WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Горблянская

Ксения Юрьевна

Искусство донского женского казачьего

костюма XVIII начала XX вв.

(национальные традиции, образная целостность, проблемы наследия в XX в.)

17.00.04 изобразительное

и декоративно-прикладное искусство и архитектура

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата искусствоведения

Москва  - 2012

Диссертация  выполнена  в  ФГБОУ  ВПО «Московская  государственная  художественно-промышленная академия им. С. Г. Строганова»

Научный руководитель:

доктор искусствоведения, профессор, Кошаев Владимир Борисович, профессор кафедры  истории и теории декоративного искусства и дизайна ФГОУ ВПО «Московская государственная художественно-промышленная академия им. С.Г.Строганова»        

Официальные оппоненты:

Мальбахов Борис Хасанович, доктор искусствоведения, профессор, зав. кафедрой декоративно-прикладного искусства ФГОУ ВПО «Кабардино-Балкарского государственного университета им. Х. М. Бербекова»

Большова Светлана Ивановна, кандидат искусствоведения, доцент кафедры художественного оформления текстильных изделий ФГОУ ВПО «Московского государственного текстильного университета им. А. Н. Косыгина»

Ведущая организация: ФГБОУ  ВПО «Санкт-Петербургский государственный университет»        

Защита состоится « » декабря 2012 г. в 12.00 часов на заседании диссертационного совета Д.212.152.01 при ФГБОУ  ВПО «Московской государственной художественно-промышленной академии им. С.Г. Строганова» по адресу: 125080, Москва, Волоколамское шоссе, д.9

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГБОУ  ВПО  МГХПА им. С.Г. Строганова.

Автореферат разослан «___»_______________ 2012 года.

Учёный секретарь

диссертационного совета,

кандидат философских наук  Ганцева Нина Нестеровна

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Обоснование проблемы исследования  Искусство женского донского народного костюма, как феномен русского искусства, формировалось в регионе со сложным этническим населением. Многообразие культур народов региона, где проживает более 100 народностей и национальностей, нашло уникальное воплощение в событиях истории и в предметно-пространственной среде. Народный костюм ярко характеризует процессы сложения художественно-образных традиций в регионе, что важно для понимания многонациональных истоков культуры и искусства в регионе. Это отразилось в ансамбле костюма. Отсутствие научных исследований в области реконструкции художественного текстиля, его слабая искусствоведческая систематизация и необходимость определения исторически ценного, типичного и уникального в сохранившихся музейных коллекциях, фрагментах этнографических экспозиций, делают важным изучение художественной эволюции женского донского народного костюма на протяжении XVIII-начала XX вв.

Актуальность исследования  Художественный текстиль и ансамбль костюма в регионе свидетельствуют о художественных вкусах населения края, создавшего уникальный прецедент художественной традиции, отличающийся и от Центрально-черноземного региона, и от территорий Северного Кавказа. В этом просматривается уникальность феномена для отечественной и мировой культуры. По отношению к донскому казачьему женскому костюму нет установившихся взглядов на процесс его сложения, особенно в аспектах ансамблевости и художественно-образной трактовки.  В интенсивном интеркультурном художественном процессе переплавились мотивы древнерусских текстильных фигур, источники древнетюркского и исламского мира. Трансформация обусловлена с одной стороны художественными и этническими новациями, а с другой – сохранением четко выраженного художественно-исторического идентитета русского искусства. Поэтому дилемма «общего - регионального», «традиционного - инновационного» в отношениях культурных процессов на Дону должна быть осознана, как проблема искусства на возможно-широкой источниковедческой базе. Это даст возможность рассматривать проблему «национального» в русском искусстве, а так же разобрать дисциплинарные аспекты.

Искусствоведческая оценка костюма открывает для сферы современного художественного творчества понимание полноты и качества его пластических решений и будет способствовать введению материалов в образование, текстильное творчество, дизайн, проектирование текстиля.

Границы исследования  Территориальные границы исследования определены землями, входившими традиционно в Область Войска Донского вдоль верхнего, среднего и нижнего течения Дона, т.е. в южной степной полосе России («Дикого поля»). В современной трактовке это территории Ростовской, Воронежской, Волгоградской областей, а также восточные районы Луганской области. Временные границы обусловлены сохранившимися до нашего времени художественными материалами и историографическими данными и источниками (XVIII – начала ХХ вв.).

Степень научной разработанности исследования Донской костюм как самобытное явление привлекает внимание в рамках интереса к казачьей культуре в основном со 2-й половины XVIII в., однако сведения о казаках находят еще в грамоте Иоанна III к рязанской княгине (1503) где говорится о том, что рязанские казаки, охранявшие южные границы, активно уходили на Дон (Е. Кательников,1886). В составе донцов отмечают татар кряшен, мещер, черкасов, днепровских выходцев Новгорода Великого и других русских городов.

Реальные же наблюдения, начинают публиковаться в конце XVII в. По поручению Петра I в 1699 г. вице-адмирал К. Крейс ведет наблюдения и публикует их, отмечая этнографические особенности, в том числе одежды. Из ранних материалов важны этнографические труды С. Палласа, Г. Гмелина, А.И. Ригельмана, Г. Георги, А.Л. де Романо, Ж.Б. Бретона, М. Лесура, Г.Т. Паули, а также местных исследователей, например, Е. Кательникова, В. Броневского, М.Н. Харузина, С. Номикосова.

Вопросам происхождения донских казаков занимались Д.И. Иловайский, А.А. Новосельский, и в особенности П.П. Семенов-Тянь-Шанский. Его гипотезы были поддержаны другими учеными.

Проблема истоков занимает таких ученых как  Д.К. Зеленин, Б.А. Куфтин, Л.Н. Гумилев, Н.И. Лебедева, Г.С. Маслова, С.И. Большова, С.В. Просина и др. Важные сведения об особенностях костюма сопредельных народов, влиявших на «кубелечный» комплекс, содержат работы А.А. Лебедевой, Е.Н. Студенецкой, З.В. Доде, Р.Г. Гаджихановой, Л.М. Гарсаева.

Тюркские элементы в костюмах донских казачек определены в историко-этнографических публикациях Т.Д. Равдоникаса, А.Г. Булатовой, М.К. Завьяловой, Л.И. Мишуринской, Н. Эртюрка.

Большой вклад в исследование культуры Дона внесли также члены статистического комитета В.Д. Сухоруков, А.М. Савельев.

Историографической фундаментальностью отличаются материалы историка В.Д. Сухорукова, а также казака Е.П. Савельева.

Важные контексты имущественного плана содержат работы М.Н. Харузина, специализирующегося в области права, отношений родителей и детей, положения женщины в семье.

Интересна работа Е.Н. Кательникова, оставившего зарисовки женского и девичьего костюмов конца XVIII – начала XIX вв. На волне внимания к народной культуре публикует свои статьи  Н.Ф. Яковлев, обращаясь к систематизации типов одежды и их территориальных особенностей.

С 1906 г. разворачивается деятельность городского Ростовского (на Дону) музея, в которой принял участие М.Б. Краснянский и к началу советского периода, моменту упразднения казачества и области Войска Донского, как административной единицы, в изучении этнографии и фольклора Дона был накоплен значительный материал. Женская одежда практически выпала из поля исследования сотрудников музея. Интерес к изучению и систематизации письменных источников, а также сбору материалов в экспедициях силами музеев, активизируется с 1960-х гг., но надо отметить, что сведения по женскому костюму практически отсутствует в поле источников.

Для настоящего исследования важны работы сотрудников Ростовского областного музея краеведения Н.Г. Фрадкиной и Л.А. Новак, которые дают фрагменты описания костюма и его элементов. Из исследований последних двух десятилетий по одежде верховых и низовых казаков важны историко-этнографические работы М.П. Астапенко и Г.Д. Астапенко, а также А.Н. Логинова. Обобщение структуры женской казачьей одежды приводится в каталоге «Народы Дона» (РОМК, 2005г.). Расширяют источники каталог выставки РЭМ (С-Пб., 2006) с описанием и изображениями предметов женской казачьей одежды XIX – XX вв.: «кубелечного» комплекса, одежды казачек-некрасовок, рабочей, повседневной зимней одежды донских женщин. Иллюстрированная энциклопедия «Русский традиционный костюм» авторов Н. Сосниной и Н. Шангиной дает ряд сведений по крою, материалам, происхождению, манере ношения «кубелека».

В работе также использовались этнографические материалы О.Н. Новиковой по истории оренбургского казачества, И.А. Баранкевич – кубанских казаков, И.В. Водовозовой – казаков Астраханской области, А.В. Шаповаловой – черноморских, Л.С. Царевой – линейного казачества.

