеева 2, предложивших первую периодизацию российской исторической литературы по истории Отечественной войны 1812 г. Эту литературу они делили на два этапа: «официально-легендарный» («национально-патриотический») и «период обнаружения, исследования и опубликования новых документов» («научный»). Авторы не видели различий в подходах к изучению темы между либеральной и консервативной историографией. Историки критиковали своих предшественников, которые много внимания уделяли личностному фактору, но игнорировали важное значение экономического вопроса, а внешнюю политику рассматривали и понимали именно как выражение воли руководства страны.

Советскими историками изучение внешней политики России в XIX веке до 1917 года традиционно делилось на дворянскую, либерально-буржуазную и марксистскую. Авторы систематически обращались к историографическим вопросам внешней политики России начала XIX века. Вслед за М.Н. Покровским, Е.В. Тарле3 и Л.Г. Бескровным4, В.А. Георгиевым и М.Т. Панченковой5 историки все чаще стали обращать внимание на историографические вопросы внешней политики Александра I, ставя перед собой такие задачи, как анализ дореволюционных работ А.И. Михайловского-Данилевского, М.И. Богдановича и др. (Л.Г. Бескровный), анализ трудов советских историков по внешней политике России XIX века, вышедших в 1950-1960-х гг. (В.А. Георгиев и М.Т. Панченкова).

В 1980-е годы появились обобщающие исследования по теме историографии внешней политики, в которых проводился анализ работ советских историков6. Авторы коллективного труда, посвященного итогам и задачам изучения внешней политики России, предложили свою периодизацию историографии внешней политики России первой половины XIX в., условно разделив ее на два этапа – 1930-50-е гг. и 1960-70-е гг., не объясняя, однако, причин такого разделения7.

В то же время советские историки не ставили своей целью детальное исследование дореволюционной историографии внешней политики Александра I, не предлагали периодизации работ советских историков по данному периоду, сосредоточившись на критике работ дореволюционных авторов, не выявляли принципиальных различий между консервативным и либеральным направлением, представляя себе историографическую науку начала XX в. как борьбу немарксистской и марксистской историографии.

В брошюре Б.С. Абалихина и В.А. Дунаевского «Новое в изучении истории Отечественной войны 1812 года»8, изданной в 1962-1982 гг., историки предприняли попытку анализа отечественной исторической литературы по этой теме. Исследование было продолжено и расширено в вышедшей в 1990 г. монографии «1812 год на перекрестках мнений советских историков, 1917-1987»9, посвященной анализу всей советской историографии темы, а не одному конкретному периоду. Историографический обзор по рассматриваемой теме также дан в исследованиях Л.Г. Бескровного10, П.А. Жилина11, Н.С. Киняпиной12, Л.В. Маркова13, Н.А. Троицкого14.

Таким образом, в отечественной литературе отсутствуют специальные обобщающие исследования внешней политики Александра I, а имеющиеся исторические этюды носят преимущественно прикладной и схематический характер.

В рамках коллективного труда «Очерки истории исторической науки в СССР» значимой для понимания историографической ситуации середины 1960-х гг. стала статья А.В. Фадеева «Внешняя политика России в освещении советских историков»15. В ней автор повторяет тезис И.В. Сталина о том, что, хотя царизм и выступал в качестве оплота реакции, единственной ее опорой он не был и что наряду с классовыми интересами во внешней политике России отражались и общенациональные интересы.

В коллективном труде, обобщающем опыт и достижения советской историографии внешней политики первой половины 1980-х гг., большой интерес представляет статья О.В. Орлик16, в которой даются оценки новейшим работам историков. Отмечая значимость достигнутых советской наукой успехов, историк, однако, не выделяет этапов в изучении темы в рамках советской историографии, не выявляет причин противоречий в трактовках советских историков, которые заключались в различных взглядах на роль Александра I во внешнеполитических действиях: значение и последствия Тильзитского мира, русско-шведскую войну (прогрессивное ли это явление), Отечественную войну 1812 года (планировал Александр I нападать первым на Наполеона или нет) и т.д.

Работы Б.С. Абалихина17, В.А. Дунаевского18, Н.А. Троицкого19, созданные в годы перестройки, внесли значительный вклад в исследование темы и стали первым опытом критического анализа русской дореволюционной и советской историографии «Двенадцатого года». Так, Н.А. Троицкий выступил с резкой критикой советской историографии Отечественной войны с позиций марксистского историзма, что, однако, не было характерно для историографии времен перестройки. В то же время в работе совершенно не рассматривается переходный период от дореволюционной к советской историографии, не прослеживается судьба историков этого переломного времени, упущены некоторые «неудобные» для периодизации имена, в частности, вел. кн. Николая Михайловича.

Несмотря на все достоинства исследований, авторы, чьи работы появились в годы перестройки, сохранили приверженность ряду установок марксистско-ленинской историографии.

С конца 1980-х гг. в печати разразилась горячая полемика между Н.А. Троицким с одной стороны и Б.С. Абалихиным, В.А. Дунаевским – с другой20. Это было связано с различными взглядами историков на ряд ключевых вопросов истории Отечественной войны 1812 года, в частности, на историю самого термина «Отечественная война», роль, действия и оценку М.И. Кутузова, Александра I, спорные аспекты Бородинской битвы, стратегию Наполеона в 1812 г. и др. Полемика продолжалась и в последующие годы, что мы можем видеть на примере работы Б.С. Абалихина21, содержащей историографический анализ некоторых проблем Отечественной войны, в частности, стратегии Наполеона в 1812 г., истории Бородинского сражения, контрнаступления русских войск и др., а также на примере статьи Н.А. Троицкого, посвященной вопросам новейшей историографии темы22.

