WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

ЧИГРИН Павел Геннадьевич

КИНЕТИКА И МЕХАНИЗМ КАТАЛИТИЧЕСКОГО ОКИСЛЕНИЯ УГЛЕРОДА В ПРИСУТСТВИИ МЕДНО-МОЛИБДАТНЫХ СИСТЕМ

02.00.04 – физическая химия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата химических наук

Владивосток – 2012

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институте материаловедения Хабаровского научного центра  Дальневосточного отделения Российской академии наук (г. Хабаровск)

Научный руководитель:

кандидат химических наук

ЛЕБУХОВА Наталья Викторовна

(Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт материаловедения ХНЦ ДВО РАН, ведущий научный сотрудник)

Официальные оппоненты:

доктор химических наук,  профессор

КОНДРИКОВ Николай Борисович

(ФГАОУ ВПО «Дальневосточный федеральный университет», заведующий кафедрой физической и аналитической химии)

доктор химических наук

ТИХОВ Сергей Федорович

(Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт катализа им. Г.К. Борескова СО РАН, ведущий научный сотрудник)

Ведущая организация:

ФГАОУ ВПО «Сибирский  государственный технологический университет»

       Защита состоится ___ сентября 2012 г. в  часов на заседании диссертационного совета Д 005.020.01, созданного на базе Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института химии ДВО РАН по адресу: г. Владивосток, проспект 100-летия Владивостока, 159, ИХ ДВО РАН.

       С диссертацией можно ознакомиться в Центральной научной библиотеке ДВО РАН.

       Автореферат разослан «____» августа 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета к.х.н.                                        О.В. Бровкина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность работы. Проблема загрязнения атмосферы токсичными отходами, образующимися при сжигании дизельных и мазутных топлив, определила в последние десятилетия большое число исследований, направленных на разработку катализаторов окисления углеводородов, СО и сажевых частиц. Важность задачи определяет потребность в глубокой очистке выбросов дизельных двигателей автомобильного транспорта, основным токсичным компонентом которых является сажа. Катализатор дожига дизельных выхлопов должен обладать термической и механической стойкостью, проявлять активность в условиях как «тесного», так и «слабого» контакта сажи с его поверхностью, сохранять высокую реакционную способность в широком диапазоне температур и при низких концентрациях кислорода в газовом потоке, обеспечивать селективность сгорания сажи до СО2, быть инертным к воздействию каталитических ядов, присутствующих в отработавших газах. В настоящее время большое внимание уделяется разработке новых способов синтеза оксидных катализаторов, которые дают возможность варьировать их состав и обеспечивают активацию поверхности формирующихся частиц. Весьма перспективным для достижения однородности микроструктуры, химического и фазового состава синтезированных продуктов, а также для получения тонкодисперсных оксидных плёнок, обладающих нанокристаллической структурой, является технически простой и универсальный экстракционно-пиролитический (ЭП) метод.

Известно большое количество простых и сложных оксидов переходных металлов, способных понижать температуру окисления углеродных материалов. Наиболее хорошо изучены и введены в употребление оксидоцериевые катализаторы, обеспечивающие высокие скорости горения сажи, но неустойчивые к действию SO2, входящего в состав выхлопных газов, что не в полной мере удовлетворяет вышеобозначенным требованиям. Молибдаты переходных металлов благодаря своим структурным и электронным свойствам широко используются в качестве катализаторов окисления в химической промышленности и переработке нефтепродуктов, однако относятся к наименее изученным соединениям даже на уровне предварительных оценок их свойств, в отношении процесса окисления углерода. Механизм каталитического окисления углеродных материалов установлен для некоторых оксидов переходных металлов и ряда сложных оксидов перовскитного типа, однако мало исследован для соединений шпинельной структуры, к которым относится большинство молибдатов. Каталитическая способность оксидных систем может быть обусловлена различными позициями: процессами восстановления и окисления на поверхности катализатора, миграцией частиц активного кислорода от поверхности катализатора на углеродный субстрат при образовании и разрушении поверхностных кислородных комплексов, перераспределении -электронов при контакте катализатора с частицами сажи. Детальное исследование стадийности процесса каталитического окисления углерода, кинетических закономерностей протекающих окислительно-восстановительных реакций и факторов, определяющих их скорость, позволит осуществить реализацию современных подходов к направленному модифицированию окислительных свойств медно-молибдатных систем.

Целью работы является выявление кинетических закономерностей и механизма каталитического действия медно-молибдатных систем в реакции окисления углерода, а также способов повышения их активности.

Для достижения поставленной цели решались следующие задачи:

-        синтез ЭП методом молибдатов CuMoO4, Cu3Mo2O9 и медно-молибдатных систем МоО3–CuMoO4, исследование их физико-химических характеристик и каталитических свойств в реакции окисления сажи;

-        исследование влияния характера контакта сажи с поверхностью катализатора, концентрации кислорода и присутствия каталитических ядов в газовой фазе на параметры каталитического окисления сажи;

-        изучение механизма каталитического действия CuMoO4, выявление основных стадий каталитического процесса и последовательности формирования активных промежуточных соединений;

-        кинетическое описание окислительно-восстановительных реакций, протекающих в процессе каталитического окисления углерода, анализ экспериментальных данных с использованием численных методов расчёта параметров скорости процессов и известных модельных механизмов;

-        выявление факторов, определяющих активность молибдата меди в реакции окисления углерода и способов повышения его каталитических свойств.

Научная новизна

-        впервые показана перспективность использования медно-молибдатных систем для снижения температурного интервала горения сажи и применения ЭП метода для их синтеза;

-        выявлен механизм каталитического действия СuMoO4 при окислении углерода, заключающийся в восстановлении поверхности частиц молибдата меди с образованием соединений Cu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17, при окислении которых формируется активная фаза Cu4-xMo3O12, инициирующая реакцию каталитического горения углерода;

-        показано, что скорость суммарного каталитического процесса окисления углерода в присутствии СuMoO4 описывает макрокинетическое уравнение сопряжённых реакций, протекающих с автокатализом ;

-        установлено промотирующее действие добавки Ag (1 ат. %) в структуре СuMoO4 на процесс каталитического горения сажи, обусловленное снижением энергии активации реакции восстановления молибдата меди сажей от 167 до 117 кДж/моль.