Природа орнамента и семантики отражена в трудах В.В. Стасова, П.Г. Богатырева, Б.А. Рыбакова, Н.И. Гаген-Торн, А.К. Байбурина, А.К. Амброза, Н.И. Гринковой, Г.П. Дурасова, С.В. Жарниковой, В.А. Фалеевой, И.И. Шангиной, Г.С. Масловой.

Общие вопросы народного искусства освещены в трудах В.М. Василенко, М.А. Некрасовой, А.Н. Веселовского, О.С. Поповой. При изучении семантики образов народного искусства для автора важна экстраполяция лингвистических и фольклорных традиций. Автор использовал хрестоматию «Донской фольклор», также работы в области лексико-семантических аспектов одежды М.В. Калининой, В.Ф. Соловьева, Г.В. Губарева. В художественно-конструкторском анализе «кубелечного» костюма, использованы труды Ф.М. Пармона, И.Н. Савельевой, Е.И. Рачинской. Анализ литературных источников свидетельствует, что вопрос художественных особенностей «кубелечного» комплекса остается открытым в силу отсутствия искусствоведческих понятий и определений.

Объектом исследования является женский «кубелечный» костюмный комплекс XVIII – начала XX вв., в котором в наиболее яркой форме воплощены региональные черты, формообразовательные контексты времени, свидетельствующие о художественной целостности, исторической и культурной значимости.

Предмет исследования  – художественно-образная структура костюма, вопросы зарождения и эволюции его композиционных форм в тенденциях времени, интернациональных отношений и взаимовлияний культур, и характеризующих изучаемый феномен в его связях, пластической тектонике, социокультурной значимости художественного наследия Юга России.

Цель исследования заключена в целостном системном представлении художественного образа костюма донских казачек на основе «кубелечного» комплекса, раскрытии в художественно-эстетических отражениях миросозерцания казачек, устройства женского мира, их самобытного характера. Целевой дискурс связан с освоением и трансляцией ценностей костюмного комплекса в современной культуре, творческой практике и образовании.

Задачами исследования определены:

– выявление и систематизация исторических и этнических предпосылок формирования женского казачьего «кубелечного» костюма XVIII – начала XX вв.;

– определение типологии и проблем художественно-исторической  реконструкции объекта изучения в казачьей культуре Придонья;

– решение проблем интерполяции и национального своеобразия художественных структур костюма;

– определение закономерностей художественно-технологиче-ского, образно-семантического, орнаментального, функционального синтеза в содержании основных фигур костюма;

– выявление художественных функций пространственных доминант «кубелечного» костюма: головных уборов, обуви;

– рассмотрение художественных решений поясов и украшений;

– характеристика процессов творческого освоения искусства костюма в практике современного художественного творчества.

Положения, выносимые на защиту

  1. «Кубелек» – ансамблевый культурно-исторически обусловленный комплекс, эволюционирующий на протяжении двух столетий в художественном отношении: его ядром выступает общеславянская основа, но восточные традиции оказали существенное влияние на специфику художественного образа.
  2. Эволюция и формирование образа «кубелечного» комплекса делится на два этапа: ранний – XVIII в.; и поздний – XIX – начало XX вв., а также определяется трансформацией видовых и типологических характеристик костюма, его отдельных частей.
  3. «Кубелек» – специфический художественно-образный феномен казачьей донской культуры, характеризующий ментальные художественно-эстетические предпочтения в традициях орнамента, семантики и обусловленный взаимовлиянием композиционных традиций в условиях многонационального региона Придонья и Северного Кавказа, характеризующий собой процессы дивергенции и конвергенции традиций искусства в регионах казачьих поселений.

Научная новизна исследования: впервые в искусствоведении проведено обобщение материалов по женскому донскому казачьему костюму как самобытному и яркому художественному российскому явлению в условиях многонационального Юга России;

– впервые систематизированы художественные аспекты костюма в синтезе художественных структур, конструктивных решений, классификации элементов в составе «кубелечного» костюма Донской земли;

– автором собраны и систематизированы историографические данные по «кубелечному» костюму, осуществлена атрибуция гравюр и рисунков исследователей как источников искусствоведения. В научный оборот вводятся практически все доступные материалы коллекций из ведущих и региональных музеев России, также материалы фондов ГАРО, фотографические материалы различного назначения: экспедиционные, событийные и т.д.;

– проанализирована проблема тенденций, «транслитерации» художественного наследия в художественной практике ХХ в. Проведен анализ уровня художественной интерпретации традиций «кубелечного» комплекса как художественно-исторического источника;

Автором составлен глоссарий донского женского казачьего костюма.

Методология исследования складывается из сочетания общенаучных гуманитарных контекстов и методов комплексного историко-художественного анализа применительно к различным явлениям искусства, с помощью чего происходит верификация полноты и масштабности объекта, историко-архивных и текстовых описаний и фотографий. Анализ источниковой базы «кубелечного» ансамбля предполагает, с одной стороны, исследование этапов формирования костюма, и для этого используется художественно-исторический анализ, с другой – выявление роли художественного синтеза полинациональных фрагментов текстильных культур с позиций науки, предполагающий сравнительный анализ, с помощью которого исследуются возможности сведения сходных функций художественных структур, возникших из соединения культур местного населения, кочевников-переселенцев, оседло-земледельческого населения, представителей различных конфессий. Это позволяет использовать базовые категории философии общего и особенного, определяющие место художественного текстиля как цивилизационного феномена в культуре многонационального общества, и как условия национального ансамблевого пространства текстиля в интернациональном поле культуры. Реконструкция художественных процессов предполагает в качестве основы исследования использование аспектов типологии и семантики. Там, где речь идет о процессах ярко выраженных гармонических начал конструкторско-технологических решений, элементов кроя и т.д. используются композиционный анализ, как общий метод характеристики художественной цельности ансамбля «кубелечного» костюма, предметных свойств его частей.

Практическая значимость исследования заключена в его использовании при подготовке лекционных разделов базовых курсов, спецкурсов и факультативов различных художественных специальностей высшей школы, расширяющих материалы по теории и истории искусства и народным художественным промыслам и ремеслам Донского казачества. Материалы помогают формированию музейных экспозиций, созданию среды театрализации. Систематизация художественного феномена важна при его реконструкции, использовании как материала для современной моды, дизайна текстиля и одежды. В процессе исследования автором рассмотрены более 500 экспонатов. Большая часть материалов входит в приложение к данной работе. При этом, полных «кубелечных» комплексов автору не удалось зафиксировать, поэтому большое значение имели изобразительные материалы и тексты исследователей. Обработаны и введены, как источник, материалы экспедиций 2011 – 2012 гг. (станицы Елизаветинская и Раздорская).

Апробация результатов исследования  Основные положения и результаты исследования были обсуждены на заседаниях кафедры теории и истории декоративного искусства и дизайна МГХПА имени С.Г. Строганова (г. Москва), на городских, всероссийских и международных конференциях. Опубликованы 10 статей, три из них в рецензируемых журналах, рекомендованных ВАК. Материалы явились основой при разработке методик использования художественного текстиля в практике преподавания в вузе учебных дисциплин «История русского костюма», «Композиция костюма», «Художественно-графическая композиция», использовались в учебном процессе РТИСТ ФГБОУ ВПО «Южно-Российский государственный университет экономики и сервиса».

Структура работы состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы, приложения, глоссария. В приложении представлены 116 илл., данные архивных источников 200 ед.,150 экспонатов фондов музеев.

Основное содержание работы

Во введении обосновывается выбор темы и ее актуальность, дается определение объекта, предмета, цели и задач исследования, обозначаются границы, степень научной разработанности, формулируются положения, выносимые на защиту, научная новизна и теоретическая значимость проблемы, методология исследования, практическая значимость.

В первой главе «Художественно-исторические процессы в образе донского женского казачьего костюма» рассматриваются аспекты феномена, связанные с культурными процессами в крае.

В разделе 1.1. «Социохудожественные процессы XVIII начала XX вв., как отражение  культуры казачества» рассмотрено влияние на костюмные комплексы процессов взаимодействия народов региона. Как этносоциальное и культурное явление становление и распространение донского казачества протекало в XVI в. на территории Дикого степного поля – местах обитания многих кочевых народов. Социокультурное оформление исторически проявлено в названии «Великое Донское Войско», сложившемся после так называемого «Азовского сидения» (1637-1642 гг.). Уникальная историческая ситуация, сложный этнический процесс, особый воинский дух казаков, подчеркивание различий с соседями не казачьего сословия, привели к образованию казачьей культуры в бассейне Дона, и специфики проекции на русский  костюм элементов входивших в его состав тюркских этносов: группы татар (со 2-й половины XVI в. это «донские, базовые, юртовые» татары), исповедовавшие ислам и донские калмыки (преимущественно ламаистского вероисповедания) (Р.Г. Тикиджьян).

