WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


На правах рукописи

Карпухин Алексей Владимирович

НАНОАЛМАЗ ДЕТОНАЦИОННОГО СИНТЕЗА: ХИМИЧЕСКОЕ МОДИФИЦИРОВАНИЕ, СВОЙСТВА И ВОЗМОЖНЫЕ ПРИМЕНЕНИЯ

02.00.04 – физическая химия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата химических наук

Москва, 2012

Работа выполнена в лаборатории химии поверхности кафедры химии нефти и органического катализа Химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

Научный консультант: кандидат химических наук, доцент Кулакова Инна Ивановна Научный консультант: кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник Института биофизики клетки РАН, г. Пущино Сафронова Валентина Григорьевна

Официальные оппоненты: Чл.-корр. РАМН, доктор медицинских наук, профессор Шимановский Николай Львович РНИМУ им. Н.И. Пирогова доктор химических наук, ведущий научный сотрудник Локтева Екатерина Сергеевна Химический факультет МГУ имени М.В. Ломоносова

Ведущая организация: Санкт-Петербургский государственный технологический институт (технический университет)

Защита диссертации состоится «21» сентября 2012 г. в 15 час. 00 мин. на заседании Диссертационного Совета Д 501.001.90 по химическим наукам при МГУ имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, ГСП-1, Москва, Ленинские горы, д. 1, стр. 3, МГУ имени М.В. Ломоносова, Химический факультет, аудитория 446.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке МГУ имени М.В. Ломоносова по адресу: г. Москва, Ломоносовский проспект, д. 27.

Автореферат разослан «20» августа 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета Д 501.001.90, кандидат химических наук М.С. Бобылева

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность работы Наноалмаз детонационного синтеза представляет собой особый тип алмазного материала, свойства которого определяются сочетанием химически стойкого и механически прочного алмазного ядра с лабильной оболочкой из функциональных групп. Наличие реакционно-способных групп на поверхности наноалмаза открывает широкие возможности химического модифицирования его поверхности и создания новых функциональных материалов для использования в различных областях, в том числе в биологии и медицине.

Поверхность промышленно выпускаемого наноалмаза полифункциональна. Для ее унифицирования обычно используют восстановительную обработку водородом при повышенных температурах. Для активации восстановленной поверхности в литературе описано несколько способов введения галогена, однако, сравнительной характеристики различных способов галогенирования, а также стабильности получающихся при этом модифицированных поверхностей наноалмаза в литературе нет.

В последнее время все чаще внимание исследователей привлекает также биологическая активность наноалмаза, который можно было бы использовать в биомедицине, например, для направленного транспорта лекарств. Несмотря на быстрорастущий объем публикуемой информации по наноалмазу в биомедицинском аспекте, в настоящее время практически нет работ, посвященных фундаментальному изучению таких вопросов как механизмы взаимодействия частиц наноалмаза с живой клеткой.

Целью настоящей работы было: исследование структуры и свойств химически модифицированного детонационного наноалмаза и возможностей его применения в сорбции и медицине.

Направление исследований В рамках данной работы проводились исследования по следующим основным направлениям:

1. Исследование влияния состава и модифицирования поверхности на структуру первичных наноалмазных частиц.

2. Сравнение эффективности различных способов галогенирования наноалмаза.

3. Изучение структуры и физико-химических свойств наноструктурированного материала на основе наноалмаза (ND) и пористого дисперсного алмаза (PDD).

4. Исследование возможностей использования модифицированных ND и PDD в сорбции радионуклидов и ВЭЖХ.

5. Изучение влияния ND на активность клеток крови (нейтрофилов мыши и человека).

Научная новизна состоит в следующем:

1. Получены новые сведения о структуре первичных частиц ND, в том числе выявлено, что:

• при обработке водородом алмазное ядро не затрагивается, а толщина алмазной оболочки несколько увеличивается;

• в процессе модифицирования (через стадии восстановления, хлорирования и бутилирования) графитизации не наблюдается;

• примесь азота равномерно распределена по всему объему наноалмазной частицы.

2. Впервые проведено количественное сопоставление эффективности различных способов галогенирования поверхности ND.

3. Установлено, что химическое модифицирование поверхности наноалмаза диаминами, этиловым эфиром глицина, окислением смесью концентрированных кислот приводит к появлению устойчивой люминесценции.

4. Впервые использованы модифицированные ND и PDD для сорбции ТсО4, и показано, что степень сорбции зависит от модифицирования поверхности ND и PDD.

5. Впервые обнаружено явление респираторного взрыва живых иммунных клеток при воздействии на них наноалмаза и выявлена количественная зависимость выделения активных форм кислорода от концентрации суспензии ND. С использованием приобретенных люминесцентных свойств наноалмаза показано, что наноалмазные частицы проникают внутрь живой иммунной клетки.

Практическое значение работы 1. Полученные данные по сравнительному галогенированию поверхности и гидролитической стабильности галогенированного ND могут быть полезны для выбора методов дальнейшего химического модифицирования поверхности ND.

2. Модифицированный наноалмаз и его спеки могут применяться для сорбции радионуклидов.

3. Полученная в работе информация о люминесцентных свойствах окисленного наноалмаза позволяет использовать его для визуализации взаимодействия с живой клеткой.

Апробация работы Основные результаты работы доложены на Joint International Conference «Nanocarbon and Nanodiamond - 2006» (St. Petersburg, 2006), 3rd International Symposium Detonation Nanodiamonds: Technology, Properties and Applications “Nanodiamond-2008” (St. Petersburg, 2008), 20th European Conference of diamond, diamond-like materials, carbon nanotubes and nitrides (Athens, 2009), XVIII Менделеевском съезде по общей и прикладной химии. Химия материалов, наноструктуры и нанотехнологии (Москва, 2007), 1st International summer school “Nanomaterials and nanotechnologies in living systems” (Moscow Region, Stupinsky area, 2009), III и IV Всероссийских конференциях (с международным участием) «Химия поверхности и нанотехнология» (Санкт-Петербург – Хилово, 2007, 2008), VIII Всероссийской конференции «Физикохимия ультрадисперсных (нано-) систем» (Белгород, 2008), XIII Международной конференции по использованию cинхротронного излучения (Новосибирск, 2010), XIII и XIV Международных конференциях студентов, аспирантов и молодых ученых по фундаментальным наукам «Ломоносов - 2006» и «Ломоносов - 2007» (Москва, 2006, 2007).

Публикации По результатам диссертации опубликовано 16 работ, из них 5 статей (3 из которых из перечня ВАК) и 11 тезисов докладов.

Структура диссертации.

Диссертационная работа состоит из введения, трех глав (обзора литературы, экспериментальной части, обсуждения результатов), выводов, списка цитируемой литературы (155 источников) и приложений. Работа изложена на 1страницах машинописного текста и включает 6 таблиц и 54 рисунка.

