WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

 

ФИЛИППОВА Варвара Васильевна

ЯКУТСКИЕ ЗАГАДКИ: СЕМАНТИКА И СТРУКТУРА

Специальность 10.01.09 – фольклористика

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Улан-Удэ – 2012

Диссертационная работа выполнена в Федеральном государственном автономном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Северо-Восточный федеральный университет имени М.К. Аммосова».

Научный руководитель: 

Доктор филологических наук, профессор Габышева Луиза Львовна

Официальные оппоненты:

Бардаханова Светлана Сумановна, доктор филологических наук, Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт монголоведения, буддологии и тибетологии Сибирского отделения Российской академии наук, старший научный сотрудник

Саввинова Гульнара Егоровна, кандидат филологических наук, доцент, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Якутская государственная сельскохозяйственная академия», доцент

Ведущая организация:

Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера Сибирского отделения Российской академии наук

Защита состоится «3» мая 2012 г. в 1600 ч. на заседании диссертационного совета Д 003.027.02, созданного на базе Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института монголоведения, буддологии и тибетологии Сибирского отделения Российской академии наук, по адресу: 670047, Республика Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Сахьяновой, 6.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке федерального государственного бюджетного учреждения науки Бурятского научного центра Сибирского отделения Российской академии наук (670047, г. Улан-Удэ, Республика Бурятия, ул. Сахьяновой, 6).

Автореферат разослан «2» апреля 2012 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Цыбикова Бадма-Ханда Бадмадоржиевна

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность диссертационного исследования определяется тем, что загадки рассматриваются как своеобразная кумулятивная ниша культурно значимой информации, соотнесенной с картиной мира.

Загадка, состоящая из двух взаимосвязанных частей, является, по признанию современных фольклористов, идеальным образцом семиотической структуры и еще в прошлом веке стала объектом изучения семиотики фольклора. Однако на современном этапе в фольклористике до сих пор отсутствуют работы, рассматривающие якутские загадки в семиотическом аспекте. Загадки как неотъемлемая часть богатейшего архаичного фольклора народа саха являются благодатным материалом для структурно-семиотического исследования.

Степень изученности темы. Семантическую структуру загадки изучали Е.М. Мелетинский, Ю.М. Лотман, В.Н. Топоров, Т.Я. Елизаренкова, Т.В. Цивьян, Г.Л. Пермяков, Ю.И Левин, Э. Кенгэс-Маранда, А.Н. Журинский, А.И. Гербстман, С.П. Соловьева-Ойунская.

Ю.И. Левин загадку определяет как текст, денотатом которого служит некоторый объект, в самом этом тексте явно не названный.  Э. Кенгэс-Маранда не отрывает образную часть загадки от ответа и утверждает, что между собственно загадкой и отгадкой существует тесная связь. Соположение этих двух сравнивающихся и соотнесенных компонентов образует метафору. В синхронном плане и некоторой методологической параллели с идеями Г.Л. Пермякова, работы которого посвящены основным смысловым оппозициям окружающего мира в пословицах, загадки изучались А.Н. Журинским. Современная паремиология во многом ориентируется на работу Т.Я. Елизаренковой и В.Н. Топорова о ведийской загадке типа brahmodya. Анализ этой работы приводит к мысли, что, на самом деле, не макромир описывается через реалии микромира, а макромир равен и тождествен микромиру.

Одной из главных задач изучения загадки, по словам Ю.М. Лотмана, является расшифровка ее скры­того мифо-обрядового каркаса, так как семиосфера паремий состоит из элементов, стабильно закрепленных в ее пространстве, и элементов, обладающих относительной свободой перемещения. Е.М. Мелетинский обращает внимание на то, что подобно мифу, загадка – это средство  концептуализации мира, который  находится вокруг человека и в нем самом. Как отмечает Т.В. Цивьян, словник корпуса загадок соответствует алфавиту модели мира.

В звуковом сближении слов текста загадки максимально проявляется образное восприятие денотата. Так, фонетическое строение народной загадки исследуется в работе А.И. Гербстмана «О звуковом строении народной загадки», анаграмма в загадках рассматривается Т.Я. Елизаренковой, В. Н. Топоровым, W. Eismann.

Среди классификаций якутских загадок выделяются работы Г.У. Эргис и С.П. Ойунской. Примечательно, что С.П. Ойунская в качестве отдельной группы представляет тему «Скотоводство»: коневодство и разведение рогатого скота были основным занятием народа саха. Г.У. Эргис загадки о предметах скотоводства совмещает с паремиями об орудиях труда, жилище, бытовых предметах (группа «Жилище и предметы домашнего обихода»).

Наиболее полным и единственным специализированным  исследованием якутских загадок является монография С.П. Соловьевой-Ойунской «Якутские загадки. Специфика жанра» (1992). Автор рассматривает тематическую систему загадок, пути стадиально-исторического развития жанра и его генетическую связь с другими фольклорными жанрами, выявляет национальное своеобразие и средства художественной выразительности паремий, показывает социальную, функциональную и этико-воспитательную роль загадки в жизни народа. Книга раскрывает картину среды бытования и распространения загадки, генезис жанра, факты заимствования.

Поэтика якутских загадок исследована М.Н. Дьячковской в работе «Аллитерация и рифма в якутской поэзии. Проблемы эволюции и классификации» (1998).

Семиотический аспект изучения якутских фольклорных текстов на материале языка и культуры предложен Л.Л. Габышевой (2003). Автор раскрывает семантику и семиотические функции ключевых слов и символов культуры якутов, реконструирует некоторые аспекты мифопоэтической картины мира с привлечением обширного сравнительно-исторического и фольклорного материала, в том числе и корпуса якутских загадок.

Выявлению ключевых метафор в загадках посвящена работа В. Костырко «Многозначность формул якутской загадки и проблема базовых метафор культуры». Исследователем совершен семиотический анализ культурной информации, заключенной в тексте загадок о луне, лунном свете и серьгах.

Целью исследования является описание семантики и структуры якутских загадок на основе их комплексного анализа.

