WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

АВАНЕСЯН НАРИНЭ КАРЕНОВНА

Языковая объективация концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в английском

и русском языках

Специальность 10.02.20 – сравнительно-историческое,

типологическое и сопоставительное языкознание

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Пятигорск 2012

Работа выполнена на кафедре английской филологии

Института международного сервиса и туризма

в ФГБОУ ВПО

«Пятигорский государственный лингвистический университет»

Научный руководитель:  доктор педагогических наук, доцент

Акопянц Арега Михайловна

Официальные оппоненты:  доктор филологических наук, доцент

       Бурова Галина Петровна,

       ГБОУ ВПО «Пятигорская

       государственная фармацевтическая

       академия», доцент кафедры

русского  языка

     

      доктор филологических наук, доцент

        Черкасова Инна Петровна,

  ФГБОУ ВПО «Армавирская государственная

  педагогическая академия», заведующая

  кафедрой английской филологии и методики 

  преподавания английского языка

 

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Астраханский

 государственный университет»

 

Защита диссертации состоится  21 сентября 2012 г. в 10.00  часов на заседании диссертационного совета Д 212.193.02 в ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет» по адресу: 357532, г. Пятигорск, проспект Калинина, 9.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ФГБОУ  ВПО  «Пятигорский  государственный  лингвистический университет».

Автореферат разослан июля 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                     Л.М. Хачересова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемая диссертация посвящена изучению вербализации концептуально-когнитивного фрейма «Мать» на материале английского и русского языков.

«Мать» – фундаментальная категория человеческого бытия, и концепт «Мать» является базовым концептом культуры и социума. Материнство – это социально-культурный институт, который осмысляется как «жизненно необходимый» и «естественный». С одной стороны, универсальность систем родства выдвигает «Мать» в качестве семантической и концептуальной универсалии. С другой, материнство обладает мощными символическими значениями и включает в себя обычаи, традиции, верования, точки зрения, стереотипы, нравственные устои, правила и совокупность других рациональных и нерациональных норм, которые связаны с заботой о детях и их воспитанием, характерные для каждой культуры. Можно говорить о двойственном когнитивно-фреймовом и культурно значимом строении концепта «Мать». И в этом плане наполнение концепта «Мать» имеет не только общее для всех культур значение, но и вариативно в различных этнокультурах, в связи с чем актуально исследование категории «Мать» на материале типологически различных языков. Вместе с тем, до настоящего времени не изучались в системном плане про­блемы категоризации и концептуализации этого важного фрагмента обы­денно-когнитивной сферы человеческого бытия в русле современной антро­пологической лингвистической парадигмы, не проводились системные ком­плексные исследования концептуально-фреймовой специфики и динамики развития концепта «Мать» и его роли в формировании концептуально-когни­тивного фрейма «Мать» в английском и русском языках.

Актуальность настоящего исследования определяется следующим:

1) высокой значимостью концепта «Мать» для англоязычной и русской лингвокультур;

2) недостаточной изученностью данного фрагмента языковой картины мира и средств его вербализации в рассматриваемых языках;

3) потребностью комплексного анализа концепта «Мать» в рамках когнитивно-фреймовой парадигмы;

4) нарастающим интересом к семантико-когнитивным типологическим исследованиям лексико-семантических единиц как вербализаторов когнитивных структур высшего порядка – концептов и фреймов – в разносистемных языках и необходимостью типологической интерпретации концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в английском и русском языках.

Объектом исследования в работе является концептуально-когнитивный фрейм «Мать» в английском и русском языках.

Предметом изучения служат языковые средства вербализации концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в сопоставляемых языках.

Цель диссертационной работы – разработка концепции языковой объективации концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в английском и русском языках и типологическая интерпретация полученных данных.

Поставленная цель обусловила решение следующих исследовательских задач:

1) установить принципы и определить теоретическую платформу исследования, систематизировать подходы к изучению предмета исследования; разработать метаязык и алгоритм описания семантики анализируемых языковых единиц и смысловых отношений, возникающих между ними;

2) выделить и изучить лингвистические средства выражения концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в английском и русском языках;

3) построить прототипическую модель концепта-этимона «Мать» и установить место последнего в концептуально-когнитивном фрейме; обозначить состав, объем и границы названного фрейма; описать иерархию субфреймов, формирующих общий фрейм;

4) описать систематически структурно-семантические свойства единиц, формирующих фрейм в сопоставляемых языках;

5) провести сравнительно-типологический анализ средств объективации концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в английском и русском языках,  установив универсальные и идиоэтнические свойства его базисных составляющих.

Материалом исследования стали лексические единицы, относящиеся к концептуальной сфере «Мать» в английском и русском языках, полученные из лексикографических источников, а также в ходе сплошной выборки из корпусов английского (British National Corpus) и русского (Национальный Корпус Русского Языка) языков.

В проводимых исследованиях мы руководствовались идеями когнитивной лингвистики и лингвокультурологии, в соответствии с которыми язык является входом в концептуальные структуры; опыт человека, его знание мира фиксируется в ментальных репрезентациях, которые вербализируются языком; язык, сознание, культура и социум находятся в диалектической взаимосвязи и взаимно обусловлены; при этом мы опирались на теории фрейма, словообразовательной номинации и другие. Работа выполнена в рамках развивающейся сегодня семантической и когнитивно-фреймовой типологии, целью которой служит сравнительное изучение ограничений, которые конкретные языки накладывают на семантические репрезентации в частных концептуальных доменах когнитивного фрейма, и определение универсалий и вариативности в средствах его выражения. 

Теоретико-методологической основой исследования послужили положения, разработанные в научных направлениях: когнитивной лингвистики (М. Минский, Дж. Лакофф, М. Джонсон, Р. Ленекер, Ч. Филмор, Ж. Фоконье, Е.С. Кубрякова, Н.Н. Болдырев, В.З. Демьянков, и др.); лингвоконцептологии (О.А. Алимурадов, А. Вежбицкая, Л.В. Витковская, С.Г. Воркачев, В.И. Карасик, З.Д. Попова, Г.Г. Слышкин, Ю.С. Степанов, И.А. Стернин и др.); концепции «языковой картины мира» и «языкового сознания» (В. фон Гумбольдт, Н.Д. Арутюнова, А.М. Акопянц, А.А. Буров, А.А. Зализняк и др., Е.С. Кубрякова, Д.С. Лихачев, А.Б. Михалёв, В.Н. Телия, С.Г. Тер-Минасова и др.); типологии (А. Потебня, Б.Д. Аракин, А. Вежбицкая, В.А. Виноградов, В.Г. Гак, Ю.А. Дубовский, И.Г. Кошевая, А.И. Смирницкий, Р. Якобсон, В.Н. Ярцева и др.).

В диссертационной работе использовались следующие методы исследования: общенаучные методы дедукции и индукции, классификации, систематизации и моделирования; методы дефиниционного и компонентного анализа лексических значений; концептуальный анализ; контекстуальный анализ; структурно-семантический анализ; когнитивно-фреймовый метод; метод корпусной лингвистики; сравнительно-типологический метод; количественный метод.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней впервые комплексно изучен базовый концептуально-когнитивный фрейм «Мать», разработана прототипическая модель, в которую включены концепты, формирующие фрагмент определенной части картин мира в английском и русском языках, выявлено своеобразие средств выражения исследуемого фрейма с точки зрения их национально-специфических характеристик. Новым является и рассмотрение предмета исследования в рамках корпусной лингвистики.

Теоретическая значимость диссертации состоит в дальнейшей разработке проблем семантико-когнитивного моделирования в когнитивной лингвистике и лингвокультурологии в их приложении к типологии, а именно, в ней уточнены понятия лингвоконцепта и фрейма,  выявлена структура концептуально-когнитивного фрейма «Мать», определены его логико-семантические квалификаторы и  изучены средства его вербализации в английском и русском языках. Ценность работы заключается в том, что она оказывается одной из первых попыток сопоставительного анализа средств выражения концептуально-когнитивного фрейма в разносистемных языках и, таким образом, вносит вклад в сравнительно-сопоставительное изучение семантико-когнитивных аспектов языковых систем. Оно способствует осмыслению лакунарных фрагментов картин мира английского и русского языков и создает перспективу для изучения других лингвокультурных пространств. Результаты настоящей работы открывают новые возможности для каталогизации семантических категорий разносистемных языков с целью дальнейшего исследования общих и частных проблем концептуально-когнитивной семантики, теории номинации и сравнительной типологии. Применяемые методы, в частности, метод корпусной лингвистики и когнитивно-фреймовый метод, могут быть в дальнейшем использованы и для анализа других концептуальных полей и языковых средств их выражения.

Практическая ценность данного исследования заключается в возможности использования языкового материала, положений и выводов диссертации при разработке теоретических курсов и спецкурсов по лексикологии, сравнительной типологии, когнитивной лингвистике, концептуальному анализу, лингвокультурологии, лексической семантике, а также в практике преподавания английского и русского языков, при создании учебно-методических пособий для студентов и аспирантов лингвистических специальностей, при написании дипломных и курсовых работ.

Достоверность полученных результатов исследования и обоснованность выводов, сформулированных в диссертации, обеспечены методологической валидностью и логической непротиворечивостью исходных теоретико-концептуальных позиций и соответствующей методикой работы в рамках системно-целостного подхода к решению проблемы и междисциплинарности, полнотой рассмотрения объекта изучения, репрезентативностью выборки использованного материала, применением комплекса методов анализа, адекватных предмету, целям и задачам исследования.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Концептуально-когнитивный фрейм «Мать» является ментальным построением со сложной структурой, образованной на основе иерархии субфреймов, репрезентирующих различные ситуации и состояния материнства и актуализирующих эти ситуации в поле семантико-ассоциативных связей, которая отражает генетико-продуктивную и социально-культурную идентичность матери, роли, функции, состояния, отношения матери с внешним миром.

