WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

СОКОЛОВА Мария Петровна

СУПРАМОЛЕКУЛЯРНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ПОЛИРОТАКСАНОВ НА ОСНОВЕ ЛИНЕЙНОГО И ГРЕБНЕОБРАЗНОГО ПОЛИМЕРОВ

02.00.06 – Высокомолекулярные соединения

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ 2012

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институте высокомолекулярных соединений Российской академии наук (ИВС РАН)

Научный консультант: Суханова Татьяна Евгеньевна доктор физико-математических наук

Официальные оппоненты: Клечковская Вера Всеволодовна доктор физико-математических наук, профессор Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт кристаллографии им. А.В. Шубникова Российской академии наук, заведующий лабораторией, Даринский Анатолий Анатольевич доктор физико-математических наук, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт высокомолекулярных соединений Российской академии наук, главный научный сотрудник.

Ведущая организация: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт нефтехимического синтеза им. А.В. Топчиева Российской академии наук.

Защита состоится «29» ноября 2012 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета Д 002.229.01 при Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институте высокомолекулярных соединений Российской академии наук (ИВС РАН) по адресу: 199004, Санкт-Петербург, В.О. Большой пр. 31, конференцзал.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ИВС РАН.

Автореферат разослан «26» октября 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат физ.-мат. наук Долотова Нина Аврамовна

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность работы. В последнее десятилетие одним из основных направлений развития супрамолекулярной химии является создание новых функциональных систем и материалов путем самосборки компонентов в супрамолекулярные ансамбли, свойства которых отличны от свойств составляющих их компонентов.

Перспективными материалами для этих целей являются супрамолекулярные комплексы включения – ротаксаны, образованные молекулами «хозяина» и молекулами «гостя». «Хозяевами» называют молекулы циклических соединений, имеющие внутреннюю полость, способную включать линейную молекулу «гостя» и удерживать ее силами нековалентной природы. Среди ротаксанов (Рот) наибольший интерес представляют линейные полиротаксаны (ПР), построенные из макроциклов, «нанизанных» на линейные полимерные макромолекулы, а также ПР, в которых циклические компоненты «нанизаны» на боковые цепи полимера – гребнеобразные ПР. Роль «хозяев» в ПР выполняют макроциклы как природного (циклодекстрины), так и синтетического происхождения, например, краун-эфиры и каликсарены.

Развитие нанотехнологий диктует необходимость создания принципиально новых материалов с улучшенным комплексом электро-, фото-, термохимических свойств и повышенной растворимостью. Вследствие этого растет интерес к топологически сложным супрамолекулярным структурам – полиротаксанам и полипсевдоротаксанам (ППР), полученным на основе гребнеобразных и разветвленных полимеров. Несмотря на то, что в литературе имеются работы по изучению структуры и термических характеристик ПР и ППР, как правило, на основе линейных полимеров и циклодекстринов, систематические исследования, позволяющие выявить общие закономерности формирования надмолекулярной структуры супрамолекулярных комплексов включения на основе полимеров различной топологии (линейных и гребнеобразных) и широкого ряда макроциклов (циклодекстринов, каликсаренов, краун-эфиров и т.п.), практически отсутствуют.

В связи с этим, актуальной задачей является изучение структуры, морфологии и термических характеристик новых ПР и ППР на основе линейных и гребнеобразных полимеров с макроциклами природного и синтетического происхождения, с целью установления основных факторов, влияющих на процессы структурообразования в этих системах и их свойства. Такие системы находят применение в качестве регулируемых молекулярных переключателей, ион-селективных сенсоров и мембран, «смарт» материалов и молекулярных машин (наноскопических аналогов подшипников, узлов, моторов, роторов, поршней), а также носителей лекарственных веществ.

Работа выполнялась по плану НИР Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института высокомолекулярных соединений Российской академии наук по темам: «Полимеры сложной молекулярной архитектуры:

исследование механизмов и методы синтеза», и «Структура и динамика наноразмерных полимерных систем. Эксперимент, теория и компьютерное моделирование», а также отдельные разделы работы выполнялись в соответствии с программами:

1. Грант РФФИ № 07-03-91681-РА «Синтез и исследование новых полимерных и супрамолекулярных структур» (совместно с Румынской академией) (2007-2008);

2. Молодежный грант «У.М.Н.И.К.» (проект № 07/2-I-05) «Разработка способа синтеза и исследование нового класса супрамолекулярных комплексов включения, используемых в качестве носителей лекарственных препаратов», (2007-2008) (Проект участника молодежного научно-инновационного конкурса, ООО «ТЕХНОЛОГИИ. ВНЕДРЕНИЕ. НАУКА»);

3. Грант Министерства образования и науки РФ (госконтракт 14740.12.0856) «Структура и морфология супрамолекулярных комплексов на основе линейных и разветвленных полимеров» (2011).

Цель работы: установление основных факторов, влияющих на супрамолекулярную организацию и термические свойства полиротаксанов на основе линейного полимера (модифицированного полидиметилсилоксана) и гребнеобразного полимера (N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декан-1,10-диамин-поли-(2-акриламидо2-метилпропансульфокислота)) с макроциклами различной природы.

Для достижения поставленной цели были сформулированы и решены следующие задачи:

1. Изучить закономерности формирования кристаллической структуры и морфологии новых полиротаксанов на основе модифицированного функциональными эпокси-группами полидиметилсилоксана (ПДМСЭ) с макроциклами природного (циклодекстрины) и синтетического (каликсарены) происхождения методами растровой электронной микроскопии и рентгеноструктурного анализа. С помощью статистического анализа электронномикроскопических изображений определить размеры надмолекулярных образований в полиротаксанах.

2. На примере ряда циклодекстринов определить влияние геометрических размеров макроциклов, молекулярной массы линейного полимера – модифицированного полидиметилсилоксана и молярного соотношения циклодекстрин/SiO на надмолекулярную структуру, морфологию и термические свойства полиротаксанов.