В соответствии с намеченной целью ставятся следующие задачи:

определение структуры тезауруса традиционных загадок в соотнесении с языковой картиной мира и этнокультурными стереотипами поведения якутов;

классификация отгадок по грамматической и семантической структуре;

выявление и описание ключевых образов денотатов якутских загадок;

определение ключевых признаков денотатов и описание их семантической структуры;

анализ семантики номинаций денотатов в широком фольклорном и культурно-этнографическом контексте;

описание фоносемантической структуры якутских паремий и выявление системы звуковых приемов;

классификация фонетических приемов, шифрующих денотат или имя отгадки.

В качестве объекта изучения выступают традиционные якутские загадки. Предметом являются тезаурус, культурные коды, функционирующие в якутских загадках, фоносемантическая структура текста загадок.

Теоретико-методологическую основу работы составили положения трудов В.М. Жирмунского, Е.М. Мелетинского, Ю.М. Лотмана. Для исследования были важны наблюдения и выводы по якутскому фольклору, сделанные В.Л. Серошевским, Э.К. Пекарским, А.Е. Кулаковским, Г.У. Эргисом, С.П. Ойунской, А.И. Гоголевым.

В процессе работы используются структурно-семиотический, описательный, статистический методы и этимологический анализ. Структурно-семиотический метод помогает анализировать загадки как целое, состоящее из нескольких функциональных блоков – в нашем исследовании выявлены ключевые культурные коды загадок; такой подход раскрывает глубокие семантические связи между загадкой и ее денотатом. Описательный метод применяется для классификации и представления в работе самих загадок. Статистический метод используется при определении частотности тех или иных кодов. Этимологию слов мы выясняем при анализе внутренней формы метафор, семантики собственных имен, номинаций масти животных и т.д.

Материалом исследования послужил сборник С.П. Ойунской «Саха таабырыннара. Якутские загадки» (1975) объемом 2855 паремий, представляющий собой систематизированный свод загадок с параллельным переводом на русский язык. В этот сборник включены загадки из ранее опубликованных изданий, в том числе, из архива Якутского научного центра СО АН. Отметим, что первые письменные сведения о якутских загадках появились в середине XIX века в трудах О.Н. Бетлингка «О языке якутов» (1851) и Р.К. Маака «Вилюйский округ Якутской области» (1887). Значительное место среди ранних изданий принадлежит исследовательской работе И.А. Худякова «Верхоянский сборник. Якутские сказки, песни, загадки и пословицы, а также русские сказки и песни, записанные в Верхоянском округе И.А. Худяковым» (1890), в которой зафиксировано 320 загадок в русском переводе. Оригиналы текстов загадок И.А. Худякова  Э.К. Пекарский включил в «Образцы народной литературы якутов» (1918). Якутские загадки публиковались в исследованиях В.Л. Приклонского (1890), В.Л. Серошевского (1896), С.В. Ястремского (1900, 1929), Н.Н. Толоконского (1914), Э.К. Пекарского (1928), М.Н. Ионовой и М.И. Пуговкина (1936), Г.У. Эргиса (1974). На якутском языке загадки были опубликованы в книге Г.М. Васильева и Х.И. Константинова «Саха норуотун айымньыта». (Творчество якутского народа) (1942), в хрестоматии Д.К. Сивцева-Омоллоона «Саха фольклора» (Якутский фольклор) (1947). Из архивного рукописного фонда Якутского филиала СО АН С.П. Ойунской использованы фольклорные записи А.И. Кондакова, сделанные в 1907 – 1915 гг, Т.А. Васильева (год собирания – 1919), С.А. Новгородова (1922 – 1923), П.В. Слепцова (1924), С.И. Корякина (1924), И.П. Сойкконен (1927), Н.Д. Неустроева (1929 – 1930),  И.В. Попова (1928 – 1930), А.А. Саввина (1938).

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованных источников и приложения. Каждая глава включает в себя два раздела, которые членятся на параграфы.

Научная новизна работы заключается в том, что в ходе исследования впервые проанализированы якутская загадка как семиотический объект и связи между ее составляющими, отгадкой и образной частью.

Система и структура существующего тезауруса доработана в соответствии с народной языковой таксономией предметов окружающего мира, в результате чего тезаурус традиционных якутских паремий показан как мир сакрально-значимых объектов. Последовательность разделов тезауруса представлена в соответствии со структурой описания мифопоэтической картины мира в якутских фольклорных текстах.

Впервые выявлены и описаны культурные коды якутских загадок: антропоморфический, зооморфный, предметный, анатомический, числовой и цветовой. Культурные коды в загадках мы подразделяем на ключевые образы и ключевые признаки денотата, где ключевой образ является означающим, то есть метафорой денотата, а ключевые признаки наводят на отгадку посредством явной подсказки, описывая внешний вид, манеру поведения, цветовые и количественные характеристики денотата. В рамках диссертационного исследования под основными признаками базисного культурного кода понимается частотность, универсальность (встречается в других жанрах фольклора), устойчивость и сквозной характер (используется во всех тематических разделах тезауруса загадок).

В работе впервые проведен анализ фоносемантической организации текстов загадок, шифрующих денотат или имя отгадки посредством звуковых приемов аллитерации, анаграммы и ономатопей, передающих звуки явлений природы, флоры и фауны, а также звукоподражаний, имитирующих звуки трудовых процессов и действий человека. Нами исследуются также артикуляционные особенности текста паремий, являющиеся фонетической подсказкой имени денотата.





Теоретическая значимость состоит в том, что данная работа открывает перспективы сравнительного и сопоставительного изучения якутских загадок с корпусом паремий других народов. Исследование вносит вклад в дальнейшую разработку таких понятий, как ключевой культурный код, картина мира, тезаурус, фонетическая структура текста, звуковой образ, анаграмма и т.д.

Практическая ценность диссертации заключается в том, что ее положения и выводы могут использоваться при подготовке публикации сборников загадок, а также при составлении учебно-методических пособий по фольклористике и культурологии для высших и средних специальных учебных заведений; в практике преподавания фольклора в ВУЗе и школе.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Тезаурус якутских загадок связан со структурой мифопоэтической картины мира, представленной в якутских фольклорных текстах, и отражает народную языковую таксономию предметов и явлений окружающего мира; в загадках особое внимание уделяется анатомо-физиологическим процессам (вынашивание плода, рождение, кормление).

