WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Маляренко Тимофей Владимирович

ИЗУЧЕНИЕ СТРУКТУРЫ И БИОЛОГИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ АСТЕРОСАПОНИНОВ И ДРУГИХ ПОЛЯРНЫХ СТЕРОИДНЫХ СОЕДИНЕНИЙ МОРСКИХ ЗВЕЗД

02.00.10 – биоорганическая химия

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата химических наук

Владивосток – 2012

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Тихоокеанском институте биоорганической химии им. Г.Б. Елякова ДВО РАН

Научный консультант: доктор химических наук, старший научный сотрудник Кича Алла Анатольевна

Официальные оппоненты: Каминский Владимир Абрамович, доктор химических наук, профессор, Дальневосточный федеральный университет, профессор кафедры органической химии Школы естественных наук Бакунина Ирина Юрьевна, доктор химических наук, доцент, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Тихоокеанский институт биоорганической химии им. Г.Б. Елякова ДВО РАН, старший научный сотрудник

Ведущая организация: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Новосибирский институт органической химии им. Н.Н. Ворожцова СО РАН

Защита состоится « 29 » июня 2012 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета Д 005.005.01 при Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Тихоокеанском институте биоорганической химии им. Г.Б. Елякова ДВО РАН по адресу:

690022, г. Владивосток, проспект 100 лет Владивостоку, 159, ТИБОХ ДВО РАН. Факс:

(423) 231-40-50, e-mail: dissovet@piboc.dvo.ru

С диссертацией можно ознакомиться в филиале Центральной научной библиотеки ДВО РАН (г. Владивосток, проспект 100 лет Владивостоку, 159, ТИБОХ ДВО РАН).

Текст автореферата размещен на сайте www.piboc.dvo.ru Автореферат разослан « 28 » мая 2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, к.б.н. Черников О.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

АКТУАЛЬНОСТЬ ИССЛЕДОВАНИЯ. Стероидные гликозиды (сапонины) являются типичными метаболитами наземного происхождения, которые были выделены из различных видов высших растений. Так, хорошо известные сердечные гликозиды на протяжении долгого времени используются для лечения заболеваний сердца. В то же время данная группа соединений мало распространена в животном мире. Стероидные гликозиды были найдены в большинстве изученных видов морских звезд и совсем недавно в губках, кишечнополостных и некоторых рыбах. Все выделенные сапонины морского происхождения существенным образом отличаются от аналогичных метаболитов растений оригинальностью своих структур.

Класс иглокожих Asteroidea содержит разнообразные по своему химическому строению стероидные метаболиты. Наибольший интерес для исследователей представляют полярные стероидные соединения, к которым принято относить астеросапонины – олигогликозиды с пятью-шестью моносахаридными остатками, полигидроксистероиды, чаще всего имеющие от четырех до девяти гидроксильных групп, и гликозиды полигидроксистероидов (монозиды, биозиды, иногда триозиды).

Большинство изученных полярных стероидных соединений морских звезд имеет своеобразное химическое строение, что делает их структурное исследование интересной химической задачей. Несомненно, большое внимание исследователей к окисленным стероидным соединениям морских звезд связано не только с их уникальным химическим строением, но и с разнообразной биологической активностью, которую проявляет данная группа веществ. Например, недавно было показано, что некоторые стероидные гликозиды морских звезд в нетоксичных концентрациях препятствуют перерождению нормальных клеток в опухолевые (канцерпревентивный эффект) и тормозят образование колоний опухолевых клеток (противоопухолевый эффект). Также было установлено, что эти соединения могут проявлять нейротрофические и нейропротекторные свойства: усиливать нейритогенное действие фактора роста нервов (синергетический эффект), стимулировать регенерацию нервных волокон, способствовать выживанию нервных клеток в условиях кислородного голодания.

Первые работы по изучению строения полярных стероидных соединений морских звезд были осуществлены в Японии, а затем были продолжены в Европе (Италия, Испания) и России, однако в настоящее время основные исследования продолжаются в Азиатско-Тихоокеанском регионе: в нашей лаборатории (Лаборатория химии морских природных соединений ТИБОХ ДВО РАН им. Г.Б. Елякова), а также группами китайских, корейских, японских и вьетнамских коллег, чьи статьи по данной тематике публикуются в ведущих журналах мира.

Целью настоящей работы являлось изучение структуры и биологической активности астеросапонинов, как наиболее сложно устроенных полярных стероидных соединений морских звезд, а также других сопутствующих им полярных стероидных метаболитов. Знания, полученные в результате их изучения, способствуют дальнейшему развитию исследований в области структурной химии стероидных соединений, их экологической и биологической роли.

ЗАДАЧАМИ НАСТОЯЩЕЙ РАБОТЫ были:

- выделение индивидуальных астеросапонинов и других полярных стероидных соединений из четырех видов морских звезд: Hippasteria kurilensis, Diplasterias brucei, Asteropsis carinifera и Aphelasterias japonica;

- установление строения новых соединений, включая определение абсолютной стереохимии асимметрических центров и определение принадлежности к D- или L-ряду моносахаридных остатков;

- структурная идентификация известных ранее соединений, найденных в изучаемых морских звездах;

- изучение цитотоксической активности выделенных соединений и их влияния на рост колоний опухолевых клеток.

НА ЗАЩИТУ ВЫНОСЯТСЯ СЛЕДУЮЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ:

1. Морские звезды Hippasteria kurilensis, Diplasterias brucei, Asteropsis carinifera и Aphelasterias japonica являются богатым источником полярных стероидных соединений:

астеросапонинов, полигидроксистероидов и их гликозидов.

2. В морской звезде Hippasteria kurilensis найдены астеросапонины – гиппастериозиды А, B, C и D, которые содержат новую гексасахаридную цепь.

3. В морской звезде Diplasterias brucei найдены астеросапонины – дипластериозиды А и В, которые содержат новую пентасахаридную цепь.

4. В морской звезде Asteropsis carinifera обнаружены новые соединения: астеросапонин астеропсизид А, гликозиды полигидроксистероидов – кариниферозиды А, В, С, D, E и F и три полигидроксистероида: (24R,25S)-24-метил-5-холестан-3,6,8,15,16,26-гексаол, (22E,24R,25S)-24-метил-5-холест-22-ен-3,6,8,15,16,26-гексаол и (22E,24R,25S)-24метил-5-холест-22-ен-3,4,6,8,15,16,26-гептаол.

5. Некоторые полярные стероидные гликозиды морских звезд эффективно ингибируют рост колоний опухолевых клеток.

НАУЧНАЯ НОВИЗНА РАБОТЫ.

В ходе проведенной работы исследованы экстракты 4 видов морских звезд, собранных в разных районах Японского, Охотского и Южно-Китайского морей и моря Росса. Выделено 39 индивидуальных полярных стероидных соединений. С помощью спектральных методов и химических превращений установлено полное химическое строение 16 новых соединений (7 астеросапонинов, 6 гликозидов полигидроксистероидов и 3 полигидроксистероидов). Проведена структурная идентификация 23 известных веществ.

Показано, что некоторые из выделенных соединений имеют структурные фрагменты, которые ранее не встречались в стероидных метаболитах морских звезд. В частности, в астеросапонинах обнаружены новые углеводные цепи: -D-ксилопиранозил(13)--D-фукопиранозил-(12)--D-хиновопиранозил-(14)-[-D-хиновопиранозил(12)]--D-ксилопиранозил-(13)--D-хиновопиранозная гексасахаридная цепь и -Dфукопиранозил-(12)--D-галактопиранозил-(14)-[-D-хиновопиранозил-(12)]--Dхиновопиранозил-(13)--D-хиновопиранозная пентасахаридная цепь. Впервые проведено исследование влияния астеросапонинов и гликозидов полигидроксистероидов морских звезд на формирование колоний опухолевых клеток и показано, что некоторые полярные стероидные соединения эффективно ингибируют рост колоний этих клеток.

Практическое значение данного исследования состоит в развитии методов выделения и установления строения новых полярных стероидных метаболитов морских звезд. А новые данные о физиологической активности этих соединений открывают перспективы их дальнейшего исследования в качестве потенциальных противоопухолевых агентов.

АПРОБАЦИЯ РАБОТЫ. Материалы работы были представлены на I Региональной научной конференции «Исследования в области физико-химической биологии и биотехнологии» (ТИБОХ ДВО РАН, Владивосток, 2004); на X Международной молодежной Школе-конференции по актуальным проблемам химии и биологии (МЭС ТИБОХ ДВО РАН, 2006); на Российской конференции по иглокожим (Москва, 2011); на 9-ом Азиатско-Тихоокеанском симпозиуме по животным, растительным и микробиальным токсинам (Владивосток, 2011) и на 5-ом международном симпозиуме «Химия и химическое образование» (Владивосток, 2011).

ПУБЛИКАЦИЯ РЕЗУЛЬТАТОВ ИССЛЕДОВАНИЯ. По теме диссертации опубликовано 6 статей и 5 тезисов докладов.

СТРУКТУРА И ОБЪЕМ ДИССЕРТАЦИИ. Диссертация состоит из Введения, Литературного обзора, посвященного исследованию стероидных метаболитов морских звезд и их биологической активности, Обсуждения результатов, Экспериментальной части, Выводов и Списка цитируемой литературы. Работа изложена на 134 страницах, содержит 13 таблиц, 4 рисунка и 2 схемы. Список литературы включает 122 цитируемые работы.

Автор выражает искреннюю благодарность своему научному руководителю д.х.н.