Положения, выносимые на защиту

  1. Условия получения ЭП методом массивных медно-молибдатных катализаторов и композиций CuMoO4/SiO2+TiO2/Ti для каталитического дожига дизельной сажи.
  2. Стадийный механизм каталитического действия СuMoO4 в процессе окисления углерода, включающий последовательность протекания реакций восстановления CuMoO4, окисления восстановленных фаз и каталитического горения углерода.
  3. Результаты кинетического анализа отдельных стадий процесса каталитического горения сажи: восстановления CuMoO4, окисления восстановленных фаз, каталитического горения сажи и макрокинетическое уравнение, описывающее суммарный каталитический процесс.
  4. Закономерности влияния промотирующих добавок в составе фазы СuMoO4 и структурных характеристик медно-молибдатного слоя в композициях CuMoO4/TiO2+SiO2/Ti на их каталитическую активность к окислению сажи.

Практическая значимость работы. Показана эффективность применения ЭП метода для получения медно-молибдатных катализаторов дожига дизельной сажи и формирования композиций CuMoO4/TiO2+SiO2/Ti каталитических покрытий конструкций сажевых фильтров. Результаты работы полезны при разработке эффективных катализаторов очистки дизельных выхлопов от сажи и монооксида углерода, а также при создании оптимальных условий их функционирования.

Соответствие диссертации паспорту научной специальности Диссертация соответствует паспорту специальности 02.00.04 – физическая химия в пунктах: 3 (“Определение термодинамических характеристик процессов на поверхности, установление закономерностей адсорбции на границе раздела фаз и формирования активных центров на таких поверхностях”), 7 (“ Макрокинетика, механизмы сложных химических процессов, физико-химическая гидродинамика, растворение и кристаллизация”), 10 (“Связь реакционной способности реагентов с их строением и условиями осуществления химической реакции”), 11 (“Физико-химические основы химической технологии”).

Достоверность полученных результатов обеспечена применением аттестованных измерительных приборов и апробированных методик измерения, использованием взаимодополняющих методов исследования, соблюдением принципов комплексного подхода при анализе и интерпретации экспериментальных данных, повторяемостью результатов, применением статистических методов оценки погрешностей и обработки данных эксперимента.

Апробация работы. Результаты работы были представлены и доложены на Всероссийской научно-технической конференции «Приоритетные направления развития науки и технологии» (Москва – Тула, 2006); Всероссийской научно-практической конференции «Ползуновские гранты» (Барнаул, 2008); The Second International Competition of Scientific Papers in Nanotecnology for Young Researchers. Nanotechnology International Forum. October 2009. (Mosсow, 2009); Modern materials and technologies 2009: International Xth Russian-Chinese Symposium (Khabarovsk, 2009); XII Краевом конкурсе молодых ученых (Хабаровск, 2010); Международной научно-технической конференции «Современное материаловедение и нанотехнологии» (Комсомольск-на-Амуре, 2010); Modern materials and technologies 2011: International Russian-Chinese Symposium (Khabarovsk, 2011).

Публикации. По материалам диссертации опубликовано 14 работ, из них 5 статей  в рецензируемых журналах, 7 тезисов конференций, 1 глава в монографии и получен патент.

Личный вклад автора. Соискателем выполнен анализ литературных данных по теме исследования, проведена основная часть экспериментов, участвовал в обсуждении полученных результатов и написании публикаций. Часть экспериментальных исследований проведена при участии сотрудников Института материаловедения ХНЦ ДВО РАН и Института химии ДВО РАН.

Структура и объем работы.

Диссертация изложена на 137 страницах, содержит 64 рисунка и 14 таблиц. Работа состоит из введения, литературного обзора (гл. 1), описания методов исследований (гл. 2), описания полученных результатов и их обсуждения (гл. 3-5), выводов, библиографического списка из 123 наименований.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснованы актуальность выбранной темы и задачи исследования.

В главе 1 представлен литературный обзор, рассмотрены основные методы очистки автомобильных выхлопов, содержащих сажу, строение сажевых частиц, приведено сравнение известных каталитических систем и обоснована возможность использования молибдатов переходных металлов в качестве катализаторов окисления углерода. Приведен обзор основных методов получения каталитически активных систем. Отмечено, что наиболее экспериментально обоснованным является окислительно-восстановительный подход к рассмотрению механизма каталитического действия оксидных соединений. Отмечена необходимость более детального исследования процессов каталитического окисления сажи для повышения основных характеристик известных и создания новых высокоэффективных катализаторов обезвреживания дизельных выхлопов.

В главе 2 приведены характеристики и способы получения реагентов, основные методы исследования, рассмотрены современные методологические подходы к изучению кинетики и механизма гетерогенных процессов.

Исследования выполнены с использованием медно-молибдатных систем, синтезированных твердофазным (керамическим) и экстракционно-пиролитическим (ЭП) методами. Состав и морфология полученных катализаторов изучены методами рентгенофазового анализа (дифрактометр ДРОН-7), сканирующей электронной микроскопии (микроскоп EVO 40), атомно-силовой микроскопии (микроскоп NTEGRA PRIMA), рентгенофотоэлектронной спектроскопии (установка фирмы «Specs», Германия), лазерного анализа размера частиц (установка Analysette 22 Comfort). Удельная поверхность измерялась с применением анализатора Sorbi 4.1 методом БЭТ по тепловой адсорбции азота.

Процессы каталитического горения сажи, термопрограммируемого восстановления (ТПВ) и окисления (ТПО) катализаторов исследовали методами термогравиметрии (ТГ) и дифференциальной сканирующей калориметрии (ДСК) на приборе NETZSCH STA 449 F3. Сажу (ГОСТ 12222-78, марка В) смешивали с синтезированными катализаторами и для сравнения с Al2O3, растирали в ступке для осуществления «тесного» контакта с катализатором, и перемешивали шпателем для «слабого» контакта. Выделяющиеся газы исследовались на содержание оксидов СО и СО2 с использованием газоанализатора Инфракар М-1. Расчет кинетических констант реакций проводили по точкам интегральной неизотермической кривой изменения массы образца при динамическом нагреве. Анализ формы кинетических кривых выполняли на основании уравнения

       ,                                                (1)

где α – степень превращения, k – константа скорости процесса, с-1; k0 – предэкспоненциальный множитель, с-1; Ea – энергия активации, Дж/моль; T – температура, К; τ – временная переменная, f(α) – функция, соответствующая механизму реакции. Расчетная программа включает эмпирические модели, учитывающие процессы диффузии (D), зародышеобразования (N), перемещения границы раздела фаз (R), роста зерен (G) и автокатализа. Значения Ea и k0 рассчитывали для каждой функции f(α). Отбирали результаты, соответствующие значениям Ea>0, минимальной дисперсии и максимальному интегралу перекрывания экспериментальной и модельной функций. Выбор модельного уравнения, наиболее точно описывающего ход кинетических кривых, был проведён по оценке Еа, рассчитанной из данных квазиизотермических экспериментов, а также сравнением теоретических и экспериментальных зависимостей кривых , где – степень превращения, достигаемая к моменту времени , – время, необходимое для достижения степени превращения 0,8.