2. Многочленные отгадки представляют целые фрагменты мифопоэтической картины мироздания (небо, солнце, луна, звезды), а также могут описывать типичные ситуации, связанные с трудом скотовода и охотничьим промыслом.

3. Ключевыми для якутских загадок культурными кодами являются антропоморфический, анатомический и зооморфный коды, выделенные на основе их высокой частотности, универсальности и сквозного характера.

4. Внутренняя форма ключевых культурных кодов загадок связана с образом мира якутов-скотоводов, которые видели мир сквозь призму анатомии; широкое употребление терминов родства, принадлежащих к древнейшему пласту лексики, свидетельствует о патриархальном укладе жизни якутской родовой общины.

5.  Тезаурус загадок как мир сакрально-значимых предметов отражает мифологемы неба, солнца, луны, коня, рождения и смерти; культурные коды содержат мифологемы мирового древа, мировой оси, коня, птицы, матери и т.д. Антропонимы персонажей якутской мифологии используются как подставные имена  денотатов загадок.

6. Имя отгадки шифруется посредством звуковых приемов аллитерации, анаграммы и ономатопей, передающих звуки явлений природы, флоры и фауны, действий человека, а также звукоподражаний, имитирующих бытовые звуки и звуки, возникающие в трудовых процессах; артикуляционные особенности текста загадок также служат подсказкой имени денотата.

Апробация результатов исследования. Сформулированные в исследовании концептуальные положения были изложены автором на 7 международных конференциях: «Эпическое наследие и духовная культура народов Евразии: истоки и современность» (Якутск, 2007), «Студент и научно-технический прогресс» (Новосибирск, 2009, 2011), «Современные проблемы гуманитарных и естественных наук» (Москва, 2010), «Наука и современность» (Новосибирск, 2010, 2011), «Ломоносов – 2011» (Москва, 2011); на 3 Всероссийских конференциях с международным участием: «Актуальные проблемы функционирования, преподавания и изучения русского языка и литературы в современных условиях» (Якутск, 2008), «Актуальные научные проблемы» (Екатеринбург, 2010), «Филология и образование: от Ломоносова до наших дней» (Якутск, 2011); на 5 республиканских конференциях и форумах: «Языковая ситуация и проблемы межкультурной коммуникации» (Якутск, 2007), научно-практический семинар молодых ученых «Коренные народы Якутии: историко-культурологические, социально-экономические, медико-генетические, этноэкологические проблемы» (Якутск, 2008), форум научной молодежи «Молодые педагоги – образованию Якутии», посвященный году академика В.П. Ларионова (Якутск, 2008), Афанасьевские педагогические чтения (Якутск, 2008), «Проблема духовно-нравственного воспитания на современном этапе» (Якутск, 2011). Художественная авторская обработка материала якутских загадок из сборника С.П. Ойунской была удостоена номинации победителя конкурса социокультурных проектов Республиканского молодежного образовательного форума «Якутия молодая – 2010» (Якутск, 2010) и Ярмарки идей работников образования – 2011 (Якутск, 2011).

Основные результаты диссертационной работы отражены в 20 публикациях общим объемом 13 п.л., из них 3 статьи напечатаны в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК РФ.

Материалы исследования используются в учебном процессе в Муниципальном бюджетном образовательном учреждении «Бердигестяхская улусная гимназия».

Диссертационная работа обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры общего языкознания и риторики Филологического факультета Северо-Восточного федерального университета имени М.К. Аммосова.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, ставятся цель и задачи, рассматривается теоретическая литература по проблемам изучения фольклорного текста, дается определение ключевых терминов, определяются методы и материал исследования, описывается структура работы. Введение содержит основные положения, выносимые на защиту, раскрывает научную новизну теоретическую значимость и практическую ценность диссертационного исследования.

В первой главе «Тезаурус и культурные коды якутских загадок» проводится анализ тематической, грамматической и семантической структуры слов-отгадок и выявляются ключевые образы загадываемых предметов, классифицированные в виде культурных кодов.

В первом разделе главы «Система тезауруса якутских загадок» вскрывается система тезауруса, основанная на языковой таксономии окружающего мира с учетом национальной традиции загадывания, выраженной в вопросе Туохха сыhыаннаах? ‘К чему относится загадка?’. В связи с этим тематическая классификация ответов выстраивается в ряд сакрально-значимых объектов: природа, небо, солнце, животные, растения, общинно-родовые отношения, домашний очаг. Важно отметить, что в якутской культуре абсолютно все наделялось духом иччи, поэтому среди денотатов отмечено много предметов быта, не применявшихся в ритуалах. Структура образа мира в загадках соотносится с традиционным описанием вселенной во вступлении эпоса олонхо и в народных «коренных» песнях, в которых картина мира развертывается в определенном порядке: от космических объектов и величественной природы до человека, его дома, подворья и домашнего скота.

В перечне отгадок тезауруса проявляется взгляд якута-скотовода на окружающую действительность: в загадках преобладают денотаты, обозначающие физиологическое строение организма. Отражением традиционной скотоводческой деятельности народа выступают отгадки об атрибутах конского убранства, о хозяйственных предметах, работе, связанной с заготовкой корма для скота и т.д.

Отгадки – это не только предметы, выраженные именами существительными, но и ситуации или процессы, описанные с помощью разнообразных синтаксических конструкций. С грамматической точки зрения, структура многочленных отгадок представляет собой простое перечисление имен существительных (от 2 до 13 слов) или типичные для тюркских языков изафетные конструкции, а также словосочетания, которые содержат в качестве опорного слова отглагольное имя существительное, обозначающее действие или процесс.

С семантической стороны, среди многочленных отгадок мы выделяем слова, связанные эквиполентными отношениями, которые представляют собой номинации различных видов одного родового понятия; лексемы-отгадки, обозначающие предметы, связанные по смежности; номинации парных и составных предметов и слова, которые описывают ситуацию. Иногда групповые денотаты содержат антонимичные пары слов. Закономерно, что семантическая и грамматическая структуры тезауруса загадок частично пересекаются: ситуативные отгадки даны как многочленные словосочетания, описывающие процесс, а слова-отгадки, связанные между собой эквиполентными отношениями, представляют собой перечисление однородных предметов.