Кича А.А. Также автор благодарит к.х.н. Иванчину Н.В. за помощь в проведении эксперимента и написании работы, д.х.н. Калиновского А.И. - за получение и помощь в интерпретации ЯМР спектров, к.х.н. Дмитренка П.С. - за получение масс-спектров, академика Стоника В.А. – за полезные научные консультации, к.х.н. Ермакову С.П. - за проведение экспериментов по определению биологической активности полученных веществ, к.б.н. Даутова С.Ш. (ИБМ ДВО РАН, Владивосток, Россия), к.б.н. Смирнова А.В. (ЗИН, Санкт-Петербург, Россия) и доктора Молло Э. (Институт биомолекулярной химии, Неаполь, Италия) - за видовое определение морских звезд.

ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ СОКРАЩЕНИЯ: ВЭЖХ – высокоэффективная жидкостная хроматография; ТСХ – тонкослойная хроматография на пластинках с закрепленным слоем; ГЖХ – газо-жидкостная хроматография; LSI-MS – масс-спектрометрия с ионизацией ускоренными ионами цезия; ESI-MS – электроспрей-ионизационная массспектрометрия; FAB-MS – масс-спектрометрия с бомбардировкой быстрыми атомами;

MALDI/TOF-MS – масс-спектрометрия с лазерной десорбцией/ионизацией, усиленной матрицей; ЯМР – ядерный магнитный резонанс; ХС – химический сдвиг; КССВ – константа спин-спинового взаимодействия; с – синглет, д – дублет, т – триплет, к – квартет, дд – дублет дублетов, дт – дублет триплетов, м – мультиплет, ш – широкий;

COSY – корреляционная спектроскопия; DEPT – неискаженное усиление переносом поляризации; НМВС – гетероядерная многополосная корреляция; HSQC – гетероядерная одноквантовая корреляция; NOE – ядерный эффект Оверхаузера; NOESY – спектроскопия ядерного эффекта Оверхаузера и обмена; ROESY – спектроскопия ядерного эффекта Оверхаузера во вращающейся системе координат; TOCSY – тотальная корреляционная спектроскопия; Н2ВС – гетероядерная двухсвязанная корреляционная спектроскопия.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ 1 Получение суммарных фракций полярных стероидных соединений из экстрактов морских звезд и выделение индивидуальных соединений Выделение индивидуальных соединений – это один из главных этапов на пути к структурному изучению стероидных метаболитов морских звезд. Однако получение индивидуальных компонентов является весьма трудной экспериментальной задачей. В подавляющем большинстве случаев данные соединения присутствуют в виде сложных смесей близких по строению веществ.

На первом этапе выделения морские звезды измельчали и экстрагировали этанолом. После чего полученные экстракты фильтровали и упаривали досуха. Для того чтобы избавиться от большого количества неорганических примесей использовали хроматографию на гидрофобных сорбентах: Полихроме 1 или Амберлите XAD-2.

На следующем этапе хроматографического разделения применяли многократную колоночную хроматографию на гидрофильном сорбенте – силикагеле. Во всех случаях выделения использовали ступенчатый градиент растворителей хлороформ-этанол, постепенно увеличивая полярность элюента. В некоторых случаях, когда требовалась дополнительная очистка полученных фракций, применяли колоночную хроматографию на другом гидрофильном сорбенте – флорисиле.

Третьим, завершающим этапом выделения, ведущим к получению индивидуальных соединений, была ВЭЖХ на обращенно-фазных полупрепаративных и аналитических колонках. В качестве элюента использовали системы водного этанола и водного метанола, иногда с добавлением ацетатного буфера для получения более четкого профиля элюции.

Ниже в качестве примера приведена схема выделения стероидных метаболитов из морской звезды Asteropsis carinifera (схема 1). В результате хроматографического разделения на колонках с Амберлитом XAD-2, силикагелем, флорисилом и ВЭЖХ на обращенной фазе было получено 28 индивидуальных полярных стероидных соединений, из них - 10 новых (астеропсизид А (11), кариниферозиды А-F (14-19) и стероидные полиолы 26-28) и 18 ранее известных соединений.

2 Установление строения астеросапонинов и других полярных стероидных соединений морских звезд 2.1 Астеросапонины из Hippasteria kurilensis Из этанольного экстракта морской звезды Hippasteria kurilensis Фишер, 1911 (отряд Valvatida, семейство Goniasteridae), собранной в Охотском море у побережья Курильских островов выделили новые астеросапонины – гиппастериозиды А (1), В (2), С (3) и D (4).

OH O 19 O Qui III + Na-O3SO Xyl I H3C H3C O O O HO HO HO O O O HO O OH Fuc O O HOH C O Qui I OH O OH O Xyl II O Qui II O H3C OH HO HOHO OH Этанольный экстракт (48.0 г) морских звезд Asteropsis carinifera Суммарная фракция Амберлит ХАD-полярных стероидных этанольный элюат соединений Силикагель КСК 50-160 мкм ступенчатый градиент СНСl3 : EtOH (4 : 1 1 : 6) Суммарные фракции полигидроксистероидов, гликозидов Флорисил (200-300 меш) полигидроксистероидов ступенчатый градиент и астеросапонинов СНСl3 : EtOH (5 : 1 1 : 2) Фракции, обогащенные полигидроксистероидами, гликозидами полигидроксистероидов и астеросапонинами Индивидуальные соединения:

кариниферозид А (5.0 мг), 65% EtOH ВЭЖХ на Диасфер 110-Сстероидный гексаол 26 (2.0 мг), стероидный гексаол 27 (1.5 мг) 65% EtOH 55% EtOH Фракции, обогащенные Фракции, обогащенные полигидроксистероидами астеросапонинами и гликозидами полигидроксистероидов Идивидуальные соединения:

стероидный гептаол 28 (1.2 мг), МеОН:Н2О:

кариниферозиды В (1.0 мг), 1М NH4OAc С (3.0 мг), D (3.5 мг), Е (0.7 мг) (75 : 24 : 1) и F (4.0 мг), ВЭЖХ на Discovery Cторнастерозид А (5.2 мг), регуларозид А (3.4 мг) МеОН:Н2О:1М NH4OAc (75 : 24 : 1) Фракции, обогащенные ВЭЖХ на Диасфер 110-Састеросапонинами 70% МеОН Астеропсизид А (2.2 мг) Схема 1 – Выделение стероидных метаболитов из Asteropsis carinifera.

(-)-HR-ESI-масс-спектр гликозида 1 содержал пик декатионизированной молекулы [M - Na]- с m/z 1373.6063, а (+)-ESI-масс-спектр содержал пик катионизированной молекулы [M + Na]+ с m/z 1419, что соответствовало молекулярной формуле C H O SNa. Спектральные данные ЯМР 1H, 13C и DEPT агликонной части соединения 62 101 были идентичны аналогичным значениям для регуларозида А, выделенного впервые из морской звезды Halitule regularis и найденного позже в олигогликозидных фракциях других видов морских звезд. В ЯМР спектрах присутствовали сигналы, характерные для стероидного ядра: двух ангулярных метильных групп ( 0.97 и 1.05; 13.3 и 19.1 м.д.), Н C 9(11)-двойной связи ( 5.26; 145.4, 116.5 м.д.), метиновой группы, связанной с H C сульфатной группой ( 4.89, 77.3 м.д.), и метиновой группы, связанной с H C олигосахаридной цепью ( 3.78, 80.4 м.д.). Кроме того, в ЯМР спектрах наблюдались H C сигналы одной третичной метильной группы ( 1.44, 23.4 м.д.), трех вторичных H C метильных групп ( 0.89, 0.90 и 0.97; 12.8, 19.1 и 20.2 м.д.), и 22(23)-эпоксигруппы [ H C H 2.87 (д, J = 2.3), 2.96 (дд, J = 2.2, 8.0); 64.3, 57.2 м.д.], которые были отнесены к боковой C цепи стероидного агликона. На основании этих данных мы предположили, что гликозид содержит в качестве агликона 22(23)-эпокси-24-метил-5-холест-9(11)-ен-3,6,20-триол с гликозидной связью при С-6 и O-сульфатной группой при С-3. Строение агликона соединения 1 было подтверждено 1H-1H COSY, HSQC, HMBC и NOESY экспериментами.

Абсолютная конфигурация асимметрических атомов углерода C-20, C-22, C-23 и C-была установлена как 20R,22R,23S,24S на основании сходства ЯМР сигналов боковой цепи гликозида 1 с аналогичными значениями для регуларозида А, в котором стереохимия боковой цепи 22R,23S,24S была определена сравнением с модельными соединениями и другими астеросапонинами, имеющими идентичный агликон. Следующие NOESY корреляции подтверждали стереохимию боковой цепи агликона: Н 3-21/H-12, H-17, Н 3-и H-22; H-22/H-16, Н 3-21, H-24 и H-25; H-23/H-17 и Н 3-21; H-24/H-22; H-25/H-23.