Особые отношения сложились у казачества с представителями народов Северного Кавказа, отмеченные у историков в сходстве и родстве с «дагестанскими народами».

С конца XVII в. выявлены культурные контакты с ногайцами, крымскими татарами, турками, горцами, а также выходцами из Европы: греками, поляками, валахами, реже немцами, шведами и др. Многие из которых вливались в среду казачества и переходили в православную веру.

Основу казачества к началу XIX в. составляли родившиеся и проживавшие на Дону казаки русского, украинского и «метисного» происхождения. Военные действия в Диком поле способствовали закреплению дружин в городках на Верхнем и Нижнем Дону. Двухчастное деление Великого войска Донского отразилось на культурно-территориальной картине верховых и низовых казаков. Военные действия верховых казаков с основой русского населения были направлены, в основном, против Астрахани и Большой ногайской Орды. Низовые – действовали против Крыма, Турции и турецкого Азова.

В культуре верховых казаков преобладали великорусские элементы, связанные в первую очередь с преимущественным переселением на Верхний Дон крестьян – беглецов, старообрядцев из различных регионов Московского царства, бережно хранивших традиции русского костюма.

В области Нижнего Дона процессы ассимиляции с различными народностями происходили динамичнее. Костюм низовых казаков представлял причудливую смесь русских, малороссийских, польских, татарских, калмыцких, турецких, черкесских элементов. Исследователи указывает и на восточную пышность, богатство в одежде знатных низовых казачек. Новочеркасские дамы отличались некоторой роскошью в одежде, они следили за модами и одевались с большим вкусом (Н. Краснов).

Цивилизирующие тенденции донского костюма синхронны регистрам государственного регулирования, о чем говорит понятие «новой воинствующей республики», служившей для защиты России от варваров в первой половине XVI в. на театре истории (по Н.М. Карамзину). Восприятие женским костюмом многих элементов у народов, с которыми  контактировали русские, характеризуется, во-первых – уважением к их традициям, функциональной логикой и природо-географическими факторами, а также связью социального статуса женщины с рангом ее мужа. Факт самостоятельности жизни объясняет причудливость и пестроту костюма, как элемента ментальности (Л.А. Новак).

Даже Петр I, предписав повсеместное употребление немецкого платья и запретив бороды, не налагал подобных обязанностей на донцов. Традиции, основанные на демократии, а также на централизации атаманской и законодательной власти в руках низовых казаков Войска Донского, способствуют формированию казачества, как военного служилого сословия, с устойчивыми отношениями патриархальной семейственности, как нравственной базы казачества.

Православие, любовь к семье, «Дону – Батюшке», России были своего рода формой военного назначения казаков. Самобытность уклада прослеживается и в женском казачьем костюме, черты которого отражали существенные особенности мира казачки. Социальная семантика костюма в ее сакральном и коммуникационном планах, напрямую связана с представлением женщин о семейных традициях, устройстве жизни, религиозных убеждениях. И хотя мир казачки отличался от мужского, тем не менее, государственно-правовой статус казаков, отразился и здесь, так как чин мужа или отца определял и социальное положение женщины (Ю.М. Лотман) и его внешний облик, богатство, эффектность и вкус как достоинство мужей, их мир и авторитет.

1.2. «Типология и видовая специфика в художественно-исторической реконструкции женской казачьей одежды на Дону» в связи с многогранностью и самобытностью жизни мало освещена в науке. Впервые на внешнее сходство парчового «кубелека», «сшитого на образец казацкого» с мужским кафтаном указывал генерал С.А. Тучков при посещении Старочеркасска (1808). Это сходство определяло высокий статус казачки и указывало на взаимопроникновение мужского и женского текстиля. С одной стороны доминирование семейной этики ограждало костюм от различных нововведений. А так как женщинам приходилось участвовать в боевых действиях, то костюм служил и особым социальным маркером. Например, 800 женщин вместе с казаками отбивали атаки турок в Азове в 1642  г. Неоднократно они отражали нападения горцев и татар. Хотя появление девочки в семье казаков было тихим и домашним, овеянным молитвами и радостью, и с рождения девочку воспитывали иначе, чем мальчика, развивая в ней женственность, хозяйственность, терпение, отзывчивость. Вместе с тем, ей прививали навыки мужской жизни: учили ездить верхом, быть сильной и выносливой. Поэтому и приживались предметы одежды, которые давали определенную свободу движения, например, штаны. Но при сходстве мужской казачьей одежды и женского «кубелека» существовало отличие, например, в стороне запаха: у мужчин – правостороннее, у женщин – левостороннее. У женщин это связано с функцией матери-хозяйки: ношением и кормлением ребенка на левой стороне.

В разделе рассматриваются особенности паневного комплекса – древнейшего ансамбля из бытовавших на Верхнем Дону как маркера наступления периода половой зрелости и готовности вступления в брак: его структура, семантика, особенности  ношения («распустивши» и «подтыкавши») и использования в обрядах, характер тканей, декоративного оформления.

Одной из форм архаичных одежд, распространенных на Верхнем Дону является сукман. Это нераспашная нагрудная одежда из шерстяной ткани с короткими и узкими рукавами, как правило, носилась с поневой. В крестьянской одежде южнорусских губерний он назывался кодман, шушпан, пониток, сарафан. Справедливо, что сукман донских казачек объединяет «признаки двух морфологических групп, носящих одно название, северных сукманов (шушунов) и южных шушунов с рукавами» (Б.А. Куфтин). Очевидно, что сукман испытал влияние восточных традиций и продолжает жить в верхней распашной одежде казачек – некрасовок, называемой балахоном. Сукман-балахон некрасовцев шьется из восточных тканей, украшается металлическими накладками – «плащами», утрачивает частично прямоугольный архаический крой и приобретает черты текучести силуэта. Комплекс одежды некрасовки состоит из длинной рубахи с «турецкими рукавами», балахона и завески. Балахон – туникообразная, распашная верхняя одежда, с узкими короткими рукавами, длиной до колен, с пестрым, широким поясом. Здесь проявляются элементы турецкой культуры с яркими тканями и серебряными турецкими монетами. В дальнейшем восточное влияние на балахон проявляется в появлении подклада, простеганности ткани, распашного кроя. Отсутствие воротника, узкие короткие рукава, туникообразный крой, характерны для сукмана и стабильно сохраняются на протяжении довольно длительного времени.

Балахон – повсеместная одежда тесно связан с сукманом и сарафаном. В сарафанном комплексе выделяются основные типы: косоклинный с неразрезанным передним полотнищем, косоклинный распашной, прямой на лямках, прямой сарафан с лифом. Рассматривается их художественное своеобразие, предпочтения в оформлении у старшего населения, различия в приемах обрамления и декорирования у казачек-некрасовок и старообрядцев. Анализируется тип сарафана, сочетающий в себе русские и восточные черты. Характеризуются особенности  платьевсарафанов.

Малоизученным видом женской казачьей одежды на Дону в анализируемый период является комплекс с юбкой-андараком. По данным Н.И. Лебедевой эта одежда была характерна для «однодворцев» – категории государственных крестьян, быт и образ жизни которых характеризовался замкнутостью и относительной изолированностью от другого населения. В акварелях Ф.Г. Солнцева женщина одета в белую рубаху со стоячим воротником, с широкими присборенными рукавами, синюю юбку-андарак с полосками. Обувь в виде лаптей с онучами демонстрирует отношение к крестьянской среде. Головной убор именуется «однодворческим кокошником», одеваемым на кичку. Вокруг кокошника повязан платок, концы которого, перекрещиваясь на затылке, спускаются на спину. Юбка-андарак – белорусского и польского происхождения. Она отражала влияние западной культуры на южнорусский костюм (Н.И. Лебедева, Г. С. Маслова).