Во втором разделе первой главы «Культурные коды. Ключевые образы денотатов якутских загадок» выявляются ключевые образы денотатов, проводится семиотический анализ заместительных номинаций, отражающих культурно-исторические сведения, традиции и особенности картины мира якутов.

Первый параграф второго раздела «Антропонимический код. Собственные имена в якутских загадках» посвящен одному из основных способов загадывания в паремиях многих народов – персонификации денотата и наречению его определенным именем. Антропонимический код является звукосемантическим кодом, с помощью имени в загадках создается особый художественный образ. Выявленные антропонимы подразделяются на три вида: якутские прозвища, сказочно-мифологические имена и антропонимы, заимствованные из русского языка.

Прозвища часто состоят в паре с именами существительными, обозначающими родственные отношения, социальное положение, военный титул, род занятий. В загадках есть прозвища, в основе которых лежат образные слова, которые указывают на ряд признаков (физические недостатки, походку, цвет кожи, фасон одежды человека и т.п.), например: Мохчохоон оонньор ‘старик Мохчоохоон-Сутулко’ (отгадка: собо ‘карась’), Клтэс боотур ‘богатырь-Пучеглаз’ (харах ‘глаза’), Быhа Быакатта ‘Обтянучка-перетянучка’ (кымырдаас ‘муравей’), Ырыа Ыгданай ‘Ыгданай-короткошея’ (сахсырга ‘муха’). Имена, указывающие на определенную манеру поведения: тктээччи Yтэкээн ‘Дразнящая Ютякан-Дразнилка’ (клк ‘тень’), Сибикинэ ‘Сибикинэ-Шептун’ (кутуйах ‘мышь’), Эргэл-дьэргэл ‘Эргэл-джэргэл Непоседа’ (дьэргэлгэн ‘марево’), Баллыгыраан оонньор ‘старик Баллыгыраан-Бормотун-говорун’. Некоторые антропонимы создают особое звуковое впечатление: Огдоруку-Чугдарыкы ‘Непоседа-Крикуша’ (отгадка: ой дуораана ‘эхо’), Дырылаан удаан ‘шаманка Дырылан-жужжалка’ (кумаар ‘комар’), Дороон тойон ‘господин Эхо’ (таас хайа ‘каменные горы’) и т.п.

Сказочно-мифологические имена отражают мифопоэтическое восприятие мира, например: С хаан ‘Сюнг хаан’ (божество грома, отгадка: сир ‘земля’), Кн Кбэй биэ ‘кобылица Кюн-Кюбэй’ (имя жены или матери героя эпоса олонхо, отгадка: рс ‘река’): скээбитин р йдбт, сыттым диэн сынньаммат, утуйдум диэн уута хаммат, С хаантан трттээх тн бараан ийэ хотун баар h. Не помнит своего сотворения, лежит – не отдыхает, спит – не высыпается, от Сюнг хана род ведущая темноликая госпожа-мать. Имена персонажей из Библии (Адам, Ной, Сатана) отражают распространение среди якутов православной веры.

По историческим сведениям, якутские имена-прозвища, выполняя функции оберега, продолжали употребляться наряду с полученными при крещении русскими именами, что нашло отражение в загадках: Сппэт Бтр ‘Неисчезающий Петр’ (отгадка: клк ‘тень’), Тоhоруйа Миитэрэй ‘Дмитрий-Стукало’ (отгадка: талах мас ‘посох’). Все личные имена, заимствованные из русского языка, в языке якутов подвергаются фонетической адаптации: Лэпсэй ‘Евсей’, Ородьумаан ‘Родион’, рнэ ‘Ирина’ и т.п. В некоторых текстах использование русских личных имен объясняется заимствованным характером загадки: Онтоон оонньор ааар атахтаах. Стоит Антошка на одной ножке (отгадка: гриб).

В якутских загадках при создании образов активно участвуют номинации представителей животного мира, их описанию посвящен второй параграф «Зооморфный код». В роли самых популярных подставных имен используются названия домашнего скота, затем по частотности следуют образы птиц; имена диких животных и рыб в качестве ключевых номинаций используются крайне редко; в текстах загадок не зафиксирован ни один образ насекомого. В загадках о животном мире номинации зверей составляют, образно выражаясь, зооморфный код «в квадрате»: Кур сылгы баhыттан тэбиэн кыыллар ктллр h. Говорят, из старого лошадиного черепа верблюжата вылетают. Отгадка: сымыыттан ктр оото тахсара ‘вылупление птенцов из гнезда’. Зооморфная метафора встречается также в паремиях о природных объектах и явлениях, людях, анатомическом строении организма: Куру тыа иhиттэн кугас тии кулугураан тахсыбыт h. Говорят, из сухостойного леса рыжая белка стремительно выскочила. Отгадка: кустук ‘радуга’; Нэлээчээн эмээхсин куобах суоранын сабыннаына, ол рднэн кус б сылдьар h. Говорят, как только старуха Широкодол заячьим одеялом укрывается, так по нему стая уток ходить начинает. Отгадка: муус устун дьон хаамара ‘люди, переходящие по льду’; Ккргэ кукаакылар сырсаллар h. Говорят, в яслях кукши бегают. Отгадка: кулгаах ‘уши’.

Традиционную скотоводческую культуру отражают лексемы, обозначающие различные гендерно-возрастные особенности конного и рогатого скота; они широко представлены в текстах загадок: биэ ‘кобыла’, убаhа ‘жеребенок с первой осени до года’, кытыт ‘конский молодняк до двух-трех лет’, тыhаас ‘годовалые двухтравные бычок или телка’, например: Ааhахтаах атыыр мэйиитэ ыччакалыы-ыччакалыы уот диэки киирэн барар h. Говорят, дымленая голова жеребца, говоря «холодно-холодно», к огню стремится. Отгадка: ойуун дрн уокка хатарыы ‘подсушивание шаманского бубна перед очагом’.

