WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

КАНАКОВ ДМИТРИЙ ВЛАДИМИРОВИЧ

ФЕНОМЕН РЕЛИГИОЗНОГО ДОГМАТИЗМА СПЕЦИАЛЬНОСТЬ

09.00.14 – философия религии и религиоведение

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата философских наук

Москва-2012 Диссертация выполнена на кафедре философии религии и религиоведения философского факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова

Научный консультант: доктор философских наук, профессор кафедры философии религии и религиоведения философского ф-та МГУ им. М. В. Ломоносова З. А. Тажуризина

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор кафедры философии гуманитарного ф-та РХТУ им. Д. И.

Менделеева Р. М. Алейник доктор биологических наук, профессор кафедры общей экологии биологического ф-та МГУ им. М. В.

Ломоносова А. В. Олескин

Ведущая организация: Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

Защита диссертации состоится «23» апреля 2012 года в 15.00 на заседании диссертационного совета Д 501.001.09 при Московском государственном университете имени М. В. Ломоносова по адресу: 119991, г.

Москва, Ломоносовский проспект, д. 27, корпус 4 («Шуваловский»), философский факультет, ауд. А-518.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале отдела Научной библиотеки МГУ имени М.В. Ломоносова в корпусе «Шуваловский» по адресу: Ломоносовский проспект, д. 27, корпус 4, сектор «Б», 3-й этаж, к.

300.

Автореферат разослан «___» марта 2012 года.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат философских А. М. Шишков I.

Общая характеристика работы

.

Актуальность исследования. Феномен религиозного догматизма – одна из наименее исследованных проблем религиоведения, хотя словосочетание «религиозный догматизм», причем в качестве негативной характеристики религиозного сознания, в научных и популярных работах используется не так уж и редко. Однозначное понимание догматизма как некоей негативно характеризующей религию особенности является для многих авторов религиоведческих работ самоочевидным и не требующим всестороннего исследования. Однако использование словосочетания «религиозный догматизм» в качестве однозначно негативного ярлыка может привести, помимо всего прочего, к затруднениям как в межконфессиональном общении, так и в общении между верующими и неверующими. Кроме того, недостаточно четко выявленный смысл понятий «догматизм», «религиозный догматизм» создает трудности при раскрытии сущности тех или иных религиозных и религиозно-философских феноменов, – в том случае, когда, например, догматизм представляют как характерную черту одних религий, не признавая его наличия в других1, хотя догматизм как свойство человеческого мышления не ограничивается каким-либо Например, религии Индии определяются как «религии чистого опыта» в отличие от догматических религий (религий откровения), т.н. «библейских религий», к которым относятся «… религии Книги (т.е.

Библии или Корана), – иудаизм, христианство и ислам». См.: Торчинов Е.А. Религии мира: Опыт запредельного. Психотехника и трансперсональные состояния. – СПб., 2005. – С. 58-59. В. К. Шохин отмечает в современном «суперэкуменизме» Г. Каурда противопоставление буддизма и христианства как этической религии догматической. См.: История этических учений: Учебник / Под ред. А. А. Гусейнова. – М., 2003. – С. 127. А. В. Смирнов отмечает «отсутствие догматизации» в исламе, связывая это с отсутствием единой церкви. См.: Там же. – С. 284. Отмечается также, что «… буддизм – недогматическая традиция…».

См.: Парибок А.В. Методологические аспекты буддизма: Конспект доклада от 29 сентября 2005 г. // Ежемесячный научно-теоретический семинар «Восток: философия, религия, культура» (кафедра философии и культурологии Востока СПбГУ). URL.: http://seminar-vostok.ucoz.ru/load/seminar/29092005/1-1-0-20 (дата обращения: 24.10.2011). Справедливости ради следует отметить, что в конфессионально ориентированной литературе встречается попытка представить «уникальность» христианства как «догматической» религии в отличие от религий с «меньшей консистенцией сверхразумности в [своих] основоположениях», например, религиозных учений буддизма и индуизма – как «антиподов догматического сознания». Подробнее см.:

Шохин В.К. Теология (Введение в богословские дисциплины): Учебно-методическое пособие. – М., 2002. – С. 76. Более обоснованной представляется позиция академика Н. В. Абаева, который еще в советский период отечественной науки разграничил буддизм и христианство по степени догматичности, отметив, что для буддизма характерен принцип «догматического развития», а для христианства – «догматического консерватизма». См.: Абаев Н.В. Чань-буддизм и культурно-психологические традиции в средневековом Китае. – Новосибирск, 1989. – С. 105-106. С точки зрения научного описания такой подход является наиболее объективным из известных нам при сравнении западных и восточных религий, однако он нуждается в уточнении, поскольку в католическом богословии с середины XIX-го века разрабатывается «теория догматического развития». Впрочем, эта проблема нуждается в дальнейшей разработке.

определенным типом культуры. В связи с этим становится актуальной разработка определения религиозного догматизма, места и роли религиозного догматизма в общей системе догматического мышления, в процессе эволюции духовной культуры.

По сути, в отечественном религиоведении уже была обозначена потребность в исследовании религиозного догматизма, связанная с необходимостью структурно-функционального анализа религиозного сознания2. Однако феномен религиозного догматизма как таковой выпал из поля зрения отечественных исследователей. Между тем данный феномен сопровождает религию на протяжении всей ее истории, поскольку обусловлен спецификой функционирования религиозного сознания:

религиозной идеологии и психологии, важных структурно-функциональных элементов религии. Особенную актуальность исследование религиозного догматизма приобретает в современных условиях, так как, будучи сформулировано как теоретическая конструкция, понятие «догматизм в религии» может быть использовано для дальнейшего углубления знаний о религии.