Дополнительно к упомянутым выше сигналам ЯМР 1Н спектр гликозида содержал в слабом поле сигналы шести аномерных протонов ( 4.79, 4.98, 5.33, 4.89, 5.H и 5.21 м.д.), связанные в спектре HSQC с соответствующими сигналами шести атомов углерода при 105.1, 104.4, 104.6, 101.4, 106.5 и 106.5 м.д. Вместе с масс-спектрами эти С данные свидетельствовали о наличии шести моносахаридных остатков в олигогликозидной цепи соединения 1. Значения констант спин-спинового взаимодействия (КССВ) аномерных протонов (7.0-8.0 Гц) соответствовали -конфигурации всех гликозидных связей. Дублеты метильных групп при 1.56, 1.75, 1.47 и 1.46 м.д. в ЯМР H Н спектре указывали на присутствие четырех остатков 6-дезоксигексоз. Сигналы атомов углерода терминальных моносахаридых остатков углеводной цепи в ЯМР 13С и DEPT спектрах гликозида 1 совпадали с соответствующими данными для остатков -Dксилопиранозы и -D-хиновопиранозы в спектрах известных астеросапонинов. Сигналы атомов углерода внутренних моносахаридных остатков хорошо согласовывались с соответствующими данными для 3-О-замещенной -D-хиновопиранозы, 2,4-ди-Озамещенной -D-ксилопиранозы, 2-О-замещенной -D-хиновопиранозы и 3-Озамещенной -D-фукопиранозы в ЯМР 13С спектре мартастерозида А.

Последовательность моносахаридных остатков в олигосахаридной цепи соединения была также подтверждена данными тандемной масс-спектрометрии. Так, спектр (-)-ESIMS/MS пика [M - Na]- с m/z 1373 содержал серию фрагментных пиков, соответствующих последовательному отщеплению моносахаридных остатков: m/z 1241 [(M - Na) - 132]- - отрыв ксилозы; 1227 [(M - Na) - 146]- - отрыв хиновозы; 1095 [(M - Na) - 132 - 146]- - отрыв ксилозы и хиновозы; 949 [(M - Na) - 132 - 2 146]- - отрыв ксилозы, хиновозы и фукозы; 803 [(M - Na) - 132 - 3 146]- - отрыв ксилозы, фукозы и двух хиновоз; 671 [(M - Na) - 2 132 - 3 146]- - отрыв двух ксилоз, фукозы и двух хиновоз; 507 [(M - Na) - 132 - 3 146 - 164]- - отрыв олигосахаридной цепи. Для определения моносахаридного состава и отнесения моносахаридов к D- или L-ряду был проведен кислотный гидролиз гликозида 1 с помощью трифторуксусной кислоты. Сумму моносахаридов, полученную после кислотного гидролиза, подвергали реакции гликозилирования с (R)-(-)-октанолом, затем ацетилировали и анализировали методом ГЖХ полученные ацетаты (–)-2октилгликозидов сравнением с соответствующими производными стандартных D- и Lмоносахаридов согласно методике, описанной Леонтейн с соавторами. В результате было установлено, что все моносахаридные остатки (ксилоза, фукоза и хиновоза), входящие в состав олигогликозидной цепи соединения 1, относятся к D-ряду. Сигналы всех протонов и атомов углерода углеводной цепи гликозида 1 были определены с помощью 1D и 2D ЯМР экспериментов, включая 1H-1H COSY, HSQC, TOCSY, HMBC и NOESY. Место присоединения олигосахаридной цепи к агликону и положения гликозидных связей в моносахаридных остатках соединения 1 были установлены с помощью HMBC и NOESY спектров (рис. 1). Так, в этих спектрах были видны следующие кросс-пики: H-1 (Qui I)/C6, Н-6 агликона; H-1 (Xyl I)/C-3, Н-3 (Qui I); H-1 (терминальная Qui II)/C-2, Н-2 (Xyl I); H1 (Qui III)/C-4, Н-4 (Xyl I); H-1 (Fuc)/C-2, Н-2 (Qui III) и H-1 (терминальная Xyl II)/C-3, Н-(Fuc). Таким образом, структура гиппастериозида А была установлена как 1.

Сравнение ЯМР 1H, 13C и DEPT спектров, а также тщательный анализ 2D ЯМР спектров гликозидов 1-4 показали, что олигосахаридная цепь и стероидное ядро соединений 1 и 2-4 идентичны.

OH H H H + Na-O3SO H O H3C O H HO HO O H OH H O H3C H O H O HO HO H H O O HO H O H H3C OH H H H3C OH H HO HO HO H O H O NOE H OH H HMBC (1H C) HO HO H Рисунок 1 – Основные NOESY и НМВС корреляции для углеводной цепи соединений 1-4.

(-)-HR-ESI-масс-спектр гиппастериозида В (2) содержал пик декатионизированной молекулы [M - Na]- с m/z 1359.5890, а (+)-ESI-масс-спектр - пик катионизированной молекулы [M + Na]+ с m/z 1405, что соответствовало молекулярной формуле C H O SNa.

61 99 Спектральные данные ЯМР 1H и 13C олигосахаридной цепи и стероидного агликона соединений 2 и 1 были близки, и отличались только отсутствием метильной группы при С-24 в боковой цепи агликона гликозида 2. Сигналы протонов и атомов углерода в спектрах ЯМР одной третичной метильной группы ( 1.44; 23.1 м.д.), двух вторичных H C метильных групп ( 0.93, 0.94; 22.4, 22.8 м.д.) и 22,23-эпоксигруппы [ 2.91 (д, J = H C H 2.4), 3.11 (тд, J = 2.3, 6.3); 65.6, 53.2 м.д.] свидетельствовали о присутствии в C соединении 2 20-гидрокси-22,23-эпоксихолестановой боковой цепи, найденной впервые в тенуиспинозиде А из морской звезды Coscinasterias tenuispina, а позже и в некоторых других астеросапонинах. Сигналы всех протонов и атомов углерода олигосахаридной цепи и агликона в гликозиде 2 были определены с помощью 2D ЯМР экспериментов: 1HH COSY, HSQC, HMBC и NOESY. Сигналы атомов углерода боковой цепи стероидного агликона в ЯМР 13C спектре гликозида 2 хорошо совпадали с соответствующими сигналами для тенуиспинозида А, в котором абсолютная конфигурация асимметрических центров С-20, С-22 и С-23 была установлена сравнением с синтезированными модельными соединениями. Поэтому мы предположили, что асимметрические атомы углерода в соединении 2 имеют 20R,22R,23S конфигурации, которые подтверждаются наличием кросс-пиков в NOESY спектре: Н 3-21/Н-12, Н-17, Н 3-18 и Н-22; Н-22/Н-16, Н17 и Н 3-21; Н-23/Н 3-21. В результате структура гиппастериозида В была определена как 2.

(-)-HR-ESI-масс-спектр гиппастериозида С (3) содержал пик декатионизированной молекулы [M - Na]- с m/z 1373.6062, а (+)-ESI-масс-спектр - пик катионизированной молекулы [M + Na]+ с m/z 1419, что соответствовало молекулярной формуле C H O SNa. Тщательное сравнение спектральных данных гликозидов 1 и 3 показало, 62 101 что оба соединения отличаются друг от друга только сигналами боковых цепей стероидных агликонов. Исходя из ЯМР 1H и 13C спектров, мы предположили, что гликозид 3 имеет 20-гидрокси-23-оксо-24-метилхолестановую боковую цепь с одной третичной метильной группой ( 1.58; 26.9 м.д.), тремя вторичными метильными группами ( H C H 0.82, 0.92 и 1.01 м.д.; 18.3, 21.1 и 11.8 м.д.), характерной метиновой группой [ 2.89 (д, C H J = 15.8), 2.69 (д, J = 15.8) м.д.; 53.3 м.д.] и 23-оксогруппой ( 215.7 м.д.). 1H-1H COSY, C C HSQC, HMBC и NOESY эксперименты подтвердили, что агликоном в соединении является известный агликон астеросапонинов – сульфатированный торнастерин В (3-Осульфат 24-метил-5-холест-9(11)-ен-23-он-3,6,20-триол). Отрицательный эффект Коттона ([] = - 7748) в КД спектре соединения 3 был близок соответствующим 2значениям для версикозидов В и С ([] = - 6028 и [] = - 6884 соответственно), 284 2имеющим 20S,24R-торнастерин В в качестве стероидного агликона, и отличался от соответствующего значения для акантагликозида F ([] = - 685), содержащего 20S,24S2торнастерин В в качестве агликона. Таким образом, была установлена 20S,24Rконфигурация асимметрических атомов углерода и структура гиппастериозида С была определена как 3.

(-)-HR-ESI-масс-спектр гиппастериозида D (4) содержал пик декатионизированной молекулы [M - Na]- с m/z 1345.5749, а (+)-ESI-масс-спектр - пик катионизированной молекулы [M + Na]+ с m/z 1391, что соответствовало молекулярной формуле C H O SNa.

60 97 Данные ЯМР спектров олигосахаридной цепи и стероидного агликона соединения хорошо согласовывались с соответствующими данными для гликозида 2 и отличались только отсутствием метиновой группы СН 2-24 в боковой цепи, что также подтверждалось разницей молекулярных масс между соединениями 2 и 4 в 14 а.е.м. Применение 2D ЯМР экспериментов (1H-1H COSY, HSQC, HMBC и NOESY) показало, что гликозид 4 содержит в качестве стероидного агликона 3-О-сульфат 22,23-эпокси-24-нор-5-холест-9(11)-ен3,6,20-триол, который ранее был обнаружен в астериозиде В из морской звезды Asterias amurensis. Сигналы атомов углерода боковой цепи в ЯМР 13С спектре соединения 4 были идентичны соответствующим сигналам для астериозида В. Что касается последнего гликозида, то 20R,22R,23S-конфигурации его асимметрических центров были установлены сопоставлением данных ЯМР с соответствующими данными модельных стероидных соединений, имеющих 22,23-транс- и 22,23-цис-эпокси-24-нор холестановые боковые цепи. Присутствие в спектре NOESY кросс-пиков Н 3-21/Н-12, Н-17, Н 3-18, Н-22; Н-22/Н16, Н-16, Н-17, Н 3-21, Н-25 и Н-25/Н-22 подтверждало стереохимию боковой цепи. Это позволило нам предположить, что асимметрические центры С-20, С-22 и С-23 гликозида имеют ту же конфигурацию 20R,22R,23S, что и в астериозиде В. В результате структура гиппастериозида D была определена как 4.