В текстах загадок проявился национальный культ лошади (мифологема коня). Образ коня в якутских паремиях можно обобщить одним словом – конь-космос. Конь-космос – это метафора небесных тел и космических явлений природы: рассвет и сумерки воплощены в образе коня наполовину белой, наполовину черной масти, землю покрывает темная ночь-лошадь, на небе появляется конь-созвездие. Кроме того, в виде традиционного конского атрибута – коновязи, стоящей посреди Вселенной, – показаны кн ‘солнце’, Хотугу сулус ‘Полярная звезда’, Yргэл ‘Плеяда звезд’. В паремиях широко представлены номинации мастей лошади, например, в тексте о смене сезонов масть соответствует определенному времени года: Маан биэ барбыт, сиэр биэ сиэлбит, хара хаалбыт. Белая кобыла ушла, серая рысью промчалась, вороная осталась. Отгадка: дьыл улурыйыыта ‘смена времен года’. Отметим, что практически наравне с образом коней в загадках встречаются номинации быков и коров. Закономерно, что образ рогатого скота является частотным в загадках о насекомых – то есть, в фольклорных текстах показана система национальных эталонов: представления о коне связаны с Верхним миром, а образ быка или коровы олицетворяет землю и ее недра.

Частотность использования определенного зооморфного образа зависит от этнокультурного стереотипа восприятия фауны представителями той или иной культуры. Так, например, домашний скот является главным кормильцем якутов и основой жизни в условиях сурового климата; образ птиц соотносится с тотемическим культом якутов; метафора волка, самая популярная номинация среди диких зверей, отражает древние поверья о шаманах.

Третий параграф «Предметный код» описывает номинации бытовой утвари, предметов гардероба и рукоделия. В якутских загадках самыми частотными метафорами являются посуда, сумка, шуба, пояс и пуговица, причем выбор образа обусловлен сходством по форме, например: Халлааа  хара хаппар ыйанан турар h. Говорят, в небе черный кошелек висит. Отгадка: ооуй оус ‘паук’; Таара уола кыhыл кмс курунан талбаатаатаына, сир дьигиhийэр. Когда божий сын золотой плетью машет, земля дрожит. Отгадка: эти уонна чаылан ‘гром и молния’; Клнэн устар кмс кытыйа баар h. Говорят, золотая чаша сама по себе плавает. Отгадка: кн ‘солнце’.

В фольклорных текстах предметный код отражает не только хозяйственный уклад жизни якутов, но и мифологические воззрения и национальные традиции. Небо загадывается через опрокинутые, покатые, выпуклые предметы: ведро, чашу, крышку от посуды, постоянным цветовым эпитетом выступает лексема кх ‘синий, темно-синий’. Примечательно, что в древнетюркских рунических памятниках имя *kk употребляется в значении ‘небо’. Солнце передается посредством символического образа целой посудины золотого цвета. Выбор метафоры «ковш» мотивирован ритуалом разбрызгивания из ковша кумыса на празднике солнца Ысыах (‘кропление, обрызгивание’) в благодарность верхним божествам Айыы. Луна (месяц) находит отражение в образе щербатой посуды (ковш, поварешка, чаша, ведро, чабычах). По мифологическим представлениям, светилом Нижнего мира является щербатая луна, а кривая поварешка – это атрибут абаасы.

Во второй главе «Загадки: ключевые признаки денотатов и фоносемантическая структура» выявляются ключевые признаки денотатов, выраженные анатомическим, числовым и цветовым кодами, анализируются фонетические приемы, шифрующие денотат или имя отгадки (аллитерация, анаграмма, артикуляционные особенности текста паремий).

В первом разделе второй главы описаны основные признаки загадываемых предметов, которые служат подсказками денотата. Они указывают на внешний облик, особенности анатомического строения предмета, дают ему цветовые и числовые характеристики.

Первый параграф первого раздела анализирует анатомический код, пронизывающий практически все разделы тезауруса загадок. Наиболее яркое выражение данный код находит при загадывании неодушевленных предметов и явлений. При этом отмечается отличительная черта загадок, несущая в себе элемент неожиданности – так называемый point, суть которого заключается в использовании соматических метафор в паремиях о космических явлениях и абстрактных предметах. Например: Yллэр быарынан баастаах баар h. Говорят, некто по самой середине рану имеет. Отгадка: халлаан уонна кн ‘небо и солнце’; Сппэт мэ баар h. Говорят, есть неисчезающая родинка. Отгадка: киhи аата ‘имя человека’.

Загадки о внутреннем строении тела животных и человека основаны на соматическом коде, например: Хара биэ харбаhынын соhоостоон сылдьар. Черная кобыла послед свой волочит. Отгадка: тии кутуруга ‘хвост белки’; Дьоhун киhи сототугар мэнээх. У степенного человека на ноге родинка. Отгадка: бр бтт‘волчьи лапы’.

Соматические метафоры встречаются в загадках о календаре, времени, жилище и хозяйственных предметах, орудиях труда и промысла, природных явлениях и растениях: Ойооhо ктллбт кр оус ‘рыжий бык с разобранным боком’. Отгадка: дьиэ уонна халан ‘изба и дверь’; Арыы иhигэр арбайбыт баттахтаах абааhы кыргыттара тураллар h. Говорят, на острове девицы-абаасы (существа нижнего мира) с растрепанными волосами стоят. Отгадка: дула ‘кочка’ и т.д.

Через физиологические процессы рождения, приема пищи, смерти изображаются в загадках природные и другие явления: лн баран трр баар h. Говорят, некто, погибнув, заново рождается. Отгадка: сиэмэ нэрэ ‘прорастание семян’; Аhыыр-аhыыр, топпот баар h. Ест-ест, а не наедается. Отгадка: оhох ‘печь’.

Второй параграф второй главы «Числовой код» описывает количественные параметры предметного мира и раскрывает сакральную роль числа в культуре народа саха. В якутских загадках наибольшее количество составляют числительные, указывающие на анатомию и физиологические особенности человека и животных. Приведем примеры денотатов и их образов: харах ‘глаза’ – икки бырааттыы ‘два брата’; хаас ‘брови’ – икки саарба ‘два соболя’; тиис зубы – отут икки куруппааскы ‘тридцать две куропатки’, отут дьирибинэй балык ‘тридцать сверкающих рыб’ и т.п.

Тексты с именами числительными, называющими количество составных частей денотата, имеют описательную функцию. Например, подсказкой к отгадкам «ножки стола», «юрта», «сбивалка для сливок» является номинация трт ‘четыре’; денотаты «перчатка», «ладонь», «пальцы» отгадываются посредством ключевого признака биэс ‘пять’ или уон ‘десять’ и т.д.