Степень научной разработанности проблемы. Проблема религиозного догматизма в контексте трансформации религиозности в последние десятилетия стала объектом внимания некоторых западных исследователей3. Американский ученый польского происхождения Мильтон Рокич (1918-1988) попытался заложить основы для изучения феномена догматизма «… в различных областях человеческой деятельности – политической, религиозной и научной»4. В противовес авторам классической модели «теории авторитарной личности», которые для определения основных черт такой личности создали F-шкалу (где F обозначает См., например: Яблоков И.Н. Актуальные проблемы конкретного исследования религиозности // Актуальные проблемы научного атеизма. – М., 1969. – №9. – С. 3.

Wearing A.G., Brown L.B. The dimensionality of religion // The British Journal of Social and Clinical Psychology (далее – BJSCP). 1972. – Vol. 11, Part 2 / June 1972. – Pp. 143-148.

Rokeach M. The nature and meaning of dogmatism // Psychological Review. – 1954. – Vol. 61, №3 / May 1954. – Р. 194.

«фашизм»), исследователь предложил модель «догматической личности», а также тесты по измерению догматизма – шкалу догматизма (Dogmatism scale), что вошло в научную литературу как шкала догматизма Рокича (Rokeach’s Dogmatism Scale)5. В середине 90-х гг. канадский исследователь Б.

Альтемейер предложил свой вариант шкалы догматизма (DOG Scale)6.

Однако предложенный вариант шкалы догматизма не получил однозначной поддержки среди других исследователей7. Отдавая должное DOG Scale, исследователи отмечают, что только будущее покажет, сможет ли подход Б.

Альтемейера к исследованию догматизма вытеснить научный подход М.

Рокича, а пока исследователи не готовы отказаться от последнего8. Следует также отдельно отметить, что в отечественной литературе концепция и шкала догматизма М. Рокича специально не анализировалась. В очень краткой форме Г. С. Батыгин в своих «Лекциях …» отметил недостатки научного подхода Рокича9. Кроме того, в отечественном религиоведении в области психологии религии не остались без внимания попытки М. Рокича выявить общие закономерности между принятой системой ценностей и социальным поведением верующих американцев10, что косвенным образом затрагивает понимание Рокичем структуры личностных убеждений, относимых им к «догматическим».

В западной науке догматизм рассматривается с учетом предметных носителей догматизма: верующих, школьников, политиков и т.д. Западные исследования захватывают предметную, идеологическую и психологическую Конкретные сведения по измерению догматизма в работах М. Рокича см.: Rokeach M. Beliefs, attitudes, and values: A theory of organization and change. – San Francisco; Washington; London, 1972. – Pр. 145-146, 153;

Rokeach M. The Nature of Human Values. – N.Y.; L., 1973. – Pр. 115-116, 145, 300, 311-312.

Конкретный пример использования шкалы см.: Altemeyer B. Dogmatic behavior among students: testing a new measure of dogmatism // The Journal of Social Psychology. – 2002. – Vol. 142, №6. – Рр. 713-721. В приложении приводится образец шкалы догматизма DOG Scale. См.: Ibid. – Р. 720-721.

Jost J.T., Glaser J., Kruglanski A.W., Frank S.J. Political conservatism as motivated social cognition // Psychological Bulletin. – 2003. – Vol. 129, №3. – Р. 339-375.

Lohman M.C. An unexamined triumvirate: dogmatism, problem solving, and HRD // Human Resource Development Review. – 2010. – Vol. 9, №1 / January 2010. – Р. 74.

Батыгин Г.С. Лекции по методологии социологических исследований. – М., 1995. – С. 76-77; Батыгин Г.С.

Лекции по методологии социологических исследований. – 2-е изд. – М., 2008. – С. 106-107.

Угринович Д.М. Психология религии. – М., 1986. – С. 288.

стороны религиозного догматизма. Вкратце указанные исследования могут быть классифицированы по следующим направлениям: исследования по различным конфессиям, деноминациям, социальным группам, половозрастным группам, психологические и социальнопсихологические исследования, разработка и использование на базе методологии и инструментария М. Рокича собственной исследовательской стратегии при рассмотрении феномена догматизма, исследования в области «конфессионального религиоведения»11.

В дореволюционный период в России феномен религиозного догматизма как таковой не исследовался12. В отечественной науке в советский и постсоветский периоды достаточно подробно разработаны общие проблемы догматизма, что нашло отражение в научноисследовательской и справочной литературе13. Однако специальных работ, посвященных исследованию феномена религиозного догматизма, нет.

