WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Кузнецов Константин Александрович

ТОЖДЕСТВО ЛОГИКИ И МЕТАФИЗИКИ КАК ПРИНЦИП СПЕКУЛЯТИВНОЙ ФИЛОСОФИИ

Специальность 09.00.01 онтология и теория познания

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание учёной степени кандидата философских наук

МОСКВА–2012

Работа выполнена на кафедре онтологии и теории познания философского факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.

Научный Миронов Владимир Васильевич, член-корреспондент РАН, руководитель: доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой онтологии и теории познания философского факультета МГУ имени М. В. Ломоносова Официальные Шулевский Николай Борисович, доктор философских наук, оппоненты: профессор кафедры философии гуманитарных факультетов философского факультета МГУ имени М. В. Ломоносова Данилов Вячеслав Николаевич, кандидат философских наук, советник методологического управления технологического департамента ЦИК ВПП Единая Россия Ведущая Московский педагогический государственный университет, организация: кафедра философии

Защита диссертации состоится 30 мая 2012 года в 15.00 на заседании Диссертационного совета Д 501.001.37 по философским наукам при Московском государственном университете имени М. В. Ломоносова по адресу: 119991, г. Москва, Ломоносовский проспект, д.

27, корпус 4 ( Шуваловский ), философский факультет, аудитория А 518.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале отдела диссертаций Научной библиотеки МГУ имени М. В. Ломоносова в учебном корпусе Шуваловский по адресу: Ломоносовский проспект, д. 27, корпус 4, сектор Б, 3 этаж, комната 300, сектор читальных залов.

Автореферат разослан апреля 2012 г.

И.о. ученого секретаря Диссертационного совета доктор философских наук, профессор Метлов Владимир Иванович

Общая характеристика работы

Актуальность исследования. Любая философская концепция строится на определённых метафизических и логических основаниях, от которых полностью зависит её характер. Не случайно С. Н. Трубецкой утверждал, что... отношением к основным вопросам логики и метафизики определяется весь строй философских учений 1. Поэтому интерес к проблемам логики и метафизики существовал на протяжении всей истории философии.

В особенности это относится к спекулятивным философским учениям.

Предметом спекулятивной или умозрительной философии (от лат. speculatio наблюдаю, созерцаю) является бытие само по себе, иначе говоря, чистое или абсолютное бытие. Поскольку такое бытие имеет сверхчувственный характер, средствами его познания выступали или чистое мышление, или интеллектуальное созерцание (интуиция).

В истории философии спекулятивная философия выступала как ряд систем объективного идеализма, начиная с платоновской. Её вершиной стал абсолютный идеализм Гегеля последняя и наиболее совершенная система такого рода. Лучшим выражением сути спекулятивной философии является, на наш взгляд, известное изречение Гегеля истинное есть целое 2 спекулятивная философия всегда представляла собой систему, объединяющую основные положения как философского, так и научного знания своей эпохи в целом. Такими были философские учения Платона и Аристотеля (хотя в то время осуществить синтез знания в полной мере ещё не представлялось возможным). Таким был неоплатонизм, который подвёл итоги развития всей античной философии. В Новое время в этом качестве выступила система Гегеля.

Поэтому вполне законным представляется утверждение, что спекулятивная философия представляет собой философию на высшей стадии своего развития. Не случайно у Гегеля спекулятивный момент логического это синтез предшествующих моментов. Свой метод Гегель тоже не случайно называет спекулятивным это метод, осуществляющий синтез категорий в системе, метод, формирующий систему. Поскольку спекулятивная философия подводит итоги определённой эпохе развития философской мысли, таких систем Трубецкой С. Н. Основания идеализма. // Сочинения, М., 1994. с.5Гегель Г. В. Ф. Феноменология духа. СПб., 1998. c.по определению не может быть много и возникают они редко.

Характерной особенностью спекулятивных систем является тождество логики и метафизики, основанное на тождестве предметов этих дисциплин.

Предметом метафизики по традиции принято считать чистое, неэмпирическое бытие. Если предмет логики мышление тоже понимать неэмпирически, то есть не отождествлять с психической или языковой деятельностью, то, по сути, подобное мышление будет представлять собой то же самое чистое бытие. Это бытие, конечно, может выступать в различных формах, в том числе и в формах, традиционно именуемых логическими и онтологическими. Но все различия этих форм представляют собой внутренние различия одного и того же бытия и, соответственно, одного и того же мышления.

Согласно Гегелю, спекулятивное есть вообще не что иное, как разумное 3. Спекулятивная философия представляет собой интеллектуальное воззрение на мир, понять которое можно, только отбросив... мнение, будто истина есть нечто осязаемое 4. Основную идею спекулятивной философии в ее гегелевском варианте хорошо выразил С. Н. Трубецкой: В основании человеческого разума, мыслящего сущее, лежит всеобщий, универсальный разум в одно и то же время начало мышления и бытия: он обусловливает собою истину человеческого познания и разумность всего существующего 5.

Таким образом, поскольку предмет спекулятивной философии в ее гегелевском варианте чистое, абсолютное бытие, эта философия есть метафизика. Поскольку это чистое бытие представляет собой объективный разум, логос, такая философия есть логика. Именно поэтому Гегель утверждает, что логическая наука составляет собственно метафизику или чистую, спекулятивную философию 6.

С точки зрения спекулятивной философии, логика не может быть отдельной, независимой от философии наукой, ещё и потому, что это означало бы зависимость, хотя бы формальную или методологическую, философии от логики. Однако, спекулятивная философия сама должна определять метод, согласно которому строится её система, а не заимствовать его у какой–либо частной научной дисциплины. Имманентной логикой спекулятивной филоГегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. т. 1. М., 1974. с.2Гегель Г.В. Ф. Наука логики. СПб., 1997. с.Трубецкой С. Н. Основания идеализма. // Сочинения, М., 1994. с.5Гегель Г. В.Ф. Наука логики. СПб., 1997. с.софской системы исторически считается диалектика, хотя, строго говоря, диалектика это лишь один из моментов спекулятивного мышления.

Конечно, в связи с кризисом классического рационализма спекулятивная философия утратила популярность ещё в середине XIX века. Господствующим мировоззрением на Западе, а затем и в России стал сциентизм с его культом естественных наук и антиметафизической, а часто и антифилософской направленностью. Результатом стало практически полное отсутствие метафизики в современной философии, что весьма напоминает ситуацию, охарактеризованную в своё время Гегелем: Таким образом, поскольку наука и расхожий человеческий рассудок способствовали крушению метафизики, казалось, что в результате их общих усилий возникло странное зрелище – образованный народ без метафизики, нечто вроде храма, в общем–то разнообразно украшенного, но без святыни 7.

