WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Кадырова Лариса Абдуловна

Феномен зарождения «холодной войны»

в отечественной и американской историографии

Специальность 07.00.09 – Историография, источниковедение,
методы исторического исследования

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва - 2012

Работа выполнена на кафедре новой и новейшей истории исторического

факультета Московского педагогического государственного университета

Научный руководитель:  БелоусоваКсения Андреевна

доктор исторических наук, доцент

Официальные оппоненты: Шеин Игорь Александрович,

  доктор исторических наук, профессор,

профессор общеуниверситетской кафедры

  истории Военного университета

 

Романенко Сергей Александрович

кандидат исторических наук, доцент,

ведущий научный сотрудник

Центра политических исследований

Института экономики РАН

Ведущая организация:  Институт переподготовки и повышения  квалификации при Московском государственном университете им. М.В. Ломоносова

Защита состоится «_9_» апреля 2012 г в 17.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.154.09 при Московском педагогическом государственном университете по адресу: 119571, Москва, пр.Вернадского, д.88, ауд. 322.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского педагогического государственного университета по адресу: 119992, ГСП-2, Москва, Малая Пироговская ул., д.1.

 

  Автореферат разослан                                         «__»  марта 2012 г.

 

  Ученый секретарь

  диссертационного совета               Симонова Надежда Вячеславовна

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования определяется необходимостью познания феномена «холодной войны» в целях преодоления современных международных противоречий, угрожающих безопасности нашей цивилизации. Исторический и историографический опыт прошлого столетия, в котором мировое сообщество столкнулось с небывалыми прежде конфликтами и войнами нового поколения, свидетельствует о необходимости конструктивного диалога, способного сгладить острую международную конфронтацию. К сожалению, этот очевидный вывод, не вызывающий сомнений у большинства историков и общественности, сегодня требует нового научного обоснования. Актуальность переосмысления историографии начального этапа «холодной войны» диктуется временем. Сегодня необходимо объективное переосмысление подходов историков к феномену зарождения «холодной войны», которое может дать ответы на актуальные вопросы современности.

К настоящему времени исторической наукой накоплена обширная исследовательская литература, в которой представлены различные подходы, оценки, гипотетические предположения по наиболее сложным вопросам динамики «холодной войны», в том числе феномена ее зарождения в 1945-1953 гг. В такой ситуации весьма актуальной становится проблема анализа современного состояния отечественной историографии по данной теме. Эта область исторического знания находится в прямой связи с характером развития российско-американских отношений последних десятилетий. Бесспорные достижения современной исторической науки, связанные с накоплением исторической информации, документов, данных и фактов в научном обороте, существенно модулировались господствующими теориями, политическими доктринами. Стремясь преодолеть прежние идеологические табу, исследователи порой по некоей инерции начинали отрицать предлагаемую логику обобщений, уверовав в то, что адекватными являются лишь их альтернативные подходы. А это, в свою очередь, усиливает актуальность проблемы в связи с выходом на альтернативность, но уже самой историографии. И в этом есть своя закономерность, поскольку развитие историографии, т.е. процесс накопления исторического знания, содержание и качество этого знания составляют один из важных фактов и факторов исторического развития нашей страны.

Притягательность проблематики «холодной войны» сказывается в повышенном интересе к ней со стороны американских исследователей, отдающих приоритет изучению военно-политических вопросов. В такой ситуации необходима выработка новых подходов к зарубежной историографии, учет как сильных, так и слабых ее сторон при освещении начального этапа «холодной войны». Прежняя недооценка вклада американских ученых в изучение проблем «холодной войны» ничем не оправдана. Сравнительный анализ работ отечественных и американских авторов позволяет определить недостаточно изученные вопросы, определить перспективные направления дальнейшего изучения проблемы.

Степень изученности темы. Изучению историографии «холодной войны» посвящено значительное количество работ, созданных как отечественными, так и американскими исследователями. Научный интерес к данной теме никогда не ослабевал, хотя часто объективному познанию мешали политическая и идеологическая конъюнктура.

Первые историографические работы появляются по мере накопления исторических исследований на рубеже 1940-1950-х гг.1 Советских ученых интересовал, главным образом, идеологический вектор освещения начального этапа «холодной войны», критика «буржуазных фальсификаций» военно-политического противостояния, различные оценки развития социалистического лагеря. В 1950-1960-е гг. этой проблематике, как правило, посвящались журнальные публикации, а не монографии.2

В 1950-1960-е гг. в СССР не создано ни одного крупного исследования по историографии «холодной войны», встречались лишь главы и разделы в различных общих трудах или работы, посвященные критическому анализу зарубежной историографии. Как правило, созданные в советский период исследования историографии «холодной войны» в своих оценках не выходили за рамки официальной позиции коммунистической партии.3

В 1960-е гг. в ряду других проблем внимание советских историков привлекла интерпретация западными исследователями переломных событий «холодной войны»: Берлинского кризиса, советизации Восточной Европы, войны в Корее.4 Однако интерес к этой проблематике оставался локальным. Лишь в 1970-1980-е гг. отдельные исследователи - А.О. Чубарьян, Н.И. Егорова, Н.Н. Маркина - продолжали разработку данной темы.5

Много внимания в советский период традиционно уделялось разоблачению американских ученых, «фальсифицировавших» историю внешней политики СССР.6 Анализ историографических работ 1980-х гг. свидетельствует о росте интереса советских ученых к методологическим принципам западной исторической науки.7 Эта тенденция ярко проявилась в эпоху перестройки конца 1980-х – начала 1990-х гг., когда наметился общий методологический кризис исторической науки.8

Распад СССР в 1991 г. внес серьезные коррективы в анализ отечественной историографии. Теперь наиболее высокие оценки исследователей получали не «идейно выверенные» труды, а работы, созданные на основе солидной источниковой базы. Исследователи историографии констатировали чрезмерно критический настрой многих российских историков постсоветского периода, стремление представить внешнеполитическую стратегию СССР 1945-1953 гг. в исключительно негативном свете.9 Особый интерес вызвала историография мало изученных проблем, связных с деятельностью советской и американской разведки, проведением военных операций, созданием оборонно-промышленного комплекса.10

Изменение политической ситуации в России в начале 1990-х годов пробудило повышенный интерес отечественных ученых к американской историографии.11 Авторы уделили большое внимание достижениям зарубежных коллег. В частности были определены основные направления западной историографии, специализировавшейся на исследовании «холодной войны». Российских ученых интересовали американские оценки советского ВПК, уровень понимания императивов советской идеологии, особенности источниковой базы и методики ее использования. Особое внимание уделялось историографическим дискуссиям на Западе по вопросам виновных в развязывании «холодной войны», ее периодизации, американским оценкам блокового противостояния в 1945-1953 гг.12 В условиях кризиса марксистской методологии российские ученые обратились к историографическому опыту западных коллег. Особенно популярными в период демократии и плюрализма мнений стали «круглые столы», посвященные освещению «холодной войны» на Западе.13 Формирование нового восприятия зарубежной историографии нашло наиболее полное отражение в работах А.М. Филитова и А.О. Чубарьяна.14

В ряде исследований, посвященных анализу американской историографии, заметна попытка патриотической интерпритации источников, критической оценки односторонних подходов, которые проявлялись в трудах американских коллег.15 Например, М.А. Гареев констатирует возрождение интереса западных исследователей к ортодоксальной историографии, отмечает положительные оценки политики Трумена в работах современных американских ученых.16

Американские исследователи историографии традиционно много внимания уделяли анализу идеологических ориентиров историков, эволюции их политической позиции.17 Долгое время главным вектором в изучении американской историографии являлся анализ полемики ортодоксального и ревизионистского направлений. По мере накопления знаний позиции исследователей становятся более взвешенными, наиболее ценными признавались те труды, в которых не проводился целенаправленный поиск виновных в развязывании «холодной войны». Анализ историографических трудов постепенно выходит за рамки политической конъюнктуры. Главной проблемой последних американских исследований историографии является оценка подходов к динамике внешнеполитического курса США эпохи «холодной войны».18

Американские исследователи историографии проявили заметный интерес к анализу последних работ российских историков, в которых удалось преодолеть прежние идеологические догмы. Особое внимание уделяется концептуальным подходам отечественных ученых к проблемам геополитики, расширения зоны ответственности СССР, отношения со странами «третьего мира».