2. Инвариантный общекультурный фрейм «Мать» формирует план содержания, а средства выражения его фрагментов в английском и русском языках семантически совпадают полностью или частично либо отличаются в количественном и качественном отношениях. Концептуально-когнитивная структура фрейма «Мать» в сравниваемых языках проявляет различия по иерархии концептуальной организации, глубине и ширине таксономии, количеству вербализованных значений.  В системном плане лингвосфера средств выражения фрейма в каждом из рассматриваемых языков состоит из общего базисного слоя, отражающего  сознание представителей различных культур, и из этносоциально обусловленного компонента, который фиксирует социально-культурные стереотипы и свою конфигурацию предметных значений.

3. Ключевыми средствами вербализации концепта «Материнство» являются в английском языке лексема mother и в русском языке слово «мать». Концепт-этимон «Мать»/Mother относится к базовым культурно-социальным концептам, обладает сложной семантико-фреймо-вой структурой и формирует ядерную зону концептуально-когнитивного фрейма «Мать», заполняя особую нишу в обыденно-когнитивной сфере человека. Его внедрение в ядро концептуально-когнитивного фрейма «Мать» обуславливается его высокой репрезентативностью и обширными словообразовательными и сочетаемостными возможностями. Периферийная зона конституируется посредством расширителей, и элементы, входящие в нее, имеют производные значения, образованные от первичных значений средствами семантического развертывания.

4. Концепт «Мать» получает свое развитие в современных обществах в связи с появлением новых реалий, связанных с технологиями деторождения, изменением ценностных установок и эпистемических настроений, что естественно приводит к возникновению новых или переосмыслению значений старых средств вербализации этого концепта в каждом из анализируемых языков. Синтагматический список наименований матерей имеет тенденцию к расширению, как в английском, так и русском языках, в связи с изменениями, происходящими в картинах мира, связанными с возникновений новых технологий воспроизводства человечества и субъективных отношений к материнству.

Апробация результатов исследования. Основные положения работы обсуждались на заседаниях кафедры практики межкультурного общения ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет» (2008-2011 гг.), излагались автором в выступлениях на международных научных и научно-практических конференциях (Пятигорск, 2008-2011 гг.). Основные результаты диссертационного исследования изложены в 10 статьях, в том числе трех – в ведущих научных изданиях, рекомендованных ВАК РФ для публикации результатов кандидатских диссертаций (общий объем публикаций – 4,9 п.л.). Материалы диссертации были апробированы на практических занятиях по английскому языку (практикум по творческой речи) на 4-5 курсах ФГБОУВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет».

Структура работы определена спецификой решаемых задач и включает Введение, три главы, Заключение, библиографию, список использованных словарей, список источников использованных примеров, приложение. Библиография содержит 192 источника.

Во Введении обосновывается актуальность избранной темы исследования, определяются цель и задачи, показывается его теоретическая значимость и практическая ценность, раскрывается научная новизна, формулируются положения, выносимые на защиту, указываются методы исследования, приводятся сведения об апробации и структуре диссертации.

В первой главе представлен обзор категории «Мать» в рамках антропонаправленной гуманитарной научной парадигмы, разрабатывается теоретическая база для исследования и рассматриваются возможные направления рассмотрения концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в линвокогнитивном и лингвокультурологическом аспектах с позиции сравнительной типологии.

Во второй и третьей главах анализируются основные фреймовые средства вербализации концепта «Мать» в английском и соответственно русском языках, проводится системное сравнительно-сопоставительное изучение языковых форм, объективирующих фрейм, в английском и русском языках. 

В Заключении подводятся итоги диссертации.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В первой главе определяется степень научной разработанности проблемы, устанавливается цель исследования и формируются его теоретико-методологические основания.

Каждая национальная культура символизирует наиболее ценностные компоненты действительности [Вебер, 1990, с. 374-375], а язык оказывается «неким концентратом культуры нации, воплощенной в различных группах данного культурно-языкового сообщества» [Лихачев, 1996, с. 28]. Д. Джонсон говорил, что язык – это «одежда для мысли», этнолингвисты Э. Сепир и Б. Уорф утверждали, что природа разделяется по линиям, проложенным родными языками. В каждой линвокультуре, несомненно, имеются только ей присущие значения, что имеет отражение как в устройстве социально-культурной жизни, так и в языковых формах. Язык является «оборотной стороной» культуры. Каждый язык обладает своей языковой картиной мира, которая отражает коллективную совокупность представлений человека о его месте в мире, о социальных, культурных, межличностных и других отношениях людей, о живых существах и артефактах, их действиях, нормах и правилах и т.д. [Телия, 1988; Корнилов, 2003; Буров, 2003; Зализняк и др., 2005; Акопянц, 2007; Кубрякова, 2008; Михалёв, 2009]. Типологические контрастивные исследования построены на обнаружении общего и специфического в различных языках (инвентаризационная типология). С учетом того, что в каждом языке значения формируются сквозь призму национально-специфического восприятия мира и, между тем, имеются ключевые категории, которые присущи картине мира для всех языков, можно констатировать, что концептуальная действительность и языковые картины мира содержат как универсальные, так и дифференциальные компоненты.

Типичным примером сходств и различий является семантическая структура понятия «Мать» в различных языках и средства ее вербализации. С одной стороны, концепт «Мать» относится к первообразным концептам антропной обыденно-когнитивной концептосферы, так как «Мать» является ключевым понятием человеческого бытия. С другой стороны, этот концепт является культурно и социально значимым концептом, так как в нем отражены оценочные представления каждого этноса с этических, эстетических, прагматических и других позиций. Таким образом, проявляется двойственная сущность концепта «Мать», который семантически разлагается на биолого-генетический (репродуктивный) и социально-культурный компоненты и рефлектирует в изоморфических и соответственно алломорфических свойствах сопоставляемых этнических языковых форм.

История концепта «Мать» в современной науке – это история возникно­вения и развития идеи, которая постепенно с течением времени обогатилась рядом коннотаций современного мира. Категория «Мать» рассматривалась в рамках многих научных антропонаправленных гуманитарных дисциплин, та­ких как психология, социология, философия, мифология, гендерология, лин­гвистика и др. Впервые концепт «Мать» получил свое освещение в парадигмах наук о человеке, в частности, в антропологии и социологии, в которых стал вопрос о его значимости для общества и для людей. Первые развитые общества были матрицентричны и подчинялись Праву Матери (Й. Баховен). Архетип матери, который ассоциируется с плодовитостью, защитой, надежностью, спасением, кровом, материнским волнением, мудростью (К. Юнг), важен, поскольку материнская любовь, чувства, состояния и действия матери (психологические и физиологические) – это первое, что доступно человеку в его первых контактах с миром.

Идея порождения, генерирования, создания и питания, ращения, поддержки является важнейшим соображением в выживании любого вида. Мать – это символ защиты и изобилия. Характеристики первичности матери в культуре и социальной жизни детерминируют широкое распространение материнской метафоры в религиозных и мифологических образах, которые воплощают идею начала, покровительства, преданности: Богоматерь, рай, царство божие, альма матер, Мать-Церковь, Родина-Мать и др. В основе интерпрета­ции находится идея о высоком положении матери в иерар­хии, ее функций главенства, доминирования и управления. Куль­турная метафора природы, земли, страны, церкви как матери обладает посто­янными характеристиками в пространственно-временных координатах, несмотря на социальные и куль­турные изменения, что является доказа­тельством когнитивной преемственности, отраженной в различных лингвокультурах.

Социобиологиче­скому концепту «Мать» придается основополагающий статус в рамках отношения «мать-ребенок» [Wierzbicka, 1992], которое именуется как «базисный атом систем родства» [Foley, 1997, p. 134]. В лингвистике концепт «Мать» осваивается на материале различных языков с позиции когнитивного и ассоциативного анализа динамики языковой картины мира [Алексеенко, 2005], паремийного материала индоевропейского лингвокультурного пространства [Марчук, 2008; Смирнова, 2009], на материале фольклорных текстов [Листрова-Правда, 1999; Алещенко, 2007; Кербс, 2008]. Он анализируется преимущественно в корреляции с концептами, которые имеют соприкосновения в парадигме «Свой»-«Чужой»: «Семья», «Родители» [Андрюхина, 2004; Павлова, 2004; Рухленко, 2005; Евшеева, 2006; Терпак, 2006; Биктагирова, 2007; Смирнова, 2009], «Дом» [Чичина, 2009; Богатова, 2006], «Родина» [Телия, 1999; Тер-Минасова, 2000; Игнатова, 2008] и др.

Во всех лингвокультурах материнство коннотируется положительно. Мать – это источник тепла, комфорта, защиты, заботы, доброты, любви. В изучении концепта определяются такие признаки, как свойство матери порождать жизнь, оставлять генетический след в детях, жизненно необ­ходимая духовная, физическая и материальная связь матери с ребенком, божественное начало материнской миссии на земле, мать как хранитель­ница семейных традиций [Карелова, 2009]. Значения лек­семы «мать» рас­крываются в определении материнства как состояния женщины-матери; свойственного ма­тери сознания родственной связи с детьми; поведения женщины, направлен­ного на продолжение рода, включающего в себя биологический (вынашива­ние, рождение, вскармливание ребенка) и со­циальный (воспитание) аспекты [Субботина, 2004]. Концепт «Мать» характеризуется соединением различных моделей материнства, включающих: рождение, генетическое отношение, воспитание, брак и генеалогию [Lakoff, 1987, p. 74-85].

С позиции гендерной науки, в частности гендерной лингвистики, статус женщины определяется в ее отношении к мужчине. Гендерные отношения выстраиваются в терминах власти, влияния и доминирования, которые являются ведущими в жизни женщин и мужчин. В феминистских исследованиях утверждается, что женщина состоялась только тогда, когда она стала матерью, так как материнство – это естественное призвание, профессия женщины, роль которой в жизни сводится к рождению ребенка и обеспечению продолжения рода человеческого [Beauvoir, 2010]. В гендерной лингвистике подчеркивается, что материнство, деторождение и воспитание являются одними из наиболее выделенных областей в женской картине мира [Кирилина, 1999]. Обращается внимание на асимметрию в значениях слов father и mother, которая отражает тот факт, что гендерное разделение труда в обществе поставило женщин в более близкий контакт с детьми, чем мужчин. Сказать: «she mothered her children», – это привлечь внимание к роли женщины в кормлении и воспитании, но выражение «he fathered a child», употребляемое в референции к мужчине, будет относиться к биологи­ческой роли отца при зачатии ребенка. Понятие «mothering» может быть приложимо не только к матери, но и к другим людям, в то время как «fathering» от­носится только к отцу [Romaine, 1999, p. 95].