В.С. Мясников23, Н.И. Приходько24, И.Р. Такала и И.М. Соломещ25, Н.П. Страхова26,

Н.А. Троицкий27, А.А. Фомин28, И.А. Шеин29 продолжили изучение отечественной историографии внешней политики России при Александре I, включая ее развитие и после 1991 года. В.М. Безотосный дал обобщенную характеристику современной российской историографии Отечественной войны 1812 года, однако, без ссылок на конкретные исследования30. Он определяет постсоветский период изучения темы как чрезвычайно плодотворный и принципиально новый в качественном отношении, так как фактически впервые для российской историографии главным стимулом исследований стало само развитие военно-исторической науки.

В своем кратком историографическом обзоре 1947-го года Е.В. Тарле отмечает: «…всякому исследователю известно, что существование даже и очень обильной историографии вопроса нисколько не является ручательством исчерпывающей научной разработки его»31. Вместе с тем, несмотря на наличие достаточного количества работ по теме исследования, отсутствует целостный труд по историографии внешней политики Александра I. Работы посвящены преимущественно историографии Отечественной войны 1812 года и отдельным аспектам внешней политики первой четверти XIX века. Проблемой является и то, что далеко не все устоявшиеся в советской историографии тезисы и оценки пересмотрены.

Цель диссертационного исследования – выявление тенденций осмысления отечественной исторической наукой европейского направления внешней политики Александра I.

Достижение этой цели предполагает решение конкретных задач:

– определить этапы изучения внешней политики Александра I;

– раскрыть трансформацию взглядов отечественных историков на внешнюю политику Александра Павловича на разных этапах развития отечественной исторической мысли;

– показать воздействие идейно-политических и теоретических взглядов историков на трактовку внешней политики России и взглядов Александра I;

– выявить влияние социально-политической ситуации в стране на трактовку отечественными историками внешней политики Александра I;

– выявить достижения историков в изучении российской внешней политики первой четверти XIX века.

Следует отметить, что в диссертационном исследовании не анализируются работы отечественных историков, изданные за рубежом, в частности, работы представителей эмиграции. Само исследование не претендует на всеохватность рассмотренных работ по заявленной теме, так как количество изданных работ, относящихся к теме, крайне велико. Также необходимо сказать, что мы не исследуем детально историографию Отечественной войны, так как эта тема крайне обширна и достаточно полно раскрыта.

Источниковую базу диссертации составляют работы, которые можно разделить на следующие группы:

1 группа – опубликованные работы историков, представленные в виде научных монографических исследований и статей, рассматривающих непосредственно внешнюю политику Александра I. Среди наиболее значимых следует назвать труды дореволюционных ученых: С.А. Жигарева, А.И. Михайловского-Данилевского, В.К. Надлера, А.Н. Попова, С.М. Соловьева, авторов коллективного труда «Отечественная война и русское общество» (1911-1912), советских историков: В.А. Дунаевского, М.Ф. Злотникова, Н.И. Казакова, Н.С. Киняпину, Н.А. Нарочницкого, О.В. Орлик, М.Н. Покровского, В.В. Рогинского, В.Г. Сироткина, А.М. Станиславскую, Е.В. Тарле, ряд коллективных трудов советского времени. В последние годы, помимо трудов историков советского времени, продолживших исследования, появились работы А.Н. Архангельского, А.Ю. Бахтуриной, В.М. Безотосного, В.В. Дегоева, Д.В. Нечипоренко, А.А. Орлова, О.В. Соколова, А.Н. Сытина, а также коллективный труд «История внешней политики России. Первая половина XIX века (От войн России против Наполеона до Парижского мира 1856 г.) (1995)».

2 группа – работы, посвященные истории правления Александра I, затрагивающие вопросы внешней политики императора лишь в контексте раскрытия обозначенной более обширной темы. Среди исследований данной группы необходимо отметить фундаментальные, многотомные, богатые фактическим материалом труды М.И. Богдановича и Н.К. Шильдера. Данная тематика была продолжена представителями либерального направления. В начале XX века к рассматриваемой теме обратился и М.Н. Покровский в составе авторов коллективного труда.

В 1920-х годах тема личности и правления Александра I привлекла внимание представителей немарксистской историографии (С. Любош, А.Е. Пресняков), а затем исчезла на долгие десятилетия, так как марксистскую историографию мало интересовали личности правителей России. Внимание к исследованию жизни и царствования российского императора обратили только в 1990-х годах, в период кризиса марксистско-ленинской историографии (А.Н. Архангельский, Л.В. Выскочков, А.Н. Сахаров, А.Н. Троицкий, В.А. Федоров).

3 группа – работы более общего характера, в которых прослеживается и раскрывается история России на протяжении одного или более веков. В эту группу входят учебники, учебные пособия и лекционные курсы, предназначенные для высшей школы. Учебные пособия и лекционные курсы интересны следующим: во-первых, в них уделяется внимание эпохе Александра I и его внешней политике; во-вторых, в учебниках содержится доминирующая в историографии на данный момент точка зрения; в-третьих, мнение авторов учебников подается всегда очень четко, с отточенными формулировками и выводами, что не всегда можно увидеть в научных изданиях. В данной группе нам интересны как откровенно охранительные работы Д.И. Иловайского, Н.Г. Устрялова, так и пособия и лекционные курсы либеральных авторов: В.О. Ключевского, А.А. Корнилова, С.Ф. Платонова, С.М. Соловьева. Для характеристики ранних марксистских трактовок внешней политики Александра I показательны исследования М.Н. Покровского. Советская, а затем и постсоветская историография характеризуются значительным количеством лекционных курсов и пособий, в которых затрагиваются вопросы царствования Александра I и на примере которых можно отследить изменение трактовок различных аспектов его внешней политики. Автор не привлекает для исследования школьные учебники, особенно многочисленные в постсоветский период. Исключение составляют учебники Д.И. Иловайского, которым принадлежала своего рода монополия в сфере учебной литературы в течение 40 лет и которые оказали огромное влияние на историческое сознание учащихся.