В настоящее время понятие «новая история «холодной войны», которое было введено в научный оборот в 1990-е гг. в качестве главной цели начавшегося пересмотра устаревших подходов,19 вполне сформировалось. Основными его характеристиками являются междисциплинарный подход, привлечение документов из архивов разных стран, сдвиг фокуса исследований с советско-американских отношений на рассмотрение «холодной войны» как международной истории.20 Соответствие историков этим критериям определяется новым термином «new cold war historian» - представитель «новой истории «холодной войны».

По мере накопления исторических знаний о «холодной войне» происходит углубление историографического анализа. Наряду с новациями, отечественные и американские исследователи историографии по-прежнему предпочитали оперировать устоявшимися определениями направлений в историографии «холодной войны»: ортодоксальное или традиционалистское (неоортодоксальное, неотрадиционалистское), ревизионистское, постревизионистское. Они критически относятся к оживлению неоортодоксальных трактовок.21 Вместе с тем некоторые исследователи полагают, что необходимо отказаться от попыток оценивать современные работы в рамках тех направлений, которые формировались под влиянием прошлых политических и идеологических разногласий.22 Новое методологическое пространство способствовало расширению проблематики исследования отечественной и американской историографии «холодной войны».

Несмотря на уже созданный массив работ, на современном этапе по-прежнему сохраняется необходимость подготовки объективного исследования историографии начального этапа «холодной войны».

В данной связи целью исследования является обобщение опыта и показ динамики изучения феномена зарождения «холодной войны» в отечественной и американской  историографии.

Анализ степени научной разработки темы и поставленная цель требует решения следующих научных задач:

- проанализировать концептуальные подходы отечественной и зарубежной историографии к исследованию начального этапа «холодной войны;

- выявить и показать зарождение и развитие ортодоксальной и ревизионистской исторических школ;

- исследовать взгляды ученых-историков на процесс блокового противостояния в годы «холодной войны»;

- рассмотреть исторические оценки роли и значения военного потенциала СССР и США в условиях «холодной войны».

Объект исследования. Объектом настоящего исследования является отечественная и американская историография начального этапа «холодной войны». 

Предмет исследования. Предметом диссертации является круг исследовательских проблем «холодной войны», отраженный в отечественной и американской историографии второй половины ХХ – начала XXI вв.

Хронологические рамки исследования. Историографический материал диссертации включает в себя исторические исследования второй половины ХХ – начала ХХI вв. Отправной точкой формирования историографии является рубеж 1940-1950-х гг., конечной – первое десятилетие ХХI века. Начало исходного рубежа объясняется тем, что с этого времени начинается интенсивное изучение исследуемых нами в отечественной и американской историографии проблем. Наряду с конкретно историческими трудами появляются первые работы историографического характера, в которых частично обобщен историографический опыт по интересующей нас проблеме.

Под начальным этапом «холодной войны» понимается исторический период 1945-1953 гг. За окончанием Второй мировой войны последовало объективное изменение отношений между СССР и его бывшими союзниками. Выбор в качестве верхней хронологической границы 1953 г. определяется не только сменой политического курса СССР после смерти И.В. Сталина, но и очевидными переменами в международных отношениях после окончания войны в Корее.

Научная новизна работы определяется тем, что представленная диссертация является первой в отечественной исторической науке попыткой комплексного рассмотрения феномена «холодной войны» сквозь призму отечественной и американской историографии. В ходе исследования выделены и сопоставлены основные подходы к предмету изучения, сложившиеся в исторической науке за последние десятилетия. Некоторые аспекты темы, обсуждавшиеся на симпозиумах, конференциях, семинарах последних лет также подверглись комплексному историографическому осмыслению. К ним относятся сюжеты, связанные с ролью идеологии в военно-политическом противостоянии «холодной войны», ментальностью политических лидеров, национальными интересами сверхдержав, наращиванием ядерного потенциала.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту:

- анализ массива исторической литературы советского периода позволяет разделить отечественную историографию «холодной войны» на научное и политическое направления. В свою очередь научная историография разделена на труды обобщающего и конкретно-исторического жанра, а политическая историография – на произведения политико-идеологического и пропагандистского жанра;

- если в советской историографии доминирующим фактором противостояния двух систем традиционно считались их непримиримые идеологические различия, то по мере накопления исторических знаний в конце ХХ – начале XXI вв. российские ученые пришли к выводу о глубоком столкновении геополитических интересов сверхдержав, различии их подходов к системе международных отношений;

- центральным вопросом американской историографии «холодной войны» стала проблема ответственности сторон за начало конфликта, получившая противоположные оценки в рамках ортодоксальной и ревизионистской исторических школ. Полемика в американской историографии вызвала у части исследователей желание найти объективные истоки глобального конфликта. Возникшая на этой волне «постревизионистская» школа объясняла возникновение «холодной войны» естественными и нормальными противоречиями геополитического характера, а не злой волей вождей или идеологической непримиримостью двух супердержав.

- общий вектор эволюции отечественной и зарубежной историографии состоит в признании того факта, что внешнеполитические реалии послевоенного времени определялись не столько борьбой идеологий, сколько прагматическими интересами стран Запада и Советского Союза, стремившихся расширить сферу своего геополитического влияния. В историографии утвердилось мнение о том, что после роспуска Коминтерна внешнеполитический курс СССР в Восточной Европе и Германии был обусловлен не «экспортом коммунизма», а стремлением советского руководства к достижению такого положения в регионе, которое страна заслужила победой над фашизмом.

- в диссертации выявлена и показана важная историографическая тенденция нарастания критических оценок политики США в послевоенный период. Не только отечественные, но и американские исследователи отмечали, что в отличие от Москвы, преследовавшей цель обеспечить безопасность своих границ после Второй мировой войны, дипломатия Соединенных Штатов была заинтересована в создании «очагов напряженности» в Европе и Азии, которые позволяли Вашингтону оказывать давление и влиять на международную обстановку в различных регионах мира. В историографии поэтапно утверждалось мнение о том, что страны Запада и США, как их авангард и наиболее сильная послевоенная держава, положили начало «гонке вооружений», в которую был вынужден втянуться ослабленный войной Советский Союз.

- проведенный анализ позволил выявить важную историографическую тенденцию преодоления изначально полярных подходов отечественных и западных исследователей к оценке причин конфронтации и ответственности сторон в годы «холодной войны». Это не означает, что к настоящему времени удалось снять все противоречия в оценке ключевых проблем военно-политического противостояния. Однако за последние годы российская историография обогатилась методологическими и теоретическими достижениями западной науки, тогда как американские исследования стали более критично оценивать внешнеполитический курс США в первое десятилетие «холодной войны».

Источниковая база исследования. Критерий отбора источников, их характеристика и классификация определяются предметом историографии. Главным фактором, обеспечивающим достоверность и научную объективность результатов исследования, является максимальная полнота и информационная насыщенность источников, подвергающихся историографическому анализу.

Главным источником диссертации являются труды историков – монографические исследования и научные статьи. Крупные историографические исследования имеют неоспоримое преимущество, прежде всего, фундаментальностью подхода к исследуемой проблеме, возможностью обосновать авторскую концептуальную позицию. В монографиях, как правило, присутствует историографический обзор, содержание которого дает представление о глубине научного подхода автора к исследуемой проблеме. Важным источником являются немногочисленные историографические публикации. Они позволяют охарактеризовать степень изученности отдельных аспектов исследуемой проблемы на разных этапах развития исторической науки.

Работы западных исследователей послевоенного периода также не свободны от влияния идеологической и политической конъюнктуры: они были написаны под влиянием воинствующего антикоммунизма. Вместе с тем, значимость этих работ безусловна. Они несут в себе не только необходимую научную информацию, но и дают возможность оценить состояние исторической науки и уровень историографического мышления на определенном временном этапе.

Традиционным историографическим источником являются диссертационные исследования и их реферативное изложение. Полезность обращения к результатам диссертационных исследований определяется их научной состоятельностью и возможностью включения в историографическую работу дополнительных сведений, не вошедшую в опубликованную историческую литературу.