Реакция против спекулятивного идеализма Гегеля была, без сомнения, исторически оправдана. Но с теоретической точки зрения, она, как отмечал С. Н. Трубецкой, не имела прочного основания. Ведь спекулятивный идеализм, даже если судить по истории философии, вовсе не был случайным ходом мысли: Идея универсального Разума, как начала объективного, логического знания и вместе как мирового начала, есть, очевидно, идея, имеющая общечеловеческое значение и характер 8.

Тем более, абсолютный идеализм в его гегелевском варианте так и не был опровергнут. Он, конечно, подвергался критике с разных позиций, но настоящим опровержением гегелевской философии вообще и логики в частности было бы её развитие. Ведь с точки зрения гегелевского спекулятивного или, выражаясь более привычно, диалектического метода, развитие философской системы и представляет собой выход за её пределы, то есть её снятие, превращение в идеальный момент новой системы. Однако, в отношении системы Гегеля такого развития не последовало. В частности, все логические учения после Гегеля исходили из различия субъекта и объекта, мышления и бытия, возвращаясь, тем самым, к догегелевской, а часто даже к докантовской точке зрения.

В настоящее время антиметафизические настроения в философии явно уходят в прошлое. Например, в современной немецкой философии не отмеГегель Г. В.Ф. Наука логики. СПб., 1997. с.Трубецкой С. Н. Основания идеализма. // Сочинения, М., 1994. с.5чено какой–либо неприязни к метафизике. Скорее наоборот, признается ее необходимость:... без метафизики вообще не может быть знания и науки.

Даже антиметафизики и постметафизики, которые позиционируют себя по ту сторону метафизики, занимаются метафизикой и становятся тем самым жертвой самообмана 9. Отмечается, что даже Карнап, пытавшийся бороться с метафизикой и обвинявший ее в бессмысленности, сам является метафизиком, так как он своим анализом непротиворечивости логических предложений и эмпирической обоснованности не требовал ничего иного, чем Платон в „Федоне“ относительно разработки системы идей, а именно, логической непротиворечивости посредством редукции к трансцендентальным условиям и эмпирической обоснованности посредством отсылки к опыту 10. Поэтому философское мышление, поскольку оно является опосредствованным, то есть понятийным и логическим, не может обойтись без метафизики.

Это неудивительно, если учитывать роль метафизики в познании, отмеченную ещё Гегелем:... метафизика есть не что иное, как совокупность всеобщих определений мышления, как бы та алмазная сеть, в которую мы вводим любой материал и только этим делаем его понятным 11. Как показывает история философии, даже любая критика метафизики с необходимостью предполагает основания, несводимые к какой–либо эмпирической реальности психологической, экономической, социальной и т.д., то есть сама исходит из положений метафизического характера.

Таким образом, постепенно снова приходит осознание необходимости метафизики как особого рода теоретического знания. Это значит, что появляется возможность для возрождения спекулятивной философии. Но условием этого, как писал в своё время С. Н. Трубецкой, является усвоение открытий, совершенных спекулятивным идеализмом12.

Поэтому интерес современных философов к Гегелю не случаен. В качестве примера можно привести вышедший в 2004 году в Германии сборник докладов основных представителей современной немецкой философии, а также ведущих исследователей философии Гегеля, в которых оценивается влияние K. Gloy: Metaphysik ein notwendiges oder verzichtbares Projekt? // Unser Zeitalter ein postmetaphysisches? Hg. von Karen Gloy, Wrzburg. 2004.

Ibid.

Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. т. 2. М., 1974. с.Трубецкой С. Н. Основания идеализма. // Сочинения, М., 1994. с.5гегелевской системы на современную философию13. Оказывается, наследие Гегеля представляет отнюдь не только антикварную ценность. Многие положения гегелевской системы снова представляют интерес для современных исследований в области онтологии, семантики, эпистемологии и философии сознания.

На наш взгляд, особенный интерес представляют достижения Гегеля в сфере логики, которая и является у него, как уже отмечалось, спекулятивной философией. Возможно, открытия Гегеля в этой области окажутся весьма полезными для современной философии, хотя бы тем, что помогут изменить взгляд на логику, метафизику и диалектику.

В целом, данная работа посвящена ответу на вопрос, по каким причинам и каким образом в спекулятивной философии логика с необходимостью совпадает с метафизикой или онтологией. Логику при этом мы предварительно определим, согласно традиции, как теорию познающего истину мышления.

Такое мышление ни в коей мере не является чем–то эмпирическим, то есть психологическим или языковым, оно имеет объективное значение и представляет собой чистый разум или логос. Под метафизикой же понимается теория чистого, неэмпирического бытия, то есть то же самое, что и онтология. Подобная трактовка метафизики ближе к её первоначальному значению первой философии у Аристотеля.

Степень разработанности проблемы. Несмотря на то, что исследования и логики, и метафизики велись в философии на протяжении всей её истории, внимание именно к принципу тождества логики и метафизики было характерно только для гегелевской школы и неогегельянства. Так, именно представителю гегельянства К. Фишеру принадлежит работа Логика и метафизика, где систематически рассматривается данная проблема. Необходимо отметить также работу Б. Н. Чичерина Основания логики и метафизики. Из представителей других направлений в философии можно выделить Н. Гартмана, обратившего в своих работах внимание на связь логики и метафизики.

Однако, во–первых, различные аспекты тождества логики и метафизики подробно рассматривались в историко–философской литературе, посвящёнHegels Erbe und die theoretische Philosophie der Gegenwart. Frankfurt am Main, 20ной античной философии и философии немецкого идеализма. Здесь нужно выделить работы В. Виндельбанда, А. Тренделенбурга, К. Фишера, Ф. Коплстона, Р. Кронера, Н. Гартмана, А. Кожева, В. Хёсле, М. Баума, К.Дюзинга, Н. Фульды, С. Н. Трубецкого, И. А. Ильина, А. Ф. Лосева, В. Ф. Асмуса, К. С. Бакрадзе, Р. К. Луканина и др.

Во–вторых, с проблемой тождества логики и метафизики напрямую связаны исследования по диалектике и диалектической логике. Здесь необходимо отметить работы Э. В. Ильенкова. Данной теме посвящены также работы Ф. Энгельса, А. Либерта, Й. Кона, Б. Н. Чичерина, М. М. Розенталя, Б. М. Кедрова, П. В. Копнина, Л. К. Науменко, З. М. Оруджева, С. Б. Церетели и др.