Правда, есть работы, в которых наряду с общими вопросами религии затрагивается проблема религиозного догматизма, например, исследуя См., например, соответственно: Rokeach M. The open and closed mind … – P. 110, 112; Schlangen J.A., Davidson J.D. Dogmatism and differential religious involvement // Sociological Analysis. – 1969. – Vol. 30, № 3 / Autumn 1969. – Рр. 164-175; Strickland B.R., Weddell S.C. Religious orientation, racial prejudice, and dogmatism:

a study of Baptists and Unitarians // Journal for the Scientific Study of Religion (далее – JSSR). – 1972. – Vol. 11, №4 / Dec. 1972. – Рр. 395-399; Schmitz P.G. Sociocultural and personality differences in the dimension of the open and closed mind // High School Journal (далее – HSJ). – 1985. – Vol. 68, № 4. – Authoritarianism and Dogmatism:

Part 2 / April-May, 1985. – Р. 348; Francis L.J. Measuring attitude towards Christianity during childhood and adolescence // Personality and Individual Differences. – 1989. – Vol. 10, №6. – Рр. 695-698; Rudnick A. Paranoia and reinforced dogmatism: beyond critical rationality // Philosophy of the Social Sciences. – 2003. – Vol. 33, № 3 / September 2003. – Рр. 339-350; Ross C.F.J., Francis L.J., Craig C.L. Dogmatism, religion, and psychological type // Pastoral Psychology. – 2005. – Vol. 53, № 5 / May 2005. – Рр. 483-497; Shearman S.M., Levine T.R. Dogmatism updated: a scale revision and validation // Communication Quarterly. – 2006. – Vol. 54, №3 / August 2006. – Рр.

290-291; Francis L.J. Christianity and dogmatism revisited: a study among fifteen and sixteen year olds in the United Kingdom // Religious Education: The official journal of the Religious Education Association. – 2001. – Vol.

96, № 2 / Spring 2001. – Р. 211-226; Francis L.J., Robbins M. Christianity and dogmatism among undergraduate students // Journal of Beliefs & Values. – 2003. – Vol. 24, №1. – Р. 89-95.

Однако следует отметить, что до революции была издана небольшая работа А. Киреева «Адогматизм и догматизм в православном учении». – СПб., 1903. – 25 с.

Работа была вызвана к жизни критическим отношением к деятельности философско-религиозных собраний в Петербурге. Правда, проблема религиозного догматизма в православии автором не рассматривается, понятие догматизма не раскрывается, вместо этого он ограничивается ортодоксальной критикой либеральной позиции. Таким образом, религиозный догматизм как явление выпадает из анализа.

Следует выделить четыре диссертации, две из которых защищены были еще в 60-е годы. См.: Марев И.С.

Гносеологические и методологические истоки современного догматизма: Дис. … канд. филос. наук. – М., 1965. – 203 с.; Герасимов Е.Н. Гносеологические корни и социальная сущность догматизма: Дис. … канд.

филос. наук. – Киев, 1966. – 160 с. Две другие диссертации будут рассмотрены ниже.

религиозное сознание, Г. А. Габинский не пренебрегает и попытками дать определение религиозного догматизма14, в чем, как представляется, состоит достоинство его работы.

Следует отметить, что советские работы основывались на методологии марксизма, требовавшей от исследователя объективного, диалектического, анализа социальных и духовных предпосылок того или иного явления. В частности, в отечественной науке на основе марксистской методологии был выявлен комплексный характер природы догматизма, предпринята попытка определить его основания. К сожалению, потенциал марксистского диалектического метода не был реализован в полной мере в отечественной науке советского периода, исследователи оценивали догматизм и, в частности, религиозный догматизм однозначно негативно15. Исследование данного аспекта догматизма, несомненно, имело большое значение в качестве теоретической основы для дальнейших, более углубленных, разработок проблемы. Этот подход к сущности догматизма как такового остался аналогичным в постсоветский период16. Две статьи по проблемам догматизма, вышедшие в 2000-е гг., новых идей, по существу, не добавили17.

Таким образом, западная и отечественная исследовательские традиции обнаруживают противоположные тенденции в изучении догматизма. В В частности, под догматизмом в религии понимается «… принятие догматов как данных свыше абсолютных истин. Догматы считаются данными Богом через божественное откровение и не подлежат никакому изменению». См.: Габинский Г.А. О религиозном способе мышления и его проявлениях: Материал в помощь лектору и пропагандисту. – Орел, 1989. – С. 8. Однако такое определение догматизма имеет тот недостаток, что применимо только к монотеистическим религиям.

См., например: Ситковский Е. Догматизм // Философская энциклопедия: в 5-х т. – М., 1962. – Т. 2. – С. 3640; Парамонов Н.З. Критика догматизма, скептицизма и релятивизма: Учеб. пособие. – М., 1973. – С. 16-17.

Автор выделяет гносеологические и классовые (социальные) корни догматизма. Из числа общих работ можно выделить вышедшие на рубеже 90-х годов две диссертации (Анкудинов Б.А. Догматизм как форма антидиалектики: Автореф. дис. … канд. филос. наук. – Ростов н/Д, 1990. – 15с.; Анкудинов Б.А. Догматизм как разновидность метафизического способа мышления. – Ростов н/Д, 1989. – Деп. в ИНИОН АН СССР 06.02.90, №40998. – 32 с.; Петрова Л.А. Феномен догматизма: сущность и проявление в социальной практике: Авторефер. дис. … канд. социол. наук. – М., 1991. – 21 с.), философский сборник (Диалектика и догматизм: Сб. ст. / Отв. ред. И. З. Налетов. – М., 1990. – 147 с.), а также учебное пособие (Расторгуев В.Н.

Творчество и догматизм. – Тверь, 1990. – 97 с.).

См., например: Ильин В.В. Догматизм // Философский словарь. – М., 2001. – С. 165.