В главе 3 представлены результаты исследования структуры, морфологии, физико-химических и каталитических свойств медно-молибдатных систем различного состава.

Синтез медно-молибдатных фаз ЭП методом осуществляли с использованием экстракта молибдена из солянокислого раствора (NH4)6Mo7O24·4H2O изоамиловым спиртом и экстракта меди из раствора CuSO4·5H2O н-каприловой кислотой, смешанных в требуемых соотношениях. В вакуумном шкафу при 40 С осуществлялась отгонка ~90 % растворителя до образования пасты, которую затем нагревали в печи на воздухе при 550 С до постоянства массы образца. Согласно данным рентгенофазового анализа (РФА) образцов, полученных керамическим и ЭП методами, при равном мольном соотношении СuО и MoO3 обнаружена только фаза СuMoO4, с увеличением содержания оксида меди до 60 мол. % – Сu3Mo2O9, при снижении содержания оксида меди образуется двухфазная система MoO3–СuMoO4. Изменения фазового состава образцов, включающих фазу СuMoO4, после каталитического горения сажи не обнаружено. Соединение Сu3Mo2O9  в процессе горения сажи разлагается до СuО и СuMoO4 даже при умеренных температурах, поэтому далее его использование в качестве каталитически активной фазы не рассматривалось.

Пиролиз соединения молибдена с изоамиловым спиртом от 360 С сопровождается кристаллизацией фазы β-MoO3, которая с повышением температуры до 450 С претерпевает полиморфное превращение кристаллических форм βα. Анизотропный рост кристаллов α-MoO3, ориентированных в направлении <010>, приводит к образованию узких нанопластин протяжённостью более 100 мкм (рис. 1, а). При 585С формируются регулярные структуры нанопластин α-MoO3, имеющих форму правильных шестигранников с размером ребер 1–2 мкм (рис. 1, в).

Рис.1. СЭМ-изображения кристаллитов, форми-рующихся в результате пиролиза экстрактов Мо при: 450 С (а), 585 С(в); смеси экстрактов при 550 С с соотношением (мол. %) Сu:Mo = 10:90 (б) и Сu:Mo = 50:50 (г)

Термическое разложение смеси экстрактов Мо и Cu проходит поэтапно, до 350 С образуется CuO, с повышением температуры фиксируется появление аморфных продуктов деструкции экстрагируемого соединения Мо, в области температур 400–450С происходит последовательное образование молибдатов Сu3Mo2O9СuMoO4. Оксид молибдена в двухфазной системе MoO3–СuMoO4 присутствует на поверхности частиц молибдата меди в форме вытянутых кристаллов диаметром 70–80 нм (рис. 1, б). При эквимолярном соотношении Сu:Mo формируются частицы СuMoO4, средний диаметр которых достигает 3 мкм (рис. 1, г).

Представленные на рис. 2. ТГ-кривые показывают, что медно-молибдатные системы, способны существенно снизить температурный интервал окисления сажи по сравнению с горением в присутствии Al2O3 и MoO3. Температуры начала горения сажи для всех образцов достаточно близки и лежат в интервале 340–370 С. Тем не менее в случае оксида молибдена и систем, синтезированных керамическим методом, кинетические кривые отличаются сравнительно продолжительными периодами начальных и завершающих стадий процессов каталитического окисления сажи. На длительность индукционного периода могут оказывать влияние такие факторы, как скорость формирования активных центров, на которых локализуется топохимическая реакция, а также размер частиц и их пористость. Средний диаметр частиц для порошков, синтезированных керамическим методом, в 3–4 раза отличается от полученных ЭП методом, удельная поверхность 0.42–0.45 и 1.01–1.78 м2/г соответственно, что объясняет их разную активность на начальных стадиях процесса горения сажи.

Рис. 2. ТГ-кривые катали-тического горения сажи. Сu:Mo, мол. %: 1 – 50:50, 2 – 30:70, 3 – 10:90, 4 – 1:99, 5 – МоО3 (катализаторы получены пиролизом экстрактов металлов) 6 – МоО3, 7 – 18:82, 8 – 12:88, 9 – 24:76, 10 – 50:50 (катализаторы получены керамическим методом); 11 – горение сажи в присутствии Al2O3

Результаты сравнительного исследования каталитических свойств композиций, полученных ЭП методом, приведённые в табл. 1, показывают, что медно-молибдатные системы примерно в 5 раз повышают селективность сгорания сажи по СО2, кроме того, проявляют активность в условиях как «тесного», так и «слабого» контакта сажи с поверхностью катализатора. Сопоставимые свойства двухфазных систем MoO3–СuMoO4 с различным содержанием МоО3, по-видимому, определяются активностью наноразмерных кристаллов оксида молибдена, покрывающих поверхность частиц СuMoO4 (рис. 1, б). Свойства катализаторов, подвергнутых многочасовому нагреву при 400 С, в атмосфере SO2, практически не менялись. Таким образом, молибдат СuMoO4 – наиболее каталитически активная фаза в системе MoO3–СuO, которая в полной мере удовлетворяет требованиям, предъявляемым к катализаторам дожига сажи.