3. Изучить закономерности формирования кристаллической структуры и морфологии новых тройных полипсевдоротаксанов на основе -циклодекстрина и N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декан-1,10-диаминна (НИТРО) и поли-(2акриламидо-2-метилпропансульфокислоты) (АМПС) методами растровой электронной микроскопии и рентгеноструктурного анализа. Определить термические характеристики синтезированных супрамолекулярных комплексов включения с помощью дифференциальной сканирующей калориметрии и термогравиметрического анализа.

4. Предложить модели супрамолекулярной организации полиротаксанов и полипсевдоротаксанов на разных стадиях самосборки и в процессе термической обработки.

Объектами исследований являлись:

1. -циклодекстрин и полиротаксаны на его основе -ЦД/ПДМСЭ с модифицированным полидиметилсилоксаном (Мn = 1200 и 3300 г/моль);

2. -циклодекстрин и полиротаксаны на его основе -ЦД/ПДМСЭ с модифицированным полидиметилсилоксаном (Мn = 1200 и 2100 г/моль);

3. п-трет-бутилкаликс[6]арен и полиротаксаны на его основе ТБКА/ПДМСЭ с модифицированным полидиметилсилоксаном (Мn = 2100 и 3300 г/моль);

4. -циклодекстрин и тройной полипсевдоротаксан на его основе -ЦД/АМПСНИТРО с N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декан-1,10-диаминном и поли-(2акриламидо-2-метилпропансульфокислотой (Мw = 550000 г/моль).

Методы исследования. Для исследования кристаллической и надмолекулярной структуры синтезированных систем использовали метод рентгеноструктурного анализа. Морфологию полученных супрамолекулярных комплексов включения изучали методом растровой электронной микроскопии с использованием статистического анализа электронно-микроскопических изображений. Термические характеристики комплексов и фазовое поведение определяли с помощью методов дифференциальной сканирующей калориметрии и термогравиметрического анализа.

Научная новизна. Впервые проведено комплексное структурное исследование новых полиротаксанов на основе линейного полимера (модифицированного эпокси- группами полидиметилсилоксана) с объемными группами – блокаторами, и полипсевдоротаксанов на основе гребнеобразного (N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)декан-1,10-диамин-поли-(2-акриламидо-2-метилпропансульфокислота)) полимера с макроциклами как природного (-, - и -циклодекстрины), так и синтетического (птрет-бутилкаликс[6]арен) происхождения.

1. Установлено, что в полиротаксанах на основе модифицированного полидиметилсилоксана и природных макроциклов укладка молекул циклодекстринов в базисной плоскости и их ориентация в колоннах зависят от размерных характеристик циклической компоненты.

2. Определена зависимость структуры и морфологии полиротаксанов (типа кристаллической ячейки, формы и размеров кристаллов и характера упаковки молекулярных ожерелий в слоевых структурах) на основе линейного полимера – модифицированного полидиметилсилоксана от молекулярной массы и молярного соотношения компонентов. С использованием статистического анализа электронно-микроскопических изображений определены размеры надмолекулярных образований в исследованных системах.

3. Показано, что термостабильность комплексов на основе модифицированного полидиметилсилоксана при использовании синтетического макроцикла существенно (на 40 С) превышает термостабильность полиротаксанов с природными макроциклами.

4. Впервые получены структурно-морфологические и термические характеристики полипсевдоротаксанов на основе -циклодекстрина и гребнеобразного полимера – N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декана-1,10-диамин-поли-(2-акриламидо-2-метилпропансульфокислоты). Предложены модели формирования колончатой структуры в полипсевдоротаксанах с гексагональной упаковкой торусов -циклодекстрина в базисной плоскости и изменений укладки супрамолекулярной системы при термических воздействиях.

Практическая значимость работы. Полученные данные по структурноморфологической организации полиротаксанов и полипсевдоротаксанов, их термическому поведению и фазовых переходах могут быть использованы при разработке методов модификации комплексов включения на основе полимеров различной топологии и создании нового поколения наноструктурированных супрамолекулярных полимерных систем.





Положения, выносимые на защиту:

1. Полиротаксаны на основе циклодекстринов и модифицированного полидиметилсилоксана характеризуются колончатой структурой, при этом упаковка молекул - и -циклодекстринов в базисной плоскости может быть моноклинной, орторомбической или псевдогексагональной, в зависимости от условий получения комплексов и геометрических размеров циклодекстринов.

2. Изменение молекулярной массы модифицированного полидиметилсилоксана (от 1200 до 3300) в полиротаксанах на основе природных и синтетических макроциклов приводит к формированию комплексов включения образующих кристаллы различной формы и размеров.

3. В двойных ( -циклодекстрин-N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декан-1,10диамин) и тройных ( -циклодекстрин-N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декан1,10-диамин-поли-(2-акриламидо-2-метилпропансульфокислота)) полипсевдоротаксанах формируются колончатые структуры с гексагональной упаковкой макроциклов в базисной плоскости и различной ориентацией торусов циклодекстринов вдоль колонн.

4. Полиротаксаны на основе модифицированного полидиметилсилоксана имеют более высокую температуру разложения по сравнению с исходным линейным полимером. В то время как, формирование полипсевдоротаксанов на основе гребнеобразного полимера (N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декан-1,10-диаминполи-(2-акриламидо-2-метилпропансульфокислоты)) не приводит к повышению его термостабильности.