В диссертационном исследовании использованы материалы сборника документов по истории внешней политики России. Важными вспомогательными работами при изучении историографии внешней политики России при Александре I стали библиографические указатели, посвященные наполеоновской эпохе в целом, войне 1812 года, творчеству отдельных историков.

Методология исследования. Рассматривая работы отечественных историков по внешней политике Александра I, автор диссертации стремился к объективному анализу. При этом он руководствовался принципом историзма, позволившим рассмотреть взгляды историков в их развитии и динамике, выявить специфические особенности этапов их творческого пути, а также определить факторы, повлиявшие на становление этих этапов. Принцип целостности позволил систематизировать различные и неоднородные воззрения отечественных историков в конкретные этапы предложенной нами периодизации. Оригинальность и уникальность разных точек зрения отдельных историков удалось обосновать благодаря использованию сравнительно-исторического метода. Этот метод помог оценить вклад отдельных представителей отечественной исторической науки в развитие историографии внешней политики Александра I. Системно-структурный метод способствовал выявлению направлений в осмыслении отечественной исторической наукой внешней политики Александра I. Ценным для раскрытия истоков формирования воззрений историков, причин возникновения некоторых их идей был историко-генетический метод. Метод классового анализа позволил определить влияние на представителей того или иного исторического периода господствовавших в их среде идей и взглядов, влияние их положения в социальной структуре на их мировоззрение.

Пониманию общих процессов развития отечественной историографии в XIX-XXI вв. способствовали работы таких отечественных ученых, как М.А. Алпатов, Г.Д. Алексеева, В.Н. Данилов, Н.А. Мининков, Б.Г. Могильницкий, С.П. Рамазанов, Г.Р. Наумова, А.Н. Цамутали, А.Л. Шапиро, А.Е. Шикло.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в следующем:

  1. в диссертации впервые проведено обобщающее исследование изучения отечественными историками внешней политики Александра I;
  2. показано своеобразие изучения внешней политики Александра I на разных этапах развития отечественной исторической науки;
  3. показана связь новаций в трактовке внешней политики Александра I в современных работах отечественных историков с европейской ориентацией в постсоветской России;
  4. уточнены этапы развития отечественной историографии внешней политики Александра I.

Хронологические рамки работы. Нижний рубеж хронологических рамок работы определяется появлением в 1820-х гг. первых исследований профессиональных историков, рассматривавших внешнеполитическую деятельность Александра I, а верхний – обусловлен выходом в свет новейших трудов отечественных историков по внешней политике Александра Павловича (2012).

Практическая значимость диссертации. Материалы диссертации и результаты, достигнутые в работе, могут быть использованы в научно-педагогической деятельности: при преподавании историографии России, общих курсов отечественной истории, а также в обобщающих монографических исследованиях по истории исторической мысли, истории внешней политики России, отечественной истории первой четверти XIX века.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертации нашли отражение в статьях и выступлениях, опубликованных в материалах научных конференций: XII Межвузовской научно-практической конференции молодых ученых и студентов, г. Волжский, 15-18 мая 2006 г.; Образ войн и революций в исторической памяти: Материалах международной научной конференции. Пятигорск, 24-25 апреля 2009 г.; XV Межвузовской научно-практической конференции молодых ученых и студентов, г. Волжский, 25-30 мая 2009 г. Диссертация была обсуждена на заседании кафедры истории и философии Волжского гуманитарного института (филиала) Волгоградского государственного университета. Основные положения диссертации изложены в 7 опубликованных работах (3,98 п.л.), в том числе две статьи, содержащиеся в журналах, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трёх глав, разделенных на параграфы, заключения, списка источников и литературы. Деление диссертации на главы и параграфы обусловлено выделяемыми соискателем периодами и этапами в развитии отечественной историографии внешней политики Александра I и сменой идейно-теоретических течений в исследовании темы.

ПОЛОЖЕНИЯ, ВЫНОСИМЫЕ НА ЗАЩИТУ

1. В истории изучения европейского направления внешней политики Александра I выделяются 3 периода: дореволюционный (1820-е гг. – 1917 г.), подразделяющийся на 2 этапа – консервативный (1820-1870 гг.) и либеральный (1870-1917 гг.); советский, который делится на 3 этапа – 1917 – кон. 1920-х гг., 1930 – кон.1950-е гг., кон.1950 – нач. 1990-х гг.; постсоветский, начинающийся с распадом СССР.

2. Если консервативная историография отличалась апологетическим подходом и религиозной трактовкой сущности Священного союза, то с появлением либерального направления обозначился критический подход и акцентировалось внимание на реакционную деятельность Священного союза.

3. Если на первом этапе в развитии советской историографии тема внешней политики Александра I была второстепенной и трактовалась под влиянием М.Н. Покровского весьма упрощенно – как прямая функция торговли, то на втором этапе под влиянием нарастающей военной угрозы, Великой Отечественной войны, а затем и “холодной войны” теме внешней политики историки начинают уделять большее внимание и рассматривать ее как сложное и противоречивое явление, обусловленное более широкими экономическими, социальными и политическими факторами. А на третьем этапе положения о противоречивости внешней политики Александра I становятся общепринятыми и появляются утверждения о прогрессивной природе ряда элементов внешней политики после 1812 г.

4. В постсоветской историографии подходы к внешней политике Александра I становятся более разнообразными и обозначается интеграционная интерпретация в деятельности Священного союза, обусловленная европейской ориентацией современной России.