Таблица 1

Каталитические свойства медно-молибдатных систем в условиях «тесного» и «слабого» контакта сажи с катализатором

Система (мол. %)

«Тесный» контакт

«Слабый» контакт

Tst,С

Tm ,С

(CO2 ), %

Tst,С

Tm ,С

(CO2 ), %

Al2O3

440

587

88,7

485

595

80,1

МоО3

356

425

95,7

428

512

91,2

СuО:MoO3( 1:99)

355

419

95,5

398

515

92,0

СuО:MoO3(10:90)

351

417

96,2

400

515

90.2

СuО:MoO3(30:70)

348

416

96,6

402

512

91,6

СuО:MoO3(50:50)

340

405

97,8

386

489

93,6

В главе 4 обобщены результаты исследования механизма каталитического действия СuMoO4 в реакции окисления углерода, отдельных стадий процесса и оценки их кинетических параметров, приведено макрокинетическое описание суммарного каталитического процесса.

Механизм каталитического действия CuMoO4. Для выявления кинетической схемы процесса окисления углерода в присутствии СuMoO4 было проведено исследование ТПВ катализатора сажей в среде аргона и ТПО кислородом воздуха восстановленных молибдатных фаз.

Рис. 3. ТГ- и ДТГ- (пунктиром) кривые горения сажи на воздухе в присутствии СuМоO4 (а), термопрограммируемого восстановления СuМоO4 сажей в аргоне (б)

Как следует из рассмотрения ТГ- и ДТГ-кривых на рис. 3, а, полное сгорание сажи на воздухе в присутствии СuМоO4 проходит в одностадийном режиме, в интервале 340–420 С, температура максимальной скорости процесса – 405 С. Потеря массы образца на ТГ-кривых ТПВ СuМоO4 сажей в среде аргона также регистрируется от ~340С с максимумом скорости на ДТГ-кривой при 435 С (рис. 3, б). На рентгенограммах образцов после изотермической выдержки в течение 2 ч при 400 С наряду с исходным молибдатом, регистрируются соединения Сu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17, при 415 С остаются только линии спектров вышеуказанных молибдатов одновалентной меди. На основании приведённых данных можно полагать, что потеря до ~5 % массы образца в интервале от 340 до 460 С, который почти совпадает по температуре с катализируемым СuМоO4 горением сажи, соответствует полному восстановлению Cu2+ в Cu+ в составе CuMoO4 по реакции

.                                (2)

Результаты ТПО смеси молибдатов одновалентной меди показывают (рис. 4, а), что окисление восстановленных фаз проходит в температурном интервале 270–450С. Общий прирост массы образца соответствует полному окислению Cu+ до Cu+2 в составе обоих молибдатов.

Рис 4. Термопрограммируемое окисление смеси молибдатов Сu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17 (а), модельной системы 2МоО3–Cu2O (б), фазы Cu4-xMo3O12 (в)

По данным РФА, в продуктах идентифицируется CuMoO4, что указывает на отсутствие фазовых изменений и структуры исходного молибдата меди при полном прохождении цикла восстановления и реокисления катализатора. Рентгенограммы образцов, подвергнутых нагреву до заданной температуры показывают, что до 350 С частичное окисление Сu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17 сопровождается образованием, кроме CuMoO4, промежуточных продуктов – МоО3, Cu2O и Cu4-xMo3O12. При повышении температуры до 390 С наблюдается относительный рост интенсивности дифракционных максимумов CuMoO4, МоО3, CuO, снижение рефлексов Cu4-xMo3O12 и исчезновение характеристических пиков молибдатных фаз Сu6Mo5O18, Cu4Mo5O17. Окисление фазы Cu4Mo5O17 протекает с выделением МоО3, и окисление Сu6Mo5O18 – с выделением Cu2O:

.                        (3)

Модельная система 2МоО3–Cu2O с соответствующим реакции (3) соотношением компонентов, была приготовлена растиранием в агатовой ступке исходных оксидов. ТПО Cu2O в составе модельной системы представлено на рис. 4, б. Согласно субсолидусной фазовой диаграмме образование фазы Cu4-xMo3O12 обусловлено окислением оксида Cu2O. В системе Cu2O–СuO–MoO3 образование Cu4-xMo3O12 происходит по реакции

.                                        (4)

Окисление фазы Cu4-xMo3O12, полученной в условиях изотермической выдержки в среде аргона смеси оксидов, взятых в массовых соотношениях Cu2O:СuO:MoO3 = 3:5:12, регистрируется от 160 С (рис. 4, в) и достигает максимальной скорости при 258 С, что значительно отличается от параметров окисления фаз одновалентной меди (рис. 4, а, б) и указывает на наиболее высокую реакционную способность этого молибдата в реакции с кислородом. Полученные результаты позволяют полагать, что реокисление катализатора сопровождается выделением промежуточных соединений в последовательности Сu6Mo5O18+Cu4Mo5O172МоО3+Cu2OCu4-xMo3O12СuMoO4.

По данным ДСК-сигналов значения экзотермических тепловых эффектов отдельных реакций восстановления катализатора, его реокисления и каталитического горения сажи равны 19, 103 и 1043 Дж/г соответственно (рис. 5). Вклад стадий восстановления и реокисления катализатора в общее тепловыделение при сгорании сажи составляет ~10 % даже при полном прохождении рассматриваемых процессов. Неаддитивность вкладов отдельных стадий в тепловой эффект каталитического процесса указывает на появление в ходе окислительно-восстановительных реакций промежуточных соединений, обладающих собственной каталитической активностью в реакции горения сажи.

Рис. 5. Тепловые эффекты процессов: а) каталитического горения сажи; б) восстановления CuMoO4 сажей; в) окисления смеси Сu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17

       Изменение фазового состава катализатора было исследовано на различных стадиях процесса каталитического горения сажи: на начальном этапе развития процесса (380 С); при максимальной скорости горения (405 С); на завершающем этапе горения (420 С). Смесь катализатора и сажи подвергали нагреву до температуры, соответствующей определённому этапу процесса, после чего образцы помещали в жидкий азот. Согласно данным РФА, структура CuMoO4 (рис. 6, а) на протяжении всего процесса горения сажи не претерпевает значительных изменений. Пики малой интенсивности, которые можно отнести к молибдату Сu6Mo5O18, обнаружены только при 380 С. В составе всех отобранных образцов фиксируется образование фазы Cu4-xMo3O12. Интенсивность дифракционных пиков Cu4-xMo3O12 при 380 и 405 С сопоставима и несколько снижается при 420 С. В РФЭ спектрах этих образцов достоверных различий в состояниях и содержании элементов Мо, О не наблюдается (табл. 2). На поверхности частиц катализатора медь присутствует наряду с Cu2+, в состояниях, которые можно интерпретировать как Сu0, так и Сu+1, причем количество меди в этом состоянии постоянно на протяжении всего процесса. Энергия связи Cu2p3/2 в молибдатных фазах равна 934,7 эВ для Сu2+ в составе CuMoO4, 932,2 эВ для Сu+ в составе Сu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17, и 933,1 эВ для металлической меди. Валентное состояние меди в молибдатной фазе  Cu4-xMo3O12 лучше всего описывается формулой , поэтому в спектре образца присутствует дуплет с интенсивностью 1:3 линий с энергией связи 933,1 и 934,7 эВ соответственно.