2.2 Полярные стероидные соединения из Diplasterias brucei Из этанольного экстракта морской звезды Diplasterias brucei (семейство Asteriidae, отряд Forcipulatida), собранной в 2000 г. у побережья моря Росса (залив Терра-Нова, Антарктика) в рамках Национальной Итальянской программы «Исследование Антарктиды» выделено два новых астеросапонина, дипластериозиды А (5) и В (6), и ранее известный астериидозид А (7). Кроме того, в нативном виде был выделен широко распространенный агликон астеросапонинов – 3-О-сульфат торнастерина А (8) и два ранее известных гликозида полигидроксистероидов – астериидозид Н (9) и астериидозид L (10).

Астеросапонины: дипластериозиды А (5), В (6) и астериидозид А (7). (–)-HRESI-масс-спектр дипластериозида А (5) содержал пик декатионизированной молекулы с m/z 1257.5587 [M – Na]–, а (+)-ESI-масс-спектр – пик катионизированной молекулы с m/z 1303 [M + Na]+, что соответствовало молекулярной формуле C H O SNa.

57 93 ROH O + Na-O3SO Gal Qui II OH OH H3C H3C 5 R1 = R2 = H O O O HO O O O HO HO 6 R1 = H, R2 = CHOH O O Qui I OH O O OH OH OH Fuc O H3C Qui III H3C 7 R1 =, R2 = H HO HO OH R1O HO Gal OH ЯМР 1H и 13C спектры агликонной части гликозида 5 были близки соответствующим спектрам астериидозида А, имеющего широко распространенный для астеросапонинов агликон – 3-О-сульфат торнастерина А. Так, ЯМР спектры 5 содержали сигналы двух ангулярных метильных групп ( 1.01, 0.96; 13.3, 19.1 м.д.), 9(11)Н C двойной связи ( 5.23; 145.3, 116.4 м.д.), метиновой группы, связанной с сульфатной H C группой ( 4.91, 77.3 м.д.), и метиновой группы, связанной с олигосахаридной цепью H C ( 3.79, 80.3 м.д.), характерные для стероидного ядра астеросапонинов. Среди H C сигналов, относящихся к боковой цепи агликона, наблюдались сигналы третичной метильной группы ( 1.57, 26.8 м.д.), двух вторичных метильных групп ( 0.89, 0.90;

H C Н 22.3, 22.4 м.д.), двух метиленовых групп ( 2.79 и 2.62, 2.45 и 2.27; 54.6, 53.8 м.д.), C Н C одной метиновой группы ( 2.20; 24.1 м.д.), третичного атома углерода, связанного с Н C гидроксильной группой ( 73.4 м.д.), и карбонильного атома углерода ( 211.6 м.д.). 1HC C H COSY, HSQC, HMBC и ROESY ЯМР эксперименты позволили определить сигналы всех протонов и атомов углерода стероидного ядра и боковой цепи агликона. 20S конфигурация асимметрического центра была определена на основании значения ХС синглета протонов CH 3-21 при 1.57 м.д. и подтверждена наличием кросс-пиков H H 321/H-12 и H-22/H-16 в ROESY спектре. На основании полученных данных было установлено, что агликоном дипластериозида А является известный 3-О-сульфат (20S)-5холест-9(11)-ен-23-он-3,6,20-триол (сульфат торнастерина А).

В ЯМР 1H спектре гликозида 5 наблюдались сигналы пяти аномерных протонов при 4.81, 4.89, 4.91, 4.93 и 5.21 м.д., связанные в спектре HSQC с пятью сигналами H атомов углерода при 104.8, 103.0, 103.6, 107.0 и 104.9 м.д. соответственно. Вместе с C масс-спектрами это свидетельствовало о наличии в углеводной цепи соединения 5 пяти остатков гексоз. Значения констант спин-спинового взаимодействия (КССВ) аномерных протонов (7.4-7.8 Гц) указывали на -конфигурации всех гликозидных связей. Четыре дублета метильных групп при 1.43, 1.58, 1.73 и 1.79 м.д. в ЯМР 1H спектре H свидетельствовали о присутствии четырех 6-дезоксигексозных остатков. Анализ ЯМР 13C спектров дипластериозида А показал, что в углеводной цепи имеются два терминальных остатка: -D-фукопираноза и -D-хиновопираноза, а также остатки 3-О-замещенной -Dхиновопиранозы, 2,4-ди-О-замещенной -D-хиновопиранозы и 2-О-замещенной -Dгалактопиранозы. Сравнение химических сдвигов атомов углерода в ЯМР 13C спектрах 5 и 7 показало, что пентаозид 5 отличается от гексаозида 7 отсутствием терминального остатка -D-галактопиранозы, о чем свидетельствуют сдвиг в сильное поле сигнала С-( 75.1 м.д. по сравнению с 84.1 м.д.) и в слабое поле сигналов С-2 и С-4 ( 73.6 м.д. по С С сравнению с 71.6 м.д. и 72.3 м.д. по сравнению с 71.8 м.д. соответственно) остатка -DС фукопиранозы в соответствии с - и -эффектами дегликозилирования.

Последовательность моносахаридов в углеводной цепи была подтверждена методом ESIмасс-спектрометрии. Так, (-)-ESI-MS/MS спектр пика с m/z 1257 соединения 5 содержал пики с m/z 1011 [(M – Na) – 100 – 146]–, 865 [(M – Na) – 100 – 2 146]–, соответствующие потере одного и двух остатков дезоксигексозы, пики с m/z 849 [(M – Na) – 100 – 146 – 162]–, 703 [(M – Na) – 100 – 2 146 – 162]–, 557 [(M – Na) – 100 – 3 146 – 162]–, соответствующие последовательной потере остатков гексозы и одного, двух и трех остатков дезоксигексоз, а также пик с m/z 393 [(M – Na) – 100 – 3 146 – 162 – 164]–, соответствующий потере углеводной цепи. D-конфигурация всех моносахаридов (хиновозы, галактозы и фукозы) была определена по методике, описанной ранее для соединений 1-4. Сигналы всех протонов и атомов углерода олигосахаридной цепи соединения 5 были определены с помощью 1D и 2D ЯМР экспериментов, включая 1H-1H COSY, HSQC, TOCSY, HMBC и ROESY. Место присоединения углеводной цепи в молекуле и позиции гликозидных связей между моносахаридными остатками гликозида были подтверждены HMBC и ROESY спектрами, содержащими кросс-пики H-1 (Qui I)/C6, Н-6 агликона; H-1 (Qui II)/C-3, Н-3 (Qui I); H-1 (Gal)/C-4, Н-4 (Qui II); H-1 (Fuc)/C-2, Н-(Gal) и H-1 (Qui III)/C-2, Н-2 (Qui II). На основании полученных данных структура дипластериозида А была установлена как 5.

В (–)-HR-ESI-масс-спектре дипластериозида В (6) присутствовал пик декатионизированной молекулы с m/z 1271.5739 [M – Na]–, а в (+)-ESI-масс-спектре – пик катионизированной молекулы с m/z 1317 [M + Na]+, что соответствовало молекулярной формуле C H O SNa. ЯМР 1Н и 13С спектры гликозида 6 были близки спектрам 58 95 гликозида 5, что свидетельствовало о присутствии в дипластериозиде В аналогичного стероидного ядра и углеводной цепи, и отличались только наличием дополнительной метильной группы при С-24 в боковой цепи агликона. В ЯМР спектрах гликозида наблюдались сигналы, относящиеся к его боковой цепи, а именно, сигналы третичной метильной группы ( 1.57, 27.0 м.д.), трех вторичных метильных групп ( 0.90, 0.81, H C Н 1.01; 21.1, 18.5, 12.3 м.д.), одной метиленовой группы ( 2.78; 53.4 м.д.), двух C Н C метиновых групп ( 2.39, 2.00; 53.9, 29.8 м.д.), третичного атома углерода, связанного Н C с гидроксильной группой ( 73.6 м.д.), и карбонильного атома углерода ( 215.9 м.д.).

C C H-1H COSY, HSQC, HMBC и ROESY эксперименты позволили определить сигналы всех протонов и атомов углерода в молекуле и установить, что агликоном гликозида 6 является известный 3-О-сульфат (20S)-24-метил-5-холест-9(11)-ен-23-он-3,6,20-триол (сульфат торнастерина В). Как было описано выше для соединений с такой боковой цепью абсолютная конфигурация С-24 устанавливается на основании КД спектров: в случае 24Rизомера наблюдается сильный отрицательный эффект Коттона, а в случае 24S-изомера наблюдается только слабый отрицательный эффект Коттона. В КД спектре 6 в области 260-300 нм нам не удалось зафиксировать эффект Коттона, поэтому мы предположили для него 24S-конфигурацию. Таким образом, структура дипластериозида В была установлена как 6.

Астериидозид А (7) был структурно идентифицирован сравнением спектров ЯМР 1 Н и С и масс-спектров с соответствующими данными для этого соединения, опубликованными в литературе.

3-О-Сульфат торнастерина А (8), астериидозиды Н (9) и L (10). В результате анализа ЯМР 1Н спектров соединения 8, а также данных (–)-MALDI/TOF-масс-спектра было установлено, что выделенное соединение является нативным агликоном астеросапонинов – 3-О-сульфатом торнастерина А.