Цель исследования состоит в определении причин и оснований тождества логики и метафизики в спекулятивной философии. Конкретнее, необходимо выяснить, почему логика как наука о познающем истину мышлении, то есть о чистом разуме (логосе) по своему предмету, содержанию и методу тождественна метафизике науке о чистом бытии (бытии самом по себе) и каким образом это тождество реализуется в спекулятивной философии.

Для достижения этой цели необходимо решить следующие задачи:

1. Выделить основные виды логических теорий.

2. Определить тенденцию развития основных направления логики.

3. Выявить, статус логики в различных философских системах и её отношение к метафизике (онтологии).

4. Выяснить, каким образом историческое развитие логики и метафизики пришло к тождеству этих дисциплин в системе Гегеля.

5. Рассмотреть основания тождества логики и метафизики в спекулятивной философии.

6. Выявить и исследовать предмет, содержание и метод спекулятивной логики, то есть логики, тождественной с метафизикой.

7. Рассмотреть, с одной стороны, отношения метафизики и диалектики, с другой стороны, логики и диалектики.

8. Уточнить предмет математической логики и рассмотреть её отношение к логике в целом.

Теоретико–методологическая база. Теоретическим основанием данного исследования является абсолютный идеализм Гегеля. Поэтому в работе будет использоваться спекулятивный (обычно называемый диалектическим) метод, разработанный Гегелем. Этот метод в самых общих чертах состоит в том, что исследуемый предмет следует рассматривать не просто как нечто определённое, тождественное себе и потому фиксированное, а как предмет в его логическом развитии как нечто определённое, следовательно, имманентно противоречивое и потому переходящее в своё иное.

Поскольку данное исследование будет осуществляться на историко–философском материале, наряду со спекулятивным методом широко будет использоваться анализ этого материала.

Положения, выносимые на защиту:

1. Логика как наука о познающем истину мышлении, то есть о чистом разуме (логосе), по своему предмету, содержанию и методу тождественна метафизике науке о чистом бытии (бытии самом по себе) 2. Трактуемая так логика не является отдельной самостоятельной наукой, а представляет собой часть философской системы, причём в предельном случае её фундаментальную часть, тождественную метафизике или онтологии.

3. Основаниями тождества логики и метафизики в спекулятивной философии являются тождество субъекта и объекта, мышления и бытия, предмета и метода.

4. Логика, тождественная с метафизикой, представляет собой систему, объединяющую категории традиционных метафизики и логики с помощью спекулятивного (называемого обычно диалектическим) метода.

5. Противопоставление, с одной стороны, метафизики и диалектики, с другой стороны, логики и диалектики, является необоснованным.

6. Диалектическая логика не является некой содержательной логикой в противоположность формальной. Диалектической может быть только логика, тождественная с метафизикой.

7. Математическая логика представляет собой специальный раздел математики, который не следует отождествлять с логикой как наукой о познающем истину мышлении.

Новизна результатов исследования:

1. Диссертация представляет собой первое в современной отечественной философии исследование базового принципа спекулятивной философии принципа тождества логики и метафизики. В ходе исследования было выявлены теоретическое основания данного принципа тождество предметов логики и метафизики, то есть чистого мышления или логоса и бытия самого по себе.

2. В работе рассмотрены на предмет реализации в них принципа тождества мышления и бытия четыре основных типа логических теорий традиционная или аристотелевская логика, трансцендентальная логика, спекулятивная логика, математическая логика. Показано, что принцип тождества мышления и бытия в той или иной степени реализуется в каждом типе логики, поэтому исключительно формальной логики не существует.

3. В диссертации выделены два основных направления развития логики, берущие своё начало в философии Аристотеля. Первое спекулятивное (метафизическое) направление, его вершиной является спекулятивная логика Гегеля. Второе направление в логике формальное. Оно получило свое развитие в математической логике. Показано, что новые направления в логике всегда возникали в рамках философских концепций, которые и определяли развитие данных направлений. Так, математическая логика в онтологическом смысле восходит к монадологии Лейбница, а спекулятивная логика Гегеля к метафизике Аристотеля и кантовскому трансцендентализму.

4. Исследована специфика спекулятивной логики как системы, объединяющей традиционную логику и метафизику. Установлено, что содержание спекулятивной логики представляет собой категории традиционных метафизики и логики, объединённых в систему с помощью спекулятивного (обычно называемого диалектическим) метода. Рассмотрена возможность развития спекулятивной логики через добавление в систему новых категорий. В частности, подвергнута критическому разбору попытка В. Хёсле дополнить логику Гегеля категорией интерсубъективности.

5. Рассмотрены попытки развить спекулятивное направление в логике представителями магбургского неокантианства, английского абсолютного идеализма, в неогегельянства и диалектического материализма. Показано, что данные концепции основывались на различении субъекта и объекта, мышления и бытия и поэтому возвращались к догегелевской, и даже к докантовской точке зрения.

6. Более точно проведено различие между диалектической (содержательной) и математической (формальной) логикой. Выявлено, что различие между данными логиками находится на онтологическом уровне.

Предложены три основные трактовки математической логики математическая логика как специальный раздел математики, как логика в собственном смысле, то есть самостоятельная наука и как философский проект, призванный заменить философию вообще и метафизику в частности. Установлено, что в настоящее время актуальной является первая трактовка. Рассмотрено соотношение с одной стороны, логики и диалектики, с другой диалектики и метафизики в диалектическом материализме. Показано, что диалектическая логика возможна только как спекулятивная логика, тождественная с метафизикой.

Теоретическое и практическое значение диссертации. Во–первых, данная работа представляет собой попытку определения основных подходов к логике, тенденций её развития, исследования связи логики с метафизикой, что позволяет выявить причины и основания тождества логики и метафизики в спекулятивной философии. Во–вторых, работа демонстрирует, что формальная интерпретация логики не является единственно возможной и показывает необходимость не ограничивать логические исследования сферой математической логики. В–третьих, в работе подробно рассматриваются предмет, содержание и метод спекулятивной логики и показывается необходимость её развития. Результаты диссертации можно использовать в разделе онтология общих курсов философии, а также при чтении спецкурсов по диалектике и метафизике.

Апробация результатов исследования. Основное содержание работы

прошло апробацию в публикациях автора, а также в ходе чтения лекций и проведения семинарских занятий по курсу философии на факультете мировой политики МГУ им. М. В. Ломоносова, в Российском государственном университете физической культуры, спорта и туризма и в Высшей Школе Управления в 2003–2006 гг.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, четырёх глав, заключения и списка литературы.

