WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Бондарь Евгений Александрович

СОЦИАЛЬНЫЙ КАПИТАЛ В РОССИИ И НА ЗАПАДЕ: СРАВНИТЕЛЬНЫЙ СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ

09.00.11 – Социальная философия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Ростов-на-Дону – 2012

Работа выполнена в ФГАОУ ВПО «Южный федеральный университет»

Научный

руководитель:

доктор философских наук, профессор

Лубский Анатолий Владимирович

Официальные

оппоненты:

Малицкий Валентин Семенович

доктор философских наук, профессор,

ФГАОУ ВПО «Южный федеральный университет»,

профессор кафедры философии и методологии науки факультета философии и культурологии

Букреев Вячеслав Петрович

кандидат философских наук,

Аппарат полномочного представителя Президента РФ в Южном федеральном округе

главный советник

Ведущая

организация:

ФГБОУ ВПО «Ростовский государственный строительный университет»

Защита состоится «7» декабря 2012 г. в 10.00 на заседании диссертационного совета Д 212.208.01 по философским и социологическим наукам в ФГАОУ ВПО «Южный федеральный университет» (344006, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 160, ИППК ЮФУ, ауд. 34).

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке ФГАОУ ВПО «Южный федеральный университет» (344006, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 148).

Автореферат разослан «_____ » ______________2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                                Верещагина А.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования. Трансформационные процессы, идущие в российском обществе, привели к смене парадигмы ее развития, формированию новых социальных отношений, приобретающих все более выраженный сетевой характер. Однако Россия, обладающая значительными природными и человеческими ресурсами, не смогла стать успешной страной и не достигла тех результатов, на которые надеялись реформаторы начала 90-х гг. прошлого века. Причины, которые мешают менее успешным странам получить весомые выгоды от использования имеющихся у них природных и человеческих ресурсов, могут лежать, как отмечают специалисты, в дефиците, низком качестве или деформированном развитии социального капитала1

.

Социальный капитал представляет собой совокупность реальных или потенциальных ресурсов, определяющих характер сетевых социальных взаимодействий, «связывает» и «объединяет» людей и позволяет реализовать социальные возможности того или иного общества. Так, события рубежа 80–90-х гг. XX в. в нашей стране породили огромный социальный энтузиазм и единение в обществе. Под лозунгами перестройки, свободы и демократии социальный капитал объединил самые различные слои населения. Однако реформы не оправдали социальных ожиданий, и объединяющий социальный капитал в российском обществе стал дефицитом. Дальнейшие социальные преобразования в российском обществе сопровождались формированием все новых и новых социальных сетей, выступающих своеобразным «скелетом», носителем связывающего социального капитала.

Социальный капитал в России стал предметом научных дисциплинарных исследований сравнительно недавно. Социально-философское осмысление социального капитала в России и на Западе, выявление его сущностных характеристик, цивилизационных и страноведческих спецификаций позволяет рассмотреть социальные процессы и социальные практики в российском обществе в несколько ином ракурсе и, возможно, иначе понять причины неудач, связанных с его модернизацией с ориентацией на западные страны. Кроме того, метатеоретическое осмысление научных результатов, полученных в рамках различных дисциплин, а также самой социальной реальности, связанной с социальным капиталом в России и на Западе, будет способствовать дальнейшему развитию самого социально-философского знания.

Актуальность темы диссертационного исследования обусловлена еще и тем, что  понятие социальный капитал в последние годы все чаще стало использоваться в политическом, публицистическом и даже обыденном контекстах, причем нередко в весьма произвольных интерпретациях.  Нарастание этой тенденции чревато не просто вульгаризацией  содержания самого понятия социального капитала, но и наклеиванием разного рода политико-идеологических ярлыков. Все это свидетельствует о научной значимости  социально-философского изучения социальным капиталом в России и на Западе.

Степень научной разработанности темы. В современной научной литературе существуют самые различные представления о том, что такое социальный капитал, что обусловлено  большим разнообразием подходов его дисциплинарного изучения. При этом в центре внимания исследователей оказались такие вопросы, как понятие социального капитала и его отличительные признаки (П. Бурдье, Дж. Колман, Ф. Фукуяма, Р. Инглехарт, А. Портес, В.В. Радаев); условия и предпосылки формирования социального капитала (Р. Патнам, Ф. Фукуяма, П. Штомпка); его ресурсная структура и функции (Дж. Колман, Н. Элиас, Э. Гидденс, Р. Инглехарт, М. Кастельс, И.Е. Дискин, П.Н. Шихирев), а также вопросы его систематизации и классификации (Л.В. Стрельникова).