5. Процесс изучения европейского направления внешней политики Александра I отечественной исторической мыслью рельефно демонстрирует обусловленность такого изучения трансформацией теоретико-методологических и особенно идейно-политических ориентиров отечественных историков.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

В введении обоснованы актуальность темы исследования, научная новизна диссертации, проведён историографический анализ, дана характеристика источников, определены хронологические рамки, сформулированы цель и задачи работы, дана характеристика методологической базы исследования.

В первой главе – «Внешняя политика Александра I в оценке русских дореволюционных историков» – рассматриваются вопросы зарождения и развития отечественной историографии вопроса, представленной двумя направлениями – охранительным и либеральным.

Становление историографии внешней политики Александра I было связано с консервативно-охранительным направлением, что нашло отражение в работах Д.П. Бутурлина. В дальнейшем рассматриваемую тему продолжили М.И. Богданович,  К.К. Злобин, Д.И. Иловайский, А.И. Михайловский-Данилевский, В.К. Надлер, К.Ф. Ордин, Н.Г. Устрялов, Н.К. Шильдер. Представители охранительного направления дали исторической науке подробное описание и характеристику собственно военных действий Александра I (Д.П. Бутурлин), создали комплекс взаимосвязанных работ по тематике «войны Александра I», вписали «малые» войны начала XIX в. в общее полотно борьбы с Наполеоном (М.И. Богданович, А.И. Михайловский-Данилевский), представили характеристику и свое видение причин эволюции внешнеполитического курса императора и его отношения к Наполеону (вел. кн. Николай Михайлович, Н.К. Шильдер), детально проанализировали отдельные аспекты внешней политики Александра Павловича (К.К. Злобин, В.К. Надлер, К.Ф. Ордин).

Для представителей консервативного направления были характерны апологетический подход к внешней политике Александра I, идеализация российского императора, игнорирование социально-экономического и зачастую политического факторов, сосредоточенность на религиозных аспектах образования Священного союза, всесторонний анализ идеологии которого, помимо попытки В.К. Надлера, не проводился. Авторы этого направления не отмечали перехода Александра I от либерализма к охранительной политике. Исключение составляет работа Н.К. Шильдера, анализ которой демонстрирует сближение позиций либеральной и консервативной историографии. Эту тенденцию можно видеть на примере исследования вел. кн. Николая Михайловича, который, хотя и не рассматривал подробно такой острый вопрос, как противостояние «либерального начала» и «реакционного конца» царствования Александра I однако, подошел к личности Александра I и его деятельности еще более критично.

Консервативные историки, прежде всего В.К. Надлер, видели в Александре I помазанника Божьего, чьи человеколюбивые устремления были не поняты современниками. Личность, военные и дипломатические таланты Наполеона охранительные историки оценивали очень высоко, именно поэтому сравнение Наполеона и Александра I подавалось с такой позиции: так как российский самодержец одержал справедливую победу над таким гением, как французский император, сам Александр I достоин максимальных похвал.

В 1870-х гг. в разработке темы внешней политики Александра I проявляется либеральное направление в работах К.А. Военского, А.К. Дживелегова, В.И. Пичеты, С.А. Жигарева, В.О. Ключевского, А.А. Корнилова, С.Ф. Платонова, А.Н. Попова, С.М. Соловьева, В.И. Харкевича. Представители либеральной историографии существенно расширили проблематику исследования, обратив особое внимание на такие ранее недостаточно освещенные темы, как дипломатическая история России в первой четверти XIX в., комплексный анализ причин войны 1812 г., роль экономического и социально-политического факторов во внешней политике Александра I. В связи с этим у либеральных историков значительно расширился круг привлекаемых источников.

В то же время для представителей либеральной историографии было характерно отсутствие единства мнений в оценке внешнеполитической деятельности российского императора. Так, если А.К. Дживелегов усматривал в действиях Александра I пристрастие к немецким государствам и порицал его за невольное содействие их развитию, то С.М. Соловьев, напротив, осуждал Александра I за тяготение к Франции. Если сторонники консервативно-охранительного направления прежде всего обращали внимание на ход военных действий и личность Александра I, то теперь в рамках либерального направления преимущественное внимание сосредоточивается на политическом факторе, анализе внешней политики европейских держав, социальных и экономических вопросах. Историки считали, что роль российского императора находится в зависимости от социально-политических интересов страны.

Если дореволюционная либеральная историография предоставила большее количество имен исследователей, то консервативная, превосходила ее по числу количеством объемных фундаментальных исследований, выполненных одним автором. Либеральные авторы также оставили в историографии объемные труды, но, как правило, это результаты работы целого коллектива авторов.

Во второй главе – «Советская историография внешней политики Александра I»  –выделяются три этапа в развитии советской исторической мысли: 1917-1920-е, 1930-е-середина 1950-х и конец 1950-х-начало 1990-х гг. Критерием данной периодизации являются известные этапы в политической жизни Советского Союза. Так, первый этап связан со становлением в Советской России марксистской исторической науки, второй – с влиянием сталинизма и фашистской агрессией, третий – с эпохой, начавшейся с Н.С. Хрущова и закончившейся М.С. Горбачевым.

Значительное место во второй главе отведено рассмотрению господствовавшего в советское время тезиса о В.И. Ленине как основоположнике советской исторической науки вообще и истории внешней политики России – в частности. Анализ работ В.И. Ленина позволил сделать вывод о неправомерности подобного утверждения по отношению к теме внешней политики Александра I. Во-первых, подлинным основоположником марксистской историографии темы хронологически и фактически являлся М.Н. Покровский, во-вторых, статьи В.И. Ленина, затрагивающие внешнюю политику Александра I, малочисленны и не были широко известны до 30-х гг. XX в., когда они действительно стали влиять на историческую науку. В связи с этим следует отметить, что методологию советских историков на протяжении 1920-х гг. справедливо именовать марксистской, а не марксистско-ленинской.