Исключительно важная роль как историографического источника принадлежит материалам дискуссий. Их полемический характер определяет концептуальные подходы ученых к оценкам наиболее спорных вопросов истории «холодной войны». В данном случае речь идет об ответственности сторон, роли ядерного оружия, влиянии идеологии, характере блокового противостояния «холодной войны», и других спорных вопросах, изучение которых породило известные в исторической науке дискуссии. Они дали сильный импульс как для конкретно исторических, так и для историографических исследований. Аналогичную функцию выполняют материалы научных симпозиумов, семинаров, конференций различного уровня и масштаба. Достоинством этих источников является оперативность их публикаций и быстрое вхождение в историографическое поле исследования.

Оригинальную историографическую информацию содержат рецензии на исторические исследования. Несмотря на свой ограниченный объем, они в сжатой форме доносят до заинтересованного читателя основную суть рецензируемой книги, концентрируют внимание на достоинствах и недостатках, помогают увидеть проблемы, требующие более глубокого изучения, обоснования, дополнительной научной аргументации. Заслуживает внимания исследователя письма и ответы авторов рецензируемых книг, которые также иногда публикуются на страницах научных журналов.

Методологическая и теоретическая основа диссертационного исследования. В работе над диссертацией автор опирался на теоретические положения видных представителей отечественной и зарубежной исторической мысли о характере военно-политического противостояния «холодной войны».

Хотя после отказа от марксистской парадигмы прошло уже два десятилетия, современная историография по-прежнему находится в ситуации поиска новых объясняющих моделей истории, пересмотра «тотальных концепций истории». Рассматривая методологию не только как учение об основах научного познания, но и как совокупность, систему определенных подходов и методов изучения поставленной научной проблемы, диссертантом применены некоторые из них в данном исследовании. К основным научным принципам относятся объективность, системность и историзм. В диссертации использованы традиционные в исторической науке методологические приемы: сравнительно-исторический, конкретного и логического анализа, методы периодизации и перспективности, оценочный (аксиологический) метод. За основу историографического метода взят предметно-хронологический подход, в рамках которого осуществлен анализ историографического материала по отдельным вопросам общей проблемы – феномена зарождения «холодной войны» в отечественной и американской историографии.

Научное значение работы. Проведенный анализ исторической литературы позволил выявить основные концептуальные подходы отечественной и зарубежной историографии к исследованию «холодной войны». Материал диссертации, выводы и рекомендации автора могут представлять определённый интерес для профессиональных историков и всех интересующихся проблемами «холодной войны».

Теоретическая значимость исследования. Материал диссертации может быть использован при подготовке учебного курса по отечественной истории, а также по новейшей истории стран Европы и Америки, по курсу международных отношений и дипломатии.

Апробация работы. Основные положения диссертации были представлены научной общественности в виде публикаций, докладов и выступлений автора на международных и всероссийских научных конференциях. По теме исследования опубликовано четыре печатных работы, в том числе три статьи в научных изданиях, рекомендованных ВАК.

Структура исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, разделенных на параграфы, заключения и списка источников и литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность и новизна избранной темы, определяются объект и предмет исследования, цель и основные задачи, охарактеризована методологическая основа диссертации, обосновываются ее хронологические рамки, дается характеристика источниковой базы работы и состояние научной разработанности проблемы, показаны ее теоретическая и практическая значимость.

В первой главе «Концептуальные подходы отечественной и американской историографии к исследованию начального этапа «холодной войны» - изучению подвергнуты традиционные и новые подходы историков к оценке военно-политического противостояния двух сверхдержав в 1945-1953 гг.

Историография «холодной войны» развивалась под заметным влиянием политических и экономических интересов элит двух супердержав, которые были заинтересованы в оправдании своих действий и обвинении противника во всех негативных для своих народов и всего человечества последствиях конфронтации. Особенно отчетливо это стремление проявлялось в попытках двух «ортодоксальных» школ - советской и американской - переложить друг на друга ответственность за развязывание «холодной войны». По сути, вопрос об ответственности за начало конфликта стал центральным в отечественной и американской историографии.

В § 1 показана эволюция концептуальных подходов отечественной исторической школы. В советский период в исторической науке господствовала трактовка «холодной войны» как односторонней, идеологической и политической агрессии стран Запада против СССР и «социалистического лагеря», которая постоянно грозила перерасти в военную конфронтацию. Много внимания советские историки уделяли вопросам идеологического и политического противоборства двух сверхдержав в послевоенный период. Этой области взаимоотношений оба государства уделяли особое внимание, так как она обеспечивала пропагандистскую поддержку практических шагов на мировой арене, оправдывая собственную политику и разоблачая позицию противоположной стороны.23 Основной массив научной литературы составляли работы по разоблачению фальсификаторов истории внешней политики СССР.24

Коллективы ученых не столько разрабатывали новые проблемы, сколько обосновывали справедливость политического курса СССР.25 В работах В.В. Воровского, В.Г. Трухановского, Н.А. Беспалова, Н.В. Лощенкова, Л.Н. Кутакова, В.М. Хвостова отмечается стремление партии и правительства к разоружению, конверсии, показывается готовность советских лидеров вести переговоры.26 Авторы делают акцент на мирном характере советской внешнеполитической доктрины, показывают участие советского государства в решении конкретных проблем международной жизни, его особую роль в послевоенной мировой политике.27

В процессе эволюции историографии появлялись более взвешенные подходы к использованию фактов и нацеленность на выяснение причин возникновения напряженности в послевоенном мире. Ученые начали поиск ответов на злободневные вопросы международной жизни, среди которых особое место отводилось анализу биполярного противостояния.28 Наметившаяся стабилизация отношений между СССР и странами Запада во второй половине 1980-х гг. стимулировала интерес ученых к внешнеполитическим аспектам советской истории.29

Распад СССР в 1991 г. внес серьезные коррективы в развитие отечественной историографии. С этого времени заметно повысилось количество и качество научных разработок. Одним из главных стимулов для развертывания исследований по проблемам «холодной войны» стало открытие архивов. Практически все новые труды базировались на материалах, извлеченных из архивов бывшего ЦК КПСС, МИДа, секретных фондов Государственного архива Российской Федерации. Другим благоприятным фактором для исследований явилась возможность объективно, без классового подхода и идеологических догм, разносторонне вскрыть взаимосвязь внутренней и внешней политики СССР, выяснить на каких доктринальных основах базировалась внешнеполитическая стратегия страны в 1945-1953 гг.30

В 1990-е гг. был создан массив работ, содержащих новые подходы к исследованию «холодной войны».31 К числу наиболее глубоких исследований, отражающих баланс сил на международной арене, относится коллективная монография под редакцией А.О. Чубарьяна.32 В середине 1990-х гг. появились фундаментальные труды под редакцией М.М. Наринского и Л.Н. Нежинского.33 Одновременно ряд авторов начал объяснение не только феномена послевоенной конфронтации, но и определения ее структурных составляющих, среди которых не последнюю роль играла внешняя политика СССР в Восточной Европе, в Восточной Германии, в АТР. Начало «холодной войны» стало рассматриваться не просто как сложный период в отношениях СССР и его бывших союзников по антигитлеровской коалиции, а как политическое событие с огромным потенциалом влияния на ход исторического развития человечества.34

Основные усилия постсоветской историографии направлены на вскрытие причин конфронтации и анализ внешнеполитической стратегии сверхдержав. Особый интерес представляют статьи В. Печатнова и Т.В. Волокитиной, в которых изменения курса советской внешней политики прослежены в динамике, от стремления к компромиссам в начальный послевоенный период до полного неприятия позиции Запада в конце 1940-х гг.35 В российской историографии проявилось стремление критически оценить внешнеполитический курс СССР. Историки в этом видели относительную новизну концептуального подхода, особенно «на контрасте» с историографией советского периода.36

Одними из самых дискуссионных вопросов отечественной историографии в конце ХХ - начале XXI вв. являлись проблемы соотношения идеологии и национальных интересов; взаимовлияние национальной безопасности и внешней экспансии в политике Советского Союза. Споры развивались вокруг уже известных источников, шла новая интерпретация накопленного материала.37 Особый интерес представляют работы А.И. Уткина, который на высоком научном уровне обосновал неизбежность нарастания геополитических противоречий между СССР и США в послевоенный период.38 В постсоветской историографии постепенно утвердилось представление о том, что планы Советского Союза основывались преимущественно на концепции «географической безопасности». Советское руководство предпочитало развитие послевоенных международных отношений в русле традиционной системы «баланса сил» и раздела мира на «сферы влияния».39