Одним из аспектов употребления слова «Мать» в различных языках яв­ляется его использование в качестве ругательства. В системе ритуальных оскорблений выделяются оскорбления, направленные против матерей, напр.: «your mother got sh*t on, your mother is so old she got spider webs under her arm» [Labov, 1972]. Изучение ругательств на материале 103 языков обнаружило, что в 66 языках они включали имена матерей, и только в 20 – были ругатель­ства с именем отца [Gregersen, 1979]. Оскорбления, направленные против матерей, фокусируются на роли, которая во многих культурах почитается, в которой женщины наиболее сильны и активны, а именно, – биологическая репродукция.

Концепт «Мать» вначале определился как описательный концепт, основанный на отношениях между матерью и ее отпрысками. Затем появилась расширенная, оценочно-ориентированная концепция того, что мать чувствует и думает. Компоненты этой эвалюативной концепции содержат особый тип поведения, такого, например, как забота и защита, а также набор чувств, включая любовь. Произошла трансформация от дескриптивного биологического концепта к социально прескриптивному идеалу, который детерминирован набором отношений и ценностей. Концепт «Мать» – один из наиболее значимых лингвокультурных концептов для любого языка, вместе с тем, анализ научных работ, посвященных концепту «Мать» на материале различных языков, показал, что в настоящее время имеется недостаточность его рассмотрения в ряде исследовательских парадигм, в частности, в концептуальной и фреймовой семантике, а также в сравнительной типологии.

Обыденно-когнитивные категоризация и концептуализация построены на фреймовой семантике [Minsky, 1975; Fillmore, 1977; Schank, 1977], семантике прототипа [Rosch, 1976], семантической выделенности «фигура»-«фон» [Talmy, 1978] и др. и являются производными от личностного знания [Полани, 1985]. Когнитивные подходы к языку и его использованию признают (прямое и символическое) отношение между перцепцией, концептуализацией и языковой структурой. В когнитивной лингвистике концепт являет собой единицу «ментальных или психических ресурсов нашего сознания и той информационной структуры, которая отражает знания и опыт человека» [Кубрякова, 1996, c. 90]. К концептам относятся идеальные, абстрактные образования, т.е. смыслы, которыми в мыслительном процессе оперирует человек [Болдырев, 2002, c. 23-24]. К единицам организации концептуального знания относятся также категории [e.g., Rosch, 1978], фреймы, схемы, концептуальные поля, идеализированные когнитивные модели, сценарии, скрипты, построенные на определенных ассоциациях, носящих регулярный характер [e.g.: Bartlett, 1932; Minsky, 1975; Rumelhart, 1980; Barsalou, 1992; Демьянков, 1994; Кубрякова и др., 1996; Баранов, Добровольский, 1997; Бабушкин, 1996; Болдырев, 2002; Маслова, 2004 и др.].

«Фрейм» играет важную роль в описании лингвистического значения. Под ним понимается система категорий, которые структурируются в соответствии с некоторым мотивирующим контекстом [Fillmore, 1982]. Семантика фрейма воплощает внутреннюю когнитивную характеризацию концептов. В сознании человека концепты могут оязыковляться как именем концепта – этимоном, так и кластерами, в которых комплексно раскрывается их понятийная сторона. Концепты разнообразны в своей языковой экспликации и могут быть представлены лексемой, словосочетанием – простым и фразеологическим, предложениями, текстом, которые, заполняя ассоциативные слоты, позволяют развивать интенсиональные значения через коннотативные смыслы. Фреймы обеспечивают фундаментальную репрезентацию опыта в человеческом познании. Они содержат три типа информации, а именно, концепты, атрибуты и отношения [Beaugrande, Dressler, 1981].

В лингвокультурологических теориях концепт – это сплав культуры, мышления и языка, «сгусток культуры» в сознании человека, то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека, «пучок» представлений, понятий, знаний, ассоциаций, который сопровождает слово [Степанов, 1997, c. 40-43]. Концепт содержит понятийный, ценностный и образный компоненты, первый из которых вербально отражает главные признаки концептообразующего понятия, второй – несет информацию о месте концепта в культуре, фиксирует ассоциации, вызываемые этим концептом, и третий – раскрывает когнитивные метафоры, скрытые за лексическими номинациями [Карасик, Слышкин, 2001, c. 75; Воркачев, 2001, c. 48-50].

«Концепт – это всегда знание, структурированное во фрейм» [Телия, 1996, c. 94], а фрейм понимается как «мыслимый в целостности его составных частей многокомпонентный концепт, объемное представление, некоторая совокупность стандартных знаний о предмете или явлении» [Стернин, 2001]. Фрейм является структурой более высокого порядка, чем концепт, и трактуется как тип взаимодействия между концептами [Тарасова, 2004].

Таким образом, можно сформулировать понятие концептуально-когнитивного фрейма, который являет собой ментальное построение, в котором концентрируются системно связанные между собой концепты в рамках единого фрагмента картины мира, которые осуществляют свои проекции в лингвистических структурах различной сложности и различного уровня. Концептуально-когнитивный фрейм является структурированным подходом для представления знаний, так как он собирает вместе информацию о конкретных объектах, явлениях, состояниях и событиях и организует их в таксономической иерархии.

Невозможно установить смысл концепта-слова без доступа ко всей основной информации, которая относится к этому слову. Фреймовая семантика контрастирует с истинностно-кондициональной семантикой, в которой значение слова определяется при помощи необходимых и достаточных условий. Поэтому концептуально-когнитивный фрейм «Мать» содержит не только информацию о матерях в таксономическом плане, но также и знание о мотивирующих контекстах употребления слова «Мать», поставляющих информацию об отношениях между категориями фрейма.

Вторая глава посвящена исследованию концептуально-когни-тивного фрейма «Mother» и средств его выражения в английском языке.

Одним из основных средств объективации концептуального фрейма «Мать» в английском языке служит лексема mother. Свидетельством этому служит ее высокая репрезентация в Британском Национальном Корпусе Английского Языка (BNC), где она имеет 27623 вхождения. Слово mother находится на базовом семантическом уровне, одновременно – это таксонное слово, значение которого покрывает множество семантических сфер, связанных со значением материнства. Статистические данные свидетельствуют о том, что слово mother, являясь самым репрезентативным словом в синонимическом ряду, обладает наивысшей семантической плотностью. Оно входит в ряд наиболее употребительных слов английского языка и образует большое количество словосочетаний, которые номинируют различные аспекты и обстоятельства материнства. Это слово осуществляет представительство концепта «Мать» в английском языке, являясь словом-номинатором, или словом-этимоном – т.е. именем концепта [термин см.: Нерознак, 1998; Арутюнова 1999]. Его синонимы как существительного представлены следующим рядом: mum, mummy, ma, mam и др. В ядро концептуально-категориального поля «Мать» также входят таксонные лексемы – прилагательные maternal, motherly, существительные maternity и motherhood, наречие maternally.

Оксфордский словарь английского языка [OED] представляет в исторической проекции сложную семантику слова mother, в которой уже заложен современный кризис в понимании концепта «Мать» – и дискурсивный, и практический. Анализ показывает, что семантика лексемы mother характеризуется широким регистром лексико-семантических вариантов. ЛСВ 1 удостоверяет гендерную, телесную и реляционную идентичность матери: “a female parent, a woman who has given birth to a child”; ЛСВ 2 служит моделью для создания метафорических концептуализаций на основе следующих характеристик: произведение на свет, материнская забота и защита или нежное почитание. ЛСВ 3 – “a woman who exercises control like that of a mother” – фиксирует семантический перенос функции «контроль», присущей матери, на другое лицо, которое обладает высоким статусом; ЛСВ 4 как форма обращения к пожилой женщине низшего сословия начиная с четырнадцатого по девятнадцатый век отражает обесценивание критериальных измерений ценности женщины – возраста и класса.

Базовая лексема mother используется не только в своем основном значении, но она частотна также в своих периферийных значениях, формируя новые смыслы в словосочетаниях. Mother сочетается на уровне слова и словосочетания с другими лексемами, формируя номинации понятий, отражающие реальный мир: full-time mother, surrogate mother, teenage mother, adoptive mother, mothers with briefcases, genetic mother, gestational mother, custodial mother и др. Язык «растягивается» для того, чтобы концептуализировать фрагментированный мир, который, имея динамический характер, поставляет все новые и новые реалии, требующие своего лингвистического воплощения.

В основу исследования положена гипотеза: концептуально-когнитивный фрейм «Мать» относится к базисным ментальным образованиям, отражающим обыденно-когнитивную картину мира, и его вербализация имеет системный характер в сопоставляемых языках. Этот фрейм является инвариантным для английской и русской лингвокультур, т.е. совпадает по основным позициям в английской и русской концептосферах. Сравниваемые системы концептов выражают как универсальные, так и национально специфические признаки. Специфика концептов и их языковая рефлексия обуславливаются социокультурными и историческими доминантами среды обитания и менталитета англоговорящих и русскоговорящих.

«Мать» существует в мире телесно и психически. Кроме того, «Мать» – это социальный субъект, который имеет реляции с окружающей средой, оказывает влияние на нее, реагирует на внешние воздействия. В процессе семантического анализа атрибутивно-номинативных словосочетаний с лексемой mother и речевых контекстов их употребления, выделенных в результате сплошной выборки из британского корпуса BNC, нами было обнаружено их разграничение на два крупных блока: 1) первый субфрейм «Идентификации матери» формируется на основе единиц, которые именуют реальных и альтернативных матерей, фиксируют атрибутивно-оценочные и референциально-релятивные идентификации матерей, 2) второй – «Онтологии материнства» – содержит номинации функций, установок, действий, поведения, переживаний матери, событий из ее жизни, релевантных для ребенка. Таким образом выявляется, что концептуально-когнитивный фрейм «Мать» имеет не жесткую, а динамичную бинарную структуру, включает в свой состав элементы, которые имеют неравный статус на шкале субъектно-объектных отношений, построен на прототипическом принципе когнитивно-семантической выделенности компонентов. Кроме того, было обнаружено, что фрейм имеет размытые границы, так как при развитии получает новые компоненты.