Идеи М.Н. Покровского доминировали на протяжении первого этапа, поэтому в исторической науке существует понятие «школа Покровского». Среди ее представителей, дававших оценки внешней политике Александра I, Н.Н. Ванаг, С.А. Пионтковский. М.Н. Покровский впервые попытался рассмотреть внешнюю политику Александра I с позиций классового подхода, обосновал выгодность континентальной блокады для экономического развития России и объяснил противостояние этой блокады классовым интересам русского дворянства. Для новой, советской историографии внешней политики Александра I, представленной «школой Покровского», стали характерны следующие черты: забвение творчества дореволюционных историков (за редким исключением), отсутствие интереса к императорам и царским правительствам, уничижительные и резко критические оценки деятельности Александра I. Историков стали привлекать прежде всего деятели революционного движения, боровшиеся с самодержавием и его правительствами. Начиная с нескольких характеристик внешней политики Александра I в работах Покровского, данной теме в советское время стало уделяться гораздо более значительное внимание, как неотъемлемой и важнейшей составляющей истории России XIX века.

Cоветские историки, сделавшие свои выводы почти с чистого лист, дали новые оценки, разработали новую методологию в отечественной историографии, отказавшись от историографического наследия дореволюционных авторов.

Внимание во второй главе также уделено продолжавшей существовать в России в 20-х годах немарксистской историографии, представителями которой были С. Любош и А.Е. Пресняков. В диссертации делается вывод об окончательной победе марксисткой методологии к концу 1920-х гг.

В главе показано влияние эпохи сталинизма и Великой Отечественной войны на отечественную историографию на этапе 1930-х-середине 1950-х гг., что повлекло за собой изменение трактовок содержания и характера внешней политики Александра I. Если раньше Отечественную войну 1812 года связывали с деятельностью российского императора, то теперь эту войну однозначно рассматривали как агрессию Наполеона. Если прежде антинаполеоновские войны оценивались как реакционные, то в 1930-1950-х гг. к ним стали подходить как к явлениям сложного и противоречивого характера. Разгром «школы Покровского» подтолкнул советских историков к анализу внешнеполитических событий при Александре I с учетом личной точки зрения Сталина, заключавшейся в том, что завоевательная политика русского царизма не была «монополией» России, а была присуща в большей степени Европе, при этом русский царизм – средоточие не только реакции, но и прогрессивных явлений. Такое изменение трактовок внешней политики Александра I в условиях противостояния с фашизмом привело к появлению новых работ Л.Г. Бескровного, Н.Ф. Гарнича, П.А. Жилина, И.С. Звавича, А.Л. Нарочницкого, М.В. Нечкиной, В.И. Пичеты, А.Л. Попова, А.В. Предтеченского,  К. Селезнева, Е.В. Тарле. Подвергался критике тезис М.Н. Покровского о внешней политике как прямой функции торговли, складывалось представление об относительной самостоятельности сферы внешней политики, о прогрессивности объективных результатов политики России на Балканах, о большой роли России на международной арене в XIX в.

В конце 1950-х-1980-х гг. было создано наибольшее количество трудов советских историков, в сравнении с первыми двумя этапами. Развитие исследования темы в обозначенный период не было однозначным, в нем сосуществовали тенденции к объективной и критической оценке внешней политики Александра I - Н.И. Казаков, А.В. Фадеев, В.М. Хвостов в годы «оттепели» и Н.А. Троицкий в годы «перестройки» с одной стороны, а с другой стороны к смягчению трактовок царской внешней политики – Н.С. Киняпина, И.И. Кяйвяряйнен, А.Л. Нарочницкий. В этот период появляются исследования Б.С. Абалихина, В.А. Георгиева, И.Г. Гуткиной, И.С. Достяна, В.А. Дунаевского, Н.И. Казакова, С.Б. Канна, Н.С. Киняпиной, А.З. Манфреда, А.Л. Нарочницкого, С.Б. Окуня, О.В. Орлик, М.Т. Панченковой, В.В. Рогинского, А.М. Станиславской, В.Г. Сироткина, А.В. Фадеева, В.М. Хвостова, Л.В. Черепнина. В работах этих историков решались задачи создания комплексных обобщающих трудов по истории внешней политики, даны разработки отдельных тем: истории дипломатии антинаполеоновских войн, русско-шведской войны и Священного союза. В течение этого периода появились труды, в которых по-иному оценивались явления, трактовавшиеся прежде как реакционные и агрессивные. Так, И.И. Кяйвяряйнен, А.Л. Нарочницкий, В.В. Рогинский оценивали присоединение Финляндии как прогрессивное явление, В.А. Дунаевский интерпретировал войны 1813-1815 гг. как освободительные, а И.С. Достян, Н.С. Киняпина, А.М. Станиславская снимали ответственность с России за войну с Турцией в 1806 г.

В третьей главе – «Современная российская историография внешней политики Александра I» – характеризуются изменения, произошедшие в отечественной историографии после распада Советского Союза.

Изменение политической ситуации в стране, снятие идеологических запретов, развитие историографической мысли привели к эволюции взглядов на мотивы и содержание внешней политики Александра I и его правительства, что выразилось в отходе от рассмотрения либерализма и консерватизма внешней политики российского императора через призму узкоклассовых оценок к многостороннему и объективному анализу.