O HO O OH + Na-O3SO + Na-O3SO OH O OH OH OH OH + O Na-O3SO HO O HO O HO O OH HO OH OH OH OH 9 Структуры соединений 9 и 10 были определены с помощью ЯМР 1Н и 13С спектров, включая 2D ЯМР эксперименты (1Н-1Н COSY, HSQC, NOESY, HMBC), данных (+)- и (–)MALDI/TOF-масс-спектров, а также сравнением полученных нами результатов с данными, опубликованными в литературе.

2.3 Полярные стероидные соединения из Asteropsis carinifera Из этанольного экстракта морской звезды Asteropsis carinifera Lamarck, 18(семейство Asteropseidae, отряд Valvatida), собранной у побережья Вьетнама, выделили новый астеросапонин астеропсизид А (11) и два ранее известных астеросапонина – регуларозид А (12) и торнастерозид А (13). Также было выделено двенадцать гликозидов полигидроксистероидов – шесть новых биозидов, кариниферозидов А-F (14-19), и шесть известных гликозидов, халитулозидов А, В, D и Е (20-23), найденных ранее в морской звезде Halityle regularis, 6-О-сульфата халитулозида А (24) и 4-О-метил аналога соединения 24 (25), найденных ранее в морской звезде Nardoa tuberculata. Кроме того, из A. carinifera также было выделено тринадцать полигидроксистероидов, включая три новых: (24R,25S)-24-метил-5-холестан-3,6,8,15,16,26-гексаол (26), (22E,24R,25S)-24метил-5-холест-22-ен-3,6,8,15,16,26-гексаол (27) и (22E,24R,25S)-24-метил-5холест-22-ен-3,4,6,8,15,16,26-гептаол (28), и десять ранее известных соединений 2938.

Астеросапонины: астеропсизид А (11), регуларозид А (12) и торнастерозид А (13). В (-)-HR-ESI-масс-спектре астеропсизида А (11) присутствовал пик декатионизированной молекулы с m/z 1225.5287 [M - Na]-, а (+)-HR-ESI-масс-спектр содержал пик катионизированной молекулы с m/z 1271.5085 [M + Na]+, что соответствовало молекулярной формуле C H O SNa.

57 93 R11 R1 = (1), R2 = A 12 R1 = (2), R2 = B 13 R1 = (1), R2 = C + Na-O3SO ORGal Xyl OH OH H3C O O O O HO OHO O HO OH O O A Qui I (1) O O OH OH OH H3C H3C O Fuc Qui II HO B HO HO OH Qui II Qui I OH OH H3C H3C O O O HO HO C O O HO HO O OH O O Glc (2) O O OH OH H3C H3C HO Fuc Qui III HO HO OH Спектры ЯМР 1H и 13C агликонной части гликозида 11 содержали химические сдвиги протонов и атомов углерода двух ангулярных метильных групп ( 0.54, 0.94 м.д.;

H 12.5, 19.0 м.д.), 9(11)-двойной связи ( 5.22 м.д.; 145.9, 116.1 м.д.), одной метиновой C H C группы ( 4.88 м.д., 77.2 м.д.), связанной с O-сульфогруппой, и одной метиновой H C группы ( 3.76 м.д., 80.3 м.д.), связанной с олигосахаридной цепью, которые H C характерны для стероидного ядра астеросапонинов. Исходя из спектральных данных, мы предположили, что в боковой цепи агликона присутствуют три метильные группы ( 2.H (с), 2 0.93 (д) м.д.; 20.6, 2 22.5 м.д.), одна метиленовая группа ( 2.36 м.д., 53.C H C м.д.), одна 23-оксогруппа ( 200.3 м.д.), находящаяся в ,-положении по отношению к C двойной связи 20(22) ( 6.22 м.д.; 157.1, 124.2 м.д.). Эти данные хорошо H C согласовывались с соответствующими значениями для известного агликона (20Е)-5холеста-9(11),20(22)-диен-23-он-3,6-диола с гликозидной связью при С-6 и сульфатной группой при С-3, найденного в астеросапонине хилодозиде А. Применение 2D ЯМР экспериментов, включая 1H-1H COSY, HSQC, HMBC и ROESY позволило определить сигналы всех протонов и атомов углерода в агликоне гликозида 11. На основании спектров 1H-1H COSY и HSQC установили последовательности протонов при атомах углерода С-1 - С-8, С-11 - С-12, С-8 - С-17 через С-14, С-17 - С-21 и С-24 - С-26, С-27.

Присутствие кросс-пика Н-22/Н-16 в спектре ROESY и химический сдвиг атома углерода С-17 при 59.7 м.д. ( 51.2 м.д. при (20Z)- и 59.1 м.д. при (20E)-20(22)-двойной связи в C C холестановой боковой цепи) свидетельствовали о Е-конфигурации 20(22)-двойной связи в соединении 11.

Спектр ЯМР 1Н гликозида 11 содержал сигналы пяти аномерных протонов при Н 4.78, 4.96, 4.95, 4.83 и 5.30 м.д., связанные в спектре HSQC с пятью сигналами атомов углерода при 105.1, 104.5, 102.3, 107.1 и 104.6 м.д. соответственно. Эти данные С свидетельствовали о наличии в молекуле соединения 11 углеводной цепи, состоящей из пяти моносахаридных остатков, связанных друг с другом и агликоном -гликозидными связями (КССВ от 7.5 до 7.8 Гц). В спектре ЯМР 1H присутствовали дублеты метильных групп при 1.57, 1.44, 1.76 м.д., указывающие на наличие в 11 трех остатков 6H дезоксигексоз. Химические сдвиги и КССВ протонов H-1 – H-5 остатков хиновозы, ксилозы, галактозы и H-1 – H-4 остатка фукозы были определены на основании анализа 1D TOCSY спектров при облучении аномерных протонов, а протонов Н-5 остатка фукозы - при облучении протонов дезоксигруппы. Эксперименты ЯМР 1H-1H COSY, HSQC, HMBC и ROESY позволили установить сигналы всех протонов и атомов углерода олигосахаридной цепи гликозида 11. В спектре ЯМР 1Н гликозида 11 протоны Н-2 и Н-остатка Qui II давали один мультиплет при 4.06 м.д., коррелирующий в спектре HSQC c H двумя сигналами атомов углерода при 76.1 и 76.5 м.д. Для уточнения значения С сигналов атомов углерода С-2 и С-3 в остатке Qui II применили методику H2BC. На основании наличия H2BC взаимодействия аномерного протона H-1 ( 5.30 м.д.) с H соседним атомом углерода С-2 значение его химического сдвига было установлено как C 76.1 м.д. Полученные спектральные данные для моносахаридных остатков хорошо согласовываются с соответствующими данными для терминальных остатков -Dфукопиранозы и -D-хиновопиранозы, внутренних остатков 3-О-замещенной -Dхиновопиранозы, 2,4-ди-О-замещенной -D-ксилопиранозы, и 2-О-замещенной -Dгалактопиранозы, входящих в состав олигогликозидной цепи известного астеросапонина торнастерозида А. Масс-спектрометрические данные также подтверждали строение углеводной части гликозида 11. Так, в тандемном масс-спектре ESI иона [M - Na]- с m/z 1225 наблюдались фрагментные пики с m/z 1079 [(M - Na) - дезоксигексоза]-, 933 [(M - Na) - 2 дезоксигексоза]-, 917 [(M - Na) - дезоксигексоза - гексоза]-, 771 [(M - Na) - 2 дезоксигексоза - гексоза]-, 639 [(M - Na) - 2 дезоксигексоза - гексоза - пентоза]-, 4[(M - Na) - углеводная цепь]-, соответствующие последовательному отрыву моносахаридных остатков в олигосахаридной цепи. Следующие ROESY и HMBC корреляции подтвердили положения гликозидных связей в моносахаридных остатках и место присоединения олигосахаридной цепи к агликону в гликозиде 11: H-1 (Qui I)/H-6 и С-6 агликона, H-1 (Xyl)/H-3 и C-3 (Qui I), H-1 (Qui II)/H-2 и C-2 (Xyl), H-1 (Gal)/H-4 и С-(Xyl), H-1 (Fuc)/C-2 (Gal). Таким образом, на основании имеющихся данных строение астеропсизида А определили как 11.

Кариниферозиды А-F (14-19) и другие гликозиды полигидроксистероидов (2025). В (+)-HR-ESI-масс-спектре кариниферозида А (14) присутствовал пик катионизированной молекулы с m/z 811.6129 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле C H O. ЯМР 1H, 13C и DEPT спектры гликозида 14 показали наличие 41 атома 41 72 углерода, в том числе пяти метильных, 12 метиленовых и 19 метиновых групп, двух четвертичных атомов углерода, одного третичного атома углерода, связанного с кислородом и двух метоксильных групп.

HO HO HO OCHO R2O O O HO O H3CO O O HO O O OROCHOH OH OH 17, OH OH OH O O OH OH H3CO O HO O HO HO OCHROH R1 OR17 R1 = R2 = H, R3 = CH14 R1 = H, R2 = CH18 R1 = R2 = R3 = H 15 R1 = R2 = H, 19 R1 = OH, R2 = SO3-Na+ 16 R1 = OH, R2 = CHHO HO HO HO HO O O R1O HO OH HO O O HO O O O O R2O O O O HO O OCHOCHOCHOH OH OH OH OH OH OH OH HO HO HO R1 OH HO OSO3-Na+ ROH 24 R1 = H 20 R1 =OH 22 R1 = OH, R2 = H 21 R1 = H 23 R1 = H, R2 = CH25 R1 = CHВ ЯМР 1H спектре соединения 14 в слабом поле наблюдались сигналы двух аномерных протонов 4.36 и 4.71 м.д. (обе КССВ 6.9 Гц), которые в HSQC эксперименте H коррелировали с сигналами двух атомов углерода при 103.6 и 104.4 м.д.