Большой вклад в изучение социального капитала в русле социологического подхода внесли труды П. Бурдье, который понимал под социальным капиталом отношения взаимного обмена и форму социального контроля, который определяет доступ к институциональным ресурсам. Дж. Колман рассматривал социальный капитал в структурно-функциональном ракурсе как ресурс общественных отношений и сетевых связей, сочетающихся с информационными каналами. Р. Патнам определяет социальный капитал в контексте ресурсной схемы через описание его источников – социальных сетей, норм социального доверия и взаимности, формирующихся на основе общественных связей. П. Штомпка описывает его как совокупность ресурсов и выгод, обусловленных определенным местом нахождения в общественных сетях. Р. Инглехарт понимает социальный капитал как культуру доверия и терпимости, в которой появляются обширные сети добровольных ассоциаций. Э. Гидденс акцентирует внимание на рефлексивных и символических аспектах функционирования социального капитала. А. Портес изучал проблематику социального капитала через призму ожиданий и целеполагания общественных групп, тесно связанных со стремлением усиления ими своих экономических и ресурсных позиций. С культурологических позиций  Ф. Фукуяма, определяет социальный капитал как материализованное доверие, акцентируя внимание на его культурных корнях.

Научный интерес к социальному капиталу в России появляется в середине 90-х годов прошлого века. Исследования социального капитала в России в социологическом контексте представлены в работах В.В. Радаева, который рассматривает его как совокупность сетевых контактов. Структурно-функциональные аспекты социального капитала как характеристики социальных сетей описывают Г.В. Градосельская, Ф.Г. Карасева, Н.Н. Лебедева, О.А. Ломовцева, Т.Е. Ворожейкина, Т.А. Нестик, М.К. Горшков, В.Л. Римский, Е.М. Аврамова, Л.А. Колесникова, С.И. Долуцкая.

При этом И.В. Соболева обращает внимание на дефицит различных форм социального капитала в России. В.Л. Римский, обращая внимание на такой аспект, как коррупционная составляющая социальных взаимодействий, оценивает качество социального капитала в России как очень низкое в силу преобладания негативного, коррупционного социального капитала. Отдельные вопросы функционирования социального капитала  в российской молодежной среде изучает Д.В. Кротов. А.О. Енпанчинцев предпринимает попытку сравнительного социологического анализа социального капитала в российских и западных социокультурных системах, однако ограничивается констатацией фактов неформальных взаимодействий в российской социальной среде как измерения социокультурных отличий российского и западного типов социального капитала.

Отдельные аспекты функционирования социального капитала в России рассматриваются в работах, посвященных экономическим взаимодействиям в контексте его влияния на социально-экономическую жизнь общества (И.Е. Дискин), а также трактующих его в качестве фактора экономического неравенства и эксплуатации (Н.Е. Тихонова), социально-экономического индикатора социального расслоения (А.Н. Красилова), социально-экономического потенциала общества (С.И. Штырбул). С позиций социальной психологии рассматривает концепцию социального капитала П.Н. Шихирев, описывая его как качество социальных связей, главным из которых является их этический уровень. В рамках политологии проблематика социального капитала получает освещение в работах А.В. Подопригоры, который описывает его в качестве реализуемого на практике потенциала граждан, выражающегося в их способности к самоорганизации для общеполезной совместной деятельности.

Таким образом, критический анализ современно литературы, посвященной социальному капиталу в России и на Западе, показывает, что существует целый ряд спорных вопросов относительно его структурной основы и выполняемых им функций. Кроме того, социальный капитал изучался в рамках отдельных научных дисциплин – социологии, экономики, политологии, культурологии, социальной психологии. На трансдисциплинарном социально-философском уровне концепция социального капитала еще не получила метатеоретического осмысления. Отсутствуют также научные исследования компаративистской направленности, содержащих сравнительный анализ социального капитала в российском и западном обществах.

Все это придает теме диссертационного исследования проблемный характер.

Целью диссертационного исследования является разработка социально-философской концепции социального капитала в России и на Западе.

Данная цель достигается с помощью решения следующего класса исследовательских задач:

  1. Выявление основных подходов и теоретических проблем изучения социального капитала в различных научных дисциплинах.
  2. Разработка методологического конструкта социально-философского исследования социального капитала в России и на Западе.
  3. Установление исторических условий и цивилизационных факторов формирования социального капитала на Западе.
  4. Выявление структурно-функциональных особенностей социального капитала на Западе.
  5. Раскрытие специфики исторических условий и цивилизационных факторов формирования социального капитала в России.
  6. Определение структурно-функциональных особенностей социального капитала в России.

Объект исследования – социальный капитал.

Предмет исследования – формирование, структура и функции социального капитала в России и на Западе.

Теоретико-методологическая основа исследования. Методологической основой исследования являются принципы социальной философии, которая в рамках трансдисциплинарного подхода претендует на метатеоретическое обобщение результатов частных научных исследований. Методологические функции в диссертационном исследовании выполняли принципы аналитической социальной философии, предметом которой выступают результаты научных исследований и философские размышления о социальной реальности, в методологический арсенал которой входит принцип герменевтической интерпретации научных текстов. Работа базируется на неоклассической парадигме научного исследования, предполагающей синтез классических и неклассических подходов к изучению социальной реальности и построение многомерных методологических конструктов ее исследования.