В конце 1980-х-начале 1990-х годов историки вернулись к изучению и анализу внешней политики Александра I, уделяя большее внимание исследованию его личности (А.Н. Архангельский, А.Н. Сахаров, В.Г. Сироткин, Н.А. Троицкий). Интерес представляет работа О.В. Соколова, рассматривающего отечественную внешнюю политику в 1799-1805 гг., (не самый ее «популярный» и победоносный период). Появились исследования дипломатической истории эпохи (В.М. Безотосный, О.В. Орлик, Н.А. Троицкий), региональной истории дипломатических отношений эпохи 1812 г.: взаимоотношения России и стран Скандинавии 1807-1815 гг. (В.В. Рогинский), русско-английские отношения накануне и в период войны 1812 г. (А.А. Орлов), а также проблемы европейского мира и согласия в эпоху до и после Наполеоновских войн (В.В. Дегоев).

На новом этапе более полно стал учитываться опыт и дореволюционной, и советской историографии. Так, к теме сопоставления Александра I и Наполеона, рассмотренной в свое время еще А.К. Дживелеговым, вернулись В.Г. Сироткин и Н.А. Троицкий. Несмотря на тот факт, что преобладающий массив новой исторической литературы на этом этапе посвящен, как и в дореволюционное и советское время, теме Отечественной войны 1812 года, значительное внимание продолжает уделяться дипломатической истории 1812 года, участию России в антинаполеоновских коалициях, Священному союзу и эпохе конгрессов. В основном российские историки отошли от односторонней идеологизированной трактовки истории дипломатии александровской эпохи с позиции «агрессивная» — «миролюбивая». В отечественной историографии возобладала теория национально-государственных интересов в международных отношениях.

Автором диссертации выделяются три группы авторов и характеризуются три направления внутри постсоветской историографии:

1) историки, начавшие заниматься внешней политикой Александра Павловича в советское время и оставшиеся принципиально на тех же позициях (Н.И. Павленко, В.Г. Сироткин, Н.А. Троицкий), для которых характерно то, что при всех различиях в своих трактовках и попытках обновления интерпретации внешней политики Александра I они во многом сохранили марксистский метод и прежнюю позицию;

2) ученые, исследовавшие внешнюю политику Александра Павловича в советское время и изменившие к настоящему времени свои трактовки по ряду ключевых вопросов (В.А. Георгиев, О.В. Орлик); для представителей этой группы характерны пересмотр своих собственных оценок и выработка новых в условиях отхода науки от марксистской методологии и прежних трактовок;

3) авторы, становление научных взглядов и выход работ которых приходится на постсоветское время (А.Н. Архангельский, А.Ю. Бахтурина, В.М. Безотосный, В.Я. Гросул, В.В. Дегоев, Д.В. Нечипоренко, А.А. Орлов, О.В. Соколов, А.Н. Сытин, А.Н. Сахаров); эти ученые попытались сделать анализ внешней политики Александра I с учетом всего историографического наследия – дореволюционной, советской и зарубежной историографии.

В заключении подводятся итоги исследования.

Основы изучения внешней политики императора Александра I были заложены представителями консервативной историографии в 1820-е гг. Для этого направления в целом были свойственны апологетический подход к внешнеполитической деятельности Александра I,  идеализация российского самодержца, сосредоточенность на религиозных аспектах образования Священного союза, проявление интереса к его идеологии, которая нередко представлялась как желание формировать взаимоотношения народов на священных принципах христианской религии. Труды первых исследователей внешней политики Александра I, характеризующиеся своими охранительными оценками, в то же время содержали богатый фактический материал, в отдельных случаях уникальный, благодаря близости консервативных историков к правительственным кругам и доступу к архивам.

Если в академической среде России либеральное течение в исторической мысли становится ведущим уже в 1840-х гг., то в сфере исследования внешней политики Александра I оно проявляется в 1870-х годах. Первыми представителями нового направления стали А.Н. Попов и С.М. Соловьев, дело которых продолжили К.А. Военский, А.К. Дживелегов, С.А. Жигарев, В.И. Харкевич, авторы коллективного труда «Отечественная война и русское общество». Если представители консервативного направления в целом идеализировали внешнюю политику Александра I, то сторонники либерального течения критически относились к ряду внешнеполитических действий императора: обращали внимание на невыгодность для России Тильзитского мира, заграничных походов русской армии, отмечали реакционную направленность Священного союза. Либеральное и консервативное направления в определенной мере противостояли друг другу до начала XX века, когда наметилось их сближение.

После Октябрьской революции господствующую марксистскую историографию, занимавшуюся прежде всего вопросами революционной борьбы, тема внешней политики Александра I в первые 10-15 лет интересовала мало, а сама политика стала предметом безоговорочного осуждения. В период между 1917 г. и концом 1920-х гг., когда доминировала точка зрения М.Н. Покровского, преобладала резкая критика внешней политики Александра I.

На следующем этапе (1930-1950-е гг.) появляется взгляд на политику русского императора как на противоречивую и неоднозначную. Продолжая критику захватнических целей царизма, реакционности внешней политики Александра I и Священного союза, советские авторы тем не менее по-разному оценивали такие важные темы, как Тильзитский мир и участие России в континентальной блокаде, заграничные походы 1813-1814 гг. и русско-шведскую войну, участие России в 3 и 4-й коалициях, привнося в науку новые трактовки этих событий. Тезис М.Н. Покровского о  внешней политике как прямой функции торговли сменился в 1930-40-х гг.: подход к проблеме связи внешней политики с ее социально-экономической основой стал более широким.

Советские историки, выявляя взаимосвязь внешней политики и внутренних процессов, происходящих в стране, в то же время начали признавать относительную самостоятельность внешнеполитической деятельности. Если М.Н. Покровский видел в континентальной блокаде положительную сторону для России, так как она ускоряла развитие русской промышленности, то А.В. Предтеченский пришел к выводу о ее разорительном для страны значении.