Некоторые числовые метафоры относятся к так называемым образным числительным со значением «много», «большой размер», «далеко», «долго», например: Тыhыынчаннан харахтаах Тырыкынай сарыысса баар h. Есть, говорят, тысячеглазая царица Тырыкынай-трепетунья. Отгадка: сахсырга ‘муха’; Yс киhи сс киhини тута сыталлар h. Говорят, трое людей лежат, сто человек удерживая. Отгадка: дьиэ hтэ ‘верхняя балка дома’ и т.д.

Имена числительные соотносятся с космологическими представлениями о мироздании. В эпических сказаниях якутов изображается священное древо Аал Луук мас, которое соответствует мифологеме Мирового древа в фольклоре народов мира. В паремиях образ древа символизирует время и его периоды: Аан дойдуга биир аал луук мас баар, кини уон икки лабаалаах, биирдии лабаата отуттуу туорахтаах h. Говорят, есть во всей вселенной одно дуб-дерево, у которого двенадцать ветвей да на каждой ветви по тридцать шишек-желудей. Отгадка: тгрк сыл ‘круглый год’.

В третьем параграфе «Цветовой код» анализируется национальное восприятие цвета, связанное с культурными традициями и особыми цветовыми эталонами. Например, небо загадывается через прилагательное кх ‘синий’, солнце имеет цветосветовую характеристику, связанную с понятием блеска, сияния, свечения, и эта идеализирующая эпитетация представляет солнце, как источник тепла и света; в текстах о луне встречается постоянный эпитет алтан ‘медный’; эпитетами земли выступают прилагательные кх ‘зеленый’, крэ ‘темно-бурый’, маан ‘белый’, т баран ‘темноликая’, описывающие цвет покрова земли в определенное время года.

Особая тайная речь связана с охотничьими обрядами и встречается в паремиях о птицах и диких животных, которые загадываются через определенную цветовую деталь (мех, оперение), например:  Хара тыаа Мэргэнэ хара баар h. Говорят, в темном лесу черный Мэргэнэ-удалец есть. Отгадка: тайах ‘лось’. Чтобы не спугнуть удачу, охотники нарекли лося эвфемизмом Хара. Кроме того, охота на лося у якутов называлась хара булт – буквально ‘черная охота’. Лексема Мэргэн означает в загадке рога лося в форме лука и говорит о том, что для охоты на громадного зверя нужен зоркий глаз, чтобы убить его одним выстрелом, не испортив шкуру. Словосочетание хара тыа ‘темный лес’ указывает на место обитания парнокопытного.

Цветовой код активно используется в загадках о частях тела, например, денотат «глаза» связан с постоянным сравнением сырдыктан сырдык ‘светлее светлого’, язык загадывается через эпитет кугас ‘рыжий’, зубы образно переданы как маан таастаах дьон ‘люди в белых одеждах’.

Самыми частотными именами цвета являются р ‘белый, светлый’, маан ‘белый’, хара ‘черный’, кыhыл кмс ‘золотой’. Разнообразие цветовых эпитетов встречается в загадках о солнце (р, маан, кыhыл кмс, кмс), земле (кх, крэ, маан, т баран) и луне (алтан, р кмс). Противопоставления по цвету как олицетворение дуальной картины мира якутов характерны для текстов о рассвете и сумерках, дне и ночи (эпитеты маан/хара ‘белый/черный’), о солнце и луне (кыhыл кмс/р кмс ‘золотой/серебряный’).

В качестве цветового эпитета в загадках часто встречаются номинации масти животных: Coho чуоур атыыр илин халлаантан араа халлааа соhуйан ыстанар h. Говорят, рыжевато-пятнистый жеребец с восточных небес на западные небеса с испугу прыгает. Отгадка: халлаан сырдыыра уонна хараарара ‘рассвет и сумерки’.

В якутских загадках цветовой код можно разделить на три вида: собственно цветовой код, например: р, маан, хара; цветовой код, обозначающий металл: кыhыл кмс, р кмс, алтан; номинации масти животных: ала, буур, сур, эриэн.

Во втором разделе второй главы «Фоносемантическая организация якутских загадок» описывается фонетическая структура текста паремий. В загадках частотны аллитерации и анаграммы, кодирующие имя денотата, звукообраз создают ономатопеи, артикуляционные подсказки способствует возникновению различных предметно-смысловых образов.

В первом параграфе второй главы «Звуковые повторы: аллитерация и анаграмма» рассматриваются самые распространенные фонетические приемы, воспроизводящие ключевые звуки имени денотата. Так, под термином аллитерации мы понимаем повтор одинаковых или однородных по способу и месту образования согласных, придающий тексту паремии особую фонетическую выразительность, например: Кыраhа курдук кылбааркаан, кынтааркаан-чонооркоон (кыраhыабай кыыс оо) баар h. Говорят, раскрасавица-девица, как пороша белоснежная да горделиво-кокетливая. Отгадка: кырынаас ‘горностай’; Бадарааа ытыыр да, бадараантан барбат баар h. Говорят, некто в болоте плачет, да от болота не отходит. Отгадка: былдьырыыт ‘кулик’; Сиэр сылгы сиhин тириитин уйбатах. Саврасая лошадь не выдержала тяжесть шкурок на своей спине. Отгадка: сиэгэн ‘росомаха’. В указанных паремиях аллитерационный повтор звуков воспроизводит фонетическую структуру имени отгадки.

Загадка рассматривается как двухсоставная структура. Поэтому вопрос и ответ связаны не только по смыслу, но и по форме. Ярким отражением формальной связи слова-отгадки и текста является прием анаграммы. В нашей работе анаграмма, заключенная в одном слове, носит название самостоятельной анаграммы, а анаграмматический повтор, распространенный по всему тексту именуется контекстуальной анаграммой. Примеры самостоятельной анаграммы имени денотата: Эргэл-дьэргэл эккирии турарын ким да кыайан (булан) тутан ылбат h. Говорят, того, кто крутится-искрится, того, кто скачет-прыгает, никто удержать-поймать не может. Отгадка: дьэргэлгэн ‘мираж, марево’. Слово эргэл-дьэргэл ‘крутящийся, искрящийся, мелькающий’, в котором закодирован денотат дьэргэлгэн, является ключевым, так как указывает и на семантическую сторону загадки: марево искрится, имеет свойство мелькать и рассеиваться в воздухе, поэтому в загадке оно представлено неуловимым. Икки клйэ икки ардыгар муур харыйа охто сытар h. Говорят, между двумя озёрами ель с обломанной вершиной лежит. Отгадка: харах, мурун ‘глаза, нос’. Если глаза, как парный орган, загаданы с помощью устойчивой метафоры «озёра» с подсказкой числительного два, то второй денотат отгадывается по принципу анаграммы муур – мурун. Можно указать и на семантическую подсказку денотата: по форме ель без верхушки напоминает нос человека.