Важной составной частью вышеописанных комплексов женской казачьей одежды, распространенных на Дону, являлась рубаха. Как у русских и украинцев, она являлась нательной и верхней домашней одеждой, заключала в себе магическую силу и выступала в качестве оберега. Ее одевали на новорожденного, в ней человек крестился, взрослый шел к венцу, в ней отпевали ушедшего. Продажа «своей» рубахи считалась грехом: это было равнозначно «продаже своего счастья, удачи». Казачки с поневой и сарафанным комплексом носили, в основном, русские рубахи архаического кроя с характерным для южнорусского региона геометрическим узором на горловине и рукавах и плечевыми вставками. Со 2-й половины  XIX в. получила распространение рубаха бесполиковая и на кокетке, расширявшаяся книзу за счет вставных клиньев и ярко декорированная красными ткаными узорами на воротнике, рукавах, груди и подоле. Употребление шаровар в праздничном и рабочем «кубелечном» комплексе свидетельствует об этнической специфике всего комплекса через влияние восточной культуры. Шаровары выполняли практические и сословные  функции, показывая принадлежность к казачьему социуму и мужскому миру. По свидетельствам Шишкиной А. Д. (1947 г.р.), казачки носили шаровары еще и в 50-60-е гг. XX в. при выполнении полевых работ. Исследователи указывают и на появлении другой одежды в среде богатых казачек. Например, венецианский инженер путешественник А.Л. де Романо (1807), проживавший в Черкасске, указывает, что «все женщины пусть и низшего сословия, если они не были совсем бедны, носят длинные шелковые платья». Особой ценностью для художественно-исторического знания является «кубелечный» комплекс.

1.3. «Проблема национального своеобразия в синтезе художественно-образных источников «кубелека». «Кубелечный» комплекс самобытен и уникален. Он получил распространение преимущественно на Нижнем и Среднем Дону. По наблюдениям исследователей «кубелек» «… это обыкновенная одежда всех донских женщин, исключая богатства…» (С.А. Тучков); «кубелек - главная часть женского платья казачек Среднего и Нижнего Дона» …  «шить кубелек, выстегать узором одеяло и кафтан, выстрочить ожерелок кривым танком … и прочее – все выученное у татарок и турчанок» (В.Д. Сухоруков). Шить «кубелек» у татарки или турчанки являлось, по - видимому, обязательным навыком девушки – казачки на Дону.

Наиболее полное графическое изображение «кубелека» находим в рисунках А.И. Ригельмана, Ф.Г. Солнцева. «Кубелечный» комплекс представляет собой систему двух одежд. Нижняя – рубаха определенного покроя; и верхняя – распашное «кубелечное»  платье или «кубелек». В комплекс входят шаровары, головной убор особой конструкции, пояс, кожаная восточная обувь, аксессуары.

«Кубелек» – донской праздничный и повседневный женский костюм, который был  распространен с XVII в., а в конце XIX в. он почти вышел из употребления. Название возводят к тюркскому «кобелек», «кебелек», «кубелёк» обозначающему мотылька или бабочку, которую напоминала казачка, поднявшая вверх руки. «Кубелек» на Среднем и Нижнем Дону имел черты мягкой завершенности в нижней части и игры контрастов в самом костюме. Таким образом, традиционный казачий женский костюм, и прежде всего «кубелек», был отражением контактных  процессов в казачьей культуре, включающей элементы славянских и тюркских источников.

Во второй главе «Художественно-пластическая структура образа «кубелечного» комплекса» рассмотрены художественные закономерности, особенности головных уборов и обуви  и художественные решения пояса и украшений.

2.1. «Художественные закономерности ансамбля в фигурах «кубелека» рассматриваются как проблема синтеза элементов разных культурных традиций, тесно связанных между собой художественно-технологической, образно-семантической, орнаментальной и функциональной логикой, отвечающих нравственно-эстетическому идеалу донской казачки.

Виды «кубелека». В процессе исследования вещественных, художественных памятников и письменных источников рассмотрена классификация «кубелека»: его детский вид, повседневно-рабочий, девичий, обрядово-праздничный, «кубелек» для женщин старшего возраста. В НМИДК есть редкий экземпляр детского «кубелека», описанный и изученный нами впервые. Детский «кубелек» на девочку 4 – 6 лет по конструкции, форме, силуэту и стилю идентичен взрослому. Одетая в уменьшенную копию взрослого женского «кубелека» девочка предстает перед обществом как девочка-казачка Войска Донского. Вероятно, костюм сшит на какой-то особый случай из богатой, хорошо сохранившейся до нашего времени репсовой ткани голубого цвета, с белым растительным орнаментом. Его праздничность, нарядность подчеркивали четыре «вислые» пуговицы красного цвета в виде зерен граната с металлической сердцевиной внутри, располагающиеся по центру на лифе. Красива нежная цветовая гамма. Наличие подклада, одного внутреннего кармана, завышенной линии талии, сборок в нижней части проймы рукавов, широкой юбки, не ограничивающей свободу движения ребенка, свидетельствует о продуманности ношения. К сожалению, литературные сведения о детской «кубелечной» традиции отсутствуют.

Свидетельства рабочего варианта «кубелека» находим в работе А.И. Ригельмана (1846), где красочно и детально изображена донская казачка в «кубелеке» длиной до колен, штанах, фартуке, рубахе с присборенными рукавами. Отсутствие обуви, поднос с рыбой в руках, наличие фартука, все это свидетельствует о рабочей функции данного вида одежды.

Другое изображение казачки Нижнего Дона в рабочем «кубелеке» приводит в своей книге «Казаки» Б.А. Алмазов. Рабочая функция не нарушает самобытности художественного образа «кубелека». В нем также прослеживается принцип многослойности, пластическая выразительность, цветовые контрасты, сочетания различных тканей. Выделяется «особый» способ повязывания фартука, не закрывающего, а подчеркивающего красоту пояса и юбки с многочисленными, динамичными складками.

Девичий «кубелек» (по изображениям Е.Корнеева) демонстрирует влияние стиля «ампир». Это проявляется в наличии завышенной линии талии, рукавов рубахи в виде «фонариков», контрастирующими с удлиненными рукавами «кубелека». Ткани, мягко обволакивающие девичью фигуру, напоминали античный греческий силуэт, соответствующий идеалам моды времени. Декоративное начало подчеркивалась обилием материала. При сохранении конструкции и кроя увеличением объема юбки и расхода ткани казачка демонстрировала идеал красоты, согласно которому предпочитались пышные телесные формы, сакральный «круг» возле ее фигуры.

«Кубелек» XIX в. являет собой новый образ, менее статичный – этому способствовали изменения в его структуре. В позднем варианте из структуры «кубелечного платья» вытесняется рубаха, а верхняя часть становится доминирующей во всем комплексе. Комплексы обрядово-праздничного характера, и в первую очередь, свадебные «кубелеки», отличаются особой выразительностью. Приметами свадебной одежды являлась длина до пола и парчевые ткани «кубелека» и рубахи (по Е. Кательникову, А. Терещенко). Cуществовал обычай хранить богатый свадебный «кубелек» в станичной избе, и выдавать его для венчания менее богатым станичникам.

«Кубелеки» надевались и на другие праздники. Они представлены в описаниях, гравюрах, живописных произведениях, в музеях. Пожилые женщины-казачки, в независимости от того, к какому слою общества принадлежали, носили «кубелек» в скромной цветовой гамме с минимальным количеством украшений. Казачки в «кубелеке» из однотонной ткани напоминали «монахинь» (В. Броневский).

Научный интерес представляют сведения, полученные нами во время отдельных выездов в станицу Елизаветинскую (хутор Обухов). По свидетельству коренной жительницы станицы А.Е. Прокофьевой (1927 г.р.) «кубелеком» в настоящее время станичники называют одежду священника.

В особой сдержанной траурной гамме носились кубелеки после смерти близких. «Кубелеки на смерть» не обнаружены. Единственное изображение траурного «кубелека», где использованы ткани приглушенного оттенка, зафиксировал А.И. Ригельман, называя его «по вдовьему обряду». Здесь  холодный лиловый цвет, отсутствие ярких украшений, короткая юбка, застегнутая на металлические «плащи», лиф, наличие традиционной конструкции, силуэта и формы придают образу строгость, сдержанность, достоинство отвечающие событию.

«Кубелечная» структура ансамбля отличается простыми, но монументальными объемами, ясными и плавными линиями силуэта, создающими неповторимый художественный образ донского женского костюма. Конструктивно пластическая выразительность «кубелека» тесно связана с пропорциональным соотношением верхней и нижней частей одежды. Казачка свободно устанавливала его ширину, длину, объемы частей. Крой включает отрезной лиф, распашную юбку, что выглядит пластически выразительным и придает фигуре простоту, спокойный по напряженности силуэт, и в тоже время, образную емкость и величественность. Художественно-конструкторский анализ подлинников конца XIX – начала XX вв. показал варианты кроя: отрезного распашного и отрезного нераспашного.  Это отражало влияние моды: видоизменялась форма рукавов, длина юбки, появились новые элементы в виде корсетных косточек во внутренней конструкции лифа. Максимально уменьшился размер выреза горловины. Он становится круглым, плотно облегающим шею. Рукава в «кубелечном» платье длинные, сужающиеся или расширяющиеся к запястью. Юбка – лиф образуется пришиванием двух частей, но всегда с образованием складок или сборок, которые закладывались у пояса.  В раннем «кубелеке» складки широкие, объемные. Контраст нижней части усиливался за счет объема и размера, превышающего в 2,5 – 3 раза верхнюю часть лифа. Все это создавало выразительный образ величественного «раннего кубелека» с полуприлегающим силуэтом.