Рис. 6. РФА CuMoO4 (а), смесей CuMoO4+С, отобранных в процессе горения сажи при 380 С(б), 405 С(в), 420 С (г). •-CuMoO4, -Cu4-xMo3O12, *-Cu6Mo5O18

Таблица 2

Данные РФЭС образцов, отобранных в процессе горения сажи

Образец

Eсв, эВ

Cu2p3/2

O1s

Mo3d5/2

CuMoO4 -

934,8

530,9

232,4

CuMoO4+С, 380 С

934,6(80%); 933,0(20%)

530,5

232,3

CuMoO4+С, 405 С

934,6(80%); 933,0(20%)

530,5

232,3

CuMoO4+С, 420 С

934,6(80%); 933,0(20%)

530,5

232,3

Сопоставление данных РФА, РФЭ спектров и последовательности реакций, протекающих при реокислении катализатора, позволяет предположить, что Cu4-xMo3O12 является активной фазой, инициирующей каталитическое горение углерода. Это предположение подтверждают данные экспериментов, представленные на рис. 7. Окисление Cu4-xMo3O12 было исключено в условиях подъёма температуры до 400 С в среде аргона, далее в объём реактора подавался кислород. В случае CuMoO4, горению сажи предшествует индукционный период, необходимый для образования каталитически активной фазы. В присутствии молибдата Cu4-xMo3O12 сгорание сажи происходит скачкообразно, что свидетельствует об его исключительно высокой каталитической активности.

Рис 7. ДТГ-кривые сгорания сажи от 400 С (при подаче воздуха в реактор с аргоном) в присутствии CuMoO4 (1) и Cu4-xMo3O12 (2)

Таким образом, реакции восстановления, реокисления катализатора и каталитического горения сажи могут быть рассмотрены как отдельные стадии суммарного каталитического процесса, представленного следующей схемой:

Рис. 8. Схема суммарного каталитического процесса

Кинетические параметры отдельных стадий каталитического процесса. Кинетический анализ ТПВ СuМоO4 и ТПО восстановленных фаз и промежуточных продуктов их окисления был проведён с использованием ТГ кривых, представленных на рис. 3, б и рис. 4, а–в соответственно. Выбор механизма, описывающего кинетику рассматриваемого процесса, основывался на наиболее точной линеаризации квазиизотермических кинетических кривых при построении зависимостей (рис. 9, а) и сравнении теоретических и экспериментальных квазиизотермических кривых, построенных в приведённых координатах (рис. 9, б). Результаты кинетического анализа обобщены в табл. 3. Процесс восстановления СuМоO4 лимитирован противодиффузией атомов кислорода из объёма частиц к зонам контакта с сажей на его поверхности, которая обедняется кислородом в результате реакции с восстановителем. Экспериментальные данные окисления молибдатов Сu6Mo5O18, Cu4Mo5O17, модельной системы 2МоО3–Cu2O и фазы Cu4-xMo3O12 описывают уравнения трёхмерной диффузии реагента от межфазной границы в объём кристаллов.

Рис. 9. Линеаризация констант скорости (а), экспериментальные (пунктиром) и модельные кривые, построенные в приведённых координатах (б), изотермического восстановления СuМоO4 (1), окисления смеси Сu6Mo5O18, Cu4Mo5O17, (2), окисления модельной системы 2МоО3–Cu2O (3), окисления фазы Cu4-xMo3O12 (4)

Таблица 3

Кинетические параметры отдельных стадий процесса каталитического горения сажи

Механизм

Неизотермический эксперимент

Квазиизотермический эксперимент

f(α)

Ea, кДж/моль

k0,с-1

Ea, кДж/моль

k0,с-1

Восстановление CuMoO4 сажей

D4

167

2.4·107

161

5.8·106

Окисление смеси молибдатов Сu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17

D2

107

7.6·103

106

3.8·103

Окисление Cu2O в составе модельной системы 2МоО3–Cu2O

R3

112

4.1·105

112

3.8·105

Окисление фазы Cu4-xMo3O12

D3

93

1.1·105

91

1.3·105

Каталитическое горение сажи

G5

105

4.0·105

-

-

*

107

5·105

-

-

* Оценка кинетических параметров методом Киссинджера.

Поскольку вклад стадий восстановления и реокисления катализатора в общее тепловыделение при сгорании сажи не превышает 10 %, экзотермический пик суммарного процесса можно отнести к стадии каталитического горения сажи. Поэтому кинетика стадии каталитического горения сажи была исследована с использованием ДСК сигнала суммарного процесса горения сажи при линейной скорости нагрева образца. По результатам кинетического анализа ДСК-кривой (рис. 5, а) выбрано модельное уравнение Авраамии–Ерофеева, которое описывает экспоненциальный рост центров реакции горения сажи, формирующихся на поверхности реагента. Применение метода Киссинджера, основанного на зависимости положения точки максимума ДСК-кривых от скорости нагрева образца, также подтверждает полученный расчётный результат (табл. 3).