СУБФРЕЙМ «ИДЕНТИФИКАЦИИ МАТЕРИ»

В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

В соответствии с категориально-когнитивными классификаторами в структуре субфрейма выделяются следующие кластеры: 1. Идентичность матери; 2. Физические, психоэмоциональные, когнитивные и функциональные идентификации матери; 3. Атрибутивно-оценочные номинанты матери; 4. Референциально-реляционные идентификации матери; 5. Метафорические модификации и религиозно-мифоло-гические коннотации.

Кластер 1 «Идентичность матери» фиксирует материнский биологический, телесный и социальный конструкт «Мать-образ», «Мать-концепция» как концептуально-когнитивное единство репрезентаций матери в рамках ее принадлежности к определенной группе, который маркирует ее место в структуре семейных и общественных отношений.

Генетико-биологическая, телесно-репродуктивная, функционально-ролевая и социально-статусная идентичность матери проявляется в контекстах новых технологий репродукции и социальных условий, в которых происходит постепенная трансформация семейного института и переопределение традиционных форм материнства. Разнообразие форм появления ребенка в современных условиях – от традиционного зачатия до зачатия in vitro, социально обусловленные изменения ролей матери, создание новых форм матерей отразились в английском языке в ряде номинаций, отражающих биологические, социальные и культурно-исторические реалии материнства, которые обретают новое содержание в наше время, подпитываясь ценностями, принятыми в конкретной культуре. Следующие словосочетания, композиты и слова номинируют различные аспекты идентичности матери с точки зрения ее действительного вклада в рождение ребенка – поставки генетического материала, участия в зачатии, а также родственного отношения к ребенку: Adj + N [natural, real, biological, genetic, (non)gestational, etc.] mother, N + N [surrogate, birth] mother; вынашивания: Adj + N [pregnant, expectant] mother, Part I + N [livebearing, child-bearing, carrying] mother; N-to-Infinitive [mother-to-be], N-in-Gerund [mother-in-waiting]; деторождения: N in N [a woman in labor, girl in labour]; протекции и ухода за ним: V + N [foster mother], Part I + N [nursing, breastfeeding, nourishing; caring, nurturing, providing, pram-pushing, etc.] mother, etc.

Термины, которые номинируют женщину, родившую ребенка или поставившую генетический материал, маркируют необходимый, но не достаточный объем материнского труда: natural mother, biological mother, bio-mum, real mother, gestational mother, genetic mother, birth mother. Словосочетание natural mother относится к наименованию женщины, которая родила ребенка, т.е. поставила генетический материал и выполнила акт деторождения; при этом остальные функции матери – заботу и воспитание – эта женщина может и не выполнять: Another 17-year-old girl kept up a regular correspondence with her natural mother and went to see her once or twice a year [ALM 1300].

Биологическая мать – это родитель женского пола, который участвовал в зачатии ребенка и поставил ему генетический материал: Biological mother is a parent who has conceived (biological mother) or sired (biological father) rather than adopted a child and whose genes are therefore transmitted to the child [RHD]. Словосочетание biological mother находится в оппозиции к слову mother в обыденном дискурсе. Оно является маркированным членом оппозиции, так как за пределами рассмотрения находятся все остальные функции матери, кроме репродуктивной. Словосочетания gestational mother [RHD], или genetic mother, возникшие в девяностые годы двадцатого столетия, являются синонимами выражениям gestational carrier и surrogate mother и служат наименованиями женщины, материнская роль которой ограничена вынашиванием и рождением ребенка (часто без использования своего генетического материала). Суррогатная мать может быть биологической матерью ребенка (traditional surrogacy) либо ей может быть внедрено чье-либо оплодотворенное яйцо (gestational surrogacy). Выражение birth mother относится к женщине, которая родила ребенка, в отличие от приемной матери (adoptive mother): Two girls maintained a contact, one with her birth father and the other with her birth mother [ALM 1297].

Следующие словосочетания фиксируют различные аспекты социально-статусной идентичности матери: ее участие в воспитании – Adj + N [social, adoptive, new] mother, V + N [foster mother], Num + N [second mother], etc., маритальный статус – Adj + N [single, lone] mother, Part II + N [widowed, unmarried, divorced, married, never-married, deserted] mother, социальную занятость, образование, профессию и пр.: Part I + N [working] mother, Part II + N [employed] mother, Part II + N [educated mother], N + N [actress mother] и др.

Стоит отметить, что использование различных терминов для наименований различных типов матерей зависит не только от денотативного наполнения лексем (т.е. номинирования родительского вклада матери, ее ресурсных затрат), но также и от субъективных отношений говорящего к проблеме, степени политкорректности, демонстрируемой им. Так, приемная мать, adoptive mother, называется просто mother, а биологическая мать – birth mother, b-mother, или biological mother. В лесбийских семьях используются такие номинации, как bio-mom, non-bio-mom, NGP (non-gestational parent). Такие эвфемические выражения, как “social mother” или “co-mother” стирают грань между той женщиной, которая биологически дала жизнь ребенку, и второй, которая совместно с первой воспитывает ребенка. Social mother – это мать, которую признают социально. При использовании пары наименований – social mother и mother – понимается, что одна из матерей истинная, настоящая, а вторая менее значима. Во избежание этого недоразумения употребляется пара “social mom” и “bio-mom”, biological mother.

Кластер 2. Физические, психоэмоциональные, когнитивные и функциональные идентификации матери вербализуются словосочетаниями, в которых лексема «mother» имеет по списку 88 адъюнктов, что составляет 15% от общего количества модификаторов. В русском коррелятивном кластере лексема «мать» имеет 30 модификаторов (8,4%). Типичные структуры, вербализирующие физические параметры и внешние физические характеристики матери, ее внешний вид: Adj + N [little mother], Part II + N [red-haired, harsh-boned, etc.] mother и идентификацию матери по ее физическим состояниям: Adj + N [dead, sick, etc.] mother, Part II + N [exhausted, infected, etc.] mother, Part I + N [ailing, dying, etc.] mother, etc. Психоэмоциональные состояния преимущественно реализуются в структурах: Adj + N [proud, reasonable] mother, Part II + N [worried, excited, contented] mother, Part I + N [loving, grieving, etc.] mother. Когнитивные состояния объективируются в структурах: Part II + N [devoted, committed, etc.] mother.

Важное место во фрейме «Мать» занимает группа выражений, характеризующих мать по ее эмоциональным состояниям и чувствам. Большая часть из них объективирует состояния беспокойства и волнения (worried mother, excited mother, etc.), расстройства и растерянности (distracted mother, confused mother), испуга (frightened mother), разочарования (disappointed mother, frustrated mother), удивления (surprised mother), раздражения (exasperated mother), оскорбления (outraged mother), etc. Позитивные эмоции, такие как чувства удовлетворения и довольства (delighted, contented mother), менее представлены. Приведем текстовый пример: “William’s got a rash on his face!” exclaimed his worried mother [C88 1327]. Характер матери передается словосочетаниями [domineering, demanding, manipulating, overpowering, prohibiting, etc.] mother и [good-humoured] mother. Одна из прототипических черт характера матери заключается в доминировании, осуществлении власти с использованием конвенциональных иерархических семейных ресурсов: He had that really overpowering mother [KDA 3316].

Кластер 3 «Атрибутивно-оценочные номинации матери» представляет идеализированную модель матери, ее эталон или содержит информацию атрибутивно-ценностного характера, фиксируя этические, эстетические, прагматические и др. оценки матери, которые репрезентируются словосочетаниями: Adj + N [poor, good, great, dear, bad, beautiful, wonderful, perfect, proper, etc.] mother, Part II + N [beloved] mother. В BNC представлен список из 15 адъюнктов (2,5 % от общего числа), сравните: 15 (4,2 %) адъюнктов в коррелятивном фрагменте субфрейма на материале НКРЯ. Идеализированные модели матери представляют словосочетания, которые номинируют женщин, качества которых соответствуют идеальным представлениям о матерях и их ролях в семье: The mother … may identify herself as a good mother and wife if she continually feeds her family [CGT 1488].

Кластер 4. Референциально-реляционные идентификации матери. Семантико-номинативные подгруппы фиксируют референциальную идентификацию матери по следующим категориально-когнитивным классификаторам: по количеству детей: [mother of three]; по имени детей: mother of [Mary, etc.]; по внутрисемейным отношениям: mother of [a family]; по возрасту детей: mother of [the four-year-old, the teen, the newborn, etc.]; по полу детей: mother of [a boy] и др. В корпусе BNC нами отмечено 56 модификаторов лексемы mother, что составило 9,5 % от общего списка этого слота.

Кластер 5. Следующие структурно-семантические конструкции объективируют метафорические модификации лексемы mother и ее религиозно-мифологические коннотации: Adj + N [Great Mother, primal mother], N + of + N [mother of battles, mother of all … , etc.], N + N [Mother Church, Mother Nature, den mother, etc.], Part I + N [Weaving Mother], Part II + N [Blessed Mother]. В этой матрице слово mother имеет 85 модификаторов (14,5 %), а слово «мать» – только 16 (4,4 %).