Основное содержание работы Во введении раскрываются актуальность и степень разработанности проблемы, определяются цели и задачи исследования, указывается его методологическая основа, раскрывается научная новизна, формулируются положения, выносимые на защиту, устанавливается теоретическая и практическая значимость работы, описываются её апробация и структура.

В первой главе Аристотель и формальная логика рассматривается логическое учение Аристотеля, послужившее основой для логической системы, называемой традиционной логикой.

В Первом параграфе Общая характеристика философии Аристотеля раскрываются некоторые характерные особенностей античной философии вообще и философии Аристотеля в частности. Отличительной чертой античной философии был онтологизм, сосредоточенность на исследовании бытия самого по себе. Поскольку мышление в ту эпоху ещё не было выделено в отдельную сферу, противоположную бытию, логика и метафизика (онтология) ещё не представляли собой две разные дисциплины. В античной философии до Аристотеля не было предпосылок для разделения логики и метафизики. В качестве таких предпосылок выступили некоторые существенные особенности философии Аристотеля. Эта философия по содержанию носила энциклопедический характер, однако метод Аристотеля ещё не позволял построить систему в полном смысле этого слова. Поэтому для философии Аристотеля характерно сочетание спекулятивных (диалектических) и абстрактных, рассудочных элементов. Эта двойственность отразилась и на логическом учении Аристотеля.

Во втором параграфе Логика Аристотеля и её связь с метафизикой исследуется связь логического учения Аристотеля и его метафизики.

У самого Аристотеля не было деления на логику и метафизику. Это деление было сделано позднее перипатетиками. Так, закон противоречия Аристотель формулирует и доказывает в Метафизике. Там же Аристотель утверждает, что учение о доказательствах является предметом философии. Категории тоже рассматриваются как в одноимённом специальном сочинении, так и в Метафизике.

Логика Аристотеля не тождественна формальной или традиционной логике. Традиционная логика, представляет собой синтетическую доктрину, на которую, кроме аристотелевской логики, оказали влияние логические учения различных философских школ разных эпох. В сочинениях самого Аристотеля отсутствует даже сам термин логика и тем более формальная логика как название науки о принципах мышления.

То, что традиционно понимали под логикой Аристотеля, то есть его силлогистику и связанные с ней учения о понятии и суждении, имеет ограниченное значение. Гегель справедливо отмечает, что философия Аристотеля основана не на этой логике, а сам Аристотель в своих работах не мыслил в открытых им логических формах.

Единство логики и метафизики у Аристотеля, в частности, проявляется в приведённом в Метафизике доказательстве важнейшего принципа, ставшего впоследствии законом формальной логики принципа противоречия. Доказательство данного принципа у Аристотеля имеет онтологический характер, поскольку основано на положении о постоянстве и устойчивости предметов.

Там же, в Метафизике, Аристотель нарушает этот только что доказанный принцип. Формально–логические рассуждения приходят в противоречие со спекулятивными элементами философии Аристотеля. Доказательством тому является аристотелевская концепция ума–перводвигателя, который представляет собой тождество субъекта и объекта, мышления и его предмета. Таким образом, космический ум у Аристотеля представляет собой явно противоречивый предмет. Поэтому принцип противоречия оказывается применим лишь к конечным объектам, то есть не является универсальным.

Рассматривая развитие логики после Аристотеля, можно выделить два основных направления её развития спекулятивное (метафизическое), исходящее из онтологической интерпретации логики и формальное, разделяющее метафизику и логику и сближающее последнюю с грамматикой. Развитие получило главным образом формальное направление в логике, которое осуществлялось в направлении все большей её формализации. Диалектика, получившая развитие в неоплатонизме, хотя и являлась, по сути, объективной логикой, так и не стала логической системой, объединявшей объективную и субъективную логику.

В схоластической традиции преобладало аналитическое мышление, формально истолкованная аристотелевская логика была лишь средством толкования текстов и ведения диспутов. Поэтому в Новое время с его в основном гносеологическими интересами, философы и естествоиспытатели отрицательно относились к формальной логике, избегая употреблять даже сам термин логика.

Осознание ограниченности традиционной логики повлекло за собой появление двух новых противоположных направлений в логике трансцендентальной логики, связанной с именем Канта и математической логики, восходящей к Лейбницу. Кант стремился сделать логику гносеологией, а Лейбниц универсальной математикой.

В третьем параграфе Выводы к главе 1 сделаны краткие выводы к главе. В частности, отмечается, что Аристотель не ставит проблемы тождества логики и метафизики, поскольку это для него не является проблемой.

Логика у самого Аристотеля ещё не отделилась от метафизики. Однако, Аристотель даёт возможность для такого разделения, которое впоследствии привело к полному обособлению данных дисциплин. В то же время, Аристотель все же намечает и некоторые предпосылки к их объединению. Его учение об уме, который является тождеством противоположностей субъекта и объекта, мышления и мыслимого (то есть бытия), было одним из оснований для Гегеля при создании его спекулятивной логики.

Во второй главе Метафизика как логика (трансцендентальная логика) рассматривается развитие спекулятивного направления в логике представителями немецкого идеализма от Канта до Гегеля.

В первом параграфе Общая характеристика философии Канта кратко характеризуются основные положения философии Канта. Оригинальность подхода Канта к гносеологии состояла в опровержении основной метафизической предпосылки, характерной как для обыденного сознания, так и для догматической философии Нового времени наивного реализма. Познающий субъект становился активным началом, определяющим познаваемые предметы. В этом состоял знаменитый коперниканский поворот, осуществлённый Кантом.

Поскольку в центре философии оказался субъект, для решения гносеологических проблем необходимо было исследовать его познавательные возможности. Кант заменил онтологию как общезначимое и необходимое систематическое знание о вещах вообще аналитикой рассудка. Подобная замена с неизбежностью превращала метафизические исследования в логические.

Во втором параграфе Новое содержание логики определяются новые положения, которые Кант внёс в логику. Он чётко определил предмет традиционной или общей логики. Согласно Канту, она излагает исключительно формальные правила всякого мышления. Тем самым, эта логика отвлекается от всех объектов познания и различий между ними. Именно в философии Канта приняла окончательный вид, в полном смысле слова, формальная логика.

Определение предмета традиционной логики выявило её методологическую ограниченность. По Канту, логический критерий истины или формальная правильность знания является только отрицательным условием истины.