Контекстуальный анаграмматический повтор содержится в паремии: Кн сирин кччтэр крдх кнд ырыалаах Крэли эрилик баар h. Говорят, Керели эрилик солнечную землю радостным пением оглашает. Отгадка: крэгэй ‘жаворонок’. В антропониме содержится звуковой образ «песни», исполняемой жаворонком. В загадке о мухе фонетическая структура текста частично воспроизводит имя отгадки сахсырга: Сытыйбыкка эрэ сыста, минньигэскэ эрэ бэрт, саахарга эрэ сала. К гнилью прилипчива, до сладостей и сахара охоча. Звуки имени денотата крэгэй ‘жаворонок’ наполняют текст созвучными сочетаниями слов:

Второй параграф «Звукоподражания явлениям природного и человеческого мира» раскрывает наиболее простое и очевидное проявление фонетического принципа в организации смысла загадки. В паремиях ономатопеи указывают на отгадку, так как воспроизводят ее звуковой облик. Звукоподражания явлениям природы часто состоят из повторяющихся слов, в которых скрывается звукоритм денотата, например: Лhргр т-т, лаhыргыыр та-та диир баар h. Говорят, «тун-тун» громыхает, «тан-тан» раскатывается. Отгадка: эти ‘гром’. Лhргр – значит ‘издающий громкий звук’. Лаhыргыыр ‘звуки от катящейся по каменистой горе каменной глыбы’. Та звукоподражательное слово, служащее основой глагола таынаа ‘шуметь, трещать’ (об огне), ‘урчать’ (о животе). Слова т-т, та-та являются звукообразами раскатов, это звук, соответствующий удару по медному котлу.

Звуковая метафора голоса куропатки содержится в загадке: Хаахырыйан-хаахырыйан хаар дьиэлээх баар h. Некто, скрипя-кряхтя, снежным домом обзавелся. О зимней спячке хозяина тайги – медведя повествует следующая загадка с звукоподражательным словом бурдьугунас ‘бурлит-кипит’ (медведь издает храп): Сир анныгар бурдьугунас баар h. Говорят, нечто под землей бурлит-кипит. Отгадка: арахтаах эhэ ‘медведь в берлоге’ и пр.

Лексемы, передающие звуки предметов труда и быта, действий, выполняемых человеком, позволяют установить ассоциативную связь с денотатом, к примеру: Сыр-сыр тыастаах сгэ балта баар h. Со звуком сыр-сыр топор-молот есть, говорят. Отгадка: хатат, чокуур ‘огниво, кремень’. На отгадку указывает слово сгэ, которое совпадает с именем бога грома, даровавшим огонь людям – Сгэ тойон. Звукоподражание сыр-сыр имеет много разных оттенков: оно соответствует и шипению сала на сковородке, и свистящему звуку, и стремительному движению чего-либо.

Есть загадки, при произнесении которых возникает яркое звуковое впечатление, наводящее на отгадку: Таалайдаах ыаайа иhигэр Татыйааналар татыгыраhаллар h. Говорят, Татьяны тараторят в расшитом ведре. Отгадка: ынах эмиийэ, синньэ ‘коровьи сосцы (вымя)’. Звуковая структура текста воспроизводит ритм работы и удар струй молока о стенки и дно ведра. Представляет интерес употребление женского имени во множественном числе Татыйааналар, исполняющего роль смысловой подсказки. Во-первых, доение было, согласно традиционному хозяйственному укладу жизни якутов, исключительно женским занятием; во-вторых, грамматическая форма множественного числа служит косвенным указанием на сосцы вымени коровы. Как показал анализ материала, фольклорные тексты органично и легко включают в себя и смысловые, и звуковые намеки на отгадку, так как наполнены характерными звуками загадываемых предметов и явлений.

В третьем параграфе второго раздела второй главы «Артикуляционные особенности загадок» описываются паремии, которые строятся на подсказке, заключающейся в использовании согласных фонем, исключительно единых по месту образования, по участию голоса, а также гласных фонем определенного подъема и ряда. Например: Кн трбт кмс чмчк хайата баар h. Говорят, есть золотая гора, где солнце родилось. Отгадка: дьахтар эмиийэ ‘материнская грудь’. Вокалическая ось, цементирующая текст загадки, представлена огубленными гласными переднего ряда [] и [], при произнесении которых губы находятся в положении, имитирующем движение губ младенца во время кормления грудью. Семантической метафорой паремии является сравнение формы горы с материнской грудью.

Оригинален текст с денотатом «губы (рот)», где выбор ключевых лексем в тексте продиктован артикуляцией (размыкание, смыкание губ), наводящей на отгадку: «Кэл-кэл» диэтэххэ кэлбэт (барар), «бар-бар» диэтэххэ кэлэр баар h. Скажешь: «Иди-иди» уходит; скажешь: «Уходи-уходи» появляется.

Артикуляционные особенности звуков служат подсказкой для облегчения процесса распознавания образов и их характеристик, то есть порождают ассоциацию, ведущую к денотату.

В Заключении подводятся общие итоги и формулируются основные выводы диссертационного исследования. При анализе тезауруса мы обращались к наивному языковому сознанию, характеризующему человека, не посвященного в научное знание. В связи с этим тематическая классификация ответов выстраивается в алфавит сакрально-значимых объектов, отражая мифологемы неба, солнца, луны, матери-земли, ребенка, коня, рождения, смерти.

