WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Ивлева Марина Анатольевна

Вторичное кодирование в древнеанглийском языке (на примере поэтических текстов VII – XII вв.) специальность

10.02.04 – германские языки

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук

Барнаул – 2012

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Новосибирский национальный исследовательский государственный университет» (Новосибирский государственный университет, НГУ)

Научный консультант: доктор филологических наук, профессор профессор кафедры английской филологии ФГБОУ ВПО «Новосибирский государственный университет» Проскурин Сергей Геннадьевич официальные оппоненты: доктор филологических наук, доцент профессор кафедры английской филологии ФГБОУ ВПО «Ивановский государственный университет» Гвоздецкая Наталья Юрьевна кандидат филологических наук, профессор профессор кафедры английской филологии ФГБОУ ВПО «Алтайский государственный университет Максимова Татьяна Дмитриевна

Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Иркутский государственный лингвистический университет»

Защита состоится ___ мая 2012 года в ____ час. на заседании диссертационного совета ДМ 212.011.02 в Алтайской государственной педагогической академии по адресу: 656031 г. Барнаул, ул. Крупской, 108, ауд.

103.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Алтайской государственной педагогической академии по адресу: г. Барнаул, ул.

Молодежная, 55.

Автореферат разослан ___ апреля 2012 года.

Ученый секретарь диссертационного совета Колесов И.Ю.

Реферируемое диссертационное исследование посвящено изучению вторичного кодирования в англосаксонской поэзии на примере поэтических произведений, датируемых VII - XII вв.

Кодирование, хранение, передача и декодирование информации вызывают значительный интерес отечественных и зарубежных ученых, что подтверждается более чем 500 диссертационными исследованиями, затрагивающими проблематику кодов в той или иной степени, причем более 130 работ выполнено в сфере гуманитарных дисциплин. Функционированию различных видов кодов посвящено значительное количество работ по лингвокультуроведению, лингвосемиотике, культурологии. Большое внимание различным видам кодов уделяется в таких науках, как философия, педагогика, социология, социолингвистика, этнолингвистика, концептология, теория межкультурной коммуникации, история и искусствоведение.

Интердисциплинарное изучение взаимодействия нескольких гетерогенных видов кодов представлено в исследованиях вербальных и мультимедийных поликодовых текстов.

Незатронутыми в этом огромном массиве исследований оказываются коды, направленные на сохранение и передачу нелинейной надтекстовой или сверхтекстовой информации ограниченному количеству реципиентов, то есть вторичные коды. Данные виды кодов были впервые описаны в монографии С.Г. Проскурина (Проскурин 2005) на примере индоевропейской культуры, однако их детальной проработки в рамках одной лингвокультурной традиции не было произведено. С диахронической точки зрения такое исследование требует тщательного анализа письменных памятников, сохранившихся в достаточном объеме. Одной из возможных для анализа лингвокультурных традиций является древнегерманская, в частности, англо-латинская, сложившаяся на территории современной Великобритании в VII – XII вв., письменные тексты которой уже изучались с различных точек зрения и отечественными, и зарубежными учеными. Российские исследователи традиционно разводят древнеанглийскую поэтическую и латинскую письменную традиции, хотя большая часть сохранившихся поэтических произведений базируется на письменных латинских источниках, что свидетельствует об их тесной связи. В современной лингвистике отсутствуют семиотические исследования рун в древнеанглийских манускриптах.

Практически неописанным оказался и числовой символизм в древнеанглийской поэзии. Необходимость изучения данных феноменов древнеанглийской лингвокультуры определяет актуальность данного диссертационного исследования.

Целью исследования является анализ компонентов вторичного кода и видов вторичного кодирования в англосаксонской поэзии. Для достижения поставленной цели необходимо решить ряд задач:

1) рассмотреть существующие классификации кодов и уточнить позиции вторичного кодирования с точки зрения современного состояния семиотики;

2) проанализировать виды вторичного кодирования, обнаруженные на материале индоевропейской культуры; уточнить и дополнить их с учетом анализа вторичных кодов, выявленных на материале англосаксонских поэтических текстов;

3) рассмотреть роль поэзии в сохранении и передаче дополнительной сверхтекстовой информации;

4) выявить и описать особенности англосаксонской поэзии и древнеанглийских манускриптов, содержащих поэтические произведения, которые оказывают влияние на функционирование вторичных кодов;

5) рассмотреть компоненты вторичного кода и особенности видов вторичного кодирования в корпусе древнеанглийской поэзии как одном из наиболее полно сохранившихся.

Объектом исследования послужила древнегерманская поэтическая традиция, представленная англосаксонскими поэтическими произведениями, содержащими вторичное кодирование.

Предметом исследования являются компоненты вторичного кода, специфические характеристики видов вторичного кодирования и функционирование вторичных кодов в рамках англо-латинской лингвокультурной традиции, сложившейся в VII - XII вв. на территории современной Великобритании и проявившиеся в древнеанглийской поэзии.

Теоретическая значимость данного исследования заключается в том, что оно дополняет универсальную семиотическую классификацию вторичных кодов, предложенную С.Г. Проскуриным, за счет детального описания видов вторичного кодирования, обнаруженных в англосаксонской поэзии.

Дополненная классификация видов вторичного кодирования с учетом выявленных компонентов вторичного кода позволяет использовать ее для анализа других текстов англо-латинской культуры, а также для анализа других древнегерманских лингвокультурных традиций, например, древнеисландской.