В конце 1950-х-1980-х гг. появляются исследования таких историков, как Н.И. Казаков, Н.С. Киняпина, А.З. Манфред, А.Л. Нарочницкий, О.В. Орлик, А.М. Станиславская, В.Г. Сироткин, А.В. Фадеев. На этом этапе внимание было уделено историографии внешней политики России первой четверти ХIХ века, истории дипломатии антинаполеоновских войн, русско-шведской войне и Священному союзу. Внешнюю политику перестали рассматривать как сугубо реакционную, ее начали интерпретировать как сочетающую в себе и позитивные аспекты. Первые шаги в этом направлении были предприняты историками еще на втором этапе, но на протяжении конца 1950-1980-х гг. подобная позиция стала более устойчивой и достигла некоторых крайностей. Так, вслед за констатацией двойственного значения заграничных походов русской армии (реакционного и прогрессивного) историки приходили к выводу о прогрессивном значении русско-шведской войны для России и самого финского народа.

В постсоветской историографии появились три подхода к интерпретации внешней политики Александра I.

Первый: авторы преимущественно ориентировались на прежнюю марксистскую трактовку внешней политики Александра I как реакционную, а «гуманные идеи» русского императора рассматривали как прикрытие истинных захватнических целей (Н.А. Троицкий).

Второй: авторы стремились показать противоречивость курса Александра I и раскрыть как либеральные, так и реакционные аспекты его внешней политики, как положительное, так и негативное ее значение для России и мира (В.М. Безотосный, А.Ю. Дворниченко, П.Н. Зырянов, Н.И. Павленко).

Третий: исследователи в известной степени идеализируют внешнюю политику Александра I (А.Н. Сахаров, Н.И. Цимбаев). А.Н. Сахаров усматривает во всех действиях императора преимущественно либеральные начала. Н.И. Цимбаев считает, что внешняя политика Александра I отличалась последовательностью и целеустремленностью и всегда соответствовала национальным интересам России.

Постсоветские авторы стали преемниками как советской, включая школу М.Н. Покровского, так и дореволюционной историографии. Отказавшись от односторонней критики Священного союза и внешнеполитических действий Александра I после 1815 г., ряд постсоветских историков под влиянием либеральной европейской ориентации новой России стали говорить об объединительных тенденциях в международных отношениях этого периода. Перестав характеризовать Александра I как бездарного либо просто средних способностей политика и дипломата, авторы последних двух десятилетий стали рассматривать Александра Павловича как талантливого и неординарного политика.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:

  1. Макарова Т.А. С.М. Соловьев о внешней политике Александра I / Т.А. Макарова // Вестник СГУ. Гуманитарная серия. История. Философия. Педагогика. Литературоведение. Языкознание. Юриспруденция. Рецензии.  – Самара: Изд-во Самарского государственного университета, 2009. – № 7 (73). – С. 42-46. (0,44 п.л.)
  2. Макарова Т.А. Российские учебники и учебные пособия о европейском направлении внешней политики Александра I (советский и постсоветский периоды) / Т.А. Макарова // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 4, История. Регионоведение. Международные отношения. Волгоград: Изд-во Волгоградского государственного университета, 2011. – Вып. 2. – С. 164-172. (0,75 п.л.)

Другие публикации:

  1. Макарова Т.А. Александр I и Священный союз / Т.А. Макарова // XII Межвузовская научно-практическая конференция молодых ученых и студентов, г. Волжский, 15-18 мая 2006: тезисы докладов. – Волгоград: Волгоградское научное изд-во, 2007. – С. 14-16. (0,2 п.л.)
  2. Макарова Т.А. Идейно-политические взгляды Александра I / Т.А. Макарова // Вопросы отечественной и всеобщей истории: Сборник статей. – Волгоград: Волгоградское научное изд-во, 2007. – С. 13-23. (0,6 п.л.)
  3. Макарова Т.А. Роль Александра I в международных отношениях и предпосылки создания Священного союза / Т.А. Макарова // Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 4, История. Регионоведение. Международные отношения. – Волгоград: Изд-во Волгоградского государственного университета, 2008. – Вып. 1. – С. 164-169. (0,5 п.л.)
  4. Макарова Т.А. Отечественная историография об отношении Александра I к войне 1812 года / Т.А. Макарова // Образ войн и революций в исторической памяти: Материалы международной научной конференции. – Пятигорск, 24-25 апреля 2009 г. – Пятигорск-Ставрополь-Москва: ПГЛУ, 2009. – С. 111-118. (0,47 п.л.)
  5. Макарова Т.А. Российские учебники и учебные пособия о европейском направлении внешней политики Александра I (советский и постсоветский периоды) / Т.А. Макарова // Вестник ВолГУ. Серия 4, История. Регионоведение. Международные отношения. – 2011. – Вып. 2. – С. 164-172. 0,98 (п.л.)

1 Военский К.А., Карцов Ю.С. Причины войны 1812 г. – СПб., 1911.

2 Алексеев В.П. Отечественная война в русской исторической литературе // Отечественная война и русское общество. – Т.VII. – М., 1912.

3 Тарле Е.В. Об изучении внешнеполитических отношений России и деятельности русской дипломатии в XVIII-XX веках // Юбилейный сборник АН СССР, посвященный 30-летию Великой Октябрьской социалистической революции. – М., Л., 1947. – Ч.2.

4 Бескровный Л.Г. Очерки военной историографии России. – М., 1962.

5 Георгиев В.А., Панченкова М.Т. Проблемы внешней политики России XIX в. в трудах советских историков // Вопросы истории. – 1970. – №7.

6 Итоги и задачи изучения внешней политики России. Советская историография. – М., 1981; Внешняя политика России: Историография. – М., 1988.

7Итоги и задачи изучения внешней политики России. Советская историография. – М., 1981. – С.195.