Прохоров М.М. Мировоззрение и методология на пороге XXI века: Противоположность догматизма и потенциализма // Вестник Тамбовского ун-та (Сер.: Гуманит. науки). – 2000. – Вып. 2 (18). – C. 54-64;

Коссовский Г.М. Догматизм как психологическая и социальная проблема // Вопросы гуманитарных наук. – 2007. – № 3 (30). – С. 350-352.

западных исследованиях, где достаточно много специальных работ, догматизм предстает перед нами как феномен, который содержит в себе предметную, идеологическую и психологическую составляющие. Несмотря на достоинства, состоящие главным образом в накоплении богатого эмпирического материала конкретно-социологических исследований, указанные работы обнаружили трудности в интерпретации полученных данных, что отразилось в противоположных выводах, к которым нередко приходят западные авторы. Поэтому на основании упомянутых выше работ трудно составить сколько-нибудь определенное представление о сущности догматизма и, прежде всего, предмета нашего исследования – религиозного догматизма. К числу существенных недостатков отмеченных работ стоит отнести отсутствие философского метода и комплексного подхода, по причине чего авторы упускают из области научных исследований основания догматизма, их связь и взаимообусловленность. Недостатком является также ограниченность исследований только рамками христианства, в то время как в других религиях догматизм не исследуется.

В отечественной науке достаточно подробно разработаны общие, а не специальные проблемы догматизма. Верные наблюдения и выводы в суждениях о «негативном аспекте» догматизма, безусловно, имеются.

Однако некоторый схематизм и замкнутость в рамках негативного освещения догматизма придают отечественным исследованиям советского и постсоветского периодов ограниченный характер. Следует иметь в виду, что марксистская методология настаивает на всестороннем характере исследования явлений и процессов действительности. Так, в частности, В. И.

Ленин, несмотря на свои философские и политические воззрения, подчеркивал, что идеализм и религия не «беспочвенны», а произрастают «… на живом дереве … человеческого познания»18, что не было надлежащим образом исследовано советскими авторами. Другими словами, марксистские Ленин В.И. Философские тетради // Полное собрание сочинений. – М., 1977. – Т. 29. – С. 322.

исследования феномена догматизма нуждаются в доработке, в частности, требуется допущение возможности рассмотреть, помимо негативных, также другие аспекты религиозного догматизма. Это поможет создать цельное представление о феномене догматизма19.

Таким образом, несмотря на довольно обширную литературу, посвященную проблеме догматизма, специальных исследований феномена религиозного догматизма как комплексного и цельного явления не проводилось; отсутствуют попытки систематического научного изложения проблемы религиозного догматизма. Между тем потребность в объективном исследовании феномена религиозного догматизма, анализе его оснований, а также его места и роли в культурно-историческом процессе назрела давно.

Объектом диссертационного исследования является религиозное сознание – важный структурно-функциональный элемент религии.

Предметом данного исследования выступает феномен религиозного догматизма.

Целью диссертационного исследования является анализ религиозного догматизма как целостного феномена, определение его понятия, рассмотрение оснований, проявлений в конкретно-исторических формах, а также гипотетический прогноз направления эволюции религиозного догматизма.

Реализация поставленной цели осуществляется путем решения следующих основных задач:

Правда, в области права догматизм определяется более нейтрально, а именно: как «… одно из направлений в юридической науке, отрицающее необходимость исследования вопроса о сущности и происхождении права, закономерностях его развития, взаимоотношении права с другими явлениями социальной жизни». См.: Тихомирова Л.В., Тихомиров М.Ю. Догматизм в праве // Юридическая энциклопедия. – М., 2009. – С. 263. Однако как направление правовой науки догматизм ограничивается описанием и обобщением материала, содержащегося в положительном (действующем) праве, юридическими определениями, формальным анализом юридических понятий и классификацией юридических норм. «Свое название это направление получило потому, что его представители (Остин – в Англии, Меркель, Бирлинг, Зомло – в Германии и др.) единственным объектом изучения объявляли догму права». См.: Там же. Итак, в правоведении понятие «догматизм», будучи лишено негативных черт, употребляется в узкопрофессиональном, юридическом смысле.

1) исследовать понятие догматизма в философской, научноисследовательской и справочной литературе;

2) рассмотреть феномен религиозного догматизма через его концептуализацию, для чего определить понятие, раскрыть специфические особенности, гносеологические, психологические и социумные основания и факторы, способствующие возникновению и воспроизведению религиозного догматизма;

3) выявить роль и место религиозного догматизма в истории культуры и общества;

4) рассмотреть конкретно-исторические формы религиозного догматизма, процессы размывания религиозного догматизма и перспективы его эволюции.

Теоретическую и методологическую основу диссертации составляют методологические принципы философии марксизма и труды представителей отечественной школы религиоведения, главным образом, философии, психологии и истории религии20. Для понимания проблемы догматизма как такового, то есть как сложившегося исторического типа сознания и мышления, используются труды представителей немецкой классической философии, русских философов и ряда западных социологов и психологов.

Основу метода нашего научного исследования составляет диалектика и опора на марксистско-ленинское наследие, так как мы полагаем, что его возможности далеко не исчерпаны. В работе используются такие методы, как восхождение от абстрактного к конкретному, единство исторического и логического. Применяется «деятельностный подход» при рассмотрении религиозного догматизма как феномена сознания, его оснований, развития и роли. Используются также методы философско-религиоведческого и сравнительного анализа. Исследование построено на принципах объективности, историзма, системно-аналитического подхода.