Апробация работы. Результаты диссертационной работы докладывались и обсуждались в виде устных и стендовых сообщений на следующих симпозиумах и конференциях: I-ой - IV-ой, VII-ой Санкт-Петербургских конференциях молодых ученых с международным участием «Современные проблемы науки о полимерах» (ИВС РАН, Санкт-Петербург, Россия, 2005-2011), Политехническом Симпозиуме «Молодые ученые - промышленности северо-западного региона» (Санкт-Петербург, Россия, декабрь 2006), «European Polymer Congress» (Порторож, Словения, июль 2007), ХVI Международной конференции по химической термодинамике в России «International Conference on Chemical Thermodynamics in Russia» (Суздаль, Россия, июль 2007), VI, VII-ом Международном симпозиуме «Molecular Mobility and Order in Polymer Systems» (Санкт-Петербург, Россия, июнь 2008, 2011), I Международной научной конференции НАНО-2008 «Наноструктурные материалы-2008: БеларусьРоссия-Украина» (Минск, Беларусь, апрель 2008), 42-ом Всемирном полимерном конгрессе «IUPAC World Polymer CongressMACRO-2008» (Тайпей, Тайвань, июнь 2008), Международной конференции «NANO structures in polysaccharides» (Ташкент, Узбекистан, октябрь 2008), XVI Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» (Москва, Россия, апрель 2009), XVI и XVII Российском симпозиуме по растровой электронной микроскопии и аналитическим методам исследования твердых тел (Черноголовка, Россия, июнь 2009, 2011), ХVII и ХVIII Международной конференции по химической термодинамике в России «International Conference on Chemical Thermodynamics in Russia» (Казань и Самара, Россия, июль 2009, октябрь 2011), V Международном симпозиуме «Design and Synthesis of Supramolecular Architectures» (Казань, Россия, октябрь 2009), XVII Национальной конференции «Рентгеновское, синхротронное излучения, нейтроны и электроны для исследования наносистем и материалов (Москва, Россия, ноябрь 2009), XXIII Российская конференция по электронной микроскопии РКЭМ-2010 (Черноголовка, Россия, июнь 2010), I конференция серии ChemWasteChem “Химия и полная переработка биомассы леса”, Симпозиум «ОрХиМед» – «Разработка лекарственных и физиологически активных соединений на основе природных веществ» (Репино, Россия, июнь 2010), II Школе-конференции для молодых ученых «Дифракционные методы исследования вещества: от молекул к кристаллам и наноматериалам» (Черноголовка, Россия, июль 2010), III Международной научно-технической конференции «Нанотехнологии и наноматериалы» (Москва, Россия, ноябрь 2011).

Публикации. По материалам диссертации опубликовано 36 печатных работ, включающих 10 статей, в том числе 7 в реферируемых отечественных и зарубежных журналах, и 26 материалов конференций и симпозиумов.

Личный вклад автора состоял в непосредственном проведении экспериментов структурными методами и расчетов, анализе и обобщении результатов, разработке модельных представлений, подготовке и оформлении публикаций.

Объем и структура работы. Диссертация состоит из введения, 5 глав, заключения, выводов и списка использованных библиографических источников, включающего 200 ссылок. Материалы работы изложены на 164 страницах машинописного текста и содержат 12 таблиц, 65 рисунков.

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы диссертации, сформулированы цели и задачи работы, ее научная новизна и практическая значимость полученных результатов, изложены основные положения, выносимые на защиту.

В главе 1 (литературный обзор) проанализированы работы, посвященные синтезу и исследованию новых ПР и ППР на основе линейных и гребнеобразных полимеров с макроциклами различной природы – циклодекстринами и каликсаренами. Рассмотрены современные научные представления о структурноморфологических характеристиках и физико-химических свойствах ПР и ППР.

Проведена оценка перспективности использования комплексов включения для создания технических устройств, реализующих нанотехнологии. Глава I заканчивается постановкой задач исследования и формулировкой основной цели работы.

Глава 2 (материалы и методы) содержит краткое описание способов получения ПР и ППР, физических экспериментальных методов исследования, использованных в работе, методик статистического анализа электронномикроскопических изображений и расчета параметров элементарных ячеек комплексов.

Структуру ПР рассчитывали на основании формул, связывающих параметры элементарной ячейки и индексы Миллера с набором межплоскостных расстояний (d), наблюдаемых экспериментально.

В общем случае расстояния d для разных индексов hkl при известных размерах и углах решетки рассчитываются по формуле:

d y yhkl 1 cos2 cos2 cos2 2 cos cos cos (1) 2 h2 2 k l 2hk 2kl 2hl 2 sin sin sin (cos cos cos ) (cos cos cos ) (cos cos cos ) a2 b2 c2 ab bc ac где h, k и l – целочисленные индексы (0, 1, 2, …), a, b и c – параметры кристаллической решетки, , и – углы кристаллической решетки, dhkl – межплоскостное расстояние для данных hkl [Вайнштейн Б.К., 1979].

Для определенной кристаллической решетки с известными углами выражение (1) существенно упрощается. В случае тетрагональной кристаллической решетки фор1 h2 k2 lмула (1) принимает вид: (2) d hkl a2 c’ 1 h2 k2 lдля орторомбической (3) d hkl a2 b2 c’ 1 4 (h2 hk k2) lдля гексагональной (4) d hkl a2 c’ 1 h2 k l2 2hl cos для моноклинной (5) 2 2 2 d a2 sin b2 c2 sin acsin hkl.

На основании расчетов по формулам (1) – (5), подбирались параметры кристаллических ячеек, характеризующиеся таким набором межплоскостных расстояний, который соответствовал бы экспериментально наблюдаемым данным.

Для расчета значений параметров кристаллических ячеек образцов использовали программы UnitCell (method of TJB Holland&SAT Redfern 1995) и Materials Studio.

Определение размеров кристаллитов проводилось по наиболее интенсивным рефлексам на дифрактограммах. Для расчетов использовалась формула ДебаяШерpера: L = k / B2Сos, где L – размер кристалла, – длина волны используемого рентгеновского излучения, B2 – интегральная полуширина рефлекса, – угол рассеяния, k – коэффициент, зависящий от формы частицы.

ПР на основе ПДМСЭ с различной молекулярной массой и макроциклов природного - и -циклодекстринов (- и -ЦД) или синтетического п-третбутилкаликс[6]арена (ТБКА) происхождения синтезированы и охарактеризованы в Институте макромолекулярной химии Румынской академии им. Петру Пони в лаборатории неорганических полимеров под руководством доктора В. Харабаджу.

Были получены образцы с разным молярным соотношением m/n (ЦД/SiO, ТБКА/SiO) и различной молекулярной массой (Мn ПДМСЭ = 1200, 2100 и 3300).