Практическая значимость исследования определяется возможностью использования его результатов для дополнения лекционных курсов по семиотике, истории английского языка и введению в германскую филологию, спецкурсов по истории древнегерманских языков и этимологии, а также при выполнении курсовых и выпускных квалификационных работ.

Научная новизна работы заключается в выявлении компонентов вторичного кода, уточнении и дополнении универсальной классификации вторичных кодов, предложенной С.Г. Проскуриным и анализе особенностей и функционирования видов вторичного кодирования в англосаксонских поэтических текстах. Дополненная классификация вторичных кодов была успешно применена в данном исследовании в ходе анализа текстов древнегерманской культуры, а именно англо-латинской лингвокультурной традиции, нашедшей отражение в древнеанглийских поэтических произведениях.

Материалом исследования послужили древнеанглийские поэтические тексты общим объемом около 12 000 строк, такие, как «Беовульф», загадки Эксетерского кодекса, «Елена», «Христос», «Юлиана», «Судьбы апостолов», «Феникс», «Послание мужа», «Руническая поэма», «Диалог Соломона и Сатурна» и некоторые элегии, в которых было обнаружено более 150 случаев использования вторичного кодирования.

Теоретической базой исследования послужили работы отечественных и зарубежных исследователей в области семиотики (Барт 2001, Данези 2010, Лотман 1996, Проскурин 2005, Соссюр 1977, Степанов 1971, Эко 1984, Якобсон 1987, Chandler 2002), древнегерманских языков и литературы (Аникин 1975, Аракин 2007, Гвоздецкая 1995, Долгова 2003, Ильиш 1968, Смирницкая 1982, 1994, 2005, Смирницкий 1998, Стеблин-Каменский 1978, Топорова 1996, Ярцева 1985, Baker 2003, Fulk, Cain 2003, Mitchell 1995, Niles 2006, Shippey 1972), рунологии (Макаев 2002, Derolez 1954, Elliott 1959, Page 1998, 2003).

Гипотеза исследования заключается в том, что универсальная классификация вторичных кодов применима по отношению к любой культуре, однако соотношение видов вторичного кодирования является культурно специфичным.

При написании работы применялись следующие методы и приемы анализа: семиотический при описании компонентов вторичного кода в индоевропейской культуре и в англо-латинской лингвокультурной традиции, описательный при выявлении специфических особенностей англосаксонской поэзии, оказывающих влияние на функционирование вторичных кодов, этимологический при описании этимологического вторичного кода, метод контекстуального анализа при выявлении вероятных интерпретаций различных видов вторичного кодирования и сравнительно-сопоставительный метод при анализе роли поэзии в индоевропейской культуре.

По результатам исследования были сформулированы следующие положения, выносимые на защиту:

1. В древнеанглийской поэзии в различной степени присутствуют все виды вторичного кодирования, выявленные на примере индоевропейской культуры.

2. Элементарный и алфавитный код в индоевропейской культуре выделяются на основании структурных особенностей вторичного кодирования, а именной и этнокультурный – на основании семантических.

3. Вследствие того, что основой англосаксонского тонического стиха является аллитерация, а запись поэтических текстов не отличалась от записи прозаических, элементарное вторичное кодирование имеет ограниченное распространение.

4. Алфавитное кодирование имеет значительное распространение в силу функционирования в англосаксонской лингвокультуре двух систем записи:

латинской и рунической. Поскольку руны имели конвенциональные имена, вследствие чего могли иметь и фонетическое, и семантическое наполнение, их применение в качестве компонентов алфавитного кода в англосаксонской лингвокультуре обусловливает взаимозаменяемость плана выражения и плана содержания данного кода.

5. Значительное распространение этимологического вторичного кода в англосаксонской поэзии объясняется особенностями древнегерманского стихосложения, базирующегося на начально-корневой аллитерации, которая обладает в древнегерманской лингвокультуре мотивирующей силой.

6. Числовой код в англосаксонской поэзии имеет двоеверный характер, проявляя черты древнегерманского языческого и христианского символизма.

Апробация работы: Основные положения и результаты диссертационного исследования обсуждались на научных и научнометодических семинарах кафедры иностранных языков гуманитарного факультета Новосибирского государственного технического университета;

ежегодных научных сессиях НГТУ в 2007-2012 гг.; на VIII межвузовской научно-практической конференции «Современные проблемы гуманитарных и экономических наук» в Сибирском независимом университете (2009 г.); на 1-й городской научно-практической конференции «Межкультурная коммуникация:

лингвистические и лингводидактические аспекты» в Новосибирском государственном техническом университете (2010 г.); на XXI международной научной конференции «Язык и культура» в Томском государственном университете (2010 г.), на II международной научно-практической конференции «Межкультурная коммуникация: лингвистические и лингводидактические аспекты» в Новосибирском государственном техническом университете (2011 г.) и отражены в 12 публикациях, в том числе 3 статьи в рецензируемых научных изданиях, рекомендованных ВАК, общим объемом 5 печатных листов.

Общий объем диссертации составил 199 страниц. Структура диссертации определяется поставленными целями и задачами. Исследование состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка (1работ, из них 91 на русском, 95 на английском и немецком языках), списка анализируемых источников и их переводов, списка публикаций всемирной сети интернет и приложения.