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении сформулированы цели и задачи работы, ее актуальность, научная новизна и практическая значимость.

Глава 1. Литературный обзор Литературный обзор состоит из семи частей, в каждой из которых последовательно обсуждаются общие сведения о наноалмазе, его синтезе, строении частицы, химическом составе алмазной поверхности, особенностям химического модифицирования алмазной поверхности, сорбционным свойствам наноалмазов, применении наноалмазов в биологии и медицине.

Глава 2. Экспериментальная часть Первая часть содержит описание объектов исследования – наноалмазных материалов и биологического материала, которые применялись в работе. В качестве наноалмазных материалов изучались:

1. Наноалмаз детонационного синтеза марок УДА-СФ и УДА-ТАН производства ЗАО «Алмазный центр» (г. Санкт-Петербург), полученный в соответствии с ТУ 05121441-275-95 (порошок с размером агрегированных частиц <100 мкм). Величина Sуд определена в работе методом БЭТ по низкотемпературной адсорбции азота и составила Sуд=284±м2/г (УДА-СФ) и с Sуд=296±1 м2/г (УДА-ТАН).

2. Пористый дисперсный алмаз (PDD) производства «АЛИТ» (г. Киев, Украина), полученный путем спекания наноалмазов детонационного синтеза в условиях термодинамической стабильности алмаза (серый порошок с размером частиц 2-7 мкм, Sуд=217±1 м2/г).

3. Спеки ND, полученные в статических условиях во ВНИИАЛМАЗ (г.

Москва) с Sуд=6±1 м2/г.

4. Суспензия наноалмазного порошка с концентрацией вещества 10 г/л производства фирмы «PlasmaChem» (Германия). По данным производителя, размер частиц ND в ней составлет 4 нм.

Исследование влияния наноалмаза на иммунные клетки проведено на цельной (нефракционированной) периферической крови и вызванных перитонеальных нейтрофилах мыши, а также на гранулоцитах, изолированных из периферической крови человека.

Во второй части приводятся методики химического модифицирования поверхности наноалмаза: гидрирование (Н2, 800оС, 5ч); фторирование (1 - F2, 25оС, 48ч; 2 - плазма SF6, 25оС, 2,5ч); хлорирование (1 - Сl2/CCl4, h, 25оС, 10ч; - плазма CCl4, 25оС, 6ч); гидролиз галогенированных образцов (1 - воздух, 25оС, 72 ч; 2 - раствор NaOH, 25оС, 2,5ч), модифицирование н-бутил и нгексадециллитием (C4H9Li, C16H33Li, Ar, 1ч), модифицирование азотсодержащими соединениями (NH2CH2COOEt-HCl, Py, 135oC, 20ч; С18H37NH2, C6H5CH3, кип., 10ч; NH2CH2CH2NH2, ДМСО, Py, кип., 24ч; NH2(CH2)6NH2, ДМСО, Py, кип., 24ч), жидкофазное окисление (Н2SO4/HNO3, кип.,10ч).

В третьей части приводятся методики подготовки биологических объектов (образцов крови и изолированных нейтрофилов мыши, изолированных клеток человека), методики оценки выживаемости клеток в присутствии наноалмазов.

В четвертой части описаны использованные в работе методы исследования: ИК-спектроскопия, КР-спектроскопия, ЯМР-спектроскопия, рентгеновская фотоэлектронная спектроскопия (РФЭС), рентгенофазовый анализ (РФА), электронная микроскопия, рентгеноспектральный флуоресцентный анализ (РФлА), лазерное динамическое светорассеяние, потенциометрическое титрование, термодесорбция, а также методы исследования живых клеток (регистрация хемилюминесценции, конфокальная микроскопия).

Глава 3. Результаты и их обсуждение 3.1. Новые данные о составе и структуре химически модифицированных детонационных наноалмазов Прежде всего, в работе было проверено, влияет ли химическое модифицирование на структуру наноалмазных частиц. На дифрактограмме (рис. 1) исходного ND видны три пика, соответствующие дифракции от граней (111), (220) и (311). Как видно из рис. 1 графитовая фаза на дифрактограмме не проявляется.

Функционализация ND позво2ляет регулировать физикохимические свойства его по2верхности. Для успешного 1осуществления этого процесса необходимо работать с порош1ками, которые имеют на поверхности группы одного сорта. Одним из способов унификации поверхностных групп на 0.алмазе является обработка во10 30 50 70 2, град. (длина волны 1,54 ) дородом при повышенных Рис. 1. Дифракционная картина для исходного ND температурах.

интенсивность, отн.

ед.

Рентгеноструктурный анализ выполнен на основе экспериментальных дифракционных картин для немодифицированного и восстановленного водородом наноалмаза. Картины регистрировались на дифрактометре высокого разрешения с использованием интенсивного синхротронного излучения в ИЯФ РАН СО РАН (г. Новосибирск). Интерпретацию полученных картин осуществляли сравнением экспериментальных и теоретических дифракционных картин. При этом теоретические картины рассчитывались, согласно компьютерному представлению о 3D наночастицах как молекулярных образованиях. В случае исходного наноалмаза (а =3.625 ) установлены их радиусы R130.97 и R25.94 . В случае восстановленного водородом - радиусы R130.97 и R26.96 . При этом интенсивность картины восстановленного заметно превышала интенсивность исходного ND. На основании разницы величин R25.94 и R26.96 и интенсивностей сравниваемых картин было показано, что восстановленные образцы были, действительно, гидрогенизованы. На рис. 2 дано отражение грани (111) в случае восстановленного образца.

Ранее методом дифракции электронов было установлено, что наноалмазная частица имеет размер ~5 нм, в то время как собственно размер алмазной фазы ~нм. Внешний слой в пределах ~нм представляет собой дефектную углеродную оболочку, на периферии которой находятся по20 верхностные функциональные группы. На дифракционной картине графита нет. Для изучаемого объекта мы зарегистрировали ра37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 мановские спектры (рис. 3). Ана2, град. (длина волны 1,54 ) лиз спектров комбинационного рассеяния показывает наличие в Рис. 2. Дифракционные картины для исходного образцах пика, соответствующего и модифицированного ND sp3- углероду (1332 см-1), а также 1 - рассчитанное значение для С159H104, 2 - рассчитанное значение для ND, пика, соответствующего sp23 - аддитивное сложение линий 1 и 2, углероду (1640 см-1). Но можно 4 - экспериментальное значение для ND-Н, ли связать этот пик с наличием 5 - дискретное отражение поликристаллического графита? Обычно графит проявалмаза.





ляется при 1580 см-1. Можно предположить, что проявляющийся при 1640 см-1 sp2-углерод соответствовует углероду в составе различных функциональных групп.