В § 2 показано становление и развитие ортодоксальной и ревизионистской исторических школ в США. Американские представители ортодоксальной школы утверждали, что вмешательство США в мировые проблемы было вызвано не экспансионистскими устремлениями, а желанием остановить продвижение социализма в мире, в частности - защитить ослабшие демократии Запада. Позиция США выглядит самообороной в работах Т. Бейли, Дж. Кеннана, Г.Фиса,40 У. Макнила.41 Сторонники «ревизионистского» направления полагали, что именно США несут основную ответственность за возникновение «холодной войны».42 Одним из наиболее известных ревизионистов стал Г. Алперовиц, посвятивший свою работу проблеме влияния атомной монополии США на их внешнюю политику.43

В американской историографии появились интересные концепции, промежуточные между двумя основными течениями исторической мысли. Так, Дж. Гэддис отрицает стремление СССР к мировой революции, более того, уверен, что Сталин не собирался рисковать безопасностью своей страны ради этого. Причины «холодной войны» Гэддис видит в существовании советско-американских противоречий в четырех областях: историческое прошлое; идеология; экономика; личности (отсутствие взаимопонимания между Сталиным и Трумэном). Гэддис скептически относится к «теории сдерживания» и «доктрине Трумэна», полагая, что они были выдвинуты в качестве идеологических заявлений и строились на завышенных оценках американской мощи.44

На волне полемики ортодоксов и ревизионистов новый импульс развития получила теория политического реализма.45 Первым и наиболее решительным реформатором этой теории, подвергшим сомнению ряд ее постулатов «изнутри» самого реализма, стал Кеннет Н. Уолц. Его работы и работы его сторонников (Роберт Гилпин, Джон Миршеймер, Стивен М. Уолт и др.) заложили основы развитию неореализма.

До 1991 г. американская историография заметно опережала отечественную историческую науку по глубине анализа, смелости постановки научных проблем. Сказывалось заметно меньшее влияние официальной идеологии. Для американской историографии характерен интерес к идеологическому фактору, особое внимание к странам «третьего мира», анализ взаимоотношений сверхдержав с союзниками по блокам.46 Многие исследователи поднимают проблему воздействия «холодной войны» на общество. Наиболее дискуссионным остается вопрос о времени начала «холодной войны». В историографии находит все больше обоснований датировка 1947-1948 гг., а не 1944-1945 гг., и тем более не 1917 г.47

За последние два десятилетия наиболее важным направлением работы зарубежных и российских специалистов стало изучение политических и экономических взаимоотношений СССР со своими восточноевропейскими союзниками, рассмотрение механизма функционирования советской внешнеполитической пропаганды, «народной дипломатии», исследование отдельных направлений внутреннего фронта «холодной войны» (экономического, социально-политического, культурного) и ряд других проблем.48 Для западной историографии характерна жестко критическая оценка политики СССР в отношении стран Восточной Европы. Об этом ярко свидетельствует изданный недавно (в 2010 г.) сборник «Кембриджской истории «холодной войны»»,49 который является важным этапом в развитии историографии этой по-прежнему актуальной темы.

Анализ отечественной и американской историографии по внешнеполитическим доктринам СССР и США в послевоенные годы показывает, что большое количество вопросов еще не исследовано и требует дальнейшего изучения. В их числе анализ принятия решений в СССР и странах восточного блока; взаимосвязь внутренней и внешней политики, а также политики и идеологии; формирование взаимных представлений и многое другое.

Во второй главе «Блоковое противостояние «холодной войны» в отечественной и американской историографии» - показано, что в американской, советской, а затем и российской исторической литературе большое внимание традиционно уделялось вопросам стратегии противоборствующих сторон в годы «холодной войны», созданию военных блоков и союзов, оказывавших заметное влияние на систему международных отношений.

В § 1 показана полемика в историографии по вопросам ответственности сторон в развязывании «холодной войны». В советской историографии утвердилась точка зрения о том, что одной из главных задач внешней политики США в 1940-е – начале 1950-х гг. являлось стремление не допустить социалистических революций в Западной Европе.50 Активно проводилась мысль о стремлении американских правящих кругов к мировому господству. Советские историки писали о мессианстве американской внешнеполитической мысли, об антикоммунизме как движущей силе процесса формирования американской внешней политики. Советская историография, опиравшаяся на базовые идеологические посылки, представляла собой «монолит», «единство» концепций и оценок. Историки и политологи СССР последовательно развивали тезис о высшем политическом руководстве США как главном «виновнике» послевоенной конфронтации. В послевоенной историографии «холодная война» рассматривалась как результат традиционного стремления американских лидеров (Трумэна) к мировому господству.

В период разрядки в советской историографии появились более гибкие формулы, в частности, идея об упущенных возможностях сотрудничества двух сверхдержав после разгрома Германии. По мнению Н.Н. Маркиной, правящие круги США рассчитывали, что монопольное владение атомной бомбой откроет для них благоприятные возможности перекройки политической карты мира.51 Исследователи проявили заметный интерес к внешнеполитическим императивам США, анализировали известные лозунги «Pax Americana» и лозунги антикоммунизма.52

Серьезным прорывом в историографии стала программа академических обсуждений тематики «холодной войны» между советскими и американскими историками, задуманная в 1970-е гг., но развернувшаяся только во второй половине 1980-х гг. На конференциях в Москве (1986 г.) и в Университете Огайо (1988 г.) шел разговор о хронологических рамках, событиях и проблемах «холодной войны».

С начала 1990-х гг. эволюция историографии в большей степени зависела от динамики самих международных отношений, а не от идеологических стереотипов в научных и общественных кругах двух сверхдержав.53 В 1995 г. образовалась группа по изучению «холодной войны» на базе Института всеобщей истории РАН (директор и член-корреспондент РАН А.О. Чубарьян, М.М. Наринский, Н.И. Егорова, А.М. Филитов, В.Л. Мальков, И.В. Гайдук, М.Л. Коробочкин, В.В. Поздняков).54

В 1990-е гг. расширились возможности российских историков сотрудничать с коллегами в США, Западной и Центральной Европе. Это сотрудничество осуществлялось на индивидуальной, двусторонней основе, а также в рамках международных проектов, прежде всего, проекта по изучению международной истории «холодной войны» при Центре Вудро Вильсона в Вашингтоне. Российские ученые приняли активное участие в подготовке и проведении серии конференций по «холодной войне» в Москве (январь 1993 г. и март 1998 г.), Нью-Хейвене (сентябрь 1999 г.) и многих других. Регулярные контакты с зарубежными коллегами способствовали расширению кругозора российских специалистов по «холодной войне». Однако эти связи и обмены в основном охватывали Москву и почти не распространялись на центры и университеты других городов России.

За последнее десятилетие в отечественной и американской историографии наметился очевидный прогресс, связанный с переосмыслением военно-политической стратегии двух блоков послевоенного времени.55 Вполне очевидно, что на развитие исторической науки заметное влияние оказали современные реалии, в частности, активная военная деятельность НАТО, получившей стратегическую монополию в мире после распада социалистического лагеря. 56

В современной западной историографии утвердилось мнение о том, что в основе послевоенной конфронтации лежал различный подход США и СССР к концепции модернизации. Выделяя в качестве влиятельного фактора формирования биполярной системы международных отношений противостояние двух противоположных подходов к модернизации (с акцентом на «свободу» у США и «социальную справедливость» у СССР), исследователи акцентировали внимание на идеологической составляющей противоборства сверхдержав в «третьем мире», их мессианизме.57

В § 2 проанализирована тактика и стратегия противоборствующих военно-политических блоков в оценках исследователей. До распада СССР тактика и стратегия противоборствующих военно-политических блоков получила полярные оценки в историографии СССР и США. Советские историки традиционно писали об агрессивном характере НАТО и оборонительной сути союза социалистических стран.58 Американские авторы (за редким исключением) предпочитали видеть в создании социалистического лагеря реализацию внешнеполитических амбиций Москвы.59

Начальный период американской историографии отличался крайней однобокостью, абсолютным антикоммунизмом. На историческую науку большое влияние оказали идеи эпохи маккартизма, закрытие «красных» газет и каналов, «охота на ведьм», антикоммунистическая истерия по поводу укрепления социалистического блока. В первой половине 1950-х гг. на американскую историографию существенно влияла воинственная риторика Дж.Ф. Даллеса. В исторических исследованиях отразились идеи доктрины сдерживания, политики балансирования на грани войны и пр. Только немного позже (после Карибского кризиса и войны во Вьетнаме) в американской (и в целом в западной) историографии наступает переоценка прежних взглядов.