Теоретико-методологическую роль в исследовании сыграли теория социального поля П. Бурдье; структурно-функциональная теория Т. Парсонса, взгляды Дж. Колмана о ресурсной структуре социального капитала, а также  теоретические представления П. Штомпки, Ф. Фукуямы о роли доверия и ценностей в процессе функционирования общественной системы.

В работе используются методы системного, структурно-функционального и факторного анализа, социально-философской типологии и компаративистики.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в следующем:

1. На основе многомерного методологического конструкта научного исследования социального капитала разработана его социально-философская концепция в России и на Западе.

2. Выявлены исторические и цивилизационные условия и факторы органического формирования социального капитала на Западе, связанные с переходом от религиозной матрицы к либеральной, и складыванием институтов демократии и гражданского общества.

3. Установлены структурно-функциональные особенности социального капитала на Западе, обусловленные антропоцентристским типом общества и связанные с формированием социальных отношений, основанных на социальном доверии.

4. Выявлены исторические и цивилизационные условия и факторы органического и неорганического формирования социального капитала в России, связанные со сменой ее цивилизационной матрицы и становлением формальных и неформальных институтов в условиях модернизации.

5. Установлены структурно-функциональные особенности социального капитала в России, обусловленные социоцентристским типом общества и связанные с формированием общественных отношений, основанных на неформальных социальных связях.

Положения, выносимые на защиту:

1. В зарубежной научной литературе социальный капитал на Западе уже давно является предметом специальных научных исследований, в рамках которых сложилось несколько базовых трактовок социального капитала: как совокупности ресурсов и выгод с акцентом на социальном доверии как базовом ресурсе (П. Бурдье, Дж. Колман, П. Штомпка); как общепринятых норм и ценностей (Ф. Фукуяма); норм взаимности, доверия и ожиданий (Р. Патнэм, А. Портес); как культуры доверия и терпимости (Р. Инглехарт). Отдельные аспекты социального капитала в России также рассматривались в различных дисциплинарных ракурсах отечественными исследователями, использующими в основном методологический инструментарий западной академической науки. Однако особенности формирования социального капитала в России, его ресурсной структуры и социальных функций в сравнении с социальным капиталом на Западе еще не стали предметом научного интереса в рамках социальной философии.

2. В рамках разработанного нами многомерного методологического  конструкта социальный капитал – это совокупность социальных ресурсов, в структуре которых можно выделить следующие элементы: сильные социальные связи, формальные и неформальные социальные нормы, общие ценностные ориентации и установки, взаимные социальные ожидания и обязательства, открытые информационные каналы. Социальный капитал как социальный потенциал социума является основой социальных взаимодействий, обеспечивающих реализацию человеческого капитала, координацию и сотрудничество в достижении общих целей. Особенности формирования, структуры и функций социального капитала в западном и российском обществах обусловлены их исторической и цивилизационной  спецификой. 

3. Формирование социального капитала на Западе носило органический характер и было обусловлено трансформацией его цивилизационных оснований. Первоначально цивилизационной матрицей Запада был католицизм, который задавал условия для формирования первичных типов социального капитала, основным ресурсом которого была религиозная  мораль. Последовавшая затем реформация и протестантизм актуализировали такой ресурс социального капитала, как трудовая этика. Затем цивилизационной матрицей на Западе становится либерализм, конституирующий идеи свободы, реализация которых привела к становлению гражданского общества и институтов либеральной демократии. В результате основными ресурсами социального капитала становятся, с одной стороны, социальное доверие, без которого невозможно функционирование гражданского общества, а с другой, – закон как система официальных нормативных установлений, задающих контуры и нормы социальных взаимодействий.

4. Особенности ресурсной структуры и функций социального капитала на Западе обусловлены антропоцентристским типом западного общества и присущим ему нормативным типом личности, описываемым концептами «человек прометеевский», «человек экономический» и «человек толерантный». В настоящее время элементами структуры социального капитала на Западе являются социальные сети, формальные и неформальные институты, обеспечивающие эффективное социальное взаимодействие и надежность социальных структур, открытые информационные каналы как необходимое условие реализации принципов либеральной демократией и гражданского общества. Базовым ресурсом социального капитала на Западе, выступает социальное доверие, обеспечивающее социальное сотрудничество на разных уровнях социальной организации общества. Функции, выполняемые социальным капиталом в западном обществе, имеют различное содержание в зависимости от уровня, на котором социальный капитал себя проявляет. На микроуровне – это формирование семейных и дружеских связей, солидарность и взаимопомощь. На мезоуровне – формирование локальных профессиональных, профсоюзных, экологических, правозащитных организаций, реализация принципов местного самоуправления. На макроуровне – институты гражданского общества, система разделения властей, парламентаризм, формирование крупных общественных движений. Функционирование социального капитала на Западе на метауровне имеет своим содержанием формирование отношений международного сотрудничества и системы международного права