Спектры комбинационного рассеяния показывают незначительные количества sp2-гибридизованого углерода. Дополнительно были зарегистрированы твердотельные спектры 1Н-ЯМР и 13С-ЯМР. Спектр 1Н-ЯМР показал наличие на поверхности наноалмаза -ОН-групп, что и следовало ожидать. На полученном С-ЯМР спектре (рис. 4) хорошо виден пик с химическим сдвигом 35,23 м.д.

Этот пик соответствует sp3-гибридному углероду. В области, соответствующей интенсивность, отн.

ед.

графиту (80 – 150 м.д.), сигналов нет. Однако, имеется слабый сигнал при м.д., который соответствует sp2-гибридному атому углерода, связанному с атомами кислорода или азота.

1818100151590Cl 121280H 99исх.

70F 1100 1300 1500 1 70 1100 1300 1500 17волновое число, см-Рис. 3. КР-спектры наноалмаза:

1-хлорированного, 2 - гидрированного, 140 120 100 80 60 40 20 0 -20 -40 -60 -Химический сдвиг, м.д.

3 - исходного, 4 - фторированного, Рис. 4. 13С-ЯМР-спектр наноалмаза 5 - окисленного Обращает на себя внимание тот факт, что в исходных образцах ND, изученных в нашей лаборатории как в этой работе, так и ранее (из Снежинска, Бийска), содержание азота сильно различается, тогда как после окислительной, и восстановительной обработки оно становится практически одинаковым. Так, в исходном ND из Снежинска содержание азота было 2,3 масс. %, после же обработки воздухом или водородом оно стало 2,9 и 2,4 масс. %, соответственно.

Очевидно, азот находится в ND как в виде азотсодержащих функциональных групп, так и входит в состав примесных центров в кристаллическом алмазном ядре (как и в алмазах других типов). И при газофазной обработке удаляется именно азот функциональных групп, а в ядре частицы остается.

Действительно, спектр N 1s в исходном наноалмазе представлен двумя сильно отличающимися по энергии компонентами: 399,3 и 402,5 эВ, при этом последняя компонента исчезает после восстановительной обработки. Пик 399,эВ с высокой вероятностью можно отнести к азоту в объеме наноалмазной частицы.

Подтверждением того, что азот равномерm, нг но распределен по объему частицы ND стал 100эксперимент по ступенчатому окислению ND (с масс-спектрометрическим анализом 10выделяющихся продуктов окисления – СО1и N2), в котором было зафиксировано симбатное выделение диоксида углерода и азота (рис. 5). Этот результат согласуется с приведенными выше данными элементного анализа и доказывает его равномерное распреде200 400 600 800 1000 12t, °C ление азота по объему частицы ND.

Рис. 5. Ступенчатое окисление наноалмаза в кислороде.

интенсивность, отн.

ед.

Как уже было сказано ранее, поверхность исходного ND полифункциональна и содержит большое количество разнообразных функциональных групп, которые способствуют агрегации первичных частиц ND. Для микробиологических исследований необходимо иметь устойчивые дисперсии ND c определенным размером агрегатов (менее 100 нм).

Для уменьшения размеров агрегатов ND в водной суспензии использовали ультразвуковую обработку (УЗ). В качестве объекта исследования была выбрана 0,001% масс водная суспензия наноалмаза марки «УДА-ТАН». Суспензию ND подвергали обработке в ультразвуковой ванне в течение различного времени, после чего с помощью центрифугирования (3000 об./мин, 15 мин) отделяли оставшиеся крупные частицы и регистрировали средний радиус частиц в гидрозоле через определенное время после центрифугирования. Полученные данные представлены в табл. 1.

Таблица 1. Размеры агрегатов ND с немодифиУЗ обработка суспензии ND прицированной поверхностью в зависимости от вреводит к некоторой дезагрегации мени УЗ-обработки водной суспензии частиц. Однако, обработка в теВремя УЗ- Средний размер частиц, нм чение 4 и 8 мин является недообработки 1 ч 3 ч 5 ч 7 ч 120 ч статочной, т.к. устойчивой дис4 мин 246 142 186 156 3персной системы не образуется, в 8 мин 297 310 325 319 2растворе одновременно происхо12 мин 126 126 126 135 1дит агрегация мелких и седимен16 мин 167 169 166 176 2тация крупных частиц. Через без обраб. 6мин обработки получается устойчивая в течение 5-6 ч суспензия.

Ранее в нашей лаборатории было показано, что при обработке поверхности ND молекулярным водородом при повышенной температуре (8000С, 5 ч) на ней образуется бифункциональный слой, состоящий преимущественно из С-Н и С-ОН групп. Гидрированный алмаз также был исследован на возможность дезагрегации под действием ультразвука. Полученные данные свидетельствуют, что УЗ обработка гидрированного ND в течение 4-16 мин приводит не столько к ожидаемому разрушению агрегатов, сколько к агрегации частиц. Это может быть объяснено тем, что наличие С-ОН групп на поверхности ND в водной среде приводит к образованию дополнительных водородных связей между отдельными частицами.

3.2. Модифицирование поверхности наноалмаза Наибольший интерес с точки зрения химического модифицирования наноалмаза, а также и других алмазных материалов, представляют реакции, позволяющие проводить ковалентную прививку к поверхности за счет образования С-С связи между прививаемой группой и поверхностью, что обеспечивает формирование на поверхности прочно закрепленного слоя привитого соединения.

Для повышения эффективности прививки важную роль играет монофункционализация поверхности. Поэтому стратегия осуществления ковалентной прививки предусматривает в качестве необходимой стадии унифицирование поверхности наноалмаза. Для достижения этой цели часто используют обработку водородом.

Однако, поверхностные гидридные группы отличаются достаточно низкой реакционной способностью, и поэтому требуется дополнительная активация такой поверхности. Практичным и универсальным способом является электрофильная активация поверхности, заключающаяся в ее предварительном галогенировании, в частности, фторировании и хлорировании, которое может быть осуществлено различными способами.

3.2.1. Галогенирование поверхности наноалмаза До настоящего времени в литературе не было количественных оценок эффективности модифицирования галогенами по различным методикам. Поэтому в данной работе использовались два галогена - Cl и F, которые вводились на поверхность наноалмаза различными способами. Хлорирование ND было выполнено двумя способами: жидкофазно молекулярным хлором и в плазме CCl4.

Методом рентгеновской флуоресценции было установлено, что введение хлора на поверхность восстановленного наноалмаза радикальным фотохимическим хлорированием в жидкой фазе позволяет достичь концентрации хлора в образце до 12,0 % ат. (3,8% масс). Хлорирование в плазме позволило достичь на поверхности лишь 8,7% ат. хлора (РФлА), т.е. хлорирование в плазме оказалось менее эффективным. Таким образом, максимальная поверхностная концентрация хлора, которую нам удалось достичь в указанных условиях, составляет 12,0% ат.