Структура ПР и исходных компонентов приведена на Рис. 1. Использованные обозначения и молекулярные характеристики образцов приведены в таблице 1.

Гребнеобразный полимер (ППР) и его компоненты синтезированы в лаборатории анизотропных и структурированных полимерных систем под руководством д.х.н.

А.В. Теньковцева (ИВС РАН). Структура двойных (-ЦД-НИТРО), тройных комплексов (-ЦД-АМПС-НИТРО) и исходных компонентов приведена на Рис. 2.

Строение ПР на основе линейного полимера ПДМСЭ подтверждено с помощью H-ЯМР-спектроскопии растворов комплексов в диметилсульфоксиде в Институте макромолекулярной химии Румынской академии им. Петру Пони. Показано, что комплексы состоят из цепочек ПДМСЭ, на которые нанизаны ЦД, а на концах силоксановой цепи располагаются объемные группы блокаторы, предотвращающие соскальзывание макроциклов.

В случае -ЦД максимальное содержание макроциклов составляет две молекулы, расположенных на концах полимерной цепи ПДМСЭ (рис. 3, а). Для -ЦД, количество макроциклов в комплексах составляет 5 или 7, причем, в данном случае макроциклы располагаются по всей длине молекул ПДМСЭ и связываются между собой водородными связями (рис. 3, б).

Рис. 1. Схема строения ПР на основе ПДМСЭ и макроциклов природного (- и ЦД) и синтетического (КА) происхождения.

Таблица Условия синтеза и характеристики ПДМСЭ и ПР Содержание ЦД Соотношение компонентов Молярное Свободные ПР Mn в смеси соотношение макроциклы (m/n) (%) 1.8 -ЦД-ПДМСЭ-1а 0.253 54 - ПДМСЭ-1.8 -ЦД-ПДМСЭ-1б 0.140 0 0.2 -ЦД-ПДМСЭ-1в 0.069 0 ПДМСЭ-3 1.8 -ЦД-ПДМСЭ-3 0.052 0 -ЦД-ПДМСЭ-1а 0.625 38 - ПДМСЭ-1 1.-ЦД-ПДМСЭ-2б 0.357 0 -ЦД-ПДМСЭ-1б 0.625 46 - ПДМСЭ-2 1.-ЦД-ПДМСЭ-2б 0.303 0 ПДМСЭ-1 1.8 ТБКА-ПДМСЭ-2 0.250 0 ПДМСЭ-3 1.8 ТБКА-ПДМСЭ-3 0.071 0 4 -ЦД-НИТРО 1.140 0 АМПСНИТРО -ЦД-АМПС4.1 1.230 0 НИТРО Полимер Выход (%) Макроцикл ЦД ЦД ТБКА ЦД 5503300 2100 211200 3312Рис. 2. Схема строения ППР и исходных компонентов (а), и двойного комплекса (б).

Строение ППР на основе гребнеобразного полимера АМПС-НИТРО подтверждено с помощью 1H-ЯМР-спектроскопии растворов комплексов в ДМСО в ИВС РАН. Установлено, что молярное соотношение -ЦД/НИТРО в двойном ППР ( -ЦД-НИТРО) m/n = 1.140, а в тройном комплексе (-ЦД-АМПС-НИТРО) m/n = 1.230.

а б Рис. 3. Модели молекулярной структуры -ЦД/ПДМСЭ (а) и -ЦД/ПДМСЭ (б).

Глава 3 посвящена установлению взаимосвязи между молекулярной массой ПДМСЭ, условиями получения комплексов (молярным соотношением компонентов), размерами циклического компонента - или -ЦД и морфологией ПР.

3.1. Исследование морфологических особенностей полиротаксанов и исходных компонентов. Методом растровой электронной микроскопии (РЭМ) показано, что -ЦД представляет собой совокупность крупных (от 30 до 200 мкм) стержневидных частиц, имеющих выраженную огранку, которые можно представить как комбинацию двух ромбических призм и пинакоида.

Исходные -ЦД и -ЦД состоят из менее крупных кристаллических агрегатов различной формы, Рис. 4 РЭМ микрофотографии -ЦД-ПДМСЭразмеры которых изменяются в 1а (а) и -ЦД-ПДМСЭ-1б (б).

широких пределах – от 3 до 1мкм.

Для выяснения влияния молярного соотношения на структурно-морфологические параметры ПР проведено исследование комплексов с m/n = 0.140 и 0.253. Частицы Рис. 5. Статистическое распределение комплексов -ЦД-ПДМСЭ-1а размеров кристаллических агрегатов -ЦДимеют форму прямоугольных ПДМСЭ-1а (а) – длина, (б) – толщина ламели параллелепипедов (m/n = 0.253) и -ЦД-ПДМСЭ-1б (в).

(рис. 4, а), а -ЦД-ПДМСЭ-1б (рис. 4, б) – стержневидных кристаллов (для m/n = 0.140).

На Рис. 5 в виде гистограмм представлены результаты статистической обработки РЭМ изображений комплексов. Сплошными линиями на гистограммах показаны результаты компьютерных расчетов с использованием уравнения, выведенного в рамках модели агрегации [Kilian H.G., 1997; 2003].

Установлено, что средняя толщина стержнеобразных кристаллов (~ 0.8 мкм) для комплекса -ЦД-ПДМСЭ-1б (m/n = 0.140) оказалась такой же, как размер граней агрегатов для -ЦД-ПДМСЭ-1а (m/n = 0.253) – 0.81 мкм (средняя толщина ламелей ~ 0.08 мкм) (рис. 5).