Макрокинетическое уравнение суммарного каталитического процесса. Суммарный каталитический процесс можно условно разделить на три основных этапа, определяющих кинетику каталитического горения сажи. Начальный этап складывается из суперпозиции стадий восстановления CuMoO4 и окисления Сu6Mo5O18, Cu4Mo5O17, Cu2О. Расчёт температурной зависимости констант скоростей отдельных стадий процесса, проведённый с использованием данных табл. 3, представлен на рис. 10. Константа скорости восстановления (кривая 1) более чем на три порядка меньше констант скоростей окисления фаз одновалентной меди (кривые 2, 3) во всём температурном интервале каталитического горения сажи. Следовательно, скорость образования каталитически активной фазы Сu4-xMo3O12 по реакциям (3) и (4) лимитирует стадия восстановления катализатора углеродом. Второй этап – окисление фазы Cu4-xMo3O12 (кривая 5). Третий этап – каталитическое горение сажи, протекающее с участием активной фазы (кривая 4). Соотношение констант скоростей формирования и окисления активной фазы Cu4-xMo3O12 соответствует неравенству kвосст<<kокисл. В таких условиях прохождения

Рис. 10. Температурная зависимость констант скоростей стадий восстановления CuMoO4 (1), окисления смеси Сu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17 (2), окисления модельной системы Cu2O–2МоО3 (3), окисления фазы Cu4-xMo3O12 (5) и каталитического горения сажи (4)

последовательных реакций успевает установиться состояние, практически не отличающееся от равновесного. Тогда концентрацию активной фазы, отвечающую этому режиму, можно считать стационарной. Экспериментальное исследование состава и структуры катализатора на различных стадиях сгорания сажи также свидетельствует о том, что концентрация активной фазы на внешней поверхности частиц СuМоO4 остаётся постоянной (рис. 6). На основании этих данных макрокинетическое описание процесса окисления сажи в присутствии СuМоO4 было проведено с применением метода стационарных концентраций Боденштейна. В соответствии с выделенными основными этапами, определяющими кинетику рассматриваемого процесса, и с учетом того, что скорость образования Cu4-xMo3O12 (далее CuMoO4*) лимитирует стадия восстановления катализатора углеродом, совокупность окислительно-восстановительных реакций можно представить следующим образом:

Для описания скорости данных реакций справедлива следующая система дифференциальных уравнений:

,                                (5)

,                                (6)

,                                (7)

где n(C), n(CuMoO4), n(CuMoO4*) – количества вещества углерода, молибдата меди и активной фазы, соответственно, pО2 - парциальное давление кислорода, ξ, ζ, ν, η, n, m – порядки по компонентам, участвующим в протекающих процессах. Поскольку, количество активной фазы остается постоянным на протяжении всего процесса окисления, выражения (5) и (6) можно прировнять к нулю, следовательно:

       .                                                        (8)

Подставляя уравнение (8) в уравнение (7), получаем:

.                                        (9)

Учитывая, что , уравнение (9), в терминах степени превращения (α) имеет вид

,                                               (10)

где и – модельные функции, описывающие окисление сажи на поверхности катализатора в процессах восстановления и горения сажи. Полученное выражение (10) соответствует уравнению сопряжённых реакций, протекающих с автокатализом:

.                                                       (11)

Кинетический анализ суммарного каталитического процесса был проведён с использованием данных ТГ-кривой горения сажи (рис. 3, а) в интервале от 340 до 420 С по модельному уравнению (11). Как следует из результатов расчёта (табл. 4), Ea суммарного процесса, равная 163 кДж/моль, хорошо согласуется со значением Ea стадии восстановления CuMoO4 сажей – 167 кДж/моль (табл. 3.).

Таблица 4

Кинетические параметры суммарного каталитического процесса

Параметры в уравнении (11)

Значения

k0 /с-1

1.5·108

Ea, кДж/моль

163

n

1.12

ln(Kcat)

3

Параметр Кcat в уравнении (11) равен отношению констант скоростей стадий каталитического горения сажи и реокисления катализатора в уравнении (10): . Полученное значение ln(Кcat) указывает на сопоставимость энергий активации стадий каталитического горения и реокисления катализатора, что хорошо согласуется с результатами кинетического анализа (табл. 3, рис. 10), а также является условием протекания процесса в автокаталитическом режиме.

Серия экспериментов по определению порядка суммарного каталитического процесса по кислороду (n-m) в уравнении (10) была проведена в квазиизотермических условиях при изменении концентрации кислорода от 5 до 17 об. %. Значение параметра m ≈ 0 при окислении фазы Cu4-xMo3O12, находится в соответствии с установленным диффузионным характером процесса. Порядок суммарной каталитической реакции по кислороду n-m ≈ 1 хорошо согласуется с тем, что основным продуктом процесса каталитического горения сажи является СО2.

В главе 5 показаны возможности повышения каталитических свойств молибдата CuMoO4 в реакции окисления сажи при введении в его состав модифицирующих добавок и формировании наноразмерной структуры каталитических покрытий.

Введение модифицирующих добавок. В качестве катионов, способных обеспечить изоморфные замещения в структуре CuMoO4, были выбраны Ni+2, Co+2 и Ag+, близкие к Cu+2 по электронной конфигурации и ионному радиусу. Синтез молибдатных фаз, включающих Ni, Co и Ag, был проведён с использованием ЭП метода в тех же условиях, что и CuMoO4. Методами РФА и микрорентгеноспектрального анализа показано, что пиролиз смесей экстрактов металлов приводит к образованию молибдатных фаз 7 % Co(Ni)–CuMoO4 и 1 % Ag–CuMoO4, имеющих тригональную сингонию и структурный тип СuMoO4, но отличающихся изменёнными линейными параметрами кристаллической решётки. Показано, что увеличение концентрации добавок Со или Ni от 1 до 7 ат. % приводит к росту количества модифицированной фазы молибдата меди в образцах, при этом их каталитическая активность в процессе окисления сажи снижается и, напротив, существенно возрастает при добавке к молибдату меди уже 1 ат. % Ag (рис. 11). В случае катализатора, допированного серебром, происходит понижение Tst и Tm горения сажи почти на 30 °С.

Рис. 11. ТГ-кривые горения сажи в присутствии катализаторов: 1 – 1 % Ag–CuMoO4; 2 – СuMoO4; 3 – 7 % Со–CuMoO4; 4 – 7 % Ni–CuMoO4

Исследование ТПВ и ТПО показало, что развитие процесса каталитического горения сажи в присутствии 1 % Ag–СuMoO4 соответствует схеме, представленной на рис. 8. По результатам кинетического анализа отдельных стадий и суммарного каталитического процесса горения сажи  выявлено, что допирование СuMoO4 серебром приводит к снижению энергии активации реакции восстановления катализатора сажей от 167 до 117 кДж/моль. Снижение энергии активации может быть обусловлено облегченной диффузией атомов кислорода в дефектной решётке молибдата меди. Сопоставимые кинетические параметры реакции горения сажи для 1%Ag–СuMoO4 (Еа = 99 кДж/моль, k0 = 1.7·105 c-1) и СuMoO4 (Еа = 105 кДж/моль, k0 = 4.0·105 c-1) указывают на идентичность каталитически активной фазы в обоих случаях.

