WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени М.В. ЛОМОНОСОВА _______________________________________________________________ ФИЗИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

На правах рукописи

УДК537.62, 538.955 Белотелов

Владимир Игоревич ПЛАЗМОННЫЕ ГЕТЕРОСТРУКТУРЫ И ФОТОННЫЕ КРИСТАЛЛЫ С ПЕРЕСТРАИВАЕМЫМИ ОПТИЧЕСКИМИ СВОЙСТВАМИ

01.04.03 — радиофизика

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора физико-математических наук

МОСКВА – 2012

Работа выполнена на кафедре фотоники и физики микроволн физического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

Официальные оппоненты: Тиходеев Сергей Григорьевич, доктор физико-математических наук, профессор, Институт общей физики имени А.М. Прохорова РАН, заведующий лабораторией Писарев Роман Васильевич, доктор физико-математических наук, профессор, Физико-технический институт имени А.Ф. Иоффе РАН, заведующий лабораторией Федянин Андрей Анатольевич, доктор физико-математических наук, профессор, МГУ имени М.В. Ломоносова, заместитель декана

Ведущая организация: Институт физики микроструктур РАН

Защита диссертации состоится « » 2013 года в _____ часов на заседании диссертационного совета Д 501.001.67 на физическом факультете Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова по адресу:

119991, г. Москва, ГСП-1, Ленинские Горы, МГУ, физический факультет, физическая аудитория имени Р.В. Хохлова.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке физического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова.

Автореферат разослан « » 2012 года.

Ученый секретарь диссертационного совета Д 501.001.кандидат физико-математических наук Королев А.Ф.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Диссертационная работа В.И. Белотелова посвящена теоретическому и экспериментальному исследованию взаимодействия оптического излучения с периодическими наноструктурами, оптические свойства которых могут быть модифицированы посредством внешнего воздействия: магнитного поля, интенсивного лазерного излучения или акустической волны. Одной из основных задач диссертации является разработка новых наноструктурированных материалов, в которых за счет специально подобранной структуры возникают резонансные явления, приводящие к существенному усилению оптических и магнитооптических эффектов, связанных с изменениями интенсивности и поляризации света. В работе представлены результаты исследований, выполненных автором на кафедре фотоники и физики микроволн физического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова в период 20042012 г.г. по специальности 01.04.03 радиофизика.

Актуальность работы связана с быстрым развитием современных телекоммуникационных технологий, для которых является критическим переход к передаче и обработке информации посредством электромагнитных волн оптического диапазона. Проведенные исследования в основном связаны с взаимодействием электромагнитного излучения с наноструктурами. В последнее десятилетие большое распространение получил подход, связанный с наноструктурированием оптических материалов. Он представляет собой новую парадигму в современной оптике, в рамках которой возникает возможность создавать материалы с заданными оптическими свойствами. Причем возникающие резонансы обусловлены в основном не электронной, а геометрической структурой материала. При этом большую роль играют электромагнитные моды материала, поскольку их возбуждение приводит к наиболее эффективному взаимодействию падающего излучения с наноструктурированным материалом, а, следовательно, и к наиболее выраженным резонансам различных оптических эффектов, в том числе, магнитооптических. Наряду с этим, в настоящее время существует необходимость модулировать с помощью периодических структур характеристики не только прошедшего или отраженного излучения в дальнем оптическом поле, но и собственных волн в ближнем оптическом поле. Это, в частности, важно для интегральной оптики, в которой информационные потоки передаются импульсами волноводных мод или поверхностных плазмон-поляритонов. Изучение взаимодействие оптического излучения с наноструктурированными материалами вблизи их резонансов имеет большую фундаментальную значимость. На данный момент оптика и магнитооптика периодических структурированных сред, содержащих металлы и магнитные материалы, развита не достаточно. До сих пор мало исследовано, как магнитооптические эффекты, хорошо изученные для однородных пленок, модифицируются в структурированных материалах. Так же не вполне исследована взаимосвязь резонансных особенностей этих эффектов с возбуждением собственных волн структуры. В работе поднимается такой актуальный вопрос, как возможность управления электромагнитными модами в периодически структурированных материалах посредством внешнего магнитного поля или воздействия лазерным импульсом.

Целью диссертационной работы является изучение резонансных явлений, возникающих при взаимодействии оптического излучения с периодическими наноструктурами, содержащими металлические и магнитные материалы, и разработка новых наноструктурированных материалов для эффективного контроля электромагнитных волн в ближнем и дальнем оптических полях.

Научная новизна работы состоит в следующем:

предложен и разработан новый наноструктурированный материал - магнитный плазмонный кристалл, позволяющий эффективно управлять поляризацией и интенсивностью света и поверхностными плазмон-поляритонами посредством внешнего магнитного поля;

впервые исследовано резонансное усиление магнитооптических эффектов в магнитных плазмонных кристаллах и создана теория этого усиления;

впервые созданы образцы магнитных плазмонных кристаллов и экспериментально обнаружено резонансное усиление в них экваториального эффекта Керра в 103 раз и эффекта Фарадея в 10 раз по сравнению с магнитными пленками без плазмонного слоя;

предсказан и экспериментально продемонстрирован магнитооптический интенсивностный эффект, возникающий в плазмонных кристаллах за счет возбуждения волноводных мод в волноведущем слое, намагниченном меридионально, т.е. в плоскости пленки и вдоль направления распространения моды;

создана теория резонансного увеличения эффекта Фарадея и других магнитооптических эффектов в магнитных фотонных кристаллах и получены аналитические выражения для удельного угла Фарадея, которые хорошо согласуются с данными экспериментов;

теоретически предсказан обратный экваториальный эффект Керра;

впервые экспериментально продемонстрировано управление коэффициентами пропускания и отражения, а также поверхностными плазмон-поляритонами в плазмонном кристалле при воздействии фемтосекундным лазерным импульсом (плотность энергии импульса ~ 500 мкДж/см2);

впервые экспериментально получена модуляция плазмонного резонанса в плазмонном кристалле посредством импульса приповерхностной акустической волны на частотах вплоть до 110 ГГц;

предложен и разработан новый металло-диэлектрический материал - градиентный плазмонный кристалл с медленно меняющимися в пространстве геометрическими параметрами (ширина щелей или отверстий в диэлектрической части кристалла) для управления фемтосекундными импульсами поверхностных плазмон-поляритонов, распространяющихся вдоль структуры.

Достоверность представленных в диссертационной работе результатов подтверждается соответствием теоретических результатов данным проведенных экспериментов, а также теоретическим расчетам и экспериментальным данным, полученным в работах других авторов.

Практическая значимость работы определяется следующими результатами.

Предложенный и разработанный магнитный плазмонный кристалл позволяет эффективно управлять поляризацией и интенсивностью света и плазмонными колебаниями посредством магнитного поля. Данный материал открывает новый способ магнитооптической записи и считывания информации и перспективен для информационных технологий.

Важно отметить, что полученные плазмонные кристаллы позволяют существенно увеличить эффективность управления светом и плазмонами не только магнитным полем, но и другими внешними воздействиями: фемтосекундным лазерным импульсом или субтерагерцовыми фононами. Кроме того, предложенный в работе градиентный плазмонный кристалл позволяет ускорять или замедлять плазмонные импульсы. Это очень важно для нового поколения устройств сверхбыстрой оптической обработки информации, в которых информация передается плазмонными импульсами. Кроме того, плазмонные кристаллы значительно расширяют элементную базу устройств интегральной оптики, поскольку они легко вписываются в планарную технологию и могут быть использованы в качестве сенсора магнитного поля, оптического циркулятора и оптического модулятора.

Другим практически важным объектом исследований данной работы являются магнитные фотонные кристаллы. Благодаря явлению резонансного увеличения эффекта Фарадея, предложено использовать магнитные фотонные кристаллы для создания миниатюрных (размер порядка нескольких микронов) модуляторов интенсивности света и оптического затвора. Показано, что сверхбыстрый отклик намагниченности материала на изменение внешнего магнитного поля позволяет изменять интенсивность света с частотой вплоть до 50 ГГц, что соответствует требованиям современных телекоммуникационных систем. Модуляторы интенсивности света необходимы для обработки информации в интегральных оптических схемах нового поколения. Они также могут быть использованы в дисплеях и транспарантах. В работе разработана концепция применения магнитных фотонных кристаллов для создания сенсоров магнитного поля. Сенсоры магнитного поля, помимо научных применений, могут быть использованы, например, для контроля утечек нефти из нефтепровода.