Для ПР, в которых в качестве «хозяина» использовали -ЦД, обнаружено существенное изменение морфологии по сравнению с ПР с -ЦД: формируются кристаллы в форме прямоугольных параллелепипедов (рис. 6). Кристаллические образования комплекса с Мn ПДМСЭ = 1200 состоят из частиц прямоугольной формы (рис. 6, а, б). При увеличении ММ линейного компонента характер морфологии комплексов -ЦД-ПДМСЭ-2а и -ЦД-ПДМСЭ-2б не изменяется, однако образуются кристаллы со значительно большими размерами (рис. 6, в-д), чем у образцов с низкой Мn ПДМСЭ. На микрофотографиях образца -ЦД-ПДМСЭ-2а (рис. 6, в, г), полученных в разных проекциях, видно, что кристаллы зарождаются на подложке группами, и срастаясь, образуют друзы. Присутствие свободного -ЦД в системе создает дополнительные дефекты в растущих агрегатах, вследствие чего происходит взаимопроникновение кристаллов. Анализ поверхности скола образца -ЦДПДМСЭ-2а показал, что рост кристаллов происходит в несколько стадий, поскольку наблюдаются слои с разной плотностью и морфологией (рис. 6, г). Видно, что слой, соприкасавшийся с подложкой в процессе получения ПР, является самым плотным.

Далее последовательно формируются более рыхлые слои, состоящие сначала из Рис. 6. Электронные микрофотографии -ЦД-ПДМСЭ1а (а), -ЦД-ПДМСЭ-1б (б), -ЦД-ПДМСЭ-2а (в, г) и ЦД-ПДМСЭ-2б (д).

Рис. 7. Статистическое распределение размеров кристаллических агрегатов в образцах -ЦД-ПДМСЭ-2а (а) и -ЦД-ПДМСЭ-2б (б).

мелких, затем из крупных кристаллов, что обусловлено уменьшением концентрации исходных компонентов в реакционной смеси. Оценка средних размеров граней комплекса с Мn ПДМСЭ = 2100 (рис. 7) показала, что уменьшение значения m/n в два раза приводит к уменьшению размеров формирующихся кристаллов.

Полученные результаты позволяют утверждать, что морфология комплексов напрямую отражает кинетические особенности процесса формирования ПР, и зависит от условий проведения реакции и последующей кристаллизации комплексов с образованием двойников прорастания (рис. 6, в).

3.2. Кристаллическая структура ПР на основе ПДМСЭ и -ЦД. Исследование ПР на основе ПДМСЭ с ММ = 1200 и 3300 и -ЦД методом рентгеноструктурного анализа показало, что комплексы отличаются типом кристаллической решетки от исходного -ЦД и образуют структуры с высоким классом симметрии.

Исходный -ЦД имеет «каркасную» структуру, в которой торусы -ЦД расположены, как паркетные плитки [Shuai X., 2002; Osaki M., 2007]. Напротив, для ПР на основе ПДМСЭ и -ЦД характерна «колончатая» структура молекулярных ожерелий (МО), в которой макроциклы расположены последовательно друг за другом по типу «голова к голове», «хвост к хвосту», что подтверждается сравнением полученных данных с результатами работ [Панова И.Г., 2001; Osaki M., 2007]. При этом «колончатой» структуре МО соответствует пик при 2 12.

Установлено, что образец -ЦД-ПДМСЭ-3 обладает двухфазной структурой, в которой в результате различной степени гидратации комплексов, присутствует как моноклинная, так и псевдогексагональная структура. Параметры моноклинной кристаллической ячейки: а = 15.2 , b = 15.6 , с = 30.4 и = 105.8. Значение параметра а соответствуют диаметру большего основания (d 15.3 ), а параметр с кратен удвоенной высоте макроцикла (d 15.6 ). Параметры моноклинной кристаллической ячейки: а = 15.2 , b = 15.6 , с = 30.4 и = 105.8. В псевдогексагональной ячейке происходит уменьшение периода с в два раза: а = 15., с = 15.1 . Аналогичная структура была обнаружена в системе ЦД/полипропиленоксид [Панова И.Г., 2001].

3.3. Кристаллическая структура ПР на основе ПДМСЭ и -ЦД. Для установления влияния геометрических размеров макроцикла на структурно - морфологические характеристики ПР проведено исследование структуры комплексов -ЦД/ПДМСЭ, с -ЦД, имеющим больший размер внутренней полости и больший диаметр нижнего основания (d = 9.4 ) по сравнению с -ЦД (d = 7.8 ).

ПР на основе -ЦД имеют «колончатую» структуру МО, что подтверждается наличием на дифрактограммах комплексов характеристического пика при 2 7.5.

При этом макроциклы состыковываются по типу «голова к голове»-«хвост к хвосту»-«хвост к голове». Торусы -ЦД укладываются триадами, образуя периодическую последовательность из трех молекул, что характерно для комплексов на основе -ЦД [Saenger W., 1998].

Экспериментально полученные значения межплоскостных расстояний для комплексов -ЦД/ПДМСЭ в зависимости от ММ линейного полимера индицируются в предположении тетрагональной, орторомбической или моноклинной ячейки. Обнаружено, что ПР на основе ПДМСЭ с Мn ПДМСЭ = 12образуют кристаллы тетрагональной сингонии с параметрами ячейки: а = 16.9 , с = 22.8 (для -ЦД-ПДМСЭ-1а), и а = 16.2 , с = 23.3 (для -ЦД-ПДМСЭ-1б). На Рис. 8, а, б представлена схема расположения -ЦД в комплексах с тетрагональной решеткой и укладки МО в ПР. Параметр а соответствует диаметру большего основания (d 16.9 ), параметр с кратен утроенной высоте макроцикла (d 23.4 ).

а б Рис. 8. Схематическое изображение расположения -ЦД в тетрагональной пространственной решетке (а – вид сверху, б – вид сбоку).

Увеличение ММ линейного полимера (до Мn ПДМСЭ = 2100) приводит к образованию орторомбической ячейки. Оценка параметров кристаллической структуры для образца -ЦД-ПДМСЭ-2а дает значения: а = 37.9 , b = 17.1 , с = 25.2 . Комплекс -ЦД-ПДМСЭ-2б с меньшим молярным соотношением (m/n = 0.303), по-видимому, состоит из кристаллов двух разных модификаций:

орторомбической (а = 31.9 , b = 17.0 , с = 24.4 ) и моноклинной (а = 15.3 , b = 17.7 , с = 24.2 . = 93.4°). Данное обстоятельство позволило нам интерпретировать полученные РЭМ изображения для образца -ЦД-ПДМСЭ-2б, на микрофотографиях которого кроме хорошо ограненных прямоугольных параллелепипедов наблюдаются прямые параллелепипеды.