Имеются в виду работы Ю. Ф. Борункова, В. В. Винокурова, А. Н. Красникова, К. И. Никонова, М. А.

Поповой, А. Д. Сухова, З. А. Тажуризиной, Д. М. Угриновича, И. Н. Яблокова и др.

Научная новизна диссертации:

1) уточнено определение религиозного догматизма: догматизм рассмотрен как свойство религиозного сознания, которое обеспечивает устойчивость религиозных верований и установку на определенное поведение;

2) выделены гносеологические, психологические и социумные основания религиозного догматизма, раскрыты его объективная и субъективная стороны, имплицитная и эксплицитная формы, определены место и роль религиозного догматизма в истории культуры и общества;

3) произведен сравнительный анализ элементов религиозного догматизма в политеистических религиях (на примере индуизма) и монотеистических религиях (на примере христианства);

4) собраны и проанализированы сочинения зарубежных авторов по проблеме феномена религиозного догматизма, ранее не представленные в отечественной религиоведческой литературе.

На защиту выносятся следующие положения:

1) догматизм в религии представляет собой свойство религиозного сознания, которое при осмыслении верующими мира в целом опирается на религиозные догмы, признаваемые неизменными и истинными основоположениями в системе религиозного учения, и оперирует ими; в конкретных исторических проявлениях религиозный догматизм представлен в имплицитной и эксплицитной формах;

2) весомую роль в укреплении религиозного догматизма играет культовая деятельность: религиозный догматизм складывается в процессе исторического развития религии как закрепление идей в религиозных вероучениях и практических (культовых) действий;

3) религиозный догматизм был не только негативным, но и позитивным фактором в развитии духовной культуры, так как он содействовал сохранению при передаче последующим поколениям тех или иных культурных традиций, связанных не только с религиозными представлениями и категориями, но также с моральными и правовыми нормами, эстетическими ценностями, полезными мирскими обычаями и т.д.;

формируемые религиозные понятия способствовали на определенном этапе развитию мышления и обучению человека;

4) в процессе секуляризации наметилась тенденция к размыванию догматизма в современном религиозном сознании; в то же время ныне наблюдается противоречие между процессом секуляризации, размыванием эксплицитного догматизма в западной культуре и сохранением имплицитного догматизма в массовом религиозном сознании.

Теоретическое значение диссертационного исследования для религиоведения состоит в восполнении современных знаний о феномене религиозного догматизма, в разработке его целостной модели, что будет способствовать более глубокому проникновению в сущность религии. При этом исследование данной проблемы содействует плодотворному сотрудничеству различных религиоведческих дисциплин, например, философии, социологии и психологии религии, истории религии и истории свободомыслия.

Практическое значение диссертационного исследования заключается в возможности использования предложенной теоретической конструкции религиозного догматизма в конкретно-религиоведческих исследованиях при изучении религиозных явлений. Материал диссертации можно использовать при чтении специального курса по проблеме религиозного догматизма, а также в соответствующих разделах религиоведческих дисциплин. Глава 1, параграф 1 Главы 2 и Глава 3 могут быть использованы при чтении курсов по философии, социологии, психологии религии, параграфы 2 и 3 Главы 2 могут быть использованы при чтении курсов по истории религии и истории свободомыслия.

Апробация диссертации нашла отражение в выступлениях автора на различных конференциях и в опубликованных автором научных статьях. В частности, основные положения и выводы диссертации прошли апробацию в рамках научной конференции «Религиоведение России» (2010 г.), посвященной 50-летию религиоведческой школы МГУ, 3-й ежегодной научно-практической конференции «Философские проблемы биологии и медицины» (2009 г.), совместной научной конференции Философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова и НОУ ВПО «ИФТИ св. Фомы» «Проблемы исторического и теоретического религиоведения» (2009 г.), научной конференции «Проблемы текста в гуманитарных исследованиях» на философском факультете МГУ им. М. В. Ломоносова (2006 г.), XIII Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов 2006» (2006 г.), научной конференции «Третьи Торчиновские чтения. Религиоведение и востоковедение» (2006 г.), международной конференции «Свеча-2005. ИСТОКИ: Религия и личность в прошлом и настоящем» (2005 г.) и научной конференции «Вторые Торчиновские чтения. Религиоведение и востоковедение» (2005 г.).

Практически все авторские выступления и статьи в прямой или косвенной форме касались темы диссертации или аспектов религиозного догматизма в конкретных религиозных формах. Диссертация была обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ имени М.В. Ломоносова.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав (девяти параграфов), заключения, списка использованной литературы, приложения 1 (перевода первоисточника) и приложения 2 (библиографии по теме).

II. Основное содержание диссертации.

Во Введении обосновывается актуальность выбранной темы диссертации, задается общий историко-религиоведческий и историкофилософский контекст развития исследуемой проблемы, отмечаются различия в степени философской и религиоведческой разработанности проблемы в отечественной и западной исследовательских традициях.

Определяются объект, предмет и цель исследования, выделяются задачи, решение которых необходимо для достижения поставленной цели, разъясняется теоретическая и методологическая база исследования.

Приводится ряд положений, отражающих, по мнению автора, новизну исследования, формулируются положения, выносимые на защиту, выявляется теоретическое и практическое значение диссертации.