На защиту выносятся следующие основные положения:

Теория усиления магнитооптических эффектов в магнитных плазмонных кристаллах.

Экспериментальное обнаружение усиления в плазмонных кристаллах экваториального эффекта Керра в 103 раз и эффекта Фарадея в 10 раз по сравнению с магнитными пленками без плазмонного слоя.

Предсказание и экспериментальная демонстрация магнитооптического интенсивностного эффекта в магнитных плазмонных кристаллах, намагниченных перпендикулярно щелям золотой решетки.

Теория резонансного увеличение эффекта Фарадея в магнитных фотонных кристаллах.

Теоретическое предсказание обратного экваториального эффекта Керра.

Метод управления дисперсией поверхностных плазмон-поляритонов и интенсивностью объемной световой волны при воздействии на плазмонный кристалл фемтосекундными лазерными импульсами.

Первонаблюдение субтерагерцовой модуляции плазмонного резонанса импульсами акустических волн в плазмонном кристалле.

Разработка градиентного плазмонного кристалла для управления прохождением и дисперсией импульсов поверхностных плазмон-поляритонов.

Апробация работы. Основные результаты исследований, представленных в диссертации, докладывались и обсуждались на следующих профильных научных конференциях: XIV International Conference on Phonon Scattering in Condensed Matter (Ann Arbor, MI USA, 2012), International conference “Summer School on Plasmonics” (Porquerolles, France, 2009, 2011), Международная конференция молодых ученых и специалистов "Оптика-2011" (Санкт-Петербург, 2005, 2007, 2009, 2011), Международная молодёжная научная школа "Когерентная оптика и оптическая спектроскопия" (Казань, 2006-2011), 11th International Conference on Laser and Fiber-Optical Networks Modeling (Kharkov, Ukraine, 2011), Moscow International Symposium on Magnetism (Москва, 2005, 2008, 2011), Magnetics and Optics Research International Symposium (Неймеген, Голландия, 2011), Всероссийская школа-семинар "Физика и применение микроволн" (Звенигород, Московская обл., 2006, 2009, 2010, 2011, 2012), International Conference “Fundamental Problems of Optics (St. Petersburg, Russia, 2006, 2008, 2010, 2012), International Conference on Lasers, Applications, and Technologies ICONO/LAT (St-Petersburg, 2005, Minsk, Belarus, 2007, Kazan, 2010, ), Euro-Asian Symposium "Trends in MAGnetism": Nanospintronics EASTMAG (Krasnoyark, 2004, Kazan’ 2007, Ekaterinburg, 2010, ) XIII International Conference for Young Researchers "Wave Electronics and Its Applications in the Information and Telecommunication Systems" (Saint-Petersburg, Russia, 2010), International conference on Nanophotonics (Tsukuba, Japan, 2010), International conference SPIE Photonics Europe (Warsaw, Poland, 2005, Prague, Czech Republic, 2007, Strasbourg, France, 2008, Brussels, Belgium, 2010,), 2nd International conference on Metamaterials, Photonic crystals and Plasmonics Meta’10 (Cairo, Egypt. 2010), International conference “Progress In Electromagnetics Research Symposium PIERS” (Prague, Czech Republic, 2007, Moscow, 2009, Beijing, China, 2009), International conference on magnetism ICM (Kyoto, Japan, 2006, Karlsruhe, Germany, 2009), Международная конференция “Новое в магнетизме и магнитных материалах” (Москва, 2006, 2009), The 8th International Meeting on the Electrical, Transport and Optical Properties of Inhomogeneous Media (Rethymnon, Greece, 2009), V- bilateral Russian-French workshop on Nanosciences and Nanotechnologies (Moscow, 2008), 1st Mediterranean Conference on Nano-Photonics MediNano-1 (Istanbul, Turkey, 2008), Научная конференция "Ломоносовские чтения" (Москва, 2008), International conference IFIP VLSI-SOC20(Perth, Australia, 2005).

Материалы диссертации также представлялись на семинарах кафедры фотоники и физики микроволн физического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, Института общей физики РАН им. А.М. Прохорова, Физико-технического института им. Иоффе, Университета г. Дортмунд (Германия), Университета им. Э. Коуэн г. Перт (Австралия), Института фундаментальных исследований им. Тата (г. Мумбай, Индия), Университета г. Неаполь им. Фридриха II (Италия).

Публикации. Основные результаты отражены в печатных работах, полностью соответствующих теме диссертации: опубликовано 37 статей в рецензируемых научных журналах, включенных в перечень ведущих периодических изданий ВАК, в числе которых “Журнал теоретической и экспериментальной физики”, “Физика твердого тела”, “Физика металлов и металловедение”, “Вестник Московского Университета. Серия 3. Физика. Астрономия”,” Nature Nanotechnology”, “Physical Review Letters”, “Physical Review B”, “Optics Express”, “Optics Letters”, “Journal of the Optical Society of America B”, “Journal of Physics: Condensed Matter”, “Journal of Magnetism and Magnetic Materials” и др. Кроме того, по материалам работы опубликовано более 30 статей в сборниках и трудах конференций и более тезисов докладов.

Личный вклад автора в диссертацию состоит в том, что все изложенные в диссертации оригинальные результаты получены автором, либо при его непосредственном участии. Автором осуществлялся выбор направлений и объектов исследований, разработка теоретических и численных подходов, проектирование и оптимизация параметров наноструктурированных образцов перед их созданием, постановка экспериментов, их проведение и обсуждение результатов.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, семи глав, заключения и списка цитируемой литературы. Работа содержит 299 страниц, включает 105 рисунков, 4 таблицы и 237 библиографических ссылок.

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ Диссертация состоит из следующих разделов:

Введение Глава 1. Общие вопросы оптики и магнитооптики периодических наноструктурированных материалов и методы расчета Глава 2. Магнитооптические интенсивностные эффекты в плазмонных кристаллах Глава 3. Эффект Фарадея в плазмонных кристаллах Глава 4. Магнитооптические эффекты в фотонных кристаллах Глава 5. Обратные магнитооптические эффекты в периодических наноструктурах Глава 6. Оптическое и акустическое управление плазмонными резонансами Глава 7. Динамика поверхностных плазмон-поляритонов в металлодиэлектрических структурах Заключение Литература Во Введении обсуждается актуальность темы исследований, приводятся цели, научная новизна, практическая ценность работы и защищаемые положения, даётся краткая аннотация содержания глав.

Первая глава диссертации содержит обзор литературы, касающийся экспериментальных и теоретических исследований в области магнитооптики, фотонных кристаллов и поверхностных плазмон-поляритонов. Описаны основные теоретические методы моделирования оптических свойств периодически структурированных материалов.

Вторая глава посвящена магнитооптическим интенсивностным эффектам в плазмонных гетероструктурах, состоящих из перфорированного металлического слоя и однородной ферромагнитной диэлектрической пленки, нанесенной на немагнитную подложку (рис. 1).

металл магнитный диэлектрик подложка (а) (б) Рис. 1: Металло-диэлектрические гетероструктуры [благородный металл]/[ферромагнитный диэлектрик] с (а) двумерной и (б) одномерной металлическими решетками.

В качестве магнитного материала в плазмонной гетероструктуре использован слабо поглощающий ферромагнитный диэлектрик висмут замещенный редкоземельный феррит-гранат BixR3xFe5O12 (коэффициент поглощения ~100 см-1 при = 800 нм), а в качестве металла использовано золото, что позволяет уменьшить оптические потери по сравнению с плазмонными структурами на основе ферромагнитных металлов. Периодическая система отверстий или щелей в рассматриваемой гетероструктуре позволяет управлять энергетическим спектром поверхностных плазмон-поляритонов (ППП) и других электромагнитных мод, возбуждаемых в данной структуре. При этом период структуры должен быть сравним с длиной волны этих мод. Поэтому по аналогии с фотонным кристаллом, данную систему можно назвать плазмонным кристаллом.

В плазмонном кристалле возможно возбуждение волноводных мод в диэлектрическом слое, плазмонных мод, распространяющихся вдоль границ раздела [металл] / [диэлектрик] или [металл] / [воздух], и локализованных плазмонных мод в щелях, отверстиях и вблизи металлических полос. Так как плазмонный кристалл является открытым резонатором, то все возбуждаемые в нем моды являются вытекающими и дают вклад в дальнее оптическое поле.