Полученные образцы были исследованы методом сканирующей электронной микроскопии, данные которой свидетельствуют о дезагрегации порошка ND в ходе жидкофазного хлорирования.

При хлорировании в плазме CCl4, как и при жидкофазном хлорировании, происходит интенсивное разрушение крупных агрегатов ND (ср. риc. 6a и 6б).

Присутствуют агрегаты средних размеров, но их количество достаточно мало, а крупных нет совсем.

а б в Рис. 6. Микрофотографии (СЭМ) образцов наноалмаза. a - исходный, б – хлорированный, в – фторированный.

Следует отметить тот факт, что при 2 смывании водой остатков хлорированно2 го наноалмаза со стенок реактора, обра1 зуются устойчивые суспензии с pH=5.

1Диаметр большинства частиц, определенный методом динамического лазерного 50 100 150 200 250 30 50 100 150 200 250 3Д иам ет р, нм Диаметр, нм светорассеяния, в суспензии составил нм при исследовании через месяц (рис. 7) Рис. 7. Распределение частиц по после синтеза и 180 нм спустя 9 месяцев.

размеру в суспензии ND, Распределение частиц по размеру узкое.

хлорированного в плазме CCl4.

Интенсивность, % Фторирование поверхности ND осуществлялось также двумя способами:

молекулярным фтором и в плазме SF6. Поскольку метод РФлА не чувствителен для фтора, количественные данные о его прививке к поверхности ND получали методом РФЭС. Концентрация фтора на поверхности составила 12,6% ат. и 14,5% ат. соответственно. На рис. 8 представлены спектры РФЭС для фторированного ND. Как видно из представленных спектров, способ фторирования поверхности ND влияет на природу образующихся фторсодержащих групп.

а б Рис. 8. РФЭС спектры фторированного газофазно (а) и в плазме (б) ND.

При обработке фтором образца наноалмаза также как и после его хлорирования происходит заметная дезагрегация частиц (ср. риc. 6a и 6в). Но, тем не менее, остаются достаточно большие агрегаты, которые не разрушились во время синтеза. На поверхности фторированных зерен ND нет налипших мелких алмазных частиц, что может объясняться их сильным электростатическим отталкиванием за счет фторсодержащих групп на поверхности. Сам фторированный ND совершенно не смачивается водой.

Таким образом, галогенирование ND достаточно успешно можно применять для дезагрегации частиц, которое необходимо для дальнейшего модифицирования и применения ND в различных сферах техники и медицины.

Полученные хлорированные и фторированные образцы ND были исследованы методом ИК спектроскопии. Полосы, соответствующие привитым хлор- и фтор-группам, имеют низкую интенсивность, экранируются полосами поглощения других групп, и мы не смогли их идентифицировать в полученных спектрах. Однако, о протекании на поверхности реакций замещения атомов водорода на галоген можно было судить по уменьшению интенсивностей поглощения полос при 2800-3000 см-1, отвечающих валентным колебаниям С-Н групп.

Кроме того, РФЭС спектры свидетельствуют, что присутствующие галогены связаны с углеродом.

3.2.2. Гидролитическая стабильность галогенированных образцов ND Полученные хлорированные и фторированные образцы ND были исследованы на гидролитическую стабильность связей ND-Hal в щелочной среде и на воздухе (см. табл. 2). Из представленных данных следует, что связь ND-Сl на воздухе постепенно разрушается, тогда как в ND-F слой F-групп оказался устойчивым даже в течение 2,5 месяцев.

Раствор щелочи оказался достаточно сильным агентом, и через 2,5 ч при комнатной температуре содержание галогена в образцах уменьшилось практически в 3 раза. Кроме этого, коТаблица. 2. Гидролитическая стабильность личество привитых к погалогенированного ND верхности ND атомов Содержание галогена на Обработка поверхности ND, ат. % фтора превышает количеCl F ство атомов хлора, что После молекулярного га12,0 14,5 может быть благоприятно логенирования для проведения реакций 10,0 14,Экспозиция на воздухе (3 сут) (75 сут) ковалентной прививки на Обработка 0,05 М раство- 4,0 4,5 фторированной поверхром NaOH (2,5 ч) (2,5 ч) ности наноалмаза.

3.2.3. Создание связи C-N на поверхности наноалмаза Для сравнения реакционной способности полученных галогенированных образцов были проведены реакции взаимодействия с соединениями, содержащими NH2-группы, которые входят в состав ряда биологических молекул. Так, в качестве такого прививаемого соединения был взят глицин. Поскольку молекула глицина имеет две функциональные группы, которые могут взаимодействовать с поверхностью ND-Hal, то для того, чтобы обеспечивать создание C-N связи, карбоксильную группу блокировали путем образования этилового эфира глицина.

В ходе синтеза порошок наноалмаза, модифицированный этиловым эфиром глицина потемнел, что может свидетельствовать об уменьшении размеров агрегатов исходных частиц ND.

Таблица 3. Химический состав поверхности Из приведенных в табл. исходного ND и ND после модифицирования данных видно, что количество азота этиловым эфиром глицина (по данным РФЭС) и кислорода на поверхности ND поСодержание элементов, ат. % сле модифицирования этиловым Образец эфиром глицина сильно возрастает C O N по сравнению с исходным образИсходный 91,3 8,7 1 цом. Это свидетельствует о прививке глицина к поверхности наноND-эт. эфир 78,2 13,4 8,глицина алмаза.

1.0 Рис. 9. ИК спектры диффузного отражения ND:

0.9 1 - исходного, 2 - восстановленного водородом, 3 - с 0.8 привитым к поверхности этиловым эфиром глицина.

0.0.В ИК спектре ND с привитым этиловым 0.эфиром глицина (рис. 9) появляется полоса по0.0.глощения 3088 см-1, соответствующая колеба0.ниям N-Н связи в монозамещенных аминах. В 0.ИК спектре самого глицина, такая полоса, ко4000 3000 2000 10нечно, отсутствует.

волновое число, см- поглощение ND с привитым этиловым эфиром глицина под действием лазера сильно люминесцирует, поэтому регистрируемая интенсивность в условиях съемки КР спектра в 120 раз выше, чем характерная для исходного образца ND. КР спектры модифицированного ND-Hal этиловым эфиром глицина, гексаметилендиамином и этилендиамином и представлены на рис. 10.

б а 30252015105 51000 1200 1400 1600 1800 750 1000 1250 1500 1750 2000 22волновое число, см-1 волновое число, см-20в Рис.10. КР спектры ND:

а - исходного (Imax = 25), 15б - модифицированного этиловым эфиром глицина (Imax = 3000), 10в - модифицированного этилендиамином.

5750 1000 1250 1500 1750 2000 22волновое число, см-Был проведен РФЭС анализ для фторированного наноалмаза с привитым гексаметилендиамином: С – 91% ат., О - 7,2% ат., N - 1,7% ат. Столь малое содержание азота указывает на то, что гексаметилендиамин плохо прививался к поверхности.