Доминирование широкой юбки над верхней частью лифа сохраняется и в поздних вариантах. В юбке нераспашного «кубелека» начала  XX в. есть небольшой разрез и застежка (до 21 см) ближе к левому боку, облегчающий надевание платья.

Особую элегантность фигуре казачки придает линия талии на своем естественном месте. Чаще ткань собиралась в мелкую сборку, обеспечивая тонкий и плавный переход от верхнего объема к нижнему. Типичный для «кубелеков» прием, как складки и сбороки на поясе, позволял не только соединять лиф с юбкой, но и ярко демонстрировал половозрастные различия и красоту женской фигуры:  сборками у пояса с боков и спереди у девушек, и мелких сборок по всей линии талии у замужних женщин. Советский этнограф Е.Н. Студенецкая приводит данные о праздничном  верхнем платье чеченских, ингушских девушек и женщин XIX в. Наличие в распашной женской и мужской одежде казаков и народов Северного Кавказа типичных конструктивных приемов свидетельствует о их синтезе. Так праздничное распашное платье, называемое «архалуком» имело яркую расцветку, шилось из хлопчатобумажных тканей или шелка с серебряными украшениями, застежками на груди, подвесками в виде «желудей». Приталенное распашное платье до колен одевалось на длинную рубаху и штаны, резко контрастирующих с ним по цвету тканей. Типичные элементы «кубелечной» одежды сходны и с  турецкой женской одеждой - халатом «энтари» Османской империи середины XVII в. 

Связь художественной и семантической составляющей. Сведения о семантическом смысле казачьего женского костюма ограничены, однако, без сомнения его знаковая роль велика. Особенность семантики в том, что декоративный строй «кубелека» в меньшей степени связывался со значением элементов, известных в русской или тюркской традиции, как понятия декоративной символики, а в значительной мере подчинен общему значению костюма, определяющему социокоммуникативные связи ее обладателей. Скорее всего, это связано с характером воинской деятельности и снижением сакральности общепринятых в народном искусстве семантических определений. Эта особенность объясняет особые качества эстетических предпочтений казачек. Различные смысловые источники «кубелека» переплавляются в знаковую функцию сословной и региональной принадлежности к донскому казачеству.

«Кубелек» являлся «социальной» тканью, в которую облекались казачки для того, чтобы соответствовать требованиям своего социума. «Своим» можно было считать того, кто одет в костюм, выполненный в соответствии с требованиями Войска Донского. Он передавал информацию другим членам общества посредствам знаков и символов, тем самым выполнял информативную и коммуникативную функции. Его создание требовало материальных и временных затрат, но оправдано ввиду указанной функции.

Ткани. Для изготовления «кубелека» использовалась дорогая ткань, формировавшая не только текстурный и колористический строй, но и пластический образ в целом. Монументальность «кубелечных» форм подчеркивалась фактурой шелковых тканей, как правило, привозных, приобретенных на донских ярмарках у турецких, греческих, венецианских, русских и украинских купцов. Это были репсовые, парчовые, штофные, атласные, жаккардовые материалы. За счет богатых тканей, контрастного их сочетания в «кубелечной» рубахе и верхней части, «кубелечные» комплексы выглядели очень эффектно. Особенно ярко эти черты проявлялись в XVIII в. Яркость и броскость тканей поднимала его над обыденностью. Рисунком, фактурой, цветом ткани подчеркивалась «скульптурность» и величавость женского облика. В XIX в. используются другие ткани, и это существенно влияет на художественный облик кубелека. О характере тканей судим по музейным вещам и упоминаниям в архивных документах РЭМ.

В позднем кубелеке использовались особые шелковые ткани, отвечающие определенным эстетическим требованиям. Полагаем, что это модные для XIX в.  шелка с полосатым рисунком.  Полосы в «кубелечных» тканях XIX в. подчеркивали контрастную цветотоновую композицию и визуально «вытягивали» силуэт, придавая стройность, утонченность ансамблю, и  особенно юбке, удлиняя ее многочисленные, живописно движущиеся складки.

Колористика, декор. Колористические предпочтения формировались под влиянием окружающей среды и ее красок. Цветовая гамма «кубелечных» тканей часто состояла из контрастного сочетания золотого, коричневого, лилового, синего, зеленого, красного и всех их оттенков. Цветочный сюжет рисунков не только обогащал цветовую гамму, но и дополнял яркую и богатую фактуру шелковых тканей. Принцип яркого контрастного сочетания цветов сохраняется в позднем варианте «кубелека». Ткань на ткань усиливает ощущение многослойности и контрастности цвета и фактуры тканей. Графические варианты ранних «кубелечных» комплексов отражали господствующую моду в текстильном искусстве, например, стиля барокко. Контрастная интенсивная цветовая гамма, крупные узоры делали «кубелек» заметной частью костюма.  Иная ткань в рубахе: шелковая однотонная, легкая, по цвету контрастная с «кубелеком». Она придавала рубахе текучие линии, динамичный силуэт, обогащала форму костюма и сообщала образу раннего «кубелека» монументальность, цельность, художественную завершенность.

Специфика верхнедонского и нижнедонского костюма связана, как упоминалось, с характером культурных контактов и управлением южными и северными территориями земли. В южном варианте костюму присущи восточные черты тюркского, персидского влияния, с мягкостью и плавностью общего лаконичного силуэта и фактурно-декоративных свойств тканей. Для северной части Дона костюм имеет тенденцию к геометризации общего впечатления.

Художественная организация понимается нами в уже обозначенных эффектах пластической мягкости, принципах драпирования и особой роли складок, создающих эффекты светотеневой моделировки и игры в контрасты: гладкое – рифленое, цветочное – однотонное, темное – светлое, статическое – динамическое, текучее – тектонически устойчивое. Сопоставление эффектов свойственно искусству формирования скульптурности общего объема костюма, созданию впечатления его монументальности при одновременном контрасте частей, текучести текстильных материалов, составляющих  целостность образа костюма. В целом для композиции «кубелека» характерно сочетание крупных объемов и проработка их контрастно-нюансных отношений. Сочетание броских цветовых пятен с простыми лаконичными объемами, ясные  и плавные линии силуэта придают внешнему облику казачки величественный монументальный вид.

2.2. «Функции пространственных доминант «кубелечного» костюма (головные уборы, обувь)» раскрывают - художественную систему «кубелечного» костюма: женский головной убор и обувь несут сложную художественно-эстетическую нагрузку, выступая в тоже время маркером половозрастной, социальной и этнической принадлежности женщин-казачек.

В «кубелечном» костюме головной убор обладает мощной пластической и декоративной силой, завершая общий силуэт костюма и доводя до зрителя информацию о статусе женщины-казачки. О магической роли женских волос в функциях плодородия и скрытия их ввиду апотропейного значения и сохранения плодовитости женщины известно давно. В девичьих головных уборах преобладали южнорусские повязки, получившие местное название «челоуча» (от слова «чело»), снабженные шелковым или бумажным платком «таркич». Бытовали  также  шапки – перевязки, платки и косынки.

Повязка или «челка», «чело», «челоуч» - девичий венец - один из древнейших типов славянского головного убора, упоминание о котором впервые встречается в исторических документах XV – XVIII вв. (Г.С. Маслова,1956). Обращает внимание «покрытие» головы невесты другим видом головного убора – собольей шапкой. Высокая шапка подчеркивала величественность и монументальность образа невесты. Декоративность подчеркивается применением контрастных по цвету и фактуре материалов: меха, парчи, бархата, жемчужных «чикиликов». Черный околышек шапки, выполненный «из смушек», цветов и перьев в ее декоре, отражал влияние восточной культуры и являлся региональной особенностью этого головного убора на Дону.