Если диэлектрический слой структуры намагничен в плоскости вдоль оси OY, то в линейном по вектору гирации g приближении тензор его диэлектрической проницаемости имеет вид:

d dI M, (1) M13 i M31 i Mij и при остальных значенигде - единичная матрица,, i,j i 1, 2, 3 d - диэлектрическая проницаемость ях коэффициентов пары,, размагниченной магнитной пленки, g – модуль вектора гирации. На оптических частотах магнитную проницаемость можно считать равной единице. Вблизи поверхности намагниченной пленки становится отличным от нуля векторное произведение [m N] намагниченности m и вектора нормали N. Магнитное поле нарушает симметрию относительно обращения времени, в то время как наличие границы раздела и связанного с ней вектора N нарушает пространственную инверсию. Это приводит к явлению оптической невзаимности по отношению к вектору . Волновое число ППП зависит от направления распространения ППП, заданного единичным вектором n:

0 1 n, (2) md g 0 m где, - диэлектрическая проницаеc m d, md 1 2 d m мость металла, с – скорость света в вакууме, – циклическая частота волны.

Явление оптической невзаимности приводит к смещению собственных частот ППП при перемагничивании материала и к смещению связанных с их возбуждением резонансов Фано в спектрах оптического пропускания и отражения. В результате вблизи частот возбуждения ППП значительно усиливается магнитооптический экваториальный эффект Керра (ЭЭК), определенный величиной :

I(M) I(M) I(0), (3) где I(M) и I(-M) – интенсивности отраженного или прошедшего света при противоположных направлениях намагниченности. Это подтверждено моделированием и экспериментом (Рис. 2).

0.00.(б) = 5° 0.00.0.00.0.00.-0.00.-0.00.-0.00.-0.00.-0.00.650 675 700 725 750 7 (нм) Рис. 2: (а) Контурный график зависимости экспериментально измеренной величины ЭЭК от энергии фотона падающего света и угла падения. (б) Спектр коэффициента оптического пропускания (черная кривая) и ЭЭК (красная кривая), измеренные при угле падения = 5.

Внешнее магнитное поле равно 200 мТл. Плоскость падения перпендикулярна щелям плазмонного кристалла. Падающий свет имеет p-поляризацию.

Оптимальные геометрические параметры плазмонного кристалла для наблюдения ЭЭК были расcчитаны с помощью метода связанных мод в пространстве Фурье (RCWA). Экспериментально показано, что ЭЭК резонансно усиливается в 103 раз по сравнению с магнитными пленками без плазмонного слоя. При этом величина ЭЭК достигает в резонансе 1,6% (в диапазоне длин волн от 700 до 800 нм).

Спектральная ширина резонанса составляет около 5 нм.

В случае, когда магнитная пленка намагничена меридионально вдоль оси Ox, т.е. в своей плоскости и в плоскости падения света, она описывается тензором диэлектрической проницаемости T 0 0 b ig, (4) 0 ig b в котором есть линейный g a1M и квадратичный b a2M вклады по намагниченности. В этом случае возможно возникновение как нечетного интенсивностного эффекта, определенного уравнением (3), так и четного эффекта I(M) I(0) I(0). (5) Намагниченность в меридиональной конфигурации вносит в закон дисперсии ППП и волноводных мод плазмонного кристалла только квадратичный вклад, поэтому смещение резонансов проявляется существенно слабее. Однако в такой конфигурации, в отличие от экваториальной, намагниченность модифицирует распределение электромагнитного поля собственных волн. В частности, волноводная Ey, Hx, Hz ТЕ-мода, обладающая компонентами поля, приобретает три дополнительные ТМ-компоненты поля Ex, Ez, H, которые линейны по намагниченности y (рис. 3).

Рис. 4: Экспериментально измеренРис. 3: Волноводные моды, которые могут быть ные спектры пропускания (а) и четвозбуждены в плазмонном кристалле в ненамагного меридионального интенсивниченном (а) и намагниченном (б) состояниях ностного эффекта (толстая черная при нормальном падении ТМ-поляризованной кривая) (б). Падающая волна ТМволны. В правой части рисунка длинные стрелки поляризована, нормальное падение, показывают основные компоненты поля мод, а внешнее магнитное поле 160 мТл.

короткие стрелки показывают компоненты мод, Стрелки показывают спектральное которые индуцированы внешним магнитным поположение волноводных ТЕ-мод.

лем.

Серая тонкая кривая – результат расчета величины методом RCWA.

Например, TE H (x, z) gG(, z)ETE (x, z). (6) yy G(, z) Явный вид выражений для коэффициентов имеет громоздкий вид и поэтому не приведён здесь. Однако важно отметить, что эти коэффициенты являются нечетными функциями .

Таким образом, ТЕ-мода преобразуется в квази-ТЕ-моду. Аналогичная ситуация возникает с ППП и с волноводной ТМ-модой. Это существенно меняет условия возбуждения собственных волн падающей линейно поляризованной волной.

Действительно, из-за наличия у квази-ТЕ-моды ТМ-компонент поля она может быть возбуждена падающей ТМ-поляризованной волной, что для ненамагниченной структуры невозможно. При намагничивании плазмонного кристалла в нем могут возбуждаться дополнительные резонансы, меняющие спектры пропускания и отражения. В результате вблизи частот этих резонансов возникает меридиональный интенсивностный эффект, достигающий в резонансе 0.8% (рис. 4).

В третьей главе представлены результаты теоретического и экспериментального исследования эффекта Фарадея в плазмонных кристаллах, у которых диэлектрическая пленка намагничена перпендикулярно плоскости. По аналогии с интенсивностными магнитооптическими эффектами следует ожидать, что в спектре эффекта Фарадея будут также наблюдаться резонансные особенности, связанные с возбуждением собственных волн структуры. Как и для меридионального интенсивностного эффекта, в данном случае играют роль ТМ- и ТЕ-волноводные моды диэлектрической пленки. Это связано с тем, что эффект Фарадея является поляризационным, и его можно рассматривать как результат конверсии TE- и TMкомпонент электромагнитного поля. Наряду с этим возможно и влияние ППП.

Вдали от резонансов эффект Фарадея в плазмонном кристалле мало отличается от случая уединенной магнитной пленки и определяется ее толщиной. Вблизи частот возбуждения собственных волн структуры ситуация меняется. Рассмотрим случай падения ТМ-поляризованного света. Если частота падающего излучения совпадает с частотой ППП, то эффективная длина взаимодействия света с магнитной пленкой возрастает за счет возбуждения плазмон-поляритонной волны. Электромагнитное поле ППП рассеивается на щелях решетки и одновременно происходит конверсия в волну ТЕ-типа, для которой условие волноводного распространения на этой частоте не выполнено, и она выходит из структуры, давая вклад в прошедшую волну. Усиление эффекта Фарадея обусловлено тем, что эффективный путь падающей TM-волны в этом случае больше, чем в нерезонансном случае.

Аналогичная ситуация возникает и при возбуждении волноводной квази-ТМ моды.

Если же частота падающей ТМ-поляризованной волны совпадает с частотой квази-ТЕ волноводной моды, то ситуация меняется. При этом падающая TM-волна выходит из структуры, поскольку для нее условие волноводного распространения на этой частоте не выполнено, но при этом происходит конверсия в квази-TE моду. Эффективная длина распространения квази-ТЕ волны существенно больше, чем длина распространения излучения по пленке вне резонанса и эффект Фарадея в этом случае вновь возрастает.

Особая ситуация возникает в случае вырождения, когда частоты ТМ- и ТЕ- мод близки друг к другу или совпадают. При этом можно провести аналогию с моделью связанных осцилляторов Борна-Куна, описывающей два ортогональных гармонических осциллятора. Если один из осцилляторов возбудить в заданном направлении, то за счет упругой связи возбудятся колебания второго осциллятора в направлении, ортогональном к первому. В случае плазмонного кристалла, намагниченного в полярной конфигурации, двум ортогональным осцилляторам аналогичны ТМ- и ТЕ- волноводные моды немагнитной структуры, связанные между собой недиагональными элементами тензора диэлектрической проницаемости, которые аналогичны упругой пружине в модели Борна-Куна. ТМполяризованный свет возбуждает ТМ-моду, которая, благодаря гиротропным компонентам тензора эпсилон, оказывается связанной с ТЕ-модой. В результате возбуждается ТЕ-мода и возникает компонента электрического поля, ортогональная плоскости поляризации падающей волны. Эта компонента поля переизлучается в дальнее оптическое поле и в результате происходит поворот плоскости поляризации.

Экспериментальное исследование эффекта Фарадея проведено в одномерных плазмонных кристаллах, у которых ширина щелей составляет 75% от периода. Поскольку ширина щелей превышает ширину золотых полосок, то эффективность возбуждения распространяющихся плазмонных волн существенно меньше, чем в рассмотренных выше структурах и основную роль играют локализованные плазмонные резонансы.