Во введении обосновывается актуальность темы, отмечается ее научная новизна, формулируются цель и задачи исследования, характеризуется теоретическая и практическая значимость полученных результатов, а также описывается методологическая база диссертации и излагаются положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Теоретические предпосылки изучения вторичного кодирования в древнеанглийской поэзии» анализируются существующие подходы к кодам и их классификации, рассматривается универсальная классификация вторичных кодов, изучаются роли поэзии в индоевропейской культуре и описываются особенности англосаксонской поэзии VII – XII вв.

Вторая глава «Анализ вторичных кодов в древнеанглийской поэзии» посвящена анализу видов вторичного кодирования в англосаксонской поэзии, а именно выявлению соотношения компонентов вторичного кода в каждом из видов и особенностей функционирования видов вторичного кодирования в рассматриваемый период.

В заключении излагаются основные выводы по результатам проведенного исследования, намечаются возможные перспективы их применения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ В данном диссертационном исследовании рассматриваются основные подходы к вопросам кодов и кодирования, имеющиеся в современной семиотике, а также основные способы классификации кодов. Анализируется предлагаемое С.Г. Проскуриным деление кодов на первичные и вторичные, обосновывается вероятность обнаружения вторичных кодов в поэтических текстах. Дается характеристика англосаксонской поэзии с метрической, лексической и стилистической точек зрения. Проводится анализ существующих методик периодизации древнеанглийских поэтических произведений.

Рассматриваются основные манускрипты, содержащие англосаксонскую поэзию. Изучается самобытная древнегерманская система рунической письменности – футарк, а также его эволюция в англосаксонской культуре.

Понятие «код», являющееся одним из ключевых терминов семиотики в самом общем смысле подразумевает наличие системы знаков и правил их интерпретации для передачи и хранения определенной информации. Код играет важную роль в модели речевого общения, предложенной представителем Пражского лингвистического кружка, выдающимся лингвистом Р.Якобсоном:

по его мнению, цель коммуникации может быть достигнута при наличии общего или частично совпадающего кода у участников коммуникации.

Некоторые характеристики кодов могут быть врожденными и зависят от физиологических особенностей восприятия действительности, другие – приобретаются человеком в течение жизни и носят культурно специфичный характер. Так же, как и знаки, коды могут быть природными и условными.

Основными характеристиками условных кодов канадский семиолог М. Данези назвал репрезентативность, интерпретируемость и контекстуализацию, подразумевая под этим, что в определенном контексте набор знаков должен быть интерпретирован таким образом, чтобы репрезентировать собой некий смысл.

Классификация условных кодов представляет серьезную научную проблему, поскольку в разнообразии описанных исследователями кодов невозможно выделить единое основание для классификации. Попытка свести воедино все возможные виды кодов представлена в иерархической модели Д. Чендлера, выделяющего 3 основных вида кодов (социальные, текстовые и интерпретационные) и некоторое количество субкодов, которые, в свою очередь, могут распадаться на более мелкие классы и подклассы кодов.

На основании анализа функционирования различных кодов в индоевропейской культуре С.Г. Проскурин выделяет первичные и вторичные коды. Под первичным кодом исследователь понимает любое высказывание или текст, воспринимаемое реципиентом буквально, и не требующее дополнительных усилий при декодировании. Вторичное кодирование представляет собой интенциональное привнесение в текст дополнительной сверхтекстовой или надтекстовой информации, выявляемой либо при наличии специальных знаний, либо при помощи глубинного анализа. Оно предполагает операции со знаками первичного кода (языка), такие, как изменение соотношения между планом выражения и планом содержания знаков или изменение характера правил интерпретации с линейного на нелинейный, с текстового на сверхтекстовый.

Примером вторичного кодирования могут служить шифры, в которых изменяются правила интерпретации (в шифрах перестановки) или соотношение между планом выражения и планом содержания (в шифрах замены с использованием ключа). Однако вторичное кодирование не ограничивается шифрами, поскольку дополнительная информация может извлекаться не только из зашифрованных текстов.

Вторичные коды невозможно классифицировать на каком-либо одном основании, они слишком сложны и многогранны для этого. Исследуя семиотику индоевропейской культуры, С.Г. Проскурин выделил и описал следующие виды вторичных кодов, которые могут также именоваться социокультурными, в силу того что лингвистических факторов не всегда достаточно для их адекватного декодирования: элементарные коды, к которым относятся анаграммы, палиндромы, акростихи и шифры; алфавитные коды; именные коды; этнокультурные коды; этимологические коды (Проскурин 2005: 222).

Выдающийся российский исследователь В.Н. Топоров описал также использование числового кода в архаичных культурах (Топоров 2005: 226-361).

Поскольку числовой код выражает дополнительную нелинейную информацию символического характера, следует дополнить предложенную С.Г. Проскуриным классификацию вторичных кодов числовым.

Элементарные или буквенные коды характеризуются прямой корреляцией между планом выражения и планом содержания. Разновидности элементарных кодов отличаются характером правил интерпретации знаков кода. Анаграмма как «способ формально-семантической организации текста, при котором повторы звуков и слогов (букв и их комбинаций) воспроизводят центральное в смысловом отношении слово данного текста» (Лукин 1999), имеет сверхтекстовый характер правил интерпретации. Кодируемое при помощи анаграммы слово необходимо увидеть в разобранном виде в тексте целиком либо в значительном его отрезке. При этом буква или символ равнозначны таковому в кодируемом слове.