3.4. Модели структурной организации полиротаксанов на основе ПДМСЭ и ЦД.

В 1997 г. для ППР на основе поли(алкилен оксида) с -циклодекстрином И.Г.

Пановой, И.Н. Топчиевой и др. была предложена модель трех этапов самосборки комплексов. Мы предположили, что эта модель может быть применима и для ПР.

Проведенный анализ структурно-морфологических параметров ПР на основе ПДМСЭ с -ЦД или -ЦД на разных этапах самосборки позволил предложить следующую схему формирования их супрамолекулярной организации (рис. 9). На первом этапе происходит образование ППР путем нанизывания ЦД на ПДМСЭ с формированием МО. Затем к концам макромолекул ПДМСЭ присоединяются объемные группы – блокаторы, предотвращающие соскальзывание макроциклов, при этом образуются стабильные структуры – ПР.

На втором этапе структурообразования формируются ламеллярные кристаллы, в которых макромолекулы ПР располагаются перпендикулярно плоскости ламелей.

Затем на третьем этапе, происходит агрегация ламеллярных кристаллов. При этом, в случае комплекса -ЦД-ПДМСЭ-1а с m/n = 0.253, формируются хорошо ограненные прямоугольные параллелепипеды, отчетливо наблюдаемые на РЭМмикрофотографиях (рис. 4, а). В случае комплекса -ЦД-ПДМСЭ-1б (m/n = 0.140) третий этап структурообразования протекает по другому механизму: пластинчатые кристаллы упаковываются друг за другом, формируя протяженные стержнеобразные агрегаты (рис. 4, б).

Следует отметить, что ламеллярные кристаллы, образующиеся на втором этапе структурообразования, состоят из кристаллитов, оценка средних значений размеров которых показала, что в образцах -ЦД/ПДМСЭ с Мn ПДМСЭ = 1200 (рис. 5, а, б) в одном ламеллярном кристалле укладываются ~100100 кристаллитов, далее они агрегируют с образованием стопок из ~ 8-10 слоев.

В случае комплексов на основе -ЦД первая стадия протекает аналогичным образом – происходит самосборка МО с образованием ПР. На второй стадии происходит агрегация с формированием пластинчатых кристаллов с тетрагональной, орторомбической или моноклинной кристаллической решеткой. На третьем этапе самосборки формируются кристаллы в форме параллелепипедов, размеры которых зависят от молярного соотношения компонентов в системе (рис. 9).

Таким образом, полученные нами результаты хорошо согласуются с моделью трех этапов самосборки и подтверждают ее применимость в случае ПР.

Рис. 9. Схема формирования кристаллических агрегатов ПР на основе -ЦД и ПДМСЭ с Мn ПДМС = 1200 и 2100.

Известно, что кристаллизация комплексов происходит с участием воды, выполняющей роль мостиков, связывающих соседние молекулы ЦД за счет формирования между ними водородных связей [Попова Е.И., 2001]. Поэтому, изменение степени дегидратации системы в процессе сушки или отжига приводит к значительному изменению структуры. С целью определения температурного диапазона, в котором происходят структурные перестройки в ПР и термостабильности полученных систем, проведены исследования методами дифференциальной сканирующей калориметрии (ДСК) и термогравиметрического анализа (ТГА). Разделы 3.5. и 3.6. посвящены изучению термических характеристик ПР на основе ПДМСЭ с -ЦД и -ЦД. На кривых ДСК комплексов отчетливо видны широкие эндотермические пики, связанные с процессом дегидратации в области температур 50-170оС. Температура и энтальпия дегидратации ПР ниже, чем у исходных ЦД. Как в случае комплексов на основе ЦД, так и -ЦД, прогрев образцов приводит к плавлению с одновременным разложением при температурах выше 280оС.

Сравнение результатов, полученных методами ТГА и ДСК, показало, что формирование ПР на основе ПДМСЭ и природных макроциклов приводит к увеличению термостабильности полученных систем.

Глава 4 посвящена изучению ПР на основе ПДМСЭ и синтетического макроцикла ТБКА. В отличие от ЦД макроциклы ТБКА являются гибкими и обладают конформационным разнообразием [Zhang Y. 1997].

В разделах 4.1. и 4.2. приведены результаты исследования морфологии и структуры полиротаксанов ТБКА/ПДМСЭ. Показано, что в отличие от исходного ТБКА, который состоит из крупных монокристаллов (6 - 20 мкм), комплексы образованы более или менее рыхло упакованными слоистыми пластинчатыми кристаллами толщиной порядка 2 мкм, то есть существенным образом отличаются по морфологии от исходного «хозяина» ТБКА. ТБКА имеет клатратную структуру -модификации (рис. 10, кривая 1), что, по-видимому, обусловлено образованием комплекса включения с растворителем (ацетоном).

Высокотемпературный прогрев (до 350С) приводит к переходу в более плотную термодинамически стабильную фазу 0-модификации (рис. 10, кривая 2), что вызвано удалением молекул растворителя из ТБКА. Анализ полученных данных позволил предложить тригональную кристаллическую ячейку для ТБКА с параметрами a = 11.0 , b = 13.5 , c = 13.8 , = 88.5°, = 78.6°, = 75.7°. С другой стороны, для комплекса ТБКАПДМСЭ-3 наиболее вероятна орторомбическая ячейка с Рис. 10. Дифрактограммы образцов ТБКА (1), параметрами a = 17.3 , b = ТБКА (350C) (2), ТБКА-ПДМСЭ-2 (3), ТБКА17.8 , c = 15.8 .

ПДМСЭ-3 (4).

4.3. Термические свойства полиротаксанов на основе ТБКА и ПДМСЭ.