Много внимания в американской историографии уделялось анализу военной составляющей «холодной войны», главным образом, планам Кремля по отражению нападения противника. Ряд исследователей видел в этих планах демонстрацию агрессивной сущности СССР, готового к обострению конфронтации. Американские историки часто оставляли без внимания тот факт, что НАТО неоднократно разрабатывала планы нападения на Советский Союз и проводила весьма сомнительные «миротворческие» акции. Политика Москвы по консолидации социалистического лагеря (особенно в Восточной Европе) рассматривалась как закономерное продолжение имперского курса «красного коммунистического режима».60

Проведение либерально-демократических реформ в России в начале 1990-х годов, реализация прозападного курса министра иностранных дел А.В. Козырева отразились на общем векторе развития российской историографии.61 В этих условиях некоторые российские исследователи начали считать НАТО исключительно демократической оборонительной организацией в отличие от союза стран народной демократии.

В российских исследованиях середины 1990-х гг. встречались различные точки зрения по проблеме виновных в начале конфронтации между США и СССР.62 Стремясь «откреститься» от советского наследия, многие российские историки пытались дискредитировать Советский Союз и его руководство, обвиняли Москву в инициировании «холодной войны». Порой встречались жесткие высказывания в духе американской ортодоксальной историографии былых времен самой «холодной войны». Например, Н.Е. Быстрова, рассматривая историю создания Варшавского Договора, называла его «Восточным НАТО».63

Новая ситуация в России в начале ХХI века, продолжение процесса рассекречивания архивов, корректировка политического курса, начали формировать значимую тенденцию более объективного анализа «холодной войны».64 С одной стороны, была предпринята успешная попытка отойти от прежних пропагандистских мифов - как советских, так и постперестроечных. С другой – патриотические настроения, распространенные в определенных кругах российской интеллигенции, привели к тому, что «холодную войну» начали рассматривать сквозь призму национальных интересов России.

На новый уровень вышло концептуальное и методологическое развитие современной исторической науки. Несомненным достоинством последних работ российских и американских авторов является применение методов системного анализа, отказ от любых догм и предубеждений. Заметно расширилась тематика исследований, многие работы вышли на уровень концептуального анализа. Ученые стали уделять больше внимания широ­кому спектру движущих сил и явлений, составляющих историю «холодной войны». Ав­торы не ограничивались дипломатическими и военными аспектами взаимоотношений между двумя противостоявшими блоками и их лидерами. Историки изучали экономи­ческие отношения, проблемы пропаганды и идеологического соперничества, влияние движений протеста по обе стороны «железного занавеса» на атмос­феру «холодной войны». В сфере внимания оказались вопросы идентич­ности, борьбы разведок, восприятия «холодной войны» общественным мнением двух сверхдержав.

В главе третьей «Военный потенциал СССР и США в оценках отечественной и американской историографии» - отмечается, что вооруженные силы противоборствующих сторон в годы «холодной войны» являлись привлекательной темой для исторической мысли.

В § 1 показано формирование историографии «обычных» вооруженных сил и ВПК сверхдержав эпохи «холодной войны», проанализированы работы, касающиеся различных аспектов гонки вооружений, а также проблем формирования военных блоков.

В советской историографии милитаризм считался атрибутом исключительно капиталистических стран, прежде всего США и других ведущих членов НАТО. ВПК США, Германии, Великобритании рассматривался в свете теории государственно-монополистического капитализма, где милитаризм объявлялся неотъемлемой чертой современного капитализма. Рядом исследователей ВПК представлялся наиболее агрессивной частью политической элиты, или правящего класса капиталистических стран.65

В процессе изучения военной деятельности сверхдержав сложилось специфическое исследовательское сообщество. В отечественной историографии эпохи «холодной войны» советский военно-промышленный комплекс не являлся предметом глубоких исследований. Долгое время эта тема была «закрытой». Американские авторы отмечали явные различия между политической системой США, относительно открытой для воздействия на нее извне со стороны как гражданских, так и военных интересов, и закрытой советской политической системой, из которой исключены гражданские интересы.

В своей профессиональной деятельности американское исследовательское сообщество выполняло две важнейшие общественно-политические функции - общественному мнению Запада предлагалась объяснительная модель военной деятельности СССР и формировалось широкое поле экспертных мнений, служившее основой для принятия решений внешнеполитической элитой в сфере развития вооружений и формирования «ответа» на военный вызов Советского Союза.

По мере накопления знаний, обмена мнениями и методикой исследований в научной литературе удалось достичь известного прогресса. После распада СССР в историографии уже не встречались резко негативные оценки «буржуазного милитаризма».66 В исторической науке устоялось представление о США как о самом мощном государстве в военном отношении. Исследователи подчеркивали, что в послевоенный период Соединенные Штаты располагали передовым вооружением, обладали атомной бомбой.67

Основной вектор исторических исследований был направлен на оценку возможности достижения паритета в развитии ВПК СССР и США.68 И отечественные, и американские исследователи высоко оценивали энергичные меры Советского Союза, направленные на выравнивание военного потенциала.69

В § 2 показана роль ядерного потенциала США и СССР в оценках исторических исследований. В советском государстве весь комплекс вопросов, связанных с созданием отечественного «ядерного щита», долгое время не находил никакого освещения в исторических трудах. Такое положение дел обуславливалось тотальной засекреченностью данной отрасли советского ВПК. Данная отрасль строго засекречена и в Соединенных Штатах. По сути, ядерный потенциал советского государства начал изучаться отечественными историками только в 1990-е гг.70 Появление в 1994 г. книги воспоминаний руководителя советской атомной разведки генерала П.А.Судоплатова (переиздана в России в 1996 г.) вызвало бурные дискуссии по проблемам роли советской разведки в атомной программе СССР.71 Большим событием в историографии стало появление капитальной книги Д. Холловэя «Сталин и атомная бомба: Советский Союз и атомная энергия, 1939-1956 гг.» (сначала на английском языке в 1994 г., затем в переводе на русский в 1997 г.).72

С середины 1990-х гг. в России начался целый поток изданий по истории создания первой ядерной бомбы, написанных, в основном самими участниками программы.73 Осмыслению проблем создания ядерного оружия в сравнительно-исторической ретроспективе способствовали исследования зарубежных и отечественных авторов по истории атомных проектов в США и других странах.74 Большое значение для развития историографии имела полемика о первенстве США и СССР в создании термоядерной бомбы.75 По сути, данный спор о первенстве не разрешен до сих пор.

В целом, несмотря на определенный прогресс последних десятилетий, историография «ядерного противостояния» СССР и США остается закрытой темой для исторических исследований.76 Исследователи подчеркивают, что начальному этапу становления ядерной программы был присущ экспериментальный характер производства. «Секретность, скрытность и экспериментальность» - эти общие черты были характерны для развития атомной промышленности во всем мире. И отечественные и американские ученые едины во мнении, что гонка вооружений, начатая в США, потребовала напряжения всех сил и мобилизации всех ресурсов послевоенного СССР.

В современных исследованиях отмечается, что достигнутый паритет позволил обеспечить «баланс интересов» двух сверхдержав в сложном военно-политическом противостоянии первого десятилетия «холодной войны».

В заключении автор подводит итоги работы, делает обобщения, и выводы.

По теме исследования опубликованы

следующие работы:

Статьи в ведущих журналах и изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:

1. Кадырова Л.А. Сотрудничество стран-участников Организации Варшавского договора в оценках отечественных историков постсоветского периода // Вестник Московского государственного областного университета.
Серия: «История и политические науки». М., 2011. № 3. С. 98-103. (0,5 п.л.).

2. Кадырова Л.А. Отечественная историография начального периода «холодной войны»: эволюция концептуальных подходов // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: «История России». М., 2011. № 2. С. 87-92. (0,7 п.л.).

3. Кадырова Л.А. Концептуальные подходы зарубежной историографии к исследованию начального этапа «холодной войны» // Российский научный журнал. Серия: «Гуманитарные науки». 2011. № 3. С. 88-97. (0,5 п.л.).