Палиндром, т.е. как «слово, фраза или стих, имеющие одинаковый смысл при чтении слева направо и справа налево» (Ахманова 1969: 309), является одним из строго регламентированных видов вторичного кодирования. В данном случае интерпретация носит не сверхтекстовый, а линейный разнонаправленный характер. При помощи акростиха, требующего сверхтекстового вертикального чтения первых букв стихов, чаще всего кодируется имя автора или адресата стихотворного произведения. Шифры замены и перестановки, известные с древних времен, имеют прямую корреляцию между планом выражения и планом содержания, отличаясь лишь характером правил интерпретации.

Алфавитные коды отличаются от буквенных тем, что план содержания в данном случае имеет два уровня – фонетический и семантический. Такой вид кодирования наиболее полно проявляет себя в культурах, в которых буквы (или другие символы) имеют «имена», как, например, в кириллице или готском алфавите.

Алфавитный и элементарный коды выделяются на основании их структурных особенностей и соотношения компонентов кода, в то время как именной и этнокультурный коды выделяются на основании семантического наполнения кода. Так, имя бога или героя может кодироваться при помощи анаграммы, акростиха, шифра или алфавитного кода. Этнокультурная информация также извлекается из указанных структурных видов вторичных кодов.

Этимологический код позволяет привлечь информацию этимологического характера для более полного понимания текста и объяснения культурно специфичных феноменов. В данном случае план содержания кода обогащается за счет восстанавливаемых связей между этимологически родственными словами.

Числовой код, который можно также назвать числовым символизмом, в плане содержания также имеет два уровня – буквальный и символический.

Однако символический потенциал чисел неоднороден и по-разному используется в различных культурах. К наиболее сакрализованным числам относятся, как правило, числа первого десятка.

Одними из наиболее значимых, эстетически маркированных способов функционирования языка, являются поэтические тексты, возникшие из ритуала и имеющие особый статус. Такие сакральные тексты специально создавались как средство общения с богами и отличались отсутствием случайных незначимых элементов. Анализ способов именования поэтов в индоевропейской культуре выявил две основные функции: восхваление богов и людей и прорицание (Гамкрелидзе, Иванов 1984). Обе указанные функции требовали «возвышенного» языка, полного иносказаний, использующего специальную лексику, изощренный синтаксис и другие способы проведения границ между повседневным и сакральным языком. Указанные характеристики индоевропейской поэзии позволяют постулировать наличие в ней вторичного кодирования.

Англосаксонская поэзия, являющаяся одной из достаточно полно сохранившихся древнегерманских поэтических традиций, существовала какоето время в устной форме до момента письменной фиксации, имевшей место в основном в конце Х в., поэтому точная датировка большей части англосаксонского поэтического корпуса является проблематичной. Доступные современным исследователям лингвистические и экстралингвистические методики датировки англосаксонской поэзии не позволяют однозначно установить время и место создания эпической поэмы «Беовульф», которая могла бы служить отправной точкой для датировки других произведений (см.

Bjork, Obermeier 1998; Frank 2007). Вследствие этого при описании лингвокультуры на англосаксонском языке исследователи чаще всего прибегают к жанровой классификации текстов (Долгова 2003, Ярцева 1985, Fulk, Cain 2003).

Англосаксонская поэзия сохранила такие черты древнегерманской поэтической традиции, как аллитерация, формульность, особый поэтический вокабуляр, основанный на использовании поэтизмов и кеннингов, и вариация.

Однако даже такие фундаментальные особенности аллитерационной поэзии приобретали с течением времени специфические англосаксонские черты. К исключительно англосаксонским нововведениям можно отнести так называемый «набегающий стиль» «run-on style», когда предложение начинается и заканчивается в середине строки, что служит средством обеспечения связности произведения. Данная поэтическая техника объясняет астрофичность англосаксонской поэзии.

Древнеанглийские манускрипты, в которых записаны поэтические произведения, используют в основном латинский алфавит. Однако в некоторых случаях используется самобытная германская система письменности – руны, представляющие собой комбинации вертикальных и наклонных элементов.

Древнегерманский рунический ряд, названный футарком (fuark) по первым шести символам, предположительно возник в I-II вв. н.э. и имел наддиалектный характер. В нем содержалось 24 символа, которые иногда делились на 3 семьи по 8 рун. Руны имели полнозначные имена, которые восстанавливаются с опорой на имена рун Младшего футарка, развившегося позднее в скандинавском ареале, и на имена букв готского алфавита. После переселения англосаксов на Британские острова рунический ряд, используемый ими, претерпел некоторые изменения, которые отразились в изменении фонетического значения некоторых рун и добавления новых символов для отображения большего количества фонем. Англосаксонский футорк (fuorc), в названии которого заметны указанные изменения, содержал от 28 до символов. Некоторые руны использовались древнеанглийскими писцами для передачи звуков, отсутствующих в латинском языке – билабиального [w] (руна w «wynn») и интердентальных [ и ] (руна T «thorn»).

Примечательным является тот факт, что перечни рунических символов встречаются в древнеанглийских и континентальных манускриптах в окружении экзотических и вымышленных алфавитов, а также информации криптографического характера (см. Derolez 1954, Page 1998). Это позволяет предположить, что руны имели криптографический потенциал. Рунические подписи поэта Кюневульфа, а также руны в текстах загадок Эксетерского кодекса (одном из четырех основных манускриптов, сохранивших англосаксонскую поэзию) и в элегии «Послание мужа» являются примерами использования рун в качестве дополнительной сверхтекстовой информации, т.е.