Первая глава «Догматизм как феномен человеческого сознания» посвящена теоретическому обзору истории исследования проблемы догматизма в философии и религиоведении, определению его оснований и конкретно оснований религиозного догматизма, которые рассматриваются как внутренне связанные и взаимообусловленные. Для объяснения механизма воспроизводства религиозного догматизма впервые применяется «принцип единства сознания и деятельности», что применительно к религии выражается в единстве религиозной (культовой) деятельности и религиозного сознания, осмысливающего религиозную деятельность.

Догматизм в целом рассматривается как необходимая составляющая человеческого сознания.

В первом параграфе «Понятие догматизма в истории мысли» рассматриваются происхождение термина «догматизм», его этимология и концепции догматизма в философской, научно-исследовательской и справочной литературе, определяются основные признаки догматизма.

Общим выводом по первому параграфу является то обстоятельство, что под догматизмом подразумевают, как правило, с одной стороны, некритичное отношение к основоположениям (догмам, аксиомам) какого-либо учения, т.е.

отсутствие критики и сомнений, консерватизм мышления (неспособность воспринимать информацию, противоречащую догмам), слепую веру в авторитеты. Кроме того отмечается априоризм, а также односторонняя дедукция догматизма как способа мышления. С другой стороны, в литературе высказывается суждение, что догматизм представляет собой преемственность определенной традиции, верность установленным истинам, системность и завершенность учения. Системность как свойство догматизма выделяется в философской, богословской и юридической литературе.

Во втором параграфе «Гносеологические и психологические основания догматизма» анализируются достаточные причины догматизма, т.е. субъективные факторы, способствующие возникновению и воспроизведению догматизма и, прежде всего, конкретно религиозного догматизма, к числу которых обоснованно относятся гносеологические и психологические основания догматизма. Гносеологическими основаниями догматизма являются односторонность, недиалектичность познания, субъективизм и сохранение потребности в психологической уверенности и веры в познавательном процессе, абсолютизация данных сознания и априоризм. К числу психологических оснований религиозного догматизма можно отнести следующие: эмоциональное сопровождение процесса познания, чувство страха, значительная психическая интенсивность религиозных идей и представлений, антропоморфизм мышления на ранних ступенях психического отражения действительности, психологические механизмы внушения, самовнушения, заражения, «обаяния» и т.п. К числу возможных психологических оснований религиозного догматизма следует также отнести так называемые «измененные психические состояния».

Высшие психические функции, опосредующие психическое отражение действительности, определяют гносеологические основания догматизма, т.е.

психологические основания обусловливают гносеологические.

Гносеологические и психологические основания являются достаточной, но не необходимой причиной для проявления догматизма, поскольку они затрагивают только область сознания. Только при известных условиях, под влиянием определенных социумных факторов сознание иногда способно выступить в качестве источника религиозного догматизма. Психическое развитие человека определяется через деятельность социума, так как деятельность человека представляет собой продуктивную, общественную по своему характеру практику активного субъекта; индивидуальное – это всегда усвоенное социальное. Значит, психологические основания догматизма обусловливаются, в конечном счете, социумными основаниями.

В третьем параграфе «Социумные основания догматизма» анализируются необходимые причины догматизма, т.е. объективные отношения, побуждающие к возникновению и воспроизведению гносеологических и психологических оснований религиозного догматизма, к числу которых обоснованно относятся социумные основания догматизма. К числу социумных оснований относятся следующие: разделение труда, переход к классовому обществу и государству, обособление и противопоставление умственного и физического труда, развитие материальных и идеологических отношений, потребность эксплуататорских классов в господстве, социальная деятельность, одной из ключевых разновидностей которой для формирования догматизма является религиозная деятельность – как культовая, так и осмысливающая ее внекультовая деятельность. Следует также отметить, что формируемая религиозная картина мира отражает общественную структуру и иерархию. В социумном плане происхождение догматизма обусловлено также регулятивной функцией религии в социальной деятельности. Социумными механизмами формирования догматизма в религиозном мышлении выступают авторитет традиции, воспитание, обучение и развитие человека в определенном типе общества, религиозный ритуал, обряд, культ.

Во второй главе «Догма и догмат в системе религиозного учения» рассматриваются конкретно-исторические проявления религиозного догматизма, дается определение его понятия в качестве атрибута религиозного сознания и важного феномена религиозности, связанного с религиозными установками и ценностями. Догматизм в религии обеспечивает устойчивость религиозной картины мира, преемственность религиозных представлений и ценностей, на основе чего возможны их дальнейшие модификации и приращения.

В первом параграфе «Понятие “догма” и “догмат” в античной и раннехристианской литературе. Определение религиозного догматизма» рассматривается этимология древнегреческого слова (gen. s.