Комплексы включения на основе синтетического макроцикла демонстрируют более сложное поведение при нагреве. На а кривых ТГА для образцов ТБКА-ПДМСЭ2 (рис. 11, а) и ТБКА-ПДМСЭ-3 (рис. 11, б) наблюдаются две ступеньки потери массы. Первой ступени (m ~ 5 %) на кривой ДСК соответствует эндотермический пик, который можно б объяснить высвобождением связанного растворителя, использованного для получения ТБКА. Вторая ступень (m ~ 50 %) связана с началом термического разложения образца.

в Перед началом второй температурной области потери массы на кривой ДСК образца ТБКА (рис. 11, а) регистрируется экзотерма сложной формы, которую можно объяснить перекристаллизацией образца, что хорошо согласуется с приведенными выше рентгеновскими данными о переходе -модификации в 0- модификацию.

Сопоставление термических свойств Рис. 11. Кривые ТГА и ДСК образцов ПР на основе природных и синтетических ТБКА (а), ТБКА-ПДМСЭ-2 (б), ТБКАмакроциклов показывает, что ПДМСЭ-3 (в).

термостабильность ПР на основе син- тетического макроцикла существенно (более чем на 40С) превосходит термостабильность ПР на основе ЦД с тем же «гостем» ПДМСЭ, что делает их перспективными для получения ПР с улучшенными термическими свойствами.

С целью установления влияния топологии «гостя» на структурноморфологические характеристики комплексов в Главе 5 изучены ППР на основе гребнеобразного полимера.

Результаты исследования морфологии ППР и исходных компонентов приведены в разделе 5.1. Установлено, что морфология как двойных, так и тройных ППР значительно отличается от исходного -ЦД. Двойной комплекс -ЦД-НИТРО состоит из мелких (до 5 мкм), хорошо ограненных тригональных микрокристаллов – трапецоэдров. Напротив, тройной комплекс -ЦД-АМПС-НИТРО формирует сэндвич-структуры с ярко выраженной слоевой морфологией, что, по-видимому, связано с увеличением жесткости макромолекул АМПС в результате нанизывания -ЦД на боковые цепи гребнеобразного полимера.

В разделе 5.2. изучена надмолекулярная структура полученных ППР. Показано, что двойной и тройной комплекс обладают «колончатой» структурой, при этом характеристическим является пик при 2 = 20°. Временная стабильность комплексов (сохранение в них колончатой структуры) подтверждается присутствием данного рефлекса на дифрактограммах образцов, хранившихся более двух лет в атмосферных условиях.

При формировании ионогенного ППР на основе ионного комплекса АМПС-НИТРО образуется колончатая структура с более низким порядком, чем ППР на основе НИТРО (рис. 12, кривая 4). На дифрактограммах как двойного комплекса (ЦД-НИТРО) (кривая 4), так и гребнеобразного ионогенного ППР (-ЦДАМПС-НИТРО) (кривая 5) обнаружены рефлексы при 2 = 7.5°, 13.0°, 19.8° и 22.4°, положение которых хорошо совпадает с основными расстояниями (hkl) между торусами -ЦД в плоскостях (100), (110), (210) и (300), что указывает на хорошую гексагональную укладку Рис. 12. Дифрактограммы в режиме «на отражение» ЦД в базисной плоскости ЦД (1), АМПС (2), НИТРО (3), комплекса АМПС(рис. 13, а). ПредНИТРО (4), комплекса -ЦД-НИТРО (5) и полипсевполагаемая структура доротаксана -ЦД-АМПС-НИТРО (6).

ЦД-НИТРО приведена на Рис. 13, б. В случае тройного комплекса происходит смещение или исчезновение рефлексов, соответствующих укладке -ЦД вдоль колонн, что может свидетельствовать об изменении расстояния между центрами тяжести -ЦД и их разупорядочении в этом направлении. Это свидетельствует о том, что полимерные цепи разделяют молекулы ЦД в колоннах (рис. 13, в), что также проявляется в образовании слоистой структуры, наблюдаемой на РЭМ микрофотографиях тройного комплекса. В двойном ППР (-ЦД-НИТРО) формируется два типа кристаллических колончатых структур с одинаковым гексагональным расположением торусов -ЦД в базисной плоскости, но различной последовательностью макроциклов вдоль столбцов: «голова к голове», «хвост к хвосту» (модификация 1) и «голова к хвосту» (модификация 2). Отсутствие рефлекса при 2 = 12° на дифрактограмме ионогенного ППР (-ЦД-АМПС-НИТРО) свидетельствует о наличии в образце только модификации 1.

Результаты исследования термической стабильности ППР приведены в разделе 5.4. Показано, что температура разложения тройного комплекса на 20°С ниже, чем гребнеобразного полимера, что существенно отличает эти системы от ПР на основе природных макроциклов и ПДМСЭ. То есть, в случае ППР на основе АМПСНИТРО не происходит повышения температурной стабильности ППР.

В разделе 5.5. изучено влияние термообработки на структуру и свойства полипсевдоротаксанов. С а в целью установления корреляций между характером надмолекулярного упорядочения и теплофизическими свойствами, образцы ППР отжигали при разных температурах.

Прогрев комплекса АМПСб НИТРО при 170°С, 15 мин.

Рис. 13. Гексагональная упаковка -ЦД в базисной приводит к переходу плоскости (а), предполагаемая 3D-структура -ЦДмезоморфной структуры в НИТРО (б) и полипсевдоротаксана -ЦД-АМПСболее упорядоченное, НИТРО (в).

кристаллическое состояние в результате структурирования боковых цепей в гребнеобразном полимере АМПС-НИТРО (Рис. 14, а).

Напротив, отжиг ППР приводит к его аморфизации, что может быть связано с трудностью реорганизации -ЦД в колончатую Рис. 14. Предполагаемая структура АМПС-НИТРО структуру после отжига после отжига при 170°С (а), и полипсевдоротаксана (рис. 14, б).

-ЦД-АМПС-НИТРО отожженного при 170°С (б).