Формы традиционной логики оказываются не формами познания, а лишь формами аналитической обработки готового содержания представлений. Поэтому возникла необходимость в логике, которая не отвлекалась бы от всякого содержания познания. Кант назвал её трансцендентальной логикой.

Трансцендентальная логика исследует чистые априорные знания, действия чистого мышления, а также происхождение этих знаний, то есть сферу, недоступную для общей логики, которая не в состоянии отличить априорного знания от эмпирического.

Далее рассматриваются чистые рассудочные понятия или категории и значение их введения в логику. Предметное познание, согласно Канту, всегда представляет собой расширение знаний о предмете, то есть синтез. Выражением мышления, расширяющего знания о предмете, являются априорные синтетические суждения, а не аналитические, являющиеся предметом традиционной логики.

Синтез понятий в суждениях, согласно Канту, осуществляется посредством чистых рассудочных понятий, которые Кант, по примеру Аристотеля, называет категориями. Эти формы не рассматривались формальной логикой, поэтому она не только не могла помочь развитию научного знания, но и обосновать собственные положения.

Поскольку трансцендентальная логика берет свои категории из традиционной логики, она не отвергает эту логику, она только отвергает её претензии на единственность. Формальная логика не является ложной, она просто имеет частное значение в познании.

Рассмотрение категорий в качестве предмета логики делает возможным объединение логики и метафизики, осуществлённое позже Гегелем. Начиная с Канта, появилась возможность рассматривать логику как систематическое изложение категорий, которые традиционно считались предметом метафизики.

Затем в параграфе рассматривается кантовская концепция трансцендентального субъекта и её значение для логики. Основанием для категорий у Канта является чистое, то есть неэмпирическое самосознание чистая апперцепция или трансцендентальное единство самосознания. Категории, таким образом, следуют из акта самосознания. Объективные, то есть всеобщие и необходимые определения мышления оказываются результатами деятельности самого мышления.

Логика у Канта переходит от эмпирического описания схем соединения понятий в суждениях к рассмотрению оснований этого соединения, становясь действительно априорной научной дисциплиной.

В трансцендентальной логике Канта возникает новая теория понятия. Если в традиционной логике понятиями считались общие представления, образованные из единичных, наглядных представлений, то в кантовской философии основой понятия является всеобщий субъект, трансцендентальное единство самосознания. Этот подход был впоследствии развит Гегелем в его теории понятия.

В то же время трансцендентальное единство апперцепции обеспечивает единство познаваемого предмета, то есть имеет объективное значение. Без трансцендентального субъекта нет объекта, нет единства в многообразии чувственных данных. Субъективное единство сознания является чем–то единичным, а значит, случайным. Каждый по разному воспринимает предметы. Поэтому объективное, то есть научное познание на такой основе невозможно.

Условием объективности познания может быть только всеобщее, непсихологическое самосознание.

Второй параграф Диалектический момент в логике посвящён диалектике в логике Канта. Трансцендентальная логика выделяет ту часть мышления, которая имеет источником только рассудок, но условием применения этого чистого знания является созерцание, в котором даны предметы.

Без созерцания у знания нет объекта и оно остаётся пустым.

Однако рассудок может принять данные формальные принципы за материал и судить о предметах, которые не могут быть даны. В этом случае рассудок становится чистым разумом, который применяется диалектически. Вторая часть кантовской трансцендентальной логики является критикой этой диалектики разума и называется трансцендентальной диалектикой.

Кант впервые ввёл различение между рассудком и разумом. Разум представляет собой высшую синтетическую функцию мышления. Понятия чистого разума существенным образом отличаются от чистых понятий рассудка.

Эти понятия Кант называет идеями, имея в виду под ними нечто безусловное и бесконечное.

Разум стремится познать бесконечное, но не в состоянии этого сделать, так как в качестве форм мышления у разума есть только категории, а они, как определения субъекта, пусть и всеобщего, тоже являются чем–то субъективным. Поэтому когда категории, предназначенные для упорядочения явлений, применяются для познания бесконечного, это приводит к ложным умозаключениям (паралогизмам) и противоречиям (антиномиям).

Кант разрешает эти антиномии в духе своего трансцендентального идеализма. Поскольку определения пространства и времени касаются лишь явлений, а не вещей в себе, то никакого противоречия нет. Оно было бы, если бы данные формы относились к вещам, существующим вне субъективного мышления.

Тем самым, противоречивым оказывается самосознание. Поэтому Кант, по мнению Гегеля, не разрешил противоречие, он просто перенёс его в самосознание. Согласно Гегелю, для того, чтобы по–настоящему разрешить это противоречие, необходимо было показать, что и категории сами по себе неистинны.

Истинным является только их конкретное единство.

Вывод об имманентной противоречивости мышления является ещё одним важным вкладом Канта в логику. Если до Канта считалось, что мышление впадает в противоречия из–за субъективной ошибки, то согласно Канту, мышление по своей природе впадает в противоречия, пытаясь познать бесконечное.

В третьем параграфе Трансформация трансцендентальной логики в спекулятивную показан происходивший в немецком идеализме процесс перехода от трансцендентальной логики к спекулятивной. Причиной этого процесса стали некоторые существенные недостатки кантовской философии вообще и его логического учения в частности. Основным недостатком кантовской философии являлся её дуализм, изначальное и непреодолимое разделение субъекта и объекта познания. Данный недостаток пытались преодолеть сначала Фихте, а потом Шеллинг.

Фихте в понятии абсолютного самосознания осуществил снятие кантовского дуализма самосознания и вещи в себе. Предмет и его понятие оказались различными формами Я. Таким образом, тождество предмета и понятия имеет основанием тождество продуцирующего их субъекта. Фихте также впервые попытался осуществить дедукцию категорий из Я и тем самым обосновать в том числе и законы формальной логики.

Однако у Фихте не–Я содержалось в Я как постоянная, хоть и самим Я положенная граница. Философия Фихте не могла объяснить единство обоих. Необходим был принцип тождества субъекта и объекта, Я и не– Я. Данный принцип выступил в философии Шеллинга, где Я и не–Я выступали в качестве полюсов единого целого.

Возникла проблема, как мыслит целое, в котором происходит поляризация Я и не–Я, сознания и мира объектов. По Шеллингу, это тождество нельзя выразить в понятии, так как оно сразу выступит там в виде антиномии. Абсолют как тождество природы и духа может познаваться только непосредственно, то есть интуитивно.