вторичного кода. Еще одной функцией рун в манускриптах было их использование в качестве помет для нумерации страниц. В Эксетерском кодексе руны спорадически используются на полях для кодирования возможных ответов к загадкам. Совокупность изложенных фактов свидетельствует о том, что в манускриптах руны не использовались в качестве первичного кода, в отличие от эпиграфических надписей. Использование рун в качестве именно вторичного кода служит подтверждением гипотезы Р.Пейджа, о том, что англосаксонские манускриптные и эпиграфические руны являлись альтернативными системами записи.

Далее проводится детальное исследование компонентов, особенностей и функционирования видов вторичного кодирования в поэтических произведениях VII - XII вв.

Элементарное кодирование, к которому относятся анаграмма, палиндром, акростих и шифры, в англосаксонской поэзии имеет ограниченное распространение. Анаграмма тайного имени бога Иегова или Яхве, по своему звуковому облику сближающегося с англосаксонским местоимением gehws (gihuaes) – «каждый», была обнаружена С.Г. Проскуриным в одном из наиболее известных древнеанглийских поэтических произведений – «Гимне Кэдмона» (Проскурин 2006). Анаграммирование также присутствует в древнеанглийских заговорах, выступая как одно из многих фонетических средств, таких, как аллитерация, рифма, сложные звуковые повторы, использующихся в перформативных текстах. Поэтому ее роль с точки зрения кодирования дополнительной информации несколько ослаблена.

Причиной ограниченного распространения анаграммы, на наш взгляд, являются специфические особенности метрической организации древнегерманской поэзии. Так, в древнеиндийской, древнегреческой и латинской поэзии анаграмма служила дополнительным способом связывания текста воедино. Древнегерманское стихосложение, основанное на аллитерации, не нуждается в анаграмме как дополнительном средстве связи, поскольку аллитерация, или корневая рифма, обеспечивает повтор основных значимых комбинаций звуков в ударных позициях.

Собственно палиндром в современном понимании этого термина, как текст, читающийся одинаково (или почти одинаково) слева направо и справа налево, на древнеанглийском языке не обнаружен, хотя латинская палиндромная формула «SATOR AREPO TENET OPERA ROTAS» сохранилась на полях в манускрипте СССС 41, в непосредственной близости от текста «Диалога Соломона и Сатурна» (O’Keffee 1990). Однако чтение слова в обратном направлении как элемент загадки встречается в нескольких загадках Эксетерского кодекса. В первой же строке загадки № 23 дается указание прочитать слово справа налево для получения разгадки: «Agof is min noma eft onhwyrfed» – («Кул» мое имя, после того как его переставишь). Разгадкой данной загадки является «Boga» – «Лук» (оружие). Некоторое фонетическое несоответствие не затрудняет процесса декодирования. В загадках № 19 и № 75/76, осложненных наличием рунических синтагм, также требуется обратное прочтение указанных групп рун для получения разгадки.

Акростихи имели значительное распространение в латинской лингвокультурной и религиозной традиции, представленной трудами Альдхельма (640-709 гг.), Татуина (ок. 670 – 734), Бонифация (ок. 680 – 755), Дунстана (909 – 988), аббата де Флёри (ок. 945 – 1004). Как и в случае с анаграммой, распространение акростихов на древнеанглийском языке было ограничено аллитерационным стихосложением. Кроме того, важно отметить, что древнеанглийская поэзия в манускриптах не отличается способом записи от прозы, а современное разбиение на строки является результатом работы филологов. Таким образом, несмотря на обилие латинских акростихов в Англии, этот способ вторичного кодирования не развился в древнеанглийской поэзии. Хотя Кюневульф использовал принцип акростиха при составлении своего имени при помощи маркированных символов в тексте, в его произведениях руны, составляющие имя, не имеют четкой позиции, начальной, медиальной или конечной.

При анализе англосаксонской поэзии нами было обнаружено лишь два случая использования шифра замены. В загадке № 36, где в строке 5, носящей вставной характер, отмечено использование достаточно распространенного шифра, требующего замены гласных букв на следующие за ними по алфавиту.

Однако, несмотря на успешное декодирование собственно шифра, загадка № не имеет однозначного решения. Вторым случаем использования шифра замены является эпиграфическая поэтическая надпись на передней панели ларца Фрэнкса, выполненная рунами, в которой руны, выражающие гласные звуки, заменены на дополнительные символы, не отмеченные в других эпиграфических или манускриптных надписях. Хотя при помощи сравнительного анализа значение дополнительных символов было установлено с высокой степенью достоверности, декодирование всей надписи не является однозначным, поскольку неразрешенными остаются вопросы о разбиении надписи на слова и отнесенности ее к языческой или христианской традиции.

Цель использования данного шифра до сих пор не была выявлена.

Распространенность алфавитного кода в древнеанглийском языке объясняется использованием рун, имеющих полнозначные имена. Имена рун часто совпадали с общеупотребительными словами, такими, как d «Dg» – «день», m «Mann» – «человек», E «Eel» – «родина», w «Wynn» – «радость».