Такие признаки культурного кода, как высокая частотность, универсальность и сквозной характер, позволили нам выявить ключевые для якутских загадок коды: антропоморфический, анатомический и зооморфный. Культурные коды содержат мифологемы мирового древа (загадки о времени), мировой оси (загадки о солнце и созвездиях), коня (паремии о небе, космических объектах и природе), птицы (загадки о календарных понятиях), матери (паремии о земле и природных явлениях).

Внутренняя форма культурных кодов связана с образом мира якутов-скотоводов, которые видели мир сквозь призму анатомии. Широкое употребление терминов родства отражает патриархальный уклад жизни якутской родовой общины; как известно, лексемы данной тематической группы принадлежат древнейшему пласту лексики.

Тексты паремий имеют особую фоносемантическую организацию. В звуковом сближении слов текста загадки максимально проявляется образное восприятие денотата. Имя отгадки шифруется посредством звуковых приемов аллитерации, анаграммы и ономатопей, передающих звуки явлений природы, флоры и фауны, предметов труда, действий человека; артикуляционные особенности текста паремий также служат явной подсказкой.

Список использованных источников составляет 178 наименований.

Приложение включает в себя таблицы, отражающие анализ структуры культурных кодов.

ОСНОВНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

Статьи в журналах, рекомендованных ВАК для публикации основных положений кандидатской диссертации

1. Филиппова, В.В. Фонетическая организация якутских загадок / В.В. Филиппова // Гуманитарные исследования в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке / ред. О.Г. Дилакторская. – Владивосток: изд-во Дальневосточного государственного технического университета. – 2011. – №2 (14). – С. 110 – 114. – 2 п.л. – ISSN 1997-2857.

2. Филиппова, В.В. Имена числительные как особый код в якутских загадках / В.В. Филиппова // Вестник Иркутского государственного лингвистического университета / ред. А.М. Каплуненко. – 2011. – №4 (16). – С. 76 – 83. – 2 п.л. – ISSN 1997-0730.

3. Филиппова, В.В. Образ коня в фольклоре и традиционной культуре якутов / В.В. Филиппова // Дискуссия / ред. О.В. Сухова. – Екатеринбург: изд-во Ажур. – 2012. – №2 (20). – С. 33 – 36. – 1 п.л. – ISSN 2077-7639.

Статьи в научных сборниках и журналах, отражающие основные результаты исследования

4. Филиппова, В.В. Фонетическая и семантическая структура фольклорного текста (на материале якутских паремий) / В.В. Филиппова // Эпическое наследие и духовная культура народов Евразии: истоки и современность: тезисы докладов I Международной научно-практической конференции / ред. В.И. Иванов. – Якутск: ИГИ АН РС (Я), 2007. – С. 125 – 127. – 0,25 п.л. – ISBN 5-8176-0070-6.

5. Филиппова, В.В. Прием анаграммы в якутских загадках / В.В. Филиппова // Вестник Якутского Государственного университета / ред. А.Н. Алексеев. – 2008. – №4. – Том 5. – С. 144 – 146. – 0,37 п.л. – ISSN 1817-7786.

6. Филиппова, В.В. Сопоставительный анализ тезауруса русских и якутских загадок / В.В. Филиппова // Современные проблемы гуманитарных и естественных наук: материалы II Международной научно-практической конференции. – Москва: Открытое право, 2010. – Том I. – С. 80 – 83. – 0,5 п.л. – ISBN 987-5-904563-02-8.

7. Филиппова, В.В. Образные представления якутов о звездах (на материале загадок) / В.В. Филиппова // Наука и современность – 2010: сборник материалов I Международной научно-практической конференции / ред. С.С. Чернов. – Новосибирск: изд-во СИБПРИНТ, 2010. – часть 2. – С. 246 – 249. – 0,5 п.л. – ISBN 978-5-94301-124-8.

8. Филиппова, В.В. Аллитерация как прием кодирования имени денотата в якутских загадках / В.В. Филиппова // Наука и современность – 2011: сборник материалов II Международной научно-практической конференции / ред. С.С. Чернов. – Новосибирск: изд-во НГТУ, 2011. – часть 3. – С. 251 – 254. – 0,5 п.л. – ISBN 978-5-7782-1607-5.

9. Филиппова, В.В. Ономастический код в якутских загадках / В.В. Филиппова // Актуальные научные проблемы: сборник научных трудов II Всероссийской заочной научно-практической конференции с международным участием / ред. Н.И. Бируля. – Екатеринбург: изд-во Ажур, 2010. – С. 107 – 109. – 0,17 а.л. – ISBN 978-5-91256-055-2.

10. Филиппова, В.В. Современные аспекты изучения фольклорного текста (на материале якутских загадок) / В.В. Филиппова // Народное образование Якутии/ ред. А.С. Владимиров. – Якутск: изд-во СМИК-Мастер. – 2011. - №3 (79). – С. 115 – 118. – 0,5 п.л. – ISSN 0869-429X.

11. Филиппова, В.В. Образ небесного пространства в якутских загадках / В.В. Филиппова // Вестник гуманитарного научного образования / ред. А. Владимиров. – Москва: изд-во ИНГН. – 2011. – №1 (3). – С. 61 – 63. – 0,62 п.л. – ISSN 2219-8636.

12. Филиппова, В.В. Ономатопея как звуковая подсказка в якутских загадках / В.В. Филиппова // Студент и научно-технический прогресс: материалы XLIX Международной научно-практической конференции: Языкознание / ред. Н.Б. Кошкарева, Н.А. Лукьянова, Н.Н. Широбокова и др. – Новосибирск: изд-во Новосибирского гос. ун-та, 2011. С. 138 – 139. – 0,25 п.л.

13. Филиппова, В.В. Якутские загадки: цветовой код / В.В. Филиппова // Филология: от Ломоносова до наших дней: сборник статей Всероссийской конференции с международным участием  / отв. ред. Л.Л. Габышева. – Якутск: изд-во Северо-Восточного федерального ун-та им. М.К. Аммосова, 2011. – 0,87 п.л. (в печати).

Подписано в печать 02.04.2012. Формат 60х84 1/16.

Бумага офсетная. Объем 1,2 печ. л. Тираж 100. Заказ № .

Отпечатано в типографии Изд-ва БНЦ СО РАН

670047 г. Улан-Удэ, ул. Сахъяновой, 6.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.