Женский рогатый головной убор бытовал и использовался на Дону, как свадебный до 1785 г. (Е. Кательников,1886). Кички с малыми рогами носились на Верхнем Дону с паневным комплексом, на Среднем и Нижнем Дону с высокими рогами и «ранним кубелеком». Наряду с типичной южнорусской структурой, она имела и региональные особенности, получившие максимальное развитие в «некрасовской» кичке. Повойник, пришедший на смену кички, выполнял функцию обрядового свадебного убора на Дону вплоть до 1834 г. (В. Броневский,1834). Получены свидетельства бытования повседневного и траурного повойников. Отмечена эволюция каркасного повойника, носимого с «ранним» вариантом «кубелека» до невысокой шапки, характерной для «позднего» варианта.

Наряду с меховой шапкой с «поздним» вариантом «кубелека» носился колпак: чаще из шелковой чулочной ткани длиной от 22 до 50 см с набивным рисунком, заканчивающийся кисточкой из шелковых нитей. Цветовой фон основы соответствовал возрасту и ситуации с контрастной расцветкой. В рисунках присутствовали сочетания ярко-холодной и теплой цветовой палитры. Узор с растительным не очень крупным рисунком, обрамлялся сверху и снизу каймой контрастного цвета. Колпак надевали на пучок волос или уложенные на затылке две косы, с формированием на голове невысокого цилиндра, поверх которого, одевался, шелковый платок. Несмотря на то, что форма колпака имела вид закругленного длинного мешка, после надевания его на голову он приобретал вид повязки. Поверх нее повязан узко сложенный платок, с аккуратным маленьким узелком на лбу. Мягкая конструкция колпака в виде небольшой шапочки с кисточкой на верху, выполненная путем многослойного сочетания материалов разного тона и фактуры, обрамляла и дополняла «кубелечное» платье. Со временем колпак уменьшился и в результате его заменяет  «шлычка» – небольшая шапочка с круглым верхом, которую надевали на узел волос и затягивали шнурком.

Обувь. Эту часть костюма в раннее время представляют легкие сафьяновые сапоги – чулки желтого цвета на плоской подошве, напоминавшие татарские ичиги и именовавшиеся «ичитками», на которые одевались сафьяновые туфли различного цвета. Отличие в однотонности и декорировании выстроченным серебром или золотом области подъема, тогда как татарские полихромны упругой врезкой и аппликацией растительных мотивов. Также бытовали на Дону остроносые сапоги как отражения мужского мира и туфли («чирики»), носимые на шерстяных чулках, со временем преобразованные в башмаки.

В конце XIX в. под влиянием европейской моды носят кожаные ботинки на шнурках («гусарики») и пуговках («гетры» – высокие ботинки с застежкой на боку) и полуботинки на низком каблуке с узкими носами – «баретки». В праздничном наряде кожаная обувь была часто красного цвета, во «вдовьем» - черного.

2.3. «Художественные решения пояса и украшений». Пояс – важный элемент традиционных костюмных комплексов различных народов. Его сакрально-мифологическая функция связана с идеей круга как целого. Нательный пояс надевали с рождения и  носили,  не снимая даже в бане. Он являлся предметом свадебных и ритуальных обрядов и, безусловно, его семантическая функция была более значима, чем функциональная. Пояс «на смерть» ткут и в настоящее время – он одевается на покойницу поверх рубахи. Традиция опоясывания талии и головы человека, обрамление краев одежды привели к тому, что семантическая функция сформировала устойчивые визуальные схемы по типу «краевого эффекта».

Тканный или наборный пояс с пряжкой украшались в зависимости от достатка драгоценными камнями, цветным стеклом, монограммами. Пояса могли быть трофеями, или приобретаться в ювелирных лавках  у мастеров различных национальностей – у армян, дагестанцев, адыгов ввиду отсутствия у казаков ювелирного ремесла. Собственные пояса для семьи ткали сами казачки из цветных шерстяных ниток длиною 1,5-2 м, и шириною 3-4 см. На концах пояса выпускалась бахрома, а сам он украшался вышивкой из жемчуга и бисера. Его прозрачность, блеск, белизна, матовый оттенок являлись символом чистоты и святости.

На музейных подлинниках рассматриваются «кубелечные» пояса, которые автор сгруппировал в два типа: металлические наборные пояса, носимые казачками с «ранним» вариантом «кубелечного» комплекса; и тканые пояса, носимые с «поздним кубелечным» платьем. Рассматриваются также «чепраки», богатые наборные пояса «татауры», их технические и художественные задачи. Также пояса из бархата с пряжками и жемчугом или бисером в растительно–цветочной и зооморфной орнаментике.

Особым символом женской власти  на Дону являлись ключи на поясе и кошелек – свидетельство полновластной хозяйки в домашних делах и беспрекословном подчинении мужчин. Композиционным, декоративным и функциональным элементом пояса являлся  «гаман» – мешочек из кожи или ткани с бисером и жемчугом для хранения денег, и различных мелких вещей. В ансамбль органично входили и ювелирные изделия: серьги, ожерелья, пуговицы и кольца. Ювелирный жемчужный ансамбль из «чикиликов», «перлов», «ожерелка», пуговиц верхней части «раннего кубелечного» комплекса дополняли парные браслеты («безелики»), серьги и кольца. Впоследствии только эти дополняющие элементы сохраняют свое присутствие в «позднем» варианте комплекса с неизменным использованием жемчуга для их художественного решения.

В третьей главе «Ансамблевая эволюция в донском женском казачьем костюме в двадцатом веке» рассматриваются художественные закономерности новых видов костюма: платья; « парочки»; «кофты - юбки», а также художественные трансформации женского сценического костюма.

3.1. Художественная эволюция женского донского костюма: «платье», «парочка», «кофта-юбка»

Национально-образные аспекты феномена ХХ в. в их художественных значениях в народном костюме сохранились, прежде всего в жизненном укладе крестьянства, устойчивости его обычаев, в особенности старшего поколения. Из широкого употребления «кубелечный» комплекс на Дону и часть предметов комплекса, таких как рубаха, шаровары, головные уборы с жемчужными «поднизями», «чикиликами», ювелирные украшения, металлические, жемчужно – бисерные пояса вытесняются, или подвергаются трансформации. В позднем варианте женского костюмного комплекса доминирует шелковое платье, нераспашное с конструкцией во внутренней части лифа корсетных косточек, из-за чего платье плотно прилегает к фигуре, выделяя стан казачки и подчеркивая область талии. Но в общем образе сохраняется и общее понимание силуэта прошлого: это трапециевидный, расширяющейся к запястью рукав от ранней «кубелечной» рубахи, использование шелковой ткани с цветочным узором, наличие подклада, круглого выреза, плотно прилегающего к шее, длинной юбки в глубоких складках, декорирование лифа, а также наличие внутренних потайных крючков-застежек.

Появление промышленно обусловленных элементов и влияние европейской моды характеризуются появлением «мантильи кубелечной», связанной еще с женским европейским костюмом начала XVIII в. в виде накидки или косынки. Использование этого элемента верхней одежды исключительно с поздним вариантом «кубелечного» комплекса придало особое художественное звучание при строгом декорировании накидки черной и белой бахромой, усложненной формой воротника с двойной мелкой оборкой «под башлык» из двух частей треугольной формы, с кистью из козьего меха, использованием стекляруса, бархата, элементов цветочного оформления. Костюм создается уже портными: так в 1890-1909 гг. в г. Новочеркасске зарегистрировано 84 модистки, 55 «дамских портных» и 94 мужских. Сочетание модных тенденций и элементов «кубелечного» платья дало жизнь «капоту» - длинному до пят платью с завышенной талией с узкими прямыми рукавами и широкой «кошеной» юбкой. Во 2-й половине XIX в. «капотом» называли утреннее домашнее платье, но вёшенские казачки называли так выходное платье.

Головные уборы постепенно утрачивают каркасность,  многослойность, декоративную насыщенность и становятся простыми в эксплуатации, открывая большую часть волос, трансформируя семантический смысл в функциональный. По прежнему, используются «шлычки», «файшонки», «лионские» и коклюшные шарфы и косынки. Платки, шали – праздничный и будничный основной головной убор. Его мягко драпирующийся объем гармонично сочетается с силуэтом, восходящим к «кубелечному» платью.