Зафиксировано также применение указанных рун в качестве скорописи в некоторых поэтических произведениях для кодирования слов или их частей. В загадке № 24 алфавитный код используется для получения разгадки. Руны в тексте загадки должны читаться как слова, в соответствии с их именами, зафиксированными в «Рунической поэме», и с ритмическими требованиями стихотворного произведения. На сверхтекстовом уровне руны складываются в имя загаданного объекта HIGOR – «сойка».

G (дар) меня называют g mec nemna, Также как и (ясень) swylce Aond r o fulleste, и R (дорога) О (рот) помогает, d ond i. Nu ic haten eom Н (град) и I (лед). Итак, я называюсь, Как эти шесть букв ясно обозначают.

swa a siex stafas sweotule becna.

(Перевод наш) Rid. 24, 7-В анализируемом примере плану выражения (руне) соответствует план содержания, имеющий два уровня – фонетический (для получения отгадки) и семантический (имена рун).

В загадке № 42, напротив, слова, соответствующие именам рун, являются планом выражения алфавитного кода, а планом содержания выступает фонетическое значение рун. Затем руны собираются в разгадку HANA и HN – “петух» и «курица» Ic on flette mg Я на полу могу рунами мужам urh runstafas rincum secgan, сказать, которые книги знают, обоих am e bec witan, bega tsomne вместе имена этих существ.

naman ara wihta. r sceal Nyd wesan Nyd (нужда) должна быть twega oer ond se torhta sc Дважды там и прекрасная sc an an linan, Acas twegen, (ясень) одна в линии, Ас (дуб) Hgelas swa some. дважды Rid. 42, 5-11 И Hgel (град) тоже. (Перевод наш) Таким образом, особенностью алфавитного кода в древнеанглийской поэзии является взаимозаменяемость плана выражения и плана содержания знаков.

Именной код в англосаксонской поэзии кодирует имя поэта Кюневульфа в заключительных автобиографических частях четырех поэм: «Христос II» или «Вознесение», «Елена», «Судьбы апостолов» и «Юлиана» при помощи рун.

Возникновение такого уникального способа кодирования берет свои истоки в латинской лингвокультурной традиции, использующей акростихи для указания имени автора. Не последнюю роль сыграли также трактаты, описывающие различные способы кодирования, где среди прочей информации криптографического характера часто встречались перечни рун. Автором одного и подобных трудов был Беда Достопочтенный. Кюневульф эксплицитно вводит цель сохранения своего имени в период, когда большая часть поэзии была анонимной:

Bidde ic monna gehwone Я прошу всякого человека и все gumena cynnes, e is gied wrce, человечество, того, кто прочитает эту t he mec neodful bi noman minum песню, чтобы он, усердный и gemyne modig, ond meotud bidde заботливый, помнил мое имя и t me heofona helm helpe просил Господа даровать мне помощь gefremme, небесной защиты, (Jul. 718-722) (Перевод наш) Подписи в поэмах Кюневульфа основаны на использовании алфавитного кода, когда руны читались как слова в тексте и собирались в имя автора на основании фонетического значения рун на сверхтекстовом уровне. На фонетическом уровне код является успешно декодированным, однако конвенциональные имена некоторых рун не сочетаются с общим содержанием текста. В настоящее время существует три подхода к толкованию рунических подписей:

1. Согласно гипотезе Р. Эллиотта руны читаются в соответствии с их именами, сохранившимися в «Рунической поэме». Те руны, имена которых не соответствуют контексту, толкуются метафорически, например, руна u «ur» («зубр») имеет метафорическое значение «сила, мужественность», так как, по свидетельству Цезаря, охота на зубра была своего рода обрядом инициации у германцев.

2. Предложенное М. Траутманном в конце XIX в. контекстуальное прочтение рун в последнее время активно поддерживается американским ученым Дж.Д. Найлзом. Согласно данной гипотезе имена рун могли варьироваться, а их фонетическое значение оставалось неизменным, поэтому руны обозначали наиболее подходящее по контексту слова, начинающиеся с обозначаемых рунами звуков.

3. Р. Пейдж, подвергнув критике предложения Р. Эллиотта и М. Траутманна, оставил проблемные руны без интерпретации, признав тем самым невозможность адекватного прочтения рун ввиду отсутствия верифицируемых доказательств указанных гипотез.

Таким образом, несмотря на эксплицитный характер фонетического уровня именного кода в произведениях Кюневульфа, он является лишь частично декодированным, поскольку семантический уровень остается без однозначного толкования.

Этнокультурный код в англосаксонской поэзии имеет двоеверный характер, отражая один из этапов перехода от язычества к христианству.

Манускриптные и эпиграфические руны в исследуемый период фактически утратили связь с древнегерманским язычеством, о чем не в последнюю очередь свидетельствует их применение на таких культовых христианских объектах, как ларец Фрэнкса или Рутвельский крест. Использование рун в поэтическом «Диалоге Соломона и Сатурна I», описывающем свойства молитвы Pater Noster и отдельных букв, составляющих молитву, укрепляет позиции христианства за счет плодотворного взаимодействия с языческим символизмом.

В одном из двух манускриптов, содержащих данный текст (СССС № 442), персонифицированные буквы молитвы даны в двойном написании при помощи рун и латинских букв. План выражения данного кода имеет таким образом две единицы – руну и букву. Руны носят комплиментарный характер, о чем свидетельствуют эпитеты некоторых букв. В то же время графический образ рун более соответствует их разрушительному воздействию на дьявола:

prologa prima которому Р имя prologa prima, am is p P nama.