Однако интеллектуальная интуиция в качестве средства философского познания оказывается догматизмом и в конце–концов мистицизмом. Появляется необходимость превратить интеллектуальное созерцание в логику, что и было сделано Гегелем.

В четвертом параграфе Выводы к главе 2 делаются краткие выводы к главе. В частности, отмечается, что важнейшими достижениями трансцендентальной логики Канта являются, во–первых, рассмотрение категорий как предмета логики, во–вторых, введение в логику субъекта (трансцендентальной апперцепции или чистого самосознания), и, в третьих, введение в логику отрицательного или диалектического момента (в виде антиномий).

В третьей главе Спекулятивная логика Гегеля рассматривается вершина развития метафизического направления в логике спекулятивная логика Гегеля.

В первом параграфе Общая характеристика системы Гегеля даются основные черты философской системы Гегеля. Философия Гегеля имеет синтетический характер, объединяя в себе всю предшествующую философию. Гегелевская система представляет собой абсолютный идеализм, однако, в отличие от Шеллинга, адекватной формой познания абсолюта Гегель считает науку или научную систему.

Абсолют, по Гегелю, является саморазвивающимся конкретным тождеством субстанции и субъекта, мыслящим себя мышлением, целью которого является достижение истинного знания о себе, выраженного в научной системе. Такой абсолют представляет собой Абсолютный дух.

Поскольку первой и фундаментальной частью философии у Гегеля является логика, весьма распространённым является определение философии Гегеля как панлогизма. Однако панлогизм не означает, что Гегель сводит все к абстрактному мышлению. Под мышлением Гегель понимал спекулятивное, то есть объективное и конкретное мышление. Поэтому сферы природы и духа не являются у Гегеля чем–то второстепенным по отношению к логике.

Логика, таким образом, представляет собой лишь часть целого, хотя и фундаментальную часть.

Логика Гегеля представляет собой совершенно новую логическую систему, поскольку представляет собой, в отличие от логики повседневного мышления, логику философско–спекулятивного мышления.

Второй параграф Предмет логики Гегеля посвящён подробному исследованию особенностей трактовки Гегелем предмета логики. Определяя предмет логики, то есть мышление, Гегель, во–первых, выступает против трактовки мышления как на одной из психических способностей человека.

Во–вторых, Гегель против традиционного рассмотрения языка как единственной формы проявления мышления. В третьих, Гегель против трактовки мышления как исключительно формальной деятельности, а логики, соответственно, как формальной дисциплины.

По мнению Гегеля, мышление всегда предметно, оно выделяет в предмете его сущность или закон, то есть его объективную истину. Мысль оказывается субстанцией мира, а логика наукой об этой субстанции.

Мышление не только является субстанцией, то есть чем–то объективным, но и деятельностью, которая предполагает деятеля, то есть субъекта этого постигающего всеобщее мышления. Всеобщее в вещах может постичь только обладающий всеобщностью субъект, чистое сознание.

Логической формой у Гегеля является понятие. Однако, понятие у Гегеля ничего общего не имеет с понятием в традиционной логике. В гегелевской логике понятие является не абстрактным представлением, а чистым самосознанием или субъектом.

Истина в качестве науки оказывается чистым развивающимся самосознанием, тождественным с объектом. Поэтому логика не формальна, её содержанием или, по Гегелю, материей, является чистая мысль. Но эта материя сама является абсолютной формой, то есть форма и материя в логике совпадают. Гегель на новом уровне приходит к аристотелевской концепции бога как мыслящего себя абсолютного ума.

Поскольку в философии Гегеля порядок мышления и порядок бытия совпадают, это означает также совпадение логики с онтологией (метафизикой).

Логика уже не занимается определением мышления как субъективной деятельности, а определяет также и порядок бытия.

В третьем параграфе Содержание логики Гегеля рассматриваются формы, входящие в состав логики Гегеля. Так как логика Гегеля является метафизикой, её содержанием являются чистые определения бытия или категории. Однако если метафизика превращается в логику, уже невозможно оставить вне метафизики формальную логику, как это делала традиция.

Поэтому в состав логики Гегеля входят и те формы мышления, которые составляли содержание традиционной логики. В философии Гегеля происходит разрыв с традицией, считающей логику самостоятельной наукой.

Логика у Гегеля делится на логику понятия как бытия и понятия как понятия соответственно, на объективную и субъективную логику. Объективная логика занимает место прежней метафизики, субъективная логика включает в себя формы традиционной логики. Поскольку логика изначально предполагает тождество субъекта и объекта, согласно Гегелю, различию между субъективным и объективным не имеет здесь особого значения. Поэтому хотя в целом логика, делится на объективную и субъективную логику, в ней можно выделить три части: Логику бытия, Логику сущности и Логику понятия.

Четвертый параграф Метод Гегеля посвящён особенностям философского метода Гегеля. Логику Гегеля сделал системой именно его метод. Этот метод обычно называют диалектикой или диалектическим методом. Сам Гегель называл его абсолютным или спекулятивным методом.

Метод Гегеля представляет собой метод развития. Концепция развития Гегеля восходит к Аристотелю с его различением потенциального и актуального бытия. Причиной развития является противоречия в предмете между его потенциальным и актуальным бытием или, по Гегелю, бытием в себе и бытием для себя. При этом развитие имеет определённую цель, заданную в самом начале, заранее. Развитие, таким образом, оказывается возвращением к началу.

Идея развития изначально была связана у Гегеля с учением Аристотеля о целесообразности, поскольку развитие понималось как осуществление цели.

Поэтому Гегеля невозможно считать эволюционистом. Развитие для Гегеля, так же, как и для Аристотеля, является не эволюцией, понимаемой как возникновения высшего из низшего, а представляет собой актуализацию формы, превращения возможности в действительность.

Развитие в логике Гегеля происходит не во времени, а имеет исключительно логический характер. Категории не возникают, поскольку они все даны изначально и диалектика лишь обнаруживает их порядок. Таким образом, логическое не совпадает с историческим, а логика, соответственно, с историей философии. В природе же, по Гегелю, развития нет вообще, там возможно лишь отражение противоположностей друг в друге.

Развитие у Гегеля это всегда саморазвитие. В логике Гегеля предметом является саморазвитие понятия. Поскольку предмет и метод в логике Гегеля совпадают, логический метод у Гегеля это вся логика, которая представляет собой абсолютную деятельность самоопределения понятия.

Поэтому метод Гегеля не является чем–то внешним предмету, как в естествознании и математике и не сводится к триаде тезис–антитезис–синтез.