5. Формирование социального капитала в России носило как органический, так и неорганический характер, поскольку оно было обусловлено не только трансформацией ее цивилизационных оснований, но и модернизационными процессами, импульс которым придавала западная цивилизация. Специфика формирования социального капитала в России была обусловлена целым рядом травматических преобразований, которые захватили российское общество в XX – начале XXI в. Так, после Революции 1917 г., на смену религиозной морали пришла коммунистическая идеология, ставшая цивилизационной матрицей советского общества и задававшая контуры формирования социального капитала в нем, которые, с одной стороны, обеспечивали условия, благоприятные для формирования «объединяющего» социального капитала на уровне общества в целом, а с другой – затруднявшие развитие горизонтальных социальных связей и проявление индивидуальной инициативы. Социальные преобразования 1990-х гг. прошлого века разрушили не только прежние ценностные ориентиры и идеологические паттерны, но и социальные гарантии. Российское общество стало испытывать дефицит «объединяющего» социального капитала, без которого ни одна нация не может быть успешной. Вместе с тем неэффективность формальных институтов в современной России привела к активизации таких факторов формирования «связывающего» социального капитала, как социальные сети, демократизация и формирование гражданского общества снизу.

6. Особенности ресурсной структуры и функций социального капитала в России обусловлены не только процессами модернизации российского общества, но и социоцентристской его природой, а также тем типом  нормативной личности, которая описывается концептами «человек иоанновский», «человек политический», «человек авторитарный». В отличие от Запада, где основными ресурсами социального капитала являются доверие, формальные нормы и открытое информационное пространство, в России таким ресурсом выступают неформальные социальные связи и патерналистские отношения. Формальные нормы и информационные каналы в России обладают ограниченным потенциалом в качестве ресурсной базы социального капитала. В силу этого в российском обществе в целом остро ощущается недостаток как «объединяющего», так и «связывающего» капитала. Функционирование социального капитала в России имеет такие особенности, как недостаток его межуровневого оборота, ограниченность социального капитала связями микроуровня и использованием его обладающими им элитами в основном в качестве ресурса закрепления собственного экономического и политического господства, но не общественного блага. В целом, общественную модель реализации и функционирования социального капитала в России можно описать как конфликтную, при которой социальный капитал выступает в качестве рычага контроля обладающих им влиятельных групп российских предпринимателей и бюрократии, а также корпоративных группировок над остальным обществом и конвертации его, прежде всего, в капитал экономический. Функционирование социального капитала в России, имеющего в значительной степени конфликтный характер, направлен зачастую на противопоставление интересов социальных групп, а не на их взаимодействие.

Научно-теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования обусловлена важностью социально-философского осмысления социального капитала, особенно в российском обществе, поскольку исследования российского социума в контексте заявленной темы еще не носят систематического характера. Концептуальные результаты диссертационного исследования, с одной стороны, закладывают теоретические основы для более углубленного понимания социальных трансформаций в российском обществе, с другой стороны,  могут быть использованы в качестве теоретической основы для сравнительного социально-философского изучения социального капитала в России и других странах. Отдельные положения и выводы диссертационного исследования могут быть использованы при разработке и реализации социально-политической деятельности органов государственной и муниципальной власти в условиях трансформации российского общества. Материалы исследования могут быть использованы при подготовке учебных пособий и курсов по социально-философской тематике.

Апробация. Диссертационное исследование обсуждалось на заседании кафедры социологии, политологии и права ИППК ЮФУ, ежегодных научных  конференциях «Путь в науку: молодые ученые об актуальных проблемах социальных и гуманитарных наук» Ростов н/Д, 2009, 2010, 2011 гг.; IV Всероссийской научной конференции «Сорокинские чтения. Отечественная социология: обретение будущего через прошлое. Южный Федеральный Округ» 1-2 декабря 2008 г.; V школе молодого социолога «Российское общество: проблемы идентичности и формирования гражданских институтов» 2012 г. 

Материалы диссертационного исследования отражены в 5 публикациях, в т.ч. двух статьях в изданиях, которые входят в список ВАК, общим объемом 4,7 п.л. 

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих 6 параграфов, заключения и списка использованной литературы, включающего 158 наименований.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во «Введении» обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, освещается степень ее научной разработанности, формулируются цель и задачи исследования, его объект, предмет, теоретико-методологическая основа, приводятся элементы научной новизны и положения, выносимые на защиту, обосновывается теоретическая и практическая значимость работы, указывается ее апробация и структура.

В первой главе «Социальный капитал в России и на Западе: теоретико-методологические проблемы социально-философского исследования», состоящей из двух параграфов, раскрываются основные определения понятия социального капитала в научной литературе, рассматриваются теоретико-методологические вопросы его изучения в различных гуманитарных дисциплинах, и разрабатывается методологический конструкт социально-философского исследования социального капитала в России и на Западе.

В первом параграфе «Теоретические проблемы изучения социального капитала в России и на Западе» освещаются основные трактовки понятия социального капитала в научной литературе.