C соответственно. (+)-ESI-MS/MS спектр иона [M + Na]+ с m/z 811 содержал фрагментные пики, соответствующие потере ди-О-метилпентозы с m/z 651 [(M + Na) – С H O ]+ и 7 12 одновременной потере ди-О-метилпентозы и пентозы с m/z 519 [(M + Na) – С H O – 7 12 С H O ]+. Вместе с ЯМР спектрами эти данные позволили выявить присутствие в 5 8 гликозиде 14 гексагидроксистигмастанового скелета и двух моносахаридных остатков, связанных друг с другом и с агликоном -гликозидными связями. Сравнение данных ЯМР 1 H и C спектров соединения 14 с соответствующими данными халитулозида В (21), содержащего 3,6,8,15,16,29-гексагидроксистигмастановый агликон с 2-Озамещенной -D-ксилопиранозой при С-29, выявило полную идентичность данного структурного фрагмента в обоих соединениях. Сигналы протонов и атомов углерода, а также КССВ протонов второго моносахаридного остатка совпадали с соответствующими значениями для 2,4-ди-О-метил--ксилопиранозного остатка. Эксперименты ЯМР 1H-1H COSY, HSQC и HMBC позволили установить сигналы всех протонов и атомов углерода гликозида 14 (рис. 2). D-конфигурация моносахаридов (ксилозы и 2,4-ди-О-метилксилозы) была определена по методике, описанной ранее для соединений 1-4. Положение гликозидной связи между моносахаридными остатками и место присоединения углеводной цепи к агликону было определено с помощью HMBC спектра, который содержал следующие кросс-пики: Н-1 (Xyl)/C-29 агликона и Н-1 (2,4-ди-О-Ме-Xyl)/С-(Xyl). Ранее сообщалось, что между сигналами С-26 и С-27 для (24R)-29C гидроксистероидов составляет 1.1-1.4 м.д., а для (24S)-29-гидроксистероидов она равна 0.1-0.4 м.д. В соединении 14 между сигналами С-26 и С-27 составляет 0.9 м.д., что C позволило нам отнести его к 24R-изомеру. Таким образом, структура кариниферозида А была определена как 14.

O O HO O HO HO HO HO HO O O O O O O H3CO HO O O O HO HO HO HO OCHOCHOCHOH OH OH OH OH OH OH OH OH HO HO HO OH OH OH OH OH HOH2C HO HO OHO OCHOCHO O O O O H3CO O H3CO O H3CO O O HO O HO HO O OCHOCHOH OH OH OH OH OH OH HO HO HO OH OSO3-Na+ OH OH - HMBC - 1H-1H COSY Рисунок 2 – 1H-1H COSY и HMBC эксперименты для кариниферозидов А-F (14-19).

В (+)-HR-ESI-масс-спектре кариниферозида В (15) присутствовал пик катионизированной молекулы с m/z 795.4500 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле C H O. Подробное сравнение данных ЯМР 1H и13C спектров соединения 15 и 40 68 халитулозида В (21), показало, что гликозид 15 отличается от 21 только присутствием 22(23)-двойной связи ( 5.54 и 5.22; 140.1 и 130.7) в боковой цепи агликона. Кроме H C того, J = 15.0 Гц указывала на транс-конфигурацию 22(23)-двойной связи.

Последовательность протонов от Н-17 до Н-29 в боковой цепи агликона и соответствующих атомов углерода была определена при помощи 1H-1H COSY, HSQC и HMBC экспериментов. Разница между ХС протонов Н H 3-26 и Н 22E-(24R)-243-27 в гидроксиэтилстероидах составляет 0.05 м.д., в то время как для 24S-изомеров она составляет 0.02 м.д. Наблюдаемое значение между сигналами протонов Н H 3-26 и Н 3-соединения 15 составляло 0.05 м.д., что позволило нам отнести его к 24R-изомеру. Таким образом, кариниферозиду В было приписано строение 15.

В (+)-HR-ESI-масс-спектре кариниферозида С (16) присутствовал пик катионизированной молекулы с m/z 827.4767 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле С Н О. Данные ЯМР гликозида 16 показали хорошее сходство с гликозидом 41 72 14, однако соединение 16 содержало дополнительную 4-гидроксильную группу ( 4.25, H шс; 69.0) в кольце А стероидного ядра, что также согласовывалось с разницей в C молекулярных массах в 16 а.е.м. между 16 и 14. Сигналы протонов и атомов углерода, а также КССВ протонов стероидного ядра были отнесены с помощью 2D ЯМР экспериментов и хорошо совпадали с соответствующими данными для халитулозида А (20), имеющего в качестве агликона 29-О-гликозилированный 24-этил-5-холестан3,4,6,8,15,16,29-гептаол. На основании этих данных структура кариниферозида С (16) была определена как 4-гидроксипроизводное гликозида 14.

В (+)-HR-ESI-масс-спектре кариниферозида D (17) присутствовал пик катионизированной молекулы с m/z 781.4713 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле С Н О. 1D и 2D ЯМР данные гликозида 17 показали, что кариниферозид D 40 70 близок по химическому строению к ореастерозиду Е из морской звезды Oreaster reticulatus и имеет аналогичный 3,6,8,15,24-пентагидрокси-5-холестановый агликон с 2-замещенным 3-O-метил--арабинофуранозным остатком при С-24 стероидного агликона. Сигналы протонов и атомов углерода, а также КССВ протонов терминального моносахаридного остатка в соединении 17 хорошо совпадали с соответствующими значениями для остатка 2,4-ди-O-метил-ксилопиранозы в гликозиде 14. Отнесение к D- или L-ряду моносахаридных остатков кариниферозида D проводилось аналогично гликозиду 14. В результате было установлено, что остаток 3-O-метил-арабинофуранозы относится к L-ряду, а остаток 2,4-ди-O-метил-ксилопиранозы - к D-ряду. 24Sконфигурация была предложена на основании сходства данных ЯМР боковой цепи гликозида 17 с данными ореастерозида Е, халитулозидов D (22) и E (23) и других 24-Огликозилированных стероидных соединений из морских звезд. Наличие (12) гликозидной связи между моносахаридными остатками и место присоединения углеводной цепи к агликону были определены из НМВС спектра, содержащего кросспики между Н-1 (3-O-Me-Ara) и С-24 агликона, H-1 (2,4-ди-O-Me-Xyl) и C-2 (3-O-Me-Ara).

Таким образом, структура кариниферозида D была определена как 17.

В (+)-HR-ESI-масс-спектре кариниферозида Е (18) присутствовал пик катионизированной молекулы c m/z 767.4548 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле С Н О. Данные 1D и 2D ЯМР спектров и масс-спектров показали, что 39 68 гликозид 18 отличается от 17 только отсутствием О-метильной группы при С-терминального ксилопиранозного остатка. Таким образом, кариниферозиду Е была приписана структура 18.

В (+)-HR-ESI-масс-спектре кариниферозида F (19) присутствовал пик катионизированной молекулы c m/z 927.3966 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле С Н О SNa. ХС протонов и атомов углерода, а также КССВ протонов агликона 41 70 и одного моносахаридного остатка гликозида 19 хорошо согласовывались с соответствующими данными для акодонтастерозида А из морской звезды Acodontaster conspicuus, имеющего 6-O-сульфат (24R)-5-холест-22-ен-3,4,6,8,15,28-гексаол в качестве агликона с остатком 2-замещенной -D-галактофуранозы при С-28. Трансконфигурация 22(23)-двойной связи следовала из значения КССВ протонов Н-22 и Н-23 (J = 15.3 Гц). На основании анализа данных 1H-1H COSY, HSQC и HMBC экспериментов было установлено, что остаток терминальной 2,4-ди-O-метил--D-ксилопиранозы связан с остатком -D-галактофуранозы (12) гликозидной связью. Таким образом, структура кариниферозида F была определена как 19.

Известные гликозиды, халитулозиды А, В, D и Е (20-23), 6-О-сульфат халитулозида А (24) и 4-О-метил аналог соединения 24 (25), идентифицировали сравнением спектров ЯМР 1H и 13C с соответствующими данными для этих соединений, опубликованными в литературе.

Полигидроксистероиды. В (+)-HR-ESI-масс-спектре соединения 26 присутствовал пик катионизированной молекулы с m/z 505.3466 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле С Н О. В спектрах ЯМР 13C и DEPT стероида 26 наблюдались 28 50 сигналы 28 атомов углерода, включая сигналы пяти метильных групп, девяти метиленовых, одиннадцати метиновых групп и двух четвертичных атомов углерода, причем сигналы шести атомов углерода при 66.9, 67.4, 71.2, 72.2, 72.7 и 77.2 м.д. были С связаны с атомами кислорода.