Получение каталитических композиций CuMoO4/SiO2+TiO2/Ti. Для получения каталитических композиций CuMoO4/SiO2+TiO2/Ti плазменно-электролитически оксидированные (ПЭО) титановые пластины и проволоки1 погружали в ёмкость с пропиточным раствором эквимолярной смеси экстрактов Cu и Mo, разбавленной используемыми органическими растворителями до суммарной концентрации металлов 2 масс. %. Далее образцы нагревали на воздухе в два этапа, при 150 С для удаления растворителей и при 550 С для разложения экстрагируемых соединений и образования оксидных фаз. На рентгенограмме покрытия, полученного на титане, оксидированном в силикатном электролите, после ЭП обработки присутствуют дифракционные пики Ti, TiO2 (в модификациях рутил и анатаз), СuMoO4 и гало, характерное для аморфного оксида кремния. Атомно-силовая микрофотография (АСМ) поверхности титановой пластины после ПЭО показывает, что оксидная плёнка равномерно покрывает поверхность титана, состоит из кристаллитов размером до 3–10 мкм, обладает высокой пористостью, диаметр пор достигает 5–7 мкм (рис. 12, а). После ЭП нанесения СuMoO4 на поверхности оксидной плёнки наблюдаются зёрна молибдатной фазы до 200 нм в диаметре (рис. 12, б). Последующая ЭП обработка приводит к значительному возрастанию размеров кристаллитов молибдата меди, до 7–10 мкм при четырёхкратном нанесении, и исчезновению крупных пор (рис. 12, в).

Рис. 12. АСМ-изображения поверхности титановой пластины, оксидированной методом ПЭО (а), после однократного (б) и четырехкратного (в) экстракционно-пиролитического нанесения молибдата меди

Рис. 13. ТГ-кривые горения дизельной сажи, смешанной с CuMoO4 (4) и нанесённой на оксидированную титановую проволоку (1), с последующим однократным (2), двукратным (3), трёхкратным (5), четырёх-кратным (6) нанесением CuMoO4 ЭП методом

Титановые проволоки покрывали сажей в пламени горелки при сжигании дизельного топлива (ГОСТ 305-82). Окисление дизельной сажи на образце оксидированного титана без молибдатного покрытия протекает от 420 до 570 С, Тm – 483 С (рис. 13). Наблюдаемый каталитический эффект, в этом случае, по-видимому, обусловлен присутствием аморфного SiO2 и высокой пористостью поверхностной оксидной плёнки. После однократной ЭП обработки оксидированной поверхности титана значения Tst и Тm снижаются до 350 С и 440 С, соответственно, что указывает на присутствие небольшого количества катализатора. Окисление дизельной сажи после двух циклов ЭП обработки начинается от 270 С, причём на кинетической кривой присутствуют два этапа возрастания скорости процесса. Начальный этап протекает с температурой максимума скорости при 335 С, далее ход кривой, а также значение Тm (383 С) близки к кинетике горения дизельной сажи, смешанной с массивным образцом СuMoO4. При последующем (более чем двукратном) нанесении молибдата меди температура начала процесса не изменяется, но интенсивность первого максимума скорости снижается. Согласно полученным данным о микроструктуре поверхности после нанесения СuMoO4 на оксидированный титан (рис. 12) последовательное снижение скорости на начальном этапе окисления сажи от количества циклов ЭП обработки можно объяснить возрастанием размеров кристаллитов молибдатной фазы и, как следствие, заполнением открытых пор оксидной плёнки. Кроме того, РФЭС исследованием установлено, что в приповерхностном слое покрытия после травления на глубину до ~3 нм наблюдается присутствие катионов в состоянии Сu+ и Мо4+.

Таким образом, показано, что наибольшей каталитической способностью дожига дизельной сажи обладают композиции CuMoO4/SiO2+TiO2/Ti после двукратной ЭП обработки поверхности оксидированного титана, обеспечивающие окисление сажи в области более низких температур, чем массивный катализатор. Повышенная каталитическая активность композиций может быть обусловлена как наноразмерной структурой каталитического слоя CuMoO4 на поверхности оксидной пленки, так и присутствием ионов Сu+ и Мо4+ в приповерхностном слое покрытия.

ОСНОВНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ И ВЫВОДЫ

1. Выявлен стадийный механизм каталитического действия молибдата меди в реакции окисления углерода. Восстановление углеродом поверхности частиц СuMoO4 протекает с образованием Cu6Mo5O18 и Cu4Mo5O17. Окисление восстановленных фаз приводит к формированию каталитически активной фазы Cu4-xMo3O12, которая инициирует реакцию горения углерода и реокисляется до исходного молибдата меди.

2. Кинетический анализ восстановительных и окислительных реакций, протекающих в процессе каталитического горения сажи, показал, что скорость образования каталитически активной фазы Cu4-xMo3O12 лимитирует стадия восстановления катализатора сажей, ограниченная противодиффузией атомов кислорода в решётке СuMoO4 (Еа = 167 кДж/моль, k0 = 2.4.107). Кинетические параметры стадии каталитического горения сажи (Еа=105 кДж/моль, k0 = 4.0.105) и стадии реокисления активной фазы (Еа=93 кДж/моль, k0 = 1.1.105) сопоставимы.

3. На основе схемы развития каталитического процесса и с использованием метода стационарных концентраций Боденштейна выведено макрокинетическое уравнение, определяющее зависимость скорости суммарного каталитического процесса окисления углерода от скоростей реакций восстановления СuMoO4, горения углерода с участием образующихся активных фаз и их реокисления , которое соответствует уравнению сопряжённых реакций, протекающих с автокатализом.

4. Установлено, что введение добавки 1 ат. % Ag в структуру СuMoO4 оказывает промотирующее действие на процесс каталитического горения сажи. Высокую реакционную способность обеспечивает снижение энергии активации реакции восстановления молибдата меди сажей от 167 до до 117 кДж/моль.