имеет воин палку длинную Hafa gumcga gierde lange, золотой наконечник и всегда этого gyldene gade, and a one grymman жестокого врага feond храбрый сметает, и его по следам swimod sweopa, and him on преследует swae fylge А ошеломляющей силой и его aA ofermgene and hine eac также истребляет.

ofslih.

Т его ранит и его по языку ударяет tT hine teswa and hine on a вырывает ему врата речи и ему щеки разбивает tungan stica, Е ему причиняет боль, так как он wrste him t woddor and him a wongan briece. всегда будет всякому врагу каждому твердо e E hiene yfla, swa he a wile противостоять ealra feonda gehwane fste затем к его неудовольствию R gestondan.

гневно ищет, onne hiene on unanc r R букв принц, таскает вскоре ieorrenga gesece, врага за волосы, дает камням bocstafa brego, bregde sona разбить feond be am feaxe, lte flint brecan злобному духу голени;

scines sconcan;

(Перевод наш) (Sol&Sat. 95-107) К особенностям этнокультурного кода в англосаксонской поэзии можно отнести наличие двух единиц в плане выражения знаков кода. План содержания обогащен графическим и фонетическим символизмом плана выражения.

Характер правил интерпретации данного кода является сверхтекстовым.

Аллитерация, обладающая по мнению О.А.Смирницкой, мотивирующей силой, семантически сближающей близкие по звучанию слова, способствовала значительному распространению этимологического кодирования в англосаксонской поэзии. Для древних германцев наличие аллитерации, например, в именах собственных свидетельствовало о тесной связи между ними – примерами служат генеалогические перечни вождей или перечни народов и вождей, правящих ими в «Видсиде».

Авторы древнеанглийской поэзии при помощи парономазии (фигура речи, обыгрывающая созвучные, но зачастую этимологически не связанные слова) смогли показать взаимосвязь таких ключевых понятий христианства, как Бог («weard»), его слово («word»), при помощи которого был сотворен мир («woruld»), и судьба («wyrd»), уготованная человеку. Соотнесение бога и слова в Евангелии от Иоанна 1.1. «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» в древнеанглийском языке закреплялось дополнительно на уровне созвучий. В отличие от латинского языка, где «Deus» и «Logos» не являются паронимами, в древнеанглийском «Weard» и «Word» воспринимались как родственные. Примеров соотнесения указанных паронимов в христианской поэзии достаточно много, что исключает фактор случайности.

Переложение библии на древнеанглийский язык сопровождалось попытками реэтимологизации древнееврейских и латинских собственных имен, причем зачастую реэтимологизация на древнеанглийском языке была даже более убедительной, чем объяснения имен на латинском языке – так, Сара была «sar» – печальной, фараон – «fah» – виновным, Ева – «yfele» – злой, губительной, а Нерон являлся причиной «nearu» – мучений (Frank 1972: 216).

Отнесение каламбура к классу этимологического вторичного кодирования определяется тем, что омонимы, в силу фонетической схожести, демонстрировали внутреннюю связь между разными понятиями. То есть, с точки зрения средневекового человека "народная этимология" в современном понимании этого термина являлась истинной. Многочисленные каламбуры зафиксированы в загадках Эксетерского кодекса, в «Рунической поэме» и в религиозной поэзии.

При этимологическом кодировании план содержания обогащается за счет ассоциативного ряда созвучных слов, порождающих новые контекстуальные смыслы. Интерпретация такого кода требовала сверхтекстового или даже интертекстуального подхода.

Специального исследования числового символизма в древнеанглийской поэзии до сих пор не было проведено, хотя некоторые аспекты, несомненно, затрагивались при изучении отдельных произведений (см., например, Puhvel 1979; Orchard 2003). Одной из возможных причин подобного невнимания к символьности чисел в древнеанглийской поэзии является их относительная ординарность. Особенно справедливо это в отношении христианской поэзии, где символьность чисел не отличается от общеевропейской христианской традиции.

Из чисел первого десятка значительным символьным потенциалом обладают числа 2, 3, 4 и 9. Если применительно к первым трем наблюдается присутствие элементарного числового символизма (термин В.Хоппера), то число 9 проявляет влияние германского языческого символизма. Христианская символика отразилась не только в числах первого десятка, но и в числах 12 и 30, распространенных в частности в эпической поэме «Беовульф», объединяющей как общегерманский языческий, так и христианский символизм.

Двоеверный характер англосаксонской поэзии предсказуемо порождает взаимопроникновение языческого и христианского начал во вторичном числовом коде.

Результаты анализа видов вторичного кодирования отражены в следующей таблице:

Таблица Результаты анализа вторичных кодов в англосаксонской поэзии План План Характер правил Присутствие в выражения содержания интерпретации древнеанглийс кой поэзии Анаграмма звукосимволика звукосемантика сверхтекстовый «Гимн нелинейный Кэдмона», заговоры Палиндром звукосимволика звукосемантика линейный Чтение в разнонаправленн обратном ый направлении в загадках Акростих звукосимволика звукосемантика сверхтекстовый нет вертикальный Шифры звукосимволика звукосемантика линейный при Загадка № 36, наличии ключа надпись на правой панели ларца Фрэнкса Алфавитный звукосимволика звукосемантика сверхтекстовый Загадки код и лексема и семантема нелинейный Именной код звукосимволика звукосемантика сверхтекстовый Рунические и лексема и семантема нелинейный подписи Кюневульфа Этнокультур- комбинаторная звукосемантика сверхтекстовый «Диалог ный код звукосимволика и графическо- нелинейный Соломона и (буква и руна) фонетический Сатурна I» символизм Этимологичес- лексема семантема + сверхтекстовый «Руническая кий код ассоциативный нелинейный поэма», ряд близких по библейские звучанию слов поэмы Числовой код лексема 2 семантемы: сверхтекстовый «Беовульф», буквальная и нелинейный «Диалог символическая Соломона и Сатурна I», загадки и др.