Данные ИК спектроскопии (рис. 11), свидетельствуют, что относительное увеличение интенсивности полос 2927 и 2857 см-1 чможет объясняться увеличением количества С-Н групп на поверхности наноалмаза. Также присутствует характерная для аминов в обла0.сти 1200-1500 см-1 группа полос, 0.однако поглощение характерное 0.2 для вторичных аминов в области 0.1 3100-3300 см-1, не наблюдается.

ИК спектр привитого гексаметилендиамина на хлорирован4000 3000 2000 10волновое число, см- ном образце наноалмаза имеет точно такой же вид, как спектр Рис. 11. ИК спектры УДА-ТАН: 1 – фторированна рис. 11.

ный НА; 2 – фторированный НА с привитым гексаметилендиамином.

По данным РФЭС следует, что при прививке этилендиамина к хлорированному наналмазу количество хлора на поверхности снижается с 8,7% ат. до 3% ат., а азота увеличивается до 2,9% ат. При прививке этилендиамина к фторированному образцу количество фтора на поверхности снижается с 14,5% ат.

до 4,4% ат., при этом концентрация азота становится равной 3,5% ат. Сопоставление исходного соотношения атомов фтора и хлора на образцах НА (1,66:1) и интенсивность, отн.

ед.

интенсивность, отн.

ед.

интенсивность, отн.

ед.

поглощение соотношения атомов азота на этих образцах после прививки этилендиамина (1,2:1) позволяет сделать вывод, что связь С-Сl оказывается более реакционноспособной, чем С-F.

КР спектр ND с привитым этилендиамином приведен на рис. 9г, из которого следует, что образец обладает сильной люминесценцией (по сравнению с исходным примерно в 60 раз интенсивнее), что свидетельствует о прививке этилендиамина к фторированной поверхности наноалмаза.

3.2.4. Жидкофазное окисление наноалмаза Жидкофазное окисление поверхности ND проводилось смесью концентрированных серной и азотной кислот в соотношении 4:1. Предполагалось, что это позволит сформировать слой карбоксильных групп, которые впоследствии могут быть использованы для дальнейшего синтеза привитых поверхностных соединений. Об изменении химического состояния поверхности образца ND свидетельствуют ИК спектры (рис. 12) Видно, что в спектре исходного наноалмаза проявляется очень интенсивная полоса с максимумом 1384 см-1, которая, очевидно, обусловлена колебаниями NO3- группы. Также присутствует широкая полоса 3154 см-1, которая может быть обусловлена колебаниями вторичных аминогрупп на поверхности алмаза, появившихся в результате аммонолиза, которому был подвергнут ND при промышленной очистке. Проявляются слабые полосы поглощения при 2919 см-1 и 2857 см-1, соответствующие валентным колебаниям групп С-Н при sp3-атоме углерода. В ИК-спектре окисленного наноалмаза (спектр 2) полоса 1384 см-1 исчезает, наблюдается уменьшение интенсивности полос, соответствующих колебаниям групп С-Н. Возрастает интенсивность полосы 1766 см-1, обусловленной колебаниями карбонильной группы. Все это свидетельствует об окислении алмазной поверхности.

0.1,1, 0.0, 0,0.0, 0,0.0.0,0, 0.0, 0,0.0, 0,400 450 500 550 6600 650 7400 450 500 550 00 650 7Длина волны, нм 4000 3000 2000 1000 Длина волны, нм волновое число, см-Рис.13. Спектр люминесценции окисленРис. 12. ИК спектры ND:

ного ND. Флуоресценцию возбуждали на 1 - исходного, длине волны 488 нм при помощи аргоно2 - модифицированного смесью кислот.

вого лазера.

КР спектр окисленного ND (рис. 3, спектр 5) характеризуется на порядок большей интенсивностью, чем исходного, и имеет необычную форму. Это свидетельствует о его люминесцентных свойствах.

Действительно, окисленный ND люминесцирует в области 450-650 нм с максимумом при 520 нм (рис. 13). Характерно, что его люминесценция сохраняет высокую стабильную интенсивность в течение всего времени наблюдения (до Относи тель поглощение Относительная интенсивность, Дб 2 часов), что выгодно отличает его от менее стойких люминесцентных зондов, используемых в биологических исследованиях.

Водная суспензия окисленного ND содержала агрегаты со средним размером 600 нм. После ультразвуковой обработки размер частиц уменьшался, их распределение по размеру становилось значительно уже (180-250 нм).

Для количественного определения содержания кислородсодержащих групп на поверхности мы воспользовались обратным кислотно-основным потенциометрическим титрованием. Как оказалось, окислительная обработка, проведенная в описанных условиях, не привела к увеличению титруемых щелочью групп (0,0005 M), но привела к изменению их характера и, возможно, поменяла морфологию поверхности.

Люминесценцию данного образца мы использовали в дальнейшем для визуализации поведения ND внутри живой клетки.

3.2.5. Модифицирование наноструктурных материалов на основе наноалмаза.

С целью получения устойчивого в различных средах наноалмазного сорбента с гидрофобной поверхностью (что могло бы быть полезным при применении его, например, в качестве сорбента для ВЭЖХ, который мог бы работать в щелочной среде), было проведено модифицирование PDD Li-органическим веществом по следующей схеме:

Контроль за протеканием реакции вели с помощью метода ИКспектроскопии. Полученный спектр представлен на рис. 14.

0,ND-Hal + С18Н35-NH0, 0,ND-NH-C18H35 + H-Hal 0,0,0,0,0,0,0,0,0,0,4000 3000 2000 104000 3000 2000 10-1 -волновое число, см волновое число, см Рис. 14. ИК спектры исходного (1) и с приРис. 15. ИК-спектр PDD с привитым к витым гексадецильным радикалом (2) PDD.

поверхности октадециламином.

поглощение поглощение Судя по спектру, прививка прошла успешно. Об этом свидетельствует сильное увеличение интенсивности полос, отвечающих колебаниям С-Н связей в области 2850-3000 см-1. Поскольку количество привившегося радикала -С16Ноценить по ИК спектру невозможно, такую оценку сделали по убыли в ходе реакции привитого к поверхности хлора (до реакции - 2,23% масс, после реакции - 0,52% масс).

Для получения гидрофобного слоя к поверхности PDD также был привит октадециламин. Контроль за протеканием реакции вели с помощью метода ИКспектроскопии. Спектр полученного PDD представлен на рис. 15.

3.3. Сорбционные свойства наноалмазных материалов 3.3.1. Применение наноалмазных материалов для сорбции Tc (VII) Технеций - продукт ядерного синтеза, и его переработка часто происходит в радиационных условиях. Большинство обычных ионообменников, которые используются в настоящее время для сорбции технеция, не в состоянии длительно работать в таких условиях. В этом случае можно было бы использовать радиационно стойкий, с хорошими сорбционными качествами наноалмазный материал.