В научной литературе интерес к социальному капиталу появился на Западе. Концептуализация понятия «социальный капитал» и выделение его в самостоятельную научную категорию связано прежде всего с именами П. Бурдье, Дж. Колмана, Р. Патнама, П. Штомпки, Ф. Фукуямы2

. В современной научной литературе существуют самые различные представления о том, что такое социальный капитал, и большое разнообразие подходов его дисциплинарного изучения. П. Бурдье, развивая постструктуралистское направление и работая в рамках теории социального поля, вводит понятие социального капитала как одного из видов общественного капитала, понимая под ним отношения взаимного обмена и ожидания, которые поддерживаются существующими в конкретном обществе рынками и культурами. П. Штомпка трактует социальный капитал как совокупность ресурсов и выгод, обусловленных определенным местом нахождения в общественных сетях, вводя дефиниции этого понятия в виде капитала доверия, капитала надежности и капитала доверчивости, акцентируя внимание на социальном доверии и ценностных составляющих, формирующих общество через пронизывающее его доверие к институциональной структуре и контрагентам социальных взаимодействий.

  Коммунитарное направление концепции социального капитала  развивают  Дж. Колман, Р. Патнэм, Р. Инглехарт, Ф. Фукуяма, акцентируя внимание на способности социального капитала быть общественным благом. Дж. Колман рассматривает социальный капитал как потенциал взаимного доверия и взаимопомощи, возникающий и поддерживаемый в межличностных отношениях: обязательства и ожидания, обмен информацией и социальные нормы. Ф. Фукуяма, основываясь на идее культурных механизмов, описывает социальный капитал как некий потенциал социума, возникающий на основе доверия между его членами. Р. Патнам определяет социальный капитал через выявление его источников, таких как сети взаимоотношений, присущие им нормы и доверие. Р. Инглехарт, М. Кастельс подходят к изучению социального капитала в социологическом ключе, с позиций сетевых структурных взаимодействий и коммунитаристских оснований общественного воспроизводства.  Р. Ингехарт понимает социальный капитал как культуру доверия и терпимости, в которой появляются обширные сети добровольных ассоциаций.

В работах Н. Элиаса, Э. Гидденса акцент смещается с изучения элементов общественной структуры на интеракционную составляющую, и данная проблема рассматривается через призму диспозиций и конфигураций как аспектов социального взаимодействия, включая в фокус научного интереса, в основном, функциональную составляющую социального капитала как базиса общественной солидарности. Причем, Э. Гидденс фокусирует внимание на символических аспектах функционирования социального капитала в контексте структурации и «двойственности структур». А. Портес, изучая проблематику социального капитала, приходит к выводу, что он представляет собой ожидания внутри коллектива, влияющие на экономические цели и целеполагание его членов, даже когда эти ожидания элиминируют экономический интерес.

Научный интерес к социальному капиталу в России появляется в середине 90-х годов прошлого века, и в фокусе его внимания оказывается несколько основных вопросов, связанных с его формированием, структурой и выполняемыми им функциями. В отечественной научной литературе данные вопросы рассматриваются в рамках нескольких основных подходов, развиваемых зарубежными исследователями, в контексте применения понятия социального капитала к жизни российского общества в современной реальности. В изучении социального капитала российскими исследователями можно выделить несколько дисциплинарных направлений. Л.В. Стрельникова систематизирует типологию подходов к исследованию социального капитала, выделяя четыре основных: социо-антропологический, социологический, экономико-институциональный и политологический.

Социальный капитал в работах экономической направленности изучают такие ученые, как И.Е. Дискин, понимающий его в контексте вклада социальной организации общества в экономическую жизнь, Н.Е. Тихонова, трактующая его в качестве ресурса, являющегося фактором экономического неравенства, А.Н. Красилова, которая также, рассматривает социальный капитал в качестве индикатора социального расслоения в обществе. Социальный капитал как концепцию экономической социологии изучали А.Т. Коньков С.Ю. Барсукова, Е.Г. Ясин, Л. Полищук, Р. Меняшев, И.В. Соболева. Исследования социального капитала в социологическом контексте, с позиций структурной основы, представлены в работах В.В. Радаева, понимающего его как совокупность сетевых контактов. В качестве характеристики социальных сетей его рассматривают Г.В. Градосельская, Ф.Г. Карасев, В.Л. Римский, Н.Н. Лебедева, О.А. Ломовцева, Т.Е. Ворожейкина, Т.А. Нестик, М.К. Горшков, Е.М. Аврамова, Л.А. Колесникова, С.И. Долуцкая. И.В. Соболева описывает дефицит различных форм социального капитала в России. С позиций социальной психологии рассматривает концепцию социального капитала П.Н. Шихирев, описывая его как качество социальных связей, главным из которых является их этический уровень. В рамках политологии проблематика социального капитала получает освещение в работах А.В. Подопригоры, который описывает его в качестве реализуемого на практике потенциала граждан, выражающегося в их способности к самоорганизации для общеполезной совместной деятельности3

.

Таким образом, анализ научной литературы позволяет сделать вывод, что социальный капитал в России и на Западе в сравнительном изучении еще не стал предметом философского осмысления.

Второй параграф «Методологический конструкт социально-философского исследования социального капитала в России и на Западе»  посвящен разработке авторского многомерного методологического конструкта социально-философского исследования социального капиталов России и на Западе.