Коэффициент усиления угла Фарадея / 0, где 0 - угол Фарадея для однородной магнитной пленки, не покрытой металлической решеткой, достигает наибольшей величины 8,8 на длине волны =960 нм для плазмонного кристалла с периодом 495 нм. При этом 0,52 и 0 0,06 (рис. 5а).

(1) (2) (1) (2) (3) Рис. 5: (а) Спектры угла Фарадея, нормированного на величину угла Фарадея 0 для однородной магнитной пленки, не покрытой металлической решеткой, для трех плазмонных кристаллов с периодами d = 400 нм (кривая-1), 450 нм (кривая-2) и 495 нм (кривая-3). На вставке показана конфигурация эксперимента. (б) Спектры угла Фарадея для однородной магнитной пленки (кривая-1) и угла Фарадея (кривая-2) и коэффициента пропускания для плазмонного кристалла с d = 495 нм. Свет ТМ-поляризован и падает по нормали к образцу. Высота золотой решетки 65 нм, ширина щелей r 0.75d, толщина магнитной пленки 150 нм. Пленка получена методом лазерного осаждения и имеет состав, близкий к Bi3Fe5O12. Внешнее магнитное поле 120 мТл.

1.3 1.5 1..1..2 1.TE TE 0.5 0.1..1 1.TM TM -0.-0..0.0.--.0.0. -1.0.4 0.45 0.5 0.55 0.6 0.65 0.4 0.45 0.5 0.55 0.6 0.04 045 05 055 06 00.4 0.45 0.5 0.55 0.6 0.0.4 0.45 0.5 0.55 0.6 0.d (мкм) d (мкм) Рис. 6: Рассчитанные методом RCWA зависимости угла Фарадея от длины волны и периода золотой решетки в случае нормального падения ТМ-поляризованного (а) и ТЕполяризованного (б) света. Штриховые линии показывают дисперсию локализованного плазмона (коричневая линия) и квази-ТЕ моды (зеленая линия), рассчитанные методом матрицы рассеяния. Геометрические параметры соответствуют образцам, исследованным в эксперименте.

(мкм) (мкм) Ширина резонанса превышает 10 нм. Коэффициент усиления уменьшается при уменьшении периода плазмонного кристалла. В отличие от плазмонного кристалла с большим фактором заполнения золотом, в данном случае максимум угла Фарадея наблюдается вблизи минимума коэффициента пропускания (рис. 5б). Несмотря на это, коэффициент пропускания достаточно большой и составляет 36%.

Это связано с тем, что ширина щелей в золотой решетке примерно в 2 раза превосходит ширину золотых полосок.

Расчетные зависимости угла Фарадея в зависимости от периода структуры и от длины волны показаны на рис. 6 для случаев, когда на структуру падает ТМ- или ТЕ-поляризованное излучение. Так же на эти графики наложены дисперсионные кривые для локализованной плазмонной моды, и для квази-ТЕ моды диэлектрической пленки, рассчитанные методом матрицы рассеяния. Они демонстрируют, что наибольшее усиление эффекта Фарадея действительно наблюдается при сближении плазмонного ТМ- и волноводного ТЕ-резонансов.

Четвертая глава посвящена изучению особенностей магнитооптических эффектов, возникающих в магнитных фотонных кристаллах (МФК) - материалах с периодически модулированными оптическими свойствами.

При этом рассмотрена диэлектрическая y r оптически неоднородная среда, характеризуемая диэлектрической проницаемостью ey ij(r) ij (r) (r). Функция является пери ex 0 x одической функцией координат:

(r a) (r), (7) где a a1e1 a2e2 - элементарный вектор a решетки двумерного МФК (рис. 7).

Рис. 7. Схема поперечного сечения рассматриваемого двумерного МФК.

Влияние магнитного поля учитывалось при помощи вектора поляризации Pm(r) i0g(r) m E, (8) 0 8,851012 m где Ф/м, - единичный вектор магнитного поля (или намагниченности). Из уравнений Максвелла, полагая 1 и гармоническую зависимость электромагнитного поля от времени, можно прийти к следующей задаче на собственные значения:

0 V (r) , (9) c2 ( где (r) (r)E(r) Er), - комплексная амплитуда напряженности электрическо 11 i2g(r) го поля в МФК, 0(r) (r), V(r) m (r).

c2 (r) (r) (r) Операторы 0 и V являются эрмитовыми. Собственными функциями опера nk(r) unk(r)eikr тора 0 являются векторные функции Блоха, где k - квазиимu(r ai ) u(r) пульс фотона, n – номер соответствующей волновой зоны,. Собственные значения n(k) образуют “полосатый” спектр с чередующимися разрешенными и запрещенными зонами. Обусловливающий существование магнитооп тических эффектов оператор V рассмотрен как возмущение. При этом использован аппарат теории групп. Магнитооптические эффекты изучались в районе экстремальных (высокосимметричных) точек зоны Бриллюэна, в которых закономерности распространения света кардинально отличаются от таковых в случае пространственно однородных сред. В первом порядке теории возмущений получены следующие результаты.

Установлено, что в продольной геометрии, в которой k || m || ex (магнитное поле ориентировано в базисной плоскости XY МФК), происходит конверсия мод ТЕTM – эффект, аналогичный эффекту Фарадея. Угол Фарадея на единице длины материала зависит от частоты излучения и возрастает при приближении частоты к экстремальным частотам фотонных зон n :

1/1 Q 0 k , (10) 2 2 2 где Q - усредненный по периоду магнитооптический параметр Q g , - коэффициент кривизны фотонной зоны. Уравнение (10) можно переписать в термиvg нах групповой скорости :

Q 2vg. (11) В соответствии с выражением (11) удельный угол Фарадея обратно пропорционален групповой скорости vg и принимает наибольшие значения в области частот, где групповая скорость стремится к нулю.

Максимальная величина эффекта Фарадея достигается не непосредственно в n критической точке, а вблизи нее. Это обстоятельство является важным, т.к.

при частоте излучения, совпадающей с критической частотой, коэффициент пропускания резко уменьшается, что сильно осложняет наблюдение и использование эффекта Фарадея. Поэтому желательно работать на частотах вблизи критической частоты.

В МФК, для которого 0.магнитооптический пара0.0.6 метр Q ~ 103, угол Фарадея 0.достигает величины 0.20 мкм в ближнем инфра0.красном диапазоне частот, 0.что примерно в 30 раз пре0.вышает значение угла Фа0.0.980 0.985 0.990 0.995 1.0радея в случае однородной nсреды, обладающей тем же Рис. 8: Зависимость удельного угла Фарадея от n.

значением Q. Это явление Точки – экспериментальные данные для трехмерного МФК, состоящего из кварцевых сфер, промежутки между перспективно для создания которыми заполнены насыщенным раствором нитрата диспрозия в глицерине. Диаметр сфер d 260 нм; ди- миниатюрных оптических электрические константы для кварца и магнитной жидкоизоляторов в интегральной сти: silica 2.0, liquid 2.2 ; индукция внешнего магнитоптике.

ного поля Bext 33.5 мТл, Q 1107 ). Сплошная линия – Сравнение теоретичетеоретическая зависимость, рассчитанная по формуле (10). Граница фотонной зоны соответствует ской зависимости (10) угла n 566.5 нм.

Фарадея от частоты с аналогичной экспериментально полученной зависимостью для трехмерного МФК показывает хорошее согласие теории и эксперимента и демонстрирует возможность применения развитой теории в ряде случаев и для трехмерных МФК (рис. 8).

В геометрии Фохта ( k m; k || ex; m || ez ) возникает эффект магнитного двулучепреломления – относительный сдвиг фаз между ТМ и ТЕ модами. При приближении частоты к экстремальной частоте n сдвиг фаз, также как и угол Фарадея, резко возрастает.

В пятой главе теоретически рассмотрены обратные магнитооптические эффекты в плазмонных структурах. Поскольку эффективное магнитное поле, возниФ, рад/м кающее в результате обратного эффекта Фарадея, пропорционально мнимой части векторного произведения m Im([EE]), где E - вектор напряженности электрического поля электромагнитной волны, то для возникновения обратного эффекта Фарадея необходимо, чтобы электромагнитное поле в магнитной среде имело эллиптическую поляризацию. Кроме того, для возможности эффективного воздействия на намагниченность среды необходимы большие значения эффективного магнитного поля, т.е. большие значения амплитуды электрического поля электромагнитной волны. Как правило, для выполнения этих двух условий используют импульсы циркулярно поляризованного лазерного излучения большой интенсивности (~ 1кВт/мкм2). Однако оказывается, что отличное от нуля векторное произm ведение в магнитной среде можно получить и без использования циркулярно поляризованной подсветки.