Метафоры формируются из обыденного опыта и восходят к представлениям о физических компонентах бытия. Концепт «Мать» отмечается как в своей первичной номинации, используя терминологию Ю. Лотмана, «обслуживая определенный круг конкретных общественных потребностей», так и метафорически, с переносом признаков на ряд социальных фактов и явлений, «моделью которых он становится» [см. Лотман, 1999, c. 377]. Понятие матери и ее исходных характеристик и свойств оказывается фильтром, через который просачивается информация о мире, способ интерпретации вещей, явлений, фактов, событий. В одном интервале рассмотрения, мать – исходная матрица, это биологическое существо с определенными предназначенными природой функциями деторождения, питания и ухода за ребенком, в другом – социальный объект, обладающий характеристиками, позволяющими ей осуществлять контроль, управление и защиту ребенка, кроме того, она вовлечена в систему психоэмоциональных отношений с ребенком. Исходная категория «Мать» осмысляется в таких доменах цели, как церковь, родина, природа и др., на которые переносятся признаки: репродукция, жизнеобеспечение, любовь, контроль, внимание, защита. Так, природа-мать как объект конкретизируется в защитника, в карателя, в производителя жизни, символ плодородия. «Мать» порождает ряд метафорических номинаций в следующих моделях: мать – другие люди, мать – природа, мать – растение, мать – мадонна, мать – повелительница, власть, мать – источник, мать – любовь и др.: The Great Mother is more than a blind force of Nature [CCN 1437]. Ряд выражений с опорным словом mother относится к религиозным номинациям: I have founded monasteries, supported Holy Mother Church ... [BMN 1034]

В следующих группах лексема mother с предлогом of формирует метафорические выражения, в которых перенос значений из области-источника в область-цель осуществляется с опорой на такие исходные функциональные зоны материнства, как приоритет матери, ее порождающая сила, ее власть, контроль и управление и забота: выражение высшей степени чего-либо, что-то непревзойденное: mother of pearl, mother of love, mother of parliament(s), etc.; источник, начало, создатель: mother of invention, mother of the nation, mother of poetry, mother of life, etc.; покровительница, распорядительница, защитница, хозяйка: mother of the country, mother of Glasgow, mother of the church, mother of the world, mother of heaven, mother of health, etc.; главная фигура в определенный период времени: mother of the 21st century. Выражение mother of all … имеет следующие постпозитивные адъюнкты: lobsters, traffic jams, battles, laser printers, waves, markets, etc. Приведем примеры, которые характеризуют масштаб событий, явлений, процессов, объектов и т.д., фиксируя их значимость, величину, превосходство: You’ve a grip like the father and mother of all lobsters! [APW W] China remains the mother of all markets [F9J W]. Номинация природы, церкви, земли, России, настоятельницы и др. параллельно с референцией уважительности (существительное mother присоединяет второй компонент, который является его приложением): Mother Nature, Mother Church, Mother Earth, Mother Russia, Mother Superior, etc.

СУБФРЕЙМ «ОНТОЛОГИЯ МАТЕРИНСТВА»

В АНГЛИЙСКОМ ЯЗЫКЕ

Фрагмент концептуально-когнитивного фрейма «Мать», связанный с онтологией материнства, т.е. отражающий прототипические аспекты поведения матери, ее функций, состояний, событий из жизни, отношений и др., моделируется в содержательном плане в английском языке существительным mother, которое образует ряд фреймовербализующих словосочетаний, а также прилагательными maternal и motherly в структурах Adj + N/Gerund. Общий список словосочетаний составляет 274 (46,7 % от всего числа), однако их репрезентативность в корпусе BNC – 1625 вербализаторов формирует 40,8 % от общего количества словоупотреблений. Для сравнения: в русском корпусе этот же субфрейм имеет 202 вербализатора, входящих в 4154 микроконтекста, т.е. 39,1 % от общего числа примеров. Субфрейм «Онтология материнства» распадается на ряд кластеров: 1) «Психосфера матери»; 2) «Прототипические действия и поведение матери»; 3) «Прототипические черты и качества матери»; 4) «Генетические связи, связи порождения»; 5) «Соматосфера матери и сенсорный и эмоциональный контакт с матерью» и др.

Кластер 1 «Психосфера матери» содержит концепты, которые вербализуют психические аспекты, связанные с активацией материнских функций и ролей, отражают релевантную для матери действительность, связанную с ее сыном или дочерью, в различных психических форматах: а) эмоциональные процессы, состояния и свойства матери; б) волитивные процессы, состояния и свойства матери; в) интеллектуальные процессы, состояния и свойства матери. Со структурной точки зрения, средства выражения данного сегмента концептуально-когнитивного фрейма «Мать» имеют в своем составе модели: N’s + N (mother’s love), N + of + N (the faith of mother), Adj + N (motherly affection, maternal pride), N + N (mother love). Общий список содержит 33 единицы (5,6 % от списка словосочетаний), репрезентативность – 123 (3 % от всех словоупотреблений):

а) эмоциональные процессы, состояния и свойства матери: позитивные чувства и эмоции – любовь и привязанность – mother’s love, motherly [affection, love], maternal [love, passion, affections], гордость – [mother’s, maternal] pride, вера – the faith of one’s mother, радость и удовлетворение – maternal [joy, satisfaction]; отрицательные эмоции и состояния – отвращение, тревога, печаль, ярость, нетерпимость, горе, беспокойство, страх и пр. – [the disgrace, the disgust] of one’s mother, maternal [anxiety, grief, fury, intolerance, distress, fear]; б) волитивные процессы, состояния и свойства матери – регулятивные репрезентации управления и контроля над жизнью детей: mother’s [wishes, decision, cravings]; в) интеллектуальные процессы, состояния и свойства матери: инстинкт как свойство сознания и самосознания – [maternal,  mother’s] instinct; когнитивные состояния, события, феномены: the concentration of one’s mother, [the thought, the memory] of one’s mother.

Приведем примеры развернутых номинаций: …as a boy, Bernard constantly sought his mother’s love and affection [ALY W]. She … had married against her mother’s wishes [FB0]. Every maternal instinct in Kate’s body told her to comfort her child [FAB].

Кластер 2. «Прототипические действия и поведение матери». Этот слот представлен списком из 43 вербализаторов (7, 3% от общего списка). Общая рекуррентность составляет 155 словосочетаний (3,8%). В поведении матери выделяются две линии: 1) защитная, 2) управляющая и контролирующая.

Осуществление защитной функции (поддержка, защита, поддержание жизнеобеспечения) является прототипичным поведением матери и оязыковляется следующими словосочетаниями: mother’s [help, care], the care of (one’s) mother, maternal [care, solicitude], motherly [comfort, care, concern], motherly feeding и др., например: Beverley had been in the care of her mother [K1F]. Вторая линия поведения подкрепляется высоким положением матери в семейной иерархии, предоставляющим ей ресурсы власти для осуществления функций контроля, управления и обучения. Концептуализируется в следующих структурах [the effects, the influence, the impact, the authority] of one’s mother; maternal [authority, influence, teaching]. Проиллюстрируем этот фрагмент фрейма: The educational power of a family system may well be determined by the strength of maternal authority [FAW]. Речевые акты и высказывания, осуществляемые матерью в регулятивной интеракции с детьми, – требования, побуждение, совет, разрешение: the demands of mother, maternal urge, mother’s permission, motherly advice, etc.

Кластер 3. «Прототипические черты и качества матери». В этом микрофрейме выделяются группы по следующим категориально-когнитивным классификаторам: а) свойства темперамента и характера: нежность, теплота, сентиментальность, обаяние – the warmth of one’s mother, maternal [sweetness, tenderness, warmth], motherly charm; б) социальные установки и межличностные отношения – отзывчивость ‘maternal responsiveness’; в) общие качества: мужественность/смелость, чистоплотность – [the courage, the cleanliness, etc.] of one’s mother. Общий список вербализаторов – 24 (4 %), фразоупотреблений в BNC – 33 (0,85 %). Ex.: Only feel and smell the warmth of your mother [H9G].

Кластер 4. «Генетические связи». Существительное mother относится к реляционным категориям, так как оно является двухместным и реализует свое значение через связь с именами, обозначающими детей или других людей: родственники матери: mother’s [brother, family, father]; maternal [grandmother, uncle, family, etc.]; референция к детям матери: [the daughter(s), the son] of one’s mother. Индекс вербализаторов – 32 единицы (5,4%), репрезентативность в текстах BNC – 311 (7,8 %).

Кластер 5. «Соматосфера матери и сенсорный и эмоциональный контакт с матерью». Соматизмы имеют высокую репрезентацию в когнитивно-концептуальном фрейме «Мать», как в английском языке, так и в русском. Ниже представлен список вербализаторов: mother’s [face, arms, womb, eyes, body, breast, knee, blood, hand, heart, head, feet, hands, lap, legs, shoulders], [face, bosom, heart, body, hands, womb, eyes, bottom] of one’s mother, maternal [body, breast, genital, heart, tongue], etc. Сенсорный и эмоциональный контакт с матерью номинируется в корпусе английского языка следующими объективаторами: [voice, the sight, the sound, the scent] of one’s mother; motherly [gesture, smile, look] и др. Общее количество объективаторов – 52, что составляет 8,8 % от всех словоупотреблений в BNC. Приведем пример: Erika shook her head, hypnotised by the sight of her mother … [A7A]

В третьей главе анализируются средства выражения концептуально-категориального фрейма «Мать» в русском языке, в которые входят слова и выражения, в совокупности объективирующие различные ипостаси оценки матери и содержания материнства.

В русском языке статистически представленность категории «Мать» в НКРЯ, чем в два раза выше, чем корпусе BNC, что свидетельствует о бльшей выделенности, а следовательно, и значимости концепта «Мать» для русской лингвокультуры. В нашей работе мы исследовали репрезентацию лексем, образованных от корня “Мат-”/ “Мам-” в Национальном Корпусе Русского Языка (НКРЯ) и обнаружили следующие данные о количестве их вхождений: мать – 55182, мама – 36173, мамин – 2405, материнский 2083 и т.д.

Слово «мать» является термином родства, относится к полю материнства, и, как и в его английском корреляте mother, значение его контекстно зависимо. Оно наиболее семантически нагружено, обладает большой семантической плотностью, имеет высокую семантическую валентность, сочетается с другими лексемами, создавая комплексные номинации, которые являются объективациями концептуальных структур существующего мира: генетическая мать, социальная мать, приёмная мать, молочная мать, крёстная матерь, посаженная мать, богоданная мать и др. Очевидно, что многие из этих словосочетаний являются отражением исторических традиций, но некоторые из них появились как концептуализации понятий, возникших недавно с развитием новых технологий рождения и новых ценностных установок общества. Слово «Мать» относится к концептам-этимонам, оно помещается на базисном семантическом уровне, входя в ядерную зону концептуально-когнитивного фрейма «Мать».