8Абалихин Б.С., Дунаевский В.А. Новое в изучении истории Отечественной войны 1812 года // Новое в жизни, науке, технике. Сер. «История». – 1983. – № 2.

9 Абалихин Б.С., Дунаевский В.А. 1812 год на перекрестках мнений советских историков, 1917-1987. – М., 1990.

10 Бескровный Л.Г. Отечественная война 1812 года. – М., 1962.

11Жилин П.А. Гибель наполеоновской армии в России. – М., 1968; его же. О войне и военной истории. – М., 1984; его же. Отечественная война 1812 года. – М., 1988.

12 Киняпина Н.С. Внешняя политика России первой половины XIX в. Уч. пос. – М., 1963.

13 Марков Л.В. Россия и Священный союз // Новая и новейшая история. – 1989. – № 1.

14 Троицкий Н.А. 1812. Великий год России. – М., 1988.

15 Фадеев А.В. Внешняя политика России в освещении советских историков // Очерки истории исторической науки в СССР. – Т. IV. – М., 1966

16 Орлик О.В. Новейшие советские исследования внешней политики России с конца XVIII в. до Парижского мира 1856 г. // Внешняя политика России: Историография. – М., 1988.

17Дунаевский В.А. Освободительный поход русской армии в 1813 г. (Некоторые аспекты советской историографии и источниковедения) // Бессмертная эпопея. К 175-летию Отечественной войны 1812 г. и Освободительной войны 1813 г. в Германии / Отв. ред. А.Л. Нарочницкий, Г. Шеель. – М., 1988.

18Абалихин Б.С., Дунаевский В.А. 1812 год на перекрестках мнений советских историков, 1917-1987. – М., 1990.

19 Троицкий Н.А. Отечественная война 1812 года. История темы. – Саратов, 1991.

20Троицкий Н.А. Рец. на кн.: Бородино. 1812. М., 1987 (Два мнения об одном издании) // Вопросы истории. – 1988. – №4; он же. Рец. на кн.: Б.С. Абалихин, В.А. Дунаевский. 1812 год на перекрестках мнений советских историков. 1917-1987 // История СССР. – 1992. – № 2; Абалихин Б.С., Дунаевский В.А. Пусть судит читатель… Авторы книги о войне 1812 года не согласны с оценками рецензента // Отечественная история. – 1992. – № 6.

21Абалихин Б.С. 1812 год: актуальные проблемы истории. – Элиста, 2000.

22Троицкий Н.А. Современная историография Отечественной войны 1812 г.: новое в научной полемике и этике // Проблемы изучения истории Отечественной войны 1812 г. – Саратов, 2002.

23 Мясников В.С. Об изучении внешней политики России // Новая и новейшая история. – 1992. – № 5.

24Приходько Н.И. Исследовательские периоды в изучении русско-шведской («финляндской») войны 1808-1809 гг. в отечественной историографии // Санкт-Петербург и страны Северной Европы: Мат-лы ежегодной научн. конф. 25-26 апреля 2001 г. – СПб., 2002.

25Такала И.Р., Соломещ И.М. «Неизвестная война»? Два века российской историографии русско-шведской войны 1808-1809 годов // Российская история. – 2009. – № 3.

26Страхова Н.П. Россия и Священный союз в 1815-1822 гг. (к историографии проблемы) // Проблемы отечественной истории: Материалы научной конференции. – Волгоград, 1994; ее же. Россия в Венской системе международных отношений в 1815-1822 гг.: отечественная историография проблемы (после 1917 г.) // Вестник ВолГУ. Серия 4: История. Философия. – 1997. – Вып.2; ее же. Россия в системе международных отношений после Венского конгресса (1815-1822): дореволюционная историография проблемы // Россия в XVIII-XX веках. Страницы истории. – М., 2000.

27Троицкий Н.А. Советская историография войны 1812 г. (Традиции. Стереотипы. Уроки.) // Экономическая и общественная жизнь России нового времени. Первые Дружининские чтения. Сб. докладов и сообщений. – М., 1992.

28Фомин А.А. Международные отношения в Балтийском регионе в 1800-1815 гг. // Историческое знание в системе политики и культуры: материалы IV междунар. науч. ист. чтений памяти проф. В.А. Козюченко. Волгоград, 21-22 марта 2005 г. / под общ. ред. проф. Е.Г. Блосфельд. - Волгоград, 2005; его же. Русско-шведский военный конфликт 1808-1809 гг. в контексте европейской внешней политики // История России: на перекрестке мнений: сб. науч. ст. по итогам III межрегион. ист. чтений, посвящ. памяти проф. Б.С. Абалихина. Волгоград, 2-3 марта 2006 г. - Волгоград, 2007; его же. Швеция во внешней политике Англии, Франции и России в 1800-1809 гг.: автореф. дисс. ...канд. ист. наук. - Волгоград, 2004.

29Шеин И.А. Сталин и Отечественная война 1812 года: опыт изучения советской историографии 1930-1950-х годов // Отечественная история. – 2001. – № 6; его же. 1812 год в военной историографии в канун 100-летней годовщины Отечественной войны // Эпоха 1812 года. Исследования. Источники. Историография. – М., 2002; его же. Отечественная война 1812 г.: Историографическое исследование. Автореф. дисс. …докт. ист. наук. – М., 2002; его же. Война 1812 года в отечественной историографии. – М., 2002.

30 Безотосный В.М. О путях развития современной историографии Отечественной войны 1812 г. // Эпоха 1812 года. Исследования. Источники. Историография. – М., 2005.

31 Тарле Е.В. Об изучении внешнеполитических отношений России и деятельности русской дипломатии в XVIII-XX веках // Юбилейный сборник АН СССР, посвященный 30-летию Великой Октябрьской социалистической революции. – М., Л., 1947. – Ч.2. – С.669.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.