Сорбция Tc (VII) изучена на шести образцах модифицированного ND и PDD, которые были испытаны в сорбции Tc (VII) из водных растворов. На рис.

16 представлены количественные данные по сорбции технеция различными образцами ND и PDD.

Рис. 16. Распределение коэффициентов сорбции технеция модифицированным НА:

11 ч 1 – PDDисх, 168 ч 2 – PDD-NH-C18H37, 3 – NDисх, 4 – ND-H, 5 – ND-Ox (окисленный воздухом при 4500С), 6 – ND-Ox (окисленный смесью серной и азотной кислот).

1 2 3 4 5 Таким образом, при использовании ND и PDD достигается высокая эффективность сорбции технеция (VII) в водных и азотнокислых растворах, причем модифицирование водородом влияет на величину сорбции в сторону большей эффективности.

3.3.2. Возможное применение PDD в ВЭЖХ Ранее в работах нашей лаборатории было показано, что PDD обладает привлекательными сорбционными характеристиками для использования его в хроматографии. Показано, что восстановленный PDD имеет на поверхности два типа адсорбционных центров, а на поверхности с привитыми гексадецильными радикалами проявляется один тип, и установлено, что привитой слой радикалов С16Н33 стабилен в щелочной среде, что, без сомнения, еще раз подчеркивает уникальность и перспективность PDD в качестве сорбента для ВЭЖХ. Наряду с Степень извлечения, % (pH=3,6) этими сведениями в литературе описан положительный опыт использования PDD в ионной хроматографии.

Литературные данные об изменении сорбционных и хроматографических свойств PDD в результате модифицирования и его стойкости в щелочных средах вселили надежду на создание новых сорбентов для ВЭЖХ. Полученные нами предварительные данные показали, что, действительно, на немодифицированном PDD разделяются смеси различных органических соединений (рис. 17).

110 11100 1190 80 70 60 254 нм 254 нм 1 2 3 4 5 6 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 1 2 3 4 5 время, мин время, мин время, мин а б в Рис. 17. Разделение смесей органических веществ на исходном PDD методом ВЭЖХ: а - PhOH, PhCOCH3, PhNO2, C6H6 и PhCH3 (подвижная фаза - 10% водный раствор ацетонитрила), б - ксилола и нафталина (подвижная фаза - 0,5% раствор изопропилового спират в изооктане), в - ксилола и нафталина (подвижная фаза - изооктан).

Однако, при заполнении хроматографической колонки суспензионным методом возникает значительный рост ее сопротивления, что приводит к сильному повышению давления в системе. При изучении морфологии частиц PDD, было установлено, что основной причиной этого является непрочность наноалмазных спеков, их «рыхлость», что хорошо видно на микрофотографиях с просвечивающего микроскопа высокого разрешения (рис. 18).

а б 2 nm 10 nm Рис. 18. ПЭМ-изображения PDD (а) и наноалмазного спёка (б).

Коммерческие образцы PDD состоят преимущественно из микронных частиц (1-2 мкм, 2-4 мкм и 4-6 мкм в зависимости от фракции), однако помимо крупных частиц, в них много наноалмазной «пыли» - мелких частиц с размерами 100-600 нм, которых не должно быть в сорбенте. Для разделения PDD по размерам было использовано седиментационное фракционирование в дистиллированной воде. В эксперименте использовалась фракция 2-4 мкм. В результате многократной отмывки крупных частиц от мелких, была получена чистая фрак сигнал, мВ сигнал, мВ сигнал, мВ ция микронных PDD. Контроль за разделением вели с помощью просвечивающей электронной микроскопии, причем PDD на полимерную сеточку для микроскопа наносили как из водной суспензии образца, так и сухим способом (рис.

19).

а б в Рис. 19. ПЭМ-изображения образцов PDD: а) - до фракционирования, б) - после фракционирования без растирания перед нанесением на сеточку, в) - после фракционирования с предварительным растиранием перед нанесением на сеточку.

Как видно из рис. 19 при нанесении PDD в виде порошка помимо крупных агрегатов наблюдается присутствие значительного количества мелких частиц. Это связано с тем, что при приготовлении образца сухим способом для того, чтобы PDD лежал в одной плоскости, проводится его механическое растирание между листами фильтровальной бумажки. Видимо, именно это приводит к появлению мелких частиц.

Чтобы ускорить очистку крупных зерен PDD от налипшей на них мелочи мы использовали ультразвуковую обработку. Однако, в этом случае фракционирование происходит значительно хуже - частицы осаждаются медленнее, для достижения нужной фракции необходимо большее количество седиментаций), нежели седиментационное разделение без ультразвука. Это также служит свидетельством непрочности зерен PDD.

Кроме этого, дезагрегация наноалмазных спеков наблюдалась и при химическом модифицировании их поверхности. И, если в ходе восстановительной обработки и хлорирования разрушение микронных агрегатов PDD незначительно, то при модифицировании с использованием Li-органического модификатора, крупные частицы PDD практически все разрушаются до менее крупных (рис.

20).

Видимо, разрушение зерен связано с экзотермичностью реакции. Чтобы проверить это предположение мы провели модифицирование поверхности PDD октадециламином. Эта реакция протекает с меньшим выделением энергии, однако, и она привела к дезагрегации зерен PDD и полученный сорбент опять-таки оказался непригодным в силу своей непрочности.

В процессе проведения хроматографического разделения веществ микронные частицы PDD, которыми заполнена колонка, также разрушаются. Это, как мы предполагаем, может быть связано с использованием высоких давлений, накладываемых в ходе процесса.

в Рис. 20. ПЭМ-изображения PDD: а) - PDD-H, б) PDD-Cl, в) PDD-C16H33.

Исходя из описанного выше, можно сделать вывод о том, что для использования спеченного наноалмаза в ВЭЖХ, он должен быть более механически прочным. Этого можно добиться, например, сокращением в нем количества пор, однако, в разумных пределах, поскольку это, безусловно, приведет к уменьшению площади удельной поверхности.

Таким образом показано, что при фракционировании и модифицировании происходит разрушение зерен PDD, что делает его непригодным при создании сорбентов для ВЭЖХ.

3.4. Биологическая совместимость наноалмаза Для оценки возможности использования ND в качестве транспортировщика лекарств в живом организме необходимо понимать, как он влияет на живые клетки, является ли для них безопасным.

По зависимости выживаемости изолированных нейтрофилов от концентрации ND (рис. 21) видно, что длительная (от 20 мин до 2 ч) инкубация клеток в присутствии ND в низких концентрациями (0,г/л и менее) незначительно влияет на выживаемость клеток. Однако НА в концентрациях 1,0-10 г/л вызывали гибель почти 40% клеток. В последующем для исследования зависимого от концентрации действия ND мы выбрали короткий Рис. 21. Выживаемость клеток при совместной инкубации нейтрофилов с НА. промежуток времени (10 мин).