Словари русского языка отстают от новых реалий общества. В них отмечены лишь прототипические – идеальные – образы матерей. В Толковом словаре русского языка С.И. Ожегова представлены 5 лексико-семантических вариантов слова «Мать». В ЛСВ 1 фиксируется реляционный аспект – отношение женщины к своим детям. Представлены словосочетания, в которых фокусируются отношения матери к детям – ее генетическое и биологическое качество – родная/неродная мать; количественные параметры – многодетная мать; ее социальный статус – мать-одиночка. ЛСВ 2 используется в переносном значении «Источник, начало чего-нибудь, то, что дорого, близко каждому», например: «Киев – мать городов русских». В этом варианте значения реализуется идея порождения или идея верховности, первичности всего. ЛСВ 3. Самка по отношению к своим детенышам; понятие матери может относиться и к животному миру. В ЛСВ 4 и ЛСВ 5 слово «Мать» употребляется в форме обращения – как в семейном кругу, так и просто к пожилой женщине или к монахине. ЛСВ 5 содержит также фразеологизмы, которые отсылают к негативным коннотациям, связанным с концептом «Мать»: по матери (выругаться) (прост.) – матерно. В словаре В.И. Даля широко представлены устойчивые словосочетания со словом «Мать»: мать неродная, мачеха; мать названая; мать молочная, посаженая мать, крестная мать, богоданная мать.

Как и в английском языке, концептуально-когнитивный макрофрейм «Мать» в содержательном плане распадается на два блока. Первый блок – «Идентификации матери» – соотносится с терминологическими наименованиями прототипических и альтернативных матерей в зависимости от их функций и ролей (фактофиксирующие идентификации) и номинативной фиксацией и характеризацией материнской идентичности (фактооценивающие идентификации матерей). При этом следует отметить, что по сравнению с английским в русском языке обнаружен значительно меньший объем номинаций альтернативных типов матерей, имеются лексико-семантические лакуны, детерминируемые концептуально-фреймовой лакунарностью, что связано с различной социальной и культурной структурой русскоязычного общества. Второй блок – «Онтология материнства» – соответственно объективируется словами и словосочетаниями, в которых раскрывается поле материнского естества, разнообразие прототипических функций, ролей, состояний, действий, реляций матери, что в целом следует и логике англоязычного макрофрейма. Этот же блок, по сравнению с его представленностью в английском корпусе BNC, более репрезентативен в количественном и качественном планах в корпусе русского языка (НКРЯ) (см.: Диаграмма 1).

Диаграмма 1. Частотность средств выражения

концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в субфреймах «Идентификации матери» и  «Онтология материнства»

в английском и русском языке

СУБФРЕЙМ «ИДЕНТИФИКАЦИИ МАТЕРИ» В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Кластер 1. Идентичность матери проявляется в ее различных ипостасях – а) генетико-биологическая, телесно-репродуктивная, родственная, функционально-ролевая; б) социально-статусная идентичность. Идентичность матери в русском языке объективируется простыми словами, словосочетаниями и композитами. Список модификаторов составляет 39 единиц (10,9 % от общего числа). Общее количество примеров – 4473.

В свете революционных изменений в репродуктивных технологиях, произошедших с начала 1978 года, когда появился первый ребенок из пробирки, Луиза Браун, важно отметить изменение концептуального содержания понятия «Мать». Современные проблемы, относящиеся к материнству, вызвали разногласия, которые отражают различные социальные и культурные восприятия материнства. При этом естественно появление новых лингвистических средств выражения понятий новых реалий, как в английском, так и в русском языках, например, «суррогатная мать», «биологическая мать» и др., в которых фиксируется генетико-биологический и телесно-репродуктивный статус матери. В русском языке возникло словосочетание «суррогатная мать», которое отмечает репродуктивный вклад женщины в рождение биологически чуждого для нее ребенка, как правило, за вознаграждение: «Довольно часто – причем, судя по всему, не только у нас, но во всем мире, – возникают скандалы, связанные с тем, что суррогатная мать не желает расставаться со «своим» ребенком» [С. Мазур]. Следует отметить, что многие номинации понятий, которые имеются в английском языке, отсутствуют в русском. Так, например, словосочетание gestational mother не имеет прямого коррелята в русском языке, а переводится как «гестационный курьер». Чисто материнские состояния представлены в выражении «кормящая мать»: «Маша – кормящая мать, и этим все сказано» [Г. Щербакова]. Социально-статусная идентичность матери, в которой фиксируется главная роль женщины в кормлении, уходе и воспитании ребенка, а также ее вторичность по отношению к генетической, биологической, «первичной» матери, представлена в следующих простых и сложных словах и словосочетаниях русского языка: мачеха, приемная мать, мать-кормилица, новая мать/мамочка, новоиспеченная мать и др.: «И я уже настолько выработалась, что второй раз в жизни роль приемной мамы просто не потяну» [Н. Гранина, В. Емельяненко]. Маритальный статус матери вербализован в таких словосочетаниях и сложносоставных словах, как вдовая мать, мать-одиночка и др.: «Негуров спас этим подставного одиночку, то есть одного сына у вдовой матери» [В.И. Даль]. Номинация матери по ее занятости: мать-продавщица, работающая мать.

Кластер 2 «Физические, психоэмоциональные, когнитивные и функциональные идентификации матери» содержит 30 компонентов-вербализаторов (8,4%) в 573 контекстах. Для сравнения: в английском корпусе этого же фрагмента субфрейма было обнаружено 88 модификаторов (15%). Атрибутивно-номинативные словосочетания с правосторонним модификатором-прилагательным к слову «мать» могут указывать на физические состояния матери, которые выделены в сознании детей: «мертвая», «больная», «усталая» и др.: «Синяк стоял над мертвой матерью и плакал» [С. Каледин]. В корпусе представлены словосочетания, в которых характеризуются психоэмоциональные состояния матери, такие как волнение, горе, испуг и страх, удивление, радость и др. Модификаторами служат прилагательные «взволнованная», «безутешная», «многострадальная», «испуганная», «удивленная», «грустная», «злая», «довольная», «любящая» и другие. Приведем примеры: «Звонок взволнованной матери из Женевы: дочь убежала из дома, чтобы увидеть любимого певца» [Н. Климонтович]. Функция заботы отражена в словосочетаниях «заботливая мать», «отзывчивая мать», «сострадательная мать»: «… говорили о Севрюгиной только хорошее: человек очень добрый, …, заботливая мать» [К. Арский]. В следующих словосочетаниях с препозитивными модификаторами-прилагательными (властная, строгая, требовательная) номинируются матери, проявляющие доминирующий характер: «Я помню двух моих сверстников; у них была очень властная мать» [митрополит Антоний (Блум)].

Кластер 3. Атрибутивно-оценочные номинанты матери общим числом 15 единиц (4,2% от списка вербализаторов) в 218 микроконтекстах фиксируют оценочные характеристики матери – хорошая мать, плохая мать, настоящая мать, любимая мать, красивая мать, отличная мать, идеальная мать, великолепная мать, etc. В русском языке широко представлены примеры словосочетаний с прилагательными «идеальная», «настоящая» и др., в которых концептуализируются понятия идеальной прототипической матери: «Зина – идеальная мать, хозяйка, прачка» [Н.Н. Берберова]. В русском корпусе имеется большое количество оценочных выражений с прилагательными «хорошая», «отличная», «плохая», «преданная» и др., которые дают характеристику матери с точки зрения ее поведения или осуществления материнских функций.

Кластер 4. Референциально-реляционные идентификации матери (солдатская мать, мать семейства, многодетная мать, мать-героиня, мать ребенка, мать двоих детей, мать героя, мать солдата, мать жениха, мать Христа, мать, лишенная родительских прав, и т.д.). Количество вербализаторов – 55 (477 контекстов). Только в русской лингвокультуре существуют номинации «солдатская мать», «мать-героиня», «мать, лишенная родительских прав». Приведем пример: «Еще одной женщине – многодетной матери – помогли с жильем в общежитии» [В. Пермяков].

Кластер 5. Метафорические модификации и религиозно-мифологические коннотации лексемы «Мать» (16 вербализаторов, 709 контекстов) приблизительно 4,4 % от числа вербализаторов в русском корпусе. В основе образования материнской метафоры находятся системные закономерности, которые восходят к человеческим отношениям и имеют скрытые импликации. В метафорах ‘земля как мать’, ‘природа как мать’ реализуются репродуктивная функция женщины, функция управления и контроля (наказывание и поощрение), etc. В метафоре ‘церкви как матери’ активируются функции защиты и любви. В метафоре ‘родины как матери’ проводится линия подчинения и защиты. В русском языке, так же, как и в английском, имеются биномиальные выражения, в которых существительное «Мать» (матушка, матерь) занимает инициальную позицию, а части бинома находятся в отношении семантической корреляции: «Мать-Россия», «матушка Россия», «Родина-мать», «Мать-Земля», «Мать-сыра земля», «матушка Москва», «Матерь-Церковь. Широко известны метафорические выражения типа – «анархия – мать порядка» «нужда – мать изобретения» и некоторые другие, в которых осуществляется перенос – [живое существо (мать) – абстрактное понятие]. Приведем примеры: «Нужда научит калачи есть, т.е. нужда – мать изобретения и роскоши». [А.С. Пушкин] «Последние патриоты вымрут, и наступит… анархия – мать порядка!» [Национал-анархизм (форум) (2006)]


СУБФРЕЙМ «ОНТОЛОГИЯ МАТЕРИНСТВА» В РУССКОМ ЯЗЫКЕ

Субфрейм «Онтология материнства» имеет высокую репрезентативность в русском языке, значительно превышающую представленность одноименного субфрейма в английском языке, и формируется кластерами; «Психосфера матери», «Прототипические действия и поведение матери», «Прототипические черты и качества матери», «Генетические связи», «Соматосфера матери и сенсорный и эмоциональный контакт с матерью», «Сценарно-ситуативные параметры жизни матери».