ВЫВОДЫ 1. Впервые при исследовании процессов структурообразования в полиротаксанах на основе линейного полимера – модифицированного полидиметилсилоксана с природными и синтетическими макроциклами, определена зависимость структурно-морфологических параметров (формы и размеров кристаллов, типа кристаллической ячейки, характера упаковки молекулярных ожерелий в слоевых структурах) от молекулярной массы, молярного соотношения компонентов и природы макроцикла.

2. Установлено, что полиротаксаны на основе циклодекстринов имеют колончатую структуру с моноклинной и псевдогексагональной упаковкой торусов в базисной плоскости в случае -циклодекстрина, с тетрагональной, орторомбической или моноклинной упаковкой в случае -циклодекстрина. Тип упаковки определяется молекулярной массой модифицированного полидиметилсилоксана и условиями получения полиротаксанов.

3. Впервые показано, что полиротаксаны на основе синтетического макроцикла (птрет-бутилкаликс[6]арена) имеют слоевую морфологию с толщиной слоев 2 мкм и превосходят более чем на 40С термостабильность полиротаксанов на основе циклодекстринов с тем же линейным полимером.

4. Установлено, что как для двойного ( -циклодекстрин-N,N-диметил-N'-(4нитрофенил)-декан-1,10-диамин, так и для тройного комплекса ( -циклодекстрин - N,N-диметил-N'-(4-нитрофенил)-декан-1,10-диамин - поли-(2-акриламидо-2метилпропансульфокислота) характерна колончатая структура с гексагональной упаковкой молекул -циклодекстринов в базисной плоскости и различной ориентацией макроциклов вдоль колонн.

5. На основе результатов, полученных методами рентгеноструктурного анализа, растровой электронной микроскопии, дифференциальной сканирующей калориметрии и термогравиметрического анализа предложены иерархические модели супрамолекулярной организации исследованных полиротаксанов и полипсевдоротаксанов на различных этапах самосборки, а также структурных перестроек в процессе прогрева в широком температурном интервале (от 20 до 200°С).

Основное содержание диссертации отражено в 10 статьях и 26 тезисах докладов на российских и международных симпозиумах и конференциях.

Статьи:

1. Соколова М.П., Суханова Т.Е., Губанова Г.Н., Кутин А.А., Теньковцев А.В.

Супрамолекулярная организация и термические свойства полипсевдоротаксанов на основе альфа-циклодекстрина и ионогенного полимера // Высокомолек. соед. А.

2012. Т. 54. №8. С. 1243-1252.

2. Соколова M.П., Бронников С.В., Суханова T.E., Григорьев A.И., Волков А.Я., Губанова Г.Н., Кутин А.А., Фаркаш А., Пинтяла M., Харабаджу В., Симионеску Б.

Структура, морфология и термические свойства полиротаксанов на основе каликс[6]арена и модифицированного полидиметилсилоксана // Журнал прикладной химии. 2010. Т. 83. № 1. С. 112-117.

3. Теньковцев А.В., Суханова Т.Е., Компан М.Е., Лукошкин В.А., Бурсиан А.Э., Перминова* М.П. Использование фотофизически активных элементов ионных полипсевдоротаксанов для анализа супрамолекулярной структуры полимерного колье // Физика твердого тела. 2009. Т. 51. Выпуск 3. С. 584-589.

4. Marangoci N., Farcas A., Harabagiu V., Pinteala M., Harabagiu V., Simonescu B.C., Sukhanova T., Perminova M., Grigoryev A., Gubanova G., Bronnikov S. Synthesis, morphology, and thermal behavior of polyrotaxanes composed of -cyclodextrin and polydimethylsiloxanes // J. Incl. Phenom. Macrocycl. Chem. 2009. V. 63. P. 355-364.

5. Соколова М.П., Суханова Т.Е., Бронников С.В. Исследование структуры супрамолекулярных комплексов включения на основе -циклодекстрина и модифицированного полидиметилсилоксана // Физико-химия полимеров. Тверь.

2009. Вып.15. С. 36-42.

6. Marangoci N., Farcas A., Harabagiu V., Pinteala M., Simonescu B.C., Sukhanova T., Bronnikov S., Grigoryev A., Gubanova G., Perminova M., Perichaud A. Polyrotaxanes composed of beta-cyclodextrin and polydimethylsiloxanes: synthesis, morphology and thermal behavior // High Performance Polymers. 2008. V. 20. P. 251-266.

7. Суханова Т.Е., Перминова М.П., Бронников С.В., Григорьев А.И., Волков А.Я., Губанова Г.Н., Кутин А.А., Марангочи Н., Пинтяла М., Харабаджу В., Симионеску Б. Структура и термические свойства полиротаксанов на основе -циклодекстрина и модифицированного полидиметилсилоксана // Журнал прикладной химии. 2008. Т.

81. Выпуск 12. C. 2034-2039.

8. Перминова М.П., Суханова Т.Е., Бронников С.В. Морфология супрамолекулярных комплексов включения на основе -циклодекстрина и полидиметилсилоксана // Физико-химия полимеров. Тверь. 2008. Вып.14. С. 41-46.

9. Суханова Т.Е., Бронников С.В., Григорьев А.И., Губанова Г.Н., Перминова М.П., Марангочи Н., Пинтяла М., Харабаджу В., Симионеску Б. Синтез, структура и термические свойства полиротаксанов на основе -циклодекстрина и полидиметилсилоксана // Журнал прикладной химии. 2007. Т. 80. Вып.7. С. 11411146.

10. Перминова М.П., Бронников С.В., Pinteala M. Статистический анализ морфологии комплексов включения на основе -циклодекстрина и полидиметилсилоксана // Физико-химия полимеров. Тверь. 2007. Вып.13. С. 43-49.

Примечание: Перминова Мария Петровна сменила фамилию в 2008 году (с 15.06.2008 – Соколова Мария Петровна).

Автореферат отпечатан в ИВС РАН. Ризография.

Тираж 120 экз.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.