В современной научной литературе существуют различные представления о социальном капитале, его структуре, функциях и социальных условиях его формирования, что предполагает необходимость разработки методологического конструкта его социально-философского исследования в русле трансдисциплинарного подхода. В рамках данного конструкта социальный капитал  рассматривается как совокупность социальных ресурсов, в структуре которых можно выделить следующие элементы: сильные социальные связи, формальные и неформальные социальные нормы, общие ценностные ориентации и установки, взаимные социальные ожидания и обязательства, открытые информационные каналы. Роль этих ресурсов имеет собственную специфику в зависимости от уровней, на которых функционирует социальный капитал:  микроуровень (уровень семьи, ближнего круга общения и т.д.), мезоуровень (уровень включенности акторов в более обширную сеть взаимодействий – корпоративную, профессиональную, региональную и т.д.), макроуровень (уровень государства, крупных корпораций, политических партий и объединений, гражданского общества и т.д.) и метауровень (межгосударственные, международные отношения, человеческое общество в целом).

В практической деятельности социальный капитал выражается через систему определенных функций, содержание которых обусловлено особенностями как типов общественной организации, различием социального устройства западного-антропоцентристского и российского-социоцентристского, обществ, так и уровнем социальных интеракций, на котором он проявляется. На микроуровне – это формирование первичных социальных отношений, взаимопомощь участников взаимодействий, укрепление семьи, участие граждан в решении локальных вопросов. На мезоуровне мы можем наблюдать такие функции социального капитала, как усиление корпоративных взаимодействий, профсоюзные, экологические, правозащитные движения регионального уровня, выборность и контроль за местными органами власти. Также очевидна функция социального капитала как регулятора уровня преступности и легитимности правовых норм в общественном сознании. Макроуровень функционирования социального капитала характеризуется высокой степенью развития институтов гражданского общества, контролем общества за властными структурами, диалогом между различными социальными группами и властью и обществом в целом. Метауровень функционирования социального капитала проявляется в международном сотрудничестве, создании межгосударственных объединений.

Автор приходит к выводу, что социальный капитал – это совокупность социальных ресурсов, основанных на доверии, имеющий определенную структуру и выполняющий набор определенных функций, особенности которых в западном и российском обществах обусловлены их исторической и цивилизационной  спецификой.

Глава 2 «Социальный капитал на Западе: формирование и структурно-функциональные особенности» состоит из двух параграфов. В данной главе рассматриваются исторические и социокультурные предпосылки формирования социального капитала на Западе и его структурно-функциональные особенности в западных странах.

В параграфе 2.1. «Формирование социального капитала на Западе» с помощью факторного анализа выявляются обстоятельства, условия и предпосылки формирования социального капитала на Западе.

Формирование социального капитала на Западе происходило в специфических исторических и цивилизационных условиях. Первоначально одним из наиболее важных факторов этого формирования была религия, задававшая нравственные ориентиры и моральные образцы поведения в обществе. Причем следует указать на тот факт, что католическая и протестантская ветви христианства задавали различные векторы в формировании социального капитала и отколовшаяся протестантская ветвь диктовала специфическую основу социального капитала в виде трудовой протестантской этики. В дальнейшем к этим факторам, формировавшим западные типы социального капитала, добавляется либерализм, который становится определяющей цивилизационной матрицей Запада и создает ее единое нормативно-ценностное пространство. Либерализм как метаидеология имеет в качестве неотъемлемой характеристики категорию свободы не только для себя, но и для других. Эта категория находит свое выражение в правах и свободах индивида как фундаментальном базисе социального бытия и объективируется в  виде разноуровневого социального доверия, которое становится основным социальным ресурсом социального капитала на Западе. Формирующиеся в контексте либеральной идеологии институты гражданского общества и демократические принципы явились также важными институциональными предпосылками формирования социального капитала на Западе.

В то же время Запад не является социальным монолитом, он неоднороден и включает в себя значительное разнообразие вариантов развития. Эти различия детерминируют и разные уровни накопления, аккумулирования и способы генерирования социального капитала на Западе, которые, зачастую, различаются не только между различными западными странами, но и между частями и регионами одной страны, как это можно наблюдать на примере Южной и Северной Италии.

Автор приходит к выводу, что формирование социального капитала на Западе носило органический характер и было обусловлено трансформацией его цивилизационных оснований, в результате которых основным его источником становится социальное доверие, обеспечивающее функционирование гражданского общества, и нормативное пространство, определяющее социальные взаимодействия.

В параграфе 2.2. «Структурно-функциональные особенности социального капитала в западных странах» рассматривается структура социального капитала на Западе и выполняемые им функции на четырех базовых уровнях социального взаимодействия.