Кластер 1. «Психосфера матери». В содержательном плане выделяются три компонента психической деятельности, связанных с осуществлением материнской роли: а) психоэмоциональный – переживания; б) волитивный – желание, воля, решение; в) когнитивный – ментальная перцепция (ощущение и восприятие), переработка информации (мышление), хранение информации (память), активация информационного потока (представления и воображение) и др. В корпусе НКРЯ представлены 35 вербализаторов в 750 микроконтекстах.

Наибольшей семантической плотностью обладают такие ключевые слова, как любовь, чувства, тревога, слезы, гордость, жалость, что свидетельствует о высокой концентрации проявления субъектно-реляционных отношений матери к детям в рамках онтологического блока. К позитивным относятся чувства эмоционально положительного отношения к объекту и выделения его в центр жизненных потребностей и интересов субъекта (любовь, восхищение, умиление и др.). Самая высокая репрезентативность у экспликатора «Любовь»: «Помни, что всегда в дни счастья и в день горя материнская любовь с тобой, её никто не в силах убить» [В. Гроссман]. Особое место занимают эмоциональные состояния, связанные с достижением цели (гордость, пафос): «Вот и вырос ты у меня, сынок!» – с материнской гордостью ответила счастливая Фёкла Терентьевна» [Н.Ф. Гильярди]. К позитивным чувствам относятся также чувства удовлетворения и радости (радость, восторг, счастье). Например: «Радость матери не поддавалась описанию» [Происшествия (1997)]. Негативные чувства матери концептуализируют прогностические состояния, которые представлены градуальным рядом: встревоженность, тревога, страх, паника, огорчение: «Материнские тревоги живучи» [И. Грекова]. Широко представлены фрустрационные эмоции, глубокое душевное страдание, вызванное негативными событиями, утратой, несчастьем и т.п. В русском языке эти состояния объективируются существительными-фактитивами: «Можно понять горе матери, сын которой погиб на чеченской войне ...» [В. Баранец].

Для матери прототипично поведение, в котором она выполняет деонтические функции разрешения и запрета, которые контролируют и регулируют деятельность сына или дочери. Эти иллокутивные действия имеют в своем основании интенционально-дезиративные, или волитивные акты, такие как желание, решение и пр. Волитивные феномены вербализуются следующими формами: материнское желание/желание матери, материнская воля/воля матери, материнская прихоть/прихоть матери, материнское решение/решение матери, материнское пожелание/пожелание матери и др. Приведем пример: «Желание матери в мусульманском мире – закон» [В. Токарева].

Свойства сознания и самосознания фиксируются в словосочетаниях с экспликаторами: инстинкт, чутье, интуиция, слепота, подозрение и др. Например: «Ее материнская интуиция была именно волчьей» [Н. Медведева]. Инстинкт матери – это стереотипные поведенческие паттерны, которые возникают у матери как реакция на внешние и внутренние обстоятельства, касающиеся ее детей. Инстинкт проявляется в безусловной любви к ребенку, предчувствиях матери, в ее стремлении защищать своих детей.

Кластер 2. «Прототипические действия и поведение матери» (66 вербализаторов, 797 контекстов). Прототипическим поведением матери является осуществление защитной функций, которые номинируются  ключевыми словами: забота, опека, попечение, уход, присмотр, надзор, помощь, поддержка, покров, защита, внимание, участие и др. Приведем примеры: «Младшая исключительно слабого здоровья, и только ежедневная забота матери могла бы сохранить ей жизнь» [Обращ. родствен. репрессированных командиров Красной Армии к руководителям страны]. «Не скрывайся под покровом матери, невинная!» [Ф.И. Буслаев]. Прототипическое материнское поведение характеризуется также использованием матерью ресурсов семейной власти в осуществлении функций инструктирования, управления и контроля над жизнью детей. Этот микрофрейм формируется на основе таких категориально-когнитивных классификаторов, как воспитание, авторитет, власть и другие. Приведем пример: «… в доме на канале откристаллизовалось для них все изначальное и непреложное: диктат материнского воспитания» [И. Кузьмичев].

Следующие концепты формируют важные для когнитивного фрейма «Мать» локутивные формы выражения материнского естества – речевые акты и высказывания, а также средства их выражения: конвенциональные ритуальные акты: благословление, проклятия, молитва, оценка, пермиссивы и прохибитивы: запрет, разрешение, согласие, директивы/экзерситивы: требования, призывы, совет, наставления и др.; ламентации: плач, причитание, стоны, вой, крик и др.

Кластер 3. «Прототипические черты и качества матери».  В этом микрофрейме выделяются следующие группы (репрезентация 15 вербализаторов – 4,2%): а) свойства темперамента и характера: нежность, обаяние, женственность, благородство, добродетель; страстность, сила, неутомимость и энергия; б) социальные установки и межличностные отношения: заботливость, доброта, милосердие, чуткость, теплота. Приведем примеры: «Другие знали любовь отца и нежность матери, – у тебя их не было» [А.И. Герцен]. «Она с материнской неутомимостью и энергией отстаивала юную жизнь» [В.Г. Короленко].

Кластер 4. «Генетические связи». Атрибутивно-номинативные словосочетания представлены в НКРЯ следующим рядом ключевых слов: линия, сторона, порода, кровь, род, фамилия, начало, семья, гены, происхождение и др. (10 вербализаторов в 297 микроконтекстах). Наиболее репрезентативно словосочетание «по материнской линии»: «Дед по материнской линии отличался весьма суровым нравом» [С. Довлатов].

Кластер 5. «Соматосфера матери и сенсорный и эмоциональный контакт с матерью» (43 верб. / 2105 контекста). Словосочетания, имеющие в своем составе соматизмы, имеют высокую репрезентацию в когнитивно-концептуальном фрейме «Мать» (19, 8% от всех контекстов употребления в НКРЯ; сравните: в британском корпусе BNC «Соматосфера» занимает только 8,8% от общего числа словосочетаний, т.е. почти в три раза меньше). Ниже представлены ключевые слова атрибутивно-номинативных словосочетаний, формирующих соматический микрофрейм: лицо, глаз, око; руки, колени, тело, плечи, ноги, живот, крыло, шея, ладонь; сердце, грудь, утроба, лоно, чрево, пуповина, плоть; молоко, кровь, соки. В словосочетаниях с соматизмами прослеживается тенденция когнитивной компрессии, метонимии, когда слово или фраза используется для описания комплекса мыслей, ситуаций и/или фраз. Эта комплексная компрессия содержит не только наименования частей тела матери, но и визуальные, тактильные, аудитивные версии этих концептов. Так, например, рука – это не только физический объект, но и орудие осуществления материнской власти, т.е. способности направлять и поддерживать своих детей. Язык служит средством влияния матери, глаз/око является символом материнского внимания, проницательности, контроля, ноги, колени – прибежище и защита и т.д. Обнаружено большое количество примеров в форме словосочетаний, которые демонстрируют метафорический перенос «соматизмы» «уход», «забота», «тепло», «любовь», «контроль», «нежность», «предвидение», и др. (психический мир, специфическое поведение). Наименования частей тела часто формируют соматическую метафору, служащую мостом между физиологической и психологической реальностью. Соматическая метафора – это энергетическая модель тела, воплощающая телесное мировидение, которая символизирует и одновременно выражает конфликт подсознания с учетом материально-семиотической практики человека.

Материнские руки, колени, тело – это метафора тепла, любви, защиты; плечи матери – метафора защиты, внимания, понимания, поддержки, материнское крыло – метафора поддержки и защиты, материнская шея – метафора материальной поддержки сверх меры: «Отец работал на заводе, домашнее хозяйство и воспитание детей ложились на плечи матери» [Протоиерей Ф. Жилкин (2004)]. «Но я отнюдь не пал духом и не сел на шею матери в одиннадцать лет» [В. Каверин]. Символическое значение материнского сердца – это средоточие беспокойства, тревоги, предвидения, заботы, любви, печали, радости. Таким образом, сердце – это интеллектуальный орган (напр., предвидение и пр.), эмоциональный орган (напр., счастье, любовь и др.). В концептуально-когнитивном фрейме «Мать» соматическое выражение «материнское сердце» используется метонимически – как субститут матери, которая предвидит, беспокоится, любит ребенка: «Когда войска отправлялись на Кавказ, материнское сердце сжималось от тяжелого предчувствия» [О. Дубова]. «Сердце матери» – метафора для выражения воли матери, ее направляющих и контролирующих функций: «Не ищи ты по себе – ищи по сердцу матери» [Н. Бурмистров].

Кросслингвистический анализ концептуально-когнитивного фрейма «Мать» подтверждает универсальные тенденции в его категоризации и вербализации в английском и русском языках. Концептуально-когнитивный фрейм «Мать» распределяется по следующим субкатегориям: 1) Идентификации матери, фактофиксирующие и фактооценивающие аспекты типологии матерей; 2) Онтология материнства. Основные характеристики, которые очевидно манифестируются как в английском, так и в русском языке, – это 1) комплексность фрейма и его широкая семантическая развертка, 2) высокая семантическая плотность таксонных единиц выражения фрейма в обеих лингвокультурах, 3) коррелятивная представленность категорий фрейма. При этом, однако, следует отметить неравнозначный количественный вес рассматриваемых категорий сопоставляемых языков в исследуемых корпусах, различную дискретность выражения одних и тех же референтных областей и лакунарность ряда доменов языковых картин (см. Табл. 1 на след.стр.).

В рассматриваемых языках, как в английской, так и в русской лингвокультурах, обнаруживаются сходства в плане содержания концептуальных структур, находящихся в основе концептуально-когнитивного фрейма «Мать». В плане фреймовых различий выявлена некоторая вариабельность когнитивных и лингвистических феноменов, которая, очевидно, зависит от различных социокультурных факторов. Лингвистическое выражение категории «Мать» в английском и русском языках показало ряд типологически отмеченных различий в номенклатуре и типах кодификационных средств, а также ее коммуникативной ценности в дискурсе. При этом, несмотря на некоторую структурно-семантическую дивергенцию, наблюдался изоморфизм и значительный функционально-семантический параллелизм, как в содержательном плане, так и в плане выражения концептуально-когнитивного фрейма «Мать». В контрастируемых языках отмечается в равной степени высокий семантический потенциал в соответствующих категориальных формах.