Статья:

4. Кадырова Л.А. Военный потенциал СССР и США в оценках отечественной и зарубежной историографии // Ученые записки Астраханского государственного университета. Материалы итоговой научной конференции. Астрахань: Изд-во АГУ, 2011. С. 36-41. (0,6 п.л.).


1 Корякин П.А. Апологеты мирового империализма. М., 1948; Полонский Р.А. Буржуазные фальсификации внешней политики Советского Союза в послевоенный период. М., 1951; Макаров С.И. Буржуазная лженаука о внешней политике СССР. М., 1953.

2 Белоусов М. Кто же несет ответственность за «холодную войну»? (По материалам западных публикаций) // Международная жизнь. 1958. №11; Яковлев А.Н. Идейная нищета апологетов «холодной войны». - М., 1961; Поляков В.Г. Новейшие работы буржуазных авторов о «холодной войне» // Вопросы истории. 1965. №5.

3 Марушкин Б. Оправдание мирового империализма в исторической науке США // Международная жизнь. 1959. №7; Висков С.И. Американские историки и публицисты о «холодной войне» // Новая и новейшая история. 1967. №6.

4 Поляков В.Г. Новейшие работы буржуазных авторов о «холодной войне» // Вопросы истории. 1965. №5; Висков С.И. Американские историки и публицисты о «холодной войне» // Новая и новейшая история. 1967. №6; Беляев Ю.А. Англо-американская буржуазная историография. - М., 1979.

5 Чубарьян А.О. Происхождение «холодной войны» в историографии Востока и Запада // Новая и новейшая история; 1971. №3; Егорова Н.И. Некоторые проблемы «холодной войны» в американской буржуазной историографии 60-х гг. - М., 1975; Маркина К.Н. Некоторые аспекты возникновения «холодной войны» в американской историографии // Вопросы новой и новейшей истории. 1982. №28.

6 Чупранов Л. Критика буржуазных фальсификаторов по вопросам внешней политики СССР. - М., 1984; Николаев Н. Миф о «советской военной угрозе» в стратегии империализма. - М., 1984; Внешняя политика Советского Союза в освещении зарубежной историографии. - М., 1984; Правда о неправде: критические очерки по современной империалистической антисоветской пропаганде. - М., 1985.

7 Согрин В.В. Современная американская «радикальная» историография о внутренней и внешней политике США ХХ в. // Новая и новейшая история. 1983. №3: Степанова О.Л. «Холодная война»: историческая ретроспектива. - М., 1982.

8 Современная немарксистская историография и советская историческая наука. Беседа за «круглым столом» // История СССР. 1988. №1; Актуальные теоретические проблемы современной истори­ческой науки // Вопросы истории. 1992. № 8-9.

9 Мосалев П.А. Участие СССР в «холодной войне» (1945-1953). Анализ отечественной и западной историографии / Дисс… д. и. н. - М., 1993; Историческая наука в ХХ веке: Историография истории нового и новейшего времени стран Европы и Америки. Под ред. И.П. Дементьева, А.И. Патрушева. - М., 2002; Захарова А.Г. «Холодная война» в современной западной историографии // Отечественная история. 2005. №6.

10 Митрохин А.С. Концептуальные подходы современной российской историографии // Отечественная история. 2005. № 2; Асмолов К. Война в Корее в зеркале историографии // http://kore-saram.ru/K-Asmolov-Voina-v-zerkale-istoriografii (дата обращения: 22.12.2009); Волобуев М.А. Переосмысление опыта «холодной войны». Анализ публикаций современной американской историографии // Вопросы истории. 2002. № 5.

11 Чубарьян А.О Происхождение «холодной войны» в историографии Востока и Запада // Новая и новейшая история. 1991. №3; Филитов A.M. «Холодная война»: историографические дискуссии на Западе. - М., 1991; Западная историография в годы «холодной войны». 1955-1985 гг. - М., 1995; Сетов Р.А. «Новый ревизионизм». Современные тенденции в оценке «холодной войны» / Американское общество на пороге XXI века. - М., 1996 и др.

12 Насонов А.И. Периодизация американской историографии «холодной войны»: поиск новых подходов. М., 1999; Иванов П.В. Создание НАТО в оценках американских историков 1950-1980 гг. СПб, 2001; Согрин В.В. Современное освещение новейшей истории стран Европы и Америки // Новая и новейшая история. 2002. № 5; Поляков А.С. Разрядка международной напряженности в современной англо-американской историографии. М., 2003.

13 Хлуденев И.М. «Круглый стол» в МИД СССР // Новая и новейшая история. 1991. №5; Круглый стол. «О «новой истории» холодной войны» (материалы дискуссии) / Сталинское десятилетие холодной войны: факты и гипотезы. - М., 1999.

14 Филитов А.М. «Холодная война»: историографические дискуссии на Западе. - М, 1991; Чубарьян А.О. «Пересмотр «холодной войны»: Подходы, интерпретация, теория». Конференция Нобелевского Института / Сталинское десятилетие «холодной войны». - М., 1999.

15 Петров А.Е. Перевернутая история: лженаучные модели прошлого // Новая и новейшая история. 2004. № 3; Репина Л.П. Историческая память и современная историография // Новая и новейшая история. 2004.  № 5.

16 Гареев М.А. Об объективном освещении военной истории России // Новая и новейшая история. 2006. № 5.

17 Могray D. From Yalta to Disarmament, Cold War Debates. - N.Y., 1961; Fr. Sсhuman. The Cold War. Retrospect and Prospect. - Louisiana, 1962.

18 The Cambridge History of the Cold War, v. 1-3. Cambridge, 2010.

19 Чубарьян A.O. Происхождение «холодной войны» в историографии Востока и Запада // Новая и новейшая история. 1991. №3. С. 3-17; Чубарьян A.O. Новая история «холодной войны» // Новая и новейшая история. 1997. №6. С. 3-22.

20 Мальков В.Л. Многосторонняя дипломатия в современной историографии холодной войны: опыт сопоставления / Многосторонняя дипломатия в годы холодной войны. - М., 2008.

21 Painter D. A Partial History of the Cold War. - Cold War History. V. 6. №4. November 2006. P. 527-534; Lunderstad G. The Cold War According to John Gaddis. Ibid. P. 535; Trachtenberg M. The United States and Eastern Europe in 1945. A Reassessment. - Journal of Cold War Studies. V. 10. №4. 2008 (Fall). P. 96; Dijik K.V., Offner A.A. Reviews of Wilson D. Miscamble. From Roosevelt to Truman; Potsdam, Hiroshima, and the Cold War. - New York, 2007. Ibid. P. 133, 136, 141.

22 Zubok V. Response. - H-Diplo Roundtable Reviews. V. IX. №10. 2008. P. 36.

23 Коробов А.П. Идеология воинствующего империализма. М., 1967; Арбатов Г.А. Идеологическая борьба в современных международных отношениях. Доктрина, методы и организация внешнеполитической пропаганды империализма. - М., 1970; Беглов С.И. Внешнеполитическая пропаганда. Очерки теории и практики. Учебное пособие для факультета журналистики. - М., 1984.

24 Внешняя политика СССР и силы мировой реакции. - М., 1954; Федотов А.П. Создание социалистического лагеря в зеркале буржуазной историографии. М., 1967; Николаев Н. Миф о «советской военной угрозе» в стратегии империализма. - М., 1984; Чупранов Л. Критика буржуазных фальсификаторов по вопросам внешней политики СССР. - М., 1984.

25 Савушкин А.В. Империалистическая система после окончания Второй мировой войны. - М., 1949; Крыловский Р.В. Борьба с пережитками капитализма в странах Восточной Европы. - М., 1952; Внешняя политика Советского Союза в освещении зарубежной историографии. - М., 1984.

26 Внешняя политика и ее фальсификаторы. - М., 1960; Воровский В.В. Статьи и материалы по вопросам внешней политики. - М., 1959; Трухановский В.Г. 60 лет борьбы СССР за мир и сотрудничество между народами. - М., 1977; Беспалов Н.А., Лощенков Н.В. Миролюбивая внешняя политика Советского Союза. - М., 1978; Кутаков Л.Н. История международных отношений и внешней политики СССР, 1917-1972. - М., 1975; Хвостов В.М. Проблемы истории внешней политики СССР и международных отношений: избранные труды. - М., 1976.