Определяющим типом социального капитала Запада, его генерализирующей характеристикой и базовой основой является социальное доверие – горизонтально и вертикально ориентированное, представляющее собой не только связи малого и среднего радиуса действия, но всеобъемлющий интерсубъектный социальный ресурс,  объективированный на всех четырех базовых общественных уровнях. В зависимости от уровня, на котором социальный капитал проявляется, он выполняет определенные функций: на микроуровне – это формирование первичных социальных отношений, взаимопомощь участников взаимодействий, укрепление семьи, участие граждан в решении локальных вопросов – от управления в жилищной сфере до контроля за действиями муниципальных властных структур. На мезоуровне – усиление корпоративных взаимодействий, профсоюзные, экологические, правозащитные движения регионального уровня, выборность и контроль за местными органами власти. Макроуровень функционирования социального капитала характеризуется высокой степенью развития институтов гражданского общества, контролем общества за властными структурами, диалогом между различными социальными группами и властью, и обществом в целом. Страны с высоким уровнем социального капитала демонстрируют, как правило, более высокий уровень экономического развития и индекса развития человеческого потенциала. Доверие граждан к социальным институтам выше, чем в странах с неразвитым социальным капиталом или в странах, с превалирующим негативным, коррупционным социальным капиталом.

Функционирование социального капитала западного общества на метауровне мы можем наблюдать в международном сотрудничестве, создании межгосударственных объединений.

Автор приходит к выводу, что основным, базовым ресурсом социального капитала на Западе выступает социальное доверие, обеспечивающее социальное сотрудничество на разных уровнях социальной организации общества, а выполняемые им функции имеют различное содержание в зависимости от уровня, на котором социальный капитал себя проявляет.

Глава 3 «Социальный капитал в России: формирование и структурно-функциональные особенности» содержит два параграфа и посвящена особенностям формирования социального капитала в России, изучению его структуры, выполняемых им функций и сравнительному анализу этих характеристик с таковыми на Западе.

В параграфе 3.1 «Формирование социального капитала в России» проведен факторный анализ условий и предпосылок формирования социального капитала в России.

Российское социоцентристское общество имеет ряд принципиальных отличий от западного антропоцентристского общества, которым соответствуют такие нормативные типы личности, как  «человек политический», «иоанновский человек» и «авторитарная личность» (в России) и «человек экономический», «человек прометеевский» и «толерантная личность» (на Западе). Долгое время основной матрицей, задававшей первичные формы социального капитала в дореволюционной России, была православная этика и трудовая этика старообрядчества. Революция 1917 года и последовавшие беспрецедентные по своей силе и глубине общественные трансформационные процессы подвергли фундаментальным изменениям источники и ресурсы социального капитала в России, уничтожив его прежние носители и создав взамен них принципиально новые, основанные на иной идеологической матрице, политической, экономической, культурной основе. Но особенность формирования социального капитала в России в этот период заключалась еще и в том, что едва новые социальные условия стали привычными и повседневными, как наступила новая эпоха реформ и трансформаций. Революция 1990-х годов, изменившая экономическое, правовое, социально-политическое и идеологическое пространство России так же кардинально, как и предыдущая, 1917 г., вызвала колоссальные изменения всех условий общественной жизни. Эти травматические социальные процессы стали новым фактором формирования социального капитала в современном российском обществе, в значительной степени предопределив его общий дефицит, структурно-функциональные особенности. В настоящее время, несмотря на повышение материального уровня жизни и относительную политическую стабильность, травматический характер трансформационных процессов по-прежнему остается существенным фактором формирования социального капитала в России. Еще одним фактором служит формирующееся гражданское общество и либерализация социального пространства, которые, хотя и находятся в зачаточном состоянии и пока не носят выраженного характера, тем не менее способствуют формированию социального капитала нового типа.

Автор приходит к выводу, что формирование социального капитала в России было обусловлено не только трансформацией ее цивилизационных оснований, но и модернизационными процессами, имевшими западный цивилизационный импульс, и, в силу этого, носило как органический, так и неорганический характер.

В параграфе 3.2. «Структурно-функциональные особенности социального капитала в российском обществе» проводится сравнительный анализ структуры социального капитала в России и выполняемых им функции в сравнении с Западом, выявляются общие и особенные характеристики.

  Российское общество характеризуется пустотами и разрывами на тех участках социальной материи, которые на Западе порождают, накапливают и транслируют социальный капитал, являясь элементами его структуры. Государственная власть в России имеет чрезвычайно слабую обратную связь с обществом, что порождает неповоротливость государственной машины, ее бюрократизм, формализм, неэффективность и оторванность интересов бюрократии от интересов общества и государства в целом. Общественные группы, занимающие доминирующее положение во власти и контролирующие экономические ресурсы страны, используют значительные накопленные ими запасы социального капитала для конвертации в иные виды капитала, прежде всего в капитал экономический,  а также для закрепления своего властного, политического и экономического господства. Социальное доверие в российском обществе ограничивается в основном микроуровнем, о чем свидетельствует крайне слабое развитие всех форм общественных организаций, профсоюзов, участия граждан в экологических, правозащитных и иных видах социальной активности. Также в эмпирических исследованиях фиксируется высокий уровень недоверия граждан ко всем политическим и социальным институтам – от судебной, законодательной и исполнительной системы до политических партий, армии, и представителей просто иных общественных групп и страт. Основой социального капитала при таком положении дел являются межличностные связи микроуровня, характеризуемые в просторечии как «блат», полезные связи, личные знакомства. Тревожной и негативной чертой современного российского общества является усиление институционализированного недоверия, продуцирующего так называемый «фиктивный» или фальшивый социальный капитал. Если социальный капитал в его современной трактовке подразумевает обязательное наличие социального доверия как базовой структурной составляющей, основанной на положительных и предсказуемых взаимных экспектациях акторов, причем на всех уровнях его проявления, то фиктивный социальный капитал базируется на взаимном недоверии акторов, часто сопровождающемся социальной мимикрией, имитацией доверия.