), выделяются его основные значения в античной и раннехристианской литературе, определяется понятие религиозной догмы, дается развернутое определение понятия религиозного догматизма и выделяются объективная и субъективная стороны, имплицитная и эксплицитная формы рассматриваемого явления. Догматизм в религии представляет собой свойство религиозного сознания, которое при осмыслении верующими мира в целом опирается на религиозные догмы, признаваемые неизменными и истинными основоположениями в системе религиозного учения, и оперирует ими. С объективной стороны догматизм представляет тот способ (метод), которым религия позиционирует себя как феномен культуры во внешнем (объективном) мире и воздействует на общественное (религиозное) сознание, выстраивая содержание вероучения религии как систему догматических положений. Т.е. с объективной стороны догматизм связан с религиозной идеологией. С субъективной стороны религиозный догматизм представляет собой способ мышления, который выражается в принятии адептом в качестве истины положений вероучения и в осознании, переживании этих положений в качестве нормативной ценности, а также в решимости адепта следовать им в своей практической деятельности. Т.е. с субъективной стороны догматизм связан с религиозной психологией. Имплицитный догматизм проявляется в тех случаях, когда основные положения вероучения фиксируются в скрытой догматической форме в виде священных текстов, формул, молитв и т.д. на основании приписываемого им божественного (сверхъестественного) происхождения и/или гипертрофированного авторитета традиции, старейшин, служителей культа и основателей религиозного учения. Эксплицитный догматизм проявляется в тех случаях, когда основные положения вероучения формулируются в виде жестких догматических формул («правил веры»), санкционированных религиозно-социальным институтом (церковью), что выражается в принятии формализованных догматов. Делается вывод:

эксплицитный догматизм в наибольшей степени реализует установки религии как исторически преходящей формы общественного сознания.

Наиболее догматизированными религиями являются религии, для которых характерен эксплицитный догматизм, как, например, христианство; менее догматизированными – те религии, для которых характерен имплицитный догматизм, как, например, индуизм. С этой точки зрения христианство является наиболее догматизированной религией в сравнении с другими. А среди христианских конфессий наибольшую степень догматизированности представляет православие, поскольку только оно смогло достаточно жестко зафиксировать свое учение.

Во втором параграфе «Религиозный догматизм в политеистических религиях (на примере индуизма)» выявляются, анализируются и сопоставляются основные элементы имплицитного догматизма в политеизме, которые определяют основное содержание религиозных представлений и понятий в индуизме. Имплицитный догматизм в индуизме имеет основным своим содержанием религиозноантропологический круг, в частности, в концепции субстанциального тождества Брахмана и Атмана, параллелизме в представлениях о микро- и макрокосме и других религиозных представлениях и учениях.

В третьем параграфе «Религиозный догматизм в монотеистических религиях (на примере христианства)» выявляются, анализируются и сопоставляются основные элементы имплицитного и эксплицитного догматизма в монотеизме, которые определяют основное содержание религиозных представлений и понятий в христианстве.

Признается, что основные элементы эксплицитного религиозного догматизма (формализованные правила веры) в монотеистических религиях (на примере христианства) могут быть редуцированы к основным элементам имплицитного догматизма. Причину развития эксплицитного догматизма именно в христианстве следует искать в истории социально-экономического и социально-политического развития древней церкви. Эксплицитный догматизм в христианстве рождается как церковный ответ еретическим, с церковной точки зрения, учениям. Столкнувшись с оппозиционными учениями, христианская церковь начинает формулировать догматические определения. Кроме того, развитию эксплицитного догматизма способствовали государственно-церковные отношения, поскольку постепенно в первой половине I-го тысячелетия н.э. христианство получило статус государственной религии. Элементы эксплицитного догматизма фиксируются в сформулированных в виде жестких догматических формул, санкционированных религиозно-социальным институтом (церковью) основных положениях вероучения, что выражается в принятии формализованных догматов.

Третья глава «Догматизм в современном религиозном сознании» посвящена современным процессам, связанным с религиозным догматизмом, определению его места в истории общества и культуры. В целом феномен догматизма составляет импликацию установки поведения, предполагающую возможность концептуализации этой установки в сознательную позицию.

В первом параграфе «Тенденция к размыванию догматизма религиозного сознания в процессе секуляризации» выявляются процессы дедогматизации религиозного сознания, ослабления религиозного догматизма и религиозной практики, связанные с секуляризацией общественного сознания на определенном этапе общественно-исторического развития европейских стран, что ведет к утрате устойчивости религиозного сознания. Показано, что в современном обществе, как оказывается, отсутствуют предпосылки для окончательного вымывания религии и, в частности, религиозного догматизма из сознания значительной части человечества. В рамках глобализации догматизм традиционных религиозных форм вытесняется из массового сознания, но в то же время осуществляется попытка навязать новый имплицитный догматизм в рамках новых религиозных форм. Высказывается гипотеза: социумным основанием данной тенденции является так называемый «новый экономический порядок».

Во втором параграфе «Противоречие между процессом секуляризации, размыванием эксплицитного догматизма в западной культуре и сохранением имплицитного догматизма в массовом религиозном сознании» констатируется, что в настоящий момент сохраняются основные противоречия в общественно-экономическом развитии, связанные с отношениями господства и подчинения, принуждения и эксплуатации человека человеком, поэтому в связи с общим положением религии в современном обществе религиозный догматизм, хотя и в ослабленном виде, сохраняется. Анализируются процессы образования и удержания новых форм имплицитного догматизма. В частности, распространяются новые синкретические (восточные и западные) культы, пересматриваются традиционные религиозные догмы, тексты, мифы, наполняясь новым содержанием, модернизируются традиционные религиозные формы, не прекращаются попытки психологически оправдать религию, развивается «межрелигиозный диалог», религия включается в национально-освободительное движение и общественно-политическую деятельность. Религиозная по характеру этика и безрелигиозная этика светского гуманизма вместе противодействуют аморализму, бесчеловечности, нравственному распаду, характерному для «общества потребления».