27 КПСС - организатор защиты социалистического Отечества. 2-е изд., доп. М., 1977; Партийно-политическая работа в Вооруженных Силах СССР. 1918-1973 гг.: Исторический очерк. М., 1974; Советские Вооруженные Силы: История строительства. М., 1978 и др.

28 Кульков Е.Н., Ржешевский О.А., Челышев И.А. Правда и ложь о Второй мировой войне. - М., 1983; Волков Ф.Д. За кулисами Второй мировой войны. - М., 1985.; Исраэлян В.Н. Дипломатия в годы войны, 1941-1945 гг. - М., 1985; Колесниченко И. Битва после войны. - М., 1987; Дашичев В. Восток-Запад: поиск новых отношений. О приоритетах внешней политики Советского государства // Литературная газета. 1988. 18 мая; Рощин А.А. Послевоенное урегулирование в Европе. - М., 1984; История внешней политики СССР. 1917-1985. В 2-х т. - М., 1986.

29 Нарочницкий А.Л. Актуальные вопросы изучения истории внешней политики СССР и международных отношений // Вопросы истории. 1987. №11; Милюкова В. 70 лет советской внешней политики // Общественные науки. 1988. №2; Загладин Н.В. История успехов и неудач советской дипломатии. - М., 1990.

30 Филитов A.M. «Холодная война»: Историографические дискуссии на Западе. М., 1991; Филитов А.М. Как начиналась «холодная война» / Советская внешняя политика в годы «холодной войны» (1945-1985 гг.): новое прочтение. - М., 1995; «Холодная война: Новые подходы, новые документы» (Отв. редактор М.М. Наринский). М., 1995; Советская внешняя политика в годы «холодной войны» (1945-1985). Новое прочтение. М., 1995.

31 Чубарьян А.О. Происхождение «холодной войны» в историографии Востока и Запада // Новая и новейшая история. № 3. 1991; Батюк В.И. Истоки «холодной войны»: советско-американские отношения в 1945-1950 гг. М., 1992; Батюк В., Евстафьев Д. Первые заморозки. Советско-американские отношения в 1945-1950 гг. М., 1995; Наринский М.М. План Маршалла и Советский Союз // История европейской интеграции 1945-1994. М., 1995; Батюк В., Евстафьев Д. Советско-американские отношения в 1945-1950 гг. - М., 1995.

32 Советская внешняя политика в ретроспективе. 1917-1991. / Отв. ред. А.О. Чубарьян. - М., 1993.

33 Холодная война: новые подходы, новые документы / Отв. ред. М.М. Наринский. - М., 1995; Советская внешняя политика в годы холодной войны (1945-1985). Новое прочтение / Отв. ред. Л.Н. Нежинский. - М., 1995.

34 Егорова Н.И. Европейская безопасность и «угроза» НАТО в оценках сталинского руководства / Сталинское десятилетие холодной войны: факты и гипотезы. - М., 1999; Сетов Р.А. «Новый ревизионизм». Современные тенденции в оценке «холодной войны» / Американское общество на пороге XXI века. - М., 1996; Сталин и холодная война. - М., 1998; Сталинское десятилетие холодной войны. - М., 1999; Егорова Н.И. Военно-политическая интеграция стран Запада и реакция СССР (1947-1953 гг.) / Холодная война. 1945-1963 гг. Историческая ретроспектива. - М., 2003 и др.

35 Печатнов В. «Союзники нажимают на тебя для того, чтобы сломить у тебя волю…». Переписка Сталина с Молотовым и другими членами Политбюро по внешнеполитическим вопросам в сентябре-декабре 1945 г. // Источник. 1999. №2; Волокитина Т.В. Сталин и смена стратегического курса Кремля в конце 40-х годов: от компромиссов к конфронтации / Сталинское десятилетие холодной войны: факты и гипотезы. - М., 1999; Волокитина Т.В., Мурашко Г.П., Носкова А.Ф. Начало создания соцлагеря / СССР и холодная война / Под. ред. В.С. Лельчука, Е.И. Пивовара. - М., 1995; Волокитина Т.В. «Холодная война» и социал-демократия Восточной Европы. 1944-1948. Очерки истории. - М., 1998.

36 Круглый стол. «О «новой истории» холодной войны» (материалы дискуссии) / Сталинское десятилетие холодной войны: факты и гипотезы. - М., 1999; Белоусова З.С., Наджафов Д.Г. Вызов капитализму: советский фактор в мировой политике / XX век. Многообразие, противоречивость, целостность. - М., 1996; Наджафов Д.Г. К вопросу о генезисе холодной войны / Холодная война. 1945-1963 гг. Историческая ретроспектива. - М., 2003.

37 Чубарьян А.О. Новая история «холодной войны» // Новая и новейшая история. 1997. №6; Наринский М.М. История международных отношений. 1945-1975. М., 2004; Печатнов В.О. Сталин, Рузвельт, Трумэн: СССР и США в 1940-х гг. Документальные очерки. - М., 2006 и др.

38 Уткин А.И. Мировая «холодная война». М., 2005; Уткин А.И. Вторая мировая война. М.: Алгоритм, 2002; Уткин А.И. Дорога к Победе. Смоленск, Русич, 2004; Уткин А.И. Месть за победу — новая война. Москва: Алгоритм, 2005; Уткин А.И. Гнев американских богов. Москва: Алгоритм, 2006; Уткин А. И.Вызов Запада и ответ России. М.: Эксмо, 2005; Уткин А.И. Новый мировой порядок. Москва, ЭКСМО, 2006; Уткин А. И. Русские во Второй мировой. Москва, Алгоритм, 2007; Уткин А.И. Подъём и падение Запада. М., АСТ, 2008.

39 Гайдук И.В. К вопросу о создании «новой истории» холодной войны / Сталинское десятилетие холодной войны: факты и гипотезы. - М., 1999; Злобин Н.В. Неизвестные американские архивные материалы о выступлении У. Черчилля 5 марта 1946 г. // Новая и новейшая история. 2000. №2; Гибианский Л.Я. Проблемы Восточной Европы и начало формирования советского блока / Холодная война. 1945-1963 гг. Историческая ретроспектива. - М., 2003; Бокарев Ю.П. Еще раз об отношении СССР к плану Маршалла // Отечественная история. 2005. №1; Штеркель А.В. Дипломатическая предыстория создания советской зоны оккупации в Германии / Сборник научных статей. Адыгская (Черкесская) международная академия наук. №27. - Нальчик, Армавир, 2010.

40 Herbert Feis. Between War and Peace. The Potsdam Conference. Princeton. - London, 1960.

41 William H. McNeill. America, Britain, & Russia. Their Cooperation and conflict, 1941-1946. - London, 1953.

42 Walter LaFeber. America, Russia, and the Cold War, 1945-1971. - N.Y., 1972. P. 1.

43 Gar Alperovitz. Atomic Diplomacy: Hiroshima and Potsdam. The Use of the Atomic Bomb and the American confrontation with Soviet power. - N.Y., 1965.

44 John Lewis Gaddis. Russia, the Soviet Union, and the United States: An interpretive History. - N.Y., 1976. P. 156.

45 Смит С. Самопредставления о дисциплине: происхождение теории международных отношений // Теория международных отношений на рубеже столетий. М., 2002. С. 11.

46 Leffler M.P. A Preponderance of Power: National Security, the Truman Administration and the Cold War. - Stanford, 1993.

47 Zubok V., Pleshakov C. Inside the Kremlins Cold War: From Stalin to Khrushev. - London, 1996.

48 Trachtenberg М. The United States and Eastern Europe in 1945: A Reassessment. - Journal of Cold War Studies. V. 10. №4. Fall 2008.

49 The Cambridge History of the Cold War, v. 1-3. Cambridge, 2010.

50 История внешней политики СССР. 1917-1975 / Под ред. А.А. Громыко, Б.Н. Пономарева. Т. 1-2. - М., 1976; История дипломатии / Под ред. А.А. Громыко. Т. IV. - М., 1975; Международные отношения после второй мировой войны / Под ред. Н.Н. Иноземцева. Т. I. - М., 1962; Аничкин В.С., Трофименко Г.А. СССР-США: мирное сосуществование как норма взаимоотношений. - М., 1975; Вальков В.А. СССР и США, их политические и экономические отношения. - М., 1975; Иноземцев Н.Н. Внешняя политика США в эпоху империализма. - М., 1960; Мельников Ю.М. От Потсдама до Гуама: Очерки американской дипломатии. - М., 1974; Сивачев Н.В., Язьков Е.Ф. Новейшая история США. 1917-1972. - М., 1972; Иванян Э. А., Кунина А.Е. Советско-американские отношения. 1917-1970 гг. - М., 1972.