Добавление суспензии ND (PlasmaChem) к цельной крови мыши не влияло на интенсивность генерации активных форм кислорода (АФК). В то же время уровень продукции АФК, активированного опсонизированным зимозаном (OZ), снижался при преинкубации крови с ND в течение 5 мин (рис. 22). Наблюдаемый эффект слабо зависел от концентрации ND в пробе. Мы предполагаем, что это может быть связано с адсорбцией белков плазмы крови на поверхности частиц ND.

Концентрация ND, г/л Рис. 23. Влияние ND на кинетику спонтанРис. 22. Действие ND на продукцию АФК в цельной крови мыши, вызванную опсонизи- ного выделения АФК изолированными рованным зимозаном.

нейтрофилами мыши * - p<0.02, n=4.

Концентрация ND, г/л Концентрация ND, г/л Рис. 24. Вызванная совместным действием Рис. 25. Вызванная совместным действием fMLF и ND продукция АФК изолированOZ и ND продукция АФК изолированными ными нейтрофилами мыши.

нейтрофилами мыши.

* - p<0.01, n=4.

* - p<0.001, n=4.

Добавление ND к изолированным нейтрофилам мыши инициировало продукцию АФК (рис. 23). Реакция была подобна ответу клеток человека на OZ, который активирует продукцию АФК. Возможно, процесс фагоцитоза также имеет место и во взаимодействии нейтрофилов с частицами ND. Следующий ряд экспериментов подтвердил эту гипотезу.

Совместное действие OZ и ND в низких концентрациях (0,0001 г/л и меньше) увеличивало производство АФК (рис. 24). При высоких концентрациях НА (более 0,01 г/л) ответ клеток на OZ был подавлен, возможно вследствие десенситизации систем генерации АФК, так как ND в этих концентрациях сам активирует продукцию АФК.

Также мы показали, что ND концентрационно-зависимым образом влияет на образование АФК, активированное формилпептидом fMLF в концентрации мкМ (рис. 25). Известно, что в нейтрофилах мыши существуют специфические рецепторы, связываясь с которым fMLF активирует передачу сигнала на продукция АФК, % Относительная в сравнении с контрольной продукция АФК, % продукция АФК, % Относительная в сравнении с контрольной Относительная в сравнении с контрольной NADPH оксидазу, ответственную за продукцию АФК в нейтрофилах. Возможно, что взаимодействие между ND и мембраной клетки или внутриклеточными сигнальными компонентами, осуществляющими передачу сигнала с рецептора на NADPH оксидазу, меняет их состояние, что отражается на регуляции активности NADPH оксидазы, однако это требует дальнейших исследований.

Таким образом, ND (при его низком или умеренном содержании) изменяет активность клеток крови мышей из очага острого воспаления таким образом, что повышает активность, индуцированную бактерицидными агентами (опсонизированным зимозаном или бактериальным формилпептидом) и снижает чрезмерную активность этих клеток, что может использоваться для регулирующих обработок при воспалениях.

В работе использовали модифицированный окислением ND, обладающий собственной люминесценцией, для визуализации взаимодействия между клетками и ND частицами (рис. 26): ND частицы как прикреплялись к поверхности, так и проникали внутрь клеток. Отличительной особенностью модифицированных ND является то, что интенсивность их люминесценции сохранялась в течение всего времени наблюдения (около 2 ч), в отличие от менее стойких люминесцентных зондов, используемых в биологии для визуализации внутриклеточных структур.

Рис. 26. Взаимодействие окисленного ND с клеткой: а) ND, б) клетка, в) ND+клетка.

Рис. 27. Конфокальные фотографии, иллюстрирующие проникновение ND внутрь клетки.

Конфокальные изображения (рис. 27) демонстрируют локализацию люминесцирующего НА в нейтрофиле: яркое зеленое окрашивание на последовательных поперечных оптических сечениях с шагом 20% соответствует частицам ND в клетке.

Основные результаты и выводы:

1. С использованием комплекса физико-химических методов исследования получены новые сведения о структуре первичных частиц наноалмаза детонационного синтеза, а именно о состоянии углерода и распределении азота в объеме частицы. Полоса (1640 см-1 - в зависимости от обработки она смещается) в КР спектре, обычно приписываемая sp2 углероду в связях С=С, обусловлена колебанием связи С=О в поверхностных функциональных группах. Примесь азота в частице наноалмаза распределена равномерно.

2. Проведено количественное сопоставление эффективности различных способов галогенирования поверхности наноалмаза (жидкофазное хлорирование молекулярным хлором, хлорирование в плазме CCl4, газофазное фторирование молекулярным фтором, фторирование в плазме SF6). Установлено, что при обработке в плазме на поверхность наноалмаза вводится 14,5% ат. фтора и 8,7% ат. хлора, тогда как при обработке молекулярными галогенами - 12,5% ат. фтора и менее 3% ат. хлора. Показано, что связь ND-Сl менее гидролитически стабильна на воздухе по сравнению со связью ND-F, тогда как в щелочной среде гидролиз связи ND-галоген как в случае фторированного, так и в случае хлорированного наноалмаза протекает в одинаковой степени.

3. Проведена химическая прививка азотсодержащих соединений к поверхности наноалмаза (этиловый эфир глицина, этилендиамин, гексаметилендиамин, октадециламин). Фторированная поверхность оказалась менее активной в реакциях нуклеофильного замещения, в отличие от хлорированной.

4. Установлено, что химическое модифицирование как аминированием диаминами и этиловым эфиром глицина, так и окислением смесью концентрированных серной и азотной кислот (4:1) приводит к люминесценции наноалмаза в области 450-550 нм с максимумом на длине волны 510 нм (без фотообесцвечивания), что позволяет предложить его использование для визуализации внутриклеточных процессов с его участием внутри живых клеток.

5. Изучены сорбционные свойства модифицированных PDD и ND по отношению к радионуклидам (технецию (VII)) в водных и азотнокислых растворах. Показано, что при использовании ND и PDD достигается высокая эффективность сорбции, причем модифицирование водородом влияет на величину сорбции в сторону большей эффективности.

6. Изучено взаимодействие детонационных ND с живыми клетками человека и лабораторных животных (мышей) и:

• установлено, что суспензия ND с концентрацией 0,1 г/л практически не влияют на жизнеспособность иммунных клеток в течении часов;

• впервые выявлена количественная зависимость выделения активных форм кислорода (определяемых по их хемилюминесценции) живыми иммунными клетками (нейтрофилами мышей) от концентрации нагружаемой на них ND суспензии: наноалмаз (при его низком или умеренном содержании) повышает активность клеток крови мышей из очага острого воспаления, индуцированную бактерицидными агентами.