Гегель даже не употребляет эти термины в отношении своей философии. Хотя Гегель и считает триадичность подлинной формой науки, он категорически против формальной интерпретации триадичности.

У Гегеля речь идёт не о схеме тезис–антитезис–синтез, а о трёх сторонах логической формы рассудочном, диалектическом или отрицательно– разумном и спекулятивном или положительно–разумном. Причём эти стороны являются не частями логики, а её моментами, точнее, моментами понятия как логической формы. Рассмотрение их В качестве трёх самостоятельных сторон является лишь абстракцией.

Спекулятивная логика при этом не является ещё одной логической теорией наряду с обычной рассудочной логикой, а содержит её в себе. Поэтому спекулятивную логику легко можно превратить в рассудочную.

Тем самым, логика Гегеля вовсе не является диалектической. С таким же основанием она может называться рассудочной и, даже с большим основанием, спекулятивной. На самом деле, Гегель не делил логику на формальную и спекулятивную или, тем более, диалектическую для него существовала только одна логика.

Метод Гегеля объединяет оба существующих метода конечного познания аналитический и синтетический. Философский, то есть спекулятивный метод и аналитичен, и синтетичен не потому, что эти методы осуществляются в нем параллельно или попеременно. Данные методы существуют в спекулятивном методе лишь в снятом виде, как его моменты.

Метод Гегеля принципиально отличается и от естественнонаучного, и от математического. Поэтому Гегель не считал свой метод универсальным и всегда рассматривал его исключительно как метод философии, отличный от методов других наук. Применение спекулятивного или диалектического метода в качестве универсального не может привести ни к чему, кроме формализма и внешней содержанию классификации.

Пятый параграф Выводы к главе 3 содержит краткие выводы к главе.

В четвертой главе Развитие логики после Гегеля рассматриваются различные направления развития логики в конце XIX XX вв.

Первый параграф Идеи спекулятивной логики Гегеля в философии конца XIX XX вв. посвящён интерпретации и развитию идей спекулятивной логики в марбургском неокантианстве, немецком и английском неогегельянстве, метафизике Н. Гартмана, материалистической диалектике, а также в современной немецкой философии.

В марбургском неокантианстве интерес представляет попытка синтеза трансцендентальной и спекулятивной философии. От трансцендентальной философии была взята идея трансцендентального метода, направленного на обнаружение логических оснований познания. В то же время, эта философия представляет собой последовательный идеализм, который преодолевает дуализм мышления и созерцания, формы и материи познания, то есть близка к идеям Гегеля.

Однако, философия неокантианцев отличается от гегелевской и по предмету, и по методу, и по цели. Если для Гегеля предметом философии является Абсолют, для неокантианцев таким предметом являются логические условия познания. Трансцендентальный метод неокантианцев отличается от спекулятивного метода Гегеля тем, что в методе неокантианцев отсутствует диалектический момент. Неокантианцы отрицают абсолютное знание как цель философского познания, исходя из положения о принципиальной незавершимости последнего.

Логика неокантианцев Марбургской школы не является спекулятивной, поскольку в нем отсутствует диалектический и спекулятивный моменты. Тем самым, трансцендентальный метод на самом деле сводится к рассудочному.

Поскольку логические средства развития отсутствуют, оно превращается в субъективный переход от одной категории к другой. К тому же логика Гегеля, согласно неокантианцам, формальна, так как содержание логике может придать только наука, в первую очередь, естествознание.

Немецкое неогегельянство было реакцией на формализм и методологизм неокантианства, в первую очередь, марбургского. К созданию новой системы усилия неогегельянцев не привели. В целом, данное направление представляло собой оригинальную интерпретацию некоторых основных положений гегелевской системы.

В частности, Р. Кронер иррационалистически интерпретировал диалектику Гегеля. В действительности, иррационализм у Р. Кронера отнюдь не означал ограничение разума и полагания каких–то иных, превосходящих его способов познания. Иррационализм в данном случае представлял собой просто отказ от плоского, рассудочного рационализма в пользу разумного или спекулятивного рационализма.

Р. Кронер также вполне обоснованно выступает против вульгарно понимаемого панлогизма Гегеля. Философия Гегеля действительно не является панлогизмом в том смысле, что все явления в мире сводятся к абстрактной идее. Поскольку мышление у Гегеля кроме абстрактного, рассудочного момента включает в себя диалектический и собственно спекулятивный моменты, а также представляет собой нечто объективное, то есть сущность всех предметов, такое мышление с точки зрения абстрактного рассудка действительно представляет собой иррационализм.

Главное расхождение Р. Кронера с Гегелем состоит в том, что метафизикой, в полном смысле этого слова, является, по Р. Кронеру, вся система Гегеля. Поэтому логика не совпадает с метафизикой, а является лишь её частью. Однако, подобная трактовка гегелевской логики представляется не совсем адекватной. У Гегеля достаточно чётко определено, что именно логика как фундаментальная часть системы является собственно метафизикой.

Без неё ни система в целом, ни её остальные части были бы невозможны.

Английское неогегельянство, точнее английский абсолютный идеализм, заимствовал у Гегеля своё основное понятие понятие Абсолюта как совершенной и высшей реальности. Так же, как и Гегель, виднейший представитель английского абсолютного идеализма Ф. Брэдли считал, что истинное есть целое.

Отличие философии Ф. Брэдли от системы Гегеля состоит в трактовке природы абсолюта, а именно, у Ф. Брэдли Абсолют представляет собой не абсолютный дух, а абсолютный опыт, который подобен единичному, субъективному опыту, но отличается от него своими масштабами.

Так же как у Гегеля, конечные предметы у Ф. Брэдли недействительны, однако в отличие от Гегеля, самопротиворечивость конечного предмета не является характеристикой самого предмета, а относится только к субъективному мышлению. Противоречивость понятий свидетельствует о фатальной ограниченности человеческого разума. Согласно Ф. Брэдли, наше мышление ограничено и дискурсивно. Поэтому оно не в состоянии постигать абсолютное содержание.

Ф. Брэдли отказывается от основных принципов логики Гегеля тождества субъекта и объекта, мышления и бытия, что влечёт за собой отказ от тождества логики и метафизики. Сфера логики представляет собой лишь часть системы метафизики.

Ф. Брэдли также отказывается от принципа тождества противоположностей в диалектике. Метод Ф. Брэдли, в отличие от спекулятивного метода Гегеля, не совпадает с предметом. Поэтому метод Ф. Брэдли ближе к диалектике Платона или Канта. Это диалектика как отрицательный момент логического, то есть как радикальный скептицизм.