5. Пиролизом смесей экстрактов металлов проведен синтез медно-молибдатных систем с различным соотношением оксидных компонентов. Показаны возможности получения частиц МоО3 толщиной 20–200 нм различной морфологии при изменении температуры окислительного разложения органических комплексов молибдена. Медно-молибдатные фазы, синтезированные экстракционно-пиролитическим методом, обладают в 3–4 раза большей дисперсностью, удельной поверхностью, что объясняет  их повышенную эффективность реакции окисления углерода по сравнению с образцами, того же состава, полученными керамическим способом

6. Показано, что СuMoO4 – наиболее каталитически активная фаза в системе MoO3–СuMoO4 – способна обеспечить горение сажи от 340 С, снизить более чем в 5 раз содержание СО в образующихся продуктах горения, проявлять каталитическую способность в условиях "тесного" и "слабого" контакта сажи с катализатором и устойчивость к действию SO2.

7. Показана эффективность применения экстракционно-пиролитического метода для формирования зёрен молибдатной фазы до 200 нм в диаметре в структуре каталитического слоя композиций CuMoO4/SiO2+TiO2/Ti. Наибольшей каталитической способностью обладают композиции после двукратной экстракционно-пиролитической обработки поверхности оксидированного титана, обеспечивающие окисление дизельной сажи от 270 С.

Основное содержание диссертации изложено в работах:

Статьи в рецензируемых журналах,  рекомендованных ВАК:

  1. Лебухова Н.В., Карпович Н.Ф., Макаревич К.С., Чигрин П.Г. Каталитическое горение сажи в присутствии медно-молибдатных систем, полученных разными методами // Катализ в промышленности. 2008. № 6. С. 35–40.
  2. Карпович Н.Ф., Макаревич К.С., Чигрин П.Г., Лебухова Н.В. Получение молибдатов меди экстракционно-пиролитическим методом // Химическая технология. 2009. № 4. С. 203-208.
  3. Макаревич К.С., Лебухова Н.В., Чигрин П.Г., Карпович Н.Ф. Каталитические свойства СuMoO4, модифицированного добавками Со, Ni и Ag // Неорганические материалы. 2010. Т. 46, № 12. С. 1494-1499.
  4. Лебухова Н.В., Макаревич К.С., Чигрин П.Г., Карпович Н.Ф. Морфология нанопластин МоО3, полученных при пиролизе различных органических комплексов молибдена // Российские нанотехнологии. 2010. Т. 5, № 11-12. С. 44–47.
  5. Лебухова Н.В., Руднев В.С., Чигрин П.Г., Лукиянчук  И.В., Устинов А.Ю., Макаревич К.С. Композиции CuMoO4/TiO2+SiO2/Ti  для каталитического дожига дизельной сажи // Химическая технология. 2010. № 12. С. 740–746.

Главы в монографиях:

  1. Chigrin P.G., Lebukhova N. V., Makarevich K.S., Karpovich N. F. Soot deep oxidation catalyzed by copper molybdate: a thermogravimetric study // Electronic and Catalytic Properties of advanced Materials, Kerala, India. 2011. P. 137–147.

Материалы конференций:

  1. Лебухова Н.В., Карпович Н.Ф., Заводинский В.Г., Чигрин П.Г. Окисление сажи в присутствии оксидов переходных металлов // Приоритетные направления науки и технологий. Книга 2 Всерос. науч.-техн. конф. в 2 кн. / под общей ред. чл. кор. РАН В.П. Мешалкина. М.; Тула: Изд-во ТулГУ, 2006. С. 156–158.
  2. Макаревич К.С., Чигрин П.Г., Лебухова Н.В. Разработка катализаторов дожига сажевых выбросов дизельных двигателей // Материалы Всерос. науч.-практ. конф. «Ползуновские гранты» / под общ. ред. А.А. Максименко. Барнаул: Изд-во АлтГТУ, 2008. С. 43–45.
  3. Chigrin P.G., Lebukhova N.V., Makarevich K.S., Pugachevsky M.A. Nanostructured CuMoO4 overlayers on oxidized titan for catalytic diesel soot burning // Abstracts The Second International Competition of Scientific Papers in Nanotecnology for Young Researchers. Nanotechnology International Forum, October 2009. P. 299–300.
  4. Chigrin P.G., Lebukhova N.V., Makarevich K.S., Pugachevsky M.A. Nanostructured copper molybdenum covers on oxidized titan for catalytic diesel soot burning // Modern materials and technologies 2009: International Xth Russian-Chinese Symposium. Proceedings. Khabarovsk: Pacific National University, 2009. P. 471–474.
  5. Чигрин П.Г., Макаревич К.С. Каталитические свойства MoO3 допированного ионами меди // Международный симпозиум «Образование, наука и производство: проблемы, достижения и перспективы»: материалы международной научно-технической конференции «Современное материаловедение и нанотехнологии», Комсомольск-на-Амуре, 27-30 сентября 2010 года. Т. 1, С. 81–86.
  6. Chigrin P.G., Lebukhova N.V. Catalytic burning of carbonaceous materials over copper molybdate: soot and fullerene C60 combustion difference // Modern materials and technologies 2011: International Russian-Chinese Symposium. Proceedings. Khabarovsk: Pacific National University, 2011. Р. 127–132.
  7. Chigrin P.G., Lebukhova N.V., Makarevich K.S., Karpovich N.F. Soot deep oxidation catalyzed by copper molybdate // Modern materials and technologies 2011: International Russian-Chinese Symposium. Proceedings. Khabarovsk: Pacific National University, 2011. Р. 133–138.

Патенты:

  1. Пат. 2455069 Российская Федерация, МПК8 С1 B01J 37/025, С1 B01J 37/03, С1 B01D 53/94, С1 B01J 23/885, С1 B01J 21/06. Способ получения катализатора дожига дизельной сажи/ В.С. Руднев, Н.В. Лебухова, П.Г. Чигрин, И.В. Лукиянчук, К.С. Макаревич, Е.А. Кириченко; Владивосток. Институт химии ДВО РАН. Хабаровск Институт материаловедения ДВО РАН. №  2011106251/04; заявл. 17.02.2011; опубл. 10.07.2012, Бюл. № 19.

1 Оксидирование титановых пластин и проволок выполнено в лаборатории плазменно- электролитических процессов Института химии ДВО РАН.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.