Компоненты электрического поля ППП, распространяющегося вдоль границы z 0 z 0 Ex Ez раздела между металлом (при ) и диэлектриком ( ), и имеют сдвиг по фазе на, что приводит к ненулевому векторному произведению в диэлектрике и в металле:

m 2A2 2 exp(2 z)j, z (0d ), (12) m 2A2 exp(21z)j, z (0m)1 где A – амплитуда ППП, и определяют глубину затухания электромагнитного поля внутрь двух сред, и - волновое число ППП, j - единичный вектор в плоскости границы раздела между металлом и диэлектриком и перпендикулярный направлению распространения ППП. Таким образом, ППП создает постоянное эффективное магнитное поле в магнитной среде. Причем это поле направлено в плоскости образца, в отличие от эффективного магнитного поля, создаваемого при обратном эффекте Фарадея, которое направлено по нормали к образцу. Другим важным отличием является то, что такой уединенный плазмон может быть возбужден линейно-поляризованным светом, имеющим p-поляризацию. Такая конфигурация соответствует ЭЭК, поэтому явление возникновения эффективного магнитного поля при распространении ППП может быть названо обратным ЭЭК.

Обратный ЭЭК может возникать и без возбуждения плазмонных волн. Показано, что эффективное магнитное поле возникает при наклонном падении pполяризованной волны на магнитную среду, имеющую мнимую часть показателя преломления. Такое возможно, если материал обладает оптическими потерями и/или является металлом, т.е. имеет отрицательную действительную часть диэлектрической проницаемости. Получено выражение для возникающего при этом эффективного магнитного поля:

2 a Ei t12 exp(2k0n z) Heff k0 N , (13) 8 n 1 k a где - действительная часть коэффициента магнитооптической восприимчивости, определяющей связь между вектором гирации среды и намагниченностью материg aM Ei - напряженность поля падающей p-поляризованной волны, ала ( ), t12 2cosi (n cosi cost ) i - угол падения, sint n1 sini ;

k0 c,, n n 1 i - комплексный показатель преломления ферромагнетика.

Рассмотрим обратный ЭЭК в плазмонных структурах. Из уравнения (13) следует, что в рассматриваемой конфигурации эффективное магнитное поле появляется только в материалах, имеющих мнимую часть показателя преломления. Это означает, что электромагнитная волна должна затухать внутри ферромагнитной среды. Такое возможно, если материал обладает оптическими потерями и/или является металлом, т.е. имеет отрицательную действительную часть диэлектрической проницаемости. Однако, если магнитная пленка достаточно тонка, чтобы свет достигал ее нижней поверхности и отражался обратно, то эффективное магнитное поле возникает даже в среде с чисто вещественным показателем преломления.

В плазмонных кристаллах ЭЭК усиливается. Так, в периодической решетке никеля эффективное магнитное поле достигает 5000 Э вблизи поверхности никеля при освещении решетки 40 фс лазерными импульсами с пиковой интенсивностью 500 Вт/мкм2 (рис. 9).

Расчеты показывают, что в плазмонных кристаллах также усиливается обратный эффект Фарадея. При этом эффективное магнитное поле возрастает примерно на один порядок величины.

Шестая глава посвящена управлению дисперсией ППП в плазмонных кристаллах с помощью фемтосекундных лазерных импульсов, а также приповерхностных акустических волн. Если энергия падающего лазерного импульса достаточно велика, то оптическое излучение вызывает сверхбыстрые изменения диэлектрической проницаемости металла, которые в свою очередь проявляются в сверхбыстрых изменениях коэффициентов отражения и прохождения.

Наблюдение сверхбыстрых изменений оптических свойств плазмонного кристалла про2.0 ведено методом нели1.нейной спектроскопии 100 nm 0.«накачки-зондирования» (a) |Hw|/|Hwi| («pump-probe») с фемто10секундным временным -10-20разрешением. При этом 100 nm -30-40плоскость падения им-50 (b) (б) Heff (Oe) пульса накачки перпенРис. 9: (а) Распределение модуля магнитного поля |Hw| дикулярна к щелям плазэлектромагнитной волны в плазмонном кристалле перфоримонного кристалла, а рованного никеля на подложке из диоксида кремния (схема кристалла изображена на вставке), нормированного на амплоскость падения зонплитуду магнитного поля падающей волны |Hwi|. (б) Расдирующего импульса папределение эффективного магнитного поля Heff, индуцированного в плазмонном кристалле лазерным импульсом. На раллельна щелям рисунке изображены три периода структуры. Пиковая ин(рис. 10).

тенсивность лазерного импульса 500 Вт/мкм2; длительность импульса 40 фс. Период структуры d = 400 нм, ширина щеРегистрировалась ли 120 нм, толщина никелевой пленки 100 нм.

временная зависимость относительных изменений коэффициентов прохождения и отражения T / T и R / R, вызванных действием импульса накачки.

Наибольшие значения величины T / T наблюдаются на частотах, соответствующих возбуждению ППП одновременно и импульсом накачки, и импульсом зондирования. Это обусловлено тем, что при возбуждении ППП импульсом накачки значиРис. 10: Плазмонный кристалл и тельно увеличивается плотность энергии конфигурация падения излучения.

электромагнитного излучения в приповерхностном слое золотой решетки, что приводит к увеличению поглощенной золотом энергии, а, следовательно, и к усилению воздействия электромагнитного излучения на оптические свойства золота.

С другой стороны, при возбуждении ППП зондирующим импульсом в спектрах T и R наблюдаются резонансы Фано, которые чувствительны к изменениям оптических свойств золота.

Зависимости сверхбыстрых изменений T / T и R / R могут быть описаны следующим образом I t t j j Det / 2 Aj 1 erf e 2 t Bj 1 erf, (14) j I 2 j I RT j R,T – функция ошибок, - время релаксации. При этом, где ; ; erf j предполагается, что временная зависимость интенсивность импульса имеет гауссов профиль с длительностью импульса на уровне половины амплитуды 2ln 2. В уравнении (14) первое слагаемое соответствует быстрому (без вреD мени нарастания) отклику системы, который следует автокорреляционной функции лазерного импульса. Второе и третье слагаемые в (14) описывают вклад, связанный с фотоиндуцированным возбуждением электронов и последующей релаксацией их энергии в золоте. Он характеризуется быстрым ростом и последующим монотонным спадом сигнала со временем спада до постоянного уровня Bj.

j Эволюция T / T и R / R на разных частотах представлена на рис. 11. И T / T, и R / R меняют знак в области энергии от 1.60 – 1.66 эВ. Данные зависимости могут быть объяснены сдвигом и уширением резонансов Фано в спектрах Т и R. Важно отметить, что времена релаксации T и R так же зависят от энергии фотонов зондирующего импульса (рис. 11г). Это свидетельствует о наличии нескольких вкладом в T / T и R / R, которые имеют выраженную спектральную зависимость, обусловленную геометрической структурой кристалла.

Полученные результаты объяснены изменениями диэлектрической проницаемости золота, которая может быть представлена в виде:

p ib ib m 1 1 i2, (15) i ib ib где p - плазменная частота, - частота электронных столкновений, 1 и 2 - действительная и мнимая части диэлектрической восприимчивости, связанной с межзонными переходами. Фотовозбуждение электронов и их последующая релакib ib сация приводят к временной эволюции , 1 и 2. При этом наилучшего согласия данных эксперимента с результатами моделирования на основе метода RCWA ib ib 1 0.4102 2.610 3.010достигается при, и.

ib ib 1 Рис. 11: Временные зависимости T / T (a) и R / R (б) при различной энергии фотонов зондирующего импульса. Сплошные линии в (а, б) представляют собой результат аппроксимации данных в соответствии с уравнением (14). Спектральная зависимость амплитуд AT и AR (в) и времен релаксации (г) сверхбыстрых сигналов в прохождении (j = T, заполненные j кружки) и отражении (j = R, незаполненные квадратики), полученные из аппроксимации данных эксперимента уравнением (14). Вертикальные стрелки указывают энергию возбуждения ППП импульсом зондирования.

Рис. 12: Временная зависимость интенсивности отраженной волны при комнатной тем пературе для нм (верхняя кривая) и 1 800 нм, нм (нижняя кривая) ( 5 W ~ и мДж/см2).