Подводя итоги, следует отметить, что в настоящей работе был предпринят анализ видов вторичного кодирования в англосаксонской поэзии на основании выделения таких компонентов вторичного кода, как план выражения Элементарный код и план содержания знаков и их соотношение, а также характера правил интерпретации кода.

Одним из важных результатов исследования, в котором универсальная классификация вторичных кодов С.Г.Проскурина была применена по отношению к англо-латинской лингвокультурной традиции, стало уточнение и дополнение указанной классификации.

Были выявлены культурно специфичные особенности каждого из вторичных кодов. В англосаксонской поэзии элементарные коды имеют ограниченное распространение в силу метрических особенностей древнегерманского стихосложения и способа записи поэзии в манускриптах.

Алфавитные и этимологические коды, напротив, фиксируются в значительном количестве. Этнокультурный и числовой коды отражают этапы взаимодействия древнегерманского языческого и христианского мировоззрений.

Выработанная в ходе исследования методика анализа вторичных кодов позволяет использовать ее в дальнейшем для анализа способов вторичного кодирования в более поздние периоды развития английской культуры, а также для анализа других архаических и современных культур и их сопоставления с точки зрения вторичных кодов, преобладающих в них.

Основные положения исследования отражены в следующих публикациях:

1. Ивлева, М. А. Жанр загадки в истории древнеанглийской поэзии. К вопросу о вторичных кодах [Текст] / М. А. Ивлева // Сибирский филологический журнал. – №1. Научное издание. – Новосибирск :

Изд-во НГУ, 2010. – С. 89 - 93.

2. Ивлева, М. А. К классификации кодов в англосаксонской культуре [Текст] / М. А. Ивлева // Вестник НГУ Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. – Т. 8, вып. 2.– Новосибирск : Издво НГУ, 2010. – С. 65-71.

3. Ивлева, М. А. Манускриптные руны как вторичная кодирующая система [Текст] / М. А. Ивлева // "Филология и человек" : Научный журнал. – Барнаул : Изд-во АГУ, 2010. – №3. – С. 149-155.

4. Ивлева, М. А. Manuscript Runes as a Coding System in Anglo-Saxon Poetry [Текст] / М. А. Ивлева // The NOVELTA Almanac : сборник трудов ассоциации преподавателей английского языка г. Новосибирска.– Новосибирск : Изд-во НГТУ, 2009. – № 1. – С. 16-20.

5. Ивлева, М. А. The Internet Resources in Teaching the History of the English Language [Текст] / М. А. Ивлева // The NOVELTA Almanac : сборник трудов ассоциации преподавателей английского языка. – Новосибирск :

Изд-во НГТУ, 2011. – № 2. – С. 73-77.

6. Ивлева, М. А. Анаграмма как вторичный код [Текст] / М. А. Ивлева // Сборник научных трудов НГТУ. – Новосибирск : Изд-во НГТУ, 2007. – Выпуск 4 (50). – С. 125-130.

7. Ивлева, М. А. Вторичное кодирование в англосаксонской "Рунической поэме" [Текст] / М. А. Ивлева // Межкультурная коммуникация:

лингвистические и лингводидактические аспекты : сборник материалов 1й городской научно-методической конференции. – Новосибирск : Изд-во НГТУ, 2010. – С. 112-123.

8. Ивлева, М. А. Вторичное кодирование в загадках Эксетерского кодекса [Текст] / М. А. Ивлева // Вестник НГУ. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. – Том 7, выпуск 2. – Новосибирск : Издво НГУ, 2009. – С. 86-96.

9. Ивлева, М. А. Вторичное кодирование в произведениях англосаксонского поэта Кюневульфа [Текст] / М. А. Ивлева // Язык и культура : Сб. статей XXI Междунар. науч. конф. – Томск : Томский государственный университет, 2010. – С. 190 – 195.

10. Ивлева, М. А. Древнеанглийский поэтический "Диалог Соломона и Сатурна I" как образец вторичного кодирования [Текст] / М. А. Ивлева // Вестник НГУ. Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. Т. 7, выпуск 1. – Новосибирск : Изд-во НГУ, 2009. – С. 68-77.

11. Ивлева, М. А. Древнеанглийский рунический ряд в англо-саксонской поэзии [Текст] / М. А. Ивлева // Современные проблемы гуманитарных и экономических наук. : Материалы VIII межвузовской научнопрактической конференции. СЕКЦИЯ "Актуальные проблемы современной лингвистики и переводоведения". – Т.2, 2009. – С. 62-67.

12. Ивлева, М. А. Этимологический код в индоевропейских культурах [Текст] / М. А. Ивлева // Межкультурная коммуникация:

лингвистические и лингводидактические аспекты : сборник материалов 2й городской научно-методической конференции. – Новосибирск : Изд-во НГТУ, 2011. – С. 150-156.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.