В конце XIX в. повседневным и праздничным одеянием  становится костюм  «парочка» и «кофта - юбка», вытеснившие традиционный «кубелек». Являясь отражением господствующих тенденций моды, они получают повсеместное распространение и региональные особенности. «Кофта-юбка» -  костюм просватанных девушек и женщин. Девочки преимущественно носили до наступления половой зрелости повседневные и праздничные платья с чертами позднего «кубелека». Данный вид одежды казачек перекочевал в кинофильмы и художественные произведения. Полагаем, что отрезная по талии линия кроя в силуэте раннего и позднего «кубелечного» комплекса трансформируется в «разделение» лифа и юбки. Изготовление данного костюмного комплекса из одинакового по цвету и фактуре материала, носило название «парочка», «двоечка». Рассматриваются их варианты, ткань, колористика, крой, конструкция, декоративное оформление в юбках молодых казачек. Нижних юбок, сшитых из миткаля, ситца или коленкора (зона) одевалось несколько. Многослойность создавала силуэт казачки, соответствующий идеалам красоты. Шелк, длинные присборенные вверху рукава кофт с манжетами, дополненные контрастным кружевом подчеркивали статность и красоту казачки. Телесный идеал красоты, полуприлегающего силуэта подчеркивал выдающиеся формы казачки. Их ярко описал М.А.  Шолохов: «…Григорий сбоку оглядел ее (Натальи) полные, как выточенные, ноги, волнующе-тугой обтянутый живот и широкий, как у кормленой кобылицы, зад, - подумал: Казачку из всех баб угадаешь. В одёжде – привычка, чтоб все на виду было; хочешь гляди, а хочешь–нет. А у мужичек зад с передом не разберешь, - как в мешке ходит...».

Наиболее ярко художественные особенности донской «парочки» проявлялись в свадебном наряде. Пропорциональные соотношения верха и низа, гармоничный колористический строй подчеркивают красоту и статус девушки – невесты. Длинная юбка и рукава с манжетами, воротник – стоечка с глухой застежкой на кофте создают «обереговое» пространство, защищающее внутренний мир девушки и женщины – казачки.

Костюмы «кофта - юбка», в отличие от «парочки» характеризовались контрастным сочетанием верхней и нижней части по цвету и фактуре. Это достигалось за счет различных оригинальных конструктивно-декоративных решений блузок. Наиболее распространенными из них являлись «матене» - утренняя широкая и длинная домашняя кофта из легкой ткани и «кираса» –  плотно прилегающая кофта с небольшой баской до бедер, с расклешенными в верхней части рукавами, сужающимися к запястью. На уровне талии с внутренней стороны «кирасы» располагался стягивающий пояс, корсетные косточки, усиливающие плотное прилегание кофты к телу. Казачки любили украшать и создавать индивидуальные по покрою блузки: летние блузки с вышивкой свободного покроя – «разлетайки»; ситцевые кофты с отложным воротником – «матроски». Таким образом, специфику донским костюмам XIX в. «парочке» и «юбке - кофте» придавали устойчивые композиционно-декоративные «кубелечные» традиции.

3.2. «Традиции «кубелека» в женском сценическом костюме на Дону»

Сценический облик с «кофтой-юбкой» и «парочкой» сложился без многообразия и многогранности исторически достоверного  «кубелечного» комплекса. Сцена требует с одной стороны художественно-исторической достоверности, а с другой – творческого соответствия требованиям сценической культуры. Опыт донских традиций сохранялся в деятельности Ростовского опытно-экспериментального производственного комбината Всесоюзного музыкального общества (РОЭПК ВМО), созданного в 1961 году. Экспериментальная лаборатория объединения создавала сценические костюмы для ведущих фольклорных ансамблей Ростова и области, Дагестана, Москвы. Опыт художников – модельеров, ювелиров, мастеров обуви, вышивальщиц, технологов, швей отвечал высоким требованиям сценического мастерства. Коллектив комбината участвовал в изготовлении сценических изделий для участников художественных программ на открытии и закрытии Всемирной олимпиады в Москве 1980 года. В настоящее время этот опыт утрачен. Учитывая активный интерес к народному костюму в 50-х гг. XX в., нами впервые проведен анализ сценических костюмов старейшего Обуховского казачьего хора станицы Елизаветинской. Выступающий и поныне коллектив был создан в 1936 году на базе моторно-рыболовной станции. В истории этого коллектива – участие в Московских правительственных концертах в 1948 и 1954 гг. Большинство участников этого прославленного коллектива живут в станице Елизаветинской. По материалам интервьюирования ветерана хора, коренной станичницы А.Е. Прокофьевой отмечено, что довоенными и послевоенными сценическими костюмами были их праздничные личные вещи. Отсутствие яркого декора, богатых шелковых тканей, обязательное присутствие однотонного, простого платка на плечах или голове отличали черты сценического костюма. На фото областного смотра художественной самодеятельности  1967 г. участницы хора одеты уже в одинаковые костюмы «кофта-юбка», сшитые по образцу в ателье, с однотонным платком на голове, закрывающим волосы сзади.

В 70-е гг. в сценическом костюме появляются яркие цветовые элементы, что активизирует цветовое решение с намерениями динамичности жанра, темперамента исполнителей, выразительностью рисунка выступления. Сценический образ требовал облегчения фактуры, динамичности кроя, яркости и контрастности цвета, что решало проблему  соединения песни и танца, создания яркого представления.

На Международном фестивале казачьей культуры «Покрова на Дону», проводимого с 2010 г., нам впервые удалось отследить особенности современного сценического костюма Ростовского региона. В фестивале 2011 года приняло участие более шести тысяч человек. Анализ показал, что доминирующим женским сценическим костюмом на сегодня остается «кофта с юбкой» и «парочка». Часто негативное «вызывающее» воздействие цвета разрушает общую структуру костюма. Пропорционально несогласованное расположение декора в основной части лифа характеризуют историческую неточность, размытость и несформированность силуэта. Положительные примеры традиции редки, но они есть. Это «Азовский ансамбль донских казаков» c контрастным национальным колоритом и полуприлегающим силуэтом, подчеркивающим архитектонику костюма, определяя его пропорции и согласованность с фигурой, длину сценического «кубелека» в пол, чувственную пластику многослойных, динамичных складок, раскрывающихся в движении танца. Верхняя, распашная синяя одежда поверх длинного «кубелека» из красной ткани с крупным светлым стилизованным растительным узором, белые буфообразные рукава, имитирующие рубаху, головные уборы в виде повойников с жемчужными «чикиликами», наглядно демонстрируют положительный пример использования исторического костюма.

Интересно решены женские костюмы фольклорного театра «Солнцеворот», а также детский сценический костюм РОЭПК  ВМО 20-летней давности, увиденные автором на Ростовском городском детском и юношеском фестивале «Этническая культура народов Дона и Приазовья» в 2012 г.

В целом же по материалам анкетирования и опроса художественных руководителей детских и взрослых фольклорных коллективов пошив сценических костюмов ведут частные ателье, надомники, копирующие, как правило, «неудачные» варианты, произвольно их изменяя. Сегодня нет художественной дизайн-интерпретации «кубелека». Можно надеяться, что исследование даст дизайнерам, модельерам, текстильщикам, ювелирам, производителям обуви исторически достоверный систематизированный материал, и «кубелечный» комплекс, как творческий источник, вбирающий в себя бесконечное множество идей, станет материалом вдохновения и продолжения казачьей культуры.

Заключение

Донской костюм XVIII – начала XX вв. является самобытным явлением казачьей культуры, концентрируя художественные свойства различных материалов и технологий, разнообразные декоративные приемы. В нем воплощаются многие виды прикладного и декоративного искусства, в которых своеобразно слились и воплотились славянские и восточные традиции. Региональное явление стало в целом феноменом российской художественной традиции – качеством ее исторического и культурного значения, отличающегося художественно-образной целостностью, свидетельствующей об эволюционировании композиционных форм с одной стороны в условиях стилевых тенденций времени, с другой межкультурных коммуникаций, и с третьей – в своеобразии его пластической тектоники. Исследование, посвященное проблеме целостного системного представления художественного образа донского женского костюма на основе «кубелечного» комплекса, позволило раскрыть его уникальность в связи с природой этноса донского казачьего мира:

1.        Исследование предпосылок формирования женского казачьего «кубелечного» костюма XVIII – начала XX вв. позволило сформировать и систематизировать значительный объем источниковой базы, раскрывающей историческую специфику времени в своеобразии художественного строя донского женского казачьего костюма. Верификация автором положений работы в живой культуре на основе полевых исследований свидетельствуют о высокой степени сходимости всего корпуса историографически разнородных данных;

2.        Вопрос типологии и видовых проблем изложен на основе художественно-исторической реконструкции объекта изучения в казачьей культуре Придонья в его территориальных и структурных частях. Отмечено влияние государственно-правового статуса казаков, чинов мужа или отца, отражавшихся во внешнем облике, богатстве, эффектность и вкус создательниц костюма, усиливавших авторитет женщины;