R / R В экспериментах по акустическому воздействию на плазмонные кристаллы возбуждался биполярный импульс механической деформации путем воздействия импульсом лазерного излучения продолжительностью 40 фс и плотностью энергии порядка 10 мДж/см2 на слой алюминия, напыленный на подложку структуры.

Амплитуда генерированного импульса деформации составляла 10-3, а продолжительность 10 пс. При этом получена модуляция плазмонного резонанса в плазмонном кристалле на частотах вплоть до 110 ГГц посредством импульса приповерхностной акустической волны, возбужденного при дифракции объемной акустической волны на металлической решетке. Связанный с модуляцией резонанса сигнал R / R показан на рис. 12.

В седьмой главе исследуется распространение плазмонных импульсов по градиентному плазмонному кристаллу с медленно меняющимися в пространстве геометрическими параметрами (например, высота диэлектрической решетки) (вставка, рис. 13). В рамках метода ВКБ получена система уравнений, описывающая динамику плазмонного пакета, распространяющегося по градиентному плазмонному кристаллу:

0 rrr0 rr, (16) r0 rr0 t C(,t) - положение центра пакета в r- и где r0t r H(r,t) r, d d C(,t) k-пространствах, соответственно, - коэффициенты разложения магнитного поля плазмонного пакета Hr,t) по функциям Блоха, тензоры ( u u u u fg i , f, g r, , и , x, y, z описывают кривизну Бер f g g f ри. Кривизна Бэрри отлична от нуля, например, в случае, когда () (). Такие особенности дисперсии плазмонов возникают в магнитном поле или в структурах с нарушенной пространственной инверсией.

В случае, когда кривизна Бэрри равняется нулю уравнение (16) упрощаются до одного слагаемого в правой части каждого уравнения. В этом случае, первое из уравнений (16) аналогично уравнению, описывающему движение электрона в кри сталле при наличии внешнего электрического поля E : k eE.

Изменение высоты диэлектрической решетки градиентного плазмонного кристалла меняет дисперсию ППП вдоль оси Оx.

Изменение локального закона дисперсии ППП приводит к возникновению эффективной силы, действующей на него.

При распространении плазмонного пакета по градиентному кристаллу возможен режим осцилляций Блоха, при котором происходит разворот пакета и движение в противоположную сторону.

Рассмотрим более детально различные сценарии распространения плазмонного пакета, относящегося к первой плазмонной зоне. При этом большое значение имеет расщепление дисперсионных кривых на краю зоны БрилРис. 13: (а) Эффективная сила и частоты h люэна, создающее запрещенную границ первой (сплошная кривая) и второй зону между первой и второй дис(штриховая кривая) зон при в зависи d персионными зонами. Кроме того, мости от высоты решетки h. (б) Зависимости положения центра пакета, определённого через важна и величина эффективной локальную толщину клина, от времени. Начальсилы h. Из рис. 13а следует, ное условие: нм. Показаны три случая:

h0(0) (i) распространение без отражения ( 0 0,97 эВ, что величина h принимает красная штрих-пунктирная линия), (ii) распространение с частичным отражением и туннелинаибольшие значения для тонкой рование ( 0 1, 27 эВ, зеленая сплошная линия) решетки и монотонно уменьшаети (iii) распространение с отражением и без тунся с ростом h почти до нуля при нелирования 0 1,14 эВ (черная штриховая линия). Период диэлектрической решетки h>240nm. Так же на рис. 13а поd=280 нм и ширина щелей r=60 нм. Угол диказаны частоты границ первой и электрического клина 0, 4. Вставка: расвторой дисперсионных зон при сматриваемый градиентный плазмонный кристалл.

в зависимости h. Видно, что две зоны разделены запрещенной зоной, ши d рина которой зависит от толщины диэлектрика и достигает наибольшей величины при h~100 нм.

a b Обозначим and меньшую и большую частоты границ запрещенной зоны (рис. 13а). Существует несколько возможных вариантов распространения ППП вдоль клина в зависимости от величины центральной частоты относительно a и b и от спектральной ширины пакета (рис. 13б). Если 0 a и импульс имеет достаточно маленькую спектральную ширину ( a 0 ), то плазмонный пакет движется, замедляясь, пока не достигнет области с h 240 нм (штрихпунктирная красная линия на рис. 13б). После этого он движется равномерно.

Если 0 b 0 b, то замедленное движение пакета приводит к его и остановке и последующему развороту и ускорению. Поскольку запрещенная зона имеет конечную величину, то, как отмечалось ранее, часть пакета туннелирует во вторую зону. Туннелировавший плазмонный пакет продолжает движение в сторону увеличения толщины клина, аналогично тому, как это было для ППП из первой зоны. Волновое число увеличивается от -/d. Если на дисперсионной диаграмме пакет входит в световой конус, то его энергия излучается в объемную волну.

В промежуточном случае, когда a 0 b и спектральная ширина импульса очень мала: b a. Данные условия приводят к тому, что практически все временные гармоники, составляющие импульс, находятся внутри запрещенной зоны, что исключает процесс туннелирования (штриховая линия на рис. 13б). В данном случае происходит только отражение волнового пакета от области решетки, в которой -/d.

Если спектральная ширина плазмонного импульса достаточно велика, то возникает суперпозиция рассмотренных выше случаев: часть временных гармоник плазмонного пакета отражается и туннелирует, в то время как другие гармоники распространяются без отражения.

В Заключении приводятся основные результаты работы. В конце диссертации помещён список цитируемой литературы.

Основные результаты диссертационной работы По Главе II.

1. Предложен и разработан новый наноструктурированный материал - магнитный плазмонный кристалл, позволяющий эффективно управлять интенсивностью прошедшего или отраженного излучения и плазмон-поляритонами посредством внешнего магнитного поля. Магнитный плазмонный кристалл состоит из однородного слоя ферромагнитного диэлектрика (редкоземельный феррит-гранат с замещением висмутом) на немагнитной подложке, на поверхность которого нанесен слой благородного металла (золото), перфорированный периодической системой щелей или отверстий. Период металлической решетки составляет 300 нм – 700 нм, размер щелей или отверстий 50 – 400 нм, высота металлической решетки – 50 – 120 нм, толщина магнитного слоя – 100 нм – 3 мкм. В таком материале в спектрах оптического пропускания и отражения возникают резонансы, связанные с возбуждением ППП, волноводных мод диэлектрического слоя и щелевых мод Фабри-Перо.

2. Путем численного расчета, основанного на методе связанных мод в пространстве Фурье, показано, что вблизи возбуждения ППП на границе между металлом и магнитным диэлектриком ЭЭК резонансно усиливается. Проведена оптимизация параметров плазмонного кристалла и разработан плазмонный кристалл, в котором ЭЭК усиливается более, чем на два порядка величины.

3. Созданы образцы магнитных плазмонных кристаллов и экспериментально продемонстрировано резонансное усиление ЭЭК в 103 раз по сравнению с магнитными пленками без плазмонного слоя. При этом величина ЭЭК достигает в резонансе 1,6%, находящимся в диапазоне длин волн от 700 до 800 нм. Спектральная ширина резонанса составляет 5 нм.

4. Усиление ЭЭК в плазмонном кристалле вызвано смещением резонанса Фано в спектре оптического пропускания или отражения, обусловленным смещением частоты плазмонного резонанса во внешнем поперечном магнитным поле.

5. Предсказан и экспериментально продемонстрирован меридиональный интенсивностный эффект, возникающий в магнитных плазмонных кристаллах с волноведущим слоем, намагниченным в меридиональной конфигурации, т.е. перпендикулярно щелям решетки кристалла и в плоскости пленки. Эффект имеет две составляющие четную и нечетную по намагниченности, которые определены относительным изменением коэффициента пропускания при намагничивании или перемагничивании структуры, соответственно. Четный эффект достигает 0,8%, в то время как нечетный эффект достигает 2% и наблюдается только при наклонном падении света, поляризованного под отличным от 0 и 90 углом к плоскости падения.

6. Меридиональный интенсивностный эффект возникает из-за возбуждения в структуре квази-ТЕ и квази-ТМ волноводных мод. Так, если магнитный слой намагничен меридионально, то падающая на плазмонный кристалл ТМполяризованная волна на частоте ТЕ-моды возбуждает квази-ТЕ-моду. В размагниченной структуре это не возможно. Возбужденная квази-ТЕ мода модифицирует спектр коэффициентов пропускания или отражения и приводит к интенсивностному эффекту.