OH OH OH OH OH OH OH OH OH OH HO HO R OH 26 R = H HO OH 27 R = H, OH 28 R = OH, OH OH OH OH OH OH OH OH OH R OH HO OH HO HO R OH RR OH 31 R = H, 34 R = H, R1 = OH 37 R = OH 32 R = OH 35 R = H, R1 = OH 38 R = OH 33 R = OH, 36 R = OH, R1 = OH Химические сдвиги атомов углерода, характеристических протонов и константы спин-спинового взаимодействия протонов стероидного ядра в спектрах ЯМР 1Н и 13С соединения 26 практически совпадали с соответствующими сигналами 5-холестан3,6,8,15,16,26-гексаола из морской звезды Halityle regularis. ХС атомов углерода боковой цепи стероида 26 были близки аналогичным значениям в спектре ЯМР 13C цертонардостерина М из морской звезды Certonardoa semiregularis, имеющего 24-метил26-гидроксихолестановую боковую цепь. 1H-1H COSY, HSQC и HMBC ЯМР эксперименты позволили установить сигналы всех протонов и атомов углерода в соединении 26 и подтвердили присутствие в нем гидроксигрупп в положениях 3,6,8,15 и 16 стероидного ядра и 26-гидрокси-24-метилхолестановой боковой цепи.

20R-Конфигурация асимметрического центра была определена на основании ХС протонов СН 3-21 при 0.93 м.д. ( 0.90-0.96 м.д. для 20R-стероидов). Так как в боковой H цепи стероида 26 имеются еще два асимметрических центра С-24 и С-25, для него возможны четыре стереоизомера по боковой цепи, два из которых относятся к паре треоизомеров, а другие два - к паре эритро-изомеров. Согласно литературным данным для синтетических 26-гидрокси-24-метилстероидов, данные стереоизомеры отличаются друг от друга ХС атомов углерода С-24, С-27 и С-28, и протонов СН 3-27 и СН 3-28. Значения ХС атомов углерода С-24 при 35.0 м.д., С-27 при 12.1 м.д. и С-28 при 14.7 м.д., а C C C также ХС протонов СН 3-27 при 0.81 м.д. и СН H 3-28 при 0.80 м.д. соответствовали H трео-конфигурации; при эритро-конфигурации эти сигналы в спектрах должны были быть сдвинуты в более слабое поле. Для определения абсолютной конфигурации асимметрического центра С-25, и, как следствие – С-24, обработкой соединения реагентом Мошера был получен R-(+)-MTPA эфир соединения 26. Известно, что сигналы протонов Н-26 и Н-26 в спектре ЯМР 1Н 25S-изомера R-(+)-МТРА эфира сближены по сравнению с этими сигналами в спектре 25R-изомера соответствующего производного. В ЯМР 1Н спектре R-(+)-МТРА эфира соединения 26 ХС протонов Н-26 и Н-26 составляли 4.24 и 4.19 м.д. ( 0.05 м.д.), (при 25S-конфигурации сигналы протонов Н-26 и Н-Н наблюдались в виде широкого дублета при 4.23 м.д., а при 25R-конфигурации – при Н Н 4.34 и 4.14 м.д. ( 0.2 м.д.)), что указывало на S-конфигурацию асимметрического центра С-25 и, следовательно, R-конфигурацию асимметрического центра С-24. В результате соединению 26 было приписано строение (24R,25S)-24-метил-5-холестан3,6,8,15,16,26-гексаола.

В (+)-HR-ESI-масс-спектре соединения 27 присутствовал пик катионизированной молекулы с m/z 503.3340 [M + Na]+, соответствующий молекулярной формуле С Н О.

28 48 Сравнение ХС атомов углерода, протонов и соответствующих КССВ в спектрах ЯМР 1H и C соединений 26 и 27 показало, что оба соединения имеют идентичное 3,6,8,15,16пентагидроксистероидное ядро. Однако, в отличие от стероида 26, спектры ЯМР соединения 27 содержали сигналы двойной связи в боковой цепи ( 136.6 и 134.4 м.д.; С H 5.46 и 5.41 м.д.), а молекулярный вес соединения 27 был на две единицы массы меньше.

H-1H COSY, HSQC и HMBC ЯМР эксперименты позволили определить сигналы всех протонов и атомов углерода стероидного ядра и боковой цепи агликона. На основании полученных данных было установлено, что в стероиде 27 имеется 26-гидрокси-24метилхолестановая боковая цепь с 22(23)-двойной связью. Величина КССВ J = 15.4 Гц 22,указывала на транс-конфигурацию 22(23)-двойной связи.

20R-Конфигурация асимметрического центра была определена на основании ХС протонов СН при 1.03 м.д. ( 1.04 м.д. для 20R-22-стероидов). Определение 3-Н Н стереохимии боковой цепи стероида 27 проводили аналогичным образом, как и для соединения 26. Значения ХС атомов углерода С-24 при 40.8 м.д., С-27 при 14.6 м.д. и С С С-28 при 17.7 м.д., и ХС протонов СН С 3-27 при 0.87 м.д. и СН Н 3-28 при 0.94 м.д.

Н соответствовали 24R,25S-трео-конфигурации 22-24-метил-26-гидроксихолестановой боковой цепи. В ЯМР 1Н спектре R-(+)-MTPA-производного соединения 27 ХС протонов Н-26 и Н-26 составляли 4.29 и 4.20 м.д. ( 0.09 м.д.), (при 25S-конфигурации сигналы Н протонов Н-26 и Н-26 наблюдались при 4.31 и 4.19 м.д. ( 0.12 м.д.), а при 25RН конфигурации – при 4.38 и 4.13 м.д. ( 0.25 м.д.)), что подтверждало S-конфигурацию Н асимметрического центра С-25 и, следовательно, R-конфигурацию асимметрического центра С-24. На основании полученных данных стероиду 27 было приписано строение (22E,24R,25S)-24-метил-5-холест-22-ен-3,6,8,15,16,26-гексаола.

В (+)-HR-ESI-масс-спектре соединения 28 присутствовал пик катионизированной молекулы с m/z 519.3283 [M + Na]+. По данным масс-спектров и спектров ЯМР стероид отличается от соединения 27 наличием в молекуле дополнительной гидроксильной группы и имеет молекулярную формулу С Н О. ХС атомов углерода, протонов и 28 48 соответствующих КССВ протонов боковой цепи в спектрах ЯМР соединений 27 и были практически идентичны, что свидетельствовало о (22E,24R,25S)-26-гидрокси-24метилхолестановой боковой цепи в стероиде 28. Анализ данных ЯМР стероида показал, что ХС атомов углерода, протонов и КССВ протонов стероидного ядра были близки с соответствующими сигналами халитулозида А из морской звезды Halityle regularis, имеющего 3,4,6,8,15,16-гидроксильные группы в стероидном ядре.

Сигналы всех протонов и атомов углерода стероидного ядра и боковой цепи агликона в соединении 28 были отнесены с помощью 1H-1H COSY, HSQC и HMBC ЯМР экспериментов. В результате было установлено, что соединение 28 имеет строение (22E,24R,25S)-24-метил-5-холест-22-ен-3,4,6,8,15,16,26-гептаола.

Известные полигидроксистероиды 29-38 идентифицировали сравнением спектров ЯМР 1H и 13C и масс-спектров с соответствующими данными для этих соединений, опубликованными в литературе.

2.4 Астеросапонин офидианозид F (39) из гонад Aphelasterias japonica Из водно-этанольного экстракта дальневосточной морской звезды Aphelasterias japonica (семейство Asteriidae, отряд Forcipulata) был выделен астеросапонин офидианозид F (39).

OH O + Na-O3SO Qui I O Xyl Xyl H3C O O O HO HO O O HO HO OH O O O O OH OH Fuc Qui II H3C H3C HO HO HO OH Строение соединения 39 было установлено при помощи ЯМР 1Н и 13С спектроскопии, а также на основании данных MALDI/TOF и LSI масс-спектрометрии.

Кислотный гидролиз этого гликозида дал сумму моносахаридов, идентифицированную как D-хиновоза : D-ксилоза : D-фукоза (2 : 2 : 1) (ТСХ, ГЖХ в виде перацетатов полиолов, удельное вращение). Сигналы протонов и атомов углерода в ЯМР спектрах гликозида полностью совпадали с соответствующими сигналами офидианозида F из морской звезды Ophidiaster ophidianus. Последовательность моносахаридных остатков в выделенном соединении была дополнительно подтверждена фрагментацией в LSI масс-спектрах.

Исходя из этого, мы заключили, что выделенный гликозид идентичен офидианозиду F и имеет структуру 39.

3 Биологическая активность выделенных соединений Цитотоксическая активность in vitro выделенных соединений была исследована с помощью MTS-метода. Для изучения влияния веществ на формирование и рост колоний опухолевых клеток in vitro применяли метод мягких агаров. В качестве моделей для исследования биологической активности выделенных соединений использовали клетки рака кишечника HT-29 и HCT-116, рака молочной железы T-47D и меланомы RPMI-79человека. Влияние астеросапонинов и гликозидов полигидроксистероидов морских звезд на формирование и рост колоний опухолевых клеток было изучено впервые.

Цитотоксическая активность и влияние на рост колоний опухолевых клеток гиппастериозидов А (1), В (2), С (3) и D (4). Астеросапонины 1-4 не проявляли цитотоксической активности по отношению к клеткам HT-29 в концентрациях от 15 до 120 мкг/мл. Для изучения действия на формирование колоний клетки HT-29 обрабатывали исследуемыми веществами в концентрации 60 мкг/мл. Гиппастериозид D (4) ингибировал рост клеточных колоний на 23%, а также способствовал уменьшению их размеров.

Гиппастериозиды А (1) и В (2) сокращали число клеточных колоний на 17 и 16% соответственно, но не уменьшали размеров колоний. Гиппастерозид С (3) не проявил какой-либо значительной активности. Таким образом, показано, что строение стероидного агликона астеросапонинов и особенно длина 22,23-эпокси боковых цепей в агликоне (соединение 4 с укороченной боковой цепью показало более высокую активность), играют важную роль в проявлении данного вида биологического действия.