Таблица 1. Количество вербализаторов и общая статистика по кластерам в английском и русском корпусах (14579 примеров)

Английский язык

Русский язык

Кластеры

  Список вербализаторов

  % от числа вербализаторов

Репрезентативность

% от общего числа примеров субфрейма

  Список вербализаторов

  % от числа вербализаторов

Репрезентативность

% от общего числа примеров субфрейма

I.  Субфрейм «Идентификации матери»

1.

Идентичность матери

68

11,6

1104

27,7

39

10,9

4473

42,1

2.

Физические, психоэмоциональные, когнитивные и функциональные идентификации матери

88

15

286

7,2

30

8,4

573

5,4

3.

Атрибутивно-оценочные номинации матери

15

2,6

228

5,7

15

4,2

218

2

4.

Реляционно-референциальная идентификация матери

56

9,5

397

9,9

55

15,4

477

4,4

5.

Метафорическая модификация, религиозно-мифологические коннотации лексемы mother

85

14,5

335

8,4

16

4,4

709

6,7

Всего в Субфрейме I

312

53,2

2350

59,1

155

43,4

6450

60,8

II. Субфрейм «Онтология материнства»

Психосфера матери

33

5,6

123

3

35

9,8

750

7

2

Прототипические действия и поведение матери

43

7,3

155

3,8

66

18,4

797

7,5

3

Прототипические черты и качества матери

24

4,1

33

0,8

15

4,2

98

0,9

4

Генетические связи, связи порождения

32

5,4

311

7,8

10

2,8

297

2,8

5

Соматосфера матери и сенсорный и эмоциональный контакт с матерью

52

8,9

355

8,9

43

12

2105

19,8

6

Сценарно-ситуативные параметры жизни матери

35

6

248

6,2

24

6,7

80

0,7

7

Социально-статусные идентификаторы и биолого-физиологические параметры матери

55

9,4

400

10

9

2,5

27

0,2

Всего в Субфрейме II

274

46,8

1625

40,9

202

56,6

4154

39,1

Итого:

586

3975

357

10604

Результаты исследования концептосфер «Мать» в компаративном плане конкретно могут выразиться в следующем. Семантика единиц фрейма «Мать» отражает ограниченное число логико-семантических квалификаторов, таких как поставка генетического материала, вынашивание и рождение ребенка, кормление и уход, забота, защита, контроль, воспитание, проявление любви, духовная и материальная связь, которые формируют пресуппозицию материнства. Важная линия относится к эмоциональной и соматической сфере матери, встраивание ее как субъекта в пространственно-временные координаты, прототипические действия и поведение, черты и качества матери, ее генетические связи и т.п., которые создают формы реализации, манифестации материнского дела. Параллелизм наблюдается в выборе концептосфер в английском и русском языках. Логико-семантические классификаторы идентичны для сопоставляемых языков. В них почти отсутствует безэквивалентная лексика, эквиваленты – либо полные, либо частичные реализуются в параллельных фрагментах фрейма.

Английские таксонные средства выражения фрейма «Мать» характеризуются большей сочетаемостной парадигмой в первом субфрейме, тем самым они выражают более дробные и детализированные значения, чем русские. Часто синонимические ряды имеют большее количество членов, тем самым более гранулярно раскрывают содержание фрейма. Синтагматический список наименований матерей имеет тенденцию к расширению, как в английском, так и русском языках, в связи с изменениями, происходящими в картинах мира, связанными с возникновений новых технологий воспроизводства человечества и субъективных отношений к материнству. Возникает толерантный сдвиг от понимания материнства как прототипической деятельности к ее альтернативным модификациям, что находит свое выражение в национальных языках. При этом важно то, что оценочные категории материнства менее выражены в английском языке, в котором основное место занимает поле сущностных характеристик. Субфрейм второй, в котором зафиксированы манифестации материнства, более пролиферирован в русском языке, в котором материнский труд находит более детализированное и гранулированное выражение, чем в английском языке.

Метафоричность, как на уровне таксонных лексем, так и на уровне словосочетательных моделей отсылает к когнитивно-категориальным классификаторам, которые фиксируют элементы прототипического ядра материнства как источника для метафоры, является сущностным свойством категории «Мать» и используется в обоих языках.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В диссертации было проведено сравнительно-сопоставительное изучение концептуально-когнитивного фрейма «Мать» и средств его вербализации в английском и русском языках. В ней был разработан и теоретически обоснован алгоритм концептуально-фреймового анализа на материале корпусов английского и русского языков с привлечением современных достижений когнитивной лингвистики, лингвокультурологии, теории словосочетания, теории композициональности и лексико-семантической типологии. В работе исследована категоризация и концептуализация отдельного фрагмента картины мира, проведена классификация средств выражения концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в каждом из языков с семантико-номинативной и структурно-семантической позиций на основе разработанной концепции языковой объективации и реализована типологическая интерпретация полученных данных.

В рамках дескриптивной парадигмы полевого анализа – лексико-семантического, функционального, когнитивно-фреймового – в нашем исследовании концептуально-когнитивный фрейм понимается как динамическая иерархическая конфигурация с определенной структурой, элементы которой соединяются друг с другом посредством общих, инвариантных, когнитивно фундаментальных концептов различной степени универсальности. Присутствие внутренне присущих системе координат создает принцип полевого подхода к языковым фактам. В каждом поле, независимо от сложности его построения и специфической природы, концептуально и лингвистически анализируется и по-особому стратифицируется область человеческого опыта, что дает возможность внедрить определенную шкалу ценностей и определенное видение мира.

В том или ином языковом коде когнитивно-полевая трактовка использовалась как инструмент типологического анализа, который позволил вскрыть универсальный семантический субстрат и типологически детерминированные поверхностные манифестации в каждом из языков. Системный характер когнитивно-фреймовой модели определил ее таксономическую значимость. Ее таксономическая функция манифестирует, как гетерогенные языковые единицы интегрируются с целью создания когерентных типологически специфических систем. Концептуальные отличия, которые формируются людьми в процессе мышления, взаимодействуют с типологической структурой того или иного языка, а язык налагает определенное видение мира на своих говорящих.

Таким образом, исследование показало, что, несмотря на то, что концептуально-когнитивный фрейм «Мать» универсален, денотативная и коннотативная наполненность его объективаторов для каждой этнолингвокультуры своя. Концептуально-когнитивный фрейм как ментальная система состоит из общего базисного слоя, присущего сознанию представителей различных культур, и из этносоциально обусловленного компонента, который включает социально-культурные стереотипы и свою конфигурацию предметных значений.

К перспективам изучения концептуально-когнитивного фрейма «Мать» можно отнести анализ глагольно-назывных и адъективных средств выражения фрейма в сопоставляемых языках, а также распространение анализа на другие языки мира.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора:

Научные статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых

научных журналах и изданиях (по перечню ВАК РФ):

  1. Аванесян, Н.К. Средства вербализации концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в русском языке [Текст] / Н.К. Аванесян // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета.– Пятигорск: ПГЛУ, 2011. – № 4. – C. 18-23. (0,8 п.л.).
  2. Аванесян, Н.К. Средства вербализации концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в английском языке [Текст] / Н.К. Аванесян // Вестник Орловского государственного университета. Новые гуманитарные науки. – Орел: ОГУ, 2011. – №5. – С. 282-286. (0,8 п.л.).
  3. Аванесян, Н.К. Сравнительно-сопоставительная характеристика средств выражения концептуально-когнитивного фрейма «Мать» в английском и русском языках [Текст] / Н.К. Аванесян // Казанская наука. – Казань: Казанский издательский дом, 2012. – № 5. – С. 143-147. (0,4 п.л.).

Публикации в других изданиях:

  1. Аванесян, Н.К. Некоторые когнитивные модели вербализации концепта «Мать» на материале английского языка [Текст] / Н.К. Аванесян // Университетские чтения – 2009, посвященные 70-летию ПГЛУ (12-13 января 2009 г.). – Пятигорск: ПГЛУ, 2009. – Часть 3. – С. 7-11 (0,3 п.л.).
  2. Аванесян, Н.К. Концепт «Мать» как фрагмент языковой картины мира (на материале современного английского языка) [Текст] / Н.К. Аванесян // Молодая наука – 2009. – Пятигорск: ПГЛУ, 2009. – Часть 2. – C. 74-79 (0,4 п.л.).
  3. Аванесян, Н.К. Дефиниционно-интерпретативный анализ лексемы mother и ее переводов на русский язык [Текст] / Н.К. Аванесян // Новые идеи в лингвистике XXI века (9-11 ноября 2009 г.). – Пятигорск: ПГЛУ, 2009. – Часть 1. – C. 172-178. (0,5 п.л.).
  4. Аванесян, Н.К. Словообразовательные потенции лексемы mother [Текст] / Н.К. Аванесян // Университетские чтения – 2010. – Пятигорск: ПГЛУ, 2010. – Часть 3. – С. 13-19 (0,4 п.л.).
  5. Аванесян, Н.К. Лексема mother как слово-этимон концептуального фрейма «материнство» [Текст] / Н.К. Аванесян // Университетские чтения – 2011. – Пятигорск: ПГЛУ, 2011. – Часть 3. – С. 10-14 (0,4 п.л.).
  6. Аванесян, Н.К. Положительные и отрицательные коннотации лексемы «мать» и ее коррелятов: дефиниционный анализ [Текст] / Н.К. Аванесян // Молодая наука – 2011. – Пятигорск: ПГЛУ, 2011. – Часть 2. – C. 114-119 (0, 4 п.л.).
  7. Аванесян, Н.К. Дефиниционный анализ лексемы «мать» и ее дериватов [Текст] / Н.К. Аванесян // Вопросы романо-германской и русской филологии. – Пятигорск: ПГЛУ, 2011. – С. 12-19 (0,5 п.л.).

Подписано в печать 14.06.2012

Формат 60841/16. Бумага офсетная. Печать офсетная.

Усл.печ.л. 2.1. Тираж 80 экз. Заказ. №

________________________________________________________

Пятигорский государственный лингвистический университет

357532 Пятигорск, пр. Калинина 9

Отпечатано в Центре информационных и образовательных

технологий ПГЛУ

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.