«Кубелечный» комплекс делится на два этапа: ранний – XVIII в.; и поздний – XIX – начало XX вв., а также на две региональные формы южного и северного вариантов. Видовая специфика отвечает идее социовозрастных значений, свидетельствующих о связи костюма с его инициационными семантическими  факторами. Рассмотрены варианты паневного комплекса, юбок-андараков, сукманов, сукман-балахонов, своеобразие сарафанных комплексов, рубах;

3.        Рассмотрение национального своеобразия художественной традиции при решении проблем интерполяции источников «кубелека» позволило отнести его к сугубо казачьей культуре. «Кубелек» получил широкое распространение преимущественно на Нижнем и Среднем Дону. Технические и технологические детали тюркского происхождения обогащали внешний вид при освоении мастерицами навыков владения русским художественным текстилем. В условиях многонациональной Донской земли костюм видоизменился вследствие заимствования элементов тюркской культуры. Это выразилось как в структуре, так и в смягчении пластических линий силуэта, более мягком характере его прочтения. Отражение процессов конвергенции и дивергенции в казачьей культуре, включающей элементы славянских и тюркских источников – особенная черта «кубелечного» ансамбля костюма;

4.        Специфика в закономерностях синтеза художественно-технологического, образно-семантического, орнаментального, функционального содержания донского костюма выводят его в разряд самостоятельных уникальных художественных явлений типологически связанных с традициями народного искусства России, но испытавших воздействие региональных межнациональных тенденций и особенностей Нового Времени. Раскрытие стилеобразующих тенденций в «кубелечном» костюме позволило охарактеризовать влияние не только тюркских, но и европейских источников;

5.        Рассмотрение художественных функций пространственных доминант «кубелечного» костюма: головных уборов, обуви показало, что они, как  маркеры половозрастной, социальной и этнической принадлежности женщин-казачек (повязка «челоуч», челка, чело, челоуч – девичий венец, «таркич», «шапки-перевязки», платки и косынки как древнейшие типы славянского головного убора, колпаки), обладают мощной пластической и декоративной функцией, подчеркивающей красоту казачки. Однотонные чулки-сапоги – отражения мужского мира. Туфли  («чирики») башмаки, а в конце XIX в. как влияние европейской моды кожаные ботинки на шнурках («гусарики») и пуговках («гетры» – высокие ботинки с застежкой на боку) и полуботинки на низком каблуке с узкими носами – «баретки», существенно обогащают пластические мотивы ансамбля костюма;

6.        Отражение предпочтений в таких фигурах костюма, как поясе, декоративном оформлении украшений (элементы и техники декорирования: пуговицы, виды вышивок, техники ткачества) характеризуются на основе элементов, восходящих к традиционным костюмным комплексам различных народов.  Нательные, тканые, наборные пояса как предметы свадебных и ритуальных обрядов, отвечают внутренней семантической основе русского костюма. Вместе с тем они могли быть и трофейными, богато украшенными. Автором предлагается классификация поясов.

Образный строй костюма существенно обогащали ювелирные изделия (серьги, ожерелья, пуговицы и кольца), ключи на поясе, кошелек, «гаман», выполнявшие практические функции, а с художественной точки зрения – композиционные и декоративные;

7.                Сопоставление процессов «кубелека» в аспектах реконструкционных перспектив ХХ в. позволило выявить тенденции изменения традиции и характер творческого освоения искусства костюма в практике художественного текстиля в ХХ в. Резкое изменение структуры ансамбля в характере тканей, вида костюма совпадает с появлением шелкового платья, с сохранением в пластическом образе «кубелечных» черт: цветочного узора, наличие подклада, круглого выреза, плотно прилегающего к шее, длинной юбки в глубоких складках, декорирование пуговицами центральной части лифа, а также наличие внутренних потайных крючков-застежек. Часть предметов комплекса либо вытесняются, либо подвергаются трансформации. В советское время комплекс сохраняется как явление ввиду сбережения празднично-обрядовой функции и предпочтений старшего поколения. Особое значение костюм приобретает ввиду появления новых форм популяризации в образах кино, театра, народно-сценической фольклорной функции в ХХ в. В костюме усиливается знаковая роль его элементов, где визуально активизированы композиционные доминанты структуры;

8.        В настоящее время в сценическом костюме очевидны тенденции имитирования «кубелечного» комплекса при нарушении его художественных принципов. Это свидетельствует о необходимости бережного отношения к способам трансформации первоисточника с условием сохранения морально-эстетических и ментальных ценностей костюма, его структурно-композиционного и визуально-образного состава. Этот план нуждается в усвоении исторически сложившего «кубелечного» образа костюма в среде образования, что поможет восстановлению его художественно-исторического богатства и найти основу для живого творческого продолжения.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

  1. Горблянская  К.Ю. Особенности комплексов женской казачьей одежды на Дону XVII – XIX вв. // Мода и дизайн. Современная одежда и аксессуары 2009: Материалы международной научно – практической конференции. – Ростов-на-Дону:  Изд-во РТИСТ ЮРГУЭС, 2009. - С. 168-173. –  0,3 п.л.
  2. Горблянская К.Ю. Женский казачий костюм, как отражение культуры Дона в XVIII XIX веке // Декоративное искусство и предметно - пространственная среда. Вестник МГХПУ. 2010. -  № 2. С. 115-120. 0,3 п.л.
  3. Горблянская  К.Ю. Особенности  женского казачьего кубелека, бытовавшего на Дону в XVIII XIX веке //Декоративное искусство и предметно пространственная среда. Вестник МГХПУ. -  2010. - № 2. С. 120-131. 0,6 п.л.
  4. Горблянская  К.Ю. Художественный анализ донского кубелека с XVIII по XIX век // Сб. науч. трудов. Социально-экономические и технико-технологические проблемы развития сферы услуг.  Вып. 9. Ч. 2. Ростов-на-Дону:  РТИСТ ЮРГУЭС, 2010 г. – С. 119-124. – 0,3 п.л.
  5. Горблянская  К.Ю., Яковлева Е.И. Старинный костюм донских казачек XVII – XVIII вв. // Сборник научных трудов. Социально–экономические и технико–технологические проблемы развития сферы услуг. Вып. 9. Ч. 3. Ростов-на-Дону: Изд - во РТИСТ  ЮРГУЭС, 2010. – С. 24-30. – 0,3 п.л.
  6. Горблянская  К.Ю. Женские кубелечные пояса на Дону XVIII  – XIX вв. // Мода и дизайн: исторический опыт – новые технологии. Материалы 14–й  международной научной конференции. – СПб.: СПГУТД, 2011. – С. 175-178. –  0,1 п.л.
  7. Горблянская  К.Ю. Мантиль кубелечная // Сборник научных трудов. Социально – экономические и технико – технологические проблемы развития сферы услуг. Вып. 10. Ч. 2. Ростов н /Д: РТИСТ ЮРГУЭС, 2011. – С. 92-95. –  0,1п.л.
  8. Горблянская  К.Ю., Перова Ю.А. «Были бы казачки – казаки будут», к вопросу о женском казачьем мире // Сборник научных трудов. Социально – экономические и технико – технологические проблемы развития сферы услуг. Вып. 10. Ч. 3. Ростов н /Д: РТИСТ ЮРГУЭС, 2011. – С. 78-80. – 0,1 п.л.
  9. Горблянская К.Ю. Донской народный женский костюм XVIII XIX вв., как феномен казачьей субкультуры //«Известия Высших учебных заведений. Северо - Кавказский регион». -  2012. - № 4. С. 31-34. 0,1 п.л.
  10. Горблянская  К.Ю. Происхождение и художественные особенности донской женской рубахи // Мода и дизайн: исторический опыт – новые технологии. Материалы 15– й  международной научной конференции. – СПб.: СПГУТД, 2012. – С. 117-119. –  0,1 п.л. 

Общий объем публикаций по теме исследования 2,3 п.л.

Доклады и сообщения на конференциях:

       1. Старинный костюм донских казачек XVII – XVIII вв. // XII научная конференция молодых ученых, аспирантов и студентов РТИСТ (филиал) ГОУ ВПО «ЮРГУЭС»; 19.05.2010 г.

       2. «Мантиль кубелечная» // X Всероссийская научно – практическая конференция «Наука  XXI века – индустрия сервиса» молодых ученых, аспирантов и студентов РТИСТ (филиал) ГОУ ВПО «ЮРГУЭС»; 25.04.2011 г.

       3. «Кубелек» – символ Дона//II Международная научно – практическая конференция студентов и молодых ученных «Мода и дизайн. Современная одежда и аксессуары 2011» РТИСТ (филиал) ГОУ ВПО «ЮРГУЭС»;16.09.2011 г.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.