В третьем параграфе «Место и роль религиозного догматизма в истории общества и культуры» выявляются негативная и позитивная роль религиозного догматизма в истории культуры и общества. Обосновывая положение о том, что религиозный догматизм обладает чертами односторонности, недиалектичности познания, субъективизма, априоризма, абстрактности, абсолютизации данных сознания и, следовательно, играет негативную роль в развитии духовный культуры, следует учесть, что в нем содержатся и некоторые позитивные свойства. К числу положительных сторон религиозного догматизма относятся следующие: содействие в сохранении при передаче последующим поколениям тех или иных культурных традиций, связанных с определенными религиозными представлениями и категориями; определение «зоны ближайшего развития» верующего через специфически религиозный способ мышления;

способствование на определенном этапе развитию мышления в филогенезе и обучению человека через формируемые религиозные понятия, которые по «закону эквивалентности» как наиболее широкие понятия облегчают выстраивание их отношения к другим понятиям. Исторически догматизм как способ рассмотрения мира оказал значимое влияние на формирование логико-абстрактного мышления древнего человека при переходе от мифологического мировоззрения к религиозному. В ходе духовнопрактического освоения действительности сознание фиксировало природные закономерности как вечные неизменные законы, управляющие мирозданием.

В дальнейшем такое обобщенное знание, наделенное религиозной санкцией, передавалось последующим поколениям как сверхъестественное, «священное» знание. Признается обоснованным, что благодаря такому представлению о знании мировоззрение древних людей формировалось как религиозно-мифологическое. Делается вывод: религиозный догматизм проявляется на определенном этапе развития общественного сознания, обусловленном материальными отношениями, историческим типом коммуникации, господства и подчинения в обществе. В целом феномен догматизма составляет импликацию установки поведения, предполагающую возможность концептуализации этой установки в сознательную позицию.

В Заключении подведены итоги диссертационного исследования, сделаны общие выводы по каждому параграфу трех глав диссертации;

намечены пути дальнейшей разработки проблемы религиозного догматизма.

Обосновывается целесообразность предусмотреть в учебном плане соответствующие разделы по проблеме религиозного догматизма, которая может быть включена в состав нескольких учебных дисциплин.

В диссертации используется литература в количестве 371 (трехсот семидесяти одного) источников, из них 81 (восемьдесят один) на иностранных языках. В Приложении 1 с английского языка на русский выполнен перевод фрагмента комментария Шанкары к «Брахма-сутрам» – трех глав из «Четвртого урока», переведенного на английский Дж. Тибо в рамках серии «Священные книги Востока» (The Sacred Books of the East) под редакцией М. Мюллера. В переводе сверены важнейшие понятия комментария Шанкары к «Брахма-сутрам» с оригинальным текстом. В Приложении 2 (Библиографии по теме) приводится список литературы, которая оказала влияние на диссертацию, но в окончательной редакции не вошла в список использованной литературы.

Основное содержание и результаты диссертации отражены в публикациях соискателя. Статья, опубликованная в одном из изданий, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ для публикации основных научных результатов диссертации на соискание ученой степени доктора и кандидата наук:

1. Канаков Д.В. Феномен религиозного догматизма. К постановке проблемы // Философские науки. – 2010. – №8. – С. 74-83.

Иные публикации соискателя:

2. Канаков Д.В. Феномен религиозного догматизма: постановка проблемы // Вопросы религии и религиоведения. Вып. 2: Исследования: Сб. – М., 2010. – Кн. 1 (I). – С. 290-296.

3. Канаков Д.В. Преемственность традиции упанишад в адвайте-веданте как пример феномена религиозного догматизма // Проблемы исторического и теоретического религиоведения: Материалы совместной научной конференции Философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова и НОУ ВПО «Институт философии, теологии и истории святого Фомы». – М., 2009. – С. 345-352.

4. Канаков Д.В. Антропоморфизм в ранних упанишадах // Философские проблемы биологии и медицины: Сборник материалов 3-й ежегодной научно-практической конференции. – М., 2009. – Выпуск 3: Традиции и новации. – С. 39-44.

5. Канаков Д.В. К вопросу о комментарии Шанкарой «Брахма-сутр» // Третьи Торчиновские чтения. Религиоведение и востоковедение:

Материалы научной конференции. – СПб., 2006. – С. 100-104.

6. Канаков Д.В. Учение об Атмане и разграничение речений шрути в комментариях Шанкары на «Брахма-сутры» // Материалы XIII международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов» 12-15 апр. 2006. – М., 2006. – Т. IV. – С. 202-204.

7. Канаков Д.В. Герменевтика Шанкары на примере комментария на «Брахма-сутры» // Проблемы текста в гуманитарных исследованиях:

Материалы научной конференции 16-17 июня 2006 года. – М., 2006. – С.

136-143.

8. Канаков Д.В. О некоторых общих философских идеях в учениях Платона и Упанишад // Вторые Торчиновские чтения. Религиоведение и востоковедение: Материалы научной конференции. – СПб., 2005. – С. 279284.

9. Канаков Д.В. О некоторых аспектах учения о человеческой личности в ранних упанишадах, сохранивших свое значение в догматике и практике современного индуизма // Свеча-2005. ИСТОКИ: Религия и личность в прошлом и настоящем. Материалы международных конференций. – Владимир, 2005. – Т. 12. – С. 93-95.

10. Канаков Д.В. Сравнительный анализ учений Платона и Упанишад // Schola-2004. Сборник научных статей философского факультета МГУ/ Под ред. И. Н. Яблокова, П. Н. Костылева. – М., 2004. – С. 152-156.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.