По Главе III.

1. Путем численного расчета, основанного на методе связанных мод в пространстве Фурье, показано, что вблизи частот оптических резонансов в плазмонном кристалле возникает резонансное усиление эффекта Фарадея. При этом наибольший эффект наблюдается при нормальном падении света на частоте возбуждения квази-ТЕ волноводной моды. Эллиптичность также испытывает резонансное поведение, но обращается в ноль на частоте максимума угла Фарадея.

2. Экспериментально продемонстрировано усиление эффекта Фарадея в плазмонном кристалле в 10 раз по сравнению с магнитной плёнкой без металлической решетки. Для плазмонного кристалла с магнитным слоем толщиной 150 нм угол Фарадея достиг 0,6 на длине волны 952 нм. Ширина резонанса составляет 20 нм. Важной особенностью созданного плазмонного кристалла является то, что максимум угла Фарадея наблюдается при большой величине коэффициента пропускания, равной 35%.

3. Причиной резонансного усиления эффекта Фарадея в плазмонном кристалле является увеличение эффективной длины распространения света по магнитной пленке при возбуждении в структуре волноводных мод. Это наиболее выражено при нормальном падении света, так как групповая скорость волноводных мод при этом стремится к нулю. При вырождении по частоте ТМ- и ТЕрезонансов эффективность конверсии поляризации возрастает, поэтому при этом наблюдается наибольший эффект Фарадея.

По Главе IV.

1. Резонансное увеличение эффекта Фарадея и других магнитооптических эффектов в магнитных фотонных кристаллах обусловлено уменьшением групповой скорости вблизи края запрещенной зоны. Получено аналитическое выражение для удельного угла Фарадея, которое дает величину эффекта, хорошо согласующуюся с данными экспериментов. Эффект Фарадея в фотонных кристаллах определяется двумя основными факторами: он обратно пропорционален групповой скорости и прямо пропорционален усредненной по ячейке кристалла величине магнитооптического параметра. Последняя величина зависит от распределения поля в фотонном кристалле, что объясняет разницу в величине эффекта Фарадея на коротковолновой и длинноволновой границах фотонной запрещенной зоны.

2. В рамках развитой теории получены аналитические выражения, описывающие эффект Фохта в фотонном кристалле, которые показывают, что этот эффект также возрастает при уменьшении групповой скорости, т.е. вблизи границы фотонной запрещенной зоны.

3. Проведена с помощью метода матриц переноса оптимизация одномерного фотонного кристалла и найдена структура, в которой возможна почти полная модуляция интенсивности неполяризованного излучения при перемагничивании только двух слоев фотонного кристалла. Для этого рассмотрен фотонный кристалл с тремя структурными дефектами. Модуляция интенсивности происходит на частоте разрешенного уровня, возникшего в запрещенной зоне благодаря наличию структурных дефектов.

По Главе V.

1. Показано методом численного моделирования, что обратный эффект Фарадея в плазмонных кристаллах локально возрастает на порядок величины при возбуждении ППП. Размер областей усиления эффекта составляет ~ 50 нм, что существенно меньше длины волны используемого излучения. Локальное увеличение обратного эффекта Фарадея связано с концентрацией электромагнитной энергией, возникающей при возбуждении ППП. Индуцируемое при обратном эффекте Фарадея эффективное магнитное поле направлено под некоторым углом к плоскости структуры и в соседних максимумах направлено противоположно, поэтому суммарный магнитный момент, индуцируемый световой волной, не отличается от магнитного момента в неплазмонном случае.

2. Выявлено, что при распространении ППП вдоль границы раздела между металлом и магнитным диэлектриком возникает постоянное эффективное магнитное поле, направленное в плоскости границы раздела и перпендикулярное к направлению распространения ППП. Таким образом, ППП может воздействовать на намагниченность магнитного материала.

3. Теоретически предсказан обратный экваториальный эффект Керра, заключающийся в возникновении постоянного магнитного поля в направлении, лежащем в плоскости магнитной пленки и перпендикулярном плоскости падения света.

Эффект наблюдается только при наклонном падении. Расчеты показывают, что при облучении пленки никеля фемтосекундным лазерным импульсом величина эффективного магнитного поля вблизи поверхности пленки никеля составляет 100 Э при пиковой интенсивности импульса 500 Вт/мкм2. В плазмонных кристаллах данный эффект существенно возрастает вблизи плазмонных резонансов и может достигать величины 5000 Э.

По Главе VI.

1. Экспериментально продемонстрировано управление интенсивностью отраженной и прошедшей световых волн, а также ППП при воздействии на плазмонный кристалл фемтосекундным лазерным импульсом (плотность энергии импульса 500 мкДж/см2). При этом относительная величина модуляции коэффициентов пропускания и отражения достигает 5% вблизи частот возбуждения ППП. Время релаксации порядка 500 фс.

2. Наблюдаемая модуляция оптических свойств плазмонного кристалла объяснена в терминах сверхбыстрых изменений действительной и мнимой частей диэлектрической проницаемости золота, возникающих за счет фотовозбуждения электронов проводимости и модификации межзонной компоненты диэлектрической проницаемости. Продемонстрирован метод изучения сверхбыстрых изменений различных вкладов в диэлектрическую проницаемость посредством наблюдения модуляции коэффициентов пропускания и отражения с фемтосекундным временным разрешением.

3. Экспериментально получена модуляция плазмонного резонанса в плазмонном кристалле на частотах вплоть до 110 ГГц посредством импульса приповерхностной акустической волны, возбужденного при дифракции объемной акустической волны на металлической решетке. При генерации объемной акустической волны лазерным импульсом с плотностью энергии около 10 мДж/см2 величина относительной модуляции интенсивности отраженного света составляет 2 104.

По Главе VII.

1. Предложен и разработан плазмонный кристалл с медленно меняющимся в пространстве геометрическим параметром (ширина щелей/отверстий или высота диэлектрической решетки) для эффективного управления фемтосекундными импульсами ППП, распространяющихся вдоль структуры.

2. Показано методом решения уравнений ВКБ и численным решением уравнений Максвелла конечно-разностным методом, что в зависимости от центральной частоты и спектральной ширины импульса возможна реализация различных режимов распространения импульса: замедленное или ускоренное движение, разворот в некоторой области структуры и туннелирование в соседнюю плазмонную зону.

Список основных публикаций 1. V.I. Belotelov, I.A. Akimov, M. Pohl, V.A. Kotov, S. Kasture, A.S. Vengurlekar, A.V. Gopal, D. Yakovlev, A.K. Zvezdin, M. Bayer, Enhanced magneto-optical effects in magnetoplasmonic crystals // Nature Nanotechnology. 2011, Vol. 6, p. 370376.

2. V.I. Belotelov, L.L. Doskolovich, A.K. Zvezdin, Extraordinary magnetooptical effects and transmission through the metal-dielectric plasmonic systems // Phys. Rev.

Lett. 2007, Vol. 98, p. 077401(1-4).

3. V.I. Belotelov and A.K. Zvezdin, Inverse transverse magneto-optical Kerr effect // Phys. Rev. B 2012, Vol. 86, p. 155133.

4. M. Pohl, V. I. Belotelov, I. A. Akimov, S. Kasture, A. S. Vengurlekar, A.V. Gopal, A. K. Zvezdin, M. Bayer, Plasmonic crystals for ultrafast nanophotonics // Phys.

Rev. B 2012, Vol. 85, p. 081401(R) (6).

5. C. Brggemann, A.V. Akimov, B.A. Glavin, V.I. Belotelov, I.A. Akimov, J. Jger, S. Kasture, A.V. Gopal, A.S. Vengurlekar, D.R. Yakovlev, A.J. Kent, and M. Bayer, Modulation of a surface plasmon-polariton resonance by subterahertz diffracted coherent phonons // Phys. Rev. B 2012, Vol. 86, p. 121401(R).

6. В.И. Белотелов, Д.А. Быков, Л.Л. Досколович, А.Н. Калиш, А.К. Звездин, Гигантский экваториальный эффект Керра в магнитоплазмонных гетероструктурах. Метод матрицы рассеяния // ЖЭТФ 2010, Т. 137, в. 5, c. 932-942.

7..A. Akimov, V.I. Belotelov, A.V. Scherbakov, M. Pohl, A.N. Kalish, A.S. Salasyuk, M. Bombeck, C. Brggemann, A.V. Akimov, R.I. Dzhioev, V.L. Korenev, Yu.G.