Цитотоксическая активность дипластериозидов А (5), В (6) и астериидозида А (7). Астеросапонин 7 был нетоксичен по отношению к клеткам HCT-116, T-47D и RPMI7951 в концентрациях от 20 до 160 мкМ. Дипластериозид А (5) проявлял слабую цитотоксическую активность по отношению к клеткам HCT-116 и T-47D (IC 136 и 1мкМ соответственно). Наибольшее цитотоксическое действие гликозиды 5 и 6 показали на клетках RPMI-795 (IC 67 и 60 мкМ соответственно).

Цитотоксическая активность и влияние на рост колоний опухолевых клеток регуларозида А (12) и торнастерозида А (13). Астеросапонин 12 проявил слабую цитотоксическую активность по отношению к клеткам T-47D, RPMI-7951 и HCT-116 с IC 169, 117 и 142 мкM соответственно. Гликозид 13 по сравнению с соединением показал более сильные цитотоксические свойства с IC 82, 35 и 70 мкM соответственно.

Оба соединения проявили способность в нетоксичной концентрации (15 мкМ) эффективно подавлять рост колоний опухолевых клеток. Гликозид 12 ингибировал формирование колоний клеток T-47D на 57% и клеток RPMI-7951 на 26%, а гликозид 13 подавлял формирование колоний клеток T-47D на 53% и клеток RPMI-7951 на 71%.

Цитотоксическая активность и влияние на рост колоний опухолевых клеток гликозидов полигидроксистероидов 14, 19-25 из A. carinifera. Гликозиды 19, 22-25 не проявили какого-либо значительного цитотоксического эффекта по отношению к клеткам HCT-116, T-47D и RPMI-7951 в концентрациях от 10 до 160 мкМ. Гликозид 21 не был токсичен по отношению к клеткам HCT-116 в тех же концентрациях, но показал незначительную цитотоксическую активность на клетках T-47D (IC 154 мкМ) и RPMI7951 (IC 128 мкM). Гликозид 20 проявил слабый цитотоксический эффект только на клетках HCT-116 (IC 150 мкM). Гликозид 14 показал наиболее сильное цитотоксическое действие по отношению ко всем исследуемым типам раковых клеток (IC в пределах от 32 до 66 мкМ) по сравнению с другими гликозидами. Было изучено действие гликозидов 14, 19-25 в нетоксичных концентрациях (15 или 20 мкМ) на формирование колоний опухолевых клеток T-47D и RPMI-7951. Гликозиды 14 и 21 не ингибировали рост колоний клеток T-47D и подавляли рост колоний клеток RPMI-7951 на 38 и 17% соответственно.

Сульфатированные соединения 19, 24 и 25 подавляли рост колоний клеток T-47D на 38, и 67% соответственно и клеток RPMI-7951 на 57, 60 и 50% соответственно. Гликозиды 20, 22 и 23 ингибировали формирование колоний клеток T-47D и RPMI-7951 в меньшей степени (от 20 до 30%). Таким образом, наиболее выраженным ингибирующим эффектом обладали сульфатированные гликозиды 19, 24 и 25.

ВЫВОДЫ 1. Исследован состав фракций полярных стероидных соединений четырех видов морских звезд: Hippasteria kurilensis, Diplasterias brucei, Asteropsis carinifera и Aphelasterias japonica. Выделено 39 полярных стероидных соединений. Установлено химическое строение 16 новых соединений, из них 7 астеросапонинов, 6 гликозидов полигидроксистероидов и 3 полигидроксистероидов. Проведена структурная идентификация 23 соединений с известными веществами.

2. Установлено строение новых астеросапонинов: гиппастериозидов А, В, С и D, дипластериозидов А и В и астеропсизида А.

3. Впервые в астеросапонинах найдены углеводные цепи: -D-ксилопиранозил-(13)-D-фукопиранозил-(12)--D-хиновопиранозил-(14)-[-D-хиновопиранозил-(12)]-D-ксилопиранозил-(13)--D-хиновопиранозная гексасахаридная цепь и -Dфукопиранозил-(12)--D-галактопиранозил-(14)-[-D-хиновопиранозил-(12)]-D-хиновопиранозил-(13)--D-хиновопиранозная пентасахаридная цепь.

4. Установлено строение новых гликозидов полигидроксистероидов: кариниферозидов А, В, С, D, E и F.

5. Строение новых полигидроксистероидов установлено как (24R,25S)-24-метил-5холестан-3,6,8,15,16,26-гексаол, (22E,24R,25S)-24-метил-5-холест-22-ен-3,6,8, 15,16,26-гексаол и (22E,24R,25S)-24-метил-5-холест-22-ен-3,4,6,8,15,16,26гептаол.

6. Впервые исследовано влияние астеросапонинов и гликозидов полигидроксистероидов морских звезд на формирование колоний опухолевых клеток. Установлено, что некоторые полярные стероидные соединения эффективно ингибируют рост колоний этих клеток. Показано, что сульфатированные стероидные биозиды обладают более ярко выраженным ингибирующим эффектом по сравнению с близкими по строению несульфатированными соединениями.

ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ 1. Иванчина Н.В., Маляренко Т.В., Кича А.А., Калиновский А.И., Дмитренок П.С.

Астеросапонин офидианозид F из гонад дальневосточной морской звезды Aphelasterias japonica // Химия природ. соедин. 2005. № 4. С. 392-393.

2. Иванчина Н.В., Маляренко Т.В., Кича А.А., Калиновский А.И., Дмитренок П.С., Молло Э. Полярные стероидные соединения из антарктической морской звезды Diplasterias brucei // Химия природ. соедин. 2006. № 5. С. 621-662.

3. Маляренко Т.В., Кича А.А., Иванчина Н.В., Калиновский А.И., Дмитренок П.С., Смирнов А.В. Три новых полигидроксистероида из тропической морской звезды Asteropsis carinifera // Биоорган. химия. 2010. Т. 36, № 6. C. 755-761.

4. Kicha A.A., Kalinovsky A.I., Ivanchina N.V., Malyarenko T.V., Dmitrenok P.S., Ermakova S.P., Stonik V.A. Four new asterosaponins, hippasteriosides A, B, C, and D, from the Far Eastern starfish Hippasteria kurilensis // Chem. Biodivers. 2011. V. 8, No. 1.

P. 166-175.

5. Иванчина Н.В., Маляренко Т.В., Кича А.А., Калиновский А.И., Дмитренок П.С., Ермакова С.П. Два новых астеросапонина из антарктической морской звезды Diplasterias brucei. Структуры и цитотоксические активности // Биоорган. химия 2011. Т. 37, № 3. С. 499-506.

6. Malyarenko T.V., Kicha A.A., Ivanchina N.V., Kalinovsky A.I., Dmitrenok P.S., Ermakova S.P., Stonik V.A. Cariniferosides A-F and other steroidal biglycosides from the starfish Asteropsis carinifera // Steroids. 2011. V. 12, No. 76. P. 1280-1287.

7. Маляренко Т.В., Иванчина Н.В., Кича А.А., Калиновский А.И., Дмитренок П.С., Стоник В.А. Исследование суммы астеросапонинов из гонад дальневосточной морской звезды Aphelasterias japonica // Исследования в области физикохимической биологии и биотехнологии: тез. докл. регион. науч. конф. Владивосток (16-18 ноября 2004 г.). Владивосток: ДВО РАН, 2004. С. 29.

8. Маляренко Т.В., Иванчина Н.В., Кича А.А., Калиновский А.И., Дмитренок П.С., Молло Э. Полярные стероидные соединения из антарктической морской звезды Diplasterias brucei // Х Международная молодежная школа-конференция по актуальным проблемам химии и биологии: тез. докл. МЭС, ТИБОХ, Владивосток (12-19 сентября 2006 г.). Владивосток, 2006. С. 28.

9. Маляренко Т.В., Кича А.А., Иванчина Н.В., Ермакова С.П. Биологически активные стероидные метаболиты из тропической морской звезды Asteropsis carinifera // Российская конференция по иглокожим: сб. тез. докл. Москва (7-8 февраля 2011 г.).

Москва: Ин-т океанологии им. П.П. Ширшова РАН, 2011. С. 20.

10. Malyarenko T.V., Kicha A.A., Ivanchina N.V., Ermakova S.P. Studies on structure and bioactivity of asterosaponins from the starfish Diplasterias brucei and Asteropsis carinifera // 9th IST Asia Pacific meeting on animal, plant and microbial toxins: procced.

Vladivostok (4-8 September 2011). Vladivostok: FEB RAS, 2011. P. 59.

11. Маляренко Т.В., Кича А.А., Иванчина Н.В., Ермакова С.П. Исследование структуры и противоопухолевой активности стероидных гликозидов из вьетнамской морской звезды Asteropsis carinifera // 5-й Международный симпозиум химия и химическое образование: сб. науч. труд. Владивосток (12-18 сентября 20г.). Владивосток: Изд. ДВФУ, 2011. С. 31-32.

Соискатель Маляренко Т.В.

Маляренко Тимофей Владимирович ИЗУЧЕНИЕ СТРУКТУРЫ И БИОЛОГИЧЕСКОЙ АКТИВНОСТИ АСТЕРОСАПОНИНОВ И ДРУГИХ ПОЛЯРНЫХ СТЕРОИДНЫХ СОЕДИНЕНИЙ МОРСКИХ ЗВЕЗД Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата химических наук






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.