• впервые показано, что частица ND, взаимодействуя с живой иммунной клеткой (нейтрофилом человека), проникает внутрь клетки, по крайней мере, посредством двух механизмов – фагоцитоза и трансмембранной диффузии.

Основные результаты опубликованы в следующих работах:

1. Лисичкин Г.В., Корольков В.В., Тарасевич Б.Н., Кулакова И.И., Карпухин А.В. Фотохимическое хлорирование наноалмаза и взаимодействие его модифицированной поверхности с С-нуклеофилами. // Изв. РАН. Сер.

хим. 2006. №12. С. 2130-2137.

2. Lisichkin G.V., Kulakova I.I., Gerasimov Y.V., Karpukhin A.V., Yakovlev R.Y. Halogenation of detonation-synthesised nanodiamond surfaces. // Mendeleev Communications, 2009. 19. P. 309-310.

3. Karpukhin A.V., Avkhacheva N.V., Kulakova I.I., Yakovlev R.Y., Yashin V.A., Lisichkin G.V., Safronova V.G. Effect of detonation nanodiamonds on phagocyte activity. // Cell Biol. Int. 2011. V. 35. I. 7. P. 727-733.

4. Safronova V.G., Polyashova T.I., Kulakova I.I., Maltseva V.N., Karpukhin A.V., Yashin V.A., Avkhacheva N.V., Lunkin V.V., Lisichkin G.V. Reaction of granulocytes from human blood on nanodiamonds. // 3rd International Symposium Detonation Nanodiamonds: Technology, Properties and Applications “Nanodiamond-2008”. St. Petersburg. 2008. P. 121-126.

5. Кулакова И.И., Корольков В.В., Яковлев Р.Ю., Карпухин А.В., Лисичкин Г.В. Строение частиц химически модифицированного наноалмаза детонационного синтеза. // Породоразрушающий и металлообрабатывающий инструмент – техника и технология его изготовления и применения.

Сборник научных трудов. Выпуск 12. Киев. 2009. С. 299-305.

6. Карпухин А.В., Корольков В.В. Закономерности фотохимического хлорирования ультрадисперсного алмаза. // XIII Международная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых по фундаментальным наукам «Ломоносов-2006». Секция «Химия» (Сборник материалов конференции).

Москва. 2006. С.150.

7. Korolkov V.V., Tarasevich B.N., Karpukhin A.V. Dual reaction capacity of hydrogenated nanodiamond. // Joint International Conference «Nanocarbon and Nanodiamond 2006». St. Petersburg, 2006. P. 82.

8. Карпухин А.В. Реакции на поверхности наноалмаза детонационного синтеза. // XIV Международная конференция студентов, аспирантов и молодых ученых по фундаментальным наукам “Ломоносов-2007». Секция «Химия» (Сборник материалов конференции). Москва. 2007. С. 451.

9. Корольков В.В., Кулакова И.И., Лисичкин Г.В., Карпухин А.В. Хлорирование наноалмаза и алкилирование модифицированной поверхности. // Третья Всероссийская конференция (с международным участием) «Химия поверхности и нанотехнология». Санкт-Петербург – Хилово. 2007. С. 107108.

10. Карпухин А.В., Корольков В.В., Кулакова И.И. Модифицирование поверхности детонационных наноалмазов. // XVIII Менделеевский съезд по общей и прикладной химии. Химия материалов, наноструктуры и нанотехнологии, Москва. 2007. Т. 2. С. 294.

11. Safronova V.G., Polyashova T.I., Kulakova I.I., Maltseva V.N., Karpukhin A.V., Yashin V.A., Avkhacheva N.V., Lunkin V.V., Lisichkin G.V. Reaction of granulocytes from human blood on nanodiamonds. // 3rd International Symposium Detonation Nanodiamonds: Technology, Properties and Applications “Nanodiamond-2008”. St. Petersburg. 2008. P. 19.

12. Кулакова И.И., Корольков В.В., Карпухин А.В., Лисичкин Г.В. Как устроена частица наноалмаза детонационного синтеза. // VIII Всероссийская конференция «Физикохимия ультрадисперсных (нано-) систем, Белгород, 2008. С. 223-224.

13. Карпухин А.В., Авхачева Н.В., Сафронова В.Г., Яшин В.А., Яшина А.В., Кулакова И.И., Лисичкин Г.В. Использование люминесценции окисленного наноалмаза для контроля за взаимодействием его с живой клеткой. // IV Всероссийская конференция (с международным участием) «Химия поверхности и нанотехнология». Санкт-Петербург – Хилово. 2009. С. 289290.

14. Karpukhin A.V., Avkhacheva N.V., Yashina A.V., Yashin V.A., Kulakova I.I., Safronova V.G., Lisichkin G.V. Interaction between nanodiamonds of detonation synthesis and immune cells. // 1st International summer school “Nanomaterials and nanotechnologies in living systems”. Moscow Region, Stupinsky area. 2009. P. 241-243.

15. Karpukhin A.V., Avkhacheva N.V. Pen’kov N.V., Kulakova I.I., Safronova V.G., Lisichkin G.V. Nanodiamonds modify activity of immune cells. // 20th European Conference of diamond, diamond-like materials, carbon nanotubes and nitrides. Athens. 2009.

16. Юрьев Г.С., Генцелев А.В., Кулакова И.И., Карпухин А.В. Структура гидрогенизованных наночастиц DND@H. // XIII Международная конференция по использованию cинхротронного излучения, СИ-2010 19-июля 2010 Новосибирск, Книга тезисов, С. 70. ИЯФ им. Г.И. Будкера СО РАН, Сибирский центр синхротронного и терагерцового излучения.

Автор считает своим долгом выразить глубокую благодарность и признательность:

- к.х.н., доценту Н.И. Ивановой (МГУ имени М.В. Ломоносова, Химический факультет, г. Москва), Н.В. Пенькову (ИБК РАН, г. Пущино), за помощь при определении размеров частиц наноалмаза методом лазерного светорассеивания;

- д.ф.-м.н. Г.С. Юрьеву (ИЯФ СО РАН, г. Новосибирск) – за помощь в проведении экспериментов с синхротронным излучением;

- к.б.н. Н.В. Авхачевой (ИБК РАН, г. Пущино) за помощь в проведении биологических исследований;

- к.х.н. А.А. Ширяеву (ИФХЭ имени А.Н. Фрумкина РАН, г. Москва) за анализ на углекислый газ и азот при сжигании порошка наноалмаза;

- к.х.н. Б.Н. Тарасевичу (МГУ имени М.В. Ломоносова, Химический факультет, г. Москва) за консультации и помощь в интерпретации ИК спектров;

- к.х.н. Н.Н. Мельнику (ФИ имени П.Н. Лебедева РАН, г. Москва) за консультации и помощь в интерпретации КР спектров.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.