Метафизика Н. Гартмана представляет особый интерес потому, что в ней был в явной форме поставлен вопрос о метафизических основаниях логики.

Н. Гартман выступает здесь против против традиционной трактовки логики как чисто имманентной, независимой от метафизики дисциплины. Согласно Н. Гартману, все логические теории имеют метафизическую основу, а логика связана с анализом категорий. Именно поэтому заслугой Гегеля с точки зрения Н. Гартмана является проведённый Гегелем в Науке логики категориальный анализ.

Заслуживает внимания также гартмановская трактовка диалектики Гегеля. Согласно Н. Гартману, диалектика у Гегеля представляет собой форму, в которой осуществляется создание системы. Формальная интерпретация диалектики как триадичной схемы является в точки зрения Н. Гартмана недостаточной. Однако Н. Гартман, как и Р. Кронер, отмечает иррационализм диалектики. Она не является выводным, дедуктивно–априорным познанием и ближе к к феноменологическому, созерцательному методу. Такая трактовка метода Гегеля ближе к интеллектуальной интуиции Шеллинга, а не к форме науки у Гегеля.

В материалистической диалектике интерес представляет попытка развить логическое учение Гегеля в рамках марксизма. При этом диалектика, понимаемая как логика, считалась положительным моментом философии Гегеля, а её главным недостатком считался идеализм, который понимался как самосознание отчужденного мышления.

В целом, марксистская критика логики Гегеля направлена против её основного положения тождества субъекта и объекта и, как следствие, против тождества мышления и бытия. Онтологическим основанием этой критики является материализм, гносеологическим реализм. Субъект лишь отражает формы развития существующего независимо от него мира. Тем самым, восстанавливается преодолённый немецким идеализмом дуализм субъекта и объекта. Столь же сложными являлись проблемы развития этого материального мира и происхождения мышления из практики.

Марксистская трактовка диалектического метода считала данный метод абстракцией, отвлечением от конкретного содержания мышления и сводит его к трём законам диалектики. Диалектика тем самым превращается в эмпирическую, описательную теорию, не имеющую ничего общего с методом Гегеля.

В материалистической диалектике постоянно сохранялся разрыв между объективной действительностью (предмет диалектики или онтологии) и её отражением в мышлении или, шире в познании (предмет гносеологии и логики). Отказ от тождества мышления и бытия с необходимостью вёл к разделению диалектики, логики и теории познания.

Диалектическая логика, разрабатываемая в рамках материалистической диалектики, понималась как метод, позволяющий получить нечто новое в познании и практике. Однако, поскольку предмет диалектической логики трактовался предельно широко, она фактически становилась просто подобием формальной логики, отличаясь от последней только диалектичностью, то есть отказом от закона противоречия.

По своему содержанию диалектическая логика, вне зависимости от её идеалистической или материалистической трактовки, будет представлять собой систему категорий логику, тождественную с метафизикой.

В современной немецкой философии предметом исследования снова становится диалектическая логика, под которой понимается в первую очередь логика Гегеля. В то же время, в современной немецкой философии продолжаются попытки создания метафизических систем, в том числе, исходящих из философии Гегеля. В этом отношении интерес представляет попытка В. Хёсле развить логику Гегеля, дополнив её категорией интерсубъективности.

Данная попытка не представляется нам достаточно обоснованной. Однако интересна уже сама постановка проблемы дальнейшего развития логики Гегеля. Точнее, речь идет о развитии логики, основанной на принципах абсолютного идеализма, таких как тождество субъекта и объекта, бытия и мышления.

Для такого развития, с одной стороны, необходимо новое содержание. Для того, чтобы его обнаружить, необходимо выяснить, какие новые категории возникли в философии и науке со времён Гегеля. С другой стороны, новое содержание потребует и новой формы. Простое дополнение логики Гегеля новыми категориям и даже группами категорий приведёт только к разрушению логики как системы. Гегелевская логика представляет собой единое целое, поэтому добавление одной категории с необходимостью повлекло бы изменение всей системы категорий. В итоге, создание новой логической системы гегелевского типа будет не дополнением гегелевской логики, а конструированием на её основе совершенно новой системы, для которой логика Гегеля будет являться лишь образцом и частью материала.

Во втором параграфе Математическая логика исследуется предмет математической логики и определяется её отношения к логике вообще.

Математическая логика является новым направлением в логике, возникшем во второй половине XIX века. Однако концептуально эта логика восходит к гораздо более ранним, докантовским временам и связана в первую очередь с именем Лейбница.

Лейбницу принадлежала идея универсальной характеристики, то есть создание искусственного символического языка, благодаря которому все научные рассуждения и теоретические открытия сведутся к исчислению. Данная концепция была впоследствии подвергнута критике Гегелем за её механицизм, а также чисто внешнее соотношение понятий, отрицавшее их существенную связь и диалектику.

В целом, можно выделить три различные трактовки математической логики. Согласно первой, математическая логика представляет собой специальный раздел математики, имеющий не большее философское значение чем любой другой её раздел.

Согласно более широкой трактовке, математическая логика отождествляется с логикой вообще, которая является самостоятельной наукой, независимой от философии. Это мнение не соответствует действительности, так как все известные логические учения возникли в рамках определённых философских концепций и всегда были с ними связаны.

Наконец, согласно самой широкой трактовке, математическая логика представляет собой большой философский проект, восходящей к идее Лейбница об универсальной характеристике. Такая трактовка математической логики означает фактическое упразднение философии вообще и метафизики в частности. Однако, используясь в качестве средства опровержения традиционной метафизики, математическая логика сама становится основой плюралистической метафизики, то есть имеет место онтологизация логики.

Современная математическая логика уже не претендует на несвойственную ей роль метафизики и не является наукой о мышлении. В настоящее время общепринятой является первая трактовка математической логики, согласно которой она является исключительно математической дисциплиной.

В третьем параграфе Выводы к главе 4 содержатся краткие выводы к главе.

В заключении дано краткое изложение основных положений работы, представлены полученные теоретические выводы, подводятся итоги и намечаются перспективы для дальнейшего исследования рассмотренной проблемы.

Основные положения диссертации представлены в следующих публикациях автора:

Публикации в периодических научных изданиях, рекомендованных ВАК:

1. В. Хёсле и проблема развития логики Гегеля. // Философия и общество 2008 №1. М., 2008. –– 0,3 п.л.

2. Философский метод Гегеля. // Философские науки 2011 №11. М., 2011. 0,4 п.л.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.