51 Маркина Н.Н. Некоторые аспекты возникновения «холодной войны» в американской историографии // Вопросы новой и новейшей истории (Киев). 1982. №28. С. 91.

52 Международные отношения после второй мировой войны / Под ред. Н.Н. Иноземцева. Т. I. - М., 1962; Международные отношения после второй мировой войны. В 3-х т. Т. 2 / Ред. А.А. Лаврищев, Д.Г. Томашевский. - М., 1963; Ларин В. Международные отношения и идеологическая борьба. - М., 1976.

53 Чубарьян А.О. Происхождение «холодной войны» в историографии Востока и Запада // Новая и новейшая история. 1991. №3; Загладин Н.В. Почему завершилась «холодная война»? // Кентавр. 1992. №1.

54 Чубарьян А.О. Новая история «холодной войны» // Новая и новейшая история. 1997. №6. С. 7.

55 Newhouse J. The Nuclear Age. From Hiroshima to Star Wars. London, 1989; Chang. The South Korean Military and the Korean War. A paper prepared for the Annual Conference 2001 of ICKS The Korean War After Fifty Years: Challenges for Peace and Prosperity. June 22-24, 2001, Arlington, Virginia, USA.

56 Painter D. A Partial History of the Cold War. - Cold War History. V. 6. №4. November 2006; Trachtenberg M. The United States and Eastern Europe in 1945. A Reassessment. - Journal of Cold War Studies. V. 10.  №4. 2008 (Fall); Dijik K.V., Offner A.A. Reviews of Wilson D. Miscamble. From Roosevelt to Truman; Potsdam, Hiroshima, and the Cold War. - New York, 2007.

57 Westad A.O. The Global Cold War: Third World Interventions and the Making of our Times. - Cambridge, 2007.

58 Буравчиков К.В. Военно-политическая агрессия США. - М., 1949; Пекарев С.К. Империалистическая политика США в странах Латинской Америки. - М., 1954; Иванова И.Н. Концепция «Атлантического сообщества» во внешней политике США. - М., 1973; Аничкин В.С., Трофименко Г.А. СССР-США: мирное сосуществование как норма взаимоотношений. - М., 1975; Вальков В.А. СССР и США, их политические и экономические отношения. - М., 1975; Мельников Ю.М. От Потсдама до Гуама: Очерки американской дипломатии. - М., 1974; Караганов С.А. США - диктатор НАТО. - М., 1985.

59 Brzezinski Z.K. The Soviet Bloc: Unity and conflict. - Rev. and enl. Ed. - Cambridge, 1971; Moreton N.E. East Germany and Warsaw АШ-ance: The politics of detente. - A Westview replica ed. - Boulder, 1978; Caldwell L. The Warsaw Pact: Direction of Change. - Problems of Communism. - Washington, 1975; The Warsaw pact: Political purpose and military means / Ed. by Cawson R.D. and Kaplan L.S. - WilingLon, 1982; Kulski W.W. The Soviet Union in world affairs: A documented analysis, 1964; 1972. - Syracuse (N.Y.): Syracuse univ. press, 1973; Johnson R. Warsaw pact: Soviet Military Policy in Eastern Europe. New York, 1984.

60 Wolfe T.W. Soviet strategy at the crossroads. - Cambridge, 1964; Staar R. Communist Regimes in Eastern Europe. - Stanford, 1977; Jonson A., Dean R., Alcxur A. East Europe - an military establishments: Warsaw Pact Northern tier. - New-York, 1982.

61 Козырев А.В. Стратегия партнерства // Международная Жизнь. 1995. № 5; Маныкин А.С. Гарри С. Трумэн и либерализм эпохи «холодной войны» / Проблемы американистики. Выпуск 10. - М., 1997.

62 Гаврилов В.А. Киссинджер: «Корейская война не была кремлевским заговором...» // Военно-исторический журнал. 2001. № 2.

63 Быстрова Н.Е. СССР и формирование военно-блокового противостояния в Европе (1945-1955 гг.). Ч. II. С. 479.

64 Лукьянов П.Г. История Организации Варшавского Договора. - Могилев, 2006; Щемелева Е.Г. Американское общественное мнение о Советском Союзе, 1945 - апрель 1949 г. Автореф.  Дисс… д. и. н. Ярославль, 2006.

65 Бугров Е.В. Военно-промышленный комплекс США - угроза миру. - М., 1985; Гейвандов С.К. Технологическая политика США в отношении СССР. - М., 1985; Скороденко П.П. Во главе боевого союза: коммунистические партии - создатели и руководители ОВД. - М., 1985; Иванова И.Н. Концепция «Атлантического сообщества» во внешней политике США. - М., 1973; Караганов С.А. США - диктатор НАТО. - М., 1985.

66 Симонов Н.С. Военно-промышленный комплекс СССР в 1920-1950-е годы: темпы экономического роста, структура, организация производства и управление. - М., 1996; Симонов Н.С. Создание военной промышленности и формирование советского военно-промышленного комплекса (1920-1950-е гг.): Проблемы экономического роста, структура, организация, производство, управление / Дисс… д. и. н. - М., 1999.

67 Алексеев В.В., Литвинов Б.В. Советский атомный проект как феномен мобилизационной экономики // Вестник РАН. 1998. Т. 68. №1; Толстиков B.C. Социально-экологические последствия развития атомной промышленности на Урале (1945-1998 гг.). - Челябинск, 1998; Новоселов В.Н., Толстиков B.C. Атомный след на Урале. - Челябинск, 1997; Новоселов В.Н. Создание атомной промышленности на Урале. - Челябинск, 1999; Пелих А.Л. Фундаментальная военная наука в СССР (1953-1991 гг.) // Сборник научных трудов АГУ. Астрахань, 2007.

68 Быстрова И.В. Развитие военно-промышленного комплекса // СССР и холодная война. М., 1995; Быстрова И. Советский военно-промышленный комплекс: проблемы становления и развития (1930-1980-е годы). М., 2006.

69 Щерба А.Н. Роль военной промышленности СССР в укреплении обороноспособности СССР / Дисс.... д. и. н. - Спб., 1999; Лосик А.В.. Мезенцев А.Ф., Щерба А Н. У истоков российского военно-промышленного комплекса - Спб., 1998; Lewis J. W., Litai X. China Builds the Bomb. - Stanford, 1988; Abraham I. The Making of the Indian Atomic Bomb. - New York, 1998.

70 У истоков советского атомного проекта: роль разведки // Вопросы истории естествознания и техники. 1992. №3. С. 107; Харитон Ю.Б. Смирнов Ю.Н. Мифы и реальность советского атомного проекта. Арзамас-16. 1994; Семинар памяти Нильса Бора. Наука и общество: история советского атомного проекта. - М., 1997. С. 409; Роль разведки в создании советского атомного оружия / История советского атомного проекта. Документы, воспоминания и исследования. Выпуск 1. - М., 1998. С. 61.

71 Судоплатов П.А. Разведка и Кремль. Записки нежелательного свидетеля. - М., 1996.

72 Холловэй Д. Сталин и бомба: Советский Союз и атомная энергия. 1939-1956. - Новосибирск, 1997.

73 Наука и общество: история советского атомного проекта (40-50 годы) / Отв. ред. Е.П. Велихов. - М., 1997; История советского атомного проекта. Документы, воспоминания и исследования. Выпуск 1 / Отв. ред. В.П. Визгин. - М., 1998.

74 Мальков В.Л. «Манхэттенский проект»: Разведка и дипломатия. - М., 1995; Lewis J.W., Litai X. China Builds the Bomb. - Stanford, 1988; Abraham I. The Making of the Indian Atomic Bomb. - New York, 1998. Мальков В.Л. «Манхэттенский проект»: Разведка и дипломатия. - М., 1995; Lewis J. W., Litai X. China Builds the Bomb. - Stanford, 1988; Abraham I. The Making of the Indian Atomic Bomb. - New York, 1998.

75 Сахаров А.Д. Воспоминания. - M., 1991. С. 94.

76 Советская военная мощь от Сталина до Горбачева / Под ред. А.В. Минаева. - М., 1999.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.