В отличие от социального капитала на Западе, в России его структура характеризуется неустойчивостью и иными характеристиками структурных элементов. Такие элементы структуры, как кодифицированные нормы и санкционирование ответственности нарушающих их субъектов, значительно отличаются от Западных именно их онтологическим содержанием, степенью интериоризации их массовым обыденным сознанием, и, как следствие, ограниченностью их практического применения при внешней идентичности с западными правовыми образцами. Информационное пространство также отличается от западного большей степенью закрытости, тенденциозностью в освещении социальных явлений,  процессов со стороны официальных источников информации и слабостью межсубъектной коммуникации граждан. Гражданское общество в России находится лишь в зачаточном состоянии, что порождает слабость институциональной среды, определяющей структурно-функциональные особенности социального капитала в России.

В целом, общественную модель реализации и функционирования социального капитала в России можно описать как конфликтную, при которой социальный капитал выступает в качестве рычага контроля обладающих им влиятельных общественных групп, бюрократии и корпоративных группировок над остальным обществом и конвертации его прежде всего в капитал экономический.

Автор приходит к выводу, что, в отличие от Запада, где основными ресурсами социального капитала являются доверие, формальные нормы и открытое информационное пространство, в России таким ресурсом выступают неформальные социальные связи и патерналистские отношения, в силу чего в российском обществе в целом остро ощущается недостаток социального капитала. Функционирование социального капитала в России имеет такие особенности, как недостаток его межуровневого оборота, ограниченность социального капитала связями микроуровня и использованием его обладающими им элитами в личных, а не общественных интересах.

В заключении работы подведены итоги диссертационного исследования, изложены основные его результаты и выводы.

Основные положения работы нашли отражение

в следующих публикациях:

Научные статьи, опубликованные в изданиях перечня ВАК

при Министерстве образования и науки РФ

1. Бондарь Е.А. Социальный капитал в западном социокультурном контексте. Теория и практика общественного развития. 2012. № 1. [Электронный ресурс] URL:http://teoria-practica.ru/ru/-1-2012.html. шифр Информрегистра 0421200093\0002. Режим доступа: http://teoria-practica.ru/-1-2012/philosophy/bondar.pdf – 0,5 п.л.

2. Бондарь Е.А. Социальный капитал в России и на Западе: сравнительный социально-философский анализ // Социально-гуманитарные знания. 2010. № 7. Спецвыпуск – 0,5 п.л.

Научные статьи и тезисы докладов, опубликованные

в других изданиях:

3. Бондарь Е.А. Изучение социального капитала в современной научной литературе // Путь в науку. Молодые ученые об актуальных проблемах социальных и гуманитарных наук. Вып. 9. Отв. ред. Ю.Г. Волков – Ростов н/Д, 2009. – 0,2 п.л.

4. Бондарь Е.А. Социальный капитал в России. – Ростов н/Д.: Антей, 2011. – 3,0 п.л.

5. Бондарь Е.А. Социальный капитал как предмет социологического исследования // Российское общество: проблемы идентичности и формирования гражданских институтов. Материалы  Пятой  Школы молодого социолога // Отв. ред. М.К. Горшков, Ю.Г. Волков. Ростов н/Д: изд-во Южного федерального университета, 2012.– 0,5 п.л.


1 Соболева И.В. Деформации социального капитала и перспективы их преодоления // Неэкономические грани экономики: непознанное взаимовлияние. Научные и публицистические заметки обществоведов. М., 2010.  С. 375.

2Бурдье П. Социология политики. М.,1993.; Колман Дж. Капитал социальный и человеческий // Общественные науки и современность. 2001. № 3.; Robert D. Putnam. Bowling Alone: The Collapse and Revival of American Community (2000); Штомпка П. Доверие – основа общества. М.: Логос, 2012.; Фукуяма Ф. Доверие: социальные добродетели и путь к процветанию. М., 2008.

3 Дискин И.Е. Модернизация российского общества и социальный капитал // Мониторинг общественного мнения. Сентябрь-декабрь. 2003. № 5-6 (67-68).; Радаев В.В. Понятие капитала, формы капиталов и их конвертация // Общественные науки и современность. 2003. № 2.; Тихонова Н.Е. Социальный капитал как фактор неравенства // Общественные науки и современность. 2004. № 4.; Шихирев П.Н. Природа социального капитала, социально-психологический подход // Общественные науки и современность. 2003. № 2.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.