Kusrayev, V.F. Sapega, V.A. Kotov, D.R. Yakovlev, A.K. Zvezdin, M. Bayer, Hybrid structures of magnetic semiconductors and plasmonic crystals: a novel concept for magneto-optical devices, JOSA B 2012, Vol. 29, A103-A118.

8. S.N. Andreev, V.I. Belotelov, D.A. Bykov, L.L. Doskolovich, V.P. Tarakanov, and A.K. Zvezdin, Dynamics of surface plasmon polaritons in plasmonic crystals // JOSA B 2011, Vol. 28, p. 1111–1117.

9. V.I. Belotelov, D.A. Bykov, L.L. Doskolovich, A.K. Zvezdin, On surface plasmon polariton wavepacket dynamics in metal–dielectric heterostructures // J. Phys.: Condens. Matter 2010, Vol. 22, p. 395301(8pp).

10. V.I. Belotelov, D.A. Bykov, L.L. Doskolovich, A.N. Kalish, V.A. Kotov, A.K.

Zvezdin, Giant magnetooptical orientational effect in plasmonic heterostructures // Optics Letters 2009, Vol. 34, p. 398-400.

11. M. Vasiliev, M. Nur-E-Alam, V.A. Kotov, K. Alameh, V.I. Belotelov, V.I. Burkov, and A.K. Zvezdin, RF magnetron sputtered (BiDy)3(FeGa)5O12:Bi2O3 composite garnet-oxide materials possessing record magneto-optic quality in the visible spectral region // Optics Express 2009, Vol. 17, p.19519-19535.

12. V.I. Belotelov, D.A. Bykov, L.L. Doskolovich, A.N. Kalish, A.K. Zvezdin, Extraordinary Transmission and Giant Magneto-optical Transverse Kerr Effect in Plasmonic Nanostructured Films, JOSA B 2009, Vol. 26, p. 1594-1598.

13. V.I. Belotelov, A.N. Kalish, V.A. Kotov and A.K. Zvezdin, Slow light phenomenon and extraordinary magnetooptical effects in periodic nanostructured media // JMMM 2009, Vol. 321, p. 826-828.

14. V.I. Belotelov, A.N. Kalish, A.K. Zvezdin, A.V. Gopal, A.S. Vengurlekar, FabryPerot plasmonic structures for nanophotonics, JOSA B 2012, Vol. 29, p. 294-299.

15. V.I. Belotelov, L.L. Doskolovich, V.A. Kotov, and A.K. Zvezdin, Magnetooptical properties of perforated metallic films // JMMM 2007, Vol. 310, p. e843-e845.

16. V.I. Belotelov, A.K. Zvezdin, V.A. Kotov, New magnetooptical materials on a nanoscale // Phase Transitions 2006, Vol. 79, p. 93-134.

17. V.I. Belotelov, A.K. Zvezdin, Magnetooptics and extraordinary transmission of the perforated metallic films magnetized in polar geometry // JMMM 2006, Vol. 300, p.

e260-e263.

18. M. Vasiliev, V.I. Belotelov, A.N. Kalish, V.A. Kotov, A.K. Zvezdin, K. Alameh, Effect of Oblique Light Incidence on Magnetooptical Properties of One-Dimensional Photonic Crystals // IEEE Transaction on Magnetism 2006, Vol. 42, p. 382- 388.

19. M. Vasiliev, K.E. Alameh, V.I. Belotelov, V.A. Kotov, A.K. Zvezdin, Magnetic Photonic Crystals: 1-D Optimization and Applications for the Integrated Optics Devices // IEEE J. Lightwave Techn. 2006, Vol. 24, p. 2156-2162.

20. А.Н. Калиш, В.И. Белотелов, Резонансное усиление магнитооптических эффектов в одномерных фотонных кристаллах // Ученые Записки Казанского государственного университета 2006, Т. 148, с. 129-134.

21. V.I. Belotelov, A.K. Zvezdin, Magnetooptical Properties of Photonic Crystals // JOSA B 2005, Vol. 22, p. 286-292.

22. V.I. Belotelov, A.S. Logginov, A.V. Nikolaev, A.K. Zvezdin, Application of 1D magnetic photonic crystals for an optical shutter // The Physics of Metals and Metallography (Физика металлов и металловедение) 2005, Vol. 100, Suppl. 1, p. S91S93.

23. A.K. Zvezdin, V.I. Belotelov, Magnetooptical properties of photonic crystals // Euro.

Phys. J. B 2004, Vol. 37, n. 4, p. 479-487.

24. В.И. Белотелов, З.А. Волкова, Л.Л. Досколович, А.К. Звездин, В.А. Котов, Магнитооптические эффекты в металлодиэлектрических плазмонных системах // Известия РАН (серия физическая) 2007, Т. 71, с. 1530–1532.

25. Л.Л. Досколович, E.A. Безус, Д.А. Быков, В.И. Белотелов, А.К. Звездин, Резонансные магнитооптические эффекты в дифракционных решетках с намагниченным слоем // Компьютерная оптика 2007, Т. 31, в. 1, с. 4-8.

26. В.И. Белотелов, E.A. Безус, Д.А. Быков, Л.Л. Досколович, А.К. Звездин, Магнитооптические эффекты дифракционных решеток, связанные с аномалиями Рэлея-Вуда и возбуждением плазмонов // Компьютерная оптика 2007, Т. 31, в.

3, с. 4-8.

27. N.E. Khokhlov, V.I. Belotelov, A.N. Kalish, A.K. Zvezdin. Surface Plasmon Polaritons and Inverse Faraday Effect // Solid State Phenom. 2012, Vol. 190, p. 369-372.

28. V.I. Belotelov, I.A. Akimov, M. Pohl, A.N. Kalish, S. Kasture, A.S. Vengurlekar, A.V. Gopal, V.A. Kotov, D. Yakovlev, A.K. Zvezdin, and M. Bayer, Intensity magnetooptical effect in magnetoplasmonic crystals // J. Phys.: Conf. Ser. 2011, Vol.

303, p. 012038(1-8) (2011).

29. Н.Е. Хохлов, В.И. Белотелов, А.Н. Калиш, Обратный эффект Фарадея в плазмонных пленках // Вестник Московского Университета. Серия 3. Физика. Астрономия. 2011, в.3, c. 31-34.

30. Е.А. Безус, В.И. Белотелов, Л.Л. Досколович, А.К. Звездин, Усиление обратного эффекта Фарадея в диэлектрических дифракционных решетках с волноводным слоем // Компьютерная оптика 2011, т. 35, с. 432-437.

31. V.I. Belotelov, E.A. Bezus, L.L. Doskolovich, A.N. Kalish, A.K. Zvezdin, Inverse Faraday effect in plasmonic heterostructures // J. Phys.: Conf. Ser. 2010, Vol. 200, p.092003(4).

32. S. Kasture, P. Mandal, A. Singh, A. Ramsay, A. S. Vengurlekar, S. Dutta Gupta, V.

Belotelov, and A.V. Gopal, Near dispersion-less surface plasmon polariton resonances at a metal-dielectric interface with patterned dielectric on top // Appl. Phys.

Lett. 2012, Vol. 101, p. 091602(4).

33. А.Н. Калиш, В.И. Белотелов, Д.А. Быков, Л.Л. Досколович, А.К. Звездин, Оптические свойства двуслойных одномерных магнитоплазмонных кристаллов // Оптический журнал 2010, т. 77, c. 62-64.

34. В.И. Белотелов, Д.А. Быков, Л.Л. Досколович, А.Н. Калиш, А.К. Звездин, Оптические свойства перфорированных металлодиэлектрических гетероструктур, намагниченных в плоскости // Физика твердого тела 2009, т. 51, в. 3, с. 15621567.

35. А.Н. Калиш, В.И. Белотелов, Д.А. Быков, Л.Л. Досколович, А.К. Звездин, Магнитооптические эффекты в плазмонных двуслойных гетероструктурах, Ученые Записки Казанского государственного университета 2009, т. 151, кн. 1, с. 95102.

36. M. Vasiliev, V.A. Kotov, K. Alameh, V.I. Belotelov, and A.K. Zvezdin, Novel Magnetic Photonic Crystal Structures for Magnetic Field Sensors and Visualizers // IEEE Trans. Magn. 2008, Vol. 44, p. 323-328.

37. V.I. Belotelov, L.L. Doskolovich, V.A. Kotov, E.A. Bezus, D.A. Bykov, A.K. Zvezdin, Magnetooptical Effects in the Metal-dielectric Gratings // Optics Communications 2007, Vol. 278, p. 104–109.







© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.