WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

УДК 2-4:30

Рыбакова Ольга Борисовна

Роль ортодоксии и гетеродоксии в процессе легитимации социального порядка: социально-философский анализ

Специальность 09.00.11 – социальная философия

Автореферат

диссертации на соискание научной степени

кандидата философских наук

Санкт-Петербург – 2012

Работа выполнена на кафедре культурологии и глобалистики Балтийского государственного технического университета «Военмех» им. Д. Ф. Устинова

Научный руководитель:  кандидат философских наук, доцент

Плебанек Ольга Васильевна

Официальные оппоненты:  доктор философских наук, профессор

Борзова Елена Петровна

доктор философских наук, профессор

Луговой Александр Александрович

Ведущая организация  ФГБОУ ВПО Санкт-Петербургский

государственный университет культуры и искусств

Защита состоится «9» ноября 2012 г. в 15 часов на заседании Совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 212.010.02 в Балтийском государственном техническом университете «Военмех» им. Д.Ф. Устинова по защите кандидатских и докторских диссертаций по адресу: 190005, Санкт-Петербург, ул. 1-я Красноармейская, д.13. Ауд.401.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Балтийского государственного технического университета «Военмех» им. Д.Ф. Устинова

Автореферат разослан «29» сентября 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

к.филос.н., профессор                                                                О.П. Семенов

Общая характеристика работы



Актуальность темы исследования

Обращение к данной теме исследования продиктовано обстоятельствами, имеющими отношение к осмыслению как глобальных процессов, так и к ситуации, складывающейся в религиозной сфере.

Во-первых, нынешняя социокультурная ситуация складывается в условиях глобализирующегося социума и характеризуется двумя, на первый взгляд, противоположными процессами, один из которых имеет центростремительную, а другой – центробежную направленность. С одной стороны, одной из тенденций глобализации выступает своего рода религиозная реставрация. Но происходит не религиозный подъем с достижением новых рубежей духовности (что было бы характерно для религиозного ренессанса), а попытки обращения к испытанным ценностям, реставрация социальных идеалов, уже однажды отторгнутых социумом, усиление влияния как христианского, так и мусульманского фундаментализма, который имеет культурные, социальные, национальные, политические и, конечно, вероисповедные составляющие. Причиной этому являются представления о необходимости сохранения своей культурной и религиозной идентичности, желание воспрепятствовать или хотя бы замедлить процесс превращения мира в единое целое, где неотвратимая встреча религий и культур чревата размыванием этнических границ и возможной конвергенцией самих цивилизационных основ, где стержневую роль, как известно, играет религиозная составляющая. С другой стороны, эта встреча совпадает с нарастающим кризисом ценностных оснований традиционной христианской культуры, поэтому поиск новых ценностных ориентаций порождает различные производные религиозные и псевдорелигиозные образования и характеризуется возникновением нетрадиционных культов, активизацией сектантства и неинституализированного богоискательства.

Во-вторых, современную социокультурную ситуацию характеризуют обострившиеся в различных областях жизни социума кризисные явления (демографический, энергетический, экономический и др.), столкновение цивилизаций (С.Хантингтон) и передел сфер влияния на мировой арене. Кризисы, вызывающие катастрофы, бедствия, нестабильности в социальной сфере, чаще всего возникают в период качественных «переходов», бифуркаций в социальных, природных и технических системах. Глобальность социально-политической и экономической неопределенности, неустойчивости тенденций и многовариантности выходов к стабильному состоянию ставит перед исследователями вопрос о необходимости понимания социокультурных процессов с целью их регуляции и возможностью формирования мотивации деятельности.

В-третьих, в России мы наблюдаем усугубление кризисных явлений длящимся уже второе десятилетие отсутствием четко выраженной идеологической платформы, т.н. «русской идеи», которая могла бы служить интеграции народов многонационального и многоконфессионального государства. Поэтому становятся ныне частыми обращения к историческому наследию в лице Русской Православной Церкви, заявления о религиозном ренессансе на обломках коммунистической идеи, попытки сформировать некую «русскую доктрину», основанную на православном традиционализме и охватывающую множество направлений от мировоззрения и идеологии до внешней политики, способную, по мнению авторов, стать именно этим интегрирующим началом в светском государстве. В итоге «религиозное возрождение» в России принимает причудливые формы: «одни соединяют ленинизм с русской идеей – особой культурно-нравственной традицией, включающей соборность, державность, духовность и народность; другие требуют создать православно-славянскую цивилизацию, рассматривая православие как разновидность восточных религий; третьи соединяют коммунистические и христианские идеи с эзотерическими религиями»1. Также достаточно распространен тезис о сохранении собственной культурной идентичности, где религиозная составляющая играет доминирующую роль. При этом под сохранением культурной идентичности понимается главным образом неизменность или устойчивость собственного культурного ядра. Выдвинут даже термин «устойчивое развитие», предполагающий развитие не только без коренных потрясений, но и без коренных изменений.

Учитывая вышеизложенное, именно в настоящее время, характеризуемое эклектичностью религиозного сознания, утратой традиционных ценностей, секуляризацией не только общества в целом, но в немалой степени и самих религиозных институтов, поиском новых форм взаимодействия религии и общества как на институциональном, так и на индивидуальном уровне религиозного сознания, весьма востребованными представляются исследования, направленные на поиск закономерностей, определяющих в рамках последних методологических, философских, религиоведческих и социологических разработок адекватность и эффективность функционирования религиозных систем в современном обществе. Особый интерес в этом ключе представляет как легитимность религиозных институтов и структур, так и их участие в легитимации социального порядка и, в частности, легитимации религиозных и светских элит общества.

Степень научной разработанности проблемы

Проблематика легитимности религиозных институтов и структур исследовалась в зарубежной и отечественной философской, религиоведческой, исторической, социологической науках. Практически любой исследовательский труд, посвященный государственно-конфессиональным отношениям, либо соотношению религиозно-правовых норм, так или иначе, затрагивает данную тему. Однако, несмотря на достаточно большое количество работ, посвященных данной проблеме, до сих пор вопросы формирования и адекватности социальных институтов религиозно-идеологическим доминантам, существующим духовно-нравственным представлениям, ценностям и потребностям находятся в стадии разработки. Кроме того, на монографическом уровне практически не встречаются работы, связанные с осмыслением категорий «ортодоксальности» и «гетеродоксальности», их соотношения в контексте социализации доктрин, их адаптацией к геосоциокультурной ситуации, а также их соотносимости с аксиологическими, когнитивными и нормативными установками.

Религиозные системы, как и религиозное сознание, до сих пор были предметом исследования религиоведения, которое в нашей стране находится в состоянии становления и относительно недавно оформилось как научная дисциплина. Существующие концепции религии восходят к модернистскому дискурсу и поэтому рассматривают религиозные феномены как локальные и самодостаточные, что уже не соответствует современной научной парадигме. Однако возможности узко религиоведческого подхода, который был адекватен в ситуации познания религии как статичного или линейно развивающегося объекта, ограничены, и в случае, когда предметом анализа становится сложно организованный многоуровневый объект, находящийся в становлении, необходима новая методология.

Учитывая вышесказанное, степень разработанности проблемы имеет разные уровни в зависимости от направления и тематики исследования.

Теоретико-методологическая часть работы была проведена с использованием социально-философских исследований таких авторов, как М. Вебер, Т. Парсонс, П. Сорокин, Н. Луман, Б. Малиновский, П. Бергер, Т. Лукман, рассматривающих социальные явления как сложную динамическую систему.

Также важную роль в выработке методологического подхода сыграли труды современных западных исследователей И. Пригожина, И. Стенгерс, У.Р. Матураны, Ф.Х. Варелы, и их российских коллег А. Назаретяна, И. Блауберга, В.Г. Буданова, Е.Н. Князевой, С.П. Курдюмова, В.В. Васильковой и др., обосновавших основные принципы современной постнеклассической науки и оказавших значительное влияние на становление и развитие синергетического подхода применительно как к общенаучным основаниям, так и в отношении хода общественного развития.

Исследованию религиозных процессов на разных этапах развития общества посвящены работы таких классических авторов, как Р. Белла, М. Вебер, Э. Дюркгейм, Г. Зиммель, Л. Леви-Брюль, К. Леви-Строс, Б. Малиновский, Т. Парсонс, П. Сорокин, Э. Трёльч, Э. Эванс-Притчард, А. Рэдклиф-Браун и др., опираясь на которые мы смогли представить общую схему формирования функций религии в обществе. Для анализа соотношения ортодоксии и гетеродоксии в процессе эволюционирования религиозных систем мы обратились к трудам П. Бурдьё, А. Дугина, А. Карташева, Н. Бердяева.

Существенными для исследования легитимации как одной из важнейших функций религиозных систем являются два аспекта. Первый касается ее социологической составляющей, для изучения которой мы основывались на работах как классиков социологии (М. Вебер, П. Бергер, Т. Лукман, Т. Парсонс), так и современных российских и зарубежных ученых (К. Завершинский, М. Ильин, Е. Островская-мл., Ю. Хабермас). Второй аспект, вскрывающий религиозную природу легитимации, посвящен семантическому разбору понятий, имплицитно ей (легитимации) присущим, опирающемуся на классический труд Э. Бенвениста.

Также наше исследование нуждалось в социологическом обосновании, выстроенном на работах таких ученых, как П. Бурдьё, М. Вебер, Э. Гидденс, С. Московичи, Т. Парсонс, М. Смирнов, А Колодный, Р. Лункин, С. Филатов и др., благодаря чему предложенная нами концепция была обеспечена необходимым иллюстративным материалом.

Различные периоды генезиса и формирования религиозных систем и их взаимодействия с другими социальными системами представлены в работах деятелей современной религиоведческой отечественной науки и их зарубежных коллег. Ранним периодам формирования мировых религий и их доктринальных основ посвящены работы Е. Торчинова, Р. Сарвепалли, С. Шомахмадова (буддизм); Г. Йонаса, Л. Шиффмана, В. Соловьева, Ф. Виссе, В. Бауэра, А. Карташева (христианство); А. Коротаева, В. Клименко, Д. Прусакова, О. Большакова, Р. Белла, У. Уотта, Дж. Бёртона (ислам). Современное состояние религиозной жизни общества представлены в работах А. Колодного, С. Иваненко, Е. Элбакян, Р. Лункина, Л. Митрохина, М. Мчедлова, М. Смирнова, С. Филатова, Д. Фурмана и др.

Тем не менее, подчеркивая основательность и значительные достижения перечисленных авторов, учитывая важность для настоящего диссертационного исследования их научных разработок, необходимо отметить, что проблема процессов легитимации как одного из компонентов функционирования религиозной системы не получила достаточного освещения и вопрос о ее социокультурных основаниях еще недостаточно прояснен. Все это позволяет говорить о необходимости дальнейшей работы по изучению этого аспекта.

Цель и задачи исследования

Целью данной работы является построение философско-методологической концепции легитимации как одного из компонентов функционирования религиозной системы в обществе, адекватно отражающей составляющие религиозного сознания и религиозных институтов, участвующих в социокультурном процессе. Поставленная цель предполагает решение следующих задач:

-        показать, что одной из важнейших функций религии является легитимация социальной системы;

-        показать, что религия носит системный характер и ее эволюция связана с изменениями социальной среды, а, следовательно, может рассматриваться как динамическая система, которой свойственны общесистемные закономерности функционирования;

-        обосновать связь между необходимостью легитимации и формированием ортодоксальной доктрины;

-        доказать, что ортодоксия и гетеродоксия есть не только и не столько истинностные установки, определяющие лицо той или другой религиозной системы, но являются функциями религиозного сознания, формирующимися и формирующими религиозную картину мира в прямом взаимодействии с другими формами общественного сознания в соответствии с социодинамикой процессов в обществе;





-        выявить роль гетеродоксии как фактора, необходимого в процессе формирования ортодоксии и достижения элитой новой социокультурной общности своего статуса легитимности;

-        дать анализ современному религиозному сознанию в контексте культурных трансформаций эпохи постмодерна и определить ее особенности в условиях российской реальности, с учетом влияния глобального социокультурного кризиса.

Объектом исследования является религиозная система как открытая саморазвивающаяся социальная система, сопряженная с другими социальными системами, функционирующими в социокультурной среде, являющейся метасистемой для всех вышеуказанных.

Предметом исследования является специфика легитимации как одного из компонентов функционирования религиозной системы, необходимой упрочению положения религиозных и светских элит в обществе при возникновении новой социокультурной общности.

Теоретические источники и методологическая основа исследования.

В основе данного исследования лежат общенаучные принципы постнеклассической науки, применяемые в социальных исследованиях, в соответствии с которыми общественные системы понимаются как сложные саморазвивающиеся системы.

В соответствии с этим:

- парадигмальным основанием анализа социокультурных процессов выступает синергетический подход, который был сформулирован И.Пригожиным и разрабатывался применительно к социальным системам в отечественной философии С.П.Курдюмовым, Е.Н.Князевой, М.С.Каганом, В.В.Васильковой и др.;

- методология исследования социокультурных объектов соотносится с принципами системности и функциональности, согласно которым структура и элемент целостности формируется в соответствии с той функцией, которую выполняет в системе.

Гипотеза исследования состоит в следующем: легитимация социальной структуры общества осуществляется путем формирования религиозной системы, в которой роль ортодоксии заключается в сохранении ценностного стержня социокультурного порядка, а роль гетеродоксии – в выработке инвариантов для обеспечения стабильности в условиях изменчивости и развития. Таким образом, ортодоксия и гетеродоксия являются универсальными категориями для всех сфер общественного сознания (политического, экономического, научного, религиозного) и всех сфер общественной жизни.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в применении указанных выше методологических оснований, в соответствии с которыми:

- показано, что легитимация социальной структуры и социального порядка является одной из важнейших функций религиозной системы;

- религиозная система рассматривается как открытая динамическая система, функционирующая в соответствии с принципами цикличности, системности, нелинейности;

- выявлены свойства религиозной системы – ортодоксальность и гетеродоксальность, – обеспечивающие ее жизнеспособность и развитие;

- представлены факторы, детерминирующие формирование ортодоксальной доктрины и способствующие этому процессу;

- доказано, что для периода формирования социокультурной системы характерна гетеродоксальность, которая будет доминировать до тех пор, пока социальная структура не приобретет устойчивость и не возникнет потребность в легитимации, оправдывающей и данную систему, и данное мировоззрение.

В результате проведенного исследования сформулированы следующие положения, выносимые на защиту:

  1. Легитимирующая функция религии является одним из важнейших компонентов религиозной системы.
  2. Легитимация в своем оправдательном аспекте обнаруживает религиозный характер, поскольку оправдание существующей системы власти политико-правовыми средствами недостаточны (поскольку относительны, т.к. могут меняться с принятием очередной конституции), и поэтому нуждаются в аргументах, близких (или стремящихся) к абсолюту.
  3. Религиозная система является сложной саморазвивающейся системой и как таковая не может иметь изначально сформированного неизменного канона. Всякая ортодоксальная доктрина является результатом процесса саморазвития из поля гетеродоксальности идей.
  4. Ортодоксия и гетеродоксия являются универсальными категориями для всех сфер общественного сознания (религиозного, политического, экономического, научного и др.) и сфер общественной деятельности.
  5. В соответствии с закономерностями функционирования сложных саморазвивающихся систем исходная поливариантность является фундаментальным свойством религии, поэтому гетеродоксальность является атрибутивным свойством религиозного сознания общества.
  6. Формирование ортодоксии является следствием стабилизации социальной структуры и необходимости легитимации существующей социальной системы, а нарастание гетеродоксальности связано с изменениями в социуме.

Теоретическая и научно-практическая значимость диссертационного исследования заключается в возможности использования общих теоретико-методологических установок и конкретных положений при рассмотрении явлений и процессов социальной реальности, связанных с проблемой легитимации социальных структур и их институтов в современном обществе, что позволяет относительно целостно представить религиозную систему как открытую и динамическую, имеющую взаимодействие и взаимовлияние с другими социальными институтами общества. Кроме того, авторская интерпретация данной проблематики позволяет использовать результаты и методологические подходы диссертации в научно-исследовательской работе и педагогической практике, например, в курсах культурологии, философии культуры, философии религии, социальной философии, религиоведения, социологии, политологии.

Апробация диссертации

Основные положения и выводы диссертационного исследования были опубликованы в монографии, в статьях научных журналов и сборников (общим объемом 18,45 п.л.), а также представлены автором в выступлениях на конференциях: Политика – ценности – интересы (VIII Конференция Философов Славянских стран - Межфакультетский Институт Философии Жешовского университета, Ивонич, Польша, 2012); Цивилизационная динамика современных обществ (Социологический институт РАН, Санкт-Петербург, Россия, 2011); Глобализация и проблемы мира: российский проект (БГТУ «Военмех» им.  Д.Ф.Устинова, Санкт-Петербург, Россия, 2010); Бренное и вечное: власть и общество в мифологиях модернизации (НовГУ им. Ярослава Мудрого, В. Новгород, Россия, 2010); Национальная идея России (ИНИОН РАН, Москва, Россия, 2010); Традиционные национально-культурные и духовные ценности как фундамент инновационного развития России (МГТУ им. Г.И.Носова, Магнитогорск, Россия, 2009); Новые религиозные движения в Евразии (КарГУ им. Е.А. Букетова, Караганда, Казахстан, 2010); Традиционные национально-культурные и духовные ценности как фундамент инновационного развития России (МГТУ им. Г.И.Носова, Магнитогорск, 2009); Бренное и вечное: идеология и мифология социальных кризисов (НовГУ им. Ярослава Мудрого, В. Новгород, 2009); Россия и россияне: особенности цивилизации (АГТУ, Архангельск, 2009); Россия: ключевые проблемы и решения (ИНИОН РАН, Москва, 2008); Философия и социальная динамика XXI века: проблемы и перспективы (ОмГУ, Омск, 2008); Инновационные аспекты культурной политики в России (РГПУ им. А.И. Герцена, СПб, 2008); Советская культура: проблемы теоретического осмысления (БГТУ «ВОЕНМЕХ» им. Д.Ф. Устинова, СПб, 2008); Мировая политика и идейные парадигмы эпохи (СПб, 2008); Гражданское общество и государство в современной России (ОмГТУ, Омск, 2008). Диссертация обсуждалась на заседании кафедры культурологии и глобалистики Балтийского государственного технического университета «Военмех» им. Д.Ф. Устинова и рекомендована к защите.

Структура работы

Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка используемой литературы. Четыре параграфа первой главы посвящены исследованию общетеоретических вопросов и обоснованию методологии исследования. Вторая глава, состоящая из трех параграфов, содержит анализ исторических иллюстраций, который подтверждает теоретические выводы первой главы. В трех параграфах третьей главы рассматриваются основные тенденции современной социокультурной ситуации.

Основное содержание диссертации

Во Введении обосновывается актуальность темы диссертационной работы, рассматривается степень ее разработанности, определяются цель и  задачи исследования, его объект, предмет и методологические принципы, формулируется новизна, основные положения, выносимые на защиту, теоретическая и практическая значимость работы.

В первой главе «Религия как институт легитимации социальных систем» обосновывается системный подход к исследованию религии, ее характер функционирования в социуме, раскрывается религиозный аспект легитимации, а также выявляется связь догматики с процессом легитимации общественных институтов.

Первый параграф «Религия сложная динамическая социальная система» посвящен рассмотрению религии как специфического социального феномена (выделившегося в историческом процессе социальной дифференциации), изучение которой возможно только с учетом ее тесного переплетения с другими социальными системами, функционирующими в обществе. Поэтому в основание диссертационного исследования полагается системный подход.

В сложной динамической социальной системе (каковой является религия), основное внимание уделяется структуре и связям: как именно взаимодействуют между собой элементы системы и подсистемы и какую функцию подсистемы выполняют в системе. Кроме наличия внутренних взаимосвязей, любая религиозная система является открытой, поскольку имеет обусловленные свойствами субъекта (в данном случае – общество) связи с другими формами общественного сознания и сферами деятельности.

В этом же параграфе дается определение основной задачи религиозного сознания как фундаментальной составляющей религиозной системы — обеспечение устойчивости системе (в данном случае идеологической), поскольку оно является стержнем для ценностных систем в целом и при сломе этого стержня цивилизация гибнет.

Рассматривая вопрос о функциях религиозного сознания, мы обращаем внимание на наличие полюсности в подсистеме в виде атрибутивных качеств религиозного сознания ортодоксии и гетеродоксии. Функция ортодоксии состоит в устойчивости, формировании духовных основ цивилизации как стабилизирующего ядра. Функция гетеродоксии – развитие, создание инвариантов «про запас» для изменяющегося мира.

Также избирается и обосновывается системный и синергетический подход как важнейший инструмент познания и анализа. Отмечается, что именно в XX веке произошел значительный сдвиг в изучении социокультурных изменений и их единообразия. Для того чтобы определить глубинные общенаучные основания, предпринимается краткий экскурс в историю развития европейской научной, в том числе исторической, мысли в последние несколько веков. Основываясь на методологических разработках И. Пригожина, И. Стенгерса, Ю. Лотмана, О. Тоффлера, П. Сорокина и др., мы стремились показать, что к социальным системам в целом (к которым относится и религиозная сфера) приложимы общие принципы, действительные по отношению открытым системам. Мы полагаем, что любая религиозная система является открытой, поскольку имеет обусловленные свойствами субъекта (в данном случае – общество) связи с другими формами общественного сознания и сферами деятельности, а, следовательно, изменения и эволюцию религиозного сознания как такового необходимо рассматривать с точки зрения синергетической парадигмы.

Во втором параграфе «Системный характер функций религии»  рассматриваются способы функционирования религии в обществе, которые определяются взаимодействием сложного комплекса механизмов регуляции социальной жизни.

Отталкиваясь от замечания Б. Малиновского, что «форма всегда определяется функцией. … Форма и функция связаны друг с другом»2, а также обратившись к классическим трудам Э. Дюркгейма, К. Леви-Строса, Л. Леви-Брюлля и др., мы попытались реконструировать если не возникновение, то последующий процесс развития и формирования религии, как особого способа мировосприятия и мирочувствия людей, а также ее функций.

Используя в качестве парадигмы известную кантиансткую позицию, подчеркивающую двойственность рассудочных и моральных систем отсчета в религии (или, другими словами, синтез когнитивного и нормативного аспектов), мы произвели определенную дифференциацию функций религии по группам — когнитивные и регулятивные, которые являются друг для друга комплементарными, т. е. взаимодополняющими, но не соподчиненными.

Согласно предложенной концепции в первую группу будут входить гносеологическая и функция символизации, во вторую – аксиологическая,  нормативная, консолидирующе-демаркационная и легитимирующая. Мы определяем эти функции как базовые, из которых в дальнейшем выделяются имплицитно содержащиеся в них мировоззренческая, компенсаторная, мотивационная и т.п.

Принципиальным в данной интерпретации функционирования религии является то, что религия представляет собой системную целостность, в то же время являясь подсистемой в рамках культуры; возникает как элемент структуры в ответ на запрос системы в выполнении определенных функций, эволюционируя, дифференцируясь и усложняясь по мере развития человеческого сообщества и усложнения задач, решаемых культурной системой. Поэтому правы все исследователи, несмотря на то, что предлагают разные списки функций религии, поскольку все эти функции осуществляются реально и по мере дальнейшего развития общества могут, к уже существующим, дополняться новыми.

Третий параграф «Религиозный аспект легитимации» посвящен исследованию концепта легитимации. Типология легитимности, включающая в себя три типичных способа достижения добровольного подчинения власти (легальный, харизматический и традиционный), введена Максом Вебером3 и пользуется широким признанием. П.Бергер и Т.Лукман предлагают выделять четыре уровня легитимации — от дотеоретического до ее полной институционализации во всех секторах соцального порядка4, а также констатируют, что посредством легитимации удовлетворяется необходимость «"объяснения" и оправдания бросающихся в глаза элементов институциональной традиции». Причем, с объяснением связан когнитивный аспект легитимации, а с оправданием – нормативный, таким образом легитимация включает в себя не только вопрос «ценностей», но и «знания». Здесь мы обнаруживаем пересечение с базовыми функциями религии, о которых было указано выше (когнитивная и регулятивная). Т. Парсонс5 указывает на непременную связанность и зависимость легитимации от отношений к высшей реальности, поэтому, с его точки зрения, способ легитимации коренится в религиозных ориентациях и всегда, в некотором смысле, носит религиозный характер.

Для исследования социальных терминов, имплицитно входящих в содержание легитимации (власть, авторитет, доверие, преданность), мы обратились к классическому труду Э Бенвениста6, в результате чего был сделан вывод, что все эти термины в своих коренных значениях лежат в области религиозных понятий, связаны с религиозным сознанием и религиозными отношениями не столько горизонтальной направленности (между людьми), сколько вертикальной (связь с божеством), подтверждая упомянутый выше тезис Т. Парсонса. Таким образом, возникают предпосылки для оформления мифологий, закрепляющих эту иерархичность, и их последующей канонизации.

В четвертом параграфе «Соотношение ортодоксии и гетеродоксии как функций религиозного сознания» рассматривается процесс формирования ортодоксии во взаимодействии с другими формами общественного сознания и их институтами.

Чаще всего понятия ортодоксии и гетеродоксии становятся достоянием теологов и рассматриваются в отношении вопроса об истинности. В теологии и религиоведении (конфессиональном и светском) обсуждается возможность и правомерность постановки вопроса об истинности – неистинности как отдельных религиозных суждений и их совокупности, так и религиозно-экономических, религиозно-политических, религиозно-правовых и других концепций. Однако в рамках нашей работы, рассматривая ортодоксию и гетеродоксию, мы исходим не из истинностных интенций, а анализируем их в качестве категорий общественного сознания. И ортодоксия, и гетеродоксия по-своему реагируют на изменяющуюся социогенную реальность. Ортодоксия – посредством связи с этой реальностью через традицию и предание, заполняющими разрыв между догматической неизменностью ортодоксии и неизбежно возникающими вследствие развития изменениями в общественном сознании; гетеродоксия – предлагая и множа инварианты идей в соответствии с поиском адекватных эпохе смыслов. На начальном этапе ортодоксия «эмансипируется» от вопросов, не входящих в ее дискурс. Но в процессе своего формирования ортодоксия становится мировоззренческим императивом, претендуя не только на абсолютную истину в данной сфере, но и предписывая определенное отношение к реальности, границы которой лежат намного шире границ проблемы, выносимой на обсуждение первоначально. Это невозможно без влияния на другие формы общественного сознания (научного, политического, эстетического, экономического и т.д.), которые становятся подчиненными ортодоксальной практике. Такой поворот немыслим без участия властных структур, заинтересованных в упрочении оснований социальной практики, сложившейся в данном обществе.

Работы П. Бурдье и А. Дугина, посвященные исследованиям ортодоксии в различных формах общественного сознания (политика, наука, экономика), послужили основой для определения основных условий, опричинивающих и способствующих формированию ортодоксии. Для выработки ортодоксальной доктрины необходимо дискуссионное поле, что предполагает, как минимум, существование вариативных форм отношения к рассматриваемому вопросу. В то же время, дискуссионное поле должно быть ограничено рамками принятых всеми участниками дискуссии допущений. Несмотря на дальнейшее рафинирование предмета дискуссии и сужение границ дискуссионного поля, постулируемая истина становится ортодоксальной только с включением в этот процесс внешнего фактора властной структуры, заинтересованной в социологизации истины и закреплении ее в качестве мировоззренческого императива, выходящего на уровень идеологии, который, в конечном итоге, способен подчинить себе все остальные формы общественного сознания.

Отметим также в свете предыдущего параграфа о дифференциации функций, что функция гетеродоксии – когнитивная, познавательная, а функция ортодоксии (догматики) – социальная, связана с социальной сферой и социальными структурами. Ортодоксия формируется как основание цивилизации, т.е. к середине ее формирования до достижения ее зрелости (культурного расцвета), т.к. цивилизационная зрелость – есть результат зрелости духа. Новый всплеск гетеродоксии (гетеродоксальность начала цивилизации связана с необходимостью выработки единого отношения к действительности) начинается с переструктуризацией социума. Поэтому ортодоксия выполняет функцию сохранения настоящего ценностного стержня, вокруг которого все вращается, функция же гетеродоксии – продолжение этого развития.

Вторая глава «Социальный процесс и динамика религиозного сознания» посвящена анализу формирования догматики на примерах буддизма, христианства и ислама, выявлению способов ее легитимации, а также рассмотрению роли данных факторов в процессе становления русского религиозного сознания и функций ортодоксии и гетеродоксии как атрибутивных свойств религиозного сознания.

В первом параграфе «Факторы формирования ортодоксальной доктрины (на примерах мировых религий)» выявляются тенденции социокультурной динамики основания легитимации учения, рассматривается  взаимосвязь различных институтов социальной системы в процессе формирования ортодоксии и способ ее конституирования как социокультурного феномена.

Мировые религии возникают в стратифицированных социальных системах, где отмечается наличие нескольких комплексов религиозных воззрений. Некоторые исследователи считают, что этот период возникновения может характеризоваться и наличием одной государственной религии7, однако мы позволим себе не согласиться с данным мнением. Любая государственная религия предполагает соотнесение религиозных формул с ограниченной общественной средой (ограниченной рамками государства, этническим компонентом, административно-территориальными отношениями и т.д.). Формирование доктрин мировых религий происходит в условиях системного кризиса, затрагивающего социокультурные основы политического, экономического, административно-территориального устройства современных обществ, а также идеологический аспект, обеспечивающий устойчивость социокультурного образования. Для выработки новых ценностных систем необходимо широкое поле идей, которые уже получили признание определенных групп общества. Чем шире поле гетеродоксальности, тем более вероятность того, что формирующаяся новая ортодоксия охватит носителей этих идей как своих потенциальных приверженцев, удовлетворяя потребности системы в расширении среды.

На основании источников и трудов исследователей доказывается, что формированию ортодоксальных доктрин мировых религий, включающих в себя богословские воззрения, ритуальную практику, правовые вопросы, культуру быта и др., присущ один и тот же механизм. Отбор идей и взглядов, которые впоследствии, ретроспективно, будут объявлены ортодоксальными, осуществлялся на поле разномыслия, гетеродоксальности, довольно плодоносное в период, пока официальная власть не вмешивается в оформление доктрины. Далее происходит рафинирование доктрины с целью ее систематизации и тиражирования, причем критерии оценки истинности тех или иных идей напрямую связываются с устоявшимися авторитетами прошлого и настоящего. Но необходимо отметить тот факт, что, если прошлые авторитеты должны иметь непосредственную связь с основателем нового учения, то настоящие доказывают свою значимость поддержкой существующих властных структур (светских и духовных), заинтересованных в социологизации доктрины с целью упрочения своего положения или своей легитимации в данной социокультурной среде. Идеи, взгляды и толкования, не вошедшие в признанный канон, ретроспективно объявляются «еретическими», как если бы на самых ранних этапах развития нового учения уже существовала «ортодоксия»8. Для подкрепления в общественном сознании негативного отношения к исповедникам «неортодоксальных» взглядов, против них выдвигаются обвинения в отсутствии «ортопраксичности» их жизни, что служит аргументом в спорах об истинности учения.

Вместе с тем, религиозные модели общества, формирующиеся в условиях созревания новой социокультурной общности, отражают потребность в жестко сформулированной модели общества в связи не только со стремлением распространять новое вероучение, но и с необходимостью реструктуризировать принципы социальной коммуникации. Это тем более важно, что в социальном окружении существуют и иные религиозные ценности, отражающие иные нормативные характеристики.

Второй параграф «Социокультурные факторы становления русского религиозного сознания» посвящен анализу репрезентативности факторов формирования русского религиозного сознания в период освоения и усвоения христианского вероучения. Рассматривая свойственную Руси неоднородность, имеющую своими корнями, во-первых, крайне пестрый собственный этнический, а, следовательно, и религиозный компонент, и, во-вторых, предельную открытость идеям и настроениям как ближних, так и дальних соседствующих государств, сделан вывод, что в любом другом случае принципиально невозможен был бы достаточно широкий спектр выбора государственной веры Владимиром, представленный, как известно, исламом, иудаизмом, христианством западно-римского и греко-православного обрядов, а также в качестве варианта перспективу монотеистического развития язычества как государственной веры (вспомним не получившую своего логического завершения языческую реформу Владимира 980-го года). Само наличие этого спектра дает основание утверждать, что данные верования не только не являлись чуждыми для народов, составивших древнерусскую народность, но и достаточно активно исповедовались ими, что и послужило возможности включить их в древнерусское «поле конфессиональных возможностей».

Рассматривая сам процесс принятия православия на Руси, мы считаем, что выбор этот был сделан в силу совпадения уже существующих символов культуры, ментальных характеристик дуалистической и женской по своим глубинным основам культуры. На основании этого отмечается, что веберовскую мысль о том, что менталитет, внешний облик культуры определяется религиозной идеей, принимаемой в момент субъективного выбора культуры, можно дополнить обратным движением. Религия принимается или не принимается, если она совпадает или не совпадает с бессознательным культуры.

Но в то же время в открывшей двери перед христианством в его византийской традиции Руси с ее неоднородностью нашлось место и учениям, проникавшим на Русь одновременно с церковной идеологией и составляющим нечто вроде ее обязательного конвоя. Здесь речь идет о т.н. ересях, или гетеродоксальных идеях, отвергнутых официальной церковью. К числу главных причин развития еретических воззрений в Древней Руси, мы полагаем, можно отнести внешнеполитическую конъюнктуру, отсутствие антиеретических репрессивных институтов и серьезной богословской подготовки национального духовенства.

На основании вышеизложенного делается вывод, что все эти факторы свидетельствуют о наличии изначальной гетеродоксальности религиозного сознания на Руси. Отсутствие ортодоксальной доктрины в первые века после «христианизации Руси» есть бесспорное подтверждение тому, что собственная социальная иерархия находилась еще в стадии становления. По мере формирования доминирующей страты все больше будет чувствоваться потребность в легитимации ее положения, а соответственно, и в выработке доктрины, эту легитимность подтверждающую.

В третьем параграфе «Гетеродоксальность как атрибут религиозного сознания в России» акцентируется внимание на том, что только XVI век в лице Стоглавого Собора предписал некоторую определенность русской вере, очертив круг дозволенного в церкви и осудив недозволенное. Но дальнейшие события, век спустя, тем не менее, показали, что гетеродоксальность оставалась доминирующим свойством религиозного сознания. Это выявилось в огромном количестве разгласий и толков, имевшим место в среде раскольников, не принявших церковную реформу патриарха Никона, и касалось как идейного наполнения, представленного целым спектром учений, так и обрядовой, ритуальной, практической стороны жизни. А последующие два века, XVIII и XIX, свидетельствуют только об умножении разного рода учений в России и увеличении спектра гетеродоксальных идей: это и старообрядцы, упоминавшиеся выше, и различные общины уже протестантской направленности, и духовные поиски русской интеллигенции, утратившей интерес к церковной жизни, и даже расцветший на русской почве марксизм. В XX веке была предпринята еще одна попытка создания ортодоксальной доктрины (квазирелигиозной коммунистической идеологии), впоследствии оказавшейся весьма недолговечной.

На основании вышеизложенного можно заключить, что на протяжении всей истории России гетеродоксальность являлась атрибутивным свойством религиозного сознания общества.

Третья глава «Социокультурный кризис и проблема легитимации» посвящена анализу состояния религиозной сферы в эпоху современной социокультурной ситуации и разбору основных эмпирических признаков религиозного постмодерна на разных уровнях функционирования религии – индивидуальном и общественном, а также рассмотрению тенденций в религиозном сознании современной России.

В первом параграфе «Соотнесенность социокультурных характеристик постмодерна и современных процессов в религиозном сознании» обращается внимание на нынешнее состояние западного общества и его культуры как кризисное, в чем соглашается с мнением большинства современных ученых (П. Сорокин, Ф. Фукуяма, Ж. Бодрийяр, С Хантигтон и др.), и рассматриваются основные тенденции этого кризиса – в науке, искусстве, образовании, религии, на основании чего делается вывод, что эти тенденции носят всеобщий характер и касаются базовых жизнеутверждающих ценностей истины, блага, добра, красоты, связующих сферы интеллектуальности и духовности.

Отмечено, что в религиозной сфере кризис проявляется в обмирщении сакрального, преобладании внешней формы, обрядности, массовых действ. В то же время Г. Кюнг, оценивая нынешнюю религиозную ситуацию, считает, что, с точки зрения религии, модель постмодерна можно определить как экуменическую парадигму, имеющую своей целью единство христианской Церкви, мир между религиями и содружество наций.

На наш взгляд, постмодернистские черты присущи индивидуальному сознанию современного верующего, который хотя и существует в какой-то конфессиональной системе, но фактически функционирует в социуме в определенной степени независимо от неё. Исходя из этой посылки, исследуются основные эмпирические признаки религиозного постмодерна и того, как он обнаруживает себя на разных уровнях функционирования религии – индивидуальном и общественном.

Второй параграф «Современные тенденции в религиозном сознании в России» посвящен обзору современного состояния религиозности в России в основном на основании социологических исследований. Одним из главных факторов, обусловливающих современное состояние общественного (в т.ч. религиозного) сознания, является взаимовлияние культур – процесс, постоянно усиливающийся уже в течение нескольких веков и выражающийся, в том числе, в умножающемся спектре мировоззренческих, «духовных» убеждений, когда «нетрадиционные» взгляды начинают соседствовать с привычными прежде.

Взаимообмен культурными и религиозными идеями обусловил и всплеск образования новых религиозных движений, чем был богат ХХ век. С некоторой долей огрубления сложной и противоречивой реальности можно сказать, что новые религиозные движения с идейной точки зрения – это некий синтез, смешение взглядов и практик, свойственных различным религиозным традициям. Но это только одна сторона медали; вторая, на наш взгляд, не менее важная и очевидная, это секуляризация общества и, по меткому выражению социологов, «дедогматизация сознания»9, выражающаяся в ослаблении роли религии как внешней по отношению к индивиду силе, которая может заставить человека верить в определенные догматы и совершать определенные действия, контролируя его сознание и поведение или через государство или через общину. Отсюда – неизбежное усиление плюрализма в религиозной сфере, индивидуализация религиозных представлений, их все большая лабильность и их «эклектизация», соединение в одном сознании элементов разных религиозных систем.

Ситуация в религиозной сфере России XIX-XX вв. не является уникальным феноменом, но, во-первых, оказывается лишь частью волнообразного процесса, характерного для общей динамики религиозных организаций и учений. Во-вторых, спецификой нашей отечественной ситуации является то, что зона мировоззренческой эклектики, энтропии, расширяющаяся во всем мире, у нас достигает особо больших размеров, и это связано с распадом социальной структуры постсоветского периода и отсутствием пока той социальной элиты, положение которой было бы достаточно прочно, и которая потребность в легитимации собственного положения реализовала бы в монополизации истины. Плюрализм, конформизм и толерантность, а, следовательно, гетеродоксальность для современной социальной элиты сегодня являются необходимым условием ее существования, с которыми она распрощается по мере укрепления своего положения.

Третий параграф «Легитимация в контексте современных социальных процессов в России» посвящен анализу процесса легитимации российской элиты в постсоветское время. Современные социальные процессы свидетельствуют о вариативности возможного развития нового российского общества. Необходимость выбора для самой элиты идеологических обоснований ее легитимации подталкивает ее к союзу с организацией, представляющей религию декларируемого большинства. Данная тенденция обусловливает выбор определенного курса государственно-конфессиональной политики.

В Заключении подводятся итоги проведенного исследования, формулируются выводы и намечаются перспективы дальнейшей разработки данной проблемы.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

Работы, опубликованные в журналах, входящих в список ВАК РФ:

  1. Рыбакова О.Б. Функции ортодоксии и гетеродоксии в процессе легитимации религиозных институтов // Научно-теоретический журнал «Научные проблемы гуманитарных исследований», Выпуск 10 (1), 2009 г. С.138-145 (0,7 п.л.)
  2. Рыбакова О.Б. Религиозные корни российской культуры и ментальности // Научно-практический и методический журнал «Вопросы культурологии», № 10, 2009. С.20-24 (0,6 п.л.)
  3. Рыбакова О.Б. К вопросу о формировании христианской ортодоксии // Вестник Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина (серия Философия), №1. - СПб: Изд-во ЛГУ, 2009. (0,6п.л.)

Монография:

  1. Роль ортодоксии и гетеродоксии в процессе легитимации социального порядка. – GmbH: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2011. – 160 с.

Работы, опубликованные в других изданиях:

  1. Некоторые факторы динамики религиозного пространства современной России // Роль религии в современном обществе: опыт, проблемы, перспективы. Материалы международной научно-практической конференции (г. Петропавловск, 28-29 октября 2011 года). – Республика Казахстан, Петропавловск: СКГУ им. М. Козыбаева, 2011. Т.1. С.36-39 (0,4 п.л.)
  2. Рыбакова О.Б. Содержание религиозных процессов в России в условиях глобализации // Глобализация и проблемы мира: российский проект. Материалы IV Международной научной конференции. – СПб: БГТУ «Военмех» им. Д.Ф.Устинова, 2011. С.192-196 (0,4 п.л.)
  3. Рыбакова О.Б. К проблеме легитимации власти // Бренное и вечное: идеология и мифология социальных кризисов: Материалы Всерос. науч. конф. 16-17 ноября 2010 г. – Великий Новгород: НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2010 С.319-322 (0,3 п.л)
  4. Рыбакова О.Б. Новое религиозное сознание как компонент современной российской реальности // Национальная идея России: материалы Всероссийской научной конференции. – М.: ИНИОН РАН, 2010 (0,4 п.л.)
  5. Рыбакова О.Б. Факторы формирования ортодоксальной доктрины (на примере христианства и мусульманства) // Парадигма: Философско-культурологический альманах. Вып. 14 / Гл. ред. М. С. Уваров. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2010. С.171-179 (0,5 п.л.)
  6. Рыбакова О.Б. Новые религиозные движения в контексте современной социокультурной ситуации // Традиционные национально-культурные и духовные ценности как фундамент инновационного развития России: сборник материалов Всероссийской научно-теоретической конференции. – Магнитогорск: ГОУ ВПО МГТУ им. Г.И.Носова, 2010. С.243-248 (0,4 п.л.)
  7. Рыбакова О.Б. Раннее христианство на Руси // Культура и мир: Сб. статей – СПб: Издательство «СПбКО», 2009 С.121-127 (0,6 п.л.)
  8. Рыбакова О.Б. Современный социокультурный кризис и его религиозный компонент // Бренное и вечное: идеология и мифология социальных кризисов: Материалы Всерос. науч. конф. 21-22 октября 2009 г. – Великий Новгород: НовГУ им. Ярослава Мудрого, 2009 С.285-287 (0,3 п.л)
  9. Рыбакова О.Б. Мировоззренческий диссонанс русского протестантизма // Россия в современном мире. Сборник научных трудов / Под ред. академика РАН Ю.С.Пивоварова. Т.6. – М.: ИНИОН РАН, 2009. С.820-828 (0,5 п.л.)
  10. Рыбакова О.Б. О состоянии религиозной культуры в эпоху глобализации // Научные труды кафедры культурологии и глобалистики: к 20-летию кафедры / БГТУ "ВОЕНМЕХ"; ред. кол.: И. Ф. Кефели, Т. Ф. Ляпкина, О. В. Плебанек. – СПб.: 2009. С.219-222 (0,2 п.л.)
  11. Рыбакова О.Б. Гетеродоксальность как атрибутивное свойство религиозного сознания в России // Философия и социальная динамика XXI века: проблемы и перспективы: материалы III Международной научной конференции. – Омск: АнтропоТопос, 2008. Ч.2. С.200-211 (0,4п.л.)
  12. Рыбакова О.Б. Протестантское сообщество в России и формирование гражданского самосознания // Гражданское общество и государство в современной России:  Материалы Всероссийской научно-практической конференции (Омск, 17-18 апреля 2008 г.). – Омск: Изд-во ОмГТУ, 2008. С.224-229 (0,4 п.л.)
  13. Плебанек О.В., Рыбакова О.Б. Особенности современного социогуманитарного дискурса // Инновационные аспекты культурной политики в России: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (Санкт-Петербург, РГПУ им. А.И.Герцена, 19 мая 2008г.). – СПб.: Астерион, 2008. С.158-171. (0,8п.л.)
  14. Рыбакова О.Б. Российский протестантизм в постсоветском обществе // Берестень: философско-культурологический альманах. №2 (2). – В. Новгород: НовГУ,2008. С.268-272 (0,3 п.л.)
  15. Рыбакова О.Б. Протестантизм в России // Гуманитарное знание: сб. науч. ст. Вып. 4. – СПб.: Астерион, 2007. С.35-45. (0,7 п.л.)

1         Парадоксы секуляризации: от вредных привычек к мыльным пузырям // Политическая концептология: журнал метадисциплинарных исследований. Научно-аналитическое издание. № 3, 2009. С.125.

2         Малиновский Б. Функциональный анализ / Антология исследований культуры. Том 1: Интерпретации культуры. – СПб: «Университетская книга», 1997. С. 683, 684.

3         Вебер М. Основные социологические понятия. / Избранные произведения. – М.: Прогресс, 1990. С.636-643; 646-647

4        Бергер П., Лукман Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания. – М., 1995. С.153-156

5         Парсонс Т. Понятие общества: компоненты и их взаимоотношения/ Американская социологическая мысль. – М., 1996. С.494-526 (Электронный вариант http://socioline.ru/node/735)

6        Бенвенист Э. Словарь индоевропейских социальных терминов. – М.: Прогресс-Универс, 1995

7         Островская-мл. Е.А. Религиозная модель общества: Социологические аспекты институционализации традиционных религиозных идеологий. – СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2005. С.269.

8         Рыбакова О.Б. Факторы формирования ортодоксальной доктрины (на примере христианства и мусульманства) // Парадигма: Философско-культурологический альманах. Вып. 14 / Гл. ред. М. С. Уваров. – СПб., 2010. С.177-178

9         Фурман Д.., Каариайнен К., Карпов В. Религиозность в России в 90-е гг. ХХ – начале XXI в. / Новые церкви, старые верующие – старые церкви, новые верующие. Религия в постсоветской России. – М.; СПб.: Летний